Война за Деволюцию (1667–1668)

Введение

Война между Францией и Испанией (1667–1668)

В 1667–1668 годах, в ходе Войны деволюции (Devolutieoorlog), Франция оккупировала значительные части Испанских Нидерландов и Франш-Конте, которые в то время были провинциями Священной Римской империи, находящимися под суверенитетом короля Испании. Название войны происходит от малоизвестного закона, известного как Jus Devolutionis, который Людовик XIV использовал для обоснования своих прав на эти территории, утверждая, что они "перешли" к нему по праву брака с Марией Терезией Испанской. В ходе боевых действий французы встретили незначительное сопротивление; однако Людовик больше стремился утвердить свои наследственные права в Испанской империи и, следовательно, вернул большую часть захваченных территорий в мае 1668 года по условиям Эйкс-ла-Шапельского договора. Условия договора были согласованы с императором Леопольдом I в январе 1668 года и подкреплены Тройственным союзом Англии, Швеции и Голландской республики. Этот конфликт положил конец давнему франко-голландскому союзу и стал первой из серии французских войн за расширение, которые доминировали в Европе на протяжении следующих 50 лет.

Предыстория

В рамках Пиренейского договора 1659 года, положившего конец франко-испанской войне, Людовик XIV женился на Марии Терезии, старшей дочери Филиппа IV Испанского. Несмотря на ослабление почти веком непрерывных войн, Испанская империя включала владения в Италии, Испанских Нидерландах, Филиппинах и Америке, и, хотя больше не являлась доминирующей великой державой, оставалась в значительной степени нетронутой. Чтобы предотвратить ее захват Францией, Мария Терезия отказалась от своих прав на наследство; взамен Людовику было обещано приданое в 500 000 золотых эку, огромная сумма, которая так и не была выплачена. После смерти кардинала Мазарина в 1661 году Людовик взял под контроль государство и начал экспансионистскую политику. Его министр финансов Жан-Батист Кольбер утверждал, что контроль над Испанскими Нидерландами необходим для экономического роста Франции, что подразумевало конфликт с Испанией, императором Леопольдом I и Нидерландской республикой, давним союзником Франции. Мюнстерский мир 1648 года подтвердил независимость Нидерландов и предоставил Амстердаму контроль над торговлей в Северо-Западной Европе, навсегда закрыв устье Шельды. Сохранение этой монополии было приоритетом для Нидерландов. К 1663 году Людовик пришел к выводу, что Генеральные штаты Нидерландов никогда не согласятся добровольно на его требования и начал планировать захват Испанских Нидерландов, хотя переговоры продолжались, чтобы избежать подозрений. В соответствии с Французско-голландским Парижским договором 1662 года, Франция вступила во Вторую англо-голландскую войну в июле 1665 года, предоставив оправдание для своего военного наращивания; Людовик также рассчитывал, что это затруднит голландцам противостоять ему. Смерть Филиппа в сентябре оставила его четырехлетнего сына Карла королем, а его вдову Мариану Австрийскую – регентом. В случае смерти Карла Леопольд унаследовал бы Испанскую империю. Французские юристы утверждали, что поскольку приданое оставалось неоплаченным, отказ Марии Терезии был недействителен, и ее права "переходили" к Людовику в соответствии с Jus Devolutionis – неясным законом, ограничивающим наследование детьми от первого брака. На этом основании он заявил права на большую часть Испанских Нидерландов, включая Брабант и Лимбург, города Камбре, Антверпен и Мехелен, Верхний Гельдерн, графства Намюр, Артуа и Эно, а также связанные с ними владения. Леопольд и Мариана отвергли это требование, поскольку закон применялся только в Брабанте, Намюре и Эно и касался частной собственности, а не феодальных прав; однако это дало Людовику юридическое обоснование его действий. Узнав о намерениях Франции, правительство Марианы стремилось положить конец Португальской войне за восстановление, заключить союз с Англией и разорвать франко-голландские отношения. Людовик ответил Лиссабонским договором 1667 года – десятилетним союзом с Португалией, и заплатил потенциальным противникам, таким как Бранденбург, чтобы они оставались нейтральными. Леопольд был занят Великой турецкой войной, а министр иностранных дел Юг де Лионн также продлил антиавстрийскую Рейнскую лигу до 1668 года. 8 мая каждый французский посол в Европе зачитал декларацию, утверждающую, что Людовик вступает во владение землями, которые по праву принадлежат ему. В середине мая в Бреде начались переговоры о прекращении англо-голландской войны между Нидерландской республикой, Данией и Норвегией, Францией и Англией; незадолго до этого великий пенсионер Нидерландов Йохан де Витт узнал, что Людовик и Карл II Английский тайно договорились об условиях заранее, усилив давление на голландцев, чтобы они не противостояли французским целям. Надвигающаяся война положила конец нежеланию Испании признать португальский суверенитет; англо-испанский Мадридский договор, подписанный 23 мая, предоставил Англии значительные коммерческие привилегии в обмен на помощь в прекращении войны с Португалией.

As part of the 1659 Treaty of the Pyrenees that ended the Franco Spanish War, Louis XIV of France married Maria Theresa, eldest daughter of Philip IV of Spain. Despite being weakened by almost a century of continuous warfare, the Spanish Empire included possessions in Italy, the Spanish Netherlands, the Philippines and the Americas, and though no longer the dominant great power, remained largely intact. To prevent its acquisition by France, Maria Theresa renounced her inheritance rights; in return, Louis was promised a dowry of 500,000 gold écus, a huge sum that was never paid. When Cardinal Mazarin died in 1661, Louis took control of the state and initiated an expansionist policy. His Finance Minister Jean Baptiste Colbert argued control of the Spanish Netherlands was essential to French economic growth, which implied conflict with Spain, Emperor Leopold I and the Dutch Republic, a long term French ally. The 1648 Peace of Münster confirmed Dutch independence and gave Amsterdam control of trade through North West Europe, by permanently closing the Scheldt estuary. Retaining this monopoly was a Dutch priority. By 1663, Louis concluded that the States General of the Netherlands would never voluntarily agree to his demands and began plans to seize the Spanish Netherlands, although negotiations continued to avoid raising suspicions. As required by the 1662 Franco Dutch Treaty of Paris, France entered the Second Anglo Dutch War in July 1665, providing an excuse for its military build up; Louis also calculated that this would make it harder for the Dutch to oppose him. Philip's death in September left his four year old son Charles as king, and his widow Mariana of Austria as regent. If Charles died, Leopold would inherit the Spanish Empire. French lawyers argued that as the dowry remained unpaid, Maria Theresa's renunciation was invalid, and her rights "devolved" to Louis under the Jus Devolutionis, an obscure law restricting inheritance to children from a first marriage. On this basis, he claimed most of the Spanish Netherlands, including Brabant and Limburg, the towns of Cambrai, Antwerp and Mechelen, Upper Guelders, the counties of Namur, Artois and Hainaut, and related possessions. Leopold and Mariana dismissed this claim, as the law applied only in Brabant, Namur and Hainault and concerned private property, not feudal rights; however, this gave Louis a legal justification for his actions. Aware of French intentions, Mariana's government sought to end the Portuguese Restoration War, agree to an alliance with England, and break the Franco Dutch relationship. Louis countered with the 1667 Treaty of Lisbon, a ten year alliance with Portugal, and paid potential opponents like Brandenburg to remain neutral. Leopold was occupied with the Great Turkish War, while Foreign Minister Hugues de Lionne also extended the anti Austrian League of the Rhine until 1668. On 8 May, every French ambassador in Europe read out a declaration, claiming Louis was taking possession of lands that rightfully belonged to him. In mid May, talks to end the Anglo Dutch War opened in Breda between the Dutch Republic, Denmark–Norway, France and England; shortly before, Grand Pensionary Johan de Witt of the Dutch Republic learned Louis and Charles II of England had secretly agreed to terms in advance, increasing the pressure on the Dutch not to oppose French aims. The impending war ended Spain's reluctance to accept Portuguese sovereignty; the Anglo Spanish Treaty of Madrid, signed on 23 May, granted England substantial commercial privileges, in return for help in ending the war with Portugal.

С мая по сентябрь 1667 года; Испанские Нидерланды

Испанские Нидерланды представляли собой компактную территорию, где преобладали каналы и реки. До появления железных дорог в XIX веке товары и припасы в основном транспортировались по воде; кампании в этом регионе были сосредоточены на контроле над ключевыми пунктами вдоль рек, таких как Лис, Самбра и Маас. После 1659 года серия военных реформ, начатых Мишелем Ле Телье, сделала французскую армию более профессиональной, одновременно улучшив её логистическое обеспечение. Это позволило им выводить в поле большее количество войск на более длительные периоды; к 1667 году численность армии была утверждена в 80 000 человек, из которых 51 000 были задействованы в кампании. Туренн был назначен главнокомандующим; его основная группировка в 35 000 человек и артиллерийский парк были сосредоточены в районе Мезьера, на реке Маас. Ещё 9 000 человек под командованием Антуана д’Омона готовились к наступлению вверх по Лису через Куртре и Ауденаарде; де Креки и 6 000 лёгких кавалеристов разместились в Сиерк-ле-Бен, прикрывая свой фланг от возможного нападения из Германии. В сопровождении Людовика и его свиты французы перешли границу 24 мая. Испанский губернатор Кастело Родриго, осведомлённый об этих приготовлениях, срочно запросил у Мадрида дополнительные средства. Несмотря на то, что Марианна потратила огромную сумму в 1,5 миллиона эскудо на свадьбу своей дочери, ей удалось увеличить количество войск, предоставленных в его распоряжение, с 11 000 в середине 1666 года до 27 000 к апрелю 1667 года. Хотя испанцам было недостаточно сил для обороны каждой позиции, в этом и не было необходимости. Со временем признавалось, что даже самые мощные укрепления падут, и их основная задача заключалась в задержке противника, пока защитники мобилизуют резервы или найдут дипломатическое решение. Захват городов был относительно лёгким, а удержание их – гораздо более сложным, поскольку каждый гарнизон ослаблял полевую армию; в течение следующего столетия французы неоднократно сталкивались с этой стратегической дилеммой в этом регионе. Первой целью Туренна был Шарлеруа, ключевой испанский пункт снабжения; Кастело Родриго не смог его удержать и отступил в Брюссель, предварительно разрушив его укрепления. 2 июня де Монталь был назначен французским губернатором и получил гарнизон в 3 000 человек, в то время как Вобан приступил к восстановлению оборонительных сооружений. К концу июля Рошебарон захватил Турне, Куртре и Ауденаарде; Туренн двинулся на Дендермонде, намереваясь взять Антверпен. 31 июля в Бреде были подписаны мирные договоры (между Англией и каждой из её сторон во Второй англо-голландской войне), и голландцы начали переговоры с Англией и Испанией о создании дипломатического альянса против Франции. Одновременно Кастело Родриго открыл шлюзы водных укреплений, затопив местность и остановив французское наступление. Туренн отступил и 10 августа начал осаду Лилля, столицы Валлонии и важного торгового центра. Гарнизону было разрешено отступить после капитуляции 28 августа; три дня спустя де Маршен и испанский отряд подкрепления в 12 000 человек столкнулись с французским кавалерийским отрядом на дороге в Брюгге. Получив приказ перерезать им путь к отступлению, Беллефон и де Креки нанесли противнику потери в почти 2 000 человек; в начале 1668 года Людовик произвёл обоих в маршалы Франции. 12 сентября Туренн захватил Аальст, но, хотя его войска понесли относительно небольшие потери в боях, болезни представляли собой гораздо большую проблему; в начале октября кампания была завершена до наступления зимы.

The Spanish Netherlands was a compact area, dominated by canals and rivers. Until the advent of railways in the 19th century, goods and supplies were largely transported by water; campaigns in this theatre focused on control of strongpoints along rivers such as the Lys, Sambre and Meuse. After 1659, a series of military reforms initiated by Michel Le Tellier made the French army more professional, while improving its logistic support. This allowed them to put larger numbers in the field, for longer periods; by 1667, the army had an authorised strength of 80,000, of whom 51,000 were deployed for the campaign. Turenne was appointed supreme commander; his main force of 35,000 men and the artillery train were concentrated around Mézières, on the River Meuse. Another 9,000 under Antoine d'Aumont prepared to advance up the Lys, via Kortrijk and Oudenaarde; de Créquy and 6,000 light cavalry were based at Sierck les Bains, securing their flank against an attack from Germany. Accompanied by Louis and his entourage, the French crossed the border on 24 May. Aware of these preparations, Spanish governor Castelo Rodrigo urgently requested additional funds from Madrid. Despite spending the enormous sum of 1.5 million escudos on her daughter's wedding, Mariana managed to increase the forces available to him from 11,000 in mid 1666 to 27,000 by April 1667. Although insufficient to defend every position, the Spanish did not need to do so. Given time, it was accepted even the strongest fortifications would fall and their primary purpose was to delay, while the defenders mobilised reserves or found a diplomatic solution. Capturing towns was relatively easy, holding them far harder, since every garrison weakened the field army; over the next century, the French confronted this strategic dilemma time and again in this theatre. Turenne's first objective was Charleroi, a key Spanish supply base; Castelo Rodrigo could not hold it and withdrew to Brussels, first destroying its fortifications. On 2 June, De Montal was appointed French governor and given a garrison of 3,000, while Vauban began rebuilding its defences. By the end of July, Rochebaron had captured Tournai, Kortrijk and Oudenaarde; Turenne advanced on Dendermonde, intending to take Antwerp. On 31 July, peace treaties were signed at Breda (between England and each of its opponents in the Second Anglo Dutch War) and the Dutch began discussions with England and Spain on creating a diplomatic alliance against France. At the same time, Castelo Rodrigo opened the water defences, flooding the land and bringing the French advance to a halt. Turenne withdrew and on 10 August besieged Lille, capital of the Walloon region and an important commercial centre. The garrison were allowed to withdraw after surrendering on 28 August; three days later, de Marchin and a Spanish relief force of 12,000 ran into a French cavalry detachment on the Bruges road. Ordered to cut off his retreat, Bellefonds and de Créquy inflicted nearly 2,000 casualties; in early 1668, Louis created both Marshals of France. On 12 September, Turenne captured Aalst but although his troops suffered relatively few battle casualties, sickness was a far bigger problem; in early October, campaigning ended for the winter.

Переговоры; зима 1667/1668

31 июля 1667 года Бредский мир положил конец англо-голландской войне, и начались переговоры о создании общего фронта против Франции. Эту инициативу поддержали Штаты Зеландии, при поддержке сэра Уильяма Темпла, английского посла в Гааге и Брюсселе, и Франсуа Поля де Лизола, представителя Леопольда в Лондоне. Де Витт сформулировал голландскую дилемму следующим образом: «Оставить Испанию – значит подарить Нидерланды Франции, а защищать ее в одиночку – безумие». Хотя он и Карл (английский король) склонялись к Франции, подавляющее большинство их соотечественников придерживалось иного мнения, что означало необходимость учитывать общественное мнение, добившись отступлений от Людовика, но сохранив дружественные отношения. По словам французского посла в Швеции, Карл быстро осознал почти невозможный характер этой задачи и сосредоточился на том, чтобы свалить вину за ситуацию на Де Витта. С апреля 1667 года по июнь 1668 года франко-голландская торговля сократилась на 30% из-за введения французских тарифов. В сочетании с перспективой соседства с Францией, это привело к широкой поддержке англо-голландского союза среди оранжистов, Генеральных штатов и широкой общественности. В Англии парламент и деловые круги выступали за мир, при этом большинство предпочитали Испанию по стратегическим и коммерческим соображениям, включая главного министра лорда Арлингтона; англо-голландский союз в поддержку Испании казался идеальным решением. Это также позволило Карлу сохранить поддержку парламента, одновременно демонстрируя ненадежность Голландии и, следовательно, увеличивая цену, которую Людовик заплатит за его поддержку в Доверском договоре 1670 года. В сентябре Де Витт пообещал добиться принятия Испанией французских условий прекращения войны, но Людовик настоял на его обязательстве принудительно обеспечить их выполнение, если потребуется. Когда Марианна отказалась, он убедил Штаты Голландии принять резолюции 10 декабря и 14 января 1668 года, одобряющие военные действия против Испании. Другие провинции и оранжистская оппозиция в Голландии оказали этому сильное сопротивление. После смерти Филиппа IV в 1665 году единственным союзником Испании оставался Леопольд; к 1668 году их дипломаты установили отношения с оранжистами, Англией и традиционными сторонниками Франции, такими как Швеция и Бранденбург. В сентябре 1667 года Афонсу VI Португальский был свергнут своим братом Педру, который начал переговоры о прекращении Войны Восстановления. Соглашение 1667 года с Францией было аннулировано, и 13 февраля 1668 года Испания признала независимость Португалии Лиссабонским договором. Для финансирования кампании 1668 года Кастелу Родригу согласился на заем в размере 2 миллионов гильдеров с амстердамских финансовых рынков; в качестве залога голландцам было разрешено оккупировать Брюгге, Остенде и Дамме. Перспектива мира с Португалией позволила Марианне отказаться от этих условий; она отправила Кастелу Родригу аккредитивы на 600 000 эскудо и один миллион серебряных слитков. Это позволило ему начать набор войск, а Бранденбург согласился предоставить 12 000 солдат. 20 января Людовик и Леопольд подписали Разделительный договор, согласовав раздел Испанской империи в случае смерти Карла Испанского; это включало условия, предложенные Де Витту в сентябре. Тройственный союз был подписан Англией и Нидерландской республикой 23 января, а третий участник, Швеция, официально присоединилась 5 мая, через три дня после заключения мира в Экс-ла-Шапель. Он содержал пакт о взаимной обороне, соглашение об обеспечении принятия Испанией французских условий и секретные пункты, включая военные действия против Франции в случае невыполнения Людовиком этого обещания. Рувиньи, французский посол в Лондоне, получил копию в течение нескольких дней, предположительно от Арлингтона, который передал ее Лионне. Написав десять лет спустя, в основном для оправдания последующей франко-голландской войны, Людовик утверждал, что это был расчетливый оскорбительный жест со стороны «неблагодарной голландской нации», но его реакция в то время была гораздо более сдержанной. Французы признали, что военная оговорка в значительной степени невыполнима; как заметил Тюренн, «у голландцев больше недоброй воли, чем силы, а у англичан нет ни войск, ни денег». Лионне также указал на то, что гарантия Альянса распространялась на обе стороны, обязывая Испанию соблюдать французские условия «без каких-либо затрат для нас».

On 31 July 1667, the Treaty of Breda ended the Anglo Dutch War and negotiations began on a common front against France. This was driven by the States of Zeeland, supported by Sir William Temple, English ambassador in the Hague and Brussels, and Francois Paul de Lisola, Leopold's representative in London. De Witt summarised the Dutch dilemma as follows; 'to abandon Spain is to make France a present of the Netherlands, to take on her defence alone is folly.' Although he and Charles of England preferred France, the vast majority of their countrymen did not, which meant they had to satisfy domestic opinion by making Louis retreat, but remain friends. According to the French ambassador in Sweden, Charles quickly recognised this was almost impossible, and focused on ensuring Louis blamed De Witt. From April 1667 to June 1668, Franco Dutch trade declined by 30%, due to the imposition of French tariffs. Combined with the prospect of France as a neighbour, this led to widespread support for an Anglo Dutch alliance among Orangists, the States General and the general populace. In England, Parliament and business wanted peace, while most preferred Spain for strategic and commercial reasons, including chief minister Lord Arlington; an Anglo Dutch alliance in support of Spain seemed the ideal solution. Finally, it allowed Charles of England to keep Parliament happy, while demonstrating Dutch unreliability and thus increasing the price Louis would pay for his support in the 1670 Treaty of Dover. In September, De Witt promised to ensure Spain accepted French terms for ending the war, but Louis insisted he commit to enforcing them if needed. When Mariana refused, he persuaded the States of Holland to pass resolutions on 10 December and 14 January 1668, approving military action against Spain. This was strongly resisted by the other provinces, and the Orangist opposition in Holland. When Philip died in 1665, Spain's only ally was Leopold; by 1668, their diplomats had built relationships with the Orangists, England, and traditional French supporters like Sweden and Brandenburg. In September 1667, Afonso VI of Portugal was deposed by his brother Pedro, who opened discussions on ending the Restoration war. The 1667 agreement with France was annulled and on 13 February 1668, Spain recognised Portuguese independence with the Treaty of Lisbon. To fund the 1668 campaign, Castelo Rodrigo agreed to a loan of 2 million guilders from the Amsterdam financial markets; as security, the Dutch would be allowed to occupy Bruges, Ostend and Damme. The prospect of peace with Portugal meant Mariana could reject these conditions; she sent Castelo Rodrigo letters of credit for 600,000 escudos and one million bars of silver. This allowed him to begin recruiting, while Brandenburg agreed to supply 12,000 troops. On 20 January, Louis and Leopold signed a Partition Treaty, agreeing to the division of the Spanish Empire if Charles of Spain died; this included the terms given to De Witt in September. The Triple Alliance was signed by England and the Dutch Republic on 23 January, the third member, Sweden, formally joining on 5 May, three days after Aix la Chapelle. It contained a pact of mutual defence, an agreement to ensure Spain accepted French terms, and secret clauses, including military action against France if Louis reneged on this promise. Ruvigny, French ambassador in London, received a copy within days, allegedly from Arlington, which he passed onto Lionne. Writing ten years later, largely to justify the subsequent Franco Dutch War, Louis claimed it was a calculated insult by the 'ungrateful Dutch nation', but his reaction at the time was far more moderate. The French recognised the military clause was largely unenforceable; as Turenne observed, 'the Dutch have more ill will than power, the English neither troops or money'. Lionne also pointed out the Alliance's guarantee applied to both sides, obliging Spain to comply with French terms 'without it costing us a sou.'

Февраль 1668 года; кампания во Франш-Конте

На протяжении всей своей карьеры Людовик стремился укрепить свои позиции перед началом переговоров; в сентябре он решил занять Франш-Конте. Защитить эту территорию для Испании было почти невозможно, к тому же у губернатора, маркиза де Йенна, было менее 2000 человек для удержания всей провинции. Французские армии также обладали значительно превосходящей логистикой, что позволяло им начинать кампании раньше, чем их противники были готовы. Вторжение было запланировано на начало февраля, время, обычно считавшееся неподходящим для передвижения войск, что добавляло фактор неожиданности к численному превосходству. Операцией командовал принц де Конде. Когда-то ведущий генерал Франции, он воевал против Людовика во время Фронды 1648–1653 годов, затем на стороне Испании до 1659 года; это было его первое командование после возвращения из изгнания в 1660 году. Франш-Конте рассматривался как часть Бургундии, традиционной базы власти его семьи, и его назначение демонстрировало королевский контроль над территорией с долгой историей независимого государства. Чтобы ввести противников в заблуждение, Людовик объявил о планах удвоить армию до 134 000 человек и обнародовал детали предполагаемой кампании 1668 года. Под руководством самого себя и Тюренна 66 000 человек должны были завершить завоевание Испанских Нидерландов; вспомогательный корпус под командованием Филиппа Орлеанского должен был атаковать Каталонию, а Конде в Трех епископствах – сдерживать нападение из Германии. Это обеспечивало прикрытие для сосредоточения войск и припасов в Дижоне; к началу февраля у Конде было 12 000 пехотинцев и 3 000 кавалеристов, сосредоточенных близ Осонна. Он разделил армию на две колонны, вторую возглавил Люксембург, и 4 февраля вошел во Франш-Конте. Безансон и Салин-ле-Бен сдались 7 февраля, после чего Конде и Люксембург двинулись к Долю, где к ним присоединился Людовик 9 февраля. Его присутствие привело к в основном ненужному штурму, который стоил французам от 400 до 500 потерь, их единственным значительным потерям в кампании. Доль сдался 14 февраля, а 19-го – столица провинции Грей; 24-го Людовик вернулся в Сен-Жермен.

Throughout his career, Louis sought to improve his position prior to negotiations; in September, he decided to occupy Franche Comté. It was almost impossible for Spain to defend, while its governor, the Marquis de Yenne, had fewer than 2,000 men to hold the entire province. French armies also benefitted from vastly superior logistics, allowing them to open campaigns before their opponents were ready. The invasion was planned for early February, normally considered impractical for troop movements, adding the factor of surprise to superior numbers. The operation was commanded by the Prince de Condé. Once France's leading general, he fought against Louis during the 1648 to 1653 Fronde, then with Spain until 1659; this was his first command since returning from exile in 1660. Franche Comté was considered part of Burgundy, his family's traditional power base and his selection demonstrated royal control over an area with a long history as an independent state. To keep his opponents guessing, Louis announced plans to double the army to 134,000 and leaked details of a proposed 1668 campaign. Led by himself and Turenne, 66,000 men would complete the conquest of the Spanish Netherlands; a subsidiary force under Philippe of Orléans would attack Catalonia, with Condé in the Three Bishoprics to deter an attack from Germany. This provided cover for assembling troops and supplies in Dijon; by early February, Condé had 12,000 infantry and 3,000 cavalry concentrated near Auxonne. He divided the army into two columns, the other led by Luxembourg, and entered Franche Comté on 4 February. Besançon and Salins les Bains surrendered on 7 February, after which Condé and Luxembourg moved onto Dole, where they were joined by Louis on 9 February. His presence resulted in a largely unnecessary assault, which cost the French between 400 and 500 casualties, their only significant losses of the campaign. Dole surrendered on 14 February, followed by the provincial capital of Gray on 19th; Louis was back in Saint Germain on 24th.

Май 1668 г., Северная Каталония

На южном фронте испанцы перехватили инициативу; герцог Осуна, вице-король Каталонии, вторгся в Верхнюю Серданью с 2300 пехотинцев и 200 кавалеристов. Слабая французская оборона позволила ему захватить 55 деревень в этом регионе, однако местные нерегулярные отряды микелетов, объединившись с французскими войсками, оказывали сопротивление вторжению. Испанские набеги продолжались до 1669 года, вынуждая французов укреплять границу.

Договор из Экс-ла-Шапель

Имея самую большую армию в Европе, Туренн, Конде и Орлеан выступали за продолжение войны. Лионн, Колбер и Ле Телье рекомендовали мир, главным образом по финансовым причинам: 1660-е годы были периодом значительного экономического упадка, а война обходилась дорого. Франция была неподготовлена к морской войне против голландцев и англичан, и хотя Колбер начал политику, направленную на уменьшение зависимости от голландского судоходства в транспортировке товаров, для этого требовалось время. Помимо уже заключенных соглашений с Бранденбургом, Карл Лотарингский предложил Марианне еще 8000 солдат. В феврале сообщили, что семилетний Карл страдает от оспы, часто смертельного заболевания; его смерть дала бы Людовику хорошие шансы достичь своих целей без сражений. Совокупность этих факторов склонила его к миру: 25 апреля был заключен Сен-Жерменский договор между Францией, Англией и Республикой, окончательно закрепивший условия, которые затем были включены в Экс-ла-Шапельский договор, подписанный Испанией и Францией 2 мая.

Последствия

Франция вышла из Франш-Конте и Испанских Нидерландов, за исключением одиннадцати городов и прилегающих к ним территорий. Лилль, Армантьер, Берг и Дуэ считались ключевыми для укрепления уязвимой северной границы Франции и остаются французскими по сей день. Сохранение Турне, Уденаарде, Кортрейка, Вёрна, Бинша, Шарлеруа и Ата значительно облегчило будущие наступления, что продемонстрировалось в 1672 году. С военной точки зрения Франция укрепила свою северную границу, и Вобан приступил к строительству оборонительной линии, известной как «Железный пояс». Владение такими городами, как Шарлеруа и Турне, облегчало будущие кампании благодаря контролю над важными путями в Испанские Нидерланды, однако они были легко отрезаемы и требовали содержания дорогостоящих гарнизонов. Политические результаты были неоднозначными: в рамках Договора о разделе Леопольд признал право Людовика на часть Испанской империи, что вызвало гнев Испании. Однако экспансионистские амбиции Людовика спровоцировали обсуждение антифранцузской коалиции, кульминацией которой стало формирование Великого союза в 1689 году. Роль Тройственного союза в установлении мира является предметом дискуссий среди современных историков, включая Герберта Роуэна, «вероятно, наиболее значимого англоязычного историка Голландской республики после Джона Лотропа Мотли». Его реальное значение заключалось в согласовании английских и голландских целей, несмотря на кратковременный перерыв в 1672 году, вызванный крайне непопулярной Третьей англо-голландской войной; голландцы рассматривали Экс-ла-Шапель как дипломатическую победу. Опасения по поводу французских амбиций также возродили партию оранжистов, усилив внутренний политический конфликт с республиканской фракцией Де Витта. Одним из последствий стало преднамеренное ослабление голландской армии, что обычно рассматривалось как укрепление власти принца Оранского; это привело к катастрофическим последствиям в 1672 году. Людовик начал войну в 1667 году, полагая, что голландцы никогда добровольно не согласятся на уступки, которые он требовал в Испанских Нидерландах; теперь он решил, что лучший способ добиться этого – сначала разгромить Республику, и начал планировать франко-голландскую войну.

France withdrew from Franche Comté and the Spanish Netherlands, with the exception of eleven towns and their surrounding areas. Lille, Armentières, Bergues and Douai were considered essential to reinforce France's vulnerable northern border and remain French to this day. The retention of Tournai, Oudenaarde, Kortrijk, Veurne, Binche, Charleroi and Ath made future offensives much easier, as demonstrated in 1672. From a military perspective, France strengthened its northern border, and Vauban began work on the defence line that became known as the Ceinture de fer. Possession of towns like Charleroi and Tournai facilitated future campaigns through the control of vital routes into the Spanish Netherlands, but they were easily isolated and required expensive garrisons. The political results were mixed; in the Partition Treaty, Leopold recognised Louis' right to inherit part of the Spanish Empire, much to the anger of Spain. However, Louis' expansionist ambitions sparked discussions on an anti French coalition, culminating in the formation of the 1689 Grand Alliance. The role of the Triple Alliance in the peace is debated by modern historians, including Herbert Rowen, "arguably the most important English speaking historian of the Dutch Republic since John Lothrop Motley". Its real significance was aligning English and Dutch objectives, despite the brief interruption in 1672 of the deeply unpopular Third Anglo Dutch War; the Dutch viewed Aix la Chapelle as a diplomatic triumph. Concern over French ambitions also revived the Orangist party, increasing internal political conflict with De Witt's Republican faction. One result was the deliberate neglect of the Dutch army, generally seen as bolstering the power of the Prince of Orange; this had catastrophic repercussions in 1672. Louis went to war in 1667 believing the Dutch would never voluntarily agree to the concessions he required in the Spanish Netherlands; he now decided the best way to achieve this was to first defeat the Republic, and began planning the Franco Dutch War.