Введение

Фридрих Кристоф Дальманн (13 мая 1785 года, Висмар — 5 декабря 1860 года, Бонн) — немецкий историк и политический деятель.

Биография

Он происходил из старой ганзейской семьи Висмара, находившегося тогда под контролем Швеции. Его отец, занимавший должность бургомистра города, хотел, чтобы Фридрих изучал теологию, но он предпочитал классическую филологию, которую изучал с 1802 по 1806 год в Копенгагенском университете, Галльском университете, а затем снова в Копенгагене. После окончания учебы он переводил произведения некоторых греческих трагических поэтов, в том числе «Облака» Аристофана. Однако его интересовали также современная литература и философия, и проблемы времени, с которыми он столкнулся лично, пробудили в нем сильное чувство немецкого патриотизма, хотя на протяжении всей жизни он всегда гордился своей связью со Скандинавией, а Густав Адольф был его кумиром. В 1809 году, с началом войны в Австрии, Дальман вместе с поэтом Генрихом фон Клейстом, с которым он познакомился в Дрездене, отправился в Богемию, а затем присоединился к императорской армии до битвы при Асперне, преследуя несколько расплывчатую цель – попытаться превратить австрийскую войну в немецкую. Эта надежда была разрушена поражением при Ваграме. Тогда он решил попытать счастья в Дании, где у него были влиятельные связи. Получив докторскую степень в Виттенберге (1810), он в 1811 году получил квалификацию в Копенгагене, представив эссе о происхождении древнего театра, и стал лектором по древней литературе и истории, читая лекции на латыни. Его влиятельные друзья вскоре способствовали его дальнейшему продвижению. Уже в 1812 году его пригласили в Киль на замену историку Дитриху Герману Гегевишу (1746–1812). Это назначение стало поворотным моментом в его карьере в двух отношениях: с одной стороны, оно заставило его полностью посвятить себя предмету, к которому он был исключительно пригоден, но которому до сих пор уделял лишь второстепенное внимание, а с другой – вовлекло его в политику. В 1815 году, помимо профессорства, он получил должность секретаря постоянной делегации сословий Шлезвиг-Гольштейна. В этом качестве он начал, посредством мемуаров или статей в основанном им журнале «Kieler Bldlter», выступать как способный и ревностный защитник полузабытых прав Эльбских герцогств против Дании и их тесной связи с Германией. Позже датчане возложили на него вину за изобретение шлезвиг-гольштейнского вопроса; его деятельность, безусловно, является важным звеном в цепи событий, приведших к решению 1864 года. В той мере, в какой этот интерес касался его лично, основная выгода заключалась в том, что он углубил его понимание государства и направил его к более практическим целям. В то время как французский либерализм школы Роттека и романтическая доктрина христианского государства Карла Людвига фон Галлера были основаны на чистых спекуляциях, Дальман исходил из существующих обстоятельств и постепенно развивал новое из старого. Более того, в неизбежном конфликте с датской короной его принципиальность и немецкий патриотизм получили дальнейшее подтверждение. После переезда в Геттинген около 1829 года он получил возможность работать в том же духе. Будучи доверенным лицом герцога Кембриджского, ему было поручено участвовать в разработке Ганноверской конституции 1833 года, которая перестроила старое аристократическое правление в направлении, ставшем неизбежным после Июльской революции в Париже. И когда в 1837 году новый король Эрнст Август объявил конституцию недействительной, Дальман вдохновил знаменитый протест семи профессоров Геттингена. Лишившись должности и подвергшись изгнанию, он испытал удовлетворение от того, что его смелый поступок способствовал подъему немецкого национального чувства, а общественные пожертвования спасли его от нищеты. После нескольких лет, проведенных в Лейпциге и Йене, король Фридрих Вильгельм IV Прусский в октябре 1842 года назначил его профессором Боннского университета. Последующие годы стали годами его наибольшей славы. Его «Политика» (1835) уже сделала его известным писателем; теперь он опубликовал свою «Датскую историю» (1840–1843), историческое произведение первого ранга, за которым вскоре последовали истории английской и французской революций, которые, хотя и имели меньшую научную ценность, оказали решающее влияние на общественное мнение своей открытой поддержкой системы конституционной монархии. Он был очень любим как преподаватель. Несмотря на то, что он не был оратором и обладал не особенно приятной и располагающей личностью, он производил глубокое впечатление на молодых людей глубиной своих мыслей, последовательным логическим методом мышления, основанным на идеях Иммануила Канта, и мужественностью своего характера. Когда в 1848 году вспыхнула революция, «отец немецкой национальности», как назвало его Временное правительство в Милане, оказался в центре всеобщего внимания. Мекленбург и Пруссия тщетно предложили ему пост посланника при диете Конфедерации. Естественно, он был также избран в Национальное собрание во Франкфурте и сыграл ведущую роль в конституционных комитетах, созданных сначала диетой, а затем парламентом. Его целью было сделать Германию, насколько это возможно, объединенной конституционной монархией, исключив Австрию целиком или, по крайней мере, ее негерманские части. Пруссия должна была предоставить императора, но при этом – и в этом заключалась доктринальная слабость системы – должна была отказаться от своего исторически сложившегося независимого существования, как и другие государства. Поэтому, когда Фридрих Вильгельм IV, не выражая желания связать себя условиями, выдвинутыми во Франкфурте, заключил с Данией семимесячное перемирие в Мальмё (26 августа 1848 года), Дальман предложил национальному парламенту отказаться от признания перемирия, чтобы раз и навсегда прояснить отношения парламента с берлинским двором. Предложение было принято незначительным большинством (5 сентября), но члены партии Дальмана проголосовали против него, и 18 сентября они отменили предыдущее решение и приняли резолюцию о принятии перемирия, после того как Дальман не смог сформировать министерство на основе резолюции от 5-го числа из-за своего возражения против радикалов. Дальман позже назвал это решающим поворотным моментом в судьбе парламента. Он не сразу потерял надежду. Хотя он мало участвовал в парламентских дебатах, он был очень активен в комиссиях и на партийных конференциях, и во многом благодаря ему была разработана немецкая конституция, и Фридрих Вильгельм IV был избран наследственным императором (28 марта 1849 года). Он был одним из делегатов, предложивших короне королю в Берлине. Отказ короля не стал для него таким сюрпризом, как для большинства его коллег. Он рассчитывал, что сможет добиться признания конституции посредством морального давления согласия народа. Только когда позиция радикалов прояснила ему, что этот курс приведет к революции, он после долгих колебаний решил покинуть национальный парламент (21 мая). Он оставался одним из главных инициаторов известной конференции имперской партии в Готе, результаты которой, однако, его не удовлетворили, и участвовал в заседаниях первой прусской палаты (1849–1850) и парламента в Эрфурте (1850). Но, наконец, убедившись, что на данный момент все усилия по объединению Германии тщетны, он отошел от политической жизни, хотя его часто призывали баллотироваться, и вновь занялся преподавательской деятельностью в Бонне. Его последние годы были омрачены болезнью, горем и постоянными трениями с коллегами. Его смерть наступила после апоплексического удара.