Советский коммунизм: История и развитие в Нидерландах и Германии.

Введение

Форма левого коммунизма, развившаяся в Нидерландах и Германии.

Советский коммунизм, или советничество – это течение коммунистической мысли, возникшее в 1920-х годах. Вдохновлённый Ноябрьской революцией, советский коммунизм выступал против государственного социализма и поддерживал рабочие советы и советскую демократию. Считается, что наибольшее распространение он получил в Германии и Нидерландах в 1920-х годах.

Появление

Советский коммунизм возник в годы после 1918 года, когда некоторые коммунисты в Германии и Нидерландах пришли к выводу, что русская революция привела к концентрации власти в руках новой политической элиты. Наиболее видными его ранними сторонниками были немецкий педагог Отто Рюле, голландский астроном Антон Паннекук и голландский поэт Герман Гортер. Они изначально были восторженными сторонниками большевиков и русской революции. В 1918 году Гортер заявил, что лидер большевиков Владимир Ленин "выделяется над всеми остальными лидерами пролетариата" и что Карл Маркс был единственным равным Ленину. В 1919 году Паннекук писал, что "в России коммунизм был реализован уже два года". Когда в декабре 1918 года была сформирована Коммунистическая партия Германии (КПГ), большинство в партии выступало против участия в выборах и профсоюзной деятельности. Эти позиции помещали её левее большевистской ортодоксии. В 1919 году был создан Коммунистический Интернационал (Коминтерн) для продвижения большевистской политики на международном уровне. В октябре 1919 года Пауль Леви, глава руководства КПГ, провёл новую партийную линию, которая следовала политике Коминтерна. Эта линия призывала к участию в парламентских выборах и борьбе за контроль над существующими профсоюзами. Фактически, это вынудило левое большинство покинуть партию, и около половины её 100 000 членов ушли. В апреле 1920 года левые сформировали Коммунистическую рабочую партию Германии (КАПД) с первоначальным членством около 38 000 человек. Этот шаг был частично мотивирован тем, что левые восприняли реакцию КПГ на Каппский путч как слабую. В том же году был создан Всеобщий рабочий союз Германии (AAUD) как революционный профсоюз, частично по образцу американских промышленных рабочих мира (IWW). Некоторые рассматривали его как профсоюзную федерацию, связанную с КАПД. В 1918 году Гортер написал памфлет «Мировая революция», указывая на различия между ситуацией в России и Западной Европе. Паннекук утверждал в памфлете «Мировая революция и коммунистическая тактика», опубликованном в 1920 году, что коммунистическая тактика в Западной Европе неизбежно отличается от тактики в России. Он утверждал, что в Западной Европе буржуазия была более устоявшейся и опытной, и в результате классовая борьба должна противостоять буржуазным институтам, таким как парламенты и профсоюзы. Он подчеркивал важность классового сознания среди масс и считал модель авангардной партии, пропагандируемую большевиками, потенциальным препятствием для революции. Сразу после образования КАПД она обратилась с просьбой о приёме в Коминтерн. На Втором Всемирном конгрессе Коминтерна в 1920 году лидеры Коминтерна Ленин, Лев Троцкий и Григорий Зиновьев единогласно отклонили позиции КАПД. В открытом письме исполнительного комитета Коминтерна КАПД было сообщено, что Коминтерн полностью поддерживает КПГ в её споре с левыми. Некоторые делегаты КАПД покинули конгресс в знак протеста. Ленин критиковал КАПД, Паннекука и другие левые группы в памфлете 1920 года «Левое уклонение в коммунизме: детская болезнь», обвиняя их в распространении путаницы. Он утверждал, что отказ от работы в парламентах и профсоюзах оставит рабочих под влиянием реакционных лидеров. Он признал, что между Россией и более развитыми странами Западной Европы существуют значительные различия, но считал, что «именно российская модель открывает всем странам нечто – и нечто весьма важное – об их ближайшем и неизбежном будущем» и что некоторые особенности русской революции были универсально значимы. Гортер взялся за задачу ответить Ленину. В своём открытом письме товарищу Ленину он повторил аргумент о том, что различия в классовой структуре между Востоком и Западом требуют различий в коммунистической тактике. Несмотря на этот спор, КАПД и другие подобные группы изначально стремились изменить международное коммунистическое движение изнутри. На Третьем Всемирном конгрессе Коминтерна в 1921 году КАПД не смогла сплотить левую оппозицию и поэтому вышла из Интернационала. Советская коммунистическая критика большевизма стала более фундаментальной. Советские коммунисты пришли к выводу, что большевики на самом деле не строили социализм. В 1921 году Паннекук утверждал, что русская революция была лишь буржуазной революцией, подобной французской. Гортер охарактеризовал её как первоначально двойную революцию, революцию рабочего класса против капитализма и капиталистическую революцию против феодализма, но утверждал, что этот дуализм был разрешён с принятием Новой экономической политики в 1921 году, и что Советская Россия стала однозначно капиталистическим государством. К 1921 году советский коммунизм порвал с официальным коммунистическим движением и сформировал отдельное направление, согласно историку Марселю ван дер Линдену. Многие авторы согласны с ван дер Линденем в датировке возникновения советского коммунизма началом 1920-х годов, но другие, такие как Филипп Буррине и Джон Гербер, называют это течение голландско-германской формой левого коммунизма в этот период и датируют возникновение советского коммунизма 1930-ми годами. По словам Фритса Кула, термин «советский коммунизм» впервые использовал Франц Пфемферт в 1921 году. По словам ван дер Линден, советский коммунизм определялся пятью основными принципами:
Капитализм находился в упадке и должен быть немедленно отменён. Его необходимо было заменить контролем рабочих над экономикой посредством советской демократии. Буржуазия манипулировала рабочим классом с помощью своих социал-демократических союзников, чтобы сохранить капитализм. Этому манипулированию необходимо было сопротивляться, бойкотируя выборы и борясь с традиционными профсоюзами. Советский Союз не был альтернативой капитализму, а новым типом капитализма. Немецкая и голландская левая были частью более широкого движения левых коммунистов, которое сопротивлялось навязыванию большевистской модели Западной Европе. В Вене Георг Лукач подчеркивал важность спонтанности рабочего класса. В Италии Амедео Бордига выступал против участия в выборах, но мало заботился о советах как основе для реорганизации общества и выступал за авангардные партии, как это делал Ленин. В России Рабочая оппозиция критиковала бюрократизацию рабочих организаций и сочувствовала КАПД. По словам Ханса Манфреда Бока, руководство немецкого движения советских коммунистов состояло в основном из интеллектуалов, которые уже были частью левого крыла СДПГ до Первой мировой войны, а также из молодых интеллектуалов, людей с богемным прошлым и учёных, которые были радикализированы войной. Его членство состояло в основном из молодых рабочих, которые не были политически активны до войны, и бывших солдат, возмущённых жестокостью войны. В сентябре 1921 года была сформирована Коммунистическая рабочая партия Нидерландов (КАПН) как голландский аналог КАПД. Гортер поддерживал это решение и стал её главным представителем, но Паннекук был скептичен, поскольку считал, что условия для новой организации в Нидерландах ещё не созрели. КАПН была смоделирована по образцу КАПД, и её программа была почти идентична программе немецкой партии. Однако ей не удалось воспроизвести массовую базу КАПД и она никогда не насчитывала более 200 членов. В Болгарии также было левое крыло в Коммунистической партии. Возглавляемая Иваном Ганчевым и находящаяся под влиянием КАПД, левая сформировала Болгарскую коммунистическую рабочую партию (БРКП) в январе 1922 года. В ней было чуть более тысячи членов, в основном рабочих и мало интеллектуалов. В Соединённом Королевстве бывшая суфражистка Сильвия Пэнкхерст, также выступавшая против участия в выборах, была исключена из Коммунистической партии Великобритании (КПГБ) в сентябре 1921 года. Она сформировала Коммунистическую рабочую партию (CWP) в феврале 1922 года. Она заявила о 500 членах, но, вероятно, их было гораздо меньше.

Council communism emerged in the years after 1918, as some communists in Germany and the Netherlands concluded that the Russian Revolution had led to power being concentrated in the hands of a new political elite. Its most prominent early proponents were the German educator Otto Rühle, the Dutch astronomer Anton Pannekoek, and the Dutch poet Herman Gorter. They were initially enthusiastic supporters of the Bolsheviks and the Russian Revolution. In 1918, Gorter said that the Bolshevik leader Vladimir Lenin "stands out above all other leaders of the Proletariat" and that Karl Marx was Lenin's sole peer. In 1919, Pannekoek wrote that "in Russia communism has been put into practice for two years now". When the Communist Party of Germany (KPD) was formed in December 1918, a majority in the party was opposed to electoral politics and trade unionism. These positions placed it to the left of Bolshevik orthodoxy. In 1919, the Communist International (Comintern) was formed to promote Bolshevik policies internationally. In October 1919, Paul Levi, the head of the KPD leadership, pushed through a new party line that followed the Comintern's policies. This line called for participation in parliamentary elections and fighting for control of established labor unions. In effect, this forced the left majority out of the party and about half of its 100,000 members left. In April 1920, the left formed the Communist Workers' Party of Germany (KAPD) with an initial membership of about 38,000. The move was partly motivated by the fact that the left perceived the KPD's reaction to the Kapp Putsch as weak. The same year, the General Workers' Union of Germany (AAUD) was formed as a revolutionary labor union partly modeled on the American Industrial Workers of the World (IWW). It was seen by some as the union federation affiliate of the KAPD. In 1918, Gorter wrote the pamphlet The World Revolution pointing to differences between the situations in Russia and Western Europe. Pannekoek asserted in World Revolution and Communist Tactics, a pamphlet he published in 1920, that communist tactics in Western Europe were necessarily different from those in Russia. He argued that in Western Europe the bourgeoisie was more established and experienced and that as a result class struggle must oppose bourgeois institutions such as parliaments and trade unions. He emphasized the importance of class consciousness among the masses and deemed the avant garde party model advocated by the Bolsheviks a potential obstacle to revolution. Immediately after the KAPD's formation, it sought admission to the Comintern. At the Second World Congress of the Comintern in 1920, the Comintern leaders Lenin, Leon Trotsky, and Grigory Zinoviev unanimously rejected the KAPD's positions. An open letter by the Comintern's executive committee informed the KAPD that the Comintern fully supported the KPD in its dispute with the left. Some KAPD delegates left the congress early in protest. Lenin criticized the KAPD, Pannekoek, and other left groups in the 1920 pamphlet "Left Wing" Communism: An Infantile Disorder, accusing them of spreading confusion. He claimed that a refusal to work in parliaments and labor unions would leave workers under the influence of reactionary leaders. He conceded that there were considerable differences between Russia and the more advanced countries in Western Europe, but held that "it is the Russian model that reveals to all countries something – and something highly significant – of their near and inevitable future" and that certain features of the Russian Revolution were universally valid. Gorter took on the task of answering Lenin. His Open Letter to Comrade Lenin reiterated the argument that the differences in the class structure between East and West necessitated differences in communist tactics. Despite this dispute, the KAPD, and other similar groups, initially sought to change the international communist movement from within. At the Third World Congress of the Comintern in 1921, the KAPD failed to rally a left opposition and therefore withdrew from the International. The council communist critique of Bolshevism became more fundamental. Council communists concluded that the Bolsheviks were not in fact building socialism. In 1921, Pannekoek argued that the Russian Revolution was but a bourgeois revolution like the French Revolution. Gorter characterized it as initially a dual revolution, a working class revolution against capitalism and a capitalist revolution against feudalism, but argued that this dualism was resolved with the New Economic Policy of 1921 and that Soviet Russia had become unambiguously a capitalist state. By 1921, council communism had broken with the official communist movement and formed a distinct current, according to the historian Marcel van der Linden. Many authors agree with van der Linden in dating the emergence of council communism to the early 1920s, but others, like Philippe Bourrinet and John Gerber, refer to the tendency as the Dutch–German form of left communism during this period and date the advent of council communism to the 1930s. According to Frits Kool, the term council communism was first used by Franz Pfemfert in 1921. According to van der Linden, council communism was defined by five basic principles:
Capitalism was in decline and had to be abolished immediately. It had to be replaced by workers' control over the economy through council democracy. The bourgeoisie manipulated the working class with its social democratic allies in order to maintain capitalism. This manipulation must be resisted by boycotting electoral politics and fighting traditional labor unions. The Soviet Union was not an alternative to capitalism, but a new type of capitalism. The German and Dutch left was part of a broader left communist movement that pushed back against the imposition of the Bolshevik model on Western Europe. In Vienna, Georg Lukács emphasized the importance of the spontaneity of the working class. In Italy, Amadeo Bordiga was opposed to electoral politics, but had little regard for councils as the basis for a reorganization of society and advocated vanguard parties as Lenin did. In Russia, the Workers' Opposition criticized the bureaucratization of working class organizations and sympathized with the KAPD. According to Hans Manfred Bock, the leadership of the German council communist movement consisted mostly of intellectuals who had already been part of the left wing of the SPD before World War I as well as younger intellectuals, people with a Bohemian background and academics, who were radicalized by the war. Its membership consisted mostly of younger workers who had not been politically active before the war and former soldiers embittered by the brutality of the war. In September 1921, the Communist Workers' Party of the Netherlands (KAPN) was formed as a Dutch analog to the KAPD. Gorter was supportive of this decision and became its chief spokesman, but Pannekoek was skeptical because he felt conditions for a new organization were not ripe in the Netherlands. The KAPN was modeled on the KAPD and its program was nearly identical to the German party's. It did not, however, manage to replicate the KAPD's mass base and never had more than 200 members. In Bulgaria, too, there was a left communist wing in the Communist Party. Led by Ivan Ganchev and influenced by the KAPD, the left formed the Bulgarian Communist Workers' Party (BRKP) in January 1922. It had just over a thousand members, mostly workers and few intellectuals. In the United Kingdom, the former suffragist Sylvia Pankhurst, also opposed to parliamentary politics, was excluded from the Communist Party of Great Britain (CPGB) in September 1921. She formed the Communist Workers' Party (CWP) in February 1922. It claimed to have 500 members, but likely had far fewer.

Упадок

С самого начала КАПД был подвержен спорам и внутренней борьбе. Партия состояла из широкого спектра политических течений и не создавала устойчивых организаций, поскольку ее сторонники опасались, что они могут стать бюрократическими и сдерживать революционный порыв рабочего класса. По мере стабилизации Веймарской Германии в начале 1920-х годов и ослабления движения советов, возникшего в ходе Германской революции, споры обострились. Уже на учредительном съезде КАПД Рюле и Франц Пфемферт, редактор журнала Die Aktion, выступали против любых централизованных партийных структур и традиционного разделения рабочего движения на политические партии и экономические профсоюзы. В своей брошюре 1920 года «Революция – это не партийное дело» Рюле утверждал, что целью революционного движения является захват производства и, следовательно, в партии нет необходимости, поскольку она неизбежно станет оппортунистической. Соответственно, Рюле и его сторонники покинули КАПД в ноябре 1920 года, а когда в июне 1921 года стало ясно, что про-КАПД фракция контролирует ААУД, они создали ААУД–Единую организацию (ААУД–Е). ААУД–Е критиковал КАПД за то, что он отличался от КПД лишь отрицанием парламентаризма. На втором съезде КАПД в августе 1920 года было исключено национал-большевистское крыло партии, которое возглавляли Генрих Лауфенберг и Фриц Вольфхайм. Они поддерживали сильную немецкую нацию, которая после успешной пролетарской революции должна была бы объединиться с Советским Союзом в борьбе против западного капитала и милитаризма. В своей критике Пола Леви они также прибегали к антисемитским стереотипам, утверждая, что «поскольку Леви – еврей, он будет играть карту еврейского финансового капитала». Следующий крупный спор в КАПД касался формирования нового Интернационала, противостоящего Коминтерну, участия ААУД в борьбе за повышение заработной платы и роли партийного руководства во главе с Карлом Шредером. Руководство Шредером в КАПД становилось все более спорным, и некоторые считали, что он пытается установить диктаторский контроль. Политически фракция Шредера утверждала, что капитализм находится в финальном кризисе, который приведет к его гибели, но рабочие еще не готовы к концу капитализма, поскольку они все еще находятся под контролем реформистских лидеров. Отсюда они заключили, что роль КАПД заключается в твердом следовании строгим революционным принципам, чтобы в будущем возглавить рабочих. Противники Шредера соглашались с тем, что капитализм находится в упадке, но для них это подразумевало необходимость борьбы за завоевание рабочих и большую гибкость в тактике, такой как участие в борьбе за повышение заработной платы, которую Шредер отвергал как реформизм. В марте 1922 года этот спор привел к расколу на эссенскую тенденцию во главе с Шредером и берлинскую тенденцию, каждая из которых имела свою филиалу ААУД. Берлинская тенденция была сильнее, но большинство интеллектуалов в КАПД, включая Гортера, присоединились к эссенской тенденции. Паннекук был раздражен фракционностью в движении и оставался в стороне от спора, хотя в основном симпатизировал берлинской тенденции. После выхода КАПД из Коминтерна в 1921 году его руководство решило разработать планы по формированию нового Интернационала. Шредер и Гортер поддержали это, но многие в организации сомневались, что это подходящее время для этого шага. В апреле 1922 года, после раскола партии, эссенская КАПД и КАПН сформировали Коммунистический рабочий интернационал (КРИ). Позже к ним присоединились БРКП и КВП. КРИ также заявлял о наличии российской аффилированной организации, но на самом деле она состояла всего из двух русских, проживающих в Берлине. Гортер написал программу КРИ. Его организационная структура была похожа на структуру Коминтерна, но он так и не приобрел значительного влияния или активности. Раскол в КАПД повторился в болгарских и голландских организациях, поскольку группы в каждой партии поддерживали эссенскую КАПД, а другие – берлинскую КАПД. После 1922 года советские коммунистические организации пришли в упадок и распались. В 1923 году немецкие организации насчитывали 20 000 сторонников, а к 1933 году – всего несколько сотен. Эссенская КАПД пришла в упадок быстрее всего. В 1923 году от нее отделилась фракция, сформировавшая Лигу советских коммунистов, большинство членов которой затем присоединились к ААУД–Е. В 1925 году основные лидеры эссенской КАПД, включая Шредера, ушли, чтобы вернуться в СДПГ, поскольку они считали возрождение движения советов революционного периода маловероятным. В 1927 году умер Гортер, и к 1929 году группа не могла позволить себе издавать свою газету. Берлинская КАПД, потеряв свое руководство и теоретиков в пользу эссенской КАПД, в последующие годы неоднократно и безуспешно призывала к восстанию. В 1927 году она потеряла свою филиалу ААУД, которая объявила себя самостоятельной партией. ААУД–Е быстро превратился в собрание отдельных групп и течений, а не в сплоченную организацию. Он потерял своего ведущего теоретика Рюле в 1925 году, когда тот пришел к выводу, что политическая ситуация слишком реакционна для революционной политики. В 1927 году он объединился с группой, исключенной из КПД, и профсоюзной организацией, чтобы сформировать Спартаковскую лигу левых коммунистических организаций, которая в свою очередь объединилась с берлинским ААУД в 1931 году, образовав Коммунистический рабочий союз Германии, но в этой организации насчитывалось всего 343 члена. К началу 1930-х годов советский коммунизм как крупномасштабное движение подошел к концу. По словам Джона Гербера, советский коммунизм был продуктом послевоенных потрясений и, в результате прекращения движения советов, политика советских коммунистов стала абстрактной. Он также объясняет упадок советского коммунизма как массового движения неудачами его сторонников. Они не разработали политику, которая могла бы выжить в условиях стабилизированного капитализма. Советские коммунисты не смогли понять состав движения советов, причины его упадка и влияние ленинизма и демократии на рабочих. Все это, по мнению Гербера, усугублялось догматизмом советских коммунистов и отсутствием руководства на низовом уровне.

From its inception, the KAPD was beset by disputes and internal turmoil. The party was composed of a wide variety of political tendencies and it did not create stable organizations, as its proponents feared they could become bureaucratic and hold back the working class's revolutionary dynamic. As Weimar Germany stabilized in the early 1920s and the council movement of the German Revolution ebbed, the disputes became more pronounced. As early as the KAPD's founding congress, Rühle and Franz Pfemfert, the editor of the journal Die Aktion, were opposed to any centralized party structures and the traditional division of the labor movement into political parties and economic labor unions. In his 1920 brochure Revolution is not a Party Matter, Rühle argued that the goal of the revolutionary movement was to take over production and therefore had no need for a party, which would necessarily become opportunist. Accordingly, Rühle and his supporters left the KAPD in November 1920 and, when it became clear that the pro KAPD faction was in control of the AAUD in June 1921, they set up the AAUD–Unitary Organization (AAUD–E). The AAUD–E criticized the KAPD for differing from the KPD only in its rejection of parliamentarianism. At the KAPD's second congress in August 1920, the National Bolshevik wing of the party was expelled. This wing was led by Heinrich Laufenberg and Fritz Wolffheim. They supported a strong German nation that, after a successful proletarian revolution, would ally itself with the Soviet Union in a struggle against Western capital and militarism. They also invoked anti Semitic stereotypes in their critique of Paul Levi, claiming that "because Levi is a Jew, he will play the card of Jewish finance capital". The next major dispute in the KAPD concerned the formation of a new International opposed to the Comintern, the participation of the AAUD in wage struggles, and the role of the party's leadership around Karl Schröder. Schröder's leadership in the KAPD became increasingly controversial and he was perceived by some as attempting to exert dictatorial control. Politically, Schröder's faction argued that capitalism was in a final crisis that would lead to its demise, but that workers were not yet ready for capitalism's end as they were still under the control of reformist leaders. From this they concluded that the KAPD's role was to firmly adhere to strict revolutionary principles so it could lead workers at a later time. Schröder's opponents agreed that capitalism was in decline, but for them this implied the necessity of a struggle to win workers over and they were more open to flexibility in tactics such as participation in wage struggles, which Schröder dismissed as reformism. In March 1922, this dispute led to a split into an Essen tendency, led by Schröder, and a Berlin tendency, each with its own AAUD affiliate. The Berlin tendency was stronger, but most intellectuals in the KAPD including Gorter joined the Essen tendency. Pannekoek was exasperated by the factionalism in the movement and stayed out of the dispute, though he mostly sympathized with the Berlin tendency. After the KAPD withdrew from the Comintern in 1921, its leadership decided to make plans for the formation of a new International. Schröder and Gorter supported this, but many in the organization were skeptical that the time was right for this move. In April 1922, after the party split, the Essen KAPD and the KAPN formed the Communist Workers' International (KAI). The BRKP and the CWP joined later. The KAI also claimed to have a Russian affiliate, but in reality it only consisted of two Russians living in Berlin. Gorter wrote the KAI's program. Its organizational structure was similar to the Comintern's, but it never attained any significant influence or activity. The split in the KAPD was replicated in the Bulgarian and Dutch organizations, as groups in each party supported the Essen KAPD and others the Berlin KAPD. After 1922, the council communist organizations declined and disintegrated. The German organizations were down to 20,000 supporters in 1923 and just a few hundred by 1933. The Essen KAPD declined most quickly. In 1923, a faction left to form the League of Council Communists, most of whose members then joined the AAUD–E. In 1925, the Essen KAPD's main leaders including Schröder left to rejoin the SPD as they thought the revival of the council movement of the revolutionary period unlikely. In 1927, Gorter died and by 1929 the group could not afford to publish its newspaper. The Berlin KAPD, having lost its leadership and theorists to the Essen KAPD, spent the next years issuing repeated and widely ignored calls for insurrection. In 1927, it lost its AAUD affiliate which declared itself a party in its own right. The AAUD–E quickly became an assortment of individual groups and tendencies rather than a coherent organization. It lost its leading theorist Rühle in 1925, when he concluded that the political situation was too reactionary for revolutionary politics. In 1927, it merged with a group excluded from the KPD and a union organization to form the Spartacist League of Left Communist Organizations, which in turn merged with the Berlin AAUD in 1931 to create the Communist Workers' Union of Germany, but this organization had a membership of just 343. By the early 1930s, council communism as a large scale movement had come to an end. According to John Gerber, council communism was a product of the post war turmoil and, as a result of the end of the council movement, the council communists' politics became abstract. He also attributes council communism's decline as a mass movement to failures by its proponents. They did not develop a politics that could survive under a stabilized capitalism. Council communists did not gain an understanding of the composition of the council movement, the reasons for its decline, and the influence of Leninism and democracy on workers. All this was exacerbated, according to Gerber, by council communists' dogmatism and a lack of leadership at the lower levels.

Продолжение в небольших группах

После того, как нацисты пришли к власти в Германии в 1933 году, организованный советский коммунизм исчез, хотя некоторые группы продолжали сопротивление режиму. Он сохранялся в нескольких небольших группах в Нидерландах. Группа международных коммунистов (ГИК) стала координационным центром для международных дискуссий до конца 1930-х годов. Она публиковала ключевые тексты движения, наиболее известными из которых были "Восход нового рабочего движения" Хенка Канне Мейера и "Тезисы о большевизме" Гельмута Вагнера. Советские коммунисты возникли в ряде других стран. Немецкий эмигрант Пол Маттик привёз его в Соединенные Штаты, где он издавал "Международную корреспонденцию советов". Дж. А. Доусон публиковал "Южный защитник рабочих советов" в Австралии, а Лайн Диес – советские коммунистические тексты в Чили. Студенческое движение 1960-х годов привело к кратковременному возрождению советского коммунизма, главным образом во Франции, Италии и Германии. После спада движения 1968 года он в основном снова исчез, за исключением нескольких небольших групп в Европе и Северной Америке.

Теория

Хотя советские коммунисты придерживались общего направления, их взгляды по многим вопросам значительно различались. В отличие от реформистской социал-демократии и ленинизма, центральный тезис советского коммунизма заключается в том, что демократические рабочие советы, возникающие на предприятиях и в муниципалитетах, являются естественной формой организации рабочего класса и осуществления власти, и что рабочий класс не должен полагаться на ленинские авангардные партии или реформы капиталистической системы для достижения социализма. Партия, в свою очередь, должна была играть пропагандистскую и "миноритарную" роль. Советские коммунисты рассматривают массовую забастовку и новые, ещё не оформившиеся формы массовых действий как революционные средства достижения коммунистического общества. Сеть рабочих советов должна стать главным инструментом революции, выступая в качестве аппарата, посредством которого формируется и функционирует диктатура пролетариата. Управление правительством и экономикой должно осуществляться рабочими советами, состоящими из делегатов, избираемых на рабочих местах и подлежащих отзыву в любой момент. Таким образом, советские коммунисты выступают против авторитарного социализма. Они также отвергают идею революционной партии, поскольку считают, что революция, возглавляемая партией, неизбежно приведет к партийной диктатуре. Советский коммунизм и другие направления либертарного марксизма, такие как автономизм, часто рассматриваются как близкие к анархизму из-за схожей критики ленинских идеологий за их авторитарность и отказа от идеи авангардной партии. В связи с этим, он определяется как антиавторитарный и антиленинский марксизм.