Введение

Польский коммунист и профессиональный советский агент

Леопольд Захарович Треппер (23 февраля 1904 – 19 января 1982) – польский коммунист и профессиональный советский агент разведки Красной Армии. Под кодовым именем Отто, Треппер работал на Красную Армию с 1930 года. Он также был участником движения Сопротивления и журналистом. Треппер и Ричард Сорге, советский офицер военной разведки, были двумя главными советскими агентами в Европе, использовавшимися в качестве агентов, действующих в разных странах, для создания шпионских сетей по всей Европе и в Японии. В то время как Сорге был агентом-проникновением, Треппер руководил серией подпольных ячеек для организации агентов в Европе. Треппер использовал новейшие на тот момент технологии – небольшие беспроводные радиостанции – для связи с советской разведкой. Хотя наблюдение Функкабвера за радиопередачами в конечном итоге привело к уничтожению организации Треппера, это сложное использование технологий позволило шпионской организации действовать как сеть, способная достигать тактической внезапности и предоставлять высококачественную разведывательную информацию, такую как предупреждение об операции «Барбаросса». В 1936 году Треппер стал техническим директором разведывательного подразделения Советской Красной Армии в Западной Европе. Он отвечал за вербовку агентов и создание шпионских сетей. Треппер был опытным сотрудником разведки, чрезвычайно находчивым и способным человеком, прекрасно ориентировавшимся в западном мире. Он был человеком, которого трудно было вовлечь в разговор, вел уединенный образ жизни и обладал талантом к оценке людей, что позволяло ему легко проникать в значительные группы. К началу Второй мировой войны Треппер контролировал крупную шпионскую сеть в Бельгии, которая имела связи с агентами из Нидерландов, Германии и Швейцарии и управляла семью отдельными шпионскими сетями во Франции. Операция Треппера была известна Абверу как «Красный оркестр».

Жизнь

23 февраля 1904 года Леопольд Треппер родился в большой еврейской семье, состоящей из 10 детей, в Нови-Тарге, Польша, которая в то время входила в состав Австро-Венгрии. Отец Треппера был разъездным торговцем сельскохозяйственной техникой и семенами, скончавшийся, когда Трепперу было почти двенадцать лет, оставив семью в стесненных обстоятельствах. Родители отправили его учиться во Львов, чтобы избежать воинствующей и антисемитской атмосферы в Польше. Оршицер последовала за Треппером в Палестину. Она участвовала в нелегальной коммунистической демонстрации, была арестована и заключена в тюрьму; ей грозила депортация, если бы она не вышла замуж за гражданина Палестины. Переехав в Тель-Авив в 1929 году, Треппер стал членом центрального комитета Палестинской коммунистической партии. Он был освобожден после того, как известие о голодовке достигло Лондона и британской прессы, и он с голодающими были помещены на носилки у тюрьмы, поскольку были слишком слабы, чтобы ходить из-за недостатка пищи. Затем он отправился в Париж, где устроился на работу декоратором и жил в бедности. Он познакомился с многочисленными левыми интеллектуалами и коммунистическими рабочими, что в конечном итоге привело к его вступлению в Rabkor. Он продолжал работать в организации до тех пор, пока французская разведка не ликвидировала ее в 1932 году, после чего он связался с советским посольством. Через несколько дней ему было приказано явиться в Москву весной 1932 года. В период с 1932 по 1935 год Треппер готовился к работе в качестве агента ГРУ, осваивая необходимые навыки. После обучения в университете КУНМЗ, где он получил диплом, он изучал историю в Институте красных профессоров и получил степень, что позволило ему работать преподавателем истории в Москве. Треппер постоянно поддерживал связь с инструкторами советской разведки, которые обучали его практическим навыкам шпионажа. Одновременно Оршицер также в течение года училась в КУНМЗ. Зимой того же года ее обучение было завершено. Гроссвогель руководил небольшим предприятием под названием "Le Roi du Caoutchouc" или "Король дождевиков" от имени его владельцев. Треппер использовал предоставленные средства для создания экспортного отдела компании "The Raincoat King", названного Foreign Excellent Raincoat Company. Поскольку бизнес должен был вестись с ведома государства, были выпущены акции. Среди акционеров был бывший сотрудник бельгийского МИДа Жюль Жаспар. Брат Жаспара, Анри Жаспар, был бывшим премьер-министром Бельгии, поэтому Жаспара считали идеальным человеком для руководства компанией и придания ей респектабельности. 6 марта 1939 года Треппер, используя псевдоним Адам Миклер и представляясь состоятельным канадским бизнесменом, прибыл из Квебека в сопровождении Оршицер, которая назвалась Анной Миклер. Они переехали из Парижа в Брюссель, сделав его своей новой базой и поселившись в квартире по адресу: 198 Avenue Richard Neybergh, Брюссель. После создания компании Треппер использовал распространение слухов и сплетен в своей группе, чтобы создать образ богатого канадца, финансировавшего бизнес, и закрепиться в бельгийском деловом сообществе. Макаров, оператор беспроводной телеграфии (WT), фальсификатор и специалист по секретным чернилам, изначально должен был предоставлять Трепперу поддельные документы, но после того, как Гроссвогель представил Абрахама Райхмана, ставшего фальсификатором группы, он вместо этого стал оператором WT и был направлен в Остенд для работы в филиале компании "Raincoat", который был продан ему для укрепления его легенды. Макаров немедленно начал обучать других операторов процедурам WT и 17 июля связался с Треппером в Генте. Чтобы установить контакты в различных социальных слоях, Гуревич ознакомился с бельгийским обществом и изучил страну, чтобы узнать о ее экономике. Гуревич посещал уроки бальных танцев и верховой езды, и во время поездок между роскошными отелями его ждала почта с уругвайскими марками. В месяцы, предшествовавшие войне, планы Треппера изменились, и Гуревич в итоге стал помощником Треппера. Гуревич выполнял обычные бюрократические операции в шпионской сети, включая работу шифровальщиком, расшифровку инструкций советской разведки и подготовку отчетов на основе информации, полученной от контакта в Советском торговом представительстве в Бельгии.

Франция

В июле 1940 года Треппер бежал из Бельгии с Гроссвогелем и переехал в Париж, где Гроссвогель и польский еврей Гиллель Кац стали главными помощниками Треппера. Треппер сменил псевдоним на Жан Жильбер и связался с генералом Иваном Суслопаровым, являвшимся советским военным атташе при правительстве Виши. На первой встрече Треппер сообщил Суслопарову о плане Адольфа Гитлера вторгнуться в Советский Союз, которому последний поверил. Треппер также организовал возвращение в Москву своей жены и ребенка, которые уехали в августе 1940 года. Однако его основной задачей было найти и использовать радиопередатчик и радиста. Суслопаров предоставил имена пары – Герша и Мириам Сокол, польских коммунистов-активистов – в качестве потенциальных радистов, но обоим Соколам потребовалось пройти обучение радиосвязи у Гроссвогеля. Одновременно Треппер завербовал инженера-строителя и русского аристократа Василия Максимовича.

Simexco и Simex

В марте 1941 года Simexco была основана в Париже в качестве прикрывной компании. Прибыль фирмы направлялась на финансирование группы через её Отдел III. Фирма получила значительную прибыль в течение года, которую Треппер и Гуревич использовали как личный счет для расходов. Дополнительное финансирование поступало от советской разведки и получалось ежемесячными суммами от 8 000 до 10 000 долларов через российского военного атташе в Париже. С началом войны средства отправлялись через Швейцарию в долларах, суммы которых заранее согласовывались с советской разведкой по радио и доставлялись Трепперу. Деньги использовались для поддержания деятельности группы Треппера и покрытия необходимых расходов для выполнения специальных заданий. Треппер щедро тратил на взятки, содержание замка Бильерон, хозяйственные нужды и крупные ежедневные расходы, чтобы поддерживать свою легенду успешного бизнесмена.

Сеть Робинсона

В сентябре 1941 года Треппер встретился с агентом Коминтерна Генри Робинсоном, который был одним из важнейших источников информации в Париже. Он руководил собственной крупной разведывательной сетью, которая сообщила Советскому Союзу о том, что Гитлер склоняется к отмене операции «Морской лев» – плана вторжения на Британские острова. Организация Коминтерна утратила авторитет при Сталине, который подозревал её в отступлении от коммунистических принципов. Робинсона также подозревали в связях с Deuxième Bureau, и впоследствии он оказался в идеологическом конфликте с советской разведкой. Встреча двух старших агентов была необычной, но на неё пошли, поскольку советская разведка полагала, что широкие связи Робинсона помогут Трепперу создать его французскую сеть. От Робинсона Треппер узнал о радиопередатчике, которым управляла Французская коммунистическая партия в Париже, и получил приказ возглавить сеть Робинсона. Анна была психиатром-неврологом, открывшей клинику в Шойзи-ле-Руа в конце 1940-х годов. Этот состоятельный район Парижа позволял ей собирать слухи и вербовать пациентов, среди которых были представители французской знати и чиновники высокого ранга, включая мужа Рохана Шабо, Алена Луи Огюста Мари де Рохана Шабо, французского офицера и участника Сопротивления. Одной из её пациенток была Элен Клер Мари де Лиенкур, графиня де Рохан Шабо, которая сдала в аренду пустующий замок Шато Бильерон XVIII века, расположенный в Лугни-Шампани, Максимовичу в качестве места встреч для группы.

Улица Атребате

30 ноября 1941 года дом по адресу 101 Rue des Atrébates в Брюсселе, которым управляли Рита Арнольд и Зофия Познаньская и который использовался для передачи разведывательной информации, был обнаружен Функкабвером. К февралю 1942 года Треппер восстановил связь с советской разведкой и смог предоставить полный отчет о ситуации. Советское руководство поручило Трепперу связаться с капитаном Советской Армии Константином Джефремовым, проживавшим в Бельгии. В мае 1942 года в Брюсселе была организована встреча между ними, на которой Треппер поручил Джефремову возглавить бельгийскую и сеть агентов в странах Бенилюкса, ранее находившуюся под руководством Гуревича. Он также приказал ему соблюдать радиомолчание в течение шести месяцев и выдал Джефремову 100 000 бельгийских франков на расходы. В мае 1942 года Венцель начал передавать важные сообщения в Советский Союз. 29–30 июня 1942 года местная полиция под командованием офицера Абвера Гарри Пипе совершила налет на дом по адресу 12 Rue de Namur в Брюсселе, откуда Венцель осуществлял передачу сообщений. Венцель был допрошен и в течение шести-восьми недель подвергался пыткам гестапо, в результате чего признался во всем, включая используемые им ключи шифрования и свой позывной, что позволило Функкабверу расшифровать значительный объем перехваченных сообщений группы. Одним из названных Венцелем был Раджманн, который был поставлен под наблюдение и арестован 2 сентября 1942 года. Практически сразу Раджманн согласился сотрудничать с Абвером. 12 октября 1942 года Мальвина Грубер, любовница Раджманна, была арестована Абвером в Брюсселе и немедленно согласилась на сотрудничество. Она рассказала о Гуревиче и раскрыла шпионскую сеть Треппера во Франции. Джефремов (по разным данным) также передал Абверу название компании Simexco и информацию о шпионской сети Треппера во Франции.

Реорганизация

Когда Соколы и Йоханн Венцель были арестованы, Треппер потерял радиосвязь с советской разведкой. Треппер попросил Робинсона организовать радиосвязь с советской разведкой, но тот отказался. Треппер обратился к Гуревичу в Марселе и несколько раз посещал его, чтобы установить контакт с советскими представителями, но Гуревич отказался использовать свой передатчик и фактически вышел из сети. Треппер был вынужден обратиться к Пьеру и Сюзанне Жиро, у которых, по данным Гросвогеля, был установлен передатчик либо в Сен-Леу-ла-Форе, либо в Ле-Пек (источники расходятся), и приказал им освоить оборудование. Сюзанна изначально работала связной для Треппера, и эта пара не была подготовлена к этой работе; они потерпели неудачу и были арестованы гестапо. После пыток французский коммерческий директор фирмы Альфред Корбин сообщил гестапо адрес стоматолога Треппера, после чего Треппер был заключен в комнату на третьем этаже дома на улице де Соссаи в Париже. Ему разрешалось ежедневно совершать прогулки и ходить в город за необходимыми вещами, но всегда в сопровождении двух охранников зондеркомандо. В 2002 году автор Патрик Марнхэм предположил, что Треппер не только раскрыл советского агента Генри Робинсона, но, возможно, был источником, который выдал французского лидера Сопротивления Жана Мулена. Когда Гуревич был арестован 9 ноября 1942 года в Марселе, его перевезли в Париж и поместили в комнату рядом с Треппером. Между этими двумя мужчинами существовала взаимная неприязнь.

Функсплей

25 декабря 1942 года Треппер получил информацию о том, что ему предстоит возглавить операцию «Функшпиль» совместно с Гуревичем. 13 февраля Треппера перевели в дом, принадлежащий Карлу Бёмельбургу, по адресу: бульвар Виктора Гюго, 40, Нойи-сюр-Сен. В течение следующего месяца гестапо вело с Треппером и Гуревичем интеллектуальную дуэль, пытаясь выявить других участников шпионской сети.

Бегство

13 сентября 1943 года Треппер сбежал из-под стражи гестапо, находясь под наблюдением во время посещения аптеки Pharmacie Baillie, расположенной недалеко от железнодорожной станции Сен-Лазар, и избежал повторного ареста. Он связался с Жоржи Де Винтер, и они оба решили скрыться в Ле-Везине, где он написал Хайнцу Панниц, объяснив, что его исчезновение – не побег, а лишь попытка сохранить жизнь, шаг, призванный обеспечить максимальную выгоду для советской разведки. В то время на Треппера были изданы ордера на розыск во Франции, Германии и Бельгии как на "нужного опасного шпиона". Через Де Винтер, под псевдонимом Жан Жильбер, Треппер связался с Сюзанной Спаак и Жаном Клодом Спааком, надеясь отправить сообщение советскому военному атташе в Лондоне и установить контакт с Французской коммунистической партией, которая также могла бы передать сообщение. Сюзанна обладала широким кругом контактов, и именно благодаря ее влиянию Треппер надеялся связаться с Москвой. Пока они ждали, Де Винтер организовала другое убежище на улице Дю Шабане, куда они перебрались 24 сентября. Несколько воскресений подряд Треппер отправлял Де Винтер, но установить контакт не удалось. Затем пара переехала в пансион в Бург-ла-Рен. Треппер, стремившийся возобновить свою подпольную деятельность, опасался, что Де Винтер будет разоблачена гестапо из-за ее частых визитов к Спаакам. Он попросил у Жана Клода 100 000 франков. По пути Де Винтер была арестована 17 октября 1943 года Панниццем. В то же время Треппер зашел в церковь в Отейе и заметил черный Citroën – машину, характерную для гестапо – и скрылся. который утратил расположение и был уволен в 1935 году. Лефортовская и Бутырская тюрьмы.