Введение

Иоаннис Метаксас (греч. Ιωάννης Μεταξάς; 12 апреля 1871 – 29 января 1941) – греческий военный офицер и политик, занимавший пост премьер-министра Греции с 1936 года до своей смерти в 1941 году. Первые четыре месяца своего пребывания в должности он управлял страной на конституционных началах, а затем стал фактическим лидером режима 4 августа после назначения королем Георгом II. Родившийся в аристократической семье на Итаке, Метаксас участвовал в греко-турецкой войне 1897 года и Балканских войнах (1912–1913) и быстро продвигался по службе в греческой армии. Будучи монархистом во время Национального раскола, Метаксас безуспешно выступал против премьер-министра Элефтериоса Венизелоса и вступления Греции в Первую мировую войну, за что в 1917 году был сослан на Корсику. По возвращении Метаксас занялся политикой и основал Партию свободомыслящих, однако во время Второй Греческой Республики добился лишь ограниченного успеха. В апреле 1936 года, спустя год после восстановления греческой монархии, Метаксас был назначен премьер-министром. При поддержке короля Георга II он инициировал самопереворот и установил авторитарный, националистический и антикоммунистический режим. Идеология, связанная с его правлением, – метаксизм – иногда характеризуется как фашистская, хотя исследователи описывают его правление как обычную авторитарную консервативную диктатуру, схожую с франкистской Испанией или «Новым государством» в Португалии. Метаксас пытался сохранить нейтралитет Греции в начале Второй мировой войны. 28 октября 1940 года Метаксас отверг итальянский ультиматум о капитуляции, тем самым присоединив Грецию к союзникам и втянув страну в войну. Он умер в январе 1941 года, до немецкого вторжения и последовавшего падения Греции.

Военная карьера

Иоаннис Метаксас родился в Итаке в 1871 году. Его семья была внесена в Книгу золотую (Libro d'Oro) Ионических островов, ранее принадлежавших Венеции, а корни её восходили к византийскому дворянству. Семья Метаксасов была внесена в Книгу золотую в XVII веке. Метаксас очень гордился своим аристократическим происхождением, отмечая, что многие предки простых греков не были достаточно известны, чтобы быть включенными в Libro d'Oro. После обучения в Греческой военной академии он стал профессиональным военным, приняв присягу в качестве второго лейтенанта инженерных войск 10 августа 1890 года. Впервые он принял участие в греко-турецкой войне 1897 года в штабе главнокомандующего греческой армией, наследного принца Константина. Метаксас стал протеже Константина, и значительная часть его продвижения по службе в греческой армии была обусловлена покровительством наследного принца. Греция в то время характеризовалась системой покровительства, и влиятельный покровитель в лице Константина способствовал карьере Метаксаса. После войны он продолжил военное образование в Берлинской военной академии с 1899 по 1903 год. Метаксас был очень близок к Константину и был лично отобран наследным принцем для поездки в Берлин. Во время учебы в Военной академии Метаксас неизменно получал высокие оценки от немецких преподавателей, один из которых писал, что он был "ein kleiner Moltke" ("маленький Молтке" – отсылка к невысокому росту Метаксаса). Пребывание Метаксаса в Германии сделало его поклонником прусского милитаризма. В своем дневнике за март 1900 года он написал: "У меня нет иного стремления, кроме как исполнить свой долг перед моим королем и наследным принцем. Я считаю короля представителем прошлого, настоящего и будущего нации. Любое сопротивление ему, откуда бы оно ни исходило, я отвергаю и считаю отвратительным". Метаксас также выразил свое несогласие с "чрезмерным парламентаризмом" Греции, предпочитая авторитарную немецкую систему, где канцлер отчитывался перед императором, а не перед рейхстагом. По возвращении в 1904 году он присоединился к новообразованному корпусу Генерального штаба. Он участвовал в процессе модернизации греческой армии перед Балканскими войнами (1912–13). Однако он выступал против переворота в Гуди. Для Метаксаса переворот представлял собой нападение на все, что он ценил, поскольку Военная лига, стоявшая за переворотом, была против Константина и других принцев, занимавших командные должности.

Балканские войны

В 1910 году Метаксас был назначен адъютантом премьер-министром Элефтериосом Венизелосом, который также занимал должность министра по военным делам. Венизелос назначил Метаксаса в рамках усилий по примирению с монархией. Несмотря на стремление Венизелоса к сближению, Метаксас резко возражал против его решения о прибытии французской военной миссии для обучения греческой армии и был близок к отставке в знак протеста. В 1912 году, незадолго до Балканских войн, Венизелос назначил Метаксаса вести переговоры о военном договоре между Грецией и Болгарией, направив его в Софию. Он участвовал в Первой Балканской войне в качестве капитана в оперативной части армии Фессалии, а затем присоединился к Венизелосу в качестве военного эксперта на Лондонской конференции 1912–1913 годов в декабре 1912 года. В мае 1913 года, будучи военным уполномоченным, он договорился о военных условиях греко-сербского союза. Он принимал участие во Второй Балканской войне, где был произведен в подполковники. После окончания Балканских войн он был назначен директором 1-го (оперативного) управления Штабной службы армии, а в январе 1915 года стал заместителем начальника Штабной службы. В октябре 1913 года король наградил его Золотым крестом Спасителя.

Греко-турецкий кризис 1914 года

Весной и летом 1914 года Греция оказалась в конфронтации с Османской империей из-за статуса восточноэгейских островов, которые были оккупированы Грецией в ходе Первой Балканской войны и окончательно переданы Греции 31 января 1914 года державами Великих держав. Османская империя отказалась это признать, что привело к морской гонке вооружений между двумя странами и преследованиям греков в Малой Азии. 29 мая греческое правительство направило в Высокую Порту официальный протест, угрожая разрывом дипломатических отношений и даже войной в случае продолжения преследований. 6 июня 1914 года Метаксас, будучи фактическим главой Штабной службы, представил исследование военных вариантов действий против Османской империи: наиболее решительный маневр – высадка всей греческой армии в Малой Азии – был практически невозможен из-за враждебности со стороны Болгарии. Вместо этого Метаксас предложил внезапную оккупацию полуострова Галлиполи без предварительного объявления войны, расчистку Дарданелл и оккупацию Константинополя с целью вынудить османов к переговорам. Однако накануне османское правительство предложило провести взаимные переговоры, и напряженность снизилась настолько, что в июле премьер-министр Венизелос и османский великий визирь Саид Халим-паша встретились в Брюсселе.

Первая мировая война и национальный раскол

После начала Первой мировой войны возникла возможность вступления Греции в войну, особенно в связи с обязательством оказывать военную помощь Сербии по греко-сербскому союзу. К 12 июля 1914 года сербское правительство обратилось к Греции с просьбой о помощи на условиях, предусмотренных союзом, в случае нападения Австрии и Болгарии. Греция отклонила эту просьбу, поскольку Сербия взяла на себя обязательство предоставить 150 000 войск в районе Гевгелии для защиты от болгарского нападения; кроме того, отправка греческой армии для борьбы с австрийцами вдоль Дуная лишь спровоцирует болгарское нападение на обе страны, при этом недостаточно сил останется для отражения этого нападения.

Столкновение с Венизелосом из-за вступления Греции в войну

14 июля немецкая просьба о присоединении к Центральным державам была отклонена как Венизелосом, так и королем Константином, но 1 августа Венизелос зондировал позиции держав Антанты – Великобритании, Франции и России. Правительства Антанты отнеслись прохладно к предложениям Венизелоса, поскольку надеялись привлечь Болгарию на свою сторону, даже предлагая территориальные уступки за счет Сербии, Греции и Румынии. Россия, в частности, считала, что ее интересам лучше всего служит нейтралитет Греции. 19 ноября Сербия повторила свой запрос о греческой помощи, поддержанный Антантой. Венизелос попросил Метаксаса оценить ситуацию; последний высказал мнение, что без одновременного вступления Румынии в войну на стороне союзников положение Греции было бы слишком рискованным. После решительного отказа Румынии от участия в конфликте в тот момент, предложение было отклонено. 11 января 1915 года британцы предложили Греции "значительные территориальные уступки в Малой Азии", если она вступит в войну в поддержку Сербии, а также в обмен на удовлетворение части болгарских территориальных претензий в Македонии (Кавала, Драма и Хрисуполис) в обмен на вступление Болгарии в войну на стороне Антанты. Венизелос поддерживал это предложение, но Метаксас не согласился, изложив свои причины в меморандуме от 20 января: австрийцы, вероятно, разгромят сербскую армию до завершения греческой мобилизации, Болгария, вероятно, обойдет греческие силы, сражающиеся против австрийцев, а румынское вмешательство не будет решающим. Метаксас полагал, что даже если Болгария присоединится к Антанте, этого все равно будет недостаточно для изменения баланса сил в Центральной Европе, и рекомендовал присутствие четырех армейских корпусов Антанты в Македонии как минимально необходимой силы для оказания существенной помощи грекам и сербам. Кроме того, Метаксас утверждал, что вступление Греции в войну вновь подвергнет греков Малой Азии турецким репрессиям. Венизелос отклонил этот доклад и рекомендовал вступить в войну в меморандуме королю, при условии, что Болгария и Румыния также присоединятся к Антанте. Однако к тому времени стало ясно, что Болгария склоняется к Центральным державам, а решимость Румынии оставаться нейтральной привела к очередному отказу греческого правительства. Тем не менее, в феврале 1915 года началась атака Антанты на Галлиполи. Венизелос решил предложить армейский корпус и весь греческий флот для помощи Антанте, сделав официальное предложение 16 февраля, несмотря на возражения короля. Это привело к отставке Метаксаса на следующий день в знак протеста, основываясь на аргументах о потере элемента неожиданности, укреплении проливов, недостаточности одного армейского корпуса для изменения баланса сил и неопределенной позиции Болгарии. Метаксас настаивал на том, что кампания до сих пор проводилась неумело, и что даже если Антанта захватит Галлиполи, турки все равно сохранят 12 дивизий в Восточной Фракии. Потрясенный отставкой Метаксаса, Венизелос созвал заседания Королевского совета (короля, Венизелоса и живущих бывших премьер-министров) 18 и 20 февраля, но они оказались безрезультатными. Король Константин решил сохранить нейтралитет страны, после чего Венизелос подал в отставку 21 февраля 1915 года. Венизелос выиграл выборы в мае 1915 года и сформировал новое правительство 17 августа. Когда Болгария подписала договор о союзе с Германией и начала мобилизацию против Сербии, Венизелос отдал приказ о греческой контрмобилизации (10 сентября 1916 года). В рамках мобилизации Метаксас был возвращен к активной службе в качестве заместителя начальника штаба. После того, как Венизелос одобрил высадку британских и французских войск в Салониках для помощи разваливающейся сербской армии, Венизелос представил свое дело об участии в войне парламенту, получив 152 голоса "за" и 102 "против" в ходе голосования в ранние часы 22 сентября. Однако на следующий день король Константин отстранил Венизелоса и призвал Александроса Заимиса сформировать правительство.

Резервисты и Ноемврия

Это увольнение укрепило раскол между монархистами и венизелистами, создав "Национальный раскол", который на десятилетия стал центральным элементом греческой политики. В мае и августе 1916 года Константин и Генеральный штаб допустили оккупацию Центральными державами (Германией и Болгарией) без сопротивления Форта Рупель и части восточной Македонии, в качестве противовеса присутствию союзников в Салониках. Это вызвало народное возмущение, особенно в Греческой Македонии, и среди офицеров-венизелистов. В августе 1916 года венизелистские офицеры подняли восстание в северном городе Салоники, что привело к образованию отдельного "Правительства национальной обороны" во главе с Венизелосом. Новое правительство, при поддержке союзников, распространило свой контроль на половину страны и вступило в войну на стороне союзников. Тем временем официальное греческое государство и королевское правительство сохраняли нейтралитет. Короля Константина и Метаксаса их оппоненты-венизелисты обвиняли в прогерманских настроениях. Однако они продолжали вести переговоры с союзниками о возможном вступлении в войну на их стороне. Позднее Метаксас стал создателем и руководителем монархических военизированных формирований "Эпистратос" (резервистов) во время событий "Ноемвриана" в Афинах. Когда французские и британские войска высадились в Афинах и потребовали сдать материалы, эквивалентные потерям при Форте Рупель (в качестве гарантии нейтралитета Греции), они столкнулись с сопротивлением. В июне 1917 года, под давлением союзников, король Константин был свергнут, Александр стал королем, а Венизелос пришел к власти, официально объявив войну от имени всей страны 29 июня 1917 года.

Ссылка и межвоенная политическая карьера

С приходом Венизелоса к власти летом 1917 года Метаксас, наряду с другими известными антивенизелистами, был сослан на Корсику, откуда он бежал на Сардинию (с Гунарисом и Песмазоглу) и позже оказался со своей семьей в Сиене, Италия, в то время как король Константин с королевской семьей уехал в Швейцарию. В январе 1920 года Метаксас был приговорен к смертной казни заочно за свою роль в событиях Ноемврианы. Он вернулся в Грецию в ноябре 1920 года после поражения на выборах Элефтериоса Венизелоса. Он был восстановлен в армии в звании генерал-майора, но, будучи противником продолжения греческой кампании в Малой Азии, он подал в отставку и ушел в отставку 28 декабря 1920 года. Он заявил следующее о греческой оккупации Анатолии Венизелосу: «Греческое государство сегодня не готово к управлению и эксплуатации столь обширной территории». Впоследствии он неоднократно отвергал предложение Константина возглавить греческую армию. Как солдат, Метаксас утверждал, что у Греции нет ни логистических возможностей, ни экономических ресурсов для поддержки армии в глубине Анатолии, а решение его покровителя, короля Константина, продолжить войну против Турции вызвало разрыв между ними. После поражения греческих войск в Малой Азии король Константин был вновь вынужден отправиться в изгнание в результате революции 11 сентября 1922 года, возглавляемой полковником Николаосом Пластирасом. Метаксас перешел в политику и основал Партию свободомыслящих 12 октября 1922 года. Однако его связь с неудачной попыткой монархического переворота Леонардопулоса Гаргалидиса в октябре 1923 года вынудила его снова бежать из страны. Вскоре после этого король Георг II (сын Константина I) также был вынужден уехать в изгнание. Монархия была упразднена, и в марте 1924 года была провозглашена Вторая Греческая Республика. Метаксас вскоре после этого вернулся в Грецию, публично заявив о своем признании республиканского режима. Несмотря на многообещающее начало и его статус одного из самых видных монархических политиков, его политическая карьера не была очень успешной. На выборах 1926 года его Партия свободомыслящих получила 15,8% голосов и 52 места в парламенте, что почти наравне с другой главной монархической партией, Народной партией. В результате Метаксас стал министром коммуникаций в «экуменическом правительстве», сформированном под руководством Александроса Заимиса. Однако внутренняя борьба в партии и уход многих членов привели к тому, что на выборах 1928 года партия получила лишь 5,3% голосов и одно место. На выборах 1932 и 1933 годов процент поддержки снизился до 1,6%, хотя партия все еще вернула трех депутатов, и Метаксас стал министром внутренних дел в кабинете Панагиса Цалдариса. Метаксаса считали самым бескомпромиссным и крайним из всех монархических политиков, и его открытая враждебность к парламентскому правлению, как бесполезному, возможно, объясняет относительный провал его парламентской карьеры. К 1933 году даже официально монархистская Народная партия tacitly приняла республику, как и либералы, поскольку лидеры обеих партий хотели системы, гарантирующей возможность упорядоченных перемен и верховенства закона, а призыв Метаксаса к чему-то, напоминающему абсолютную монархию, вывел его за рамки греческой политики. В 1933 году была предпринята неудачная попытка покушения на Венизелоса, которую Метаксас похвалил в своей газете Hellenki, выразив сожаление лишь о том, что попытка не удалась. Предполагаемые убийцы так и не были арестованы, но редакционная позиция Метаксаса вызвала широкие подозрения как в то время, так и впоследствии, в его причастности, хотя никаких окончательных доказательств так и не было представлено. 1 марта 1935 года в Салониках произошла попытка государственного переворота венизелистскими офицерами, якобы из-за медленного темпа расследования покушения, которое почти удалось. Салоники, вместе с остальной частью Греческой Македонии, приняли большую часть из примерно 1,3 миллиона греков, изгнанных из Турции в результате принудительного обмена населением в 1923 году, и большинство беженцев жили в крайней нищете, а те, кто жил в сельской местности, зарабатывали на жизнь сбором табака. Падение международных цен на табак во время Великой депрессии еще больше ухудшило условия жизни, и Македония была регионом Греции, наиболее пострадавшим от депрессии. Поскольку именно под руководством короля Константина Греция потерпела поражение в 1922 году, беженцы, как правило, относились к дому Глюксбургов враждебно, и Салоники был известен как «очаг республиканизма». Неудавшийся переворот, с его намеком на социальные волнения и протест, встревожил греческую элиту и привел к сдвигу вправо среди элиты, хотя и не среди греческого народа. В результате неудачного переворота либералы стали рассматриваться элитой как партия мятежа и хаоса, в то время как многие популисты, испуганные перспективой революции, поддержали точку зрения Метаксаса. В ответ на опасения, что обедневшие греки восстанут, Метаксас призвал к фашистскому «новому порядку» в Греции, утверждая, что Великая депрессия доказала несостоятельность демократии, и фашизм является решением. Под давлением вновь усиленных и более радикальных монархистов, таких как Метаксас, Цалдарис впервые объявил о своем намерении провести референдум о восстановлении монархии. На выборах 1935 года он сотрудничал с другими небольшими монархическими партиями, получив семь мест, что повторилось на выборах 1936 года. Цалдарис назначил досрочные выборы в 1935 году, чтобы отложить давление с целью проведения референдума о восстановлении монархии, и его решительная победа на выборах, бойкотированных либералами, по-видимому, укрепила его позиции. В Пелопоннесе, традиционном центре греческого роялизма, партия Метаксаса выступила неудачно, но он получил 20% голосов в Афинах, в основном в районах среднего и высшего класса, поскольку состоятельные люди видели в Метаксасе лучшего человека для «наведения порядка» в Греции. Когда военный министр, генерал Георгиос Кондилис, до этого момента республиканец и один из основателей Первой Греческой Республики в 1924 году, 3 июля 1935 года заявил о своей поддержке восстановления монархии, он деморализовал республиканцев, и более оппортунистические республиканцы начали переходить в монархический лагерь, хотя Метаксас не получил от этого никакой выгоды на выборах. Кондилис заявил о своем восхищении фашистской Италией и нацистской Германией и обосновал свой призыв к прекращению существования республики, которую он сам помогал основать, тем, что восстановление монархии навсегда сместит центр политической гравитации в Греции вправо. Под сильным давлением Кондилиса Цалдарис наконец вынес на голосование в парламенте 10 июля 1935 года необходимый законопроект о проведении референдума. С июня по октябрь 1935 года в Греции царила атмосфера кризиса, поскольку армия была очищена от венизелистских офицеров, ходили слухи о планируемых переворотах, Метаксас открыто говорил о возможности гражданской войны, и большинство политиков боялись оказаться на стороне проигравших, заключая и расторгая союзы. К атмосфере кризиса добавилась волна забастовок и протестов по всей стране, как в городах, так и в сельской местности, поскольку безработные требовали социальных реформ, которые бы решили проблемы Великой депрессии. Несмотря на непопулярность среди греческого народа, с августа 1935 года политики начали открыто посещать бывшего короля Георга II в его изгнании в Лондоне, чтобы заверить его в своей верности. 8 октября и 10 октября 1935 года министр иностранных дел Димитриос Максимос, находившийся в Женеве на сессии Лиги Наций, позвонил Георгу, чтобы сообщить ему, что Цалдарис готовит резолюцию Национального совета с призывом к конституционной монархии. В обоих телефонных разговорах Максимос попросил Георга публично обязаться соблюдать резолюцию Национального совета, требующую от него строгого поведения как конституционного монарха, который будет поддерживать демократию и верховенство закона.

Премьер-министр и режим 4 августа

После сфальсифицированных выборов Георг II вернулся на трон в 1935 году. Масштаб фальсификаций был очевиден на Крите, родине Венизелоса, острове, известном республиканскими настроениями: 50 655 голосов за восстановление монархии и лишь 1276 – за сохранение республики, что в то время казалось нелепым. 11 декабря 1935 года король встретился с немецким посланником в Афинах Эрнстом Эйзенлором, который напомнил ему, что Германия – крупнейший торговый партнер Греции, и что: «постоянный активный торговый баланс в пользу Греции позволял ей приобретать в Германии товары, недоступные в других странах из-за нехватки валюты. Обсуждая экономические изменения, я постарался донести до короля, что Греция не может существовать без немецких покупателей, и что сокращение или прекращение закупок табака приведет к обнищанию македонских крестьян и серьезным потрясениям во внутренней политике [выделено в оригинале]. Поэтому поддержание этих отношений (между Германией и Грецией) было необходимо как в политическом, так и в экономическом плане». Чтобы сохранить расположение Рейха, Эйзенлор посоветовал королю «привязать армию к своей персоне, создав надежную опору для трона в условиях меняющейся внутренней политики»; хотя Эйзенлор не называл Метаксаса по имени, было ясно, что именно он и должен стать этой опорой. В то время румынский министр иностранных дел Николае Титулеску пытался объединить Малую Антанту (Чехословакия, Румыния и Югославия) с Балканским пактом (Югославия, Румыния, Греция и Турция), чему Эйзенлор категорически возражал, настаивая на том, чтобы король назначил премьер-министром человека, лояльного Германии, который заблокирует план Титулеску, направленный на создание антигерманского альянса. После выборов 26 января 1936 года венизелисты и антивенизелисты не смогли сформировать правительство, главным образом из-за вопроса о возвращении в армию демократических офицеров, уволенных в 1935 году. На выборах 1936 года венизелисты получили 141 место, популисты, лояльные Цальдарису – 72, другая фракция популистов, поддерживающая Иоанниса Теотокиса – 38, сторонники Кондилиса – 12, а партия Метаксаса «Элефтерофроны» – всего 7 мест, что делало Метаксаса самым слабым из лидеров правого крыла. Главным сюрпризом выборов 1936 года стал прорыв Коммунистической партии Греции (КПГ), получившей 15 мест, что вызвало истерическую реакцию на правом фланге, опасавшегося коммунистической революции из-за возможного притока безработных в КПГ. В 1935 году Коминтерн предписал коммунистическим партиям по всему миру создавать «народные фронты» против фашизма, объединяясь с другими левыми силами. Подчинившись директиве Коминтерна, КПГ заявила о поддержке «народного фронта» для объединения всех левых сил против фашизма и призвала к союзу с венизелистами. Столкнувшись с парламентом, разделенным на два лагеря, либералы начали переговоры с коммунистами о поддержке либерального правительства. Начальник Генерального штаба армии, генерал Александрос Папагос, предупредил короля, что армия немедленно совершит переворот, если либералы заключат союз с КПГ, заявив, что не допустит участия коммунистов в правительстве. Вопреки ожиданиям, Георг II не занял ничью сторону на выборах 1936 года и сохранил нейтралитет, впервые проявив себя как конституционный монарх. Король ожидал поражения либералов, и, поскольку венизелисты получили большинство в парламенте, столкнулся с требованиями восстановить в должности офицеров, уволенных в 1935 году, что вызвало предупреждения со стороны правых о возможной новой ссылке короля. Правые были возмущены «нейтралитетом» короля, который, по их мнению, способствовал победе венизелистов, и король оказался в ситуации, когда его сторонники были готовы перейти на сторону оппонентов. Цальдарис был готов пойти на компромисс по вопросу о венизелистских офицерах, согласившись на восстановление некоторых из них, но Теотокис выступал против любых уступок, и, таким образом, разногласия между Цальдарисом и Теотокисом, а не между венизелистами и антивенизелистами, парализовали парламент. Несмотря на то, что Кондилис сыграл важную роль в восстановлении монархии в 1935 году, Георг II сильно ему не доверял, помня о том, что именно Кондилис сверг и отправил его в изгнание в 1924 году. Король часто размышлял, что если ему суждено играть роль Виктора Эммануила III, то его Муссолини должен быть человеком, лояльным монархии, что исключало Кондилиса и склонило короля к Метаксасу. В результате ряда инициатив Георг II смог сыграть решающую роль в формировании политической ситуации. 5 марта Георг II назначил Метаксаса министром обороны, на этом посту он оставался до своей смерти в 1941 году. Назначение имело большое политическое значение, поскольку Метаксас был не только убежденным монархистом, но и одним из немногих политиков, открыто поддерживавших установление в Греции авторитарного, внепарламентского режима. 14 марта было сформировано правительство Демертзиса, а Иоаннис Метаксас был назначен вице-президентом правительства и министром обороны. Демертзис внезапно скончался 13 апреля. В тот же день король назначил Метаксаса премьер-министром. Первым шагом Метаксаса стало заявление о его несогласии с планом Титулеску, заявив, что он против союза Греции с любыми небалканскими державами, что похоронило план Титулеску, требовавший единогласного одобрения всех стран Балканского пакта. После провала венизелистов в достижении соглашения с антивенизелистскими партиями, правительство Метаксаса получило вотум доверия в парламенте 27 апреля 241 голосом за, 4 – воздержались и 16 – против. Через три дня парламент принял решение о приостановлении своей работы на пять месяцев, уполномочив правительство издавать законодательные акты по всем вопросам с согласия парламентской комиссии, которая так и не была создана. Назначение Метаксаса премьер-министром вызвало волну забастовок по всей стране, центром протестов и забастовок стала Македония. 29 апреля 1936 года македонские табаководы объявили забастовку в знак протеста против его назначения, а 9 мая в Салониках началась всеобщая забастовка. Широкие беспорядки дали Метаксасу повод объявить 4 августа 1936 года чрезвычайное положение под предлогом «коммунистической опасности». При поддержке короля он распустил парламент и приостановил действие статей конституции, гарантирующих гражданские свободы. В национальном радиообращении Метаксас заявил, что на время чрезвычайного положения он будет обладать «всей властью, необходимой для спасения Греции от катастроф, которые ей угрожают». Режим, созданный в результате этого самопереворота, стал известен как «Режим 4 августа», по дате его провозглашения. С 4 августа Греция стала антикоммунистическим, антипарламентским, тоталитарным государством, основанным на крестьянах и рабочих, и, следовательно, антиплутократическим. Правящей партии, конечно, нет. Эта партия – весь народ, за исключением безнадежных коммунистов и политиков старых реакционных партий.

Внутренние политики

Приняв за образец свой режим другие авторитарные европейские правительства того времени (в особенности фашистскую Италию), Метаксас запретил политические партии (включая собственные), запретил забастовки и ввел широкую цензуру в СМИ. Национальное единство должно было быть достигнуто путем отмены предыдущей политической парламентской системы, которая, как считалось, привела страну к хаосу (см. Национальный раскол). Метаксас не одобрял старые партии политического ландшафта, включая традиционных консерваторов. Министр безопасности Константинос Маниадакис быстро внедрился и практически распустил Коммунистическую партию Греции, захватив ее архивы и арестовав лидера-коммуниста Никоса Захариадиса. В 1938 году Метаксас стал министром образования и распорядился переписать все школьные учебники в соответствии с идеологией режима. Книги сжигались, в частности, произведения Гёте, Шоу и Фрейда, а также нескольких греческих писателей. Ходили слухи об использовании касторового масла в отношении политических заключенных, как это практиковалось в фашистской Италии. Стремясь построить корпоративное государство и заручиться народной поддержкой, Метаксас принял или адаптировал многие институты фашистской Италии: Национальную службу труда, восьмичасовой рабочий день, обязательные улучшения условий труда и Институт социального страхования (Ίδρυμα Κοινωνικών Ασφαλίσεων, IKA), который до сих пор является крупнейшим учреждением социального обеспечения в Греции. В плане символики были введены римское приветствие и минойский двойной топор, лабрис. Однако, в отличие от Муссолини, Метаксасу не хватало поддержки массовой политической партии; более того, он сознательно позиционировал себя над политикой. Единственной массовой организацией режима была Национальная организация молодежи (EON), литература и журналы которой продвигались в школах. Однако, как показали недавние исследования, Греция при Метаксасе оставалась близким союзником Великобритании, и он никогда не планировал проводить политику в поддержку стран Оси. Британский историк Д. К. Уотт описывал Метаксаса как живущего "в параноидальном мире" и убежденного в том, что Великобритания стремится к его свержению и видит заговоры повсюду. Появление "Римско-Берлинской оси" в 1936 году сильно нарушило планы Метаксаса и вынудило его пересмотреть внешнеполитическую ориентацию Греции, хотя он некоторое время продолжал надеяться, что Германия сдержит Италию на Балканах. Сам Метаксас имел репутацию германофила, восходящую к его учебе в Германии и его роли в Национальном расколе. 4 апреля 1939 года Италия аннексировала Албанию, и Муссолини направил 20 дивизий для оккупации Албании, что значительно превышало необходимое для оккупации такой маленькой страны. Метаксас убедился в неизбежности итальянского вторжения в Грецию. В тот же день британский посол в Турции сэр Хьюг Кнатчбулл Хьюгсен попросил турок начать штабные переговоры с греками, чтобы они могли оказать помощь Греции в случае итальянского вторжения. Хотя Греция объявила о нейтралитете в сентябре 1939 года, принятие Метаксасом англо-французской "гарантии" в апреле 1939 года связало Грецию с союзниками. В отношении Турции Метаксас продолжил политику дружбы и хороших отношений, начатую Венизелосом. Итальянское присутствие и амбиции в Эгейском море не оставляли ему другого выбора. В день смерти Ататюрка Метаксас направил письмо и речь с выражением соболезнований. Усилия Метаксаса удержать Грецию от войны были сорваны, когда Муссолини потребовал права оккупации стратегически важных греческих объектов. Когда итальянский посол Эмануэле Грацци посетил резиденцию Метаксаса и представил эти требования в ночь на 28 октября 1940 года, Метаксас резко ответил на французском языке (языке дипломатии): "Alors, c'est la guerre" ("Так что это война"). Популярная история, продвигаемая вдовой Метаксаса Лелой, гласит, что он просто ответил Грацци "Ochi!" ("Нет!"), и образ Метаксаса, выкрикивающего "очи!" в ответ на итальянский ультиматум, превратил ранее непопулярного премьер-министра в национального героя. Через несколько часов Италия вторглась в Грецию из Албании, начав греко-итальянскую войну. На следующий день Метаксас созвал частную пресс-конференцию. Он заявил журналистам, что они должны быть осторожны с новостями во время войны, что державы Оси не смогут выиграть войну и что Греция будет на стороне победителей. Он сказал, что до этого момента он придерживался политики нейтралитета (как король Константин во время Первой мировой войны), но после итальянского нападения на Грецию он должен следовать политике Венизелоса. Греческая армия успешно оборонялась и затем перешла в контрнаступление, отбросив итальянцев и оккупировав значительные территории южной Албании, которую греки обычно называли "Северным Эпиром". В апреле 1941 года Германия вторглась в Грецию, чтобы помочь Италии.

Смерть и наследие

Метаксас не дожил до совместного итало-германского вторжения в Грецию во время битвы за Грецию из-за своей смерти в Афинах 29 января 1941 года от болезни, которую описывали по-разному: рак горла, абсцесс горла или флегмона глотки, приведшая к неизлечимой токсемии. Однако греки продолжают отмечать День «Охи» 28 октября в память об его отказе от итальянского ультиматума в этот день в 1940 году. Его преемником стал Александрос Коризис. После смерти Метаксаса вторгшиеся войска должны были учитывать укрепления, построенные Метаксасом в Северной Греции. Эти укрепления были возведены вдоль болгарской границы и известны как линия Метаксаса. До греческой военной хунты 1967–1974 годов Метаксас почитался как патриот и лидер войны против Италии. Во время хунты, за исключением небольшой группы сторонников его режима (в частности, запрещенной организации «4 августа») и немногих членов правительства, крупных проектов в его честь не предпринималось. Некоторые бюсты Метаксаса устанавливались в небольших городах и на окраинах Афин, в основном по местным инициативам. Идея возведения статуи Метаксаса в центре Афин не была одобрена правительством, и Георгиос Пападопулос, предпочитавший ассоциировать себя с Элефтерием Венизелосом, открыл в Афинах большую статую последнего. В последние годы хунты некоторые мелкие местные чиновники режима, разочарованные планируемыми Пападопулосом мерами либерализации, воздвигли бюсты Метаксаса в некоторых городах, чтобы вызвать недовольство Пападопулоса. Тем временем, во время и вскоре после диктатуры, посредством книг и произведений искусства, таких как книги Спироса Линардатоса о режиме «4 августа» (1965 и 1966) и фильм «Дни 36» Тео Ангелопулоса, была сконструирована воображаемая идеологическая связь между хунтой 1967 года, режимом Метаксаса и фашизмом. Эта концепция была воспринята антидиктаторской борьбой и оказала глубокое влияние на последующее историческое осмысление событий. В 1972 году группа сопротивления взорвала бюст Метаксаса в пригороде Пирея. После 1974 года эта концепция стала общепринятой. Микроисторию статуй Метаксаса исследуют Куки К. и Антониу Д. в исследовании о формировании идеологической общности между Метаксасом, хунтой 1967 года и фашизмом в современной греческой истории.