Введение

Томас де Моубрей, 1-й герцог Норфолкский (22 марта 1366 – 22 сентября 1399) – английский пэр. Его семья была древней, и к тому времени, как Томас достиг совершеннолетия, они были чрезвычайно влиятельны в национальной политике. Он сам утверждал о прямом родстве с королем Эдуардом I. Его отец умер, когда Томас и его старший брат были еще детьми. Однако Джон вскоре скончался, и Томас унаследовал графство Ноттингем. Вероятно, он был знаком с королем Ричардом II с юных лет, и в результате стал королевским любимцем, что принесло ему значительную выгоду. Он сопровождал Ричарда в его путешествиях по королевству и был принят в Орден Подвязки. Расточительное покровительство Ричарда вызвало недовольство парламента и других представителей английской знати, а Моубрей серьезно поссорился с дядей короля, Джоном Гонтом. Моубрей отправился в Шотландию вместе с королем во время вторжения в 1385 году, хотя, возможно, их дружба к тому времени уже ослабевала. У Ричарда появился новый фаворит – Роберт де Вер, а Моубрей сблизился с Ричардом Фицаланом, графом Арундельским, чья дочь Элизабет вышла замуж за его сына. Король уже не доверял Арунделю, и в новый круг общения Моубрея вошел не менее отчужденный Томас Вудстокский, герцог Глостерский. Вместе они плели интриги против королевского канцлера, герцога Саффолка, подав на него жалобу в парламент. Саффолк был отстранен от должности, и был создан совет для надзора за королем. Моубрей постепенно разочаровался в своих соратниках, возможно, из-за их жестокой мести, и к 1389 году вновь завоевал расположение короля. Моубрей участвовал в турнирах, возглавлял посольства и присоединился к Ричарду во время вторжения в Ирландию в 1395 году, успешно ведя переговоры с ирландскими королями. К этому времени король почувствовал в себе достаточно сил, чтобы напасть на своих врагов, что, по-видимому, вылилось в убийство Моубреем Глостера в Кале в 1397 году по приказу Ричарда. Вероятно, в качестве ответной услуги, вскоре после этого Моубрей получил титул герцога Норфолкского. Тем временем Моубрей поссорился со старшим сыном Джона Гонта, Генри Болингброком, и они договорились о поединке. Едва начавшись, поединок был отменен королем лично. Он изгнал их обоих: Моубрея – пожизненно, Болингброка – на десять лет. Моубрей дал обет паломничества, намереваясь отправиться в Иерусалим. Он добрался до Венеции, но в сентябре 1399 года умер, не покинув ее. От жены Елизаветы у него осталось два сына и три дочери. Старший сын, Томас, унаследовал от отца графство Норфолк, но восстал против короля в 1405 году и был казнен за измену. Второй сын Моубрея, также Джон, унаследовал герцогство и верно служил короне.

История и молодость

Моубрейцы были старинным баронским родом, впервые получившим дворянское достоинство в 1295 году. К XIV веку выгодные браки, служба короне и королевские награды обеспечили им значительное политическое влияние. Томас Моубрей был сыном Джона, лорда Моубрея, и его жены Элизабет Сегрев, дочери и наследницы Джона, лорда Сегрева, и его жены Маргарет, герцогини Норфолкской. Маргарет, в свою очередь, была дочерью и наследницей Томаса Бротэртона, графа Норфолка, пятого сына короля Эдуарда I. Томас Моубрей родился в 1366 году, точная дата неизвестна. Вероятно, его назвали в честь культа святого Фомы Беккета, последовательницей которого была его мать. Старший брат Томаса, Джон, был наследником их отца. Лорд Моубрей умер в 1368 году. Четыре года спустя братья оказались под опекой своей пратёти, Бланши Ланкастерской. Джон, которого Энох Пауэлл и Кит Уоллис называют "особым другом" короля, был возведён в графское достоинство Ноттингемское на коронации короля Ричарда II в 1377 году, но умер в начале 1383 года. Почти немедленно – в течение нескольких дней – графство было вновь пожаловано Томасу, и, несмотря на то, что он юридически оставался несовершеннолетним, ему было разрешено вступить во владение своим наследством. О юности Моубрея, как второго сына, сохранилось мало сведений, однако его происхождение и статус обеспечили ему место при дворе. Король и Моубрей, вероятно, дружили с детства, и он был королевским любимцем примерно с 1382 года. В том же году ему было даровано право охоты в некоторых королевских лесах, и он был посвящён в рыцари. Примерно в это же время Генри Болингброк, сын Джона Гонта, начал терять расположение короля. Моубрей вытеснил его в королевской милости. В 1383 году он женился на десятилетней леди Элизабет Лестрендж, наследнице Джона, лорда Блейкмера, однако она умерла вскоре после свадьбы.

Политическая ситуация

Ричарду II было всего десять лет, когда он в 1377 году вступил на престол своего деда, Эдуарда III. Хотя создавалось впечатление, что он лично правил, был организован постоянный совет для эффективного управления государственными делами от его имени. Это правительство, первоначально пользовавшееся популярностью, столкнулось с растущей критикой после подавления Крестьянского восстания в 1381 году. Короля Ричарда критиковали за покровительство узкому кругу королевских любимцев, в степени, которую биограф, историк Энтони Так, описал как "расточительную до безумия". Парламент также считал, что король должен править максимально экономно, и с недовольством наблюдал за раздачей королем огромных богатств ограниченному кругу лиц. Наибольшим получателем был Майкл де ла Поль, граф Саффолк. На международной арене Столетняя война шла для Англии крайне неудачно. В первые годы правления несколько экспедиций были отправлены во Францию для защиты английских владений, но почти все они обернулись военными и политическими провалами.

Карьера до 1390 года

После смерти жены Моубрей оставался в королевской милости, и он был принят в Орден Подвязки в октябре 1383 года, несмотря на отсутствие военного опыта. Король предоставил ему покои для отдыха и развлечений во дворцах Элтам и Кингс Лэнгли. Как важный придворный, Моубрей сопровождал Ричарда в его поездке по Восточной Англии в 1383 году. Его близость к королю вызвала неприязнь его дяди, Джона Гонта, герцога Ланкастерского – самого влиятельного человека в королевстве после короля. Гонт обвинил Моубрея, вместе с Робертом, графом Оксфордским, и Уильямом, графом Солсберийским, в заговоре против Ричарда. Сам Гонт утратил расположение племянника и отошел от участия в совете. Хроникер Томас Уолсингэм сообщает, что в ответ на эти обвинения Моубрей, де Вер и Монтакют в феврале 1385 года задумали убить герцога. Король устраивал турниры с 13 по 14 число этого месяца, а убийство Гонта планировалось на 14-е; возможно, Ричард не воспрепятствовал этому, настолько испортились отношения между ним и дядей из-за разногласий в военной политике. Гонт заявил Ричарду, что считает королевских советников «неблагонадежными»; в ответ Моубрей и его соратники выдвинули против герцога ряд новых обвинений. Гонт получил предупреждение о готовящемся нападении во время турнира и бежал в ночь на 14-е. 30 июня 1385 года, когда королевская армия готовилась к походу в Шотландию, Моубрей получил должность маршала Англии от своего прадеда. Он возглавил отряд из 99 рыцарей и 150 лучников, действуя в авангарде вместе с Гонтом. Моубрей участвовал в разработке королевских инструкций для кампании в Дареме, хотя, как предполагает Гивен Уилсон, к этому времени отношения Моубрея с Ричардом начали охлаждаться. Менее чем через год после смерти первой жены Моубрей женился на Элизабет Фицалан. Элизабет была дочерью Ричарда, графа Арунделя, и хотя король присутствовал на их свадьбе и последовавших за ней недельных торжествах, маловероятно, что этот брак был одобрен Ричардом. Его второй брак, несомненно, стал поворотным моментом. Ричард, вероятно, видел в Арунделе негативное влияние на Моубрея и опасался усиления позиций графа против него. Моубрей и Элизабет также заключили брак без его разрешения, поэтому король наложил взыскание на имущество Моубрея до тех пор, пока не получил стоимость разрешения на брак. Так утверждал, что опасения короля были не напрасны; Моубрей все больше изолировался при дворе от новых королевских фаворитов, таких как Оксфорд, и перешел в круг тех, кто выступал против новых приближенных к королю, возможно, считая их лучшим способом устранить своего соперника. В этот круг входили не только тесть Ричарда, но и его дядя, Томас, герцог Глостерский. В знак того, что Моубрей не окончательно лишился королевской милости, Элизабет получила мантию дамы Ордена Подвязки в 1386 году. Оба мужчины сыграли важную роль в парламентской атаке на канцлера Ричарда, Майкла де ла Поля, графа Саффолка, во время Чудесного парламента 1386 года. Чудесный парламент проходил на фоне реального страха перед французским вторжением – Уолсингэм описал, как лондонцы, по его мнению, «как робкие мыши, метались во все стороны», а Арундел был назначен адмиралом Англии. В марте следующего года он, в свою очередь, назначил Моубрея своим заместителем, и они вывели флот из Маргейта и почти немедленно столкнулись с франко-фламандским флотом. Результатом стало его сокрушительное поражение. Было захвачено или уничтожено от 50 до 100 франко-фламандских кораблей. Король остался недоволен. Когда Арундел и Моубрей вернулись ко двору, Ричард заявил, что они победили лишь купцов, а Оксфорд отвернулся от графов. Однако эта победа пользовалась огромной популярностью у народа.

Апелляционный

В течение большей части 1380-х годов Моубрей получал от короля то, что, несомненно, считал своим законным вознаграждением в виде земель, должностей и пожалований. Но к 1387 году он все больше отдалялся от двора Ричарда. Основной причиной этого, вероятно, была зависть к де Веру. Хотя он был достаточно богат, чтобы не зависеть от королевской милости, как де Вер, он ожидал чести и достоинства, соответствующих его происхождению и статусу. Он видел, что эти блага все чаще переходят к его сопернику. Несмотря на то, что Чудесный парламент учредил комиссию для фактического ограничения власти короля, она оказалась неэффективной. Ричард нейтрализовал комиссию, немедленно покинув Лондон, проигнорировав ее заседания и проводя собственные советы в провинциях. Он также обратился за юридической консультацией к своим судьям, которые, что неудивительно, постановили, что лица, ответственные за отношение парламента к королю, должны быть признаны государственными преступниками. В ответ Моубрей присоединился к Болингброку, Глостеру, Арунделю и Уорвику в обвинении нескольких друзей короля, включая Оксфорда, в государственной измене, и собрал армию в Хорнси, к северу от Лондона. Армия Апеллянтов вступила в бой с войсками Оксфорда при мосту Рэдкот, нанеся в декабре сокрушительное поражение роялистам. Моубрей не принимал участия, поскольку охранял дорогу обратно в Западные Средние земли в Мортоне-ин-Марше, хотя, возможно, отправил часть своего отряда к армии Апеллянтов. Моубрей, по-видимому, убедил Глостера, Арунделя и Уорвика отказаться от похода на Лондон и свержения короля. Более того, он и Болингброк, вероятно, оказывали сдерживающее влияние на остальных. В то же время, благодаря своему положению графа-маршала – одного из двух глав Суда чести – его присутствие среди Апеллянтов позволило им оформить свои действия юридически, а не как традиционное дворянское восстание. Моубрей был среди Апеллянтов, явившихся к Ричарду в Лондонский Тауэр 30 декабря 1387 года, держась за руки, и обвинивших короля в предательстве по отношению к ним. Они также потребовали от Ричарда приказать арестовать ответчиков; Уолсингхэм сообщает, что он согласился сделать это лишь после повторной угрозы свержением. Король попытался отделить Моубрея от его соратников, попросив его остаться, когда остальные были готовы уйти. Теперь, когда король находился под их контролем, Моубрей и Апеллянты созвали парламент на начало 1388 года. Эта сессия вошла в историю как Безжалостный парламент из-за жестокой расправы, которую он обрушил на ближайших сторонников короля, при этом Моубрей руководил казнями «с помощью и полномочиями мэра, шерифов и олдерменов Лондона». Моубрей должен был доставить осужденных в Тауэр и «оттуда тащить их по Лондону до виселицы в Тайберне и там повесить».

Сближение с царем

Со своей стороны, имеются признаки того, что Моубрей в ходе парламента стал испытывать недовольство своими соратниками, что, по мнению Така, было связано с тем, что Моубрей "никогда не был столь же решительно настроен на уничтожение придворной фракции, как Глостер, Арундел и Уорвик". Уилсон полагает, что включение Моубрея в число апеллянтов расширило их базу поддержки среди знати (благодаря его менее напряженным отношениям с королем), но также ослабило их, размыв их претензии. Как показал спор Моубрея с Уорвиком из-за поместья Гоуэров, они и так были "пронизаны личными и политическими разногласиями". Так предполагает, что, хотя Моубрей, по-видимому, мог смириться с убеждениями других, "настоящий раскол произошел из-за судьбы сэра Саймона Берли". Глостер и Уорвик обвинили его в чрезмерном влиянии на Ричарда; Берли, камергер, был наставником короля, который хотел его спасти. Моубрей и Болингброк согласились, но безуспешно, и в мае 1388 года Берли был повешен в Тайберне. Моубрей оставался верен королю и двору. Первые признаки возвращения Моубрея в милость появились в начале 1389 года, когда ему вернули его владения и помиловали за женитьбу без королевского разрешения. В марте он был назначен хранителем Восточной Марки и кастеляном замка Бервик, получая жалованье в размере 6000 фунтов стерлингов в мирное время и вдвое больше в военное. Его назначение не увенчалось успехом; он отчуждил традиционного лорда Севера, Генри Перси, графа Нортумберленда, который удалился ко двору. Моубрей не владел землями на Севере и имел мало связей среди дворянства, на которое ему приходилось полагаться при наборе войска. Служба Моубрея в Восточной Марке была фактически парализована с самого начала; неэффективность Моубрея проявилась в июне того же года, когда шотландское вторжение разорило север Англии и, не встретив серьезного сопротивления, дошло до Тайнемута. Как сообщает Вестминстерская летопись, Моубрей отказался от предложения шотландцев вступить в открытое сражение и отступил в замок Бервик. Король восстановил полный контроль над правительством примерно в мае 1389 года, и Моубрей присутствовал на заседании королевского совета во дворце Кларендон в сентябре того же года, что демонстрировало разрыв, который к тому времени возник между ним и его бывшими соратниками. На следующем заседании в марте король попытался увеличить вознаграждение Моубрея. Совет, во главе с Уильямом Уикемом в качестве канцлера, отказал – "во имя и по воле всех остальных лордов совета", – и Ричард был вынужден согласиться, хотя и с выражением недовольства (vultu quodammodo indignanti). Генри Перси был вознагражден за потерю попечительства должностью капитана Кале; в 1391 году он и Моубрей обменялись должностями, вернув Перси в Марку и отправив Моубрея во Францию.

Военная служба

В результате возвращения Моубрея к придворной партии, возросли его обязательства по королевской службе королю. В апреле 1390 года он участвовал в турнире перед камергером Ричарда в Сен-Инглевере, близ Булони, где проявил себя как чемпион против французов, во главе которых стоял известный рыцарь Жан де Бусико. Моубрей возглавил отряд, насчитывавший до 60 английских рыцарей и оруженосцев. В следующем месяце в Смитфилде, недалеко от Лондона, состоялся еще один турнир. Присутствие Моубрея в окружении короля было частью политики Ричарда, направленной на примирение с апеллянтами и укрепление его личной власти. Здесь, на глазах у короля, Моубрей одержал победу над Джоном Данбаром, графом Мореем, который, по словам одного летописца, впоследствии скончался от ран, полученных в шести поединках копьями без перекладин. Фруассар писал, что в Смитфилде «каждый стремился превзойти других: многих сбивали с коней, а многие теряли шлемы». В 1394 году Моубрей присоединился к королю в его ирландском походе. Стратегия Ричарда заключалась в размещении знати по всей стране для прямого противостояния с гэльскими королями и принуждения их к подчинению. Моубрей занял Карлоу, получив в управление это господство. Он возглавил несколько набегов против короля Ленстера, Арта МакМерроу, и в королевском письме совету сообщалось, что он «успешно сражался с ирландцами». Моубрей сжег девять деревень, убив множество людей и захватив около 8000 голов скота. Однажды он чуть не захватил МакМерроу «и его жену в постели». Побег МакМерроу «глубоко возмутил» Моубрея, и в отместку он приказал сжечь дом и четырнадцать окружающих деревень. Затем он прошел через горы Блэкстейрс, «которые представляли собой сплошное болото, куда до этого редко ступала нога англичанина». Было захвачено несколько врагов, их предводитель был казнен, а его голову отправили Ричарду. В конечном итоге Моубрей добился от МакМерроу согласия на подчинение Ричарду. В ходе этих переговоров Моубрей обладал полными полномочиями от имени короля и убедил МакМерроу эвакуировать Ленстер для англичан, за ним последовали и его вассалы. Однако ни МакМерроу, ни его войска не покинули Ленстер, и Моубрей не смог их заставить. Его попытки установить английское господство в провинции не увенчались успехом, и в мае 1395 года он вернулся в Англию.

Королевская служба до 1398 года

По возвращении Моубрей почти сразу же включился, вместе со своими соратниками по ирландской кампании – лордом Скроупом и графом Ратлендом – в переговоры о предложенном Ричардом браке с Изабеллой, дочерью французского короля Карла VI. Моубрей совершил множество поездок во Францию и, наконец, завершил переговоры в марте 1396 года. Помолвка была официально объявлена в сентябре, и Моубрей сопровождал французского короля в Кале. Ричард также поручил Моубрею вести секретные переговоры с Филиппом, герцогом Бургундским, и Джоном, герцогом Беррийским. Уилсон полагает, что король "очень доверял дипломатическим способностям Моубрея", поскольку в мае следующего года Моубрей представлял Англию на имперской диете во Франкфурте. Она была созвана для прекращения последнего папского раскола путем принуждения к отставке двух соперничающих пап. Вера Ричарда в Моубрея отражена в многочисленных пожалованиях, которые граф получил в этот период. Такк предполагает, что Моубрей мог позволить себе тратить около 40% своего общего дохода только на содержание свиты, что указывает на то, что его окружение было достаточно обширным, чтобы соответствовать окружению большинства графов. В 1397 году, за счет Уорвика, Моубрей получил владение Гоуэром, за которое их семьи враждовали на протяжении большей части предыдущего столетия. Соул предполагает, что Моубрей полагался на свою дружбу с королем, чтобы вернуть это владение, которое находилось в руках Бошампа с 1354 года. Это было "двойным ударом" для Уорвика, как отмечает Соул: это было не только самое прибыльное владение, которым он владел, и, следовательно, существенно влияло на его доходы, но ему также было приказано вернуть Моубрею прибыль, полученную с 1361 года, в размере около 5333 фунтов стерлингов в год. Атмосфера при дворе была напряженной. Ричард, возможно, чувствовал угрозу, подозревая, что Апеллянты предпримут новую атаку, и это могло побудить его действовать первым. В начале июля король урегулировал все финансовые вопросы с Апеллянтами. Он пригласил Арунделя, Глостера и Уорвика на пир, "подобный пиру Ирода", как сообщил Уолсингем, где они должны были быть арестованы. Присутствовал только Уорвик. Арунделя и Глостера арестовали позже. Они были преданы суду по отдельности и признаны виновными в государственной измене в сентябре. Уорвик лишился своих титулов и владений и был приговорен к пожизненному заключению. Арунделя казнили через обезглавливание; Моубрей, как граф-маршал, руководил приведением приговора в исполнение в отношении своего бывшего соратника. Глостера сослали в Кале. Вероятно, именно попытки Моубрея спасти жизнь Саймону Берли несколько лет назад спасли жизнь Моубрея в 1397 году.

Убийство Глостера и возвышение

Глостер был тайно арестован в ночь с 10 на 11 июля 1397 года и "выслан из Англии в Кале". Широко распространилось мнение, что король лично приказал убить Глостера, а позже, в парламенте 1399 года, было заявлено, что Моубрей, вероятно, сыграл ключевую роль в этом, будучи капитаном Кале. Слухи о смерти Глостера ходили с августа, и Гивен Уилсон предполагает, что это может быть признаком того, что Ричард приказал Моубрею убить герцога, но тот колебался несколько недель. Ричард приказал Уильяму Рикхиллу, судье Королевской скамьи, отправиться в Кале "в компании нашего дорогого родича Томаса, графа-маршала и графа Ноттингема, и там выполнить все, что вам предписано вышеупомянутым графом от нашего имени". Однако они отправились раздельно. Рикхилл покинул Англию 7 сентября и должен был получить инструкции от Моубрея по прибытии. Как отмечает Маквитти, выданные ему writs "намеренно не были датированы или были задним числом, чтобы соответствовать сфальсифицированной хронологии". Когда они встретились, Моубрей приказал Рикхиллу "оформить протокол беседы четко и открыто, заверив его своей печатью". Глостер дал признательные показания в присутствии свидетелей 8 сентября. На следующий день, когда Рикхилл попросил еще одной встречи с герцогом, Моубрей отказал ему. Через несколько дней парламент потребовал от Моубрея вернуть Глостера в Англию для суда. Моубрей вернул повестку с лаконичным ответом, что не может этого сделать, поскольку герцог умер: "Я содержал этого герцога под стражей в тюрьме короля в городе Кале, и там, в той же тюрьме, он скончался". Историк Аманда Маквитти полагает, что "историки в целом согласны с тем, что к этому моменту Ричард, должно быть, знал, что Глостер уже мертв". 29 сентября 1397 года Моубрей получил королевское помилование за свою роль в качестве апеллянтов. Это было частью восстановления Ричардом его аристократии, известной как "Дукетти" – "маленькие герцоги". Гивен Уилсон предположил, что новый титул Моубрея "унизил значимость высоких титулов, находящихся в распоряжении короны", в то время как Ровена Арчер утверждала, что, хотя он, возможно, и не был связан с королем кровными узами, "он обладал происхождением и богатством, чтобы заслужить столь высокую честь". Она также предполагает, что это не обязательно указывает на истинные отношения между этими двумя мужчинами. Как (пусть и бывший) апеллянт, Ричарду, должно быть, было трудно забыть прежнюю измену Моубрея, независимо от его последующей верности. Моубрей же, будучи опытным политиком при дворе, не мог этого не осознавать. В честь возвращения в королевскую милость Болингброк и Моубрей провели торжественную заупокойную мессу и пир, на котором присутствовали король и королева. Формально это было сделано в память о возвращении из Святой Земли останков отца Моубрея для перезахоронения; Джон Моубрей при жизни приобрел репутацию ревностного католика, и вокруг его имени сложился своего рода культ. Останки Джона Моубрея были помещены в реликварий в кармелитской церкви, что явно должно было отразиться и на самом Моубрее, повысив его политический статус, как и его возвышение до высшего титула в стране.

Ссора с Болингброком

К концу 1397 года Ричард планировал очередную экспедицию в Ирландию, а как одно из последствий Реванш-парламента, примерно в то же время Моубрей поссорился с Болингброком, ставшим герцогом Херефордским. Это не только серьезно нарушило планы короля, но, по словам Сола, стало событием, которое "привело к обрушению королевского дома карт". Историк Кэролайн Баррон утверждает, что "определенная степень аристократического соперничества могла бы пойти на пользу королю, но это была опасная игра", и эта игра оказалась для Ричарда роковой. Причины их ссоры уже неясны, но Сол предполагает, что, хотя это и "запутанная история", объяснение Гивена Уилсона, вероятно, столь же точно, как и сейчас может быть установлено. Он полагает, что дело было не столько в личностях участников, сколько в более широких разногласиях относительно королевской политики, которую король не смог урегулировать. Повествование о событиях сохранилось лишь в более позднем изложении Болингброка. Оба они были помилованы в декабре 1397 года на последней сессии предыдущего парламента. По словам Болингброка, он встретил Моубрея на дороге между Лондоном и Брентфордом, направляясь в парламент в Шрусбери, и Моубрей сообщил ему, что король планирует арестовать их обоих и что полученные ими королевские помилования недействительны; Ричард намеревался "аннулировать эту запись". Болингброк заявил, что протестовал против того, что король совершит столь вероломное нарушение обещания, на что Моубрей, предположительно, напомнил ему, что Уорвик, Арундел и Глостер также получили помилования. Король, в свою очередь, поддерживал своих врагов при дворе, особенно Роджера Мортимера, графа Марча, герцога Суррея и графов Уилтшира, Солсбери и Глостера. Моубрей, по-видимому, призывал Болингброка выступить против Суррея, Уилтшира и Глостера, утверждая, что "даже если они не смогут достичь своей цели сейчас, они намерены уничтожить нас в наших домах через десять лет". Моубрей, как утверждал Болингброк, сказал ему, что король считает месть блюдом, которое лучше подавать холодным, и ему нельзя доверять в соблюдении слова. По словам Гивена Уилсона, "это было, [Моубрей] заметил, в традиционном для политиков стиле – чувствовать нож в спине, забавный старый мир (un merveillous monde et faux)". Моубрей, вероятно, больше беспокоился о своей безопасности, чем Болингброк, поскольку последний пользовался поддержкой Джона Гонта, а Моубрей – нет. Король узнал об их встрече и потребовал от Болингброка повторить "многие нечестные и клеветнические слова" Моубрея на заседании парламента в Шрусбери. 3 января 1398 года Болингброк представил королю документ обвинения – "насколько он помнил". Моубрей пришел в ярость и все отрицал. Парламент не смог установить, кто прав, а кто виноват, и Ричард создал комиссию для разрешения этого вопроса. Считая, что Болингброк действует по приказу своего отца, Моубрей устроил засаду Гонту в начале 1398 года, хотя герцогу удалось бежать в Шрусбери. Моубрей, по словам Гивена Уилсона, запаниковал и бежал. Таким образом, сохранилось только повествование Болингброка о событиях, поскольку Моубрей не задержался, чтобы представить свою версию. Король немедленно отреагировал. Моубрей лишился должности графа-маршала, и был издан указ о его аресте. Моубрей предстал перед Ричардом в Озвестри в январе 1398 года, либо сдавшись, либо будучи арестованным. В ожидании полного заседания совета в апреле он и Болингброк были заключены в Виндзорский замок. Болингброк был немедленно освобожден под залог, внесенный его отцом; Моубрей оставался в тюрьме. Однако отсутствие подтверждающих или опровергающих доказательств утверждений обеих сторон привело к ситуации "он сказал – он сказал", и в результате Ричард решил, что спор можно разрешить только с помощью поединка, поскольку оба мужчины отказались примириться. Дата была назначена на 16 сентября 1398 года в Ковентри, с задержкой, чтобы, если возможно, дать возможность сторонам остыть. Этого не произошло, и турнир состоялся, как и было согласовано. Оба мужчины были опытными и умелыми рыцарями, и, по словам Адама из Уска, в этот момент король вмешался и остановил поединок. Уск утверждает, что это произошло потому, что он видел, что Моубрей близок к поражению, в то время как официальная хроника гласит, что Ричард не хотел, чтобы двое его подданных получили ранения или что-то еще худшее во имя его правосудия. Другой современный летописец, автор "Хроники о предательстве и смерти", предполагает, что король остановил поединок, едва начавшись. Ученый Аманда Маквитти предполагает, что он увидел возможность избавиться от двух бывших мятежников, проявляя при этом рыцарскую великодушие. Аллингтон Смит предполагает, что, возможно, "ему не было выгодно, чтобы кто-либо из них победил". Энн Карри утверждала, что в качестве графа-маршала Моубрей обычно сам организовывал бы такой поединок. Историки, по ее мнению, недостаточно обратили внимание на тот факт, что этого было недостаточно, чтобы Болингброк сдержал свою атаку.

Ссылка и смерть

Вместо того чтобы сражаться, оба мужчины были отправлены в изгнание: Моубрей – пожизненно, Болингброк – на 10 лет. Уск предполагает, что Моубрей в какой-то момент будет возвращен, когда Ричард "подумает о том, чтобы восстановить его в правах". Уилсон полагает, что даже на этом этапе Ричард предвидел возможность конфискации владений обоих мужчин. Более длительный срок изгнания Моубрея, предположительно, был обусловлен тем, что, хотя обвинение в государственной измене не было доказано, он недостаточно решительно отказался от апелляторов, плохо управлял Кале, подвергнув опасности страну, и плел интриги против Иоанна Гонтского. Ричард предоставил Моубрею выбор: совершить паломничество в Иерусалим, Германию, Богемию или Венгрию. Это позволило Моубрею сохранить свою честь. Посещение любого другого места было запрещено под страхом смерти. Ему было запрещено поддерживать связь с Болингброком во время его изгнания. Этот приговор не подлежал обжалованию, и они не могли просить о досрочном возвращении, хотя он получал 1000 фунтов стерлингов в год с доходов своих поместий, находящихся за границей. Должность графа-маршала была передана Вестморленду, а его наследник был определен пажом в свите королевы Ричарда. Моубрей также создал совет для консультирования юного Томаса в отсутствие отца, в который вошли некоторые из его опытных советников, такие как сэр Джон Сент-Джон. 19 сентября 1398 года Моубрей отплыл из Лоустофта в Дордрехт. Его провожали более тысячи желающих, собравшихся на пристани. Было 2 часа дня, и Моубрея сопровождало около 30 человек, включая слуг и вассалов. Местный историк отметил: "Если власти выбрали Лоустофт в качестве отправной точки вместо Ярмута, потому что он был меньше и менее известен, их надежды на то, чтобы событие прошло незамеченным, не оправдались". Среди наблюдателей было восемьдесят представителей знати Саффолка, которые засвидетельствовали, что при попутном ветре – зафиксировано выражение "bon vent et swerf" – он мог легко преодолеть шесть лиг до захода солнца. Маргарет, герцогиня Норфолкская, умерла лишь в марте 1399 года. Однако Моубрей не унаследовал бы обширные владения Бротэртонов. Несмотря на то, что после решения по делу в Ковентри ему были выданы охранные грамоты, позволяющие подать иск на право наследования, они были отменены в тот же день, когда Ричард объявил о конфискации ланкастерских владений Болингброка. Ученый Дуглас Биггс охарактеризовал это как проявление либо "злобы, либо великой глупости". В Венеции он договорился о покупке корабля у Синьории, и в сенатских протоколах он был записан как "Великолепный лорд герцог Гилфортский", или Гилдфорд. Антиквар Мэри Маргарет Ньюетт заметила, что "неясно, почему он принял этот титул и как долго его носил", хотя сохранилось несколько венецианских документов, датированных несколькими годами спустя, в которых его снова называют герцогом Норфолкским. Моубрей умер от чумы в Венеции 22 сентября 1399 года. Он был похоронен в соборе Святого Марка с необычной погребальной плитой. На ней изображены королевские гербы Англии (в связи с его должностью графа-маршала), львиный герб его семьи, Белый олень Ричарда II и Белый лебедь Генриха IV, хотя последний, как отмечает историк Дэвид Маркомб, "любопытно скрывает свою голову под шлемом Моубрея". Если бы он умер ближе к дому, его, вероятно, похоронили бы в семейном склепе в Аксхольме.

Наследие и последствия

Крис Гивен Уилсон утверждал, что вражда Моубрея с Болингброком напрямую привела к узурпации им престола Ричарда II. Болингброк вернулся в Англию в начале июля 1399 года. Он заявлял, что вернулся лишь для того, чтобы получить свое наследство Ланкастеров, но, поскольку Ричард находился в Ирландии и не встретил сопротивления при продвижении на юг, он захватил трон 30 сентября. Вскоре после этого, 6 октября 1399 года, парламент аннулировал создание Моубрея герцогом Норфолкским, хотя его наследник сохранил остальные титулы. Исполнителям завещания Моубрея было выделено 1000 фунтов стерлингов для исполнения его воли, выплаты долгов и погребения в Венеции. В 1532 году потомок Моубрея, Томас Говард, герцог Норфолкский, обратился с просьбой о возвращении останков Моубрея из Венеции, чтобы перезахоронить их вместе со своими герцогскими предками.

Личность и оценка

Моубрей основал Axholme Charterhouse в 1395 или 1396 году; он обращался к папству за разрешением, по крайней мере, с 1389 года. Он завещал Аксхольму "бочку или две трубы гасконского вина" в год, а также другие небольшие пожертвования другим обителям. Также в 1396 году он основал картезианский монастырь в Эпворте. Современные хронисты практически единодушно осуждают Моубрея, хотя сохранившиеся источники были написаны уже после захвата трона Болингброком. Историк Найджел Соул описывает Моубрея как движимого амбициями и жаждой власти, а также непостоянного в характере. Баррон полагает, что он был "непредсказуемым и неуверенным в себе человеком", а Гивен Уилсон отмечает, что "Моубрей, возможно, был импульсивным и переменчивым", но не лишенным принципов.

Браки и деторождение

Моубрей женился первым браком, после 20 февраля 1383 года, на Элизабет Ле Стрэндж (ок. 6 декабря 1373 – 23 августа 1383), леди Стрэндж из Блэкмера по праву наследования, дочери и наследнице Джона Ле Стрэнджа, 5-го барона Стрэнджа из Блэкмера, и леди Изабель де Бошамп, дочери Томаса де Бошампа, 11-го графа Уорвика. От этого брака у него не было детей. Второй женой Моубрея была леди Элизабет ФицАлан (ок. 1372 – 8 июля 1425), вдова сэра Уильяма Монтегю, дочь Ричарда ФицАлана, 11-го графа Арунделя, и леди Элизабет де Бун, дочери Уильяма де Буна, 1-го графа Нортгемптона. От этого брака у него было два сына и три дочери. Старший сын Моубрея, носивший то же имя, унаследовал графство Ноттингем, но восстал против Генриха IV в 1405 году и был казнен в возрасте 19 лет. Младший сын, Томас, женился на Констанции, дочери Джона Холланда, герцога Эксетерского, около 1400 года. Второй сын Моубрея, Джон, таким образом, унаследовал графские титулы отца. В 1412 году Джон женился на Кэтрин Невилл, дочери северного магната Ральфа, графа Вестморленда, и за верную службу Генриху V в 1425 году был восстановлен в герцогском достоинстве Норфолка. Старшая дочь Моубрея, Элизабет, вышла замуж за Майкла де ла Поля, 3-го графа Саффолка, до 1403 года. Современный хронист описывал Майкла как "сильного, энергичного и отважного, как любой член двора" Генриха V, и он погиб в битве при Азенкуре в 1415 году, став одним из немногих известных англичан, павших в той битве. Маргарет, вторая дочь, вышла замуж дважды. Сначала за сэра Роберта Говарда, от которого родила Джона Говарда, 1-го герцога Норфолка. Она вышла замуж к 1420 году; Роберт Говард, возможно, был приближенным 2-го герцога Норфолка и, безусловно, сражался вместе с ним во Франции. Вторым браком она вышла за сэра Джона Грея из Рутина, Денбигшир, старого друга Моубреев. Она умерла в 1459 году. Младшая дочь, Изабель, также вышла замуж дважды. Ее первым мужем был сэр Генри Феррерс, сын Уильяма, барона Феррерса из Гроби; Генри умер в 1425 году. Вторым браком она вышла за Джеймса Беркли, 1-го барона Беркли.

Собственность

Наследие, полученное Моубреем, было значительным, преимущественно сосредоточенным в Восточной Англии и опиравшимся на древние владения семьи в Лестершире, Линкольншире и Йоркшире. В эти владения входили важные поместья Мелтон-Моубрей и их Caput baroniae – Аксхольм. Наследство его матери из рода Сегрейв пополнило эти земли, предоставив ему поместья в Хантингдоншире, Норфолке, Сассексе, Уорвикшире и Уилтшире. Его вторая жена, чей отец, граф Арундел, был одним из самых богатых людей в стране, принесла ему дополнительные поместья в Норфолке, а также в Бакингемшире и Эссексе. Его земельный доход составлял около 1475 фунтов стерлингов в год. Уилсон называет это «значительным наследием, но недостаточным, чтобы поместить Моубрея в число первых английских графов». Однако эта цифра не включает различные дары ценностей или предоставления должностей и земель, полученные им от короля. Более того, после смерти его бабушки, графини Маргарет, он рассчитывал получить еще одну крупную базу власти в Восточной Англии, особенно вокруг замка Фрэмлингем. Также имелся участок земли, простиравшийся через Йоркшир, охватывая Ховингем, Тирск и Ниддердейл. В сочетании с ее владениями на Уэльшских Марках, в районе Чепстоу, и в других английских графствах, их стоимость оценивается примерно в 3000 фунтов стерлингов в год. Сол оценил его годовой доход примерно в 2000 фунтов стерлингов в год.

Тюдорский

Как Томас Моубрей, его ссора с Болингброком и последовавшее изгнание изображены в начальной сцене шекспировского "Ричарда II". Моубрея обвиняют не только в убийстве Глостера, но и в хищении средств, предназначенных для оплаты калейского гарнизона. Король обещает: "Лицом к лицу, мы сами услышим / Обвинителя и обвиняемого, говорящих свободно", хотя Моубрей признается, что не может говорить столь свободно, как хотел бы, из-за кровных уз короля с Болингброком. Опасения Моубрея необоснованны: Ричард характеризует обвинения Болингброка как основанные на "древней вражде", и Моубрея провоцируют на вызов суду посредством поединка, предположительно, чтобы король не мог вынести решение в его пользу. Моубрей, понимая, что он – пешка в королевских планах, пророчески отвечает на реплику Ричарда "Львы усмиряют леопардов" словами: "Да, но не меняют свои пятна". Обвинения Болингброка, как утверждает доктор Имке Лихтерфельд, "действительно серьезны" и варьируются от хищения 8000 ноблов до смерти Глостера и государственной измены: три преступления, каждое страшнее предыдущего. О его смерти в изгнании позже в пьесе объявляет епископ Карлайла. Моубрей также упоминается в "Генрихе IV, часть II", как некогда нанявший развратного Фальстаффа в качестве пажа. В этой сцене, датируемой примерно 1405 годом, подразумевается, что Моубрей представляет собой угасшее поколение великих воинов, особенно поскольку он последний англичанин, погибший в крестовом походе в шекспировском каноне. Когда Шекспир писал, вопрос о смещении с престола был политически деликатным, поскольку, как и Ричард, Елизавета I также была бездетной и все больше опасалась династических угроз со стороны своей знати. Шекспир использует изгнание Моубрея и Болингброка, чтобы символизировать изгнание католических диссидентов во время ее позднего правления; и, как предполагает ученый Альфред Томас, "это, несомненно, нашло отклик у елизаветинцев, вынужденных отречься от своего родного английского языка, когда они начали жизнь в изгнании в католической Европе". Усиливая сравнение с Елизаветой, Моубрей прямо отвергает "женскую войну" слов своего суверена. Моубрей появляется в "Зеркале для магистратов" Уильяма Болдуина и Джорджа Феррерса, написанном в середине XVI века. Он описан как "главный виновник гибели герцога [Глостера]", поскольку Болдуин и Феррерс следуют точке зрения Роберта Фабиана, согласно которой, раскрыв заговор Глостера против короля, Моубрей тем самым предопределил судьбу герцога, а не из-за своего пребывания в Кале. Они также предполагают, что Моубрей, возможно, был наименее преданным из Апеллянтов в 1386 году. Моубрей также является героем баллады позднего тюдоровского поэта Томаса Делони "Песня об изгнании двух герцогов, Херефорда и Норфолка". Делони верен тем хроникам, которые он использует, очерняя Моубрея – которого называют "самым неверным" королю – и подчеркивая мудрость и праведность Болингброка, а также его божественное право на трон. Моубрей обвиняется в бедах короля:

Современный

Моубрей играл важную роль в большинстве постановок «Ричарда II» Шекспира, и лишь некоторые из них можно упомянуть здесь. В роли герцога Норфолка его исполнил Ноэль Джонсон в пятнадцатисерийной адаптации исторических пьес Шекспира «Эпоха королей» (An Age of Kings) на BBC в 1960 году. Ян МакКеллен, в одной из первых ролей, отправился с театральной компанией Prospect Theatre Company в провинциальный тур, где Стифен Грейф играл Моубрея, в 1960 году; в последний раз его видели в Глостере с охраной, несущим матрас, что отражало современные слухи о его удушении. В 1973 году Джон Бартон поставил спектакль в Стратфорде-на-Эйвоне с Денисом Холмсом в роли Ричарда и Ричардом Паско в роли короля, где Моубрей и Болингброк сражались друг с другом на огромных карнавальных лошадях. Постановка Бартона была перенесена в театр Олдвич в следующем году. Пять лет спустя, в постановке Дэвида Джайлза Ричард Оуэнс сыграл Моубрея в «Шекспировском каноне» BBC Television Shakespeare, где весь корпус произведений был показан в течение семи лет. Дерек Джейкоби возглавил постановку, а Джайлз сосредоточился на неоднозначности отношений короля с Моубреем, который был его другом и верным слугой, но которому он больше не мог доверять. Моубрея, в период с 1987 по 1988 год, в роли Ричарда, сыгранного Майклом Пеннингтоном, исполнил Майкл Кронин, в одной из первых постановок новообразованной English Shakespeare Company. Именно отказ RSC предложить Пеннингтону роль Ричарда в предыдущем году – роль досталась Джереми Айронсу, а герцога сыграл Ричард Мур – привел к образованию отколовшейся группы. Мур сыграл Моубрея как ремесленника, а не военного, в ярко-зеленой одежде и с неуклюжей походкой. В постановке Деборы Уорнер 1995 года в Коттслоу Национального театра Дэвид Лион играл вместе с Дэвидом Трэлфаллом в роли Болингброка. Эта постановка была примечательна тем, что Фиона Шоу была приглашена на роль короля Ричарда. Лион повторил свою роль, когда Уорнер адаптировала свою постановку для телевидения два года спустя. Критик Майкл Хэттауэй отметил, что к тому времени «необоснованное возмущение тем, что одна из величайших ролей Шекспира досталась женщине, было подавлено превосходством и глубиной исполнения Шоу». В 2000 году Стивен Пимлотт снял Дэвида Траутона в роли Болингброка и Сэмюэля Уэста в роли Ричарда, а Пол Гринвуд сыграл Моубрея, которого критик Рода Кениг описала как «тихого, но напряженного, резко шепчущего». Норфолк. Его сыграл Джеймс Пьюрфой в сериале BBC2 «Пустая корона» (The Hollow Crown) – телевизионной адаптации «Генриады» Шекспира 2012 года, а в следующем году Дэвид Теннант исполнил главную роль в постановке Грегори Дорана для RSC, против Моубрея в исполнении Энтони Бёрна. Хотя предполагаемое убийство Глостера Моубреем происходит до начала шекспировского повествования, Моубрей не появляется в пьесе, названной в честь его жертвы, Томаса Вудстока.