Фердинандо Гальяни: Итальянский экономист и мыслитель эпохи Просвещения

Введение

Итальянский экономист (1728–1787)

Фердинандо Галиани (2 декабря 1728 года, Кьети, Королевство Неаполь – 30 октября 1787 года, Неаполь, Королевство Неаполь) – итальянский экономист, один из ведущих деятелей итальянского Просвещения. Фридрих Ницше называл его «исключительно требовательным и утончённым умом» и «самым глубоким, проницательным и, возможно, самым непристойным человеком своего века».

Биография

Родился в Кьети, он получил тщательное образование у своего дяди, монсеньора Челестино Галиани, в Неаполе и Риме с целью посвящения себя церкви. Галиани проявил себя как перспективный экономист, и ещё больше – как остроумный человек. К двадцати двум годам, после принятия священного сана, он опубликовал два труда, благодаря которым его имя стало широко известно далеко за пределами Неаполя. Первый, «Della Moneta» – рассуждение о денежном обращении, в котором он выступает убежденным сторонником меркантилизма, – охватывает множество аспектов вопроса об обмене, но всегда с особым акцентом на царивший тогда хаос в денежной системе неаполитанского правительства. Другой труд, «Raccolta in Morte del Boia», закрепил за ним славу юмориста и пользовался большой популярностью в итальянских литературных кругах в конце XVIII века. В этом сборнике Галиани пародировал в серии речей о смерти палача стили неаполитанских писателей того времени. Политические знания и светские качества Галиани привлекли внимание короля Карла Неаполитанского и Сицилийского (впоследствии Карла III Испанского) и его либерального министра Бернардо Тануччи, и в 1759 году Галиани был назначен секретарем неаполитанского посольства в Париже. Он занимал эту должность десять лет, после чего вернулся в Неаполь и был назначен советником торгового суда, а в 1777 году – управляющим королевскими владениями. Опубликованные работы Галиани охватывают как гуманитарные, так и социальные науки. Он оставил большое количество писем, представляющих не только биографический интерес, но и проливающих свет на социальные, экономические и политические особенности Европы XVIII века. Его экономическая репутация во многом связана с книгой, написанной на французском языке и опубликованной в 1769 году в Париже, – «Dialogues sur le commerce des bleds» («Диалоги о торговле зерном»). Эта работа, благодаря легкому и изящному стилю и живому остроумию, восхитила Вольтера, который назвал её чем-то средним между Платоном и Мольером. Как отмечает Джузеппе Пеккьо, автор относился к своей сложной теме так же, как Фонтенель – к вихрям Декарта, а Алгаротти – к ньютоновской системе мира. Предметом обсуждения была свобода торговли зерном, вызывавшая тогда острые споры, и, в частности, политика королевского эдикта 1764 года, разрешавшего экспорт зерна до тех пор, пока цена не достигнет определенного уровня. Общий принцип, которого он придерживался, заключался в том, что наилучшая система в отношении этой торговли – отсутствие системы, поскольку страны, находящиеся в разных условиях, требуют, по его мнению, различных подходов. Подобно Вольтеру и даже Пьетро Верри, он считал, что одна страна не может выиграть, не потеряв другую, и в своем раннем трактате защищал действия правительств по девальвации валюты. До самой смерти в Неаполе Галиани поддерживал переписку со своими старыми парижскими друзьями, в частности с Луизой д’Эпине; она была опубликована в 1818 году. См. «L'abate Galiani» Альберто Маргиери (1878) и его переписку с Тануччи в «L'Archivio storico» Джанпьеро Виессе (Флоренция, 1878).

Born in Chieti, he was carefully educated by his uncle, Monsignor Celestino Galiani, in Naples and Rome with a view to entering the church. Galiani showed early promise as an economist, and even more as a wit. By the age of twenty two, after he took orders, he had produced two works by which his name became widely known far beyond the bounds of Naples. The first, Della Moneta, a disquisition on coinage in which he shows himself a strong supporter of mercantilism, deals with many aspects of the question of exchange, but always with a special reference to the state of confusion then presented by the monetary system of the Neapolitan government. The other, Raccolta in Morte del Boia, established his fame as a humorist, and was highly popular in Italian literary circles at the end of the 18th century. In this volume Galiani parodied, in a series of discourses on the death of the public hangman, the styles of Neapolitan writers of the day. Galiani's political knowledge and social qualities brought him to the attention of King Charles of Naples and Sicily (afterwards Charles III of Spain) and his liberal minister Bernardo Tanucci, and in 1759 Galiani was appointed secretary to the Neapolitan embassy in Paris. He held this post for ten years, when he returned to Naples and was made a councillor of the tribunal of commerce, and in 1777 administrator of the royal domains. Galiani's published works focus on the area of humanities as well as social sciences. He left a large number of letters which are not only of biographical interest but are also important for the light they cast on the social, economic, and political characteristics of eighteenth century Europe. His economic reputation was mainly due to his book written in French and published 1769 in Paris, namely, his Dialogues sur le commerce des bleds, "Dialogues on the commerce in wheat". This work, by its light and pleasing style, and its vivacious wit, delighted Voltaire, who described it as a cross between Plato and Molière. The author, says Giuseppe Pecchio, treated his arid subject as Fontenelle did the vortices of Descartes, or Algarotti the Newtonian system of the world. The question at issue was that of the freedom of the corn trade, then much agitated, and, in particular, the policy of the royal edict of 1764, which permitted the exportation of grain so long as the price had not reached a certain level. The general principle he maintains is that the best system in regard to this trade is to have no system — countries in different circumstances requiring, according to him, different modes of treatment. Similarly to Voltaire and even Pietro Verri, he held that one country cannot gain without another losing, and in his earlier treatise defended the action of governments in debasing the currency. Until his death in Naples, Galiani kept up a correspondence with his old Parisian friends, notably Louise d'Épinay; this was published in 1818. See L'abate Galiani, by Alberto Marghieri (1878), and his correspondence with Tanucci in Giampietro Vieusseux's L'Archivio storico (Florence, 1878).

Делла монета

В 1751 году, будучи еще студентом, Галиани написал книгу под названием Della moneta, которая вмешалась в неаполитанские дебаты об экономической реформе. В этой книге он обсуждал финансовую политику и высказывал свои соображения о развитии неаполитанской экономики. Одновременно он предложил теорию стоимости, основанную на полезности и дефиците; подобная глубина экономического мышления не встречалась вновь до дискуссий о предельной полезности в 1870-х годах. Кроме того, в трактате Галиани изложил традиционные меркантилистские идеи, и некоторые из его рекомендаций были приняты неаполитанским правительством. Первая глава Книги I представляет историю денег, а также взлет и падение государств в античности и в новое время. Используя исторические примеры, Галиани проиллюстрировал свою мысль о том, что торговлю игнорировали политические правители на протяжении всей истории человечества. Государства могли обогащаться и расти посредством завоеваний, однако они не могли укрепить свою власть, территорию и богатство без торговли. В центральной главе книги Галиани объяснил, что стоимость денег в любой момент времени определялась принципами, являющимися частью самой человеческой природы; деньги, безусловно, не были человеческим изобретением, посредством которого люди намеренно меняли окружающее их общество. Деньги возникали естественным образом в результате постепенного преобразования человеческих стремлений в общественные представления о ценности, стимулирующие коммерческое взаимодействие. Деньги существуют, не опираясь на обещания, доверие или другие моральные качества самоограничения, и не создаются посредством соглашения. Если бы эта ситуация изменилась, торговля не могла бы стать центром современных обществ. В "Della moneta" Галиани постоянно описывал последствия человеческих действий в терминах божественного воздаяния и наказания. Он использовал термин "провидение", чтобы согласовать историческую динамику коммерческого прогресса с набором фиксированных моральных правил, лежащих в основе успешного человеческого взаимодействия. Галиани рассматривал любые моралистические возражения против естественного ценообразования и корыстолюбивого стремления к прибыли как упреки в несоответствии функционированию человеческих обществ замыслу Бога. Провидческие механизмы также действовали в истории денег, в подъеме и падении государств как в античности, так и в новое время, и регулировали развитие культурных особенностей доминирующих обществ с течением времени. На протяжении всей истории человек постоянно переосмысливал вымышленные моральные убеждения, тем самым создавая ментальные предпосылки для коммерческого общества.

In 1751, while still a student, Galiani wrote a book entitled Della moneta which intervened in the Neapolitan debate on economic reform. In this book, he discussed financial politics and gave opinions on how to develop the Neapolitan economy. At the same time, he proposed a theory of value based on utility and scarcity; this depth of thinking on economic value would not be seen again until discussions of marginal utility developed in the 1870s. In addition, Galiani's tract exhibited conventional Mercantilist ideas and some of his recommendations were adopted by the Neapolitan government. Chapter 1 of Book I introduces the history of money as well as the rise and fall of states in antiquity and modern times. By using historical examples, Galiani illustrated his idea that commerce was neglected by political rulers throughout the whole history of humankind. States could become rich and grew through the conquest; however, they could not enhance their power, territory and wealth without commerce. In the core chapter of the book, Galiani explained that the value of money at any point in time derived from principles that were part of human nature itself; money was definitely not a human invention by which people deliberately changed the societies they lived in. Money generated naturally from the gradual modification of people's loves into social ideas of value that inspired commercial interaction. Money exists without relying on promises, trust, or another moral capacity of self restraint and money is not created by an agreement. If this situation was changed, commerce could not be the centre of modern societies. In Della moneta, Galiani constantly described the effects of human actions in terms of providential rewards and punishments. He used the term "providence" to reconcile the historical dynamic of commercial progress with a set of fixed moral rules that lay at the core of successful human interaction. Galiani presented any moralistic dismissals of natural price formation and self interested profit seeking as reproaches to the way God intended human societies to function. Providential mechanisms were also involved in the history of money, the rise and fall of states in both antiquity and modernity and regulated the development of cultural characteristics of the dominant societies in the course of time. Throughout history man constantly reshaped the fictional moral beliefs, thereby creating the mental preconditions for commercial society.

Диалоги по торговле мясом

В период работы дипломатом в Париже Галиани написал "Диалоги о торговле зерном", в которых подчеркивалась важность регулирования торговли – аргумент, который противоречил физиократам, выступавшим за полную свободу. Эта книга была опубликована в 1770 году, и Галиани указал в ней, что отдача от производства возрастает, а отдача от сельского хозяйства уменьшается, и богатство нации зависит от производства и торговли. Хотя он одобрял указ 1764 года, либерализировавший торговлю зерном, Галиани отверг значительную часть физиократического анализа, в особенности их "теорию стоимости, основанную на земле". Его работа 1770 года также содержала довольно современный анализ платежного баланса. В "Диалогах" Галиани описал, что пшеницу можно рассматривать в двух различных аспектах. Различие между этими аспектами существенно: как продукт земли, пшеница может быть предметом как коммерции, так и экономического законодательства. Как продукт первой необходимости, пшеница является символом социального порядка и относится к сфере администрирования. Как выразился Галиани, весьма проницательно, "как только обеспечение [пшеницей] становится заботой администрации, она перестает быть объектом торговли". Соответственно, "несомненно, что то, что разумно и полезно с одной точки зрения, становится абсурдным и вредным с другой". Галиани полагал, что экономика подвержена множеству шоков, способных вызвать дисбаланс, и для восстановления равновесия требуется длительное время. Он считал, что для противодействия этим вызовам и шокам необходимо нечто большее, чем естественный закон. Администрация занималась "резкими колебаниями" экономики, такими как дефицит зерна. Иными словами, законодатель не мог не учитывать суровую реальность обеспечения существования. В связи с этим, физиократического просвещенного деспота, последовательно и независимо управляющего экономическими вопросами в соответствии с естественными законами, было недостаточно для поддержания социального порядка.

Отношение к физиократам

Галиани обладал не только теоретическим блеском в своей идее "естественных" законов в экономике, но и был практичным человеком, скептически относившимся к возможностям абстрактной теории, особенно когда требовались быстрые и решительные действия. Он был возмущен наивными политическими предложениями физиократов, которые, по его мнению, были нереалистичными, непрактичными и, во времена кризиса, откровенно опасными. Галиани не соглашался с физиократическим утверждением о том, что для обеспечения достаточного количества зерна достаточно установить полностью свободную торговлю. При этом, в вопросах внешней торговли он соглашался с физиократами в том, что внутренняя свободная торговля может принести пользу экономике. Однако Галиани использовал вопрос экспорта, чтобы оспорить позицию физиократов. В одном из диалогов он даже заявил: «Здесь я говорю не о внутренней свободе торговли, давайте поговорим о внешней торговле» (Галиани 1770, 224–225). В то время как физиократы выступали за полную свободу торговли как внутри страны, так и на международном уровне, Галиани считал, что внутренняя свобода является приоритетной. Хотя он и не был полностью против экспорта зерна, Галиани часто осуждал физиократическую свободу экспорта. Он утверждал, что внешняя торговля может представлять угрозу для внутренней свободы, поскольку приграничные провинции королевства могут посчитать иностранные рынки более привлекательными, чем внутренние. Поэтому, до тех пор, пока нет уверенности в наличии постоянного излишка, Галиани считал, что страна должна сосредоточить свои усилия на внутреннем обороте зерна. Для него физиократы были опасной группой непрактичных людей, придерживающихся ошибочных идей. В 1768 году, когда Франция оказалась на грани голода, физиократы продолжали призывать к «бездействию», рассуждая о своем *ordre naturel* и гениальной мудрости Кене, что побудило других к значительным усилиям в противовес их идеям.