Введение
Уголовная защита от злоупотреблений
Защита, основанная на злоупотреблениях, – это стратегия в уголовном праве, при которой подсудимый утверждает, что предшествующий опыт злоупотреблений оправдывает применение насилия в ответ. Хотя этот термин чаще всего используется в контексте жестокого обращения с детьми или сексуального насилия, он также относится к любой попытке защиты использовать синдром или социальное состояние для перекладывания ответственности с обвиняемого. Иногда эту концепцию называют "оправданием злоупотреблениями", особенно критики идеи о том, что виновные лица могут использовать пережитое в прошлом, чтобы уменьшить свою ответственность за совершенные преступления. Когда злоумышленник сам является жертвой преступления, что часто бывает, оправдание злоупотреблениями иногда используется как способ "представить жертву в роли обвиняемого". Верховный суд США неоднократно подтверждал, что подсудимому должно быть разрешено представлять любую информацию, которая, по его мнению, может повлиять на вынесение приговора. Несмотря на этот юридический прецедент, возможность использования защиты, основанной на злоупотреблениях, подвергалась критике со стороны ряда юристов, особенно после судебных процессов над Лореной Боббит и братьями Менендес. Юрист Алан Дершовиц назвал оправдание злоупотреблениями "беззаконным призывом к самосуду".
Определение
Защита от насилия – это "юридическая тактика, при которой подсудимые утверждают, что перенесенное в прошлом насилие является оправданием жестокого ответа". В некоторых случаях, как в деле Боббита, предполагаемое насилие происходит непосредственно перед актом возмездия; в таких ситуациях оправдание насилием используется для обоснования временного невменяемости или права на самооборону. В других судебных процессах, например, в деле братьев Менендес, предполагаемое насилие происходит на протяжении длительного времени, часто начиная с детства подсудимого; это связывает защиту от насилия с понятием сниженной вменяемости. Поскольку жертвой часто оказывается человек, который ранее совершал насилие в отношении подсудимого, цель оправдания насилием – "предъявить обвинение жертве" и показать, что агрессор "заслужил такое отношение".
Защиты от отклонения от ответственности
Существует более 40 различных защит и синдромов, которые использовали адвокаты защиты, и все они преследуют общую цель – переложить ответственность за преступление с обвиняемого. Некоторые из этих защит стремятся связать поведение обвиняемого с ранее существовавшими медицинскими состояниями, такими как антисоциальное расстройство личности, фетальный алкогольный синдром и посттравматическое стрессовое расстройство. Другие защиты пытаются объяснить преступный поступок влиянием общества, в котором живет обвиняемый, а не его собственным выбором; например, "защита порнографией" утверждает, что распространение порнографии толкает мужчин на совершение актов сексуального насилия, а "синдром выживания в городских условиях" – что насильственная обстановка в городе или районе может оправдать насильственные действия конкретного человека.
Распространенность
Растущая обеспокоенность американской общественности связана с тем, что виновные преступники слишком часто избегают наказания за свои преступления или получают несоразмерно мягкие приговоры, что усугубляется использованием оправданий, основанных на злоупотреблениях. Юристы возражают, что подобные оправдательные аргументы либо играют незначительную роль в судебном процессе, либо оказываются полностью безуспешными. Во время суда над Дэном Уайтом, убившим защитников прав геев Джорджа Москона и Харви Милка, одно экспертное заключение упомянуло, что употребление большого количества некачественной пищи могло усилить депрессивное состояние Уайта перед убийствами. Широко распространилось мнение, что адвокаты Уайта добились для него смягчения приговора, используя так называемую "защиту Твинки", хотя вопрос о воздействии сахара на его состояние был лишь вкратце затронут в ходе судебного разбирательства. Несмотря на то, что американская общественность часто выражает недовольство предполагаемой частотой использования обвиняемыми оправданий, основанных на злоупотреблениях, на деле эта стратегия обычно применяется лишь в резонансных делах. Для эффективного использования оправдания, основанного на злоупотреблениях, защита должна представить экспертные показания в пользу обвиняемого. Большинство обвиняемых не могут себе позволить оплатить таких экспертов, поэтому квалифицированные специалисты, как правило, дают показания лишь в тех случаях, когда обвиняемый богат или пользуется поддержкой общественных организаций. Судебные процессы над Лореной Боббит и братьями Менендес часто приводятся в качестве примеров оправдания, основанного на злоупотреблениях, на практике.
Процесс Боббитта
23 июня 1993 года Лорена Боббит отрезала своему мужу пенис кухонным ножом, пока он спал. После этого она уехала и выбросила отрезанный пенис из окна машины в ближайшее поле. Позже Боббит заявила, что ее муж изнасиловал ее непосредственно перед этим, однако он отрицал эти обвинения и в итоге был оправдан по обвинению в изнасиловании. Боббит также утверждала, что в прошлом муж неоднократно насиловал и подвергал ее словесным оскорблениям, и что воспоминания об этих злодеяниях "мелькали в ее голове" в моменты, предшествовавшие нападению. На суде адвокат Боббит утверждал, что она не виновна в силу временного невменяемости. Она была оправдана по этому основанию и освобождена после заключения под стражу для психиатрической экспертизы.
Братья Менендес
В августе 1989 года братья Лайл и Эрик Менендес застрелили своих родителей в их доме в Беверли-Хиллз, штат Калифорния. Они разработали сложную версию алиби и в течение нескольких лет настаивали на своей невиновности, пока Эрик не признался своему психотерапевту. Когда было принято решение о допустимости признания в убийстве в качестве доказательства на суде, братья заявили о самообороне. Они утверждали, что в детстве подвергались сексуальному насилию со стороны отца и опасались, что родители намерены их убить. Несмотря на отказ судьи предоставить присяжным инструкции по самообороне, оба первых судебных процесса закончились разногласиями в вердикте и были объявлены несостоявшимися. Хотя братья в конечном итоге были признаны виновными и приговорены к последовательным пожизненным заключениям, многие юристы были возмущены этими несостоявшимися процессами. До 1978 года законодательство штата Огайо о смертной казни устанавливало ограничения на смягчающие обстоятельства, которые защита могла представить при вынесении приговора. Однако этот закон был признан недействительным в деле «Локетт против Огайо», в котором председатель Верховного суда Уоррен Э. Бергер заявил, что приговорщику не следует «препятствовать рассмотрению в качестве смягчающего фактора любого аспекта личности или прошлого подсудимого, а также любых обстоятельств преступления, которые подсудимый приводит в качестве основания для назначения наказания, отличного от смертной казни». Аналогичный вывод был сделан в деле 1982 года «Эддингс против Оклахомы», в котором Верховный суд постановил, что законодательство Соединенных Штатов не препятствует присяжным учитывать жестокое обращение с подсудимым в детстве при определении соответствующего наказания. В июне 2003 года в деле «Виггинс против Смита» заявитель Кевин Виггинс, приговоренный к смертной казни за убийство, получил право на habeas corpus, поскольку его адвокат не провел полного расследования и не представил смягчающие доказательства относительно детства Виггинса. Виггинс подвергался жестокому обращению и пренебрежению со стороны матери и неоднократно подвергался изнасилованию в приемных семьях; Верховный суд установил, что существует «обоснованная вероятность» того, что эта информация могла бы повлиять на решение присяжных о вынесении приговора, и что отказ адвоката представить эту информацию нарушил право Виггинса на защиту, гарантированное Шестой поправкой к Конституции. Дершовиц рассматривает эффективность защиты на основании злоупотреблений как «беззаконное поощрение самосуда», которое лишь усугубит цикл насилия. Хотя политолог Джеймс К. Уилсон также осудил оправдание злоупотреблений, он отмечает, что оно эффективно только в том случае, если присяжные сочтут его убедительным доказательством невиновности или существенным смягчающим обстоятельством. В этом случае нет оснований исключать утверждения о злоупотреблениях из судебного процесса. Уилсон утверждает, что проблема заключается не в использовании оправданий в качестве правовой защиты, а в смешении социальных наук, стремящихся объяснить человеческое поведение, с уголовным правом, стремящимся оценивать поведение. Хотя многие граждане выступают за суровые наказания как средство снижения преступности, ряд исследований показали, что стремление присяжных достичь этой цели часто подавляется врожденным желанием понять поведение, приводящее к преступлению.