Введение

Глава Католической Церкви с 1655 по 1667 год. Папа Александр VII (13 февраля 1599 – 22 мая 1667), урожденный Фабио Чиги, был главой Католической Церкви и правителем Папской области с 7 апреля 1655 года до своей смерти в мае 1667 года. Он начал свою карьеру в качестве вице-папского легата и занимал различные дипломатические должности при Святом Престоле. Рукоположен в священники в 1634 году, в 1635 году стал епископом Нардо. Позднее, в 1652 году, был переведен и стал епископом Имолы. Папа Иннокентий X назначил его государственным секретарем в 1651 году, а в 1652 году – кардиналом. В начале своего понтификата Александр, которого при избрании считали противником непотизма, жил скромно; однако впоследствии предоставлял должности своим родственникам, которые со временем взяли под контроль его администрацию. Его администрация поддерживала иезуитов. Тем не менее, отношения его администрации с Францией были напряженными из-за разногласий с французскими дипломатами. Александр интересовался архитектурой и поддерживал различные градостроительные проекты в Риме. Он также писал стихи и покровительствовал художникам, расширявшим убранство церквей. В его богословских трудах обсуждались вопросы гелиоцентризма и Непорочного Зачатия.

Ранние годы

Родившийся в Сиене, член знаменитой банковской семьи Чиги и племянник Папы Римского Павла V (1605–1621), Фабио Чиги обучался у частных наставников и впоследствии получил докторские степени по философии, праву и теологии в Сиенском университете. Старший брат Фабио, Марио, женился на Беринице, дочери Тиберио делла Сиала, у них родилось четверо детей, из которых выжили двое: Агнесса и Флавио. Флавио (1631–1693) был возведен в кардинальское достоинство своим дядей 9 апреля 1657 года. Его брат, Августо Чиги (1595–1651), женился на Олимпии делла Сиа (1614–1640) и продолжил род, став отцом Агостино Чиги, принца Фарнезе. Сестра Фабио, Онората Мигнанелли, вышла замуж за Фирмано Бичи; их сын Антонио был назначен епископом Монтальчино (1652–1656) и затем епископом Осимо (1656–1659), а его дядя, Александр VII, назначил его кардиналом (in pectore) 9 апреля 1657 года. Назначение было объявлено 10 ноября 1659 года. Другим его племянником был Джованни Бичи, которого он назначил адмиралом папского флота.

Папский дипломат

В 1627 году он начал стажировку в качестве вице-папского легата в Ферраре, и по рекомендации двух кардиналов был назначен инквизитором Мальты. Чиги был рукоположен в священники в Риме в декабре 1634 года. Он был назначен референдарием обеих сигнатур, что дало ему статус прелата и право выступать в римских судах. 8 января 1635 года Чиги был назначен епископом Нардо в Южной Италии и рукоположен 1 июля 1635 года Мигелем Хуаном Балагером Камарасой, епископом Мальты. 13 мая 1652 года он был переведен в епископство Имола. Хотя от епископа Чиги (и других католических делегатов) ожидалось участие в переговорах, приведших в 1648 году к Вестфальскому миру, он отказался вести переговоры с лицами, которых католическая церковь считала еретиками. Поэтому переговоры проходили в двух городах Вестфалии – Оснабрюке и Мюнстере – а посредники курсировали между протестантскими и католическими делегатами. Чиги, разумеется, протестовал от имени папства, когда договоры были окончательно завершены, против Вестфальского договора, как только были оформлены все документы. Сам папа Иннокентий заявил, что мир "ничтожен, недействителен, несправедлив, проклят, предосудителен, пуст, лишен смысла и эффекта навеки". Этот мир положил конец Тридцатилетней войне (1618–1648) и установил баланс сил в Европе, который сохранялся до Французских революционных войн (1792).

Государственный секретарь и кардинал

Папа Иннокентий X (1644–1655) отозвал Чиги в Рим. В декабре 1651 года папа Иннокентий X назначил кардинала Чиги государственным секретарём. Он был возведён в кардинальское достоинство Иннокентием X на консистории 19 февраля 1652 года, а 12 марта получил титул кардинала-священника Санта-Мария-дель-Пополо.

Избрание папой

Когда Иннокентий X умер 7 января 1655 года, кардинал Чиги был избран папой после восьмидесяти дней конклава, 7 апреля 1655 года, приняв имя Александр VII в честь папы Александра III. Утром, в день избрания, когда он отправился на мессу перед решающим голосованием, Чиги приветствовал его друг Луиджи Омодей, который, зная о скором избрании Чиги, сказал: «Наконец-то настал этот день, столь желанный мной и столь счастливый для Церкви!» Чиги ответил Омодею цитатой из Вергилия: «Этот день я всегда буду вспоминать с печалью и с благоговением перед богами, так решившими». Во время решающего голосования Чиги отдал свой голос за Джулио Чезаре Саккетти, а при доступе – за Джованни Мария Баттисту Паллотта. После его избрания один из кардиналов заметил: «Как странно! Испанцы искренне желали видеть тебя папой; французы тоже желали этого, хотя поначалу исключали тебя; молодые кардиналы избрали уже пожилого человека, а Барберини – человека, который не был их ставленником!» После избрания он был коронован 18 апреля 1655 года кардиналом-протодиаконом Джан Джакомо Теодором Тривульцио, а затем 9 мая вступил во владение архибазиликой Святого Иоанна Латеранского. Одним из первых его указов как папы было повелеть Олимпии Майдальхини (известной в народе как «папесса» из-за ее огромного влияния на папу Иннокентия X) вернуться в свой родной город Орвието. Майдальхини была своего рода соперницей, поскольку должность государственного секретаря, занимаемая Чиги, давала ему значительную власть, которой Майдальхини надеялась воспользоваться в своих интересах, действуя в союзе с кардиналом Десио Аццолино, чтобы обойти его авторитет и добиться либо отстранения Чиги, либо его замены.

Непотизм

Конклав полагал, что он решительно выступал против непотизма, который был характерен для предыдущих пап. В первый год своего правления Александр VII жил скромно и запретил своим родственникам даже посещать Рим, но на консистории 24 апреля 1656 года папа Александр объявил, что его брат и племянники приедут, чтобы помогать ему в Риме. Его племянник, кардинал Флавио Чиги, занял должность кардинала-непота. Управление в значительной степени было передано в руки его родственников, и непотизм укоренился, как это было в эпоху папства барокко. Кардинал Флавио начал строительство виллы Чиги Версалья в Формелло в 1664 году. Когда в 1656 году понтифик сообщил кардиналам о своем намерении пригласить родственников в Рим, он попросил каждого высказать свое мнение по этому поводу. Кардиналы согласились, но выдвинули несколько условий, чтобы не допустить чрезмерного распространения кумовства. Папа в конечном итоге принял своих родственников на аудиенции, однако встреча была формальной, и его родственники должны были стоять на коленях на протяжении всей аудиенции, пока папа объяснял им причины их вызова и то, что от них ожидается. Центральной идеей урбанизма Александра было понятие «театро» или городского театра, в соответствии с которым его градостроительные вмешательства становились величественными декорациями или экспонатами, достойными величия Рима и главы католической церкви. Поэтому, хотя масштабы и сильно различаются, небольшая Санта-Мария-делла-Паче и ее площадь столь же сильно являются «театро», как и внушительная монументальная колоннада, формирующая площадь Святого Петра перед собором Святого Петра. Различные городские и архитектурные проекты, реализованные во время правления Александра, были запечатлены на гравюрах Джованни Баттисты Фалды, первый том которых был опубликован в 1665 году. Издателем томов был Джованни Джакомо де Росси под названием Il Nuovo Teatro delle fabbriche et edificij in prospettiva di Roma moderna sotto il felice pontificato di N. S. Alessandro VII. Конкурирующая публикация, документирующая эти проекты, была издана кузеном Росси, Джованни Баттистой де Росси, который привлек молодого фламандского архитектурного рисовальщика Ливена Круйла для создания рисунков Рима, 10 из которых были опубликованы в 1666 году под названием Prospectus Locorum Urbis Romae Insignium. Его любимым архитектором был скульптор и архитектор Джан Лоренцо Бернини, но он также поручал архитектурные заказы живописцу и архитектору Пьетро да Кортоне. Из трех ведущих архитекторов римского высокого барокко только Франческо Борромини был менее успешен при Александре; это могло быть связано с тем, что он считал архитектурные формы Борромини своевольными, а сам Борромини мог быть печально известен своей сложностью. Тем не менее, семейные геральдические эмблемы Александра – горы со звездами и дубовыми листьями – украшают церковь Борромини Сант-Иво-алла-Сапиенца и многие другие работы его правления. Александр проявлял живой личный интерес к своим градостроительным и архитектурным проектам и делал записи о них в своих дневниках. Его проекты в Риме включали: церковь и площадь Санта-Мария-делла-Паче; Виа-дель-Корсо, Пьяцца-Колонна и связанные с ними здания; реконструкцию Порта-дель-Пополо, Пьяцца-дель-Пополо и Санта-Мария-дель-Пополо; площадь Святого Петра, Скала-Реджа и внутреннее убранство Ватиканского дворца и собора Святого Петра; Сант-Андреа-аль-Квиринале; часть Квиринальского дворца; Арсенал Чивитавеккьи, обелиск и слон на Пьяцца-делла-Минерва; и Дворец Чиги. Палаццо Чиги в Риме не следует путать с Палаццо Чиги в Сан-Квирико-д'Орча в Тоскане или Палаццо Чиги-ди-Формелло.

Мальта

До избрания папой Чиги служил инквизитором на острове Мальта, где он в основном проживал во Дворце инквизитора в Биргу (также известном как Читта Витториоза). В то время Мальта была феодом рыцарей-госпитальеров Суверенного военного ордена Святого Иоанна Иерусалимского, рыцарей Мальты, у которых он в 1662 году приобрел сто рабов для своего военно-морского отряда.

Швеция

Преобразование королевы Кристины Шведской (1632–1654) произошло во время правления Александра VII. После отречения от престола королева поселилась в Риме, где была подтверждена в крещении папой, который стал для неё щедрым другом и благодетелем, в Рождество 1655 года. Папа описал её как «королеву без королевства, христианку без веры и женщину без стыда». Ему также приписывают обвинение в том, что она «женщина, рожденная от варвара, воспитанная варварски и живущая варварскими мыслями», что указывало на то, что их отношения могли быть, в лучшем случае, напряжёнными. Вскоре после прибытия в Рим она быстро стала центром римской моды и светской жизни. Однако, после карнавала, предшествовавшего Великому посту в 1656 году, Александр VII быстро пожалел о том, что пригласил её в Рим, поскольку атмосфера безнравственности была связана с карнавальными гуляниями. В то время как понтифик изначально надеялся, что Кристина станет вдохновением для тех, кто рассматривает возможность обращения в веру, он был разочарован тем, что её интересы были прежде всего политическими, вплоть до того, что она помогала кардиналу Мазарину планировать завоевание Неаполя.

Франция

В внешней политике его инстинкты не были столь гуманистичными или успешными. Понтификат Александра VII был омрачен непрерывными трениями с кардиналом Мазарином, советником и фактическим главным министром Людовика XIV (1643–1715), который выступал против него во время переговоров, приведших к Вестфальскому миру, и защищавшим прерогативы Галликанской церкви. Во время конклава Мазарин был не расположен к избранию Чиги, но в конечном итоге был вынужден принять его в качестве компромисса. Однако он помешал Людовику XIV отправить обычное посольство с выражением послушания Александру VII и, пока был жив, воспрепятствовал назначению французского посла в Рим, дипломатические дела в это время вели кардиналы-протекторы, как правило, личные недоброжелатели Папы. В 1662 году Людовик XIV сделал своим послом столь же враждебного герцога де Креки. Злоупотребляя традиционным правом убежища, предоставлявшимся посольским кварталам в Риме, Креки спровоцировал конфликт между Францией и папством, в результате чего Александр VII временно лишился Авиньона и был вынужден принять унизительный Писский договор в 1664 году.

Испания и Португалия

Александр VII поддерживал испанцев в их притязаниях на Португалию, которая восстановила свою традиционную независимость в 1640 году. Его понтификат также ознаменовался длительными спорами с Португалией.

Иезуиты и янсенизм

Александр VII благоволил иезуитам. Когда венецианцы обратились за помощью на Крит против османских турок, папа взамен потребовал обещания разрешить иезуитам вернуться на территорию Венеции, откуда они были изгнаны в 1606 году. Он также продолжал поддерживать иезуитов в их конфликте с янсенистами, осуждение которых он активно поддерживал, будучи советником папы Иннокентия X. Французские янсенисты утверждали, что положения, осужденные в 1653 году, на самом деле не содержатся в «Августине», написанном Корнелием Янсеном. Александр VII подтвердил обратное, издав буллу *Ad sanctam beati Petri sedem* (16 октября 1656 года), в которой заявил, что пять положений, извлеченных группой богословов из Сорбонны из сочинений Янсена, касающихся главным образом благодати и падшей природы человека, являются еретическими, включая положение о том, что утверждение о том, что «Христос умер или пролил Свою кровь за всех людей», было бы полупелагианской ошибкой. Он также направил во Францию свою знаменитую «формулу», которую предписывалось подписать всему духовенству для выявления и искоренения янсенизма, что вызвало возмущение общественности и привело к защите янсенизма Блезом Паскалем.

Работы

Александр VII не любил государственные дела, предпочитая литературу и философию; сборник его латинских стихотворений появился в Париже в 1656 году под названием Philomathi Labores Juveniles. Он также поощрял архитектуру и общее благоустройство Рима, где дома сносили, чтобы выпрямить и расширить улицы, и где у него была возможность стать великим меценатом Джан Лоренцо Бернини: украшение церкви Санта-Мария-дель-Пополо, титулярные церкви для нескольких кардиналов семьи Чиги, Скала Регия, Трон Святого Петра в соборе Святого Петра. В частности, он финансировал возведение Бернини красивой колоннады на площади Святого Петра. По словам Уильяма Робертса, Александр VII написал один из наиболее авторитетных документов, касающихся вопроса гелиоцентризма. Однако документ не касается какой-либо астрономической модели и не входит в состав Magisterium Ecclesiae. Папа Римский опубликовал свой Index Librorum Prohibitorum Alexandri VII Pontificis Maximi jussu editus, в котором заново представил содержание Индекса запрещенных книг, осудившего множество трудов по различным вопросам: среди них – работы Коперника и Галилея. Он сопроводил его буллой Speculatores Domus Israel (1592), изложив свои мотивы: «для того, чтобы была известна вся история каждого случая». «С этой целью, – заявил понтифик, – мы добавили к этому общему Индексу Тридентский и Климентский индексы, а также все соответствующие декреты, изданные до настоящего времени после Индекса нашего предшественника Климента, чтобы ничего полезного для верующих, интересующихся этими вопросами, не было упущено». Среди них были предыдущие декреты о включении различных гелиоцентрических работ в Индекс («которые мы должны считать включенными в настоящий документ вместе со всем, что в них содержится»), и, согласно Робертсу, используя свою апостольскую власть, он обязывал верующих следовать его содержанию («и одобряет своим апостольским авторитетом содержание настоящего документа и повелевает и предписывает всем людям повсюду проявлять к этому Индексу постоянное и безоговорочное послушание»). Таким образом, для сторонников геоцентризма Александр окончательно отвернулся от гелиоцентрической модели солнечной системы. После понтификата Александра VII Индекс подвергся ряду пересмотров. «В 1758 году общий запрет на труды, пропагандирующие гелиоцентризм, был снят с Индекса запрещенных книг, хотя конкретный запрет на нецензурированные версии «Диалога» и «О вращениях небесных сфер» Коперника остался в силе. Все следы официальной оппозиции церкви гелиоцентризму исчезли в 1835 году, когда эти работы были окончательно исключены из Индекса». Индекс был полностью упразднен в 1966 году.

Теология

Апостольская конституция Александра VII, Sollicitudo omnium ecclesiarum (8 декабря 1661 года), изложила учение о Непорочном Зачатии Пресвятой Девы Марии выражениями, почти тождественными тем, что использовал Папа Пий IX при издании своего непогрешимого определения Ineffabilis Deus. Пий IX ссылается на буллу Александра VII в примечании 11.

Мораль

18 марта 1666 года в изданном указе Александр VII представил поправки к различным моральным вопросам, расширив тем самым указ, выпущенный им ранее 24 сентября 1665 года. В своем указе Александр VII подтвердил авторитет и постановления Тридентского собора, а также дал наставления по вопросам, касающимся таинства исповеди, ереси и правил поведения при ухаживании. Понтифик также подтвердил решения, принятые его предшественниками, например, Урбаном VIII, в отношении морального учения. Папа Иннокентий XI позднее дополнил некоторые из этих положений в 1679 году.

Консистории

Александр VII создал 38 кардиналов на шести консисториях, включая Флавио Чиги, своего племянника, назначив его кардиналом-непотом, а также возвёл в сан кардинала Джулио Роспильози, который впоследствии стал папой Климентом IX. Из всех назначенных им кардиналов, папа сохранил пять имён in pectore и объявил их позднее.

Религиозные ордена

Александр VII реформировал Конституцию для цистерцианцев в папской булле In suprema от 19 апреля 1666 года, что фактически положило конец спору, длившемуся десятилетиями, относительно реформы, которая давно расколола цистерцианцев. Папа также сыграл роль в изменениях, внесенных в орден Барнабитов и пиаристов (1656 год). В 1666 году он официально утвердил конгрегацию Иисуса и Марии, основанную святым Иоанном Эудесом, а в 1655 году – конгрегацию миссии, основанную святым Винсентом де Полем.

Литургические действия

В 1661 году папа запретил перевод Римского миссала на французский язык, опубликованного в 1660 году священником Жозефом де Воазеном. После того как французское епископату осудило двуязычный миссал в конце 1660 года, понтифик ратифицировал это в папской булле 12 января 1661 года. В 1656 году он отменил указ Иннокентия X и разрешил иезуитским миссионерам в Китае использовать китайские обряды. Александр VII расширил эту практику в 1659 году, освободив китайское духовенство от обязанности читать Божественную литургию на латыни. Точный и подробный отчет о последних днях папы содержится в дневнике главного мастера церемоний, Фульвио Сервантио, официального свидетеля всех происходивших событий. Краткий рассказ о жизни и смерти папы Александра VII: Восемь избранных лиц, которых он считал достойными такого высокого звания благодаря их заслугам и трудам на благо Апостольского Престола, были возведены в кардинальское достоинство. Но болезнь его усиливалась, и через четыре дня он был поражен тяжелым припадком, из которого заключил, что болезнь его смертельна. Несмотря на то, что она становилась все более мучительной с каждым днем, он все же намеревался совершить продолжительные обряды Страстного четверга, чтобы подготовиться к смерти, как он говорил, размышляя о священных тайнах Страстей Христовых, и был готов осуществить свои намерения, несмотря на боль, если бы его врачи и хирурги, вместе с его исповедником, не убедили его в обратном, указав на неудобства, которые могут возникнуть из-за тяжелых трудов, неотделимых от столь продолжительных обрядов. И хотя они убеждали его все это время, он был полон решимости, несмотря на остатки сил (хотя и сильно ослабленный болезнью), в Пасхальный день подняться на галерею Монте-Кавалло, где обычно совершается эта служба, и произнести торжественное благословение в понтификальном облачении, чтобы благословить народ, который стекался туда в огромном количестве, движимый не только благочестием, но и желанием увидеть своего пастыря еще живым и невредимым. Он благословил их, поднявшись дважды, как было принято, без помощи папского трона. Это был последний раз, когда он увидел свою паству, а они – его. Наконец, он поручил их заботе и защите своего кардинала-племянника, своего престарелого брата и остальных своих родственников, а себя – их молитвам. Сказав это, он поднял руки и благословил их, после чего высокопоставленные кардиналы приблизились к его кровати со слезами на глазах и, постаравшись утешить его, с нежностью поцеловали его руку и удалились. Наконец, когда все они ушли, и остались лишь его близкие друзья и духовные отцы, он полностью посвятил себя молитве, часто повторяя слова: "Cupio disolvi et esse cum Christo" ["Я желаю разрешиться и быть со Христом"]. И тех, кто помогал ему, он заставлял постоянно читать духовные книги, различные молитвы и псалмы, особенно покаянные псалмы и т.д. Получив Святое Причастие и Елеосвящение, он приготовился к своему уходу с удивительным мужеством; и уже даже потерял дар речи, когда один из его монахов, стоявший рядом, призвал его совершить акт раскаяния и попросить у Бога прощения за свои грехи. Он собрал остатки дыхания, которое покидало его, и слабым, едва различимым голосом ответил: "Ita" ["Да"]. Тот же посоветовал ему надеяться на милость Бога, который всегда готов осыпать милостями раскаявшееся сердце; папа ответил тем же слабым голосом: "Certe" ["Конечно"]. Это были последние слова, сошедшие с его уст. Его часто посещали кардиналы, вопреки прежним обычаям, желая находиться у его постели до самого конца. И в воскресенье, 22 мая, около 22 часов, он тихо отдал дух своему Творцу, в 60 лет от роду и на 13-м году своего понтификата. В тот же вечер, после совершения обычного обряда кардиналом-камерленгом, тело было облачено в приличествующие одежды, помещено в носилки из багряного бархата, открытые со всех сторон, окруженные отцами-пенитентами с зажженными факелами в руках, сопровождаемое стражей и легкой кавалерией, за которой следовала артиллерия и Королевская гвардия кирасиров, и перенесено в Ватикан. Там, на следующее утро, при вскрытии тела было обнаружено на одной из долей легкого, прикрепленное к боку, черное пятно; одна из почек была истощена, а вместо нее находились мясистые узлы, из-за чего был затруднен отток мочи; и язва почек, которая была самой тяжелой из всех его болезней. Затем, после бальзамирования и облачения в понтификальные одежды, тело было перенесено на следующий день в собор Святого Петра и помещено в часовню Пресвятого Таинства, где собралось бесчисленное множество людей, чтобы поцеловать его ноги и взять все, до чего могли дотянуться, чтобы сохранить это как святые реликвии. Finis.

Александр VII умер в 1667 году и был увековечен в великолепной гробнице работы Бернини. Однако папа Иннокентий XI приказал прикрыть обнаженную Истину белой драпировкой.