Викинги: Моряки, торговцы и воины Скандинавии

Викинги: кто они? История, походы, торговля и поселения скандинавских мореплавателей в Европе, Северной Африке и даже Северной Америке (VIII-XI вв.).

53 мин чтения

100%

Источник: Vikings — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Викинги были мореплавателями, торговцами и воинами, выходцами из Скандинавии (современная Дания, Норвегия и Швеция), которые с конца VIII до конца XI веков совершали набеги, занимались пиратством, торговлей и основывали поселения на территории Европы. Они также плавали до Средиземноморья, Северной Африки, Ближнего Востока, Гренландии и Винланда (современный Ньюфаундленд в Канаде, Северная Америка). В странах их происхождения, а также в некоторых странах, подвергшихся набегам и заселённых викингами, этот период известен как эпоха викингов, и термин «викинг» обычно относится ко всем жителям Скандинавии. Викинги оказали значительное влияние на раннюю средневековую историю Скандинавии, Британских островов, Франции, Эстонии и Киевской Руси. Будучи умелыми моряками и навигаторами, викинги использовали свои характерные длинные корабли для основания норвежских поселений и создания государств на Британских островах, Фарерских островах, Исландии, Гренландии, в Нормандии и на побережье Балтийского моря, а также вдоль торговых путей по Днепру и Волге, пролегавших через современную Россию, Беларусь и Украину, где они были известны как варяги. Из этих норвежских колоний произошли норманны, норвежские гэлы, русичи, фарерцы и исландцы. Однажды группа русичей-викингов зашла так далеко на юг, что, после непродолжительной службы в качестве телохранителей византийского императора, напала на Константинополь. Викинги также посещали Иран и Аравию. Они первыми из европейцев достигли Северной Америки, ненадолго поселившись в Ньюфаундленде (Винланд). Распространяя норвежскую культуру в чужие земли, они одновременно привозили в Скандинавию рабов, наложниц и элементы чужих культур, оказывая влияние на генетическое разнообразие. Современные представления о викингах как о жестоких язычниках-пиратах или отважных искателях приключений во многом обусловлены противоречивыми мифами, сложившимися к началу XX века. Современные популярные образы викингов часто основаны на культурных клише и стереотипах, что затрудняет объективную оценку их наследия. Эти изображения редко соответствуют действительности – например, нет никаких доказательств того, что викинги носили рогатые шлемы, которые впервые появились в костюмах в XIX веке.

Norse seafarers, merchants and raiders

Vikings were seafaring people originally from Scandinavia (present day Denmark, Norway, and Sweden), who from the late 8th to the late 11th centuries raided, pirated, traded, and settled throughout parts of Europe. They also voyaged as far as the Mediterranean, North Africa, the Middle East, Greenland, and Vinland (present day Newfoundland in Canada, North America). In their countries of origin, and some of the countries they raided and settled in, this period is popularly known as the Viking Age, and the term "Viking" also commonly includes the inhabitants of the Scandinavian homelands as a whole. The Vikings had a profound impact on the early medieval history of Scandinavia, the British Isles, France, Estonia, and Kievan Rus'. Expert sailors and navigators of their characteristic longships, Vikings established Norse settlements and governments in the British Isles, the Faroe Islands, Iceland, Greenland, Normandy, and the Baltic coast, as well as along the Dnieper and Volga trade routes across modern day Russia, Belarus, and Ukraine, where they were also known as Varangians. The Normans, Norse Gaels, Rus' people, Faroese, and Icelanders emerged from these Norse colonies. At one point, a group of Rus Vikings went so far south that, after briefly being bodyguards for the Byzantine emperor, they attacked the Byzantine city of Constantinople. Vikings also voyaged to Iran and Arabia. They were the first Europeans to reach North America, briefly settling in Newfoundland (Vinland). While spreading Norse culture to foreign lands, they simultaneously brought home slaves, concubines, and foreign cultural influences to Scandinavia, influencing the genetic Perceived views of the Vikings as violent, piratical heathens or as intrepid adventurers owe much to conflicting varieties of the modern Viking myth that had taken shape by the early 20th century. Current popular representations of the Vikings are typically based on cultural clichés and stereotypes, complicating modern appreciation of the Viking legacy. These representations are rarely accurate—for example, there is no evidence that they wore horned helmets, a costume element that first appeared in the 19th century.

Этимология

Основными тремя элементами слова "викинг" являются: изначальное значение и происхождение, или этимология; его употребление в Средние века; и его современное использование. По мнению некоторых авторов, эти три элемента часто смешиваются в популярных и научных обсуждениях. Кроме того, этимология этого слова долгое время была предметом споров среди ученых, и было предложено множество теорий о его происхождении.

Оригинальное значение и происхождение слова викинг

Одна теория предполагает, что слово происходит от древнеанглийского wicing и древнефризского wizing, которые почти на 300 лет старше, и, вероятно, восходят к wic, связанному с латинским vicus – «деревня, поселение». Другая, менее распространенная теория утверждает, что «викинг» произошло от женского рода слова vík, означающего «залив, бухта, пролив». Предполагается, что слово «викинг» может быть образовано от названия исторического норвежского округа Викин, что означает «человек из Викина», однако жители области Викен в старонорвежских рукописях назывались víkverir («жители Вика»), а не «викингами». Это объяснение могло бы объяснить только мужской род (víkingr), но не женский (víking); мужской род легче образовать от женского, чем наоборот. Другая этимология, получившая поддержку в начале XXI века, выводит «викинг» из того же корня, что и древненорвежское vika, ж.р. – «морская миля», первоначально означавшее «расстояние между двумя сменами гребцов», от корня *weik или *wîk, как в протогерманском глаголе *wîkan – «отступать». Древненорвежское слово víking (женский род, как во фразе fara í víking) могло изначально обозначать длительное морское путешествие, характеризующееся сменой гребцов, а víkingr (мужской род) – участника такого путешествия. В этом случае, по-видимому, подразумевалось, что уставший гребец уступает место отдохнувшему. Это означает, что слово «викинг» изначально не было связано со скандинавскими мореплавателями, а приобрело это значение, когда скандинавы стали доминировать на морях.

Средневековое использование

В Средние века слово "викинг" стало означать скандинавского пирата или разбойника.

Английский

Самое раннее упоминание о викинге в английских источниках содержится в глоссарии Эпиналь-Эрфурт, датируемом примерно 700 годом. Латинским переводом слова "викинг" в глоссарии является *piraticum*, или пират в современном английском языке. Первое зафиксированное нападение викингов на Англию произошло в Линдисфарне примерно через 93 года. В древнеанглийском языке слово *wicing* встречается в англосаксонской поэме "Видсит", предположительно датируемой IX веком. Это слово не использовалось для обозначения национальности; для этой цели применялись другие термины, такие как *Norþmenn* (норманны) и *Dene* (датчане). В латинском труде Ассера "Жизнь короля Альфреда" датчане именуются *pagani* (язычниками). Историк Джанет Нельсон утверждает, что в стандартном переводе этого труда *pagani* стало обозначать "викингов", хотя существуют "очевидные доказательства" того, что оно использовалось как синоним для датчан. Эрик Кристиансен, в свою очередь, полагает, что это ошибочный перевод, сделанный по настоянию издателя. Слово *wicing* не встречается ни в одном сохранившемся тексте среднеанглийского периода.

Скандинавия

Эта форма встречается как личное имя на некоторых шведских рунических камнях. Камень Токи-викинга (Sm 10) был воздвигнут в память о местном жителе по имени Токи, получившем имя Токи-викинга (Toki the Viking), вероятно, из-за его участия в походах викингов. На Камне Гардстанга (DR 330) используется фраза "Þeʀ drængaʀ waʀu wiða unesiʀ i wikingu" (Эти доблестные мужчины были широко известны своими набегами викингов), относящаяся к посвященным камню как к викингам. На руническом камне Västra Strö 1 есть надпись в память о Бьёрне, погибшем во время "набега викингов". В Швеции существует местность, известная с Средних веков как Викингстад. Камень Бро (U 617) был воздвигнут в память об Асуре, который, по преданию, защищал землю от викингов (Saʀ vaʀ vikinga vorðr með Gæiti). До конца эпохи викингов в этом термине почти не было негативных коннотаций. В Восточной Европе, частью которой управляла нордическая знать, víkingr стал восприниматься как положительное понятие, означающее "герой" в заимствованной русской форме богатырь (витязь).

Другие источники

В истории архиепископов Гамбурга и Бремена, "Деяниях гамбургской церковной кафедры" (Gesta Hammaburgensis ecclesiae pontifi), написанной Адамом Бременским и завершенной в 1080-х годах, этот термин обычно обозначал скандинавских пиратов или налетчиков.

Современное использование

Слово «викинг» вошло в современный английский язык в XVIII веке, во время возрождения интереса к викингам, и с тех пор приобрело романтизированные героические коннотации – «варварского воина» или благородного дикаря. В XX веке значение этого термина расширилось и стало применяться не только к морским налетчикам из Скандинавии и других регионов, заселенных ими (например, Исландии и Фарерских островов), но и к любому представителю культуры, породившей этих налетчиков в период с конца VIII до середины XI века, или, в более широком смысле, примерно с 700 по 1100 год. В качестве прилагательного это слово используется для обозначения идей, явлений или артефактов, связанных с этими людьми и их культурой, образуя такие выражения, как эпоха викингов, культура викингов, искусство викингов, религия викингов, викингский корабль и так далее.

Другие названия

Викинги были известны как Аскоманни ("пепельные люди") немцам из-за пепельного дерева, из которого строились их лодки, Дубгайл и Финнгайл ("темные и светлые иностранцы") ирландцам, Лохланннах ("люди из земли озер") гэлам, Дене (даны) англосаксам и Нортмонн фризам. Считается, что народ руси (Русь) возник на восточном побережье современной Швеции примерно в VIII веке, и что их название имеет то же происхождение, что и Рослаген в Швеции (с более древним названием – Роден). Согласно преобладающей теории, название "Русь", как и протофинское название Швеции (*Ruotsi), происходит от древнескандинавского термина, обозначающего "людей, которые гребут" (rods – весла), поскольку гребля была основным способом передвижения по рекам Восточной Европы. Это может быть связано со шведской прибрежной областью Рослаген (Русьское право) или Роден, как она называлась в более ранние времена. Таким образом, название "Русь" имеет то же происхождение, что и финские и эстонские названия Швеции: Ruotsi и Rootsi. Славяне и византийцы также называли их варягами (варяги, от древнескандинавского *Væringjar – "клявшиеся", от *vár – "доверие, клятва верности", родственного староанглийскому wær – "соглашение, договор, обещание", и древневерхненемецкому wara – "верность"). Скандинавские телохранители византийских императоров были известны как варяжская гвардия. Русь впервые появилась в Серкланде в IX веке, путешествуя как торговцы по Волжскому торговому пути, продавая меха, мед и рабов, а также предметы роскоши, такие как янтарь, франкские мечи и клыки моржа. Эти товары в основном обменивались на арабские серебряные монеты – дирхамы. В Швеции, особенно на Готланде, были найдены клады серебряных монет, отчеканенных в Багдаде в IX веке. Во время и после набега викингов на Севилью в 844 году мусульманские хронисты Аль-Андалуса называли викингов магами (араб. al Majus مجوس), отождествляя их с зороастрийцами из Персии. Когда Ахмад ибн Фадлан встретил викингов на Волге, он назвал их русами. Франки обычно называли их норманнами или данами, англичане – данами или язычниками, а ирландцы – язычниками или чужеземцами. Англо-скандинавский – это академический термин, обозначающий людей, а также археологические и исторические периоды с VIII по XIII века, характеризующиеся миграцией и заселением Британских островов скандинавскими народами, обычно известными как викинги. Он используется в отличие от англосаксонского. Аналогичные термины существуют и для других регионов, например, Hiberno-Norse для Ирландии и Шотландии.

The Vikings were known as Ascomanni ("ashmen") by the Germans for the ash wood of their boats, Dubgail and Finngail ( "dark and fair foreigners") by the Irish, Lochlannaich ("people from the land of lakes") by the Gaels, Dene (Dane) by the Anglo Saxons and Northmonn by the Frisians. is that the Rus' people originated in what is currently coastal eastern Sweden around the eighth century and that their name has the same origin as Roslagen in Sweden (with the older name being Roden). According to the prevalent theory, the name Rus, like the Proto Finnic name for Sweden (*Ruotsi), is derived from an Old Norse term for "the men who row" (rods ) as rowing was the main method of navigating the rivers of Eastern Europe, and that it could be linked to the Swedish coastal area of Roslagen (Rus law) or Roden, as it was known in earlier times. The name Rus would then have the same origin as the Finnish and Estonian names for Sweden: Ruotsi and Rootsi. The Slavs and the Byzantines also called them Varangians (варяги, from non Væringjar 'sworn men', from vàr "confidence, vow of fealty", related to Old English wær "agreement, treaty, promise", Old High German wara "faithfulness"). Scandinavian bodyguards of the Byzantine emperors were known as the Varangian Guard. The Rus' initially appeared in Serkland in the 9th century, travelling as merchants along the Volga trade route, selling furs, honey, and slaves, as well as luxury goods such as amber, Frankish swords, and walrus ivory. These goods were mostly exchanged for Arabian silver coins, called dirhams. Hoards of 9th century Baghdad minted silver coins have been found in Sweden, particularly in Gotland. During and after the Viking raid on Seville in 844 CE the Muslim chroniclers of al Andalus referred to the Vikings as Magians (Arabic: al Majus مجوس), conflating them with Zoroastrians from Persia. When Ahmad ibn Fadlan encountered Vikings on the Volga, he referred to them as Rus. The Franks normally called them Northmen or Danes, while for the English they were generally known as Danes or heathen, and the Irish knew them as pagans or gentiles. Anglo Scandinavian is an academic term referring to the people, and archaeological and historical periods during the 8th to 13th centuries, in which there was migration to—and occupation of—the British Isles by Scandinavian peoples generally known in English as Vikings. It is used in distinction from Anglo Saxon. Similar terms exist for other areas, such as Hiberno Norse for Ireland and Scotland.

Эпоха викингов

Эпоха викингов в истории Скандинавии считается периодом от самых ранних зафиксированных набегов норманнов в 793 году до норманнского завоевания Англии в 1066 году. Викинги использовали Норвежское и Балтийское моря для морских путей на юг. Норманны были потомками тех викингов, которым в X веке было предоставлено феодальное владение территориями в северной Франции, а именно герцогством Нормандия. В этом отношении потомки викингов продолжали оказывать влияние на северную Европу. Также у короля Гарольда Годвинсона, последнего англосаксонского короля Англии, были датские предки. Два викинга даже взошли на престол Англии: Суэйн Вилкобородый претендовал на английский престол в 1013–1014 годах, а его сын Кнут Великий был королем Англии между 1016 и 1035 годами. Географически эпоха викингов охватывала скандинавские земли (современную Данию, Норвегию и Швецию), а также территории под господством северных германских народов, в основном область Данло, включая скандинавский Йорк – административный центр остатков Королевства Нортумбрия, части Мерсии и Восточной Англии. Моряки-викинги открыли путь к новым землям на севере, западе и востоке, что привело к основанию независимых поселений на Шетландских, Оркнейских и Фарерских островах, в Исландии, Гренландии и Л’Анс-о-Медоуз – кратковременном поселении в Ньюфаундленде, около 1000 года. Гренландское поселение было основано около 980 года, в период Средневекового теплого периода, и его упадок к середине XV века мог быть частично связан с изменением климата. Династия викингов Рюриковичей взяла под контроль территории в славянских и финно-угорских районах Восточной Европы, аннексировав Киев в 882 году и сделав его столицей Киевской Руси. Еще в 839 году, когда шведские послы впервые посетили Византию, скандинавы служили наемниками на службе Византийской империи. В конце X века была сформирована новая часть императорской гвардии, традиционно состоявшая из большого числа скандинавов и известная как варяжская стража. Слово «варяг» могло происходить из древнескандинавского языка, но в славянском и греческом могло относиться как к скандинавам, так и к франкам. В эти годы шведы уходили на службу в византийскую варяжскую стражу в таком количестве, что средневековый шведский закон, Вестготский закон (Västgötalagen) из Вестергётланда, постановил, что никто не может наследовать имущество, находясь в «Греции» – тогдашнем скандинавском обозначении Византийской империи – чтобы остановить эмиграцию, особенно поскольку два других европейских двора также одновременно набирали скандинавов: Киевская Русь (ок. 980–1060 гг.) и Лондон (1018–1066 гг., Тингалид). Норды регулярно плавили по Волге свои товары: меха, бивни, тюлений жир для конопатки лодок и рабов. Важными торговыми портами в этот период были Бирка, Хедебю, Каупанг, Йорвик, Старая Ладога, Новгород и Киев. Скандинавские норманны исследовали Европу по морям и рекам ради торговли, набегов, колонизации и завоеваний. В этот период, отправляясь из своих родных земель в Дании, Норвегии и Швеции, норманны поселились на современных Фарерских островах, в Исландии, скандинавской Гренландии, Ньюфаундленде, Нидерландах, Германии, Нормандии, Италии, Шотландии, Англии, Уэльсе, Ирландии, на острове Мэн, в Эстонии, Латвии, Литве, Украине, России и Турции, а также инициировали консолидацию, которая привела к формированию современных скандинавских стран. В эпоху викингов современных государств Норвегии, Швеции и Дании не существовало, но народы, жившие на этих территориях, были в основном однородными и схожими по культуре и языку, хотя и несколько отличались географически. Имена скандинавских королей достоверно известны лишь для более позднего периода эпохи викингов. После окончания эпохи викингов отдельные королевства постепенно приобрели отчетливую национальную идентичность, что шло рука об руку с их христианизацией. Таким образом, конец эпохи викингов для скандинавов также знаменует начало их относительно короткого Средневековья.

The Viking Age in Scandinavian history is taken to have been the period from the earliest recorded raids by Norsemen in 793 until the Norman conquest of England in 1066. Vikings used the Norwegian Sea and Baltic Sea for sea routes to the south. The Normans were descendants of those Vikings who had been given feudal overlordship of areas in northern France, namely the Duchy of Normandy, in the 10th century. In that respect, descendants of the Vikings continued to have an influence in northern Europe. Likewise, King Harold Godwinson, the last Anglo Saxon king of England, had Danish ancestors. Two Vikings even ascended to the throne of England, with Sweyn Forkbeard claiming the English throne in 1013 until 1014 and his son Cnut the Great being king of England between 1016 and 1035. Geographically, the Viking Age covered Scandinavian lands (modern Denmark, Norway and Sweden), as well as territories under North Germanic dominance, mainly the Danelaw, including Scandinavian York, the administrative centre of the remains of the Kingdom of Northumbria, parts of Mercia, and East Anglia. Viking navigators opened the road to new lands to the north, west and east, resulting in the foundation of independent settlements in the Shetland, Orkney, and Faroe Islands; Iceland; Greenland; and L'Anse aux Meadows, a short lived settlement in Newfoundland, circa 1000. The Greenland settlement was established around 980, during the Medieval Warm Period, and its demise by the mid 15th century may have been partly due to climate change. The Viking Rurik dynasty took control of territories in Slavic and Finnic dominated areas of Eastern Europe; they annexed Kiev in 882 to serve as the capital of the Kievan Rus'. As early as 839, when Swedish emissaries are first known to have visited Byzantium, Scandinavians served as mercenaries in the service of the Byzantine Empire. In the late 10th century, a new unit of the imperial bodyguard formed. Traditionally containing large numbers of Scandinavians, it was known as the Varangian Guard. The word Varangian may have originated in Old Norse, but in Slavic and Greek it could refer either to Scandinavians or Franks. In these years, Swedish men left to enlist in the Byzantine Varangian Guard in such numbers that a medieval Swedish law, the Västgötalagen, from Västergötland declared no one could inherit while staying in "Greece"—the then Scandinavian term for the Byzantine Empire—to stop the emigration, especially as two other European courts simultaneously also recruited Scandinavians: Kievan Rus' c. 980–1060 and London 1018–1066 (the Þingalið). The Norse regularly plied the Volga with their trade goods: furs, tusks, seal fat for boat sealant, and slaves. Important trading ports during the period include Birka, Hedeby, Kaupang, Jorvik, Staraya Ladoga, Novgorod, and Kiev. Scandinavian Norsemen explored Europe by its seas and rivers for trade, raids, colonisation, and conquest. In this period, voyaging from their homelands in Denmark, Norway and Sweden the Norsemen settled in the present day Faroe Islands, Iceland, Norse Greenland, Newfoundland, the Netherlands, Germany, Normandy, Italy, Scotland, England, Wales, Ireland, the Isle of Man, Estonia, Latvia, Lithuania, Ukraine, Russia and Turkey, as well as initiating the consolidation that resulted in the formation of the present day Scandinavian countries. In the Viking Age, the present day nations of Norway, Sweden and Denmark did not exist, but the peoples who lived in what is now those countries were largely homogeneous and similar in culture and language, although somewhat distinct geographically. The names of Scandinavian kings are reliably known for only the later part of the Viking Age. After the end of the Viking Age, the separate kingdoms gradually acquired distinct identities as nations, which went hand in hand with their Christianisation. Thus, the end of the Viking Age for the Scandinavians also marks the start of their relatively brief Middle Ages.

Смешивание со славянами

Славянские и викинги были "тесно связаны, воевали друг с другом, смешивались и торговали". В Средние века товары из славянских земель доставлялись в Скандинавию, и Данию можно считать "плавильным котлом славянских и скандинавских элементов". Гробница воительницы X века в Дании долгое время считалась принадлежащей викингу. Однако новые исследования предполагают, что эта женщина могла быть славянкой из современной Польши. Первый король Швеции, Эрик, был женат на Гунхильде из польского дома Пиастов. Его сын, Олаф, также влюбился в славянку Эдлу и взял её в качестве фрильи (наложницы). У них родились сын и дочь: Эмунд Старый, король Швеции, и Астрид, королева Норвегии. Кнут Великий, король Дании, Англии и Норвегии, был сыном дочери Мешка I Польского, возможно, бывшей польской королевы Швеции, жены Эрика.

Расширение

Колонизация Исландии норвежскими викингами началась в IX веке. Первое упоминание об Исландии и Гренландии содержится в папском письме 1053 года. Двадцать лет спустя они упоминаются в «Гестах» Адама Бременского. Лишь после 1130 года, когда острова были христианизированы, история островов стала записываться с точки зрения их жителей в сагах и хрониках. Викинги исследовали северные острова и побережья Северной Атлантики, продвигались на юг в Северную Африку, на восток – в Киевскую Русь (ныне Украина, Беларусь), Константинополь и на Ближний Восток. Они совершали набеги и грабежи, торговали, служили наемниками и основывали колонии на обширной территории. Ранние викинги, вероятно, возвращались домой после набегов. Позднее они стали селиться в других землях. Викинги под предводительством Лейфа Эрикссона, наследника Эрика Красного, достигли Северной Америки и основали кратковременные поселения в современном Л’Анс-о-Медоуз, Ньюфаундленд, Канада. Это расширение произошло в период Средневекового климатического оптимума. Расширение викингов в континентальную Европу было ограничено. Их владения граничили с могущественными племенами на юге. Изначально Старую Саксонию, расположенную на территории современной Северной Германии, занимали саксы. Саксы были свирепым и сильным народом, часто вступавшим в конфликты с викингами. Чтобы противостоять саксонской агрессии и укрепить свое присутствие, датчане построили мощное оборонительное сооружение Даневирке в Хедеби и вокруг него. Викинги стали свидетелями жестокого покорения саксов Карлом Великим в ходе тридцатилетней Саксонской войны 772–804 годов. Поражение саксов привело к их насильственному крещению и включению Старой Саксонии в состав Каролингской империи. Опасаясь франков, викинги продолжили расширять Даневирке.

Южным побережьем Балтийского моря управляли ободриты – федерация славянских племен, лояльных к Каролингам, а затем к Франкской империи. Викинги под предводительством короля Гудфреда разрушили ободритский город Рерик на южном побережье Балтики в 808 году и переселили купцов и торговцев в Хедеби. Это обеспечило господство викингов в Балтийском море, которое сохранялось на протяжении всей эпохи викингов. В связи с распространением викингов по Европе, сравнение ДНК и археологических данных, проведенное учеными из Кембриджского и Копенгагенского университетов, позволило предположить, что термин «викинг» мог эволюционировать, став «описанием рода деятельности, а не вопросом наследственности», по крайней мере, в некоторых отрядах викингов.

Мотивы

Мотивы, побуждавшие викингов к экспансии, являются предметом многочисленных споров. Предположение о том, что викинги могли начать плавания и набеги изначально из-за потребности искать женщин в чужих землях, было высказано в XI веке историком Дудо Сен-Кентенским в его полуфантастической «Истории норманнов». Как заметил Адам Бременский, богатые и влиятельные викинги, как правило, имели множество жен и наложниц, и эти полигинные отношения могли привести к нехватке доступных женщин для викингов-мужчин. Следовательно, обычный викинг мог чувствовать себя вынужденным искать богатство и власть, чтобы иметь возможность приобрести подходящую жену. Спустя несколько столетий после наблюдений Дудо ученые вновь обратились к этой идее, и со временем она стала клише среди исследователей эпохи викингов. Викинги часто покупали или захватывали женщин, делая из них своих жен или наложниц; такие полигинные браки усиливают конкуренцию между мужчинами в обществе, поскольку создают пул неженатых мужчин, готовых рисковать ради повышения статуса и удовлетворения сексуальных потребностей. В «Анналах Ульстера» сообщается, что в 821 году викинги разграбили ирландскую деревню и «увели в плен большое количество женщин». Одна из распространенных теорий утверждает, что Карл Великий «применял силу и террор для христианизации всех язычников», что приводило к крещению, обращению или казням, и в результате викинги и другие язычники оказывали сопротивление и жаждали мести. Профессор Рудольф Симек утверждает, что «не случайно, что активная деятельность викингов началась во время правления Карла Великого». Распространение христианства в Скандинавии привело к серьезным конфликтам, разделившим Норвегию почти на столетие. Однако этот период начался лишь в X веке. Норвегия никогда не подвергалась агрессии со стороны Карла Великого, и период усобиц был вызван тем, что последовательные норвежские короли принимали христианство после знакомства с ним за границей. Другое объяснение заключается в том, что викинги воспользовались моментом слабости в окружающих регионах. Вопреки утверждению Симека, набеги викингов происходили эпизодически задолго до правления Карла Великого, но резко участились и увеличились в масштабах после его смерти, когда его империя распалась на множество более слабых образований. Англия страдала от внутренних распрей и была относительно легкой добычей, учитывая близость многих городов к морю или судоходным рекам. Отсутствие организованного военно-морского сопротивления в Западной Европе позволило кораблям викингов свободно плавать, совершая набеги или торговлю по мере возможности. Снижение прибыльности старых торговых путей также могло сыграть свою роль. Торговля между Западной Европой и остальной Евразией понесла серьезный удар после падения Западной Римской империи в V веке. Расширение ислама в VII веке также негативно сказалось на торговле с Западной Европой. Набеги на Европу, включая набеги и поселения из Скандинавии, не были беспрецедентными и происходили задолго до прибытия викингов. Юты вторглись на Британские острова три столетия назад, из Ютландии во время эпохи Великого переселения народов, до того, как там поселились датчане. Саксы и англы поступили так же, отправившись с континентальной Европы. Однако набеги викингов были первыми, зафиксированными очевидцами, и они были гораздо масштабнее и чаще, чем в предыдущие времена. «Путь рабов» — это название маршрута, по которому викинги, путешествуя по Балтийскому морю, обнаружили прямой путь из Скандинавии в Константинополь и Багдад. Благодаря усовершенствованию своих кораблей в IX веке викинги смогли добраться до Киевской Руси и некоторых северных частей Европы.

The motives driving the Viking expansion are a topic of much debate. The concept that Vikings may have originally started sailing and raiding due to a need to seek out women from foreign lands was expressed in the 11th century by historian Dudo of Saint Quentin in his semi imaginary History of The Normans. As observed by Adam of Bremen, rich and powerful Viking men tended to have many wives and concubines; and these polygynous relationships may have led to a shortage of women available to the Viking male. Consequently, the average Viking man may have felt compelled to seek wealth and power to have the means to acquire suitable women. Several centuries after Dudo's observations, scholars revived this idea, and over time it became a cliché among scholars of the Viking Age. Viking men would often buy or capture women and make them into their wives or concubines; such polygynous marriages increase male male competition in society because they create a pool of unmarried men who are willing to engage in risky status elevating and sex seeking behaviors. The Annals of Ulster states that in 821 the Vikings plundered an Irish village and "carried off a great number of women into captivity". One common theory posits that Charlemagne "used force and terror to Christianise all pagans", leading to baptism, conversion or execution, and as a result, Vikings and other pagans resisted and wanted revenge. Professor Rudolf Simek states that "it is not a coincidence if the early Viking activity occurred during the reign of Charlemagne". The ascendance of Christianity in Scandinavia led to serious conflict, dividing Norway for almost a century. However, this time period did not commence until the 10th century. Norway was never subject to aggression by Charlemagne and the period of strife was due to successive Norwegian kings embracing Christianity after encountering it overseas. Another explanation is that the Vikings exploited a moment of weakness in the surrounding regions. Contrary to Simek's assertion, Viking raids occurred sporadically long before the reign of Charlemagne; but exploded in frequency and size after his death, when his empire fragmented into multiple much weaker entities. England suffered from internal divisions and was a relatively easy prey given the proximity of many towns to the sea or to navigable rivers. Lack of organised naval opposition throughout Western Europe allowed Viking ships to travel freely, raiding or trading as opportunity permitted. The decline in the profitability of old trade routes could also have played a role. Trade between Western Europe and the rest of Eurasia suffered a severe blow when the Western Roman Empire fell in the 5th century. The expansion of Islam in the 7th century had also affected trade with Western Europe. Raids in Europe, including raids and settlements from Scandinavia, were not unprecedented and had occurred long before the Vikings arrived. The Jutes invaded the British Isles three centuries earlier, from Jutland during the Age of Migrations, before the Danes settled there. The Saxons and the Angles did the same, embarking from mainland Europe. The Viking raids were, however, the first to be documented by eyewitnesses, and they were much larger in scale and frequency than in previous times. The "Highway of Slaves" was a term for a route that the Vikings found to have a direct pathway from Scandinavia to Constantinople and Baghdad while traveling on the Baltic Sea. With the advancements of their ships during the 9th century, the Vikings were able to sail to Kievan Rus and some northern parts of Europe.

Йомсборг

Йомсборг — полулегендарное укрепление викингов на южном побережье Балтийского моря (средневековая Вендландия, современная Померания), существовавшее в период с 960-х по 1043 год. Его обитатели были известны как йомсвикинги. Точное местоположение Йомсборга или сам факт его существования до сих пор не установлены, хотя часто предполагается, что он находился где-то на островах в устье Одера.

Конец эпохи викингов

В то время как викинги действовали за пределами Скандинавии, сама Скандинавия испытывала новые влияния и претерпевала разнообразные культурные изменения.

Появление национальных государств и денежных экономик

К концу XI века королевские династии получили легитимацию от католической церкви (которая за 300 лет до этого имела незначительное влияние в Скандинавии), которая проявляла все большую власть и амбиции, в то время как формировались три королевства – Дания, Норвегия и Швеция. Появлялись города, служившие светскими и церковными административными центрами и торговыми площадками, и начинали развиваться денежные экономики, основанные на английских и немецких образцах. К этому времени приток исламского серебра с Востока прекратился более чем на столетие, а поток английского серебра иссяк в середине XI века.

Вхождение в христианский мир

Христианство укоренилось в Дании и Норвегии с учреждением епархий в XI веке, и новая религия начала более эффективно организовываться и утверждаться в Швеции. Иностранные церковнослужители и местная знать энергично способствовали распространению христианства, которое теперь действовало не только как миссия, а старые идеологии и образ жизни претерпевали изменения. К 1103 году в Скандинавии, в городе Лунд (Скания), входившем тогда в состав Дании, было основано первое архиепископство. Ассимиляция формирующихся скандинавских королевств в общеевропейскую христианскую культуру изменила устремления скандинавских правителей и скандинавов, имевших возможность путешествовать за границу, и их отношения с соседями. Одним из основных источников дохода викингов был захват рабов у других европейских народов. Средневековая церковь считала недопустимым владение христианами в качестве рабов, поэтому работорговля как практика постепенно угасала по всей Северной Европе. Это лишило набегов значительной экономической мотивации, хотя отдельные случаи работорговли продолжались и в XI веке. Скандинавские набеги на христианские земли вокруг Северного и Ирландского морей значительно сократились. Короли Норвегии продолжали проявлять влияние в частях северной Британии и Ирландии, и набеги продолжались в XII веке, но военные амбиции скандинавских правителей были направлены в новое русло. В 1107 году Сигурд I Норвежский отправился в Восточное Средиземноморье с норвежскими крестоносцами для борьбы за новообразованное Иерусалимское королевство; короли Дании и Швеции активно участвовали в балтийских крестовых походах XII и XIII веков.

Культура

Различные источники проливают свет на культуру, занятия и верования викингов. Несмотря на то, что викинги в целом не были грамотными и не оставили литературного наследия, они обладали алфавитом и описывали себя и свой мир на рунических камнях. Большинство современных литературных и письменных источников о викингах происходят из культур, контактировавших с ними. Начиная с середины XX века, археологические находки позволили составить более полную и объективную картину жизни викингов. Археологические данные особенно богаты и разнообразны, предоставляя сведения об их сельских и городских поселениях, ремеслах и производстве, кораблях и военном снаряжении, торговых путях, а также о языческих и христианских религиозных артефактах и обрядах.

Литература и язык

Самыми важными первичными источниками о викингах являются современные тексты из Скандинавии и регионов, где викинги были активны. Письменность латинскими буквами была введена в Скандинавию с христианством, поэтому немногочисленные местные документальные источники из Скандинавии относятся к периоду до конца XI и начала XII веков. Скандинавы писали надписи на рунах, но они обычно были очень короткими и формульными. Большинство сохранившихся современных документальных источников – это тексты, написанные в христианских и исламских общинах за пределами Скандинавии, часто авторами, испытавшими на себе негативное влияние деятельности викингов. Поздние сочинения о викингах и эпохе викингов также могут быть важны для понимания их и их культуры, однако к ним следует относиться с осторожностью. После укрепления церкви и ассимиляции Скандинавии и ее колоний в основную средневековую христианскую культуру в XI и XII веках, местные письменные источники стали появляться на латыни и древнеисландском языке. В исландской колонии викингов в XII–XIV веках расцвела выдающаяся литература на родном языке, и многие традиции, связанные с эпохой викингов, были впервые записаны в исландских сагах. Буквальное толкование этих средневековых прозаических повествований о викингах и скандинавском прошлом сомнительно, но многие конкретные элементы заслуживают внимания, такие как большое количество скальдической поэзии, приписываемой придворным поэтам X и XI веков, родословные древа, представления о самих себе и этические ценности, содержащиеся в этих литературных произведениях. Косвенно викинги оставили возможность заглянуть в свой язык, культуру и деятельность благодаря многочисленным древнескандинавским названиям мест и словам, обнаруженным в их прежней сфере влияния. Некоторые из этих названий мест и слов до сих пор используются в наши дни, почти без изменений, и проливают свет на то, где они поселились и какое значение имели для них конкретные места. Примеры включают названия мест, такие как Эгилсай (от Eigils ey, что означает «остров Эйгиля»), Ормскирк (от Ormr kirkja, что означает «церковь Ормса» или «церковь червя»), Меолс (от merl, что означает «песчаные дюны»), Снефелл («снежная гора»), Равенскар («скала воронов»), Винланд («Земля вина» или «Земля винограда»), Каупангер («рыночная гавань»), Торсхавн («гавань Тора») и религиозный центр Оденсе, означающий место, где поклонялись Одину. Влияние викингов также очевидно в таких концепциях, как современный парламентский орган Тинвальд на острове Мэн. Многие распространенные слова в современном английском языке происходят от древнескандинавского языка викингов и дают возможность понять их взаимодействие с народами и культурами Британских островов. На Северных островах Шетланд и Оркней древнескандинавский язык полностью вытеснил местные языки и со временем превратился в ныне вымерший норнский язык. Некоторые современные слова и названия становятся известными и способствуют нашему пониманию только после более глубоких исследований лингвистических источников из средневековых или более поздних записей, таких как Йорк («Конская бухта»), Суонси («остров Свейна») или некоторые названия мест в Нормандии, такие как Токвиль («ферма Токи»). Лингвистические и этимологические исследования продолжают предоставлять важный источник информации о культуре викингов, их социальной структуре и истории, а также о том, как они взаимодействовали с народами и культурами, с которыми встречались, торговали, нападали или жили в заморских поселениях. Многие древнескандинавские связи очевидны в современных языках шведского, норвежского, датского, фарерского и исландского. Древнескандинавский язык не оказал значительного влияния на славянские языки в поселениях викингов в Восточной Европе. Предполагается, что причиной этого были большие различия между двумя языками, в сочетании с более мирными занятиями русичей в этих районах и тем фактом, что их было меньше по численности. Скандинавы дали названия некоторым порогам на Днепре, но это едва ли можно увидеть в современных названиях.

The most important primary sources on the Vikings are contemporary texts from Scandinavia and regions where the Vikings were active. Writing in Latin letters was introduced to Scandinavia with Christianity, so there are few native documentary sources from Scandinavia before the late 11th and early 12th centuries. The Scandinavians did write inscriptions in runes, but these were usually very short and formulaic. Most contemporary documentary sources consist of texts written in Christian and Islamic communities outside Scandinavia, often by authors who had been negatively affected by Viking activity. Later writings on the Vikings and the Viking Age can also be important for understanding them and their culture, although they need to be treated cautiously. After the consolidation of the church and the assimilation of Scandinavia and its colonies into mainstream medieval Christian culture in the 11th and 12th centuries, native written sources began to appear in Latin and Old Norse. In the Viking colony of Iceland, extraordinary vernacular literature blossomed in the 12th through 14th centuries, and many traditions connected with the Viking Age were written down for the first time in the Icelandic sagas. A literal interpretation of these medieval prose narratives about the Vikings and the Scandinavian past is doubtful, but many specific elements remain worthy of consideration, such as the great quantity of skaldic poetry attributed to court poets of the 10th and 11th centuries, the exposed family trees, the self images, and the ethical values that are contained in these literary writings. Indirectly, the Vikings have also left a window open onto their language, culture and activities, through many Old Norse place names and words found in their former sphere of influence. Some of these place names and words are still in direct use today, almost unchanged, and shed light on where they settled and what specific places meant to them. Examples include place names like Egilsay (from Eigils ey meaning Eigil's Island), Ormskirk (from Ormr kirkja meaning Orms Church or Church of the Worm), Meols (from merl meaning Sand Dunes), Snaefell (Snow Fell), Ravenscar (Ravens Rock), Vinland (Land of Wine or Land of Winberry), Kaupanger (Market Harbour), Tórshavn (Thor's Harbour), and the religious centre of Odense, meaning a place where Odin was worshipped. Viking influence is also evident in concepts like the present day parliamentary body of the Tynwald on the Isle of Man. Many common words in everyday English language stem from the Old Norse of the Vikings and give an opportunity to understand their interactions with the people and cultures of the British Isles. In the Northern Isles of Shetland and Orkney, Old Norse completely replaced the local languages and over time evolved into the now extinct Norn language. Some modern words and names only emerge and contribute to our understanding after a more intense research of linguistic sources from medieval or later records, such as York (Horse Bay), Swansea (Sveinn's Isle) or some of the place names in Normandy like Tocqueville (Toki's farm). Linguistic and etymological studies continue to provide a vital source of information on the Viking culture, their social structure and history and how they interacted with the people and cultures they met, traded, attacked or lived with in overseas settlements. A lot of Old Norse connections are evident in the modern day languages of Swedish, Norwegian, Danish, Faroese and Icelandic. Old Norse did not exert any great influence on the Slavic languages in the Viking settlements of Eastern Europe. It has been speculated that the reason for this was the great differences between the two languages, combined with the Rus Vikings' more peaceful businesses in these areas, and the fact that they were outnumbered. The Norse named some of the rapids on the Dnieper, but this can hardly be seen from modern names.

Рунические камни

Норсы эпохи викингов умели читать и писать и использовали ненормированный алфавит, называемый рунами, основанный на звуковых значениях. Хотя сохранилось немного образцов рунической письменности на бумаге времен викингов, обнаружены тысячи камней с руническими надписями в местах их обитания. Обычно они посвящены памяти умерших, хотя и не обязательно установлены на могилах. Использование рун продолжалось до XV века, параллельно с латинским алфавитом. Рунические камни неравномерно распространены в Скандинавии: в Дании их 250, в Норвегии – 50, а в Исландии – ни одного. В Швеции их насчитывается от 1700, в зависимости от определения. Наибольшая концентрация наблюдается в шведском районе Уппланд, где найдено 1196 надписей на камне, а на втором месте – район Сёдерманланд с 391 надписью. Большинство рунических надписей периода викингов обнаружено в Швеции. Многие рунические камни в Скандинавии содержат имена участников походов викингов, такие как рунический камень Кюла, повествующий об обширных войнах в Западной Европе, и рунический камень Туринге, рассказывающий о дружине в Восточной Европе. На других рунических камнях упоминаются люди, погибшие в походах викингов. Среди них – рунические камни Англии (Englandsstenarna) – группа из около 30 камней в Швеции, упоминающих путешествия викингов в Англию. Они составляют одну из крупнейших групп рунических камней, посвященных путешествиям в другие страны, и их количество сопоставимо лишь с примерно 30 греческими руническими камнями и 26 ингварскими руническими камнями, последний из которых относится к походу викингов на Ближний Восток. Они вырезаны на древнескандинавском языке с использованием молодого Футарка. Камни Йеллинга датируются периодом между 960 и 985 годами. Старший, меньший камень был воздвигнут королем Гормом Старым, последним языческим королем Дании, в память о королеве Тире. Больший камень был воздвигнут его сыном, Харальдом Синезубым, в ознаменование завоевания Дании и Норвегии и обращения датчан в христианство. Он имеет три стороны: одна с изображением животного, другая – с изображением распятого Иисуса Христа, а третья содержит следующую надпись:

The Norse of the Viking Age could read and write and used a non standardised alphabet, called runor, built upon sound values. While there are few remains of runic writing on paper from the Viking era, thousands of stones with runic inscriptions have been found where Vikings lived. They are usually in memory of the dead, though not necessarily placed at graves. The use of runor survived into the 15th century, used in parallel with the Latin alphabet. The runestones are unevenly distributed in Scandinavia: Denmark has 250 runestones, Norway has 50 while Iceland has none. Sweden has as many as between 1,700 depending on the definition. The Swedish district of Uppland has the highest concentration with as many as 1,196 inscriptions in stone, whereas Södermanland is second with 391. The majority of runic inscriptions from the Viking period are found in Sweden. Many runestones in Scandinavia record the names of participants in Viking expeditions, such as the Kjula runestone that tells of extensive warfare in Western Europe and the Turinge Runestone, which tells of a war band in Eastern Europe. Other runestones mention men who died on Viking expeditions. Among them include the England runestones (Swedish: Englandsstenarna) which is a group of about 30 runestones in Sweden which refer to Viking Age voyages to England. They constitute one of the largest groups of runestones that mention voyages to other countries, and they are comparable in number only to the approximately 30 Greece Runestones and the 26 Ingvar Runestones, the latter referring to a Viking expedition to the Middle East. They were engraved in Old Norse with the Younger Futhark. The Jelling stones date from between 960 and 985. The older, smaller stone was raised by King Gorm the Old, the last pagan king of Denmark, as a memorial honouring Queen Thyre. The larger stone was raised by his son, Harald Bluetooth, to celebrate the conquest of Denmark and Norway and the conversion of the Danes to Christianity. It has three sides: one with an animal image; one with an image of the crucified Jesus Christ; and a third bearing the following inscription:

Король Харальд повелел изготовить этот памятник в память о Горме, его отце, и о Тюрве, его матери; тот Харальд, который завоевал для себя всю Данию и Норвегию и обратил датчан в христианство. Рунические камни свидетельствуют о путешествиях в такие места, как Бат, Греция (как викинги называли территории Византии в целом), Хорезм, Иерусалим, Италия (как Лангобардланд), Серкленд (то есть мусульманский мир), Англия (включая Лондон) и различные места в Восточной Европе. Надписи эпохи викингов также обнаружены на рунических камнях острова Мэн.

Рунический алфавит в современном мире

Последними известными носителями рунического алфавита была изолированная группа людей, известных как эльфдалианцы, проживавшая в местности Эльвдален шведской провинции Даларна. Они говорили на эльфдальском языке, уникальном для Эльвдалена. Эльфдальский язык отличается от других скандинавских языков тем, что развивался в большей близости к древнеисландскому языку. Жители Эльвдалена прекратили использовать руны лишь в 1920-х годах. Таким образом, использование рун сохранилось в Эльвдалене дольше, чем где-либо ещё в мире. Последняя известная запись эльфдальских рун датируется 1929 годом; они являются вариантом далекарльских рун – рунических надписей, которые также были найдены в Даларне. Традиционно рассматриваемый как шведский диалект, эльфдальский язык по ряду критериев ближе к западноскандинавским диалектам и считается отдельным языком, основываясь на критерии взаимопонятности. Несмотря на отсутствие взаимопонятности, благодаря тому, что обучение в школах и государственное управление в Эльвдалене ведётся на шведском языке, носители эльфдальского языка двуязычны и владеют шведским языком на уровне родного. В этом районе также распространены жители, для которых шведский язык является единственным родным языком, и которые не говорят и не понимают эльфдальский. Можно сказать, что в XVII и XVIII веках Эльвдален имел собственный алфавит. Сегодня насчитывается около 2000–3000 носителей эльфдальского языка.

Место захоронения

Есть многочисленные места захоронения, связанные с викингами по всей Европе и их сфере влияния – в Скандинавии, на Британских островах, в Ирландии, Гренландии, Исландии, Фарерских островах, Германии, Латвии, Эстонии, Финляндии, России и т. д. Погребальные практики викингов были весьма разнообразны: от вырытых могил в земле до курганов, иногда включая так называемые корабельные захоронения. Согласно письменным источникам, большинство похорон проводилось в море. Похороны могли включать как погребение, так и кремацию, в зависимости от местных обычаев. В районе современной Швеции преобладали кремации, в Дании – погребения, а в Норвегии практиковались оба обряда. Курганы викингов являются одним из основных источников информации об эпохе викингов. Предметы, захороненные вместе с умершими, дают представление о том, что считалось важным для загробной жизни. Неизвестно, какие погребальные обряды проводились для умерших детей. К наиболее важным местам захоронений, позволяющим лучше понять культуру викингов, относятся: Норвегия: Осеберг, Гокстад, Боррехауген. Швеция: Гетлинге Гравфельт, кладбища Бирки (объект Всемирного наследия), Вальсгерде, Гамла Уппсала, Гултерстад Гравфельт близ Альби, Гултерстад на Эланде и Готланде. Дания: Йеллинг (объект Всемирного наследия), Линдхольм-Хёйе, корабль Ладбю, склеп и клад Маммена. Эстония: Сальме – крупнейшее и древнейшее место корабных захоронений викингов, когда-либо обнаруженное. Шотландия: Порт-ан-Эйлеан-Мхоир, захоронение Скара на Оркнейских островах. Фарерские острова: Хов. Исландия: Мосфелльсбер в Столичном регионе, захоронение лодки в Ватнсдалюре, Остур-Хунаватнссысла. Гренландия: Браттахлид. Германия: Хедеби. Латвия: Гробиня. Украина: Черная могила. Россия: Гнездово, Старая Ладога.

Корабли

Было сделано несколько археологических находок кораблей викингов различных размеров, что позволяет узнать о мастерстве, приложенном к их строительству. Существовало множество типов кораблей викингов, предназначенных для разных целей; наиболее известным типом, вероятно, является драккар. Драккары предназначались для ведения войны и морских походов, были спроектированы для скорости и маневренности и оснащались веслами, дополнявшими паруса, что обеспечивало возможность навигации независимо от ветра. Драккар имел длинный, узкий корпус и малую осадку, чтобы облегчить высадку и развертывание войск на мелководье. Драккары широко использовались Лейдангом – скандинавскими оборонительными флотами. Драккар позволил норманнам отправляться в походы, что, возможно, объясняет, почему этот тип корабля стал почти синонимом понятия «викинги». Викинги строили множество уникальных типов судов, которые часто использовались для более мирных целей. Кнарр был специализированным торговым судном, предназначенным для перевозки грузов навалом. Он имел более широкий корпус, большую осадку и небольшое количество весел (используемых в основном для маневрирования в гаванях и подобных ситуациях). Одним из новшеств викингов был «бейтасс» – рея, крепившаяся к парусу и позволявшая их кораблям эффективно плавать против ветра. Мореплавающим кораблям викингов было принято буксировать или перевозить небольшую лодку для переброски экипажа и груза с корабля на берег. Корабли были неотъемлемой частью культуры викингов. Они облегчали повседневные перевозки по морям и водным путям, исследование новых земель, набеги, завоевания и торговлю с соседними культурами. Они также имели важное религиозное значение. Людей высокого статуса иногда хоронили на корабле вместе с животными, оружием, провизией и другими предметами, о чем свидетельствуют погребенные суда в Гокстаде и Осеберге (Норвегия) и раскопанное корабельное захоронение в Ладби (Дания). Захоронения кораблей практиковались викингами и за пределами Скандинавии, о чем свидетельствуют раскопки кораблей Салме на эстонском острове Сааремаа. Хорошо сохранившиеся останки пяти кораблей викингов были раскопаны в конце 1960-х годов в Роскильде-фьорде, представляя как драккары, так и кнарры. В XI веке корабли были затоплены там, чтобы заблокировать судоходный канал и защитить Роскильде, тогдашнюю столицу Дании, от морского нападения. Останки этих кораблей выставлены в Музее кораблей викингов в Роскильде. В 2019 году археологи обнаружили две лодочные могилы викингов в Гамле-Уппсале. Они также обнаружили, что в одной из лодок все еще находятся останки человека, собаки и лошади, а также другие предметы. Это пролило свет на погребальные обряды общин викингов в этом регионе.

There have been several archaeological finds of Viking ships of all sizes, providing knowledge of the craftsmanship that went into building them. There were many types of Viking ships, built for various uses; the best known type is probably the longship. Longships were intended for warfare and exploration, designed for speed and agility, and were equipped with oars to complement the sail, making navigation possible independently of the wind. The longship had a long, narrow hull and shallow draught to facilitate landings and troop deployments in shallow water. Longships were used extensively by the Leidang, the Scandinavian defence fleets. The longship allowed the Norse to go Viking, which might explain why this type of ship has become almost synonymous with the concept of Vikings. The Vikings built many unique types of watercraft, often used for more peaceful tasks. The knarr was a dedicated merchant vessel designed to carry cargo in bulk. It had a broader hull, a deeper draught, and a small number of oars (used primarily to manoeuvre in harbours and similar situations). One Viking innovation was the 'beitass', a spar mounted to the sail that allowed their ships to sail effectively against the wind. It was common for seafaring Viking ships to tow or carry a smaller boat to transfer crew and cargo from the ship to shore. Ships were an integral part of Viking culture. They facilitated everyday transportation across seas and waterways, exploration of new lands, raids, conquests, and trade with neighbouring cultures. They also held a major religious importance. People with high status were sometimes buried in a ship along with animal sacrifices, weapons, provisions and other items, as evidenced by the buried vessels at Gokstad and Oseberg in Norway and the excavated ship burial at Ladby in Denmark. Ship burials were also practised by Vikings overseas, as evidenced by the excavations of the Salme ships on the Estonian island of Saaremaa. Well preserved remains of five Viking ships were excavated from Roskilde Fjord in the late 1960s, representing both the longship and the knarr. The ships were scuttled there in the 11th century to block a navigation channel and thus protect Roskilde, then the Danish capital, from a seaborne assault. The remains of these ships are on display at the Viking Ship Museum in Roskilde. In 2019, archaeologists uncovered two Viking boat graves in Gamla Uppsala. They also discovered that one of the boats still holds the remains of a man, a dog, and a horse, along with other items. This has shed light on the death rituals of Viking communities in the region.

Социальная структура

Общество викингов делилось на три социально-экономических класса: рабы (трэллы), карлы и ярлы. Это ярко описано в эддической поэме «Ригстула», в которой также объясняется, что именно бог Риг, отец человечества, также известный как Хеймдалль, создал эти три класса. Археологические данные подтверждают эту социальную структуру. Трэллы составляли самый низкий класс и были рабами. Рабы составляли до четверти населения. Рабство было жизненно важно для общества викингов – для повседневных работ и масштабного строительства, а также для торговли и экономики. Трэллы были слугами и работниками на фермах и в больших хозяйствах карлов и ярлов, и их использовали для строительства укреплений, насыпей, каналов, курганов, дорог и подобных сооружений, возводимых тяжелым трудом. Согласно «Ригстуле», трэллов презирали и смотрели на них свысока. Новые рабы пополнялись либо детьми трэллов, либо пленниками, захваченными викингами во время набегов в Европе. Трэллов привозили в Скандинавию на кораблях, использовали на месте или в новых поселениях для строительства необходимых сооружений, либо продавали, часто арабам в обмен на серебро. Другими названиями для трэллов были «træl» и «ty». Карлы были свободными крестьянами. Они владели фермами, землей и скотом, занимались такими работами, как вспашка полей, доение коров, строительство домов и повозок, но использовали трэллов, чтобы сводить концы с концами. Другими названиями для карлов были «бонде» или просто свободные люди. Схожие классы включали «хурлы» и «хускарлы». Ярлы были аристократией в обществе викингов. Они были богаты и владели крупными поместьями с огромными длинными домами, лошадьми и множеством трэллов. Трэллы выполняли большую часть повседневных работ, в то время как ярлы занимались администрацией, политикой, охотой и спортом – они также посещали других ярлов или отправлялись за границу в экспедиции. Когда ярл умирал и был похоронен, его домовые трэллы иногда приносились в жертву и хоронились рядом с ним, как показывают многочисленные раскопки. В повседневной жизни в общей социальной структуре существовало множество промежуточных положений, и, по-видимому, между ними была некоторая социальная мобильность. Эти детали неясны, но титулы и должности, такие как «хаулдр», «тегн» и «ландманн», свидетельствуют о мобильности между карлами и ярлами. Другие социальные структуры включали общины «фелагов» как в гражданской, так и в военной сферах, члены которых (называемые «фелаги») были обязаны сообществу. «Фелаг» мог быть основан на определенных профессиях, общей собственности на морское судно или военной обязанности перед конкретным вождем. Членов последнего называли «дренге», одним из слов, обозначающих воина. Существовали также официальные общины в городах и деревнях, общая оборона, религия, правовая система и тинги.

Viking society was divided into the three socio economic classes: thralls, karls and jarls. This is described vividly in the Eddic poem of Rígsþula, which also explains that it was the god Ríg—father of mankind also known as Heimdallr—who created the three classes. Archaeology has confirmed this social structure. Thralls were the lowest ranking class and were slaves. Slaves comprised as much as a quarter of the population. Slavery was vital to Viking society – for everyday chores and large scale construction, and also for trading and for the economy. Thralls were servants and workers on the farms and in larger households of the karls and jarls, and they were used for constructing fortifications, ramps, canals, mounds, roads and similar projects built by hard labour. According to the Rígsþula, thralls were despised and looked down upon. New thralls were supplied by either the sons and daughters of thralls, or were captured abroad by the Vikings on their raids in Europe. The thralls were brought back to Scandinavia by boat, used on location or in newer settlements to build needed structures, or sold, often to the Arabs in exchange for silver. Other names for thrall were træl and ty. Karls were free peasants. They owned farms, land and cattle, and engaged in chores like ploughing the fields, milking the cows, and building houses and wagons, but used thralls to make ends meet. Other names for karls were bonde or simply free men. Similar classes were churls and huskarls. The jarls were the aristocracy of Viking society. They were wealthy and owned large estates with huge longhouses, horses and many thralls. The thralls did most of the daily chores, while the jarls carried out administration, politics, hunting, and sports – they also visited other jarls or went abroad on expeditions. When a jarl died and was buried, his household thralls were sometimes sacrificially killed and buried next to him, as many excavations have revealed. In daily life, there were many intermediate positions in the overall social structure and it appears that there was some social mobility between them. These details are unclear, but titles and positions like hauldr, thegn, and landmand, show mobility between the karls and the jarls. Other social structures included the communities of félag in both the civil and the military spheres, to which its members (called félagi) were obliged. A félag could be centred around certain trades, a common ownership of a sea vessel or a military obligation under a specific leader. Members of the latter were referred to as drenge, one of the words for warrior. There were also official communities within towns and villages, the overall defence, religion, the legal system and the Things.

Статус женщин

Как и в других регионах средневековой Европы, большинство женщин в обществе викингов находились в подчинении у своих мужей и отцов и обладали незначительной политической властью. Однако письменные источники изображают свободных женщин-викингов как обладающих независимостью и правами. В целом, женщины-викинги, по-видимому, имели больше свободы, чем женщины в других обществах.

Большинство свободных женщин-викингов вели домашнее хозяйство, а социальный статус женщины был связан со статусом её мужа. Достигнув 20-летнего возраста, незамужняя женщина, известная как maer и mey, достигала полной дееспособности и имела право самостоятельно выбирать место жительства, а перед законом считалась самостоятельной личностью. Жених выплачивал семье невесты выкуп (мундр), а невеста приносила в брак имущество в качестве приданого. Конкубинат также был частью общества викингов, когда женщина могла жить с мужчиной и рожать ему детей, не вступая в брак; такую женщину называли фрильей. Они проявляли себя в искусстве, выступая в качестве поэтесс (скальдов).

Эти свободы женщин-викингов постепенно исчезли после принятия христианства, и с конца XIII века упоминания о них прекращаются. Изучение скелетных останков также позволяет реконструировать относительное состояние здоровья и питания мальчиков и девочек в прошлом, используя антропометрические методы. Погребения, обнаруженные в Скандинавии и других европейских странах, свидетельствуют о том, что по сравнению с другими обществами того времени, равенство между полами в сельской Скандинавии было необычайно высоким. Женщины в сельской периферии скандинавских стран в эпоху викингов и позднего Средневековья имели относительно высокий статус, что приводило к выделению девочкам значительных ресурсов для питания и поддержания здоровья, позволяя им расти более сильными и здоровыми.

Внешний вид

Скандинавские викинги были похожи по внешнему виду на современных скандинавов: "их кожа была светлой, а цвет волос варьировался от блонда до тёмного и рыжего". Генетические исследования показывают, что в восточной части современной Швеции люди в основном были блондинами, а рыжие волосы чаще встречались в западной Скандинавии. Большинство мужчин-викингов носили волосы и бороды до плеч, а рабы (тралы) обычно были единственными мужчинами с короткими волосами. Длина зависела от личных предпочтений и рода занятий. Мужчины, участвовавшие в военных действиях, например, могли носить немного более короткие волосы и бороды по практическим соображениям. В некоторых регионах мужчины отбеливали волосы до золотисто-шафранового цвета. Археологические находки из Скандинавии и поселений викингов на Британских островах подтверждают представление о викингах как о хорошо ухоженных и гигиеничных людях. Погребение с погребальным инвентарем было распространённой практикой в скандинавском мире на протяжении эпохи викингов и даже после принятия христианства нордами. На этих захоронениях и поселениях часто находят гребни, обычно сделанные из рога. Изготовление таких роговых гребней было обычным делом: в поселении викингов в Дублине сохранились сотни образцов гребней X века, что свидетельствует о распространённости ухода за собой. Производство таких гребней было широко распространено по всему миру викингов, о чём свидетельствуют находки подобных гребней в поселениях викингов в Ирландии, Англии и Шотландии. Гребни имеют схожий внешний вид, сохранившиеся экземпляры часто украшены линейными, переплетающимися и геометрическими узорами или другими формами орнамента, в зависимости от периода и типа гребня, но стилистически близки к искусству эпохи викингов. Похоже, что все слои общества эпохи викингов следили за своими волосами, поскольку гребни находили как в общих могилах, так и в аристократических захоронениях.

Сельское хозяйство и кухня

Саги рассказывают о диете и кухне викингов, но вещественные доказательства, такие как выгребные ямы, кухонные отходы и мусорные свалки, оказались особенно ценными и значимыми. Непереваренные остатки растений из ям в Коппергейте (Йорк) предоставили много информации в этой области. В целом, археоботанические исследования в последние десятилетия проводились все чаще, в результате сотрудничества археологов и палеоэтноботаников. Этот новый подход проливает свет на сельскохозяйственные и садоводческие практики викингов и их кулинарию. Совокупная информация из различных источников указывает на разнообразие кухни и ингредиентов. Готовили и употребляли в пищу все виды мясных продуктов, такие как вяленое, копченое и консервированное в сыворотке мясо, колбасы, а также свежее мясо, вареное или жареное. В изобилии были морепродукты, хлеб, каши, молочные продукты, овощи, фрукты, ягоды и орехи. Употреблялись алкогольные напитки, такие как пиво, мед, бьёрр (крепкое фруктовое вино) и, для состоятельных – импортное вино. Определенные породы скота были типичны и уникальны для викингов, включая исландскую лошадь, исландскую корову, множество пород овец, датскую курицу и датскую гусыню. Викинги в Йорке в основном ели говядину, баранину и свинину, с небольшим количеством конины. Большинство костей говядины и лошади были расколоты вдоль, чтобы извлечь костный мозг. Баранина и свинина нарезались на окорока, лопатки и отбивные. Частые находки черепов и костей ног свиней на полу домов указывают на популярность студеня и рулек. Куры разводились ради мяса и яиц, а также находили кости диких птиц, таких как черная куропатка, золотистая ржанка, дикие утки и гуси. Морепродукты имели большое значение, а в некоторых местах – даже больше, чем мясо. В Норвегии и северо-западной части Северной Атлантики охотились на китов и моржей, а на тюленей – почти повсеместно. Устрицы, мидии и креветки употреблялись в больших количествах, а треска и лосось были популярными видами рыбы. В южных регионах также ценилась сельдь. Молоко и пахта были популярны как ингредиенты для приготовления пищи, так и в качестве напитков, но не всегда были доступны, даже на фермах. Производились ферментированные молочные продукты, такие как скир или сурмьёлк, а также масло и сыр. Пищу часто солили и приправляли специями, некоторые из которых, например черный перец, импортировались, а другие выращивались в травяных садах или собирались в дикой природе. К домашним специям относились тмин, горчица и хрен, о чем свидетельствует погребение корабля в Усеберге. Викинги собирали и ели фрукты, ягоды и орехи. Яблоки (дикие яблони), сливы и вишни были частью рациона. Изобретение и внедрение плуга с отвалом произвело революцию в сельском хозяйстве Скандинавии в ранний период эпохи викингов и позволило обрабатывать даже неплодородные почвы. В Рибе были найдены и исследованы зерна ржи, ячменя, овса и пшеницы, датируемые VIII веком, и, вероятно, они были выращены на месте. Зерно и мука использовались для приготовления каш, некоторые из которых варились с молоком, другие – с фруктами и подслащивались медом, а также различных видов хлеба. Остатки хлеба, найденные главным образом в Бирке (Швеция), были сделаны из ячменя и пшеницы. Неизвестно, заквашивали ли скандинавы хлеб, но их печи и инструменты для выпечки позволяют предположить, что да. Лен был очень важной культурой для викингов: его использовали для получения масла, в пищу и, что самое главное, для производства льняной ткани. Более 40% всех известных текстильных находок эпохи викингов относятся к льняной ткани. Это указывает на гораздо более высокий фактический процент, поскольку лен хуже сохраняется, чем, например, шерсть. Качество пищи для простых людей не всегда было высоким. Исследования в Коппергейте показывают, что викинги в Йорке пекли хлеб из цельнозерновой муки – вероятно, из пшеницы и ржи – с семенами сорняков. Семена вьюна (Agrostemma) придавали хлебу темный цвет, но они ядовиты, и люди, которые его ели, могли заболеть. Были обнаружены также семена моркови, пастернака и капусты, но они были низкого качества и, как правило, происходили от белой моркови и горькой капусты. Роторные жернова, часто использовавшиеся в эпоху викингов, оставляли в муке крошечные фрагменты камня (часто базальта), которые при употреблении в пищу изнашивали зубы. Следы этого можно увидеть на скелетных останках того периода. Популярными были виды спорта, связанные с военной подготовкой и развитием боевых навыков, такие как метание копья и камней, развитие физической силы посредством борьбы (гліма), кулачных боев и поднятия камней. В гористой местности горный туризм практиковался как вид спорта. Ловкость и равновесие развивались и проверялись бегом и прыжками, а также упоминается вид спорта, заключавшийся в прыжках с весла на весло по внешней стороне бортов лодки во время гребли. Плавание было популярным видом спорта – Снорри Стурлусон описывает три его типа: ныряние, плавание на длинные дистанции и соревнование, в котором два пловца пытаются утопить друг друга. Дети часто участвовали в некоторых спортивных дисциплинах, и также упоминаются женщины как пловцы, хотя неясно, участвовали ли они в соревнованиях. Король Олаф Трюггвасон был известен своим мастерством в горном туризме и прыжках с весла, и, по слухам, преуспевал в искусстве жонглирования ножами. Лыжи и коньки были основными зимними видами спорта, а также средством передвижения по снегу и льду для взрослых. Настольные игры и игры в кости были популярным времяпрепровождением. Игровые доски изготавливались из искусно вырезанного дерева, а игровые фигуры – в основном из дерева, кости или камня. Также использовались фигуры из стекла, янтаря и рога, а также из материалов, таких как бивни моржей и слоновой кости из-за рубежа. Викинги играли в несколько видов игр тафл, таких как хнефатафл, нитавл (моррис) и менее распространенную кватрутафл. На руническом камне из Окельбо изображены два человека, возможно, играющие в хнефатафл, а в одной саге предполагается, что игры в кости были связаны с азартными играми. Связи с викингской идентичностью дольше сохранялись на отдаленных островах Исландии и Фарерских островов. Типичный бонди (свободный человек) скорее сражался с копьем и щитом, и большинство также носили сеакс в качестве утилитарного ножа и оружия. Луки использовались на начальных этапах наземных сражений и на море, но их считали менее «почетными», чем оружие ближнего боя. Викинги были относительно необычны для своего времени тем, что использовали топоры в качестве основного боевого оружия. Хускарлы, элитная гвардия короля Кнута (и позже короля Гарольда II) были вооружены двуручными топорами, которые могли раскалывать щиты или металлические шлемы с легкостью. Война и насилие викингов часто были мотивированы и подогреты их верой в скандинавскую религию, сосредоточенной на Торе и Одине, богах войны и смерти. Викингский воин часто ассоциируется с яростными вспышками гнева и безумными боями в современной популярной культуре, что отражено в значениях, придаваемых словам берсеркерганг и берсеркер, которые не были бы поняты средневековым скандинавским обществом. Такой стиль боя мог быть намеренно использован ударными войсками, и предполагается, что состояние берсерка могло быть вызвано употреблением больших количеств алкоголя или употреблением веществ с психоактивными свойствами, таких как растение семейства пасленовых Hyoscyamus niger, как предполагал Карстен Фатур, или употреблением галлюциногенного гриба Amanita muscaria, как впервые предположил шведский теолог Самуэль Эодман в 1784 году и позже ботаник Ф. К. Шюблер в 1885 году. Норвежский археолог, специализирующийся на полях сражений, Аре Скарстейн Колберг утверждает, что «гипотеза Эодмана не подтверждается сагами или археологическими данными», и, по словам Родерика Дейла, нет никаких доказательств этого в эпоху викингов или в древнескандинавской литературе. Помимо таких торговых центров, как Рибе и Хедебю в Дании, Скандинавия была не...

The sagas tell about the diet and cuisine of the Vikings, but first hand evidence, like cesspits, kitchen middens and garbage dumps have proved to be of great value and importance. Undigested remains of plants from cesspits at Coppergate in York have provided much information in this respect. Overall, archaeo botanical investigations have been undertaken increasingly in recent decades, as a collaboration between archaeologists and palaeoethno botanists. This new approach sheds light on the agricultural and horticultural practices of the Vikings and their cuisine. The combined information from various sources suggests a diverse cuisine and ingredients. Meat products of all kinds, such as cured, smoked and whey preserved meat, sausages, and boiled or fried fresh meat cuts, were prepared and consumed. There were plenty of seafood, bread, porridges, dairy products, vegetables, fruits, berries and nuts. Alcoholic drinks like beer, mead, bjórr (a strong fruit wine) and, for the rich, imported wine, were served. Certain livestock were typical and unique to the Vikings, including the Icelandic horse, Icelandic cattle, a plethora of sheep breeds, the Danish hen and the Danish goose. The Vikings in York mostly ate beef, mutton, and pork with small amounts of horse meat. Most of the beef and horse leg bones were found split lengthways, to extract the marrow. The mutton and swine were cut into leg and shoulder joints and chops. The frequent remains of pig skull and foot bones found on house floors indicate that brawn and trotters were also popular. Hens were kept for both their meat and eggs, and the bones of game birds such as black grouse, golden plover, wild ducks, and geese have also been found. Seafood was important, in some places even more so than meat. Whales and walrus were hunted for food in Norway and the northwestern parts of the North Atlantic region, and seals were hunted nearly everywhere. Oysters, mussels and shrimp were eaten in large quantities and cod and salmon were popular fish. In the southern regions, herring was also important. Milk and buttermilk were popular, both as cooking ingredients and drinks, but were not always available, even at farms. and fermented milk products like skyr or surmjölk were produced as well as butter and cheese. Food was often salted and enhanced with spices, some of which were imported like black pepper, while others were cultivated in herb gardens or harvested in the wild. Home grown spices included caraway, mustard and horseradish as evidenced from the Oseberg ship burial

Vikings collected and ate fruits, berries and nuts. Apple (wild crab apples), plums and cherries were part of the diet,

The invention and introduction of the mouldboard plough revolutionised agriculture in Scandinavia in the early Viking Age and made it possible to farm even poor soils. In Ribe, grains of rye, barley, oat and wheat dated to the 8th century have been found and examined, and are believed to have been cultivated locally. Grains and flour were used for making porridges, some cooked with milk, some cooked with fruit and sweetened with honey, and also various forms of bread. Remains of bread from primarily Birka in Sweden were made of barley and wheat. It is unclear if the Norse leavened their breads, but their ovens and baking utensils suggest that they did. Flax was a very important crop for the Vikings: it was used for oil extraction, food consumption, and most importantly, the production of linen. More than 40% of all known textile recoveries from the Viking Age can be traced as linen. This suggests a much higher actual percentage, as linen is poorly preserved compared to wool, for example. The quality of food for common people was not always particularly high. The research at Coppergate shows that the Vikings in York made bread from wholemeal flour—probably both wheat and rye—but with the seeds of cornfield weeds included. Corncockle (Agrostemma), would have made the bread dark coloured, but the seeds are poisonous, and people who ate the bread might have become ill. Seeds of carrots, parsnip, and brassicas were also discovered, but they were poor specimens and tend to come from white carrots and bitter tasting cabbages. The rotary querns often used in the Viking Age left tiny stone fragments (often from basalt rock) in the flour, which when eaten wore down the teeth. The effects of this can be seen on skeletal remains from that period. Sports that involved weapons training and developing combat skills were popular. These included spear and stone throwing, building and testing physical strength through wrestling (see glima), fist fighting, and stone lifting. In areas with mountains, mountain climbing was practised as a sport. Agility and balance were built and tested by running and jumping for sport, and there is mention of a sport that involved jumping from oar to oar on the outside of a ship's railing as it was being rowed. Swimming was a popular sport – Snorri Sturluson describes three types: diving, long distance swimming, and a contest in which two swimmers try to dunk one another. Children often participated in some of the sport disciplines, and women have also been mentioned as swimmers, although it is unclear if they took part in competitions. King Olaf Tryggvason was acclaimed for his skill in both mountain climbing and oar jumping, and reputedly excelled in the art of knife juggling as well. Skiing and ice skating were the principal winter sports, and also provided transport on snow and ice for adults. Board games and dice games were a popular pastime. Game boards were made of ornately carved wood, with gaming pieces fashioned mostly from wood, bone, or stone. Pieces were also made of glass, amber, and antler, along with materials such as walrus tusk and ivory from foreign sources. The Vikings played several types of tafl games; hnefatafl, nitavl (nine men's morris) and the less common kvatrutafl. The Ockelbo Runestone shows two men possibly playing hnefatafl, and one saga suggests that dice games involved gambling. Links to a Viking identity remained longer in the remote islands of Iceland and the Faroes. A typical bóndi (freeman) was more likely to fight with a spear and shield, and most also carried a seax as a utility knife and side arm. Bows were used in the opening stages of land battles and at sea, but they tended to be considered less "honourable" than melee weapons. Vikings were relatively unusual for the time in their use of axes as a main battle weapon. The Húscarls, the elite guard of King Cnut (and later of King Harold II) were armed with two handed axes that could split shields or metal helmets with ease. The warfare and violence of the Vikings were often motivated and fuelled by their beliefs in Norse religion, focusing on Thor and Odin, the gods of war and death. The Viking warrior is often associated with violent fits of rage and frenzied fighting in modern popular culture, as reflected in meanings attached to the words berserkergang and berserker that would not have been the meanings understood by medieval Norse society. Such a fighting style may have been deployed intentionally by shock troops, and it has been proposed that the berserk state may have been induced by consuming large amounts of alcohol, or through ingestion of materials with psychoactive properties, such as the solanaceous plant Hyoscyamus niger, as speculated by Karsten Fatur or by consumption of the hallucinogenic mushroom Amanita muscaria, as first hypothesised by the Swedish theologian Samuel Ødman in 1784 and later by the botanist F. C. Schübeler in 1885. The Norwegian battlefield archaeologist Are Skarstein Kolberg asserts that " Ödman's hypothesis is not supported by the saga literature or by the archaeological record", and according to Roderick Dale, there is no evidence for it from the Viking Age or from Old Norse literature. Other than in such trading centres as Ribe Hedeby in Denmark, Scandinavia was unfamiliar with the use of coinage. Therefore, its economy was based on bullion; that is, the purity and weight of precious metals used in exchange. Silver was the precious metal most commonly used, although gold was also used. Traders carried small portable scales, enabling them to measure weight precisely, which allowed an accurate medium of exchange, even lacking a regular coinage.

Товары

Организованная торговля охватывала все: от обычных товаров оптом до экзотических предметов роскоши. Конструкция кораблей викингов, такая как у кнарра, была важным фактором их успеха как торговцев. Среди импортируемых товаров из других культур были: специи, которые викинги получали от китайских и персидских торговцев, встречавшихся с ними в России. Викинги использовали местные специи и травы, такие как тмин, тимьян, хрен и горчица, но импортировали корицу. Стекло было очень ценным для нордического народа. Из импортируемого стекла часто изготавливали бусы для украшения, и их было найдено тысячи. Охус в Скании и старый рыночный город Рибе были крупными центрами производства стеклянных бус. Шелк был важным товаром, который викинги получали из Византии (современный Стамбул) и Китая. Он ценился многими европейскими культурами того времени, и викинги использовали его для демонстрации статуса, такого как богатство и знатность. Многие археологические находки в Скандинавии включают шелк. Вино импортировалось из Франции и Германии как напиток богатых, дополняя привычную медовуху и пиво. В качестве противовеса этим ценным импортам, викинги экспортировали широкий ассортимент товаров. Среди них были: рабы, известные в древнескандинавском языке как трэллы. Во время набегов викинги захватывали множество людей, включая монахов и священнослужителей. Их иногда продавали в качестве рабов в России арабским купцам, занимавшимся бухарской работорговлей, в обмен на серебро. Другими экспортными товарами были оружие, клыки моржа, воск, соль и треска. Одной из более экзотических экспортных позиций была охотничья птица, которую с 10-го века поставляли из Норвегии европейской аристократии. Европейские христиане Средневековья оказались совершенно не готовы к набегам викингов и не могли найти объяснения их прибытию и страданиям, которые они причиняли, кроме "Гнева Божьего". Нападение на Линдисфарн больше, чем любое другое событие, демонизировало образ викингов на следующие двенадцать веков. Только в 1890-х годах ученые за пределами Скандинавии начали серьезно переоценивать достижения викингов, признавая их мастерство, технологические навыки и мореплавание. Норвежская мифология, саги и литература рассказывают о скандинавской культуре и религии через истории о героических и мифологических героях. Первоначальная передача этой информации была преимущественно устной, а более поздние тексты опирались на труды и записи христианских ученых, включая исландцев Снорри Стурлусона и Сэмунда Фроди. Многие из этих саг были написаны в Исландии, и большинство из них, даже если не имели исландского происхождения, были сохранены там после Средневековья благодаря постоянному интересу исландцев к норвежской литературе и правовым кодексам. Двухсотлетнее влияние викингов на европейскую историю наполнено рассказами о грабежах и колонизации, и большинство этих хроник исходят от западноевропейских свидетелей и их потомков. Менее распространены, хотя и не менее важны, упоминания о викингах в хрониках, созданных на востоке, включая "Повесть временных лет" (хроники Нестора), Новгородские хроники, хроники Ибн Фадлана, хроники Ибн Русты и краткие упоминания Фотия, патриарха Константинопольского, о первом нападении викингов на Византийскую империю. Другими летописцами истории викингов являются Адам Бременский, который в четвертом томе своей "Gesta Hammaburgensis Ecclesiae Pontificum" писал: "[Т]ам (в Зеландии) много золота, накопленного пиратством. Эти пираты, которых их собственные люди называют wichingi, а наши – Ascomanni, платят дань датскому королю". В 991 году битва при Малдоне между викингами и жителями Малдона в Эссексе была увековечена одноименной поэмой.

Organised trade covered everything from ordinary items in bulk to exotic luxury products. The Viking ship designs, like that of the knarr, were an important factor in their success as merchants. Imported goods from other cultures included:
Spices were obtained from Chinese and Persian traders, who met with the Viking traders in Russia. Vikings used homegrown spices and herbs like caraway, thyme, horseradish and mustard, but imported cinnamon. Glass was much prized by the Norse. The imported glass was often made into beads for decoration and these have been found in the thousands. Åhus in Scania and the old market town of Ribe were major centres of glass bead production. Silk was a very important commodity obtained from Byzantium (modern day Istanbul) and China. It was valued by many European cultures of the time, and the Vikings used it to indicate status such as wealth and nobility. Many of the archaeological finds in Scandinavia include silk. Wine was imported from France and Germany as a drink of the wealthy, augmenting the regular mead and beer. To counter these valuable imports, the Vikings exported a large variety of goods. These goods included:
Slaves, known as thralls in Old Norse. On their raids, the Vikings captured many people, among them monks and clergymen. They were sometimes sold in as slaves in Russia to Arab merchants of the Bukhara slave trade in exchange for silver. Other exports included weapons, walrus ivory, wax, salt and cod. As one of the more exotic exports, hunting birds were sometimes provided from Norway to the European aristocracy, from the 10th century. Medieval Christians in Europe were totally unprepared for the Viking incursions and could find no explanation for their arrival and the accompanying suffering they experienced at their hands save the "Wrath of God". More than any other single event, the attack on Lindisfarne demonised perception of the Vikings for the next twelve centuries. Not until the 1890s did scholars outside Scandinavia begin to seriously reassess the achievements of the Vikings, recognising their artistry, technological skills, and seamanship. Norse Mythology, sagas, and literature tell of Scandinavian culture and religion through tales of heroic and mythological heroes. Early transmission of this information was primarily oral, and later texts relied on the writings and transcriptions of Christian scholars, including the Icelanders Snorri Sturluson and Sæmundur fróði. Many of these sagas were written in Iceland, and most of them, even if they had no Icelandic provenance, were preserved there after the Middle Ages due to the continued interest of Icelanders in Norse literature and legal codes. The 200 year Viking influence on European history is filled with tales of plunder and colonisation, and the majority of these chronicles came from western European witnesses and their descendants. Less common, although equally relevant, are references to Vikings in chronicles that originated in the east, including the Nestor chronicles, Novgorod chronicles, Ibn Fadlan chronicles, Ibn Rusta chronicles, and brief mentions by Photius, patriarch of Constantinople, regarding the first Viking attack on the Byzantine Empire. Other chroniclers of Viking history include Adam of Bremen, who wrote, in the fourth volume of his Gesta Hammaburgensis Ecclesiae Pontificum, "[t]here is much gold here (in Zealand), accumulated by piracy. These pirates, which are called wichingi by their own people, and Ascomanni by our own people, pay tribute to the Danish king." In 991, the Battle of Maldon between Viking raiders and the inhabitants of Maldon in Essex was commemorated with a poem of the same name.

Постсредневековые представления

Ранние современные публикации, посвященные тому, что сейчас называют культурой викингов, появились в XVI веке, например, Historia de gentibus septentrionalibus (История северных народов) Олауса Магнуса (1555) и первое издание Gesta Danorum (Деяния датчан) XIII века, написанной Саксоном Грамматиком, в 1514 году. Темпы публикации увеличились в XVII веке с появлением латинских переводов Эдды (в частности, Edda Islandorum 1665 года Педера Ресена). В Скандинавии датские ученые XVII века Томас Бартолин и Оле Ворм, а также швед Олаус Рудбек использовали рунические надписи и исландские саги как исторические источники. Важным ранним британским исследователем викингов был Джордж Хикс, опубликовавший свой Linguarum vett. septentrionalium thesaurus (Словарь древних северных языков) в 1703–1705 годах. В XVIII веке британский интерес и энтузиазм к Исландии и ранней скандинавской культуре резко возросли, что отразилось в английских переводах древненорвежских текстов и в оригинальных поэмах, восхвалявших предполагаемые добродетели викингов. Слово "викинг" впервые получило широкую известность в начале XIX века благодаря Эрику Густаву Гейеру в его поэме «Викинг». Поэма Гейера способствовала распространению нового романтизированного образа викинга, который имел мало общего с историческими фактами. Возрождение интереса к Старому Северу в эпоху романтизма имело и политические последствия. Общество Геатиша, членом которого был Гейер, в значительной степени популяризировало этот миф. Другим шведским автором, оказавшим значительное влияние на восприятие викингов, был Эсайас Тегнер, член Геатского общества, написавший современную версию Friðþjófs saga hins frœkna, которая стала широко популярной в скандинавских странах, Великобритании и Германии. Увлечение викингами достигло пика во время так называемого возрождения викингов в конце XVIII и XIX веках как формы романтического национализма. В Британии это явление называлось септентрионализмом, в Германии – «вагнеровским» пафосом, а в скандинавских странах – скандинавизмом. В XIX веке первые научные издания эпохи викингов стали доступны небольшой аудитории в Британии. Археологи начали раскопки, связанные с прошлым Британии в эпоху викингов, а лингвисты стали выявлять истоки сельских идиом и пословиц в эпоху викингов. Новые словари старонорвежского языка позволили викторианцам изучать первичные исландские саги. До недавнего времени история эпохи викингов в значительной степени основывалась на исландских сагах, истории датчан, написанной Саксоном Грамматиком, Первоначальной летописи и Cogad Gáedel re Gallaib. В настоящее время немногие ученые считают эти тексты надежными источниками, поскольку историки все больше полагаются на археологию и нумизматику – дисциплины, внесшие значительный вклад в понимание этого периода.

Early modern publications, dealing with what is now called Viking culture, appeared in the 16th century, e. g. Historia de gentibus septentrionalibus (History of the northern people) of Olaus Magnus (1555), and the first edition of the 13th century Gesta Danorum (Deeds of the Danes), by Saxo Grammaticus, in 1514. The pace of publication increased during the 17th century with Latin translations of the Edda (notably Peder Resen's Edda Islandorum of 1665). In Scandinavia, the 17th century Danish scholars Thomas Bartholin and Ole Worm and the Swede Olaus Rudbeck used runic inscriptions and Icelandic sagas as historical sources. An important early British contributor to the study of the Vikings was George Hickes, who published his Linguarum vett. septentrionalium thesaurus (Dictionary of the Old Northern Languages) in 1703–05. During the 18th century, British interest and enthusiasm for Iceland and early Scandinavian culture grew dramatically, expressed in English translations of Old Norse texts and in original poems that extolled the supposed Viking virtues. The word "viking" was first popularised at the beginning of the 19th century by Erik Gustaf Geijer in his poem, The Viking. Geijer's poem did much to propagate the new romanticised ideal of the Viking, which had little basis in historical fact. The renewed interest of Romanticism in the Old North had contemporary political implications. The Geatish Society, of which Geijer was a member, popularised this myth to a great extent. Another Swedish author who had great influence on the perception of the Vikings was Esaias Tegnér, a member of the Geatish Society, who wrote a modern version of Friðþjófs saga hins frœkna, which became widely popular in the Nordic countries, the United Kingdom, and Germany. Fascination with the Vikings reached a peak during the so called Viking revival in the late 18th and 19th centuries as a form of Romantic nationalism. In Britain this was called Septentrionalism, in Germany "Wagnerian" pathos, and in the Scandinavian countries Scandinavism. Pioneering 19th century scholarly editions of the Viking Age began to reach a small readership in Britain. Archaeologists began to dig up Britain's Viking past, and linguistic enthusiasts started to identify the Viking Age origins of rural idioms and proverbs. The new dictionaries of the Old Norse language enabled the Victorians to grapple with the primary Icelandic sagas. Until recently, the history of the Viking Age was largely based on Icelandic sagas, the history of the Danes written by Saxo Grammaticus, the Primary Chronicle, and Cogad Gáedel re Gallaib. Few scholars still accept these texts as reliable sources, as historians now rely more on archaeology and numismatics, disciplines that have made valuable contributions toward understanding the period.

В политике 20-го века

Романтизированная идея викингов, сформировавшаяся в научных и популярных кругах северо-западной Европы в XIX и начале XX веков, была весьма влиятельной, и образ викинга стал узнаваемым и гибким символом в различных политических и идеологических контекстах Европы XX века. В Нормандии, заселенной викингами, драккар стал общепризнанным региональным символом. В Германии интерес к истории викингов в XIX веке был вызван пограничным спором с Данией из-за Шлезвига-Гольштейна и использованием скандинавской мифологии Рихардом Вагнером. Идеализированный образ викингов привлекал сторонников теории германского превосходства, которые трансформировали фигуру викинга в соответствии с идеологией господствующей германской расы. Опираясь на лингвистические и культурные связи между скандинавскими и другими германскими народами в отдаленном прошлом, скандинавские викинги в нацистской Германии представлялись как воплощение чистого германского типа. Феномен экспансии викингов был переосмыслен и использован в пропаганде для поддержки агрессивного национализма Третьего рейха, а идеологически обусловленные интерпретации язычества викингов и скандинавского рунического письма применялись для создания нацистского мистицизма. Другие политические организации схожей направленности, такие как бывшая норвежская фашистская партия Nasjonal Samling, также заимствовали элементы современного мифа о викингах в своей символике и пропаганде. Советские и ранние славянофильские историки подчеркивали славянское происхождение, противопоставляя его норманнской теории о завоевании славян викингами и основании Киевской Руси. Они обвиняли сторонников норманнской теории в искажении истории, представляя славян как неразвитых дикарей. В отличие от этого, советские историки утверждали, что славяне заложили основы своей государственности задолго до набегов норманнов/викингов, а вторжения норманнов/викингов лишь тормозили историческое развитие славян. Они доказывали, что состав населения Руси был славянским, а успех Рюрика и Олега основывался на поддержке местной славянской знати. После распада СССР Новгород признал свою викинговскую историю, включив изображение драккара в свой логотип.

The romanticised idea of the Vikings constructed in scholarly and popular circles in northwestern Europe in the 19th and early 20th centuries was a potent one, and the figure of the Viking became a familiar and malleable symbol in different contexts in the politics and political ideologies of 20th century Europe. In Normandy, which had been settled by Vikings, the Viking ship became an uncontroversial regional symbol. In Germany, awareness of Viking history in the 19th century had been stimulated by the border dispute with Denmark over Schleswig Holstein and the use of Scandinavian mythology by Richard Wagner. The idealised view of the Vikings appealed to Germanic supremacists who transformed the figure of the Viking in accordance with the ideology of a Germanic master race. Building on the linguistic and cultural connections between Norse speaking Scandinavians and other Germanic groups in the distant past, Scandinavian Vikings were portrayed in Nazi Germany as a pure Germanic type. The cultural phenomenon of Viking expansion was re interpreted for use as propaganda to support the extreme militant nationalism of the Third Reich, and ideologically informed interpretations of Viking paganism and the Scandinavian use of runes were employed in the construction of Nazi mysticism. Other political organisations of the same ilk, such as the former Norwegian fascist party Nasjonal Samling, similarly appropriated elements of the modern Viking cultural myth in their symbolism and propaganda. Soviet and earlier Slavophile historians emphasised a Slavic rooted foundation in contrast to the Normanist theory of the Vikings conquering the Slavs and founding the Kievan Rus'. They accused Normanist theory proponents of distorting history by depicting the Slavs as undeveloped primitives. In contrast, Soviet historians stated that the Slavs laid the foundations of their statehood long before the Norman/Viking raids, while the Norman/Viking invasions only served to hinder the historical development of the Slavs. They argued that Rus' composition was Slavic and that Rurik and Oleg's success was rooted in their support from within the local Slavic aristocracy After the dissolution of the USSR, Novgorod acknowledged its Viking history by incorporating a Viking ship into its logo.

В современной популярной культуре

Возглавляемые операми немецкого композитора Ричарда Вагнера, такими как Der Ring des Nibelungen, викинги и романтическое возрождение викингов вдохновили множество творческих работ. Среди них романы, основанные непосредственно на исторических событиях, такие как «Долгие корабли» Франса Гуннара Бенгтссона (который также был экранизирован в 1963 году), и исторические фантазии, такие как фильм «Викинги», «Едоки мертвых» Майкла Крайтона (экранизация – «13-й воин»), и комедийный фильм «Эрик викинг». Вампир Эрик Нортман в сериале HBO «Настоящая кровь» был викингом-принцем до обращения в вампира. Викинги фигурируют в нескольких книгах датского американского писателя Пола Андерсона, а британский исследователь, историк и писатель Тим Северин в 2005 году написал трилогию романов о молодом викинге-авантюристе Торгильсе Лейфссоне, путешествующем по миру. В 1962 году американский автор комиксов Стэн Ли и его брат Ларри Либер вместе с Джеком Кирби создали супергероя Marvel Comics Тора, основанного на одноименном скандинавском боге. Персонаж появляется в фильме «Тор» 2011 года от Marvel Studios и его продолжениях, а также в фильме 2012 года «Мстители» и сопутствующем мультсериале. В последние десятилетия наблюдается возрождение интереса к викингам в популярных медиа и на телевидении, особенно благодаря сериалу «Викинги» на канале History (2013) режиссера Майкла Херста. Сериал лишь отдаленно основан на исторических фактах и источниках, но в большей степени опирается на литературные источники, такие как fornaldarsaga Ragnars saga loðbrókar, которая сама по себе скорее легенда, чем реальность, и древненорвежскую Эддическую и скальдическую поэзию. События сериала часто содержат отсылки к «Волюспе», Эддической поэме о сотворении мира, нередко цитируя конкретные строки из поэмы в диалогах. Сериал изображает некоторые социальные реалии средневекового скандинавского мира, такие как рабство и более значимая роль женщин в обществе викингов. В сериале также затрагиваются вопросы гендерного равенства в обществе викингов, в частности, через образ Лагерты, основанного на легендарной фигуре, и включение в сюжет девушек-воительниц. Недавние археологические интерпретации и остеологические анализы раскопок викинговских захоронений подтверждают идею о женщинах-воинах викингов, в частности, исследование ДНК женщины-воина из Бирки, проведенное в последние годы. Однако выводы остаются спорными. Викинги послужили вдохновением для многочисленных видеоигр, таких как The Lost Vikings (1993), Age of Mythology (2002) и For Honor (2017). Все три викинга из серии The Lost Vikings – Эрик Быстрый, Балеог Ожесточённый и Олаф Крепкий – появились в качестве играбельных героев в кроссовере Heroes of the Storm (2015). The Elder Scrolls V: Skyrim (2011) – это ролевая видеоигра, вдохновленная культурой викингов. Викинги являются центральной темой видеоигры Assassin's Creed Valhalla (2020), действие которой разворачивается в 873 году н.э. и повествует об альтернативной истории вторжения викингов в Британию. Современные реконструкции мифологии викингов оказали устойчивое влияние на популярную культуру конца XX и начала XXI века в некоторых странах, вдохновляя комиксы, фильмы, телесериалы, ролевые игры, компьютерные игры и музыку, включая викинг-метал, поджанр хэви-метала. С 1960-х годов наблюдается растущий энтузиазм в отношении исторической реконструкции. Хотя первые группы не стремились к исторической достоверности, серьезность и точность реконструкторов возросли. Крупнейшие группы включают The Vikings и Regia Anglorum, хотя существует множество небольших групп в Европе, Северной Америке, Новой Зеландии и Австралии. Многие группы реконструкторов участвуют в боях на стальном оружии, а некоторые имеют корабли или лодки в стиле викингов. Команда «Миннесота Викингс» из Национальной футбольной лиги получила свое название в честь большого числа скандинавов в штате Миннесота. Во время банковского бума первого десятилетия XXI века исландских финансистов стали называть útrásarvíkingar (примерно «набегающие викинги»).

Led by the operas of German composer Richard Wagner, such as Der Ring des Nibelungen, Vikings and the Romanticist Viking Revival have inspired many creative works. These have included novels directly based on historical events, such as Frans Gunnar Bengtsson's The Long Ships (which was also released as a 1963 film), and historical fantasies such as the film The Vikings, Michael Crichton's Eaters of the Dead (movie version called The 13th Warrior), and the comedy film Erik the Viking. The vampire Eric Northman, in the HBO TV series True Blood, was a Viking prince before being turned into a vampire. Vikings appear in several books by the Danish American writer Poul Anderson, while British explorer, historian, and writer Tim Severin authored a trilogy of novels in 2005 about a young Viking adventurer Thorgils Leifsson, who travels around the world. In 1962, American comic book writer Stan Lee and his brother Larry Lieber, together with Jack Kirby, created the Marvel Comics superhero Thor, which they based on the Norse god of the same name. The character is featured in the 2011 Marvel Studios film Thor and its sequels. The character also appears in the 2012 film The Avengers and its associated animated series. The appearance of Vikings within popular media and television has seen a resurgence in recent decades, especially with the History Channel's series Vikings (2013), directed by Michael Hirst. The show has a loose grounding in historical facts and sources, but bases itself more so on literary sources, such as fornaldarsaga Ragnars saga loðbrókar, itself more legend than fact, and Old Norse Eddic and Skaldic poetry. The events of the show frequently make references to the Völuspá, an Eddic poem describing the creation of the world, often directly referencing specific lines of the poem in the dialogue. The show portrays some of the social realities of the medieval Scandinavian world, such as slavery and the greater role of women within Viking society. The show also addresses the topics of gender equity in Viking society with the inclusion of shield maidens through the character Lagertha, also based on a legendary figure. Recent archaeological interpretations and osteological analyses of previous excavations of Viking burials have given support to the idea of the Viking woman warrior, namely the excavation and DNA study of the Birka female Viking warrior, within recent years. However, the conclusions remain contentious. Vikings have served as an inspiration for numerous video games, such as The Lost Vikings (1993), Age of Mythology (2002), and For Honor (2017). All three Vikings from The Lost Vikings series—Erik the Swift, Baleog the Fierce, and Olaf the Stout—appeared as a playable hero in the crossover title Heroes of the Storm (2015). The Elder Scrolls V: Skyrim (2011) is an action role playing video game heavily inspired by Viking culture. Vikings are the lead focus of the 2020 video game Assassin's Creed Valhalla, which is set in 873 AD, and recounts an alternative history of the Viking invasion of Britain. Modern reconstructions of Viking mythology have shown a persistent influence in late 20th and early 21st century popular culture in some countries, inspiring comics, movies, television series, role playing games, computer games, and music, including Viking metal, a subgenre of heavy metal music. Since the 1960s, there has been rising enthusiasm for historical reenactment. While the earliest groups had little claim for historical accuracy, the seriousness and accuracy of reenactors has increased. The largest such groups include The Vikings and Regia Anglorum, though many smaller groups exist in Europe, North America, New Zealand, and Australia. Many reenactor groups participate in live steel combat, and a few have Viking style ships or boats. The Minnesota Vikings of the National Football League are so named owing to the large Scandinavian population in the US state of Minnesota. During the banking boom of the first decade of the twenty first century, Icelandic financiers came to be styled as útrásarvíkingar (roughly 'raiding Vikings').

Экспериментальная археология

Экспериментальная археология эпохи викингов – это активно развивающаяся область, и ряд мест посвящены этой практике, такие как Jorvik Viking Centre в Великобритании, Sagnlandet Lejre и Ribe Viking Center [da] в Дании, музей Foteviken в Швеции или музей викингов Lofotr в Норвегии. Участники исторических реконструкций эпохи викингов проводили экспериментальные мероприятия, такие как плавка и ковка железа с использованием скандинавских технологий, например, в Норстеде (Ньюфаундленд). 1 июля 2007 года реконструированный корабль викингов Skuldelev 2, получивший название Sea Stallion, отправился из Роскильда в Дублин. Обломки этого корабля и еще четырех были обнаружены в 1962 году во время раскопок в Роскильде-фьорде. Дендрохронологический анализ показал, что корабль был построен из дуба в окрестностях Дублина примерно в 1042 году. Семьдесят членов многонационального экипажа перегнали корабль обратно к месту его происхождения, и Sea Stallion прибыл к Дублинской таможне 14 августа 2007 года. Целью плавания было проверить и задокументировать мореходные качества, скорость и маневренность корабля в открытом море и в прибрежных водах с опасными течениями. Экипаж проверил, как длинный, узкий и гибкий корпус выдерживает сильные океанские волны. Экспедиция также предоставила ценную новую информацию о драккарах викингов и обществе того времени. Корабль был построен с использованием инструментов, материалов и во многом тех же методов, что и оригинальный корабль. Были построены и испытаны и другие суда, часто реплики корабля Гокстад (в полном или уменьшенном масштабе) или кораблей Скулделева. «Снорри» (Skuldelev I Knarr) совершил плавание из Гренландии в Ньюфаундленд в 1998 году.

Шлемы с рогами

Помимо двух или трех изображений (ритуальных) шлемов с выступами, которые могут быть стилизованными воронами, змеями или рогами, нет ни одного изображения шлемов воинов-викингов и не сохранилось ни одного шлема с рогами. Формальный, ближний бой, характерный для викингов (будь то в щитовой стене или на борту "кораблей-островов"), сделал бы рогатые шлемы неудобными и опасными для самих воинов. Поэтому историки полагают, что воины-викинги не носили рогатых шлемов; вопрос о том, использовались ли такие шлемы в скандинавской культуре для других, ритуальных целей, остается нерешенным. Распространенное заблуждение о том, что воины-викинги носили рогатые шлемы, отчасти было распространено энтузиастами 19-го века из общества Götiska Förbundet, основанного в 1811 году в Стокгольме. Они продвигали использование скандинавской мифологии в качестве сюжета для высокого искусства и других этнологических и моральных целей. Викингов часто изображали с крылатыми шлемами и в одежде, заимствованной из классической античности, особенно в изображениях скандинавских богов. Это делалось для легитимизации викингов и их мифологии путем ассоциации с классическим миром, который долгое время идеализировался в европейской культуре. Позднейшие мифы, созданные под влиянием национального романтизма, смешали эпоху викингов с элементами скандинавского бронзового века, существовавшего примерно за 2000 лет до этого. Рогатые шлемы бронзового века изображены на петроглифах и обнаружены при археологических раскопках (см. шлемы из Бохуслана и Виксо). Вероятно, они использовались в церемониальных целях. Мультфильмы, такие как "Хагар-Ужасный" и "Викки-Викинг", а также спортивная форма команд, таких как "Миннесота Викингс" и "Канберра Рейдерс", увековечили миф о рогатом шлеме. Шлемы викингов были коническими, изготовленными из прочной кожи с деревянными и металлическими укреплениями для рядовых воинов. Железные шлемы с маской и кольчугой предназначались для вождей и основывались на более ранних шлемах эпохи Вендель из центральной Швеции. Единственный подлинный шлем викингов, который был найден, – это шлем из Гермундбу, обнаруженный в Норвегии. Он сделан из железа и датируется X веком.

Apart from two or three representations of (ritual) helmets—with protrusions that may be either stylised ravens, snakes, or horns—no depiction of the helmets of Viking warriors, and no preserved helmet, has horns. The formal, close quarters style of Viking combat (either in shield walls or aboard "ship islands") would have made horned helmets cumbersome and hazardous to the warrior's own side. Historians therefore believe that Viking warriors did not wear horned helmets; whether such helmets were used in Scandinavian culture for other, ritual purposes, remains unproven. The general misconception that Viking warriors wore horned helmets was partly promulgated by the 19th century enthusiasts of Götiska Förbundet, founded in 1811 in Stockholm. They promoted the use of Norse mythology as the subject of high art and other ethnological and moral aims. The Vikings were often depicted with winged helmets and in other clothing taken from Classical antiquity, especially in depictions of Norse gods. This was done to legitimise the Vikings and their mythology by associating it with the Classical world, which had long been idealised in European culture. The latter day mythos created by national romantic ideas blended the Viking Age with aspects of the Nordic Bronze Age some 2,000 years earlier. Horned helmets from the Bronze Age were shown in petroglyphs and appeared in archaeological finds (see Bohuslän and Vikso helmets). They were probably used for ceremonial purposes. Cartoons like Hägar the Horrible and Vicky the Viking, and sports kits such as those of the Minnesota Vikings and Canberra Raiders have perpetuated the myth of the horned helmet. Viking helmets were conical, made from hard leather with wood and metallic reinforcements for regular troops. The iron helmet with mask and mail was for the chieftains, based on the previous Vendel age helmets from central Sweden. The only original Viking helmet discovered is the Gjermundbu helmet, found in Norway. This helmet is made of iron and has been dated to the 10th century.

Варварство

Образ нечесаных, грязных дикарей, который иногда связывают с викингами в популярной культуре, – это искажённое представление о действительности.

Использование черепов в качестве сосудов для питья

Нет никаких доказательств того, что викинги пили из черепов поверженных врагов. Это заблуждение возникло из-за неправильной интерпретации отрывка из скальдической поэмы «Кракумаль», где говорится о героях, пьющих из ór bjúgviðum hausa (ветвей черепов). Речь шла о питьевых рогах, но в XVII веке это было ошибочно истолковано как упоминание о черепах убитых.

Генетическое наследие

Маргарян и др. в 2020 году проанализировали 442 индивида, связанных с миром викингов, из различных археологических памятников Европы. Было установлено, что они тесно связаны с современными скандинавами. Состав Y-ДНК у участников исследования также был схож с составом у современных скандинавов. Наиболее распространенной гаплогруппой Y-ДНК была I1 (95 образцов), за которой следовали R1b (84 образца) и R1a, особенно (но не исключительно) скандинавская подклада R1a Z284 (61 образец). Исследование подтвердило гипотезу, высказанную многими историками: норвежские поселенцы часто брали в жены иностранок. У некоторых индивидов из исследования, например, обнаруженных в Фодже, наблюдались типичные скандинавские гаплогруппы Y-ДНК, но также и южноевропейское аутосомное происхождение, что указывает на то, что они были потомками викингов-мужчин и местных женщин. Пять отдельных образцов из Фоджи, вероятно, принадлежали нормам. Аналогичная картина сочетания скандинавской Y-ДНК и местного аутосомного происхождения наблюдается и в других образцах исследования, например, у варягов, захороненных вблизи озера Ладога, и викингов в Англии, что позволяет предположить, что викинги-мужчины также заключали браки с местными жительницами в этих регионах. У жителей более отдаленных земель наибольшее норвежское происхождение прослеживается по мужской Y-хромосоме. Специализированное генетическое и фамильное исследование в Ливерпуле выявило значительное норвежское наследие: до 50% мужчин в семьях, проживавших там до периода индустриализации и роста населения. Высокий процент норвежского наследия, отслеживаемого по гаплотипу R M420, также был обнаружен среди мужчин в Вирале и Западном Ланкашире. Это сопоставимо с процентом норвежского наследия, выявленного среди мужчин на Оркнейских островах. Недавние исследования предполагают, что кельтский воин Сомерлед, изгнавший викингов из западной Шотландии и являющийся прародителем клана Дональда, мог быть викингом, принадлежащим к гаплогруппе R M420. Маргарян и др. (2020) исследовали элитное захоронение воина из Бодзи (Польша), датированное 1010–1020 гг. н.э. Кладбище в Бодзиа уникально с точки зрения скандинавских и киевских связей. Мужчина из Бодзиа (образец VK157, или захоронение E864/I) был не просто воином из княжеской дружины, а принадлежал к самой княжеской семье. Его захоронение – самое богатое на всем кладбище. Кроме того, анализ стронция в зубной эмали показал, что он не был местным жителем. Предполагается, что он прибыл в Польшу с киевским князем Святополком Окаянным и погиб в бою. Это соответствует событиям 1018 года н.э., когда сам Святополк исчез после отступления из Киева в Польшу. Нельзя исключать, что мужчина из Бодзиа и был самим Святополком, поскольку генеалогия Рюриковичей в этот период крайне фрагментарна, а даты рождения многих князей этой династии могут быть весьма приблизительными. Мужчина из Бодзиа нес гаплогруппу I1 S2077 и имел как скандинавское происхождение, так и русское смешение.

Margaryan et al. 2020 analysed 442 Viking world individuals from various archaeological sites in Europe. They were found to be closely related to modern Scandinavians. The Y DNA composition of the individuals in the study was also similar to that of modern Scandinavians. The most common Y DNA haplogroup was I1 (95 samples), followed by R1b (84 samples) and R1a, especially (but not exclusively) of the Scandinavian R1a Z284 subclade (61 samples). The study showed what many historians have hypothesised: that it was common for Norseman settlers to marry foreign women. Some individuals from the study, such as those found in Foggia, displayed typical Scandinavian Y DNA haplogroups but also southern European autosomal ancestry, suggesting that they were the descendants of Viking settler males and local women. The five individual samples from Foggia were likely Normans. The same pattern of a combination of Scandinavian Y DNA and local autosomal ancestry is seen in other samples from the study, for example Varangians buried near lake Ladoga and Vikings in England, suggesting that Viking men had married into local families in those places too. Inhabitants of lands farther away show most Norse descent in the male Y chromosome lines. A specialised genetic and surname study in Liverpool showed marked Norse heritage: up to 50% of males of families that lived there before the years of industrialisation and population expansion. High percentages of Norse inheritance—tracked through the R M420 haplotype—were also found among males in the Wirral and West Lancashire. This was similar to the percentage of Norse inheritance found among males in the Orkney Islands. Recent research suggests that the Celtic warrior Somerled, who drove the Vikings out of western Scotland and was the progenitor of Clan Donald, may have been of Viking descent, a member of haplogroup R M420. Margaryan et al. 2020 examined an elite warrior burial from Bodzia (Poland) dated to 1010–1020 AD. The cemetery in Bodzia is exceptional in terms of Scandinavian and Kievian Rus links. The Bodzia man (sample VK157, or burial E864/I) was not a simple warrior from the princely retinue, but he belonged to the princely family himself. His burial is the richest one in the whole cemetery. Moreover, strontium analysis of his teeth enamel shows he was not local. It is assumed that he came to Poland with the Prince of Kiev, Sviatopolk the Accursed, and met a violent death in combat. This corresponds to the events of 1018 AD when Sviatopolk himself disappeared after having retreated from Kiev to Poland. It cannot be excluded that the Bodzia man was Sviatopolk himself, as the genealogy of the Rurikids at this period is extremely sketchy and the dates of birth of many princes of this dynasty may be quite approximative. The Bodzia man carried haplogroup I1 S2077 and had both Scandinavian ancestry and Russian admixture.