Беспорядки в зоот-костюмах в Лос-Анджелесе 1943 года

Введение

1943 г. - расовые беспорядки, устроенные военнослужащими Вооруженных сил США против латиноамериканцев в Лос-Анджелесе.

Беспорядки, связанные с костюмами "зут" (zoot suits), – серия беспорядков, произошедших с 3 по 8 июня 1943 года в Лос-Анджелесе, штат Калифорния, США, с участием американских военнослужащих, дислоцированных в Южной Калифорнии, и молодых жителей города – латиноамериканцев и американцев мексиканского происхождения. Лос-Анджелес стал одним из дюжины промышленных городов, пострадавших от расовых беспорядков летом 1943 года, наряду с Мобилем (Алабама), Бомонтом (Техас), Детройтом (Мичиган) и Нью-Йорком. Американские военнослужащие и белые жители Лос-Анджелеса нападали и раздевали детей, подростков и молодых людей, носивших костюмы "зут", мотивируя это тем, что считали такие наряды, изготовленные из большого количества ткани, непатриотичными во время Второй мировой войны. В то время для нужд войны вводилось нормирование тканей и некоторых продуктов питания. Хотя основная часть насилия была направлена против молодежи американского мексиканского происхождения, также подвергались нападениям молодые люди афроамериканского и филиппинского происхождения, носившие костюмы "зут". Беспорядки, связанные с костюмами "зут", были связаны со страхами и враждебностью, вызванными освещением в прессе судебного процесса по делу об убийстве в Слиппи-Лагун, последовавшего за убийством молодого латиноамериканца в тогдашней неинкорпорированной коммерческой зоне недалеко от Лос-Анджелеса. По-видимому, эти беспорядки спровоцировали аналогичные нападения на латиноамериканцев в том же году в Чикаго, Сан-Диего, Окленде, Эвансвилле, Филадельфии и Нью-Йорке. Вызов, брошенный носителями костюмов "зут", стал источником вдохновения для чикано во время движения чикано.

Мексиканцы в Лос-Анджелесе

Калифорния была частью Мексики в течение 27 лет и частью Вице-королевства Новой Испании на протяжении веков, прежде чем вошла в состав Соединенных Штатов после мексикано-американской войны. В силу этой истории в Калифорнии всегда проживало большое число латиноамериканцев. В начале XX века многие мексиканцы иммигрировали в приграничные штаты США, такие как Техас, Аризона и Калифорния, где ощущалась потребность в рабочей силе. Фермеры нанимали их для работы на крупных фермах, а также на несельскохозяйственные работы в этих штатах. Во время Великой депрессии, в начале 1930-х годов, Соединенные Штаты депортировали от 500 000 до 2 миллионов человек мексиканского происхождения (включая насильственную высылку до 1,2 миллиона граждан США) в Мексику (см. «Мексиканская репатриация»), чтобы снизить нагрузку на ограниченные экономические ресурсы Америки. К концу 1930-х годов в Соединенных Штатах проживало около трех миллионов мексиканских американцев. Лос-Анджелес имел самую высокую концентрацию мексиканцев за пределами Мексики. Дискриминация при приеме на работу в Лос-Анджелесе вынуждала представителей меньшинств работать за заработную плату ниже прожиточного минимума. Лос-анджелесские газеты описывали мексиканцев с помощью расистской пропаганды, намекая на проблему с преступностью несовершеннолетних. Эти факторы вызвали значительную расовую напряженность между мексиканскими иммигрантами, людьми мексиканского происхождения и американцами европейского происхождения. В это время Лос-Анджелес переживал период расширения, который нарушил привычные места встреч, семейные устои и модели социального взаимодействия из-за плохого городского планирования. Одним из ключевых решений стало строительство учебного центра для резервистов военно-морского флота в Равнине Чавеса – районе, где преимущественно проживали мексиканские американцы рабочего класса и иммигранты. Молодые мексиканские американцы из этого района стали проявлять недовольство и за год до беспорядков начали кампанию преследования, запугивания и сопротивления. Впоследствии Равнина Чавеса стала местом частых столкновений между представителями субкультуры «зут-суит» и моряками. Лало Герреро стал известен как отец музыки чикано, поскольку молодые люди перенимали музыку, язык и стиль одежды, характерные для их культуры. Молодые люди носили костюмы «зут-суит» – яркие длинные пиджаки с широкими брюками, часто дополняемые шляпой-клош, длинной цепочкой от часов и обувью на толстой подошве. Они называли себя «пачуко». В начале 1940-х годов аресты мексиканских американских подростков и негативные публикации в Los Angeles Times укрепили мнение о том, что эти банды «пачуко» являются преступниками, представляющими угрозу для общества. Летом 1942 года дело об убийстве в Сонной Лагуне получило национальную огласку. Девять подростков из банды 38-й улицы были обвинены в убийстве мирного жителя Хосе Диаса в заброшенном карьере. Все девять обвиняемых были признаны виновными и приговорены к длительным срокам тюремного заключения. Эдуардо Обрегон Паган писал:

California was a part of Mexico for 27 years, and part of the Viceroyalty of New Spain for centuries, before becoming part of the United States following the Mexican–American War. Because of this history, there has always been a large Latino population in California. During the early 20th century, many Mexicans immigrated for work to US border states that needed workers, areas such as Texas, Arizona, and California. They were recruited by farmers for work on the large farms and also worked in those states in non agricultural jobs. During the Great Depression, in the early 1930s, the United States deported between 500,000 and 2 million people of Mexican descent (including the illegal expulsion of up to 1.2 million U. S. citizens) to Mexico (see Mexican Repatriation), in order to reduce demands on limited American economic resources. By the late 1930s, about three million Mexican Americans resided in the United States. Los Angeles had the highest concentration of ethnic Mexicans outside Mexico. Job discrimination in Los Angeles forced minorities to work for below poverty level wages. The Los Angeles newspapers described Mexicans with racially inflammatory propaganda, suggesting a problem with juvenile delinquency. These factors caused much racial tension between Mexican immigrants, those of Mexican descent, and European Americans. During this time, Los Angeles was undergoing an expansion, which caused disruptions in communal sites, family sites, and family patterns of social interactions due to poor city planning. One major decision was to put a million dollar Naval training school for the Naval Reserve Armory in the Chavez Ravine, a primarily working class and immigrant area for Mexican Americans. As young Mexican American men from the neighborhood grew agitated and began a campaign of harassment, intimidation, and resistance a year prior to the riots, the Chavez Ravine area would later be a hot spot for encounters between the zoot suiters and sailors. Lalo Guerrero became known as the father of Chicano music, as young people adopted music, language, and dress of their own. Young men wore zoot suits—a flamboyant long jacket with baggy pegged pants, sometimes accessorized with a pork pie hat, a long watch chain, and thick soled shoes. They called themselves pachucos. In the early 1940s, arrests of Mexican American youths and negative stories in the Los Angeles Times fueled a perception that these pachuco gangs were delinquents who were a threat to the broader community. In the summer of 1942, the Sleepy Lagoon murder case made national news. Nine teenage members of the 38th Street Gang were accused of murdering a civilian man named José Díaz in an abandoned quarry pit. The nine defendants were convicted at trial and sentenced to long prison terms. Eduardo Obregón Pagán wrote:

Многие жители Лос-Анджелеса рассматривали смерть Хосе Диаса как трагедию, являющуюся следствием более широкой картины беззакония и бунтарства среди мексиканской американской молодежи, проявляющегося в их сознательном стремлении к самовыражению и отличным от других, и все чаще призывали к более жестким мерам по борьбе с преступностью несовершеннолетних. Приговоры девяти молодых людей в конечном итоге были отменены, но это дело вызвало сильную враждебность в Соединенных Штатах по отношению к мексиканским американцам. Полиция и пресса характеризовали всех мексиканских молодых людей как «пачуко-бандитов и юных гангстеров».

Вторая мировая война

После нападения Японии на Перл-Харбор в декабре 1941 года Соединенные Штаты вступили во Вторую мировую войну, и страна столкнулась с ограничениями, связанными с нормированием, и перспективой призыва на военную службу. В марте 1942 года Совет по военному производству (WPB) регулировал производство мужских костюмов и всей одежды, содержащей шерсть. Чтобы сократить использование тканей на 26%, WPB издал правила для производства того, что журнал Esquire назвал «обтекаемыми костюмами от дяди Сэма». Эти правила фактически запрещали изготовление широких костюмов-зут и пышных женских юбок или платьев. Большинство легальных ателье прекратили производство или рекламу костюмов, не соответствующих требованиям Совета по военному производству. Однако спрос на костюмы-зут не снизился: сеть подпольных портных, базирующихся в Лос-Анджелесе и Нью-Йорке, продолжала их производить. Молодежь также продолжала носить имеющуюся у них одежду. Хотя мексиканцы-американцы были представлены в вооруженных силах в большем количестве, чем следовало бы, их недостаточно ценили, чтобы смягчить эти напряжения. Один из первых конфликтов между моряками и носителями костюмов-зут произошел в августе 1942 года недалеко от Чайнатауна. Моряки, проходившие обучение в Чавес-Равине, отправились в Чайнатаун в отпуск. Моряк и его девушка шли, когда четверо носителей костюмов-зут преградили им тротуар. Они отказались пропустить их и столкнули моряка на улицу. Молодой человек в костюме-зут и моряк стояли неподвижно, пока моряк, наконец, не отступил. Этот стиль одежды культивировал чувство расовой гордости и значимости; однако мода быстро вошла в гардероб молодых мексиканцев-американцев, итальянцев и филиппинцев из Южной Калифорнии, которые стали типичными носителями костюма-зут. Передача и распространение моды на костюмы-зут указывали на растущее влияние афроамериканской поп-культуры на молодых мексиканцев-американцев, итальянцев-американцев и филиппинцев-американцев. Кроме того, «анализ беспорядков в Лос-Анджелесе, взгляды журналистов и политиков на костюм-зут, а также его связь с расовыми отношениями, сленгом, джазовой музыкой и танцами позволяют понять политическое и социальное значение, казалось бы, тривиальной поп-культуры и ее стилей». Костюм-зут изначально был заявлением о создании новой волны в музыке и одежде, но также имел значительное политическое значение. Яркий и красочный материал выражал стремление к самовыражению в противовес унылой и мрачной жизни в трущобах. Костюм-зут давал молодым афроамериканцам и мексиканцам чувство индивидуальной идентичности в их культуре и обществе, поскольку они открывали для себя «глубокое эмоциональное и символическое значение» через движение, музыку и одежду. Женский аналог назывался «пачука» и включал облегающие свитера и относительно пышные, расклешенные юбки, часто дополняемые высокой прической, большими серьгами и ярким макияжем. Многие молодые мексиканки-американки, не являвшиеся пачуками, избегали этих стилей одежды и причесок, чтобы не казаться белым людям проблемными. Некоторые женщины даже сообщали, что слышали о пачуках, прячущих ножи в волосах. Столкновения между военнослужащими и носителями костюмов-зут стали катализатором более масштабных беспорядков. Первый произошел 30 мая 1943 года около 20:00, за четыре дня до начала беспорядков. Дюжина моряков, включая матроса второго класса Джо Дейси Коулмана, шли по Главной улице в Лос-Анджелесе, когда заметили группу мексиканских женщин на противоположной стороне. Все, кроме Коулмана, перешли улицу, чтобы поговорить с женщинами. Коулман продолжил путь, проходя мимо двух носителей костюмов-зут, когда моряк обернулся и схватил одного из молодых людей за руку.

With the entry of the United States into World War II in December 1941 following the Japanese attack on Pearl Harbor, the nation had to deal with the restrictions of rationing and the prospects of conscription. In March 1942, the War Production Board (WPB) regulated the manufacture of men's suits and all clothing that contained wool. To achieve a 26% cut back in the use of fabrics, the WPB issued regulations for the manufacture of what Esquire magazine called, "streamlined suits by Uncle Sam". The regulations effectively forbade the manufacture of the wide cut zoot suits and full women's skirts or dresses. Most legitimate tailoring companies ceased to manufacture or advertise any suits that fell outside the War Production Board's guidelines. But the demand for zoot suits did not decline; a network of bootleg tailors based in Los Angeles and New York City continued to produce the garments. Youths also continued to wear clothes which they already owned. Although Mexican Americans were overrepresented in the armed forces, they were not common or respected enough to defuse these tensions. One of the first conflicts between the sailors and the zoot suiters was in August 1942, near Chinatown. The sailors who trained in the Chavez Ravine went to Chinatown on leave. A sailor and his girlfriend were walking when four zoot suiters blocked the sidewalk in front of them. The zoot suiters refused to let them pass and pushed the sailor into the street. The young zoot suiter and the sailor stood their ground in silence until finally, the sailor backed away. This style of clothing cultivated a sense of racial pride and significance; however, the fashion statement soon made its way into the wardrobes of young Southern Californian Mexican Americans, Italians and Filipinos, who became the quintessential wearers of the zoot suit. The transfer and sharing of the zoot suit fashion indicated a growing influence of African American popular culture on young Mexican American, Italian American and Filipino Americans. Additionally, "analysis of the Los Angeles zoot suit riot and journalists' and politicians' in and the outfit's connections with race relations, slang, jazz music and dance permit an understanding of the politics and social significance of what is trivial in itself popular culture and its attendant styles". The zoot suit was originally a statement about creating a new wave of music and dress, but it also held significant political meaning. The flamboyant and colorful material indicated a desire to express oneself against the boring and somber slum lifestyle. The zoot suit provided young African American and Mexican youth a sense of individualistic identity within their cultures and society as they discovered "highly charged emotional and symbolic meaning" through the movement, music, and dress. The female parallels were called "pachucas" and wore tight sweaters and relatively full, flared skirts, often paired with high hair dos, large earrings, and heavy makeup. Many young Mexican American women who were not pachucas avoided these clothing styles and hairstyles in order to avoid being seen as troublemakers by white people. Some women even reported that they had heard of pachucas hiding knives in their hair. between military personnel and zoot suiters catalyzed the larger riots. The first occurred on May 30, 1943, at around 8:00 p. m., four days before the start of the riots. A dozen sailors, including Seaman Second Class Joe Dacy Coleman, were walking down Main Street in Los Angeles when they spotted a group of Mexican women on the opposite side. The group, except for Coleman, crossed the street to speak to the women. Coleman continued, walking past two zoot suiters when the sailor turned and grabbed the arm of one of the young men.

Начало атак .

В ночь на 3 июня 1943 года около одиннадцати моряков сошли с автобуса и пошли по главной улице в центре Лос-Анджелеса. Столкнувшись с группой молодых мексиканских американцев в костюмах-зут, они вступили в перепалку. Моряки позже сообщили полиции Лос-Анджелеса, что на них напали и избили члены этой группировки, а носители костюмов-зут утверждали, что конфликт начали моряки. Полиция Лос-Анджелеса отреагировала на инцидент, в том числе многие находившиеся не при исполнении офицеры, которые назвали себя «Отрядом Возмездия». Полицейские прибыли на место происшествия, чтобы, по их мнению, «очистить главную улицу от гнусного влияния банд пачуко».

Распространение атак

В течение следующих нескольких дней тысячи военнослужащих и жителей присоединились к атакам, маршируя плечом к плечу по улицам, входя в бары и кинотеатры и нападая на любых молодых мексиканских американцев, которых они встречали. В одном случае моряки вытащили на сцену двух мужчин в костюмах зут-сьют, пока шёл кинопоказ, разде́ли их перед зрителями, а затем обмочились на их костюмы.

Местная пресса восхваляла атаки, описывая их как имеющие "очищающий эффект" для избавления Лос-Анджелеса от "преступников" и "хулиганов". По мере развития беспорядков СМИ сообщили об аресте Амелии Венегас, женщины-зоот-сьютера, обвиненной в ношении кастетных перстней. Раскрытие участия женщин-пачуко (пачукас) в беспорядках привело к частому освещению деятельности женских банд пачука, в то время как СМИ замалчивали любое упоминание о белых толпах, также участвовавших в нападениях. После того, как посольство Мексики направило официальный протест в Государственный департамент, губернатор Калифорнии Эрл Уоррен распорядился создать Комитет МакГакена (возглавляемый епископом Лос-Анджелеса Джозефом МакГакеном) для расследования и установления причин беспорядков. Были сформированы комитеты по межрасовым отношениям, и полицейским управлениям было предписано обучать своих сотрудников одинаковому отношению ко всем гражданам. Мэр Флетчер Боурон преуменьшил роль расовых предрассудков в беспорядках и возложил вину на мексиканские молодежные банды. 21 июня 1943 года Комитет по расследованию антиамериканской деятельности под руководством сенатора штата Джека Тенни прибыл в Лос-Анджелес с приказом "установить, были ли нынешние беспорядки, связанные с костюмами зут-сьют, спонсированы нацистскими агентами, пытающимися посеять рознь между Соединенными Штатами и странами Латинской Америки". Хотя Тенни утверждал, что располагает доказательствами того, что беспорядки были "спонсированы странами Оси", никаких доказательств в поддержку этого утверждения представлено не было. Японские пропагандистские радиопередачи обвиняли правительство США в игнорировании жестокости американских морских пехотинцев по отношению к мексиканцам. В конце 1944 года, игнорируя выводы Комитета МакГакена и единогласное отмена приговоров апелляционным судом по делу "Сонной лагуны" 4 октября, Комитет Тенни объявил, что Национальная гильдия юристов является "эффективным коммунистическим фронтом".