Каменный рубильник: древнейший инструмент человека.

Введение

Каменный инструмент
доисторический инструмент

Ручной топор (или ручной топорик, или ашельський ручной топор) – доисторический каменный инструмент с двумя обработанными поверхностями, являющийся самым долго используемым инструментом в истории человечества. Он изготавливается из камня, обычно из кремня или халцедона, который был “обработан” и сформирован из большего куска путем скалывания или удара о другой камень. Ручные топоры характерны для нижнего ашельского и среднего палеолита (мустьерской) периодов, примерно с 1,6 миллиона лет назад до примерно 100 000 лет назад, и использовались *Homo erectus* и другими ранними людьми, но редко *Homo sapiens*. Их техническое название (бифас) происходит от того, что архетипическая модель обычно двусторонняя (с двумя широкими сторонами или поверхностями) и миндалевидная (амигдаловидная) каменная скола. Ручные топоры, как правило, симметричны относительно своей продольной оси и формируются давлением или ударом. Наиболее распространенные ручные топоры имеют заостренный конец и округлую основу, что придает им характерную миндальную форму, и обе поверхности были сколоты для удаления естественной корки, по крайней мере частично. Ручные топоры – это тип более широкой группы двухсторонних инструментов или оружия. Ручные топоры были первыми доисторическими инструментами, которые были признаны таковыми: первое опубликованное изображение ручного топора было нарисовано Джоном Фрером и появилось в британской публикации в 1800 году. До этого времени их происхождение считалось естественным или сверхъестественным. Их называли громовыми камнями, поскольку существовало поверье, что они падали с неба во время гроз или формировались внутри земли от удара молнии, а затем появлялись на поверхности. В некоторых сельских районах они используются в качестве амулета для защиты от гроз. Считается, что ручные топоры в основном использовались в качестве режущих инструментов, при этом широкая основа служила эргономичной областью для захвата инструмента рукой, хотя были предложены и другие варианты использования, такие как метательное оружие и использование в качестве социального и сексуального сигнала. Этот термин сосуществует с более популярным названием ручной топор (*coup de poing*), которое было предложено Габриэлем де Мортилье гораздо раньше. Продолжающееся использование слова «бифас» Франсуа Бордесом и Лионелем Балу поддержало его использование во Франции и Испании, где оно заменило термин «ручной топор». Использование выражения «ручной топор» сохранилось в английском языке как эквивалент французского «бифас» (*bifaz* на испанском языке), в то время как «бифас» применяется более широко к любому изделию, которое было обработано с обеих сторон путем удаления мелких или глубоких сколов. В немецком языке используется выражение *Faustkeil*; его можно буквально перевести как «ручной топор», хотя в более строгом смысле оно означает «каменный клин». То же самое относится и к голландскому языку, где используется выражение *vuistbijl*, которое буквально означает «кулачный топор». Такое же словосочетание встречается и в других языках. Однако общее представление об этих инструментах основывалось на идеальных (или классических) образцах, которые имели настолько совершенную форму, что привлекали внимание неспециалистов. Их типология расширила значение термина. Различают бифасные ручные топоры и бифасные литические изделия. Ручной топор не обязательно должен быть бифасным изделием, и многие бифасные изделия не являются ручными топорами. Ручные топоры и бифасные изделия также не были исключительны для нижнего палеолита в Старом Свете. Они встречаются по всему миру и в различных доисторических эпохах, не обязательно подразумевая древнее происхождение. Литическая типология не является надежным хронологическим ориентиром и была отброшена как система датирования. Примерами этого являются «квази-бифасы», которые иногда встречаются в слоях граветтского, солютрейского и магдаленского периодов во Франции и Испании, грубые бифасные изделия лупембской культуры (9000 г. до н.э.) или пириформные инструменты, найденные недалеко от Сагуа-ла-Гранде на Кубе. Слово «бифас» имеет другое значение в английском языке, чем «бифас» во французском или «bifaz» в испанском, что может привести к многочисленным недоразумениям. Бифасно обработанные режущие инструменты, похожие на ручные топоры, использовались для расчистки зарослей в неолите и халколите. Эти инструменты похожи на более современные тесла и были более дешевой альтернативой полированным топорам. В современных деревнях вдоль реки Сепик в Новой Гвинее до сих пор используют инструменты, практически идентичные ручным топорам, для расчистки леса. «Термин «бифас» следует резервировать для изделий, относящихся к периоду до интерстадиала Вюрм II-III», хотя некоторые более поздние объекты могут быть исключительными случаями, когда их можно назвать бифасами. Ручной топор не имеет отношения к топору, который был чрезмерно использован в литической типологии для описания широкого спектра каменных инструментов. В то время использование таких предметов не было понято. В частности, в случае палеолитических ручных топоров термин «топор» является неадекватным описанием. Лионель Балу заявил: «Термин следует отвергнуть как ошибочную интерпретацию этих предметов, которые не являются «топорами». Последующие исследования поддержали эту идею, особенно те, которые изучали следы использования.

A hand axe (or handaxe or Acheulean hand axe) is a prehistoric stone tool with two faces that is the longest used tool in human history. It is made from stone, usually flint or chert that has been "reduced" and shaped from a larger piece by knapping, or hitting against another stone. They are characteristic of the lower Acheulean and middle Palaeolithic (Mousterian) periods, roughly 1.6 million years ago to about 100,000 years ago, and used by Homo erectus and other early humans, but rarely by Homo sapiens. Their technical name (biface) comes from the fact that the archetypical model is a generally bifacial (with two wide sides or faces) and almond shaped (amygdaloidal) lithic flake. Hand axes tend to be symmetrical along their longitudinal axis and formed by pressure or percussion. The most common hand axes have a pointed end and rounded base, which gives them their characteristic almond shape, and both faces have been knapped to remove the natural cortex, at least partially. Hand axes are a type of the somewhat wider biface group of two faced tools or weapons. Hand axes were the first prehistoric tools to be recognized as such: the first published representation of a hand axe was drawn by John Frere and appeared in a British publication in 1800. Until that time, their origins were thought to be natural or supernatural. They were called thunderstones, because popular tradition held that they had fallen from the sky during storms or were formed inside the earth by a lightning strike and then appeared at the surface. They are used in some rural areas as an amulet to protect against storms. Handaxes are generally thought to have been primarily used as cutting tools, with the wide base serving as an ergonomic area for the hand to grip the tool, though other uses, such as throwing weapons and use as social and sexual signaling have been proposed. This term co exists with the more popular hand axe (coup de poing), that was coined by Gabriel de Mortillet much earlier. The continued use of the word biface by François Bordes and Lionel Balout supported its use in France and Spain, where it replaced the term hand axe. Use of the expression hand axe has continued in English as the equivalent of the French biface (bifaz in Spanish), while biface applies more generally for any piece that has been carved on both sides by the removal of shallow or deep flakes. The expression Faustkeil is used in German; it can be literally translated as hand axe, although in a stricter sense it means "fist wedge". It is the same in Dutch where the expression used is vuistbijl which literally means "fist axe". The same locution occurs in other languages. However, the general impression of these tools was based on ideal (or classic) pieces that were of such perfect shape that they caught the attention of non experts. Their typology broadened the term's meaning. Biface hand axes and bifacial lithic items are distinguished. A hand axe need not be a bifacial item and many bifacial items are not hand axes. Nor were hand axes and bifacial items exclusive to the Lower Palaeolithic period in the Old World. They appear throughout the world and in many different pre historical epochs, without necessarily implying an ancient origin. Lithic typology is not a reliable chronological reference and was abandoned as a dating system. Examples of this include the "quasi bifaces" that sometimes appear in strata from the Gravettian, Solutrean and Magdalenian periods in France and Spain, the crude bifacial pieces of the Lupemban culture (9000 B. C.) or the pyriform tools found near Sagua La Grande in Cuba. The word biface refers to something different in English than biface in French or bifaz in Spanish, which could lead to many misunderstandings. Bifacially carved cutting tools, similar to hand axes, were used to clear scrub vegetation throughout the Neolithic and Chalcolithic periods. These tools are similar to more modern adzes and were a cheaper alternative to polished axes. The modern day villages along the Sepik river in New Guinea continue to use tools that are virtually identical to hand axes to clear forest. "The term biface should be reserved for items from before the Würm II III interstadial", although certain later objects could exceptionally be called bifaces. Hand axe does not relate to axe, which was overused in lithic typology to describe a wide variety of stone tools. At the time the use of such items was not understood. In the particular case of Palaeolithic hand axes the term axe is an inadequate description. Lionel Balout stated, "the term should be rejected as an erroneous interpretation of these objects that are not 'axes. Subsequent studies supported this idea, particularly those examining the signs of use.

Материалы

Ручные топоры в основном делали из кремня, но также использовались риолиты, фонолиты, кварциты и другие крупнозернистые породы. Обсидиан, природное вулканическое стекло, легко скалывается и использовался редко.

Применение

Большинство исследователей полагают, что ручные топоры использовались преимущественно в качестве режущих инструментов, что привело некоторых к описанию их как «ашельского швейцарского армейского ножа». Другие ученые предположили, что ручной топор был лишь побочным продуктом при использовании в качестве нуклеуса для изготовления других орудий, или, возможно, использовался в ритуальных целях. Уэллс в 1899 году предположил, что ручные топоры использовались как метательное оружие для охоты на добычу – интерпретацию, поддержанную Кальвином, который предположил, что некоторые более округлые экземпляры ашельских ручных топоров использовались как охотничьи снаряды или как «летающие диски-убийцы», предназначенные для бросания в стадо животных у водопоя, чтобы оглушить одно из них. Это утверждение было вдохновлено находками на археологическом участке Олоргесайли в Кении. Лишь немногие экземпляры указывают на использование древков, а некоторые слишком велики для этого. Однако, немногочисленные ручные топоры демонстрируют признаки сильных повреждений, указывающих на бросок, современные эксперименты показали, что эта техника часто приводит к приземлению плоской стороной, и многие современные ученые считают теорию метания плохо обоснованной, но настолько привлекательной, что она приобрела собственную жизнь. Поскольку ручные топоры можно перерабатывать, затачивать и переделывать, их могли использовать для различных задач. По этой причине может быть ошибочно рассматривать их как топоры; они могли использоваться для таких задач, как копание, резка, соскабливание, рубка, пробивание и забивание. Однако для некоторых из этих задач лучше подходят другие инструменты, такие как небольшие ножи, и многие ручные топоры были найдены без следов использования. Бейкер предположил, что, поскольку было найдено так много ручных топоров без ретуши, возможно, сам ручной топор не был инструментом, а крупным литическим нуклеусом, из которого снимались сколы и использовались в качестве орудий (теория нуклеуса сколов). С другой стороны, существует множество ручных топоров, найденных с ретушью, такой как заточка или придание формы, что ставит под сомнение эту идею. Другие теории предполагают, что форма является частью традиции и частью побочного продукта его изготовления. Многие ранние ручные топоры, по-видимому, изготавливались из простых округлых галек (из речных или пляжных отложений). Необходимо отделить «стартовый скол», часто намного больше, чем остальные (из-за наклонного угла округлой гальки, требующего большей силы для его отделения), тем самым создавая асимметрию. Исправление асимметрии путем удаления материала с других сторон способствовало более заостренной (овальной) форме. (Для изготовления полностью круглого ручного топора требуется значительная коррекция формы.) Исследования, проведенные в 1990-х годах в Боксгроуве, в ходе которых мясник пытался разрубить тушу ручным топором, показали, что ручной топор способен вскрывать костный мозг. Кон и Митен независимо друг от друга пришли к объяснению, что симметричные ручные топоры были предпочтительны при половом отборе как индикаторы приспособленности. Кон в своей книге «Как мы это знаем» написал, что ручной топор является «очень заметным индикатором приспособленности и, следовательно, становится критерием выбора партнера». Миллер последовал их примеру и сказал, что ручные топоры обладают характеристиками, которые делают их объектом полового отбора, например, они изготавливались более миллиона лет по всей Африке, Европе и Азии, их изготавливали в больших количествах, и большинство из них были непрактичны для утилитарного использования. Он утверждал, что единый дизайн, сохраняющийся во времени и пространстве, нельзя объяснить культурной имитацией, и проводит параллель между постройками райских птиц (создаваемыми для привлечения потенциальных партнеров и используемыми только во время ухаживания) и ручными топорами плейстоценовых гоминидов. Он назвал изготовление ручных топоров «генетически унаследованной склонностью к созданию определенного типа объекта». Он отвергает идею, что они использовались как метательное оружие, поскольку было доступно более эффективное оружие, такое как дротики. Хотя он признал, что некоторые ручные топоры могли использоваться в практических целях, он согласился с Коном и Митеном, которые показали, что многие ручные топоры демонстрируют значительное мастерство, дизайн и симметрию, выходящие за рамки необходимого для утилитарного использования. Некоторые были слишком большими, например, ручной топор Морской академии или «Великий ручной топор», найденный в Фурзе Платт, Англия, длиной 30,6 см (другие ученые измеряют его длину в 39,5 см), демонстрируя симметрию, выходящую за рамки практических требований, и показывая свидетельства ненужного внимания к форме и отделке. Некоторые были сделаны из кости, а не из камня, и, следовательно, были не очень практичны, что указывает на культурное или ритуальное использование. Миллер считает, что наиболее важной подсказкой является то, что под электронным микроскопом ручные топоры не показывают признаков использования или следов износа режущей кромки. Другие утверждают, что отсутствие свидетельств износа просто связано с конкретными седиментологическими условиями, а не с тем, что они были выброшены без использования.

Most researchers think that handaxes were primarily used as cutting tools. leading some to describe them as the "Acheulean Swiss Army knife". Other academics have suggested that the hand axe was simply a byproduct of being used as a core to make other tools, or was perhaps used ritually. Wells proposed in 1899 that hand axes were used as missile weapons to hunt prey – an interpretation supported by Calvin, who suggested that some of the rounder specimens of Acheulean hand axes were used as hunting projectiles or as "killer frisbees" meant to be thrown at a herd of animals at a water hole so as to stun one of them. This assertion was inspired by findings from the Olorgesailie archaeological site in Kenya. Few specimens indicate hand axe hafting, and some are too large for that use. However, few hand axes show signs of heavy damage indicative of throwing, modern experiments have shown the technique to often result in flat faced landings, and many modern scholars consider the "hurling" theory to be poorly conceived but so attractive that it has taken a life of its own. As hand axes can be recycled, resharpened and remade, they could have been used for varied tasks. For this reason it may be misleading to think of them as axes, they could have been used for tasks such as digging, cutting, scraping, chopping, piercing and hammering. However, other tools, such as small knives, are better suited for some of these tasks, and many hand axes have been found with no traces of use. Baker suggested that since so many hand axes have been found that have no retouching, perhaps the hand axe was not itself a tool, but a large lithic core from which flakes had been removed and used as tools (flake core theory). On the other hand, there are many hand axes found with retouching such as sharpening or shaping, which casts doubt on this idea. Other theories suggest the shape is part tradition and part by product of its manufacture. Many early hand axes appear to be made from simple rounded pebbles (from river or beach deposits). It is necessary to detach a 'starting flake', often much larger than the rest of the flakes (due to the oblique angle of a rounded pebble requiring greater force to detach it), thus creating an asymmetry. Correcting the asymmetry by removing material from the other faces, encouraged a more pointed (oval) form factor. (Knapping a completely circular hand axe requires considerable correction of the shape.) Studies in the 1990s at Boxgrove, in which a butcher attempted to cut up a carcass with a hand axe, revealed that the hand axe was able to expose bone marrow. Kohn and Mithen independently arrived at the explanation that symmetric hand axes were favoured by sexual selection as fitness indicators. Kohn in his book As We Know It wrote that the hand axe is "a highly visible indicator of fitness, and so becomes a criterion of mate choice." Miller followed their example and said that hand axes have characteristics that make them subject to sexual selection, such as that they were made for over a million years throughout Africa, Europe and Asia, they were made in large numbers, and most were impractical for utilitarian use. He claimed that a single design persisting across time and space cannot be explained by cultural imitation and draws a parallel between bowerbirds' bowers (built to attract potential mates and used only during courtship) and Pleistocene hominids' hand axes. He called hand axe building a "genetically inherited propensity to construct a certain type of object." He discards the idea that they were used as missile weapons because more efficient weapons were available, such as javelins. Although he accepted that some hand axes may have been used for practical purposes, he agreed with Kohn and Mithen who showed that many hand axes show considerable skill, design and symmetry beyond that needed for utility. Some were too big, such as the Maritime Academy handaxe or the "Great Hand Axe" found in Furze Platt, England that is 30.6 cm long (other scholars measure it as 39.5 cm long). featuring symmetry beyond practical requirements and showing evidence of unnecessary attention to form and finish. Some were actually made out bone instead of stone and thus were not very practical, suggesting a cultural or ritual use. Miller thinks that the most important clue is that under electron microscopy hand axes show no signs of use or evidence of edge wear. Others argue that little evidence for use wear simply relates to the particular sedimentological conditions, rather than being evidence of discarding without use.

Данные анализа износа

Анализ износа палеолитических ручных топоров проводится на основе находок из знаковых стоянок, расположенных почти по всей Западной Европе. Кили и Семенов были пионерами в этом специализированном исследовании. Кили утверждал: «Морфология типичных ручных топоров предполагает более широкий спектр потенциальных видов деятельности, чем у отщепов». При проведении такого рода анализа необходимо преодолеть множество проблем. Одна из них – сложность наблюдения крупных артефактов под микроскопом. Из миллионов известных экземпляров и, несмотря на их долгую роль в истории человечества, лишь немногие были тщательно изучены. Другая проблема заключается в явных доказательствах того, что те же самые задачи выполнялись более эффективно с использованием орудий из отщепов:

Кили основывал свои наблюдения на археологических памятниках в Англии. Он предположил, что в базовых поселениях, где можно было предвидеть будущие действия и где осуществлялся более строгий контроль над рутинными операциями, предпочтение отдавалось орудиям, изготовленным из специализированных отщепов, таких как скребки, скобели, резцы и проколки. Однако ручные топоры были более подходящими для экспедиций и сезонных лагерей, где чаще возникали непредвиденные задачи. Их главным преимуществом в этих ситуациях была универсальность и приспособляемость к различным обстоятельствам. Ручной топор имеет длинное лезвие с различными изгибами и углами, некоторые из которых более острые, а другие – более прочные, включая наконечники и выемки. Все это объединено в одном инструменте. При определенных условиях можно использовать и отдельные отщепы. В той же книге Кили отмечает, что ряд изученных ручных топоров использовались в качестве ножей для разделки мяса (например, ручные топоры из Хоксне и Кэддингтона). Он установил, что острие одного из ручных топоров использовалось как бурав с вращением по часовой стрелке. Этот ручной топор был найден в Клэктоне-он-Си (все эти стоянки расположены на востоке Англии). Тот пришел к аналогичным выводам, изучая артефакты из испанской стоянки Амброна (Сория). Анализ, проведенный Домингесом Родриго и его коллегами на древней ашельской стоянке Пенинь (Танзания) на серии орудий возрастом 1,5 млн лет, показал явные следы микроизноса, вызванные растительными фитолитами, что позволяет предположить, что ручные топоры использовались для обработки дерева. Среди прочих применений, следы износа, связанные с добычей огня, были обнаружены на десятках более поздних среднепалеолитических ручных топоров из Франции, что позволяет предположить, что неандертальцы ударяли эти орудия минеральным пиритом для получения искр, по крайней мере, 50 000 лет назад.

Макроскопические следы

Некоторые ручные топоры использовались с такой силой, что оставляли отчетливо видимые следы. Другие видимые следы могли оставаться в виде шрамов от вторичной обработки, и иногда их можно отличить от следов, оставшихся от первоначального изготовления. Один из наиболее распространенных случаев – это поломка наконечника. Это наблюдалось на стоянках в Европе, Африке и Азии. Например, на стоянке Эль-Басалито в Саламанке раскопки выявили фрагменты ручного топора с отметинами на кончике, которые, по всей видимости, были результатом воздействия клина, создавшего высокое крутящее усилие, приведшее к поломке наконечника. Разрыв или сильный износ могли повредить наконечник или любую другую часть инструмента. Такой износ подвергался переработке посредством вторичной обработки, как было описано выше. В некоторых случаях эта реконструкция легко идентифицируется и выполнялась с использованием техник, таких как удар транше (фр. coup de tranchet, "удар траншетом"), или просто с помощью чешуйчатой или скалярной ретуши, изменяющей симметрию и линию лезвия.

Формы

Наиболее характерной и распространенной формой является заостренный конец, режущие кромки по бокам и округленное основание (это включает в себя ручные топоры ланцетовидной и миндалевидной формы, а также другие представители этого семейства). Топоры почти всегда симметричны, хотя исследования показывают, что симметрия не облегчает выполнение таких задач, как снятие шкур с животных с помощью ручного топора. Несмотря на то, что у большинства ручных топоров есть "типичная" форма, встречаются экземпляры разнообразных очертаний, включая округлые, треугольные и эллиптические – это ставит под сомнение утверждение об их постоянном и исключительно символическом значении. Обычно они имеют длину, хотя могут быть и больше, и меньше. Изготавливались они, как правило, из округлого камня, обломка или каменной пластины, путем отщепливания сколов с обеих сторон молотком. Этот молоток мог быть сделан из твердого камня, дерева или рога. Последние два, более мягкие материала, позволяли получать более деликатную обработку. Однако технологические особенности ручного топора могут значительно различаться. Например, односторонние орудия обрабатывались только с одной стороны, а частичные бифасы сохраняют значительную часть естественной корки каменного материала, что часто приводит к их путанице с рубящими орудиями. Более того, простые бифасы могли быть изготовлены из подходящего камня, но редко несут следы вторичной обработки. Поздние ручные топоры совершенствовались с использованием техники Леваллуа для создания более сложных и легких нуклеусов Леваллуа. В заключение, ручные топоры узнаются многими типологическими школами в рамках различных археологических парадигм и достаточно хорошо идентифицируются (по крайней мере, наиболее типичные образцы). Однако их окончательная классификация остается невозможной. Если говорить формально, идеализированная модель объединяет ряд четко определенных характеристик, но ни одна из этих характеристик не является одновременно необходимой и достаточной для идентификации ручного топора.

История и распространение

В 1969 году во 2-м издании «Мировой доистории» Грэхем Кларк предложил эволюционную последовательность развития кремневых индустрий (также известных как комплексы или технокомплексы), в которой «доминирующие литические технологии» возникали в фиксированной последовательности: простые олдувайские однолезвийные орудия сменялись более сложными ашельскими ручными топорами, которые, в свою очередь, были заменены еще более сложными мустьерскими орудиями, изготовленными по леваллуазской технике. Самые древние известные олдувайские орудия были обнаружены в Гоне, Эфиопия, и датируются приблизительно 2,6 млн лет назад. Ранние примеры ручных топоров датируются 1,6 млн лет назад, поздним олдувайским периодом (режим I), который Мэри Лики назвала «развитым олдувайским». Эти ручные топоры стали более распространены в ашельских индустриях режима II, появившихся в Южной Эфиопии около 1,4 млн лет назад. Некоторые из лучших образцов найдены в отложениях возрастом 1,2 млн лет в ущелье Олдувай. К 1,8 млн лет назад ранний человек уже присутствовал в Европе. Следы его деятельности были раскопаны в Испании, в бассейне Гуадикс-Баса и в районе Атапуэрки. Большинство ранних европейских стоянок содержат материалы «режима 1», то есть олдувайские комплексы. Самые ранние ашельские стоянки в Европе появляются около 0,5 млн лет назад. Кроме того, ашельская традиция не распространилась на Восточную Азию. В Европе, особенно во Франции и Англии, самые древние ручные топоры появляются после бестонского – миндельского оледенения, приблизительно 750 000 лет назад, в период так называемого кромериенского комплекса. Они стали производиться в большем количестве в период аббевильской традиции. Расцвет изготовления ручных топоров пришелся на обширную территорию Старого Света, особенно во время рисского оледенения, в культурном комплексе, который можно охарактеризовать как космополитический и который известен как ашельский. Использование ручных топоров сохранилось в среднем палеолите на гораздо меньшей территории и было особенно важно в мустьерский период, вплоть до середины последнего ледникового периода. Ручные топоры, датируемые нижним палеолитом, были найдены на Азиатском континенте, на Индийском субконтиненте и на Ближнем Востоке (к югу от 40° северной широты), но они отсутствуют в районах к востоку от 90° восточной долготы. Мовиус обозначил границу (так называемую линию Мовиуса) между культурами, использовавшими ручные топоры на западе, и культурами, изготавливавшими рубящие орудия и небольшие ретушированные литические сколы, такие как у пекинского человека и культуры Ордос в Китае, или их эквиваленты в Индокитае, например, хоабиньская культура. Однако гипотеза Мовиуса была опровергнута, когда в 1978 году на реке Хантан, в Чонгоке, округе Йончхон, Южная Корея, впервые в Восточной Азии были обнаружены многочисленные ручные топоры, изготовленные в эпоху палеолита. Некоторые из них выставлены в Музее предыстории Чонгока в Южной Корее. Культура Паджитания с Явы традиционно считалась единственной восточной культурой, производившей ручные топоры. Однако находка в Байсе (Китай) свидетельствует о том, что ручные топоры изготавливались и в Восточной Азии. Технология изготовления ручных топоров практически неизвестна в австралийской предыстории, хотя несколько экземпляров все же были найдены.

In 1969 in the 2nd edition of World Prehistory, Grahame Clark proposed an evolutionary progression of flint knapping industries (also known as complexes or technocomplexes) in which the "dominant lithic technologies" occurred in a fixed sequence where simple Oldowan one edged tools were replaced by these more complex Acheulean hand axes, which were then eventually replaced by the even more complex Mousterian tools made with the Levallois technique. The oldest known Oldowan tools were found in Gona, Ethiopia. These are dated to about 2.6 mya. Early examples of hand axes date back to 1.6 mya in the later Oldowan (Mode I), called the "developed Oldowan" by Mary Leakey. These hand axes became more abundant in mode II Acheulean industries that appeared in Southern Ethiopia around 1.4 mya. Some of the best specimens come from 1.2 mya deposits in Olduvai Gorge. By 1.8 mya early man was present in Europe. Remains of their activities were excavated in Spain at sites in the Guadix Baza basin and near Atapuerca. Most early European sites yield "mode 1" or Oldowan assemblages. The earliest Acheulean sites in Europe appear around 0.5 mya. In addition, the Acheulean tradition did not spread to Eastern Asia. In Europe and particularly in France and England, the oldest hand axes appear after the Beestonian Glaciation–Mindel Glaciation, approximately 750,000 years ago, during the so called Cromerian complex. They became more widely produced during the Abbevillian tradition. The apogee of hand axe manufacture took place in a wide area of the Old World, especially during the Riss glaciation, in a cultural complex that can be described as cosmopolitan and which is known as the Acheulean. The use of hand axes survived the Middle Palaeolithic in a much smaller area and were especially important during the Mousterian, up to the middle of the Last glacial period. Hand axes dating from the lower Palaeolithic were found on the Asian continent, on the Indian subcontinent and in the Middle East (to the south of parallel 40° N), but they were absent from the area to the east of the 90° E meridian. Movius designated a border (the so called Movius Line) between the cultures that used hand axes to the west and those that made chopping tools and small retouched lithic flakes, such as were made by Peking man and the Ordos culture in China, or their equivalents in Indochina such as the Hoabinhian. However, Movius' hypothesis was proved incorrect when many hand axes made in Palaeolithic era were found in 1978 at Hantan River, Jeongok, Yeoncheon County, South Korea for the first time in East Asia. Some of them are exhibited at the Jeongok Prehistory Museum, South Korea. The Padjitanian culture from Java was traditionally thought to be the only oriental culture to manufacture hand axes. However, a site in Baise, China shows that hand axes were made in eastern Asia. Hand axe technology is almost unknown in Australian prehistory, although a few have been found.

Строительство

Эксперименты по скалыванию показали относительную легкость изготовления ручного рубила, что может помочь объяснить их распространение. Кроме того, они требуют относительно небольшого ухода и допускают использование разнообразного сырья – подойдет любой камень, дающий раковистый излом. При изготовлении ранних ручных рубил легко импровизировать, исправлять ошибки без сложного планирования, и для освоения необходимых техник не требуется длительного или трудоемкого обучения. Все эти факторы позволили рубилам оставаться в использовании на протяжении всей предыстории. Их универсальность делает их эффективными в самых разных задачах – от тяжелой работы, такой как копание земли, валка деревьев или дробление костей, до тонкой, например, разрезание сухожилий, нарезка мяса или пробивание различных материалов. Более поздние образцы ручных рубил более совершенны благодаря использованию двух слоев скалывания (один каменный, другой костяной). Наконец, ручное рубило является прототипом, который можно усовершенствовать, что приводит к созданию более развитых, специализированных и сложных инструментов, таких как наконечники снарядов, ножи, тесла и топоры.

Анализ

Учитывая типологические трудности в определении сущности ручного рубила, при его анализе важно принимать во внимание археологический контекст (географическое положение, стратиграфию, наличие других находок, связанных с тем же уровнем, хронологию и т. д.). Необходимо изучить его физическое состояние, чтобы выявить любые естественные изменения, которые могли произойти: патину, блеск, износ, механические, термические и/или физико-химические изменения, такие как трещины, чтобы отделить эти факторы от следов, оставленных при изготовлении или использовании инструмента. Сырье имеет важное значение из-за результатов, которые можно получить при его обработке, а также для понимания экономики и перемещений древних людей. В ущелье Олдувай сырье было наиболее доступно на расстоянии около десяти километров от ближайших поселений. Однако кремень или силикат легко найти на речных террасах Западной Европы. Это означает, что для добычи и использования доступных ресурсов требовались разные стратегии. Обеспечение материалами было ключевым фактором в производственном процессе, поскольку палеолитические мастера могли адаптировать свои методы к имеющимся материалам, добиваясь удовлетворительных результатов даже из самого сложного сырья. Тем не менее, важно изучить структуру породы, текстуру, наличие трещин, прожилок, включений или конусов расщепления и т.д. Для изучения использования отдельных экземпляров необходимо искать следы износа, такие как псевдоретушь, сколы или потертости, включая отполированные участки. Если экземпляр хорошо сохранился, его можно подвергнуть анализу следов использования, который будет рассмотрен более подробно ниже. Помимо этих общих принципов, применимых ко всем обработанным археологическим находкам, ручные рубила требуют технического анализа их изготовления и морфологического анализа.

Технический анализ

Технический анализ ручного топора стремится выявить каждую фазу в его chaîne opératoire (операционной последовательности). Эта цепочка обладает высокой гибкостью, поскольку изготовитель орудия может сосредоточиться узко лишь на одном звене последовательности или в равной степени на каждом из них. Исследуемые звенья в такого рода изучении начинаются с методов добычи сырья, затем включают само изготовление изделия, его использование, поддержание в рабочем состоянии на протяжении всего срока службы и, наконец, его избавление от него. Изготовитель орудия может приложить значительные усилия для поиска сырья наивысшего качества или наиболее подходящего камня для изготовления орудия. Таким образом, больше усилий вкладывается в создание прочной основы, но экономится время на обработке камня: то есть усилия концентрируются в начале операционной цепочки. В равной степени мастер может сосредоточить основное внимание на изготовлении, при этом качество или пригодность сырья становятся менее важными. Это позволит минимизировать первоначальные усилия, но потребует больших усилий в конце операционной цепочки.

Инструментальный камень и кора

Ручные топоры чаще всего изготавливаются из округлых галек или конкреций, но многие также делаются из крупных сколов. Ручные топоры, изготовленные из сколов, впервые появились в начале ашельской эпохи и со временем стали более распространенными. Изготовление ручного топора из скола на самом деле проще, чем из гальки. Это также быстрее, поскольку сколы с большей вероятностью уже близки к желаемой форме. Это облегчает обработку и требует меньше отщепов для завершения инструмента; также легче получить прямые кромки. При анализе ручного топора, изготовленного из скола, следует помнить, что его форма была предопределена (например, использованием техники Леваллуа или Комбева, или аналогичной). Тем не менее, необходимо отметить характеристики инструмента: тип скола, ударная площадка, направление отщепления. Естественная внешняя корка или оболочка камня, образовавшаяся в результате эрозии и физико-химических изменений, вызванных выветриванием, отличается от внутренней части камня. В случае кремня, кварца или кварцита это изменение в основном механическое, и помимо цвета и следов износа, она имеет те же характеристики, что и внутренняя часть по твердости, прочности и т.д. Однако кремень окружен известняковой коркой, которая мягкая и непригодна для изготовления каменных орудий. Поскольку ручные топоры изготавливаются из сердцевины камня-инструмента, вполне уместно указывать толщину и положение корки, чтобы лучше понять технологии, использованные при их изготовлении. Различия в корке между изделиями не следует рассматривать как показатель их возраста. Многие частично обработанные ручные топоры не требуют дальнейшей обработки, чтобы быть эффективными инструментами. Их можно считать простыми ручными топорами. Для менее подходящего камня-инструмента требуется более тщательная обработка. У некоторых экземпляров корка становится неузнаваемой из-за полной обработки, которая стерла любые следы первоначальной корки.

Производство

Более древние ручные топоры изготавливались прямым ударом каменным молотом и отличаются толщиной и извилистым краем. Ручные топоры мустьерской культуры изготавливались с помощью мягкого бойка из рога или дерева и значительно тоньше, симметричнее и имеют прямой край. Опытный кремнеобработчик может изготовить качественный ручной топор менее чем за 15 минут. Простой ручной топор можно сделать из пляжной гальки менее чем за 3 минуты. В процессе изготовления используется литическая редукция. Этот этап обычно считается наиболее важным в изготовлении ручного топора, хотя он не всегда применяется, например, при изготовлении ручных топоров из сколов или подходящего инструментального камня. Важным аспектом является инструмент, использованный для придания формы бифасу. Если использовалось несколько орудий, необходимо установить порядок их применения и результат, полученный каждым из них. Наиболее распространенными инструментами являются: Каменный молот был наиболее распространенным ударным инструментом в эпоху ашель. Полученный артефакт обычно легко узнаваем благодаря своим размерам и неровным краям, поскольку снятые сколы оставляют отчетливые ударные площадки и кольца сжатия. Каменный молот производит небольшое количество широких и глубоких сколов, оставляя длинные края на инструменте, так как их сильно вогнутая форма создает изогнутые края. Поперечное сечение нерегулярное, часто субромбическое, а пересечение плоскостей образует острый угол от 60° до 90°. Форма похожа на форму ядра, поскольку неровности, образовавшиеся при скалывании, не удаляются. Полученные выемки использовались в производственной последовательности. Этот тип изготовления часто дает "частичные бифасы" (незавершенная обработка, оставляющая большие участки с коркой), "односторонние орудия" (инструменты, обработанные только с одной стороны), "бифасы абевильского типа" и "нуклеиформные бифасы". Этот стиль изготовления обычно указывает на возраст изделия, а в сочетании с другими археологическими данными может предоставить контекст для оценки его возраста.

Older hand axes were produced by direct percussion with a stone hammer and can be distinguished by their thickness and a sinuous border. Mousterian hand axes were produced with a soft billet of antler or wood and are much thinner, more symmetrical and have a straight border. An experienced flintknapper needs less than 15 minutes to produce a good quality hand axe. A simple hand axe can be made from a beach pebble in less than 3 minutes. The manufacturing process employs lithic reduction. This phase is commonly thought of as the most important in hand axe fabrication, although it is not always used, such as for hand axes made from flakes or a suitable tool stone. An important concern is the implement that has been used to form the biface. If multiple implements were used, it is essential to discover in what order they were used and the result obtained by each one. The most common implements are: A hammerstone was the most common percussive tool used during the Acheulean. The resulting artefact is usually easily recognizable given its size and irregular edges, as the removed flakes leave pronounced percussion bulbs and compression rings. A hammerstone produces a small number of flakes that are wide and deep leaving long edges on the tool as their highly concave form yields curving edges. The cross section is irregular, often sub rhombic, while the intersection between the faces forms an acute angle of between 60° and 90° degrees. The shape is similar to that of the core as the irregularities formed during knapping are not removed. The notches obtained were exploited in the production sequence. It is common that this type of manufacture yields "partial bifaces" (an incomplete working that leaves many areas covered with cortex), "unifaces" (tools that have only been worked on one face), "bifaces in the Abbevillian style" and "nucleiform bifaces". This type of manufacturing style is generally an indication of the age when a tool was made and with other archaeological data can provide a context that allows its age to be estimated.

Жёсткие ребра и края молота

Эти ручные топоры имеют более сбалансированный вид, поскольку модификация заключается во второй (или третьей) серии ударов, призванных сделать изделие более однородным и улучшить его обработку. Эта модификация часто называется ретушью и иногда выполняется инвазивной ретушью или более мягкими, краевыми, неглубокими ударами, которые наносятся только по наиболее выраженным неровностям, оставляя чешуйчатые следы. Модификация краев твердым молотком практиковалась с начала ашельской эпохи и продолжалась в мустьерской. Следовательно, она не может служить надежным хронологическим индикатором (для того чтобы считаться маркером, она должна сопровождаться другими дополнительными и независимыми археологическими данными). Ручные топоры, изготовленные с применением этой методики, имеют более классический профиль – более симметричную миндалевидную или овальную форму – и меньшую долю коры исходного ядра. Не всегда целью ретуши было устранение неровностей или деформаций края. На самом деле, было показано, что в некоторых случаях ретушь выполнялась для заточки затупившегося в процессе использования края или поврежденного острия.

Мягкая отделка с помощью молотка

Некоторые ручные топоры формировались с помощью твёрдого молотка и дорабатывались мягким молотком. Удары, приводящие к глубоким раковистым переломам (первая фаза изготовления), можно отличить от следов, возникающих при заточке мягким молотком. Последний оставляет более мелкие, расширенные, широкие шрамы, иногда с небольшими множественными ударными волнами. Однако следы от небольшого твёрдого молотка могут быть схожи с отпечатками от мягкого молотка. Изделия, доработанные мягким молотком, обычно сбалансированы и симметричны, и могут быть относительно гладкими. Техника работы с мягким молотком впервые появилась в ашельской культуре, что позволяет использовать инструменты с такими следами для определения *post quem*, но без высокой точности. Главное преимущество мягкого молотка заключается в том, что мастер может снимать более широкие, тонкие сколы с едва заметными ударными площадками, что позволяет поддерживать или даже улучшать режущую кромку с минимальными потерями сырья. Однако для эффективного использования этой техники требуется высококачественное сырье. Не проводилось исследований, сравнивающих эти два метода по выходу сколов на единицу веса сырья или по разнице в затратах энергии. Работа с мягким молотком требует от мастера больше усилий и более сложного обучения, хотя она позволяет получать больше сколов из меньшего количества сырья.