Бенджамин Чью: Жизнь и карьера американского юриста и судьи.

Введение

Пенсильванский юрист и судья

Бенджамин Чу (19 ноября 1722 – 20 января 1810) был американцем в пятом поколении, квакером, родившимся для изучения права, выдающимся и успешным филадельфийским юристом, рабовладельцем и главным судьей Верховного суда провинции Пенсильвания, а затем и штата Пенсильвания. Чу был известен точностью и лаконичностью в юридических аргументах, а также отличной памятью, рассудительностью и знанием статутного права. Его главной целью было верховенство закона и конституции. Обученный юриспруденции в раннем возрасте Эндрю Гамильтоном, Чу унаследовал клиентов своего наставника, потомков Уильяма Пенна, включая Томаса Пенна и его брата Ричарда Пенна-старшего, а также их сыновей, губернатора Джона Пенна, Ричарда Пенна-младшего и Джона Пенна. Семья Пенн была основой его частной практики, и он представлял их интересы на протяжении шести десятилетий. Чу поддерживал давнюю личную дружбу с Джорджем Вашингтоном, который, по слухам, относился к детям Чу «как к своим собственным». Чу жил и занимался юридической практикой в центре Филадельфии, в четырех кварталах от здания Государственного дома Пенсильвании, позже переименованного в Independence Hall, и предоставлял бесплатные юридические консультации по вопросам существенного права отцам-основателям Америки во время разработки Конституции и Билля о правах Соединенных Штатов.

Ранние годы и образование

Чью родился сыном Самуэля Чью, врача и первого главного судьи колонии Делавэр, и Мэри Гэллоуэй Чью. Он родился в округе Энн-Арундел, штат Мэриленд, на плантации отца, Мейдстоун. Прапрадед Бенджамина Чью, Джон Чью (1587–1668), успешный купец, прибыл в Джеймстаун в 1622 году на корабле "Charitie"; ему была выделена земля в округе Йорк, штат Вирджиния. Юный Чью с ранних лет проявлял интерес к юриспруденции. В 1736 году, в возрасте 15 лет, он начал изучать право в филадельфийских конторах бывшего генерального прокурора Пенсильвании Эндрю Гамильтона, который в то время был спикером Палаты представителей Пенсильвании. За год до этого Гамильтон выиграл знаковое дело в американской юриспруденции, блестяще защитив издателя Питера Зенгера в деле, рассматриваемом по принципу pro bono. Это установило прецедент, согласно которому правда является абсолютным оправданием против обвинений в клевете. На Чью оказали сильное влияние идеи Гамильтона о свободе прессы, а также материалы для чтения, которые тот ему предоставил, особенно "Lawtracts" сэра Фрэнсиса Бэкона. Его понимание английской правовой истории, и в особенности Великой хартии вольностей, углубленное дальнейшими занятиями в Лондонском Среднем храме, укрепило непоколебимую приверженность Чью гражданским свободам, гарантированным Первой поправкой к Конституции США, в частности, свободе слова. После смерти Гамильтона в августе 1741 года Чью отправился в Лондон для изучения права в Почтенном обществе Среднего храма, одном из четырех Inns of Court. Он начал посещать лондонские театры и читать книги, рекомендованные друзьями; его дневник тех лет отражает процесс усвоения элементов английского благородства, ожидаемого от джентльменов, что он продолжил и после возвращения в американские колонии. Чью вырос в семье квакеров, но в 1741 году порвал с квакерскими традициями, согласившись с отцом, который инструктировал большое жюри в Нью-Касле, штат Делавэр, о законности сопротивления вооруженной силе. В 1747 году, в возрасте 25 лет, Чью также отошел от квакерских традиций, приняв присягу адвоката в Пенсильвании.

Chew was born the son of Samuel Chew, a physician and first Chief Justice of Delaware Colony, and Mary Galloway Chew. He was born in Anne Arundel County, Maryland, at his father's plantation, Maidstone. Benjamin Chew's great great grandfather, John Chew (1587–1668), a successful merchant, arrived in Jamestown in 1622 on the ship Charitie; he was granted of land in York County, Virginia. The young Chew took an interest in the field of law at an early age. In 1736, when he was 15 years old, he began to read law in the Philadelphia offices of the former Attorney General of Pennsylvania Andrew Hamilton, who was then the speaker of the Pennsylvania House of Representatives. The year before, Hamilton won a landmark case in American jurisprudence by his eloquent pro bono defense of publisher Peter Zenger. It established the precedent of truth as an absolute defense against charges of libel. Chew was strongly influenced by Hamilton's ideas about a free press, and also the reading materials that Hamilton provided him, especially Sir Francis Bacon's Lawtracts. His understanding of English legal history, and especially the Charter of Liberties, enhanced by his later studies at London's Middle Temple, fostered Chew's enduring commitment to the civil liberties that are guaranteed in the U. S. Constitution's First Amendment, especially the right to free speech. After Hamilton's death in August 1741, Chew sailed to London to study law at the Honourable Society of the Middle Temple, one of four Inns of Court. He began attending London theatre and read what friends recommended; his journal during these years shows his process of adopting aspects of English refinement expected of gentlemen, which he continued after his return to the American colonies. Chew was raised in a Quaker family, but he broke with Quaker tradition in 1741, when he agreed with his father, who had instructed a grand jury in New Castle, Delaware on the lawfulness of resistance to an armed force. In 1747, at age 25, Chew also went against Quaker tradition when he took the Oath of Attorney in Pennsylvania.

Адвокат из Филадельфии

В 1754 году Чу переехал в Филадельфию, где продолжал исполнять свои юридические обязанности в колонии Делавэр и провинции Пенсильвания до конца жизни. После ранних назначений в правительстве, где доминировали квакеры, последовавших за его вторым браком, он начал частную практику в 1757 году; в следующем году присоединился к англиканской церкви и начал путь к обретению влияния за пределами квакерской элиты. Чью продолжал семейную традицию инвестирования в землю в Тринадцати колониях до конца своей жизни, расширяя свои владения в провинции Пенсильвания, провинции Мэриленд, колонии Делавэр и провинции Нью-Джерси в колониальную эпоху. В начале своей карьеры Чью часто встречался с другими амбициозными молодыми жителями Филадельфии в лондонском кафе. В 1766 году они организовали Глостерский клуб охотников на лис, первый в Соединенных Штатах. Это увлечение английским спортом было частью их становления как джентльменов; они договорились охотиться вместе за городом пару раз в неделю. Среди наиболее выдающихся учеников Бенджамина Чу были бригадный майор Эдвард Тилгман и судья Уильям Тилгман. "Эти Тилгманы добились такого успеха в юриспруденции, что им обоим предложили пост главного судьи штата в 1805 году". Он был избран комиссаром Филадельфии (1761); назначен генеральным регистратором завещаний (1765–1777); и главным судьей Верховного суда Пенсильвании (1774–1777). Во время американской революционной войны Исполнительный совет, управлявший новым штатом, отстранил его от должности в 1777 году и содержал под стражей в Нью-Джерси до ухода британских войск из региона Филадельфии. После революционной войны Чью восстановил свое влияние в новом обществе и, в конечном итоге, в его правительстве. Он был назначен судьей и президентом Высшего суда Пенсильвании по ошибкам и апелляциям (1791–1808), высшей судебной инстанции Содружества.

Линия Мейсона-Диксона

К тому времени, как Чью исполнилось 29 лет, он занимал ряд выборных и назначенных должностей в колониальных правительствах Делавэра и Пенсильвании. Назначенный секретарем Комиссии по установлению границ в 1750 году, Чью успешно представлял интересы семьи Пенн на протяжении последующих восемнадцати лет в их пограничном споре сначала с Чарльзом Калвертом, 5-м бароном Балтимором, а затем с Фредериком Калвертом, 6-м бароном Балтимором из Мэриленда. Спор был окончательно урегулирован в 1768 году, когда Комиссия по установлению границ контролировала разработку и завершение линии Мейсона-Диксона между Пенсильванией и Мэрилендом.

Конференция в Олбани

19 июня 1754 года в Олбани, штат Нью-Йорк, состоялся Олбанский конгресс. В конгрессе приняли участие 21 представитель от Нью-Йорка, Пенсильвании, Мэриленда, Массачусетса, Род-Айленда, Коннектикута и Нью-Гэмпшира. Также присутствовали секретари каждой из представленных колоний, включая Бенджамина Чью из делегации Пенсильвании. Эти секретари помогли разработать план объединения колоний в единую силу в связи с угрозой со стороны Франции во время Семилетней войны, известной в Северной Америке как Франко-индейская война, которая началась в том же году. Олбанский план союза стал одной из первых попыток объединить британские колонии. Бенджамин Франклин предложил этот план, но поскольку он значительно выходил за рамки полномочий конгресса, он вызвал оживлённые дебаты среди участников. Через шесть месяцев 32-летний Чу был назначен генеральным прокурором колонии Пенсильвания.

Истонская конференция

В октябре 1758 года в Истоне, штат Пенсильвания, состоялась Истонская конференция с целью разрешения конфликтов, возникших в результате "Ходячей покупки" 1737 года, оказавшей долгосрочное влияние на отношения между коренными американцами и колонистами. В качестве генерального прокурора Пенсильвании Чью принимал участие в переговорах по Истонскому договору и зафиксировал ход обсуждений в своем "Дневнике путешествия в Истон". Конференция завершилась 26 октября, а в ноябре губернатор Денни сообщил Ассамблее Пенсильвании об установлении "всеобщего мира в Истоне".

Генеральный прокурор

С 1755 по 1769 год Чью служил генеральным прокурором Пенсильвании и секретарем города Филадельфии, заслужив непревзойденную репутацию. В письме, предупреждающем британскую корону о принятии Закона о гербовом сборе, генеральный прокурор Бенджамин Чью описал настроения в Америке: "невозможно предсказать, до каких пределов могут зайти их раздраженные и мятежные настроения". Закон о гербовом сборе был отменен два месяца спустя. В 1768 году Чью был избран членом возрожденного Американского философского общества.

Председатель Верховного суда

Политические взгляды Чу всегда были близки к взглядам его предшественника Уильяма Аллена. Он поддерживал интересы собственников, выступал против Закона о гербовом сборе и других злоупотреблений со стороны Англии, но был против независимости. Суд при Чу, несомненно, был самым профессиональным и формально подготовленным высшим судом на тот момент. Проамериканские взгляды и действия Чу оказались недостаточными для его защиты, однако он не подвергся преследованиям в той степени, как некоторые пацифисты, поскольку хорошо было известно о его критике злоупотреблений британской власти. Ограничение его свободы произошло лишь в следующем году Исполнительным советом.

Когда ему наконец разрешили выйти под залог и отправили в Нью-Джерси для профилактического задержания как подозреваемого в лояльности, Чу поначалу не воспринял действия Совета всерьез и оказал сильное устрашающее воздействие на молодых солдат из Городской кавалерийской роты, отправленных за ним. В конце концов, осознав сложность своего положения, он подписал подписку о невыезде, хотя настаивал на том, что против него не было предъявлено никаких обвинений, кроме того, что он занимал должность при владельце.

Председатель Высшего суда

После того, как были сформированы государственные и национальные правительства, в 1791 году Чью был назначен Томасом Миффлином, первым губернатором Пенсильвании и бывшим президентом Континентального конгресса, председательствовать в качестве президента первого Высшего суда Пенсильвании по ошибкам и апелляциям. Он занимал эту должность до ухода на пенсию в 1808 году. Первоначально Пенсильвания не предусматривала никакой возможности обжалования решений Верховного суда, но в феврале 1780 года законодательством был учрежден Высший суд Пенсильвании по делам об ошибках и апелляциях. Он был уполномочен рассматривать апелляции от Верховного суда, а также от суда адмиралтейства и реестра судов. Чью получил самую высокую похвалу, которую могла ему оказать Пенсильвания: он был назначен губернатором Томасом Миффлином президентом Высшего суда, несмотря на то, что к тому времени ему было около семидесяти лет. "Как юрист, [Чью] считал, что ордер нарушил его права как свободного человека; более того, он нарушил первый принцип справедливости, предварительно осудив его без заслушивания. Как он позднее записал в своих заметках об аресте, это 'подрывало свободы каждого в обществе, и [он считал], что его долг – противостоять этому и, если возможно, остановить это в зародыше'". Чью продолжал участвовать в собраниях Общества Таманни, в честь Таманенда, вождя Ленни-Ленапе, который первым заключил мирные соглашения с Уильямом Пенном. "Хотя Бенджамин Чью не принимал участия в Конституционном съезде 1787 года, он и его семья были частью нового социального круга города, в который входили Вашингтоны, Джон Адамс, Уильям Бингем и Роберт Моррис. Это во многом объяснялось тем, что юридическая проницательность Чью предлагала экспертизу, необходимую новому правительству". Почти пять десятилетий дом на Третьей улице был домом для Бенджамина и Элизабет Чью, их сына Бенджамина и их дочерей Анны Мари, Элизабет, Сары, Маргарет (Пэгги), Джулианы, Генриетты, Софии, Марии, Гарриетты и Кэтрин, все из которых активно участвовали в социальной, гражданской и культурной жизни первой столицы страны. Три дочери сохранили право собственности на дом до 1828 года. Чью принимали многих высокопоставленных гостей, таких как Джон Пенн, Тенч Фрэнсис-младший, Роберт, Томас и Сэмюэл Уортон, Томас Уиллинг, Джон Кадваладер, главный судья Уильям Аллен и его жена Маргарет, дочь Эндрю Гамильтона, доктор Уильям Смит, проректор Колледжа Филадельфии, ботаник Джон Бартрам, Эдвард Шиппен III, Эдвард Шиппен IV и Пегги Шиппен, Томас Миффлин, впоследствии ставший губернатором Пенсильвании, и бригадный генерал Генри Буке, герой Франко-индейской войны. Абигейл Адамс назвала дочерей Чью частью "созвездия красавиц" в Филадельфии. Маргарет Чью (1760–1824) вышла замуж за губернатора Мэриленда Джона Игера Говарда в 1787 году. Софию (1769–1841) пригласили на первое публичное мероприятие Марты Вашингтон в Филадельфии. Гарриетту (1775–1861) попросили развлечь Джорджа Вашингтона, пока писали его портрет. В 1800 году она вышла замуж за единственного сына Чарльза Кэрролла из Кэрролтона, подписавшего Декларацию независимости, который построил для них Хоумвуд в качестве свадебного подарка. На протяжении всей Войны за независимость Джордж Вашингтон помогал передавать письма между мистером и миссис Чью в месяцы, когда они были вынуждены жить раздельно. Дом семьи Чью на Третьей улице находился между улицами Спрайс и Уолнат, рядом с домом Сэмюэля Пауэлла, мэра Филадельфии, и его жены Элизабет Уиллинг Пауэлл, которая была одной из самых близких доверенных лиц Джорджа Вашингтона. "Во главе с миссис Вашингтон, миссис Моррис и "ослепительной миссис Бингем", как называла ее Абигейл Адамс, город приступил к роскошной программе публичных и частных развлечений, по образцу английских и французских моделей". Миссис Адамс сообщает, что была приятно удивлена "приятным обществом и дружелюбием, поддерживаемым всеми главными семьями, которые, кажется, живут в большой гармонии, и мы встречаемся на всех вечеринках [с] почти одним и тем же кругом лиц". После смерти родителей Генриетта, Мария и Кэтрин Чью покинули свой дом на Южной Третьей улице и переехали в семейное поместье на Уолнат-стрит. В 1828 году они продали дом на Южной Третьей улице, а в 1830 году здание было снесено.

After the state and national governments had been formed, in 1791, Chew was appointed by Thomas Mifflin, Pennsylvania's first Governor and the former President of the Continental Congress, to preside as the President over Pennsylvania's first High Court of Errors and Appeals. He held the position until he retired in 1808. <blockquote>Pennsylvania at first made no provision for any appeal from its Supreme Court, but in February 1780 legislation established the Pennsylvania High Court of Errors and Appeals. It was empowered to hear appeals from the Supreme Court and also from the Court of Admiralty and the Register's Courts. Chew received the highest compliment Pennsylvania could pay him: he was appointed by Governor Thomas Mifflin as President of the High Court, despite the fact that he was by then close to seventy. "As a lawyer, [Chew] believed that the warrant infringed on his rights as a free man; moreover, it violated the first principle of justice by prejudging him unheard. This, as he later recorded in notes concerning his arrest, 'struck at the liberties of everyone in the community and [he believed] it was his duty to oppose it and check it, if possible, in its infancy.'" Chew continued to participate in the meetings of the Tammany Society, to honor Tamanend, the Lenni Lenape chief who first negotiated peace agreements with William Penn. "Although Benjamin Chew was not a participant in the Constitutional Convention of 1787 he and his family were part of the city's new social circle that included the Washingtons, the John Adams, the William Binghams, and the Robert Morrises In large measure this was because Chew's legal perspicacity offered expertise needed by the new government." For almost five decades, the household on Third Street was filled by Benjamin and Elizabeth Chew, their son Benjamin, and their daughters Anna Marie, Elizabeth, Sarah, Margaret (Peggy), Juliana, Henrietta, Sophia, Maria, Harriet, and Catherine, all of whom were actively engaged in the social, civic, and cultural life of the nation's first capital. Three of the daughters retained ownership of the house until 1828. The Chews entertained many visiting dignitaries, such as John Penn, Tench Francis Jr., Robert, Thomas, and Samuel Wharton, Thomas Willing, John Cadwalader, Chief Justice William Allen and his wife Margaret, daughter of Andrew Hamilton, Dr. William Smith, Provost of the College of Philadelphia, botanist John Bartram, Edward Shippen III, Edward Shippen IV, and Peggy Shippen, Thomas Mifflin, later to become Governor of Pennsylvania, and Brigadier General Henry Bouquet, hero of the French and Indian War. Abigail Adams referred to Chews' daughters as part of a "constellation of beauties" in Philadelphia. Margaret Chew (1760–1824) married Maryland Governor John Eager Howard in 1787. Sophia (1769–1841) was invited to attend Martha Washington's first public event in Philadelphia. Harriet (1775–1861) was asked to entertain George Washington while his portrait was being painted. In 1800, she married the only son of Charles Carroll of Carrollton, signer of the Declaration of Independence, who built Homewood for them as a wedding gift. Throughout the Revolutionary War, George Washington aided the transfer of letters between Mr. and Mrs. Chew, during months when they were forced to live apart. The Chew family's house on Third Street was situated between Spruce and Walnut Streets, next to the house of Samuel Powel, mayor of Philadelphia, and his wife, Elizabeth Willing Powel, who was one of George Washington's closest confidantes. "Led by Mrs. Washington, Mrs. Morris, and 'the dazzling Mrs. Bingham,' as Abigail Adams called her, the city embarked on a lavish program of public and private entertainment patterned on English and French models." Mrs. Adams reports being pleasantly surprised by "an agreeable society and friendliness kept up with all the principal families, who appear to live in great harmony, and we are met at all the parties [with] nearly the same company." After the death of their parents, Henrietta, Maria, and Catherine Chew vacated their house on South Third Street, and moved to a family owned property on Walnut Street. In 1828, they sold the house on South Third Street, and in 1830, the building was razed.

Кливеден

Чтобы защитить свою семью от болезней, свирепствовавших в Филадельфии, Чью выбрал меннонита-мастера строительства Джейкоба Кнора для возведения летней резиденции в Германтауне, которую он назвал Кливден; впоследствии дом стал известен как дом Чью. Кнор построил несколько других зданий в Германтауне, включая расположенный неподалеку Дом Джонсона в 1768 году. 4 августа 1777 года, когда Исполнительный комитет Континентального конгресса решил поместить Чью под домашний арест в Нью-Джерси, его жена и дети покинули Кливден и вернулись в свой дом на Третьей улице. Оставшись без присмотра, Кливден был быстро захвачен генералом Хау, британским главнокомандующим. Благодаря своим крепким стенам, он одержал победу в битве при Германтауне 4 октября. После освобождения Чью из-под подписки в мае 1778 года, он решил перевести семью в Уайтхолл, их поместье в Делавере, чтобы оградить их от политической нестабильности Филадельфии. Чью продал Кливден Блэру МакКленахану, поскольку не мог позволить себе дорогостоящий ремонт, необходимый после битвы при Германтауне. Находясь в Делавере, Чью сдал в аренду свой дом на Третьей улице Дон Хуану де Миральесу (испанскому представителю при американском правительстве), маркизу де Шастеллю (главному связному офицеру между французским главнокомандующим и Джорджем Вашингтоном), а также Джорджу и Марте Вашингтон с ноября 1781 года по март 1782 года, во время работы Второго Континентального конгресса. К 1783 году Чью пришел к выводу, что политическая обстановка достаточно стабилизировалась для возвращения семьи в Филадельфию. Они жили в доме на Южной Третьей улице во время формирования Соединенных Штатов: Конституционного конвента, Конгресса Конфедерации, а в 1792 году – официального принятия Билля о правах Первым Конгрессом Соединенных Штатов. В 1797 году Чью выкупил Кливден обратно. Дом оставался в собственности семьи еще на протяжении пяти поколений. Пушечные ядра, полученные в битве при Германтауне, были вмурованы в стены дома до 1972 года, когда потомки Чью передали его Национальному фонду сохранения исторических памятников. В ходе реставрационных работ большинство ядер было извлечено.

To protect his family from the diseases that plagued Philadelphia, Chew chose Mennonite master builder, Jacob Knor, to build a summer retreat in Germantown, which he called Cliveden; the house later came to be known as the Chew house. Knor went on to construct several other buildings in Germantown, including the nearby Johnson House in 1768. On August 4, 1777, when the Executive Committee of the Continental Congress decided to place Chew in preventive detention in New Jersey, his wife and children vacated Cliveden and returned to their Third Street home. With Cliveden vacant, General Howe, the British Commander in Chief, quickly seized the house. Protected by its strong walls, he won the Battle of Germantown on October 4. After Chew was released from parole in May 1778, he decided to move his family to Whitehall, their estate in Delaware, to buffer them from the political turbulence of Philadelphia. Chew sold Cliveden to Blair McClenahan because he was unable to afford the extensive repairs necessary after the Battle of Germantown. While in Delaware, the Chews rented their house on Third Street to Don Juan de Miralles (the Spanish representative to the American government); the Marquis de Chastellux (principal liaison officer between the French Commander in Chief and George Washington); and to George and Martha Washington, from November 1781 to March 1782, during the Second Continental Congress. By 1783, the Chews concluded that the political situation was safe enough for their family to return to Philadelphia. They lived full time in the house on South Third Street during the formation of the United States: the Constitutional Convention; the Congress of the Confederation; and in 1792, the official adoption of the Bill of Rights by the First United States Congress. In 1797, Chew bought back Cliveden. It remained under family ownership for another five generations. Cannonballs from the Battle of Germantown were embedded in its walls until 1972, when Chew's descendants donated the house to the National Trust for Historic Preservation. During restoration, most of the cannonballs were removed.

Личная жизнь

13 июня 1747 года Чью женился на своей двоюродной сестре Мэри Гэллоуэй в Уэст-Ривер, штат Мэриленд. У них было пять дочерей, прежде чем Мэри умерла. С 1754 по 1771 год Чью и его семья жили на Фронт-стрит в Филадельфии. 12 сентября 1757 года он женился на Элизабет Освальд (1732–1819), дочери Джеймса и Мэри (Тернер) Освальд. Элизабет была племянницей и наследницей имения капитана Джозефа Тернера. У Бенджамина и Элизабет было еще семь дочерей, включая Маргарет "Пегги", и два сына. В 1758 году Чью окончательно покинул квакеров и присоединился к Англиканской церкви; в том же году он и его жена крестили своего сына Бенджамина в церкви Христа. Они посещали богослужения там со своей растущей семьей, а позже в церкви Святого Петра, когда они переехали в Германтаун. Это было частью процесса англицизации, начавшегося еще во время его обучения праву в Среднем храме в Лондоне. Женитьба на Элизабет Освальд значительно увеличила как богатство, так и имущество Чью. Они владели многочисленными рабами, которые ухаживали за их землями и выращивали товарные культуры. В 1760 году на принадлежащей Чью земле "Уайтхолл" в Делавере родился Ричард Аллен, рожденный в рабстве. В 1768 году, заметив выдающиеся способности мальчика, Чью продал Аллена, которому тогда было восемь лет, и всех членов его семьи Стокли Стерджису, известному аболиционисту и владельцу соседнего поместья в Делавере. Ричард Аллен впоследствии стал проповедником в методистской церкви в Филадельфии, соучредителем Свободного африканского общества, а также основателем и первым епископом Африканской методистской епископальной церкви – первой афроамериканской деноминации в Соединенных Штатах.

Смерть

После продолжительной болезни Чью скончался в Кливдене 13 или 20 января 1810 года. Он похоронен на кладбище церкви Святого Петра в Филадельфии.

Наследие

В 1906 году портрет Бенджамина Чу был освящен и установлен в здании Капитолия штата Пенсильвания в Харрисбурге в знак признания его заслуг в качестве главного судьи. В его честь названа Чью-авеню в Филадельфии. Улица Чью в Аллентауне, штат Пенсильвания, также названа в его честь. В 1942 году был построен и назван в его честь сухогруз типа "Либерти" – "Бенджамин Чу". Корабль был построен на верфи Bethlehem Fairfield в Балтиморе. Поселок Чьютон в округе Лоуренс, штат Пенсильвания, получил свое название в честь Бенджамина Чу. Будучи спекулянтом землей, Чью, по оценкам, владел более чем 30 000 акрами земли в Западной Пенсильвании.