Введение
Американский художник и ландшафтный архитектор (1904–1988) был американским художником и ландшафтным архитектором, чья творческая карьера охватила шесть десятилетий, начиная с 1920-х годов. Ногучи известен своими скульптурами и произведениями монументального искусства, а также разработкой декораций для постановок Марты Грэм и серийно выпускаемых ламп и мебели, некоторые из которых до сих пор производятся и продаются. В 1947 году Ногучи начал сотрудничество с компанией Herman Miller, объединившись с Джорджем Нельсоном, Полом Ласло и Чарльзом Эймсом для создания каталога, который часто считают самым влиятельным собранием современной мебели, когда-либо представленным, включая культовый стол Ногучи, который до сих пор находится в производстве. Его работы живут по всему миру и представлены в Фонде Исаму Ногучи и Музее-саду в Нью-Йорке.
was an American artist and landscape architect whose artistic career spanned six decades, from the 1920s onward. Known for his sculpture and public artworks, Noguchi also designed stage sets for various Martha Graham productions, and several mass produced lamps and furniture pieces, some of which are still manufactured and sold. In 1947, Noguchi began a collaboration with the Herman Miller company, when he joined with George Nelson, Paul László and Charles Eames to produce a catalog containing what is often considered to be the most influential body of modern furniture ever produced, including the iconic Noguchi table which remains in production today. His work lives on around the world and at the Isamu Noguchi Foundation and Garden Museum in New York City.
Ранние годы жизни (19041922)
Исаму Ногучи родился в Лос-Анджелесе, сын Йоне Ногучи, японского поэта, получившего признание в Соединенных Штатах, и Леони Гилмор, американской писательницы, редактировавшей большую часть работ Ногучи. Йоне разорвал отношения с Гилмор в начале того же года и планировал жениться на репортере The Washington Post Этель Армес. После предложения руки и сердца Армес, Йоне уехал в Японию в конце августа, поселившись в Токио и ожидая ее приезда; их помолвка сорвалась несколько месяцев спустя, когда Армес узнала о Леони и ее новорожденном сыне. Они отплыли из Сан-Франциско в марте 1907 года и прибыли в Йокогаму, чтобы встретиться с Йоне. По прибытии их сына наконец назвали Исаму (勇, "храбрость"). Однако к моменту их приезда Йоне уже женился на японке и в основном отсутствовал в детстве сына. После очередного расставания с Йоне, Леони и Исаму несколько раз переезжали по Японии. В 1912 году, когда они жили в Чигасаки, родилась сводная сестра Исаму, пионер американского современного танца Айлс Гилмор, дочь Леони от неизвестного японского отца. Здесь Леони построила дом для них троих, проект, которым она поручила руководить восьмилетнему Исаму. Поддерживая художественные способности сына, она доверила ему уход за садом и отдала в ученики к местному плотнику. Однако в декабре 1917 года они вновь переехали в англоязычное сообщество в Йокогаме. В 1918 году Ногучи был отправлен обратно в США для учебы в Rolling Prairie, штат Индиана. После окончания учебы он отправился с доктором Эдвардом Румели в Ла-Порт, где поселился у шведборгианского пастора Сэмюэля Макка. Ногучи начал учиться в Ла-Портской средней школе, которую окончил в 1922 году. В этот период жизни он был известен под именем "Сэм Гилмор".
Ранняя художественная карьера (19221927)
После окончания средней школы Ногучи объяснил Румели свое желание стать художником; хотя Румели предпочитал, чтобы Ногучи стал врачом, он признал его просьбу и отправил в Коннектикут, чтобы тот работал учеником у своего друга Гутзона Борглума. Борглум, наиболее известный как создатель Национального мемориала Маунт-Рашмор, в то время работал над композицией «Войны Америки» для города Ньюарк, штат Нью-Джерси – произведением, включающим сорок две фигуры и две конные скульптуры. Будучи одним из учеников Борглума, Ногучи получил мало скульпто́рного образования; его обязанности включали расстановку лошадей и позирование в качестве генерала Шермана для памятника. Однако он перенял некоторые навыки литья у итальянских помощников Борглума и позже создал бюст Авраама Линкольна. В конце лета Борглум сказал Ногучи, что тому никогда не стать скульптором, что заставило его вновь обдумать прежнее предложение Румели. Затем он отправился в Нью-Йорк, где воссоединился с семьей Румели в их новом доме, и благодаря финансовой поддержке доктора Румели в феврале 1922 года поступил в Колумбийский университет на предмедицинский факультет. Вскоре после этого он познакомился с бактериологом Хидэё Ногути, который призвал его вернуться к искусству, а также с японским танцором Митио Ито, чья известность впоследствии помогла Ногучи найти знакомых в мире искусства. Влияние оказывала и его мать, которая в 1923 году переехала из Японии в Калифорнию, а затем в Нью-Йорк. В 1924 году, продолжая обучение в Колумбии, Ногучи последовал совету матери и записался на вечерние занятия в Художественную школу Леонардо да Винчи. Директор школы, Онорио Руотоло, был сразу впечатлен его работами. Всего через три месяца Ногучи организовал свою первую выставку, представив на ней работы из гипса и терракоты. Вскоре он бросил Колумбийский университет, чтобы полностью посвятить себя скульптуре, сменив имя с Гилмора (фамилию, которую он использовал много лет) на Ногучи. После переезда в собственную студию Ногучи начал получать заказы на портретные бюсты и выиграл Медаль Логана в области искусств. В это время он часто посещал авангардные выставки в галереях таких модернистов, как Альфред Стиглиц и Дж. Б. Ньюман, и особенно заинтересовался выставкой работ румынского скульптора Константина Бранкузи. В конце 1926 года Ногучи подал заявку на получение стипендии Гуггенхайма. В сопроводительном письме он предложил в течение года изучать резьбу по камню и дереву и углубить «понимание человеческой фигуры» в Париже, затем еще год провести в путешествии по Азии, выставить свои работы и вернуться в Нью-Йорк. Он получил грант, несмотря на то, что ему не хватало трех лет до достижения минимального возраста для получения стипендии.
Ранние путешествия (19271937)
Ногучи прибыл в Париж в апреле 1927 года и вскоре после этого встретился с американским писателем Робертом МакАльмоном, который представил его в мастерскую Константина Бранкузи. Несмотря на языковой барьер между художниками (Ногучи почти не говорил по-французски, а Бранкузи не владел английским), Ногучи был принят в качестве ассистента Бранкузи на следующие семь месяцев. За это время Ногучи освоил работу с камнем, материалом, с которым он прежде не был знаком, хотя позже признал, что одним из главных уроков Бранкузи было умение ценить "ценность момента". Тем временем, благодаря рекомендательным письмам от Мичио Ито, Ногучи познакомился во Франции с такими художниками, как Жюль Пасьен и Александр Колдер, живший в мастерской Арно Брекера. Они подружились, и Брекер создал бронзовый бюст Ногучи. В свой первый год в Париже Ногучи создал лишь одну скульптуру – мраморную "Секцию сферы", но на второй год он остался в Париже и продолжил обучение работе с камнем у итальянского скульптора Матео Эрнандеса, создав более двадцати абстракций из дерева, камня и листового металла. Следующим важным пунктом назначения для Ногучи была Индия, откуда он планировал отправиться на восток. Он прибыл в Лондон, чтобы изучить восточную скульптуру, но ему отказали в продлении стипендии Гуггенхайма. В феврале 1929 года он вернулся в Нью-Йорк. Бранкузи посоветовал Ногучи посетить кафе Ромари Мари в Гринвич-Виллидж. Там он встретил Бакминстера Фуллера, с которым сотрудничал над несколькими проектами, включая моделирование автомобиля Фуллера Dymaxion. По возвращении абстрактные скульптуры Ногучи были представлены на его первой персональной выставке в галерее Юджина Шона. Поскольку ни одна из работ не была продана, Ногучи полностью отказался от абстрактного искусства в пользу создания портретных бюстов, чтобы обеспечить себя. Вскоре он начал получать заказы от состоятельных и знаменитых клиентов. Выставка нескольких бюстов 1930 года, в том числе Марты Грэм и Бакминстера Фуллера, получила положительные отзывы, и менее чем за год Ногучи заработал достаточно денег, чтобы продолжить свою поездку в Азию. Ногучи отправился в Париж в апреле 1930 года и через два месяца получил визу для поездки по Транссибирской магистрали. Он предпочел сначала посетить Японию, а не Индию, но, узнав, что его отец, Йоне, не желает, чтобы сын приезжал, используя его фамилию, потрясенный Ногучи вместо этого отправился в Пекин. В Китае он изучал живопись тушью у Ци Байши, проведя там шесть месяцев, прежде чем, наконец, отправиться в Японию. Еще до прибытия в Кобе японские газеты сообщили о предполагаемой встрече Ногучи с отцом; хотя он отрицал, что это было причиной его визита, они все же встретились в Токио. Позже он прибыл в Киото, чтобы изучать керамику у Уно Джинмацу. Там он обратил внимание на местные дзен-сады и ханива – глиняные погребальные фигуры периода Кофун, которые вдохновили его терракотовую скульптуру "Королева". Ногучи вернулся в Нью-Йорк в разгар Великой депрессии, где было мало заказчиков на его портретные бюсты. Вместо этого он надеялся продать свои новые скульптуры и живопись тушью, привезенные из Азии. Хотя продано было очень мало работ, Ногучи считал эту персональную выставку (которая началась в феврале 1932 года и побывала в Чикаго, на западном побережье и в Гонолулу) своей "самой успешной". Кроме того, его следующая попытка вернуться к абстрактному искусству, большая обтекаемая фигура танцовщицы Рут Пейдж под названием "Мисс Расширяющаяся Вселенная", была встречена прохладно. В январе 1933 года он работал в Чикаго с Сантьяго Мартинесом Дельгадо над муралом для выставки "Век прогресса", а затем снова занялся созданием портретных бюстов; в июне он переехал в Лондон в надежде найти больше работы, но вернулся в декабре незадолго до смерти своей матери Леони. Начиная с февраля 1934 года Ногучи начал представлять свои первые проекты для общественных пространств и памятников в рамках программы общественных работ. Один из таких проектов, памятник Бенджамину Франклину, оставался нереализованным на протяжении десятилетий. Другой проект, гигантский пирамидальный земляной вал под названием "Памятник американскому плугу", также был отклонен, а его "скульптурный ландшафт" детской площадки, "Плей-Маунтин", был лично отклонен комиссаром парков Робертом Мозесом. В конечном итоге его исключили из программы, и он снова начал зарабатывать на жизнь, создавая портретные бюсты. В начале 1935 года, после еще одной персональной выставки, Генри МакБрайд из New York Sun назвал "Смерть" Ногучи, изображающую линчевание афроамериканца, "небольшой японской ошибкой". В том же году он создал декорации к "Фронтиру", первой из многих постановок для Марты Грэм. После запуска Федерального художественного проекта Ногучи снова представил свои проекты, один из которых, еще один земляной вал, был выбран для аэропорта Нью-Йорка под названием "Рельеф, видимый с неба"; после дальнейшего отклонения Ногучи отправился в Голливуд, где снова работал как портретист, чтобы заработать на поездку в Мексику. Там он был выбран для создания своей первой общественной работы – рельефного мурала для рынка Абелардо Родригеса в Мехико. 20-метровый "История, увиденная из Мексики" 1936 года был глубоко политическим и социально осознанным, в нем были представлены такие современные символы, как нацистская свастика, серп и молот и уравнение E=mc². В это время Ногучи также встретил Фриду Кало и у них был короткий, но страстный роман; они оставались друзьями до ее смерти.
Дальнейшая карьера в США (1937-1948 гг.)
Ногучи вернулся в Нью-Йорк в 1937 году. Он разработал Zenith Radio Nurse, оригинальный детский монитор, который сейчас находится во многих музейных коллекциях. "Радио-медсестра" была первой крупной проектной комиссией Ногучи, и он назвал ее "моим единственным строго промышленным дизайном". Он снова начал создавать портретные бюсты и после различных предложений был выбран для двух скульптур. Первый из них, фонтан, построенный из автомобильных деталей для выставки Ford Motor Company на Всемирной выставке в Нью-Йорке в 1939 году, был воспринят критиками и самим Ногучи негативно, но тем не менее познакомил его с фонтанным строительством и магнезитом. Напротив, его вторая скульптура, девятитонный барельеф из нержавеющей стали под названием "Новости", была представлена над входом в здание Ассошиэйтед Пресс в Рокфеллер-центре в апреле 1940 года и получила широкое признание. После очередных отказов в проектах детских площадок Ногучи отправился в путешествие по стране с Аршилом Горьким и невестой Горького в июле 1941 года, в конечном итоге расставшись с ними, чтобы поехать в Голливуд. После нападения на Перл-Харбор в Соединенных Штатах усилились антияпонские настроения, и в ответ Ногучи основал "Нисейских писателей и художников за демократию". Ногучи и другие лидеры группы написали влиятельным чиновникам, включая комитет Конгресса во главе с представителем Джона Х. Толаном, надеясь остановить интернирование японских американцев; позже Ногучи присутствовал на слушаниях, но мало повлиял на их исход. Впоследствии он помог организовать документальный фильм об интернировании, но покинул Калифорнию до его выхода; как законный житель Нью-Йорка, ему было разрешено вернуться домой. Он надеялся доказать лояльность японских американцев, помогая военным усилиям, но когда другие правительственные ведомства отказали ему, Ногучи встретился с Джоном Коллиером, главой Управления по делам индейцев, который убедил его отправиться в лагерь интернированных, расположенный на индейской резервации в Постоне, штат Аризона, для продвижения искусства, ремесел и общественной жизни. Ногучи прибыл в лагерь Постона в мае 1942 года, став его единственным добровольным интернированным. Он обнаружил, что Управление по переселению военных не намерено реализовывать его идеи. Для администраторов лагеря WRA он был нежелательным чужаком из Бюро по делам индейцев, а для интернированных – агентом администрации лагеря. Многие ему не доверяли и считали шпионом. Он не нашел общего языка с нисей, которые считали его странным посторонним. В июне Ногучи подал заявление на освобождение, но сотрудники разведки назвали его "подозрительным лицом" из-за его участия в "Нисейских писателях и художниках за демократию". 12 ноября ему был предоставлен месячный отпуск, но он так и не вернулся; хотя впоследствии ему был предоставлен постоянный отпуск, вскоре после этого он получил приказ о депортации. Федеральное бюро расследований, обвинив его в шпионаже, начало полное расследование деятельности Ногучи, которое было прекращено только благодаря вмешательству Американского союза гражданских свобод. Позже Ногучи рассказал о своем военном опыте в британском телесериале о Второй мировой войне "Мир в войне". По возвращении в Нью-Йорк Ногучи снял новую студию в Гринвич-Виллидж. На протяжении 1940-х годов скульптура Ногучи находилась под влиянием сюрреалистического движения; эти работы включают в себя различные конструкции из смешанных материалов и ландшафтные рельефы, а также лунары – самоосвещающиеся рельефы – и серию биоморфных скульптур, сделанных из взаимосвязанных плит. Самая известная из этих сборных плитных работ, Kouros, была впервые показана на выставке в сентябре 1946 года, что помогло закрепить его место в нью-йоркской художественной среде. В 1947 году он начал отношения с Германом Миллером из Зиленда, штат Мичиган. Эти отношения оказались очень плодотворными, в результате чего было создано несколько проектов, которые стали символами модернистского стиля, включая культовый стол Ногучи, который до сих пор производится. Ногучи также установил отношения с Knoll, проектируя мебель и лампы. В этот период он продолжал участвовать в театральной жизни, создавая декорации для "Аппалачской весны" Марты Грэм и постановки "Времена года" Джона Кейджа и Мерса Каннингема. Ближе к концу своего пребывания в Нью-Йорке он также получил больше заказов на проектирование общественных пространств, включая заказ на потолки штаб-квартиры Time Life. В марте 1949 года Ногучи провел свою первую персональную выставку в Нью-Йорке с 1935 года в галерее Чарльза Игана. В сентябре 2003 года галерея Pace Gallery провела выставку работ Ногучи в своей галерее на 57-й улице. Выставка под названием "33 MacDougal Alley: The Interlocking Sculpture of Isamu Noguchi" представила одиннадцать взаимосвязанных скульптур художника. Это была первая выставка, иллюстрирующая историческую значимость связи между MacDougal Alley и скульптурными работами Исаму Ногучи.
Стипендия в Боллингене и жизнь в Японии (19481952)
После самоубийства своего друга-художника Аршиля Горки в 1948 году и неудачных романтических отношений с Наянтарой Пандит (племянницей индийского националиста Джавахарлала Неру), Ногучи подал заявку на получение стипендии Bollingen Fellowship для путешествия по миру, предложив изучать общественные пространства в рамках исследования для книги об "окружающей среде для отдыха".
Почести
Ногучи получил медаль Эдварда Макдауэлла за выдающийся вклад в искусство в 1982 году; Национальную медаль искусств в 1987 году; и Орден Священного сокровища от правительства Японии в 1988 году. В 2004 году Почтовая служба США выпустила почтовую марку номиналом 37 центов, посвященную Ногучи.
Наследие
Фонд Исаму Ногучи и Музей сада посвящены сохранению, документированию, представлению и интерпретации работ Исаму Ногучи. Он поддерживается различными государственными и частными источниками финансирования. Представителем по авторским правам в США от Фонда Исаму Ногучи и Музея сада является Общество прав художников. В 2012 году было объявлено, что для снижения рисков каталог рассуждений о работах Ногучи будет публиковаться исключительно в сети Интернет как постоянно обновляемая работа в процессе создания.
Выставка
M+ в партнерстве с Фондом Исаму Ногучи и Музеем-садом организовали выставку Исаму Ногучи и Данх Во. Выставка проходила в павильоне M+, Гонконг, с 16 ноября 2018 года по 22 апреля 2019 года.