Паоло Сарпи: Историк, ученый и защитник Венеции

Введение

Паоло Сарпи (14 августа 1552 – 15 января 1623) – венецианский историк, государственный деятель и ученый, прелат, канонический юрист, полимат, активно действовавший от имени Венецианской Республики в период её успешного противостояния папскому интердикту (1605–1607) и войны (1615–1617) с Австрией из-за пиратов-ускоков. Его труды, откровенно полемические и резко критические по отношению к католической церкви и её схоластической традиции, «вдохновили как Гоббса, так и Эдварда Гиббона на собственные исторические разоблачения духовенства». Основной труд Сарпи, «История Трентского собора» (1619), был опубликован в Лондоне в 1619 году; другие работы: «История церковных бенефиций», «История интердикта» и «Дополнение к истории ускоков» – появились посмертно. Организованные вокруг отдельных тем, они являются ранними примерами жанра исторической монографии. Как защитник свобод республиканской Венеции и сторонник разделения церкви и государства, Сарпи прославился как герой республиканства и свободомыслия, а также возможный крипто-протестант. Его последние слова, «Esto perpetua» («да будет она [т. е. республика] жить вечно»), были воспроизведены Джоном Адамсом в 1820 году в письме к Томасу Джефферсону, когда Адамс «так же горячо, как отец Павел, желал сохранения нашей обширной американской империи и наших свободных институтов», как Сарпи желал сохранения Венеции и её институтов. Сарпи был также ученым-экспериментатором, сторонником коперниканской системы, другом и покровителем Галилео Галилея, а также внимательно следил за новейшими исследованиями в области анатомии, астрономии и баллистики в Падуанском университете. В его обширной сети корреспондентов были Фрэнсис Бэкон и Уильям Гарвей. Сарпи полагал, что государственным учреждениям следует отменить цензуру «Аввизи» – новостных бюллетеней, получивших распространение в его время, – и вместо цензуры публиковать собственные версии новостей для противодействия враждебным публикациям. В этом духе сам Сарпи опубликовал несколько памфлетов в защиту прав Венеции на Адриатическое море. Таким образом, Сарпи можно считать одним из первых сторонников свободы печати, хотя эта концепция ещё не существовала в его время.

Venetian historian, statesman and scientist (1552–1623)

Paolo Sarpi (14 August 1552 – 15 January 1623) was a Venetian historian, prelate, scientist, canon lawyer, polymath and statesman active on behalf of the Venetian Republic during the period of its successful defiance of the papal interdict (1605–1607) and its war (1615–1617) with Austria over the Uskok pirates. His writings, frankly polemical and highly critical of the Catholic Church and its Scholastic tradition, "inspired both Hobbes and Edward Gibbon in their own historical debunkings of priestcraft." Sarpi's major work, the History of the Council of Trent (1619), was published in London in 1619; other works: a History of Ecclesiastical Benefices, History of the Interdict and his Supplement to the History of the Uskoks, appeared posthumously. Organized around single topics, they are early examples of the genre of the historical monograph. As a defender of the liberties of Republican Venice and proponent of the separation of Church and state, Sarpi attained fame as a hero of republicanism and free thought and possible crypto Protestant. His last words, "Esto perpetua" ("may she [i. e., the republic] live forever"), were recalled by John Adams in 1820 in a letter to Thomas Jefferson, when Adams "wished 'as devoutly as Father Paul for the preservation of our vast American empire and our free institutions', as Sarpi had wished for the preservation of Venice and its institutions." Sarpi was also an experimental scientist, a proponent of the Copernican system, a friend and patron of Galileo Galilei, and a keen follower of the latest research on anatomy, astronomy, and ballistics at the University of Padua. His extensive network of correspondents included Francis Bacon and William Harvey. Sarpi believed that government institutions should rescind their censorship of the Avvisi—the newsletters that started to be common in his time—and instead of censorship, publish their own versions of the news to counter enemy publications. In that spirit, Sarpi himself published several pamphlets in defence of Venice's rights over the Adriatic. As such, Sarpi could be considered as an early advocate of the freedom of the press, though the concept did not yet exist in his lifetime.

Ранние годы

Родился в Венеции как Пьетро Сарпи. Его отец был купцом, хотя и не преуспевающим; его мать – венецианской дворянкой. Отец умер, когда он был ещё ребёнком. Этот блестящий и рано проявивший способности мальчик получил образование от своего дяди по материнской линии, школьного учителя, а затем от Гиаммарии Капеллы, монаха августинского сервитского ордена. В 1566 году, в возрасте тринадцати лет, он вступил в сервитский орден, приняв имя Фра (Брат) Паоло, под которым, с добавлением "Servita", он был известен своим современникам. Около 1567 года Сарпи был направлен в монастырь в Мантуе. В 1570 году он защитил тезисы на диспуте и был приглашён в качестве придворного теолога к герцогу Гульельмо Гонзаге. Сарпи провёл четыре года в Мантуе, изучая математику и восточные языки. Затем в 1575 году он отправился в Милан, где был советником святого и епископа Карла Борромео, но его начальство перевело его в Венецию, на должность профессора философии в сервитский монастырь. В 1579 году он стал провинциалом венецианской провинции сервитского ордена, одновременно обучаясь в Падуанском университете. В возрасте двадцати семи лет он был назначен генеральным прокурором ордена. В этом качестве он был отправлен в Рим, где общался с тремя последовательными папами, великим инквизитором и другими влиятельными лицами. Сарпи вернулся в Венецию в 1588 году и провёл следующие 17 лет в учёбе, которую время от времени прерывали внутренние распри в его общине. В 1601 году венецианский сенат рекомендовал его на епископство Каорле, но папский нунций, желавший получить его для своего протеже, обвинил Сарпи в отрицании бессмертия души и оспаривании авторитета Аристотеля. Попытка получить другое епископство в следующем году также не увенчалась успехом, поскольку папа Климент VIII был возмущён привычкой Сарпи переписываться с учёными-еретиками.

Венеция в конфликте с папой

Климент VIII умер в марте 1605 года, и позиция его преемника, Папы Павла V, затронула пределы папской прерогативы. Венеция одновременно приняла меры к её ограничению: право светских трибуналов рассматривать проступки духовенства было подтверждено в двух важных делах, а также расширен объем действия двух древних законов города: один запрещал основание новых церквей или церковных конгрегаций без согласия государства, другой – приобретение имущества священниками или религиозными организациями. Эти законы были распространены на всю территорию республики. В январе 1606 года папский нунций вручил письмо с требованием безоговорочного подчинения венецианцев. Сенат пообещал защиту всем священникам, которые в этой чрезвычайной ситуации помогут республике своими советами. Сарпи представил меморандум, указав, что угрожающие отлучения можно преодолеть двумя способами – де-факто, запретив их публикацию, и де-юре, обратившись к вселенскому собору. Документ был хорошо принят, и Сарпи был назначен канонистом и богословским консультантом республики. В апреле следующего года надежды на компромисс развеялись из-за отлучения венецианцев Павлом V и его попытки наложить на их владения интердикт. Сарпи активно включился в полемику. Это был беспрецедентный случай, когда священник такого высокого ранга отстаивал подчинение духовенства государству. Он начал с переиздания антипапских взглядов канониста Жана Герсона (1363–1429). В анонимном трактате, опубликованном вскоре после этого (Risposta di un Dottore in Teologia), он изложил принципы, которые радикально подрывали папскую власть в светских делах. Эта книга незамедлительно была включена в Index Librorum Prohibitorum, а кардинал Белламин подверг работу Герсона резкой критике. Затем Сарпи ответил в "Апологии". Вскоре последовали "Рассуждения об отлучениях" (Considerazioni sulle censure) и "Трактат об интердикте" (Trattato dell'interdetto), последний из которых был частично подготовлен под его руководством другими богословами. Появилось множество других памфлетов, вдохновленных или контролируемых Сарпи, который получил дополнительное назначение цензором всего, что писалось в Венеции в защиту республики. Следуя совету Сарпи, венецианское духовенство в основном проигнорировало интердикт и продолжало выполнять свои обязанности, за исключением иезуитов, которые покинули город и были одновременно официально изгнаны. Католические державы Франция и Испания отказались вмешиваться в конфликт и обратились к дипломатии.

Clement VIII died in March 1605, and the attitude of his successor Pope Paul V strained the limits of papal prerogative. Venice simultaneously adopted measures to restrict it: the right of the secular tribunals to take cognizance of the offences of ecclesiastics had been asserted in two leading cases and the scope of two ancient laws of the city, that were: one forbidding the foundation of new churches or ecclesiastical congregations without the consent of the state, the other forbidding acquisition of property by priests or religious bodies. These laws had been extended over the entire territory of the republic. In January 1606, the papal nuncio delivered a brief demanding the unconditional submission of the Venetians. The senate promised protection to all ecclesiastics who should in this emergency aid the republic by their counsel. Sarpi presented a memoir, pointing out that the threatened censures might be met in two ways – de facto, by prohibiting their publication, and de jure, by an appeal to a general council. The document was well received, and Sarpi was made canonist and theological counsellor to the republic. The following April, hopes of compromise were dispelled by Paul's excommunication of the Venetians and his attempt to lay their dominions under an interdict. Sarpi entered energetically into the controversy. It was unprecedented for an ecclesiastic of his eminence to argue the subjection of the clergy to the state. He began by republishing the anti papal opinions of the canonist Jean Gerson (1363–1429). In an anonymous tract published shortly afterwards (Risposta di un Dottore in Teologia), he laid down principles which struck radically at papal authority in secular matters. This book was promptly included in the Index Librorum Prohibitorum, and Cardinal Bellarmine attacked Gerson's work with severity. Sarpi then replied in an Apologia. The Considerazioni sulle censure and the Trattato dell' interdetto, the latter partly prepared under his direction by other theologians, soon followed. Numerous other pamphlets appeared, inspired or controlled by Sarpi, who had received the further appointment of censor of everything written at Venice in defence of the republic. Following Sarpi's advice, the Venetian clergy largely disregarded the interdict and discharged their functions as usual, the major exception being the Jesuits, who left and were simultaneously expelled officially. The Catholic powers France and Spain refused to be drawn into the quarrel and resorted to diplomacy.

Попытка убийства

Республика наградила Сарпи чином государственного советника по юриспруденции и предоставила свободу доступа к государственным архивам. Эти почести вызвали негодование у его противников, особенно у Папы Павла V. В сентябре 1607 года по наущению папы и его кардинала-племянника Сципио Боргезе, Фра Сарпи стал объектом покушения. Бывший монах и разбойник по имени Ротилио Орландини, при поддержке двух своих шуринов, согласился убить Сарпи за 8000 крон. Однако заговор Орландини был раскрыт, и когда трое наёмных убийц перешли с папской территории на территорию Венеции, они были арестованы и заключены под стражу. 5 октября 1607 года на Сарпи было совершено нападение, и его оставили умирать с тремя ножевыми ранениями, но он выжил. Наёмные убийцы Сарпи обосновались в Риме и в конечном итоге получили пенсию от вице-короля Неаполя Педро Теллес-Жирона, 3-го герцога Осуны.

Поздние годы

Остаток жизни Сарпи прошел спокойно в стенах его монастыря, хотя против него продолжали плести заговоры, и он изредка упоминал о возможности укрыться в Англии. Когда он не был занят подготовкой государственных документов, он посвящал себя научным изысканиям и написал несколько трудов. Он оставался верен государству до самого конца. Накануне смерти он продиктовал три ответа на вопросы о делах Венецианской республики, а его последними словами были "Esto perpetua", или "да пребудет она вовек". Эти слова были приняты в качестве государственного девиза штата Айдахо и изображены на оборотной стороне монеты 25 центов Айдахо образца 2007 года, а также были переняты различными другими группами и организациями в разных странах (см. "Esto perpetua").

История Трентского собора

В 1619 году его главный литературный труд, Istoria del Concilio Tridentino (История Тридентского собора), был напечатан в Лондоне под именем Пьетро Соаве Полано, анаграмма Паоло Сарпи Венето (плюс «о»). Редактор, Марко Антонио де Доминис, внес некоторые правки в текст. Его обвиняли в фальсификации, но сравнение с рукописью, исправленной самим Сарпи, показывает, что изменения несущественны. Вскоре после этого появились переводы на другие языки: английский перевод Натаниэля Брента, латинское издание 1620 года, выполненное Адамом Ньютоном, де Доминисом и Уильямом Беделлом, а также французские и немецкие издания. В центре внимания была роль Папской курии, и его отношение к ней было резко критическим. Это была неофициальная история, не написанная по заказу, и церковная история рассматривалась как политика. В Мантуе Сарпи был знаком с Камилло Оливо, секретарем кардинала Эрколе Гонзаги. Его позиция, названная Джоном Хейлом «горько реалистичной», сопровождалась критикой того, что Тридентский собор не стремился к примирению, а был направлен на разжигание дальнейших конфликтов. Денис Хей называет это «англиканским взглядом на дебаты и решения», и Сарпи широко читался протестантами; Джон Мильтон назвал его «великим разоблачителем». Однако похвалы в его адрес были скорее продиктованы антипапскими и антиклерикальными настроениями, чем истинным восхищением стилем и проницательностью Сарпи. Католические ученые, такие как Жак-Бенинь Боссюэ, считали Сарпи бесполезным историком, что во многом разделяют и современные историки. Работа Сарпи приобрела такую известность, что Ватикан открыл свои архивы для кардинала Франческо Сфорца Паллавичино, которому было поручено написать трехтомное опровержение под названием Istoria del Concilio di Trento, scritta dal P. Sforza Pallavicino, della Comp. di Giesù ove insieme rifiutasi con auterevoli testimonianze un Istoria falsa divolgata nello stesso argomento sotto nome di Petro Soave Polano («История Тридентского собора, написанная П. Сфорцей Паллавичино из Общества Иисуса, в которой опровергается ложная история по тому же предмету, опубликованная под именем Пьетро Соаве Полано, с использованием авторитетных свидетельств», 1656–1657). Выдающийся историк XIX века Леопольд фон Ранке (История пап) изучил подход Сарпи и Паллавичино к работе с рукописными материалами и пришел к выводу, что оба не соответствуют его строгим стандартам объективности. Сарпи описывается как движимый смертной ненавистью, злонамеренный в своих намерениях и безрассудный в средствах, фабрикующий ложь и искажающий правду; в то время как иезуит, хотя и скрупулезно точен в представляемых документах, часто умалчивает о тех, которые противоречат его взглядам. Тем не менее, Ранке высоко оценил качество работы Сарпи, считая его превосходящим Гиччардини. Сарпи никогда не признавал свое авторство и успешно избегал всех попыток Людовика II де Бурбона, принца де Конде, выведать у него тайну. Многотомная история Тридентского собора Гюберта Йедина (1961), также санкционированная Ватиканом, также критикует использование источников Сарпи. Однако Дэвид Вуттон полагает, что есть основания полагать, что Сарпи мог использовать оригинальные документы, которые не сохранились до наших дней, и считает его подход к Собору достаточно осторожным, несмотря на его предвзятость.

In 1619 his chief literary work, Istoria del Concilio Tridentino (History of the Council of Trent), was printed in London, published under the name of Pietro Soave Polano, an anagram of Paolo Sarpi Veneto (plus o). The editor, Marco Antonio de Dominis, did some work on polishing the text. He has been accused of falsifying it, but a comparison with a manuscript corrected by Sarpi himself shows that the alterations are unimportant. Translations into other languages followed: there was the English translation by Nathaniel Brent and a Latin edition in 1620 made by Adam Newton, de Dominis, and William Bedell, and French and German editions. Its emphasis was on the role of the Papal Curia, and its slant on the Curia hostile. This was unofficial history, rather than a commission, and treated ecclesiastical history as politics. Sarpi in Mantua had known Camillo Olivo, secretary to Cardinal Ercole Gonzaga. His attitude, "bitterly realistic" for John Hale, was coupled with a criticism that the Tridentine settlement was not conciliatory but designed for further conflict. Denys Hay calls it "a kind of Anglican picture of the debates and decisions", and Sarpi was much read by Protestants; John Milton called him the "great unmasker". His eulogy, however, issued more from antipapal and anticlerical attitudes than from true admiration for Sarpi's style and acumen. Catholic scholars like Jacques Benigne Bossuet considered Sarpi a worthless historian, a view largely shared by more recent historiography. Sarpi's work attained such fame that the Vatican opened its archives to Cardinal Francesco Sforza Pallavicino, whom it commissioned to write a three volume rebuttal, entitled the Istoria del Concilio di Trento, scritta dal P. Sforza Pallavicino, della Comp. di Giesù ove insieme rifiutasi con auterevoli testimonianze un Istoria falsa divolgata nello stesso argomento sotto nome di Petro Soave Polano ("The History of the Council of Trent written by P. Sforza Pallavicino, of the Company of Jesus, in which a false history upon the same argument put forth under the name of Petro Soave Polano is refuted by means of authoritative testimony", 1656–1657). The great nineteenth century historian Leopold von Ranke (History of the Popes), examined both Sarpi and Pallavicino's treatments of manuscript materials and judged them both as falling short of his own strict standards of objectivity. The former is described as moved by deadly hatred – malignant in his purpose and reckless in his means – fabricating falsehoods and distorting or perverting truths; while the Jesuit, though scrupulously correct in the documents he exhibits, often suppresses those opposed to his views. Nevertheless, Ranke rated the quality of Sarpi's work very highly, considering him superior to Guicciardini. Sarpi never acknowledged his authorship, and baffled all the efforts of Louis II de Bourbon, Prince de Condé to extract the secret from him. Hubert Jedin's multi volume history of the Council of Trent (1961), also Vatican authorized, likewise faults Sarpi's use of sources. David Wootton believes, however, that there is evidence Sarpi may have used original documents that have not survived and he calls Sarpi's treatment of Council quite careful despite its partisan framing.

Другие работы

В 1615 году между венецианским правительством и инквизицией возник спор из-за запрета книги. В 1613 году Сенат попросил Сарпи написать об истории и процедуре венецианской инквизиции. Он утверждал, что она была учреждена в 1289 году, но как венецианское государственное ведомство. Папа римский того времени, Николай IV, лишь дал согласие на её создание. Эта работа вышла в английском переводе Роберта Джентилиса в 1639 году. Макиавеллистский трактат о фундаментальных принципах венецианской политики (Opinione come debba governarsi la repubblica di Venezia) приписывают Сарпи и использовали некоторые его посмертные противники для очернения его памяти, однако на самом деле он датируется 1681 годом. Он не завершил ответ, который ему было приказано подготовить на «Squitinio della libertà veneta» (1612, приписываемый Альфонсо де ла Куэве), возможно, посчитав его непреодолимым. В формате фолио вышла его «История церковных бенефиций», в которой, по словам Маттео Риччи, он «очистил церковь от скверны, привнесенной ложными декреталами». Она вышла в английском переводе в 1736 году с биографией Джона Локмана. В 1611 году он выступил против злоупотреблений правом убежища в церквях в работе, которая была немедленно включена в Индекс. Его посмертная «История интердикта» была напечатана в Венеции годом после его смерти со скрытым указанием места печати – Лион. Мемуары Сарпи о государственных делах остались в венецианских архивах. Коллекция трактатов консула Смита, касающихся спора об интердикте, поступила в Британский музей. «Memorie e aneddote» (1760) Франческо Гризелини была основана на неопубликованных трудах Сарпи, впоследствии уничтоженных при сожжении книг.

Сети переписки и опубликованные письма

Сарпи был центром обширной политической и научной сети выдающихся корреспондентов, из переписки которых сохранилось около 430 его писем. Ранние сборники писем: "Lettere Italiane di Fra Sarpi" (Женева, 1673); "Scelte lettere inedite de P. Sarpi", под редакцией Аурелио Бьянки Джовини (Каполаго, 1833); "Lettere raccolte di Sarpi", под редакцией Полидори (Флоренция, 1863); "Lettere inedite di Sarpi a S. Contarini", под редакцией Кастеллани (Венеция, 1892). Некоторые до сих пор неопубликованные письма Сарпи были отредактированы Карлом Бенратом и опубликованы под названием Paolo Sarpi. Neue Briefe, 1608–1610 (Лейпциг, 1909). Современное издание (1961) "Lettere ai Gallicani" содержит его сотни писем французским корреспондентам. Они адресованы главным образом юристам: Жаку Огюсту де Ту, Жаку Лешасье, Жаку Жийо. Другим корреспондентом был Уильям Кавендиш, 2-й граф Девонширский; были опубликованы английские переводы, сделанные Томасом Гоббсом, 45 писем графу (Гоббс был секретарем графа), и сейчас считается, что эти письма написаны совместно Сарпи (при жизни) и его близким другом Фулгенцио Миканцио, что в то время скрывалось из соображений осторожности. Миканцио также поддерживал связь с Дадли Карлтоном, 1-м виконтом Дорчестером. "Storia arcana della vita di Pietro Sarpi" (1863) Джусто Фонтанини, едкая клевета, важна благодаря содержащимся в ней письмам Сарпи.

Взгляды

Сарпи читал и находился под влиянием скептицизма Мишеля де Монтеня и его ученика Пьера Шаррона. Как историк и мыслитель в реалистической традиции Тацита, Макиавелли и Гикчардини, он подчеркивал, что патриотизм, как национальная гордость или честь, мог играть центральную роль в социальном контроле. В разное время жизни его подозревали в отсутствии ортодоксальности в религии: он предстал перед инквизицией около 1575 года, в 1594 году и в 1607 году. Сарпи надеялся на терпимость протестантского богослужения в Венеции и создание венецианской свободной церкви, которая бы отвергла декреты Тридентского собора. Сарпи обсуждает свои сокровенные убеждения и мотивы в переписке с Кристофом фон Дохной, посланником в Венецию Кристиана I, принца Анхальта-Бернбурга. Сарпи сказал Дохне, что он крайне не любил служить мессу и совершал ее как можно реже, но был вынужден это делать, поскольку в противном случае он, казалось бы, признавал обоснованность папского запрета. Максимой Сарпи было утверждение, что "Бог не обращает внимания на внешние проявления, пока ум и сердце чисты перед Ним". Другой максимой, сформулированной Сарпи для Доны, была Le falsità non dico mai mai, ma la verità non a ognuno ("Я никогда, никогда не лгу, но правду я не говорю каждому"). В конце своей жизни Сарпи написал Даниэлю Хейнсиусу, что поддерживал сторону кальвинистов-контраремонстрантов на Дортском синоде. И хотя Сарпи переписывался с Яковом I Английским и восхищался английской Книгой общих молитв, католический богослов Ле Курейер в XVIII веке писал, что Сарпи не был протестантом, называя его "Catholique en gros et quelque fois Protestant en détail" ("Католик в целом и иногда протестант в деталях"). В XX веке Уильям Джеймс Бузма обнаружил, что Сарпи был филопротестантом, чьи религиозные идеи, тем не менее, "соответствовали католическому православию", а Эрик Кокрэйн описал его как глубоко религиозного человека в типичном духе Контрреформации. Коррадо Виванти считал Сарпи религиозным реформатором, стремившимся к экуменической церкви, а историк Диармайд МакКаллох описывает Сарпи как отступившего от догматического христианства. С другой стороны, в 1983 году Дэвид Вуттон выдвинул аргумент в пользу того, что Сарпи был научным материалистом и, следовательно, вероятно, "завуалированным" атеистом, враждебным самому христианству, чья политика была направлена на светское общество, нереализуемое в его время, – тезис, получивший определенное признание. Яска Каинулайнен, напротив, утверждает, что тезис об атеизме Сарпи противоречит историческим данным, отмечая, что ни его выраженный скептицизм, ни его пессимистический взгляд на возможности несовместимы с религиозной верой: труды Сарпи не подтверждают утверждение о том, что он был атеистом. Фактически, с атеистической точки зрения, систематический скептицизм можно рассматривать как поддержку религиозной веры, поскольку позиция атеистов постулирует определенное знание о несуществовании Бога. В его случае фундаментальным вопросом было не существование Бога, а то, можно ли получить знание о Боге посредством разума или веры. Его ответ был однозначным: он был убежден, что знание о божественном достигается sola fide, и он явно утверждал, что в религиозных вопросах нельзя основываться на разуме, а вместо этого следует руководствоваться привязанностью или чувством.

Sarpi read and was influenced by the skepticism of Michel de Montaigne and his disciple Pierre Charron. As a historian and thinker in the realist tradition of Tacitus, Machiavelli, and Guicciardini, he stressed that patriotism as national pride or honour could play a central role in social control. At various times during his lifetime he was suspected of a lack of orthodoxy in religion: he appeared before the Inquisition around 1575, in 1594, and in 1607. Sarpi hoped for toleration of Protestant worship in Venice and the establishment of a Venetian free church by which the decrees of the Council of Trent would have been rejected. Sarpi discusses his intimate beliefs and motives in his correspondence with Christoph von Dohna, envoy to Venice for Christian I, Prince of Anhalt Bernburg. Sarpi told Dohna that he greatly disliked saying Mass and celebrated it as seldom as possible, but that he was compelled to do so, as he would otherwise seem to admit the validity of the papal prohibition. Sarpi's maxim was that "God does not regard externals so long as the mind and heart are right before Him." Another maxim Sarpi formulated to Dohna was Le falsità non dico mai mai, ma la verità non a ognuno ("I never, never tell falsehoods, but the truth I do not tell to everyone."). Sarpi at the end of his life wrote to Daniel Heinsius that he favoured the side of the Calvinist Contra Remonstrants at the Synod of Dort. Yet although Sarpi corresponded with James I of England and admired the English Book of Common Prayer, Catholic theologian Le Courayer in the 18th century wrote that Sarpi was no Protestant, terming him "Catholique en gros et quelque fois Protestant en détail" ("Catholic in general and sometimes Protestant in detail"). In the twentieth century, William James Bouwsma found Sarpi to have been a philo Protestant whose religious ideas were nevertheless "consistent with Catholic orthodoxy," and Eric Cochrane described him as deeply religious in the typical spirit of the Counter Reformation. Corrado Vivanti saw Sarpi as a religious reformer who aspired toward an ecumenical church, and historian Diarmaid MacCulloch describes Sarpi as having moved away from dogmatic Christianity. On the other hand, in 1983 David Wootton made a case for Sarpi as a scientific materialist and thus as likely a "veiled" atheist who was "hostile to Christianity itself" and whose politics looked forward to a secular society unrealizable in his own time, a thesis that has won some acceptance. Jaska Kainulainen, on the other hand, asserts that the thesis that Sarpi was an atheist contradicts the historical record, observing that neither Sarpi's pronounced skepticism nor his pessimistic view of capabilities are incompatible with religious faith:
Sarpi’s writings do not support the claim that he was an atheist. In fact, from an atheistic point of view, systematic skepticism can be seen as providing support of religious belief, because atheists' position postulates certain knowledge of God's inexistence. In his case the fundamental question was not the existence of God, but whether knowledge of God was obtainable by reason or by faith. His response was unequivocal: he was convinced that knowledge of divine matters was attained sola fide and he explicitly claimed that in religious matters one could not make judgments based on reason, but instead, they had to be based on affection or feeling

Научный ученый

Сарпи написал заметки о Франсуа Виете, продемонстрировавшие его владение математикой, и метафизический трактат, ныне утерянный, который, по слухам, предвосхитил идеи Джона Локка. Его занятия анатомией, вероятно, относятся к более раннему периоду. Они свидетельствуют о его разносторонности и жажде знаний, но в остальном не представляют значительного интереса. Его заявление о предвосхищении открытия Уильяма Гарвея основано лишь на меморандуме, вероятно скопированном у Андреаса Цезальпина или самого Гарвея, с которым, наряду с Фрэнсисом Бэконом и Уильямом Гильбертом, Сарпи поддерживал переписку. Единственным физиологическим открытием, которое можно с уверенностью приписать ему, является открытие сократимости радужной оболочки. Сарпи изучал движение снарядов в период 1578–84 годов, следуя традициям Никколо Фонтаны Тартальи, а затем вновь, сообщая об идеях Гидобальдо дель Монте в 1592 году, возможно, к тому времени уже познакомившись с Галилео Галилеем. Галилей переписывался с ним. Сарпи узнал о телескопе в ноябре 1608 года, возможно, раньше Галилея. Затем подробности поступили к Сарпи от Джакомо Бадоэра в Париже в письме с описанием конфигурации линз. В 1609 году Венецианская республика рассматривала возможность приобретения телескопа для военных целей, но Сарпи убедил их отказаться от него, предвидя более совершенную модель, созданную Галилеем и представленную позднее в том же году.

Выберите библиографию

Кайнулайнен, Яска (2014). Паоло Сарпи: Слуга Бога и государства. Brill, 2014. Керн, Дарси (2016). "Платоновские слова: Паоло Сарпи и Роберто Беллармино как переводчики в период венецианского интердикта". Филологический квартальник, 95(3–4), 379–395. de Vivo, Filippo (2006). "Паоло Сарпи и использование информации в Венеции XVII века", с. 35–49. В: Raymond, Joad (ред.). Новостные сети в Британии и Европе XVII века. Routledge. Wootton, David (1983). Паоло Сарпи: Между Ренессансом и Просвещением. Cambridge University Press. Lievsay, John Leon (1973). Венецианский Феникс: Паоло Сарпи и некоторые его английские друзья (1606–1700). Wichita: University Press of Kansas. Bouwsma, William James (1984, 1968). Венеция и защита республиканской свободы: ценности Ренессанса в эпоху контрреформации. University of California Press. Burke, Peter (ред. и пер.) (1962). История бенефиций и отрывки из «Истории Трентского собора» Паоло Сарпи. Нью-Йорк: Washington Square Press. Yates, Frances A. (1944). "История Трентского собора Паоло Сарпи". Journal of the Warburg and Courtauld Institutes, 7: 123–143. Johnson, Samuel (1810). "Отец Паоло Сарпи", с. 3–10 в The Works of Samuel Johnson, L. L. D., in Twelve Volumes, Vol. 10. Лондон: Jay Nichols and Son.