Введение

Главная фаворитка Людовика XV (1721–1764)

Жанна Антуанетта Пуассон, маркиза де Помпадур (фр. Jeanne Antoinette Poisson, Marquise de Pompadour, 29 декабря 1721 – 15 апреля 1764), более известная как мадам де Помпадур, была членом французского двора. Она являлась официальной главной фавориткой короля Людовика XV с 1745 по 1751 год и оставалась влиятельной придворной любимицей до самой смерти. Помпадур ведала расписанием короля и была ценным помощником и советником, несмотря на слабое здоровье и множество политических врагов. Она обеспечила себе и своим родственникам дворянские титулы и создала сеть клиентов и сторонников. Она особенно старалась не нажить неприязнь популярной королевы Марии Лещинской. 8 февраля 1756 года маркиза де Помпадур была назначена тринадцатой фрейлиной королевы, должность, считавшаяся самой престижной при дворе, что обеспечило ей почести. Помпадур была крупным меценатом архитектуры и декоративного искусства, особенно фарфора. Она поддерживала философов эпохи Просвещения, включая Вольтера. Враждебные критики того времени в основном представляли её как злонамеренное политическое влияние, но историки относятся к ней более благосклонно, подчеркивая её успехи как мецената искусств и защитницы французской гордости. Современные историки полагают, что критика Помпадур была вызвана опасениями по поводу подрыва существующих иерархий, которые представляла её власть и влияние как женщины, не принадлежавшей к аристократии.

Ранние годы

Жанна Антуанетта Пуассон родилась 29 декабря 1721 года в Париже, в семье Франсуа Пуассона и его жены Мадлен де Ла Мотт. Пуассон был управляющим у братьев Парижских, людей, в основном отвечавших за финансирование французской экономики в то время. Существует подозрение, что её биологическим отцом был либо богатый финансист Жан Парис де Монмартель, либо генеральный налоговый фермер (fermier général) Шарль Франсуа Поль Ле Норман де Турнегем. Из-за слабого здоровья, предположительно вызванного коклюшем, Жанна Антуанетта вернулась домой в январе 1730 года в возрасте девяти лет. Мадлен не позволила этому помешать образованию дочери и превращению её в образованную и талантливую девушку, поэтому по возвращении в Париж она отдала Жанну Антуанетту на частные уроки. Шарль Франсуа Поль Ле Норман де Турнегем взял на себя заботу об образовании девочки, не скупившись на расходы. Жанну Антуанетту обучали ораторскому искусству актер из "Комеди Франсез" и драматург Кребильон. Оперная певица Желётт научила её петь, а также она получила всестороннее образование в области гуманитарных наук, изящных искусств, музыки и светских манер. В это время мать отвела её к гадалке, мадам де Лебон, которая предсказала, что однажды девочка покорит сердце короля. Помпадур оставила гадалке 600 ливров в своем завещании за точное предсказание невероятного.

Брак

В возрасте двадцати лет Жанна Антуанетта вышла замуж за Шарля Гийома Ле Нормана д’Этиоля, племянника её опекуна Шарля Ле Нормана де Турнегема, который организовал этот брак и значительные финансовые выгоды, связанные с ним.

Посещение салонов

Будучи замужней женщиной, Жанна Антуанетта могла посещать известные парижские салоны, такие как салоны, которые устраивали мадам де Тансен, Жоффрен, дю Деффан и другие. В этих салонах она встречалась с ключевыми фигурами эпохи Просвещения, включая Вольтера, Шарля Пино Дюкло, Монтескье, Гельвеция и Бернара де Фонтенеля. Помимо этого, Жанна Антуанетта организовала собственный салон в Этиоле, который посещали многие представители культурной элиты, в числе которых были Кребийон-сын, Монтескье, кардинал де Берни и Вольтер. В этих кругах она овладела искусством светской беседы и развила остроумие, которое впоследствии прославило её в Версале.

Встреча с королем

Из-за её участия в парижских салонах, а также изящества и красоты, Людовик XV слышал имя Жанны Антуанетты, упоминавшееся при дворе ещё в 1742 году. В 1744 году Жанна Антуанетта стремилась привлечь внимание короля во время охоты в лесу Сенарт. Поскольку она владела поместьем неподалёку, ей разрешили следовать за королевской свитой на расстоянии. Однако, желая добиться расположения короля, Жанна Антуанетта намеренно проезжала прямо перед ним, однажды в розовом фаэтоне, в синем платье, а другой раз – в синем фаэтоне, в розовом платье. Король послал ей в подарок дичь. Хотя нынешняя фаворитка короля, Мария-Анна де Мейли, известная как мадам де Шатору, предостерегала Жанну Антуанетту, эта позиция стала вакантной 8 декабря 1744 года после смерти Шатору. 24 февраля 1745 года Жанна Антуанетта получила официальное приглашение на бал-маскарад, который состоялся 25 февраля во Дворце Версаля в честь свадьбы дофина Людовика с инфантой Марией Терезой Испанской. Именно на этом балу король, замаскированный вместе с семью придворными под дерево тис, публично объявил о своей привязанности к Жанне Антуанетте. Перед всем двором и королевской семьёй Людовик сорвал маску перед Жанной Антуанеттой, которая была одета в костюм Дианы, богини охоты, в память об их встрече в лесу Сенарт.

Введение в суд

К марту она стала королевской фавориткой и поселилась в Версале в апартаментах прямо над апартаментами короля. 7 мая было официально объявлено о раздельном проживании между ней и её мужем. Для представления при дворе ей был необходим титул. 24 июня король приобрел маркизство Помпадур и передал поместье, вместе с титулом и гербом, Жанне Антуанетте, возведя её в ранг маркизы.

Королевская любовница

Благодаря своему положению придворной фаворитки, Помпадур обладала значительной властью и влиянием. 12 октября 1752 года она была возведена в герцогиню, а в 1756 году – в леди при королеве, высший ранг, доступный для женщины при дворе. Помпадур фактически исполняла роль премьер-министра, отвечая за назначения, награды и увольнения, а также участвуя во внутренней и внешней политике. В 1755 году к ней обратился Венцель Антон, князь Кауниц-Риетберг, видный австрийский дипломат, с просьбой вмешаться в переговоры, приведшие к Версальскому договору. Это стало началом Дипломатической революции, в результате которой Франция вступила в союз со своим бывшим врагом – Австрией. В этих изменившихся альянсах европейские державы вступили в Семилетнюю войну, в которой Франция, Австрия и Россия выступили против Великобритании и Пруссии. Франция потерпела поражение от пруссаков в битве при Россбахе в 1757 году и в конечном итоге потеряла американские колонии в пользу британцев. После Россбаха мадам де Помпадур, как утверждают, утешила короля ставшей впоследствии знаменитой фразой: "au reste, après nous, le Déluge" ("В остальном, после нас – потоп"). Франция вышла из войны ослабленной и практически обанкротившейся. Мадам де Помпадур продолжала поддерживать эту политику, и когда кардинал де Бернис не оправдал ее ожиданий, она привела к власти Шозеля и поддерживала и направляла его во всех его планах: Pacte de Famille, подавление иезуитов и Парижский договор (1763). Победы Великобритании в войне позволили ей превзойти Францию как ведущую колониальную державу – в этом обычно винили Помпадур. Помпадур защищала школу физиократов (ее лидером был Кесней, ее личный врач), которая подготовила почву для теорий Адама Смита. Она также защищала «Энциклопедию», под редакцией Дени Дидро и Жана Ле Рона д’Аламбера, от тех, кто, в том числе архиепископ Парижа Кристоф де Бомон, стремился к ее запрету. В первом романе Дидро, «Les bijoux indiscrets» («Нескромные украшения»), персонажи Мангогуля и Мирзозы являются аллегорией Людовика XV и Помпадур соответственно. Дидро изобразил Помпадур в благоприятном свете, вероятно, чтобы обеспечить ее поддержку «Энциклопедии». У Помпадур была копия «Les bijoux indiscrets» в ее библиотеке, что может объяснить, почему корона не стала преследовать Дидро за столь вольное обращение с личностью короля. У маркизы было много врагов среди придворных, которые считали позором, что король так компрометирует себя с простолюдинкой. Она была очень чувствительна к бесконечным пасквилям, называемым *poissonnades* (рыбьим ядом), аналогичным *mazarinade* против кардинала Мазарина, и являвшимся игрой слов на ее фамилии, *Poisson* (рыба) на французском языке. Лишь с большим неохотой Людовик принимал карательные меры против своих известных врагов, таких как Людовик Франсуа Арман дю Плесси, герцог де Ришелье.

Друг короля

Мадам де Помпадур смогла оказывать такое влияние при дворе благодаря неоценимой роли, которую она играла как друг и доверенное лицо короля. В отличие от предыдущих фавориток Людовика XV, Помпадур сделала себя незаменимой для короля, став единственным человеком, которому Людовик доверял и на которого можно было положиться, чтобы услышать правду. Помпадур была незаменимым утешением для Людовика, склонного к меланхолии и скуке. Она одна умела увлечь и развлечь его, устраивая элегантные частные вечера и оперные представления, охотничьи выезды и путешествия между их многочисленными замками и резиденциями. Иногда она даже приглашала его жену, королеву Марию Лещинскую, с его согласия. Около 1750 года роль мадам де Помпадур как подруги короля стала её единственной ролью, поскольку она прекратила интимные отношения с королем. Прекращение этих отношений было отчасти связано с её ухудшающимся здоровьем: она страдала от последствий коклюша, повторяющихся простуд и бронхита, кашляла кровью, мучилась от головных болей, пережила три выкидыша и страдала от неподтвержденного случая лейкореи. Кроме того, Помпадур признавалась, что обладает "несчастливым, очень холодным темпераментом", и попытки повысить её либидо с помощью диеты, включавшей трюфели, сельдерей и ваниль, не увенчались успехом. Более того, в 1750 году, юбилейный год, на короля оказывалось давление, чтобы он покаялся в своих грехах и отказался от своей фаворитки. Чтобы укрепить своё положение и сохранить влияние, несмотря на эти препятствия, Помпадур взяла на себя роль "други короля", о чём заявила через покровительство искусству. Это заявление наиболее ярко проявилось в её заказе Жану-Батисту Пигалю скульптуры, изображающей её как Амитьé [Дружбу], предлагающую себя утраченной подвесной скульптуре Людовика XV. Связанная со скульптурой фигура также была изображена на её портрете, написанном Франсуа Буше в 1759 году.

Освящение и замок Сен-Оуэн

Построенный во второй половине XVII века, замок Сен-Оуэн (недалеко от Парижа, в департаменте Сен-Сен-Дени), принадлежал престижным герцогам де Гесвр до его разрушения в 1821 году, чтобы построить нынешний замок для графини дю Кайла. После продажи замка Креси [fr], к удивлению, маркиза де Помпадур не приобрела Сен-Оуэн, но пользовалась правом узуфрукта этой резиденцией с 1759 по 1764 год, до самой смерти. План замка, первоначально разработанный Антуаном Лепаутром, имел классическую U-образную форму и состоял из длинного фасада с двумя крыльями, примыкающими к центральному корпусу, обращенного к Сене со стороны сада. Особенностью Сен-Оуэна была внутренняя планировка: центральный корпус представлял собой последовательность трех "салонов à l'italienne", декор которых был полностью изменен семьей Слодц в 1750-х годах для семьи де Гесвр. В французской архитектуре "салон à l'italienne" – это комната, занимающая всю высоту здания; ярким примером служит Большой салон в Во-ле-Виконт. Помимо этой планировки, сразу после приобретения поместья мадам де Помпадур, был разработан масштабный проект реорганизации всех построек (включая конюшни и хозяйственные постройки), оценивавшийся более чем в 500 000 ливров. Ввиду отсутствия оригинальных планов, была предложена реконструкция первоначального этажа. Руководил этой реорганизацией, по всей видимости, Анж Жак Габриэль, который в то время курировал все работы по реконструкции и строительству различных резиденций мадам де Помпадур. Центральный "салон à l'italienne" служил отправной точкой для создания апартаментов для короля, как ответвления от апартаментов герцогини де Помпадур, превратив престижный замок Сен-Оуэн в отражение её статуса – символ её социальных и политических успехов.

Исторические заблуждения

Несмотря на распространенные заблуждения, увековеченные ее современниками и большей частью исторической литературы, Помпадур не заменяла свою роль фаворитки, предоставляя королю других любовниц. После прекращения интимных отношений между Помпадур и Людовиком, король встречался с молодыми женщинами в специально созданном для этого доме в Версале, известном как Parc aux Cerfs, или Парк оленей. Это не был гарем, как часто утверждают; там одновременно находилась только одна женщина. Помпадур не принимала в этом участия, кроме как смирилась с этим как с "необходимостью". Единственным вкладом Помпадур в Парк оленей было то, что она рассматривала его как предпочтительную альтернативу сопернице при дворе, о чем она сама заявила: "Мне нужно его сердце! Все эти необразованные девушки не смогут его у меня отнять. Я бы не была так спокойна, если бы увидела какую-нибудь красивую женщину из двора или столицы, пытающуюся его покорить."

Покровитель и участник искусств

Мадам де Помпадур была влиятельной покровительницей искусств, сыгравшей центральную роль в утверждении Парижа в качестве столицы вкуса и культуры в Европе. Она достигла этого влияния благодаря назначению своего опекуна Шарля Франсуа Поля Ле Норманта де Турнегема, а затем своего брата Абеля Франсуа Пуассона на должность генерального директора по строительству, ведомство которого контролировало государственную политику и расходы на искусство. Она отстаивала французскую гордость, построив, а затем выкупив фарфоровую мануфактуру в Севре в 1759 году, которая стала одним из самых знаменитых производителей фарфора в Европе и обеспечивала квалифицированными рабочими местами регион. Помпадур оказывала покровительство многочисленным скульпторам и портретистам, среди которых придворный художник Жан Марк Наттье, а в 1750-х годах – Франсуа Буше, Жан Батист Ревейон и Франсуа Губер Друа. Помпадур оказала значительное влияние и стимулировала новаторство в стиле рококо в изобразительном и декоративном искусстве: например, благодаря покровительству художникам, таким как Буше, и постоянной переделке пятнадцати резиденций, которые она занимала вместе с Людовиком. Как и саму Помпадур, этот стиль подвергался критике со стороны некоторых как вредное "женское" влияние, несмотря на то, что его принимали как мужчины, так и женщины. Ее политический ум также объясняется ее обширной книжной коллекцией. Она собирала влиятельные книги, такие как «История Стюартов», изданная в 1760 году на ее собственной типографии, что можно определить по штампам с ее гербом на обложке. Барон Фердинанд де Ротшильд, страстный коллекционер XIX века в Лондоне и поместье Уэдсдон-Мэнор, собрал ряд ее книг, включая вышеупомянутую книгу и экземпляр ее опубликованного каталога книг 1764 года, в котором перечислены все ее издания.

Смерть

Людовик XV оставался верен Помпадур до самой ее смерти от туберкулеза в 1764 году в возрасте 42 лет. Он ухаживал за ней во время болезни. Даже ее враги восхищались ее мужеством в последние, мучительные недели. Вольтер писал: "Я глубоко опечален смертью мадам де Помпадур. Я был ей признателен и скорблю о ней из благодарности. Как нелепо, что старый писака, едва передвигающий ноги, все еще жив, а прекрасная женщина, находящаяся в расцвете карьеры, умирает в сорок два года". Однако многие ее недоброжелатели испытали облегчение. Наблюдая за дождем во время отъезда гроба его фаворитки из Версаля, потрясенный король, по слухам, произнес: "La marquise n'aura pas de beau temps pour son voyage" ("Маркизе не будет хорошей погоды в ее путешествии"). Она была похоронена в монастыре капуцинок в Париже.

Историография

Монкур, Джеймс А., ред. Исследовательский справочник по европейской исторической биографии: 1450–наши дни (в 4 томах, 1992); 4:1646–1653.