Уильям Мак-Кинли: 25-й президент США

Введение

Президент Соединенных Штатов с 1897 по 1901 год

Уильям Маккинли (29 января 1843 года – 14 сентября 1901 года) – американский политик, занимавший пост 25-го президента Соединенных Штатов с 1897 года до своего убийства в 1901 году. Член Республиканской партии, он возглавил перестройку политической системы, которая на десятилетия обеспечила доминирование республиканцев в промышленных штатах и по всей стране. Он руководил страной во время победы в испано-американской войне 1898 года, установил контроль над Гавайями, Пуэрто-Рико, Филиппинами и Кубой, восстановил экономическое процветание после глубокой депрессии, отверг инфляционную денежно-кредитную политику, основанную на свободном серебре, сохранив золотой стандарт, и повысил защитные тарифы. Маккинли был последним президентом, служившим в Гражданской войне в США; он был единственным, кто начал службу рядовым и закончил ее в звании бревет-майора. После войны он поселился в Кантоне, штат Огайо, где занимался юридической практикой и женился на Иде Сакстон. В 1876 году Маккинли был избран в Конгресс, где стал признанным экспертом Республиканской партии по защитным тарифам, считая, что они принесут процветание. Его тариф Маккинли 1890 года вызвал серьезные споры, а вместе с демократическим переделом избирательных округов, направленным на его устранение с должности, привел к его поражению на выборах 1890 года. Он был избран губернатором Огайо в 1891 и 1893 годах, придерживаясь умеренного курса между интересами капитала и рабочих. В 1896 году он получил номинацию от Республиканской партии на пост президента, в условиях глубокой экономической депрессии, и победил своего соперника-демократа Уильяма Дженнингса Брайана после предвыборной кампании, в ходе которой он выступал за «здоровые деньги» (золотой стандарт, если он не будет изменен международным соглашением) и обещал, что высокие тарифы восстановят процветание. Историки рассматривают победу Маккинли как переломный момент в истории выборов, когда политический тупик после Гражданской войны уступил место Четвертой партийной системе, доминирующей Республиканской партии, с началом Эпохи прогрессизма. Президентство Маккинли ознаменовалось быстрым экономическим ростом. Он продвигал тариф Дингли 1897 года для защиты производителей и рабочих от иностранной конкуренции, а в 1900 году добился принятия Закона о золотом стандарте. Он надеялся убедить Испанию предоставить независимость мятежной Кубе без конфликта, но после провала переговоров запросил и подписал декларацию войны, одобренную Конгрессом, что положило начало испано-американской войне 1898 года, в которой Соединенные Штаты одержали быструю и решительную победу. В рамках мирного соглашения Испания передала Соединенным Штатам свои основные заморские колонии – Пуэрто-Рико, Гуам и Филиппины, а Кубе была обещана независимость, хотя в то время она оставалась под контролем армии Соединенных Штатов. В 1898 году Соединенные Штаты аннексировали независимую Республику Гавайи, которая стала территорией Соединенных Штатов. Маккинли вновь победил Брайана на президентских выборах 1900 года в кампании, посвященной империализму, протекционизму и свободному серебру. Его второй срок был прерван 6 сентября 1901 года, когда он был застрелен Леоном Чолгошем, анархистом. Маккинли умер через восемь дней, и его сменил вице-президент Теодор Рузвельт. Как новатор американского интервенционизма и сторонник пробизнес-политики, Маккинли обычно оценивается как президент выше среднего уровня, хотя его захват Филиппин часто критикуется как акт империализма. Его популярность вскоре была затмеваема популярностью Рузвельта.

William McKinley (January 29, 1843September 14, 1901) was an American politician who served as the 25th president of the United States from 1897 until his assassination in 1901. A member of the Republican Party, he led a realignment that made Republicans largely dominant in the industrial states and nationwide for decades. He presided over victory in the Spanish–American War of 1898; gained control of Hawaii, Puerto Rico, the Philippines and Cuba; restored prosperity after a deep depression; rejected the inflationary monetary policy of free silver, keeping the nation on the gold standard; and raised protective tariffs. McKinley was the last president to have served in the American Civil War; he was the only one to begin his service as an enlisted man, and ended it as a brevet major. After the war, he settled in Canton, Ohio, where he practiced law and married Ida Saxton. In 1876, McKinley was elected to Congress, where he became the Republican expert on the protective tariff, which he believed would bring prosperity. His 1890 McKinley Tariff was highly controversial and, together with a Democratic redistricting aimed at gerrymandering him out of office, led to his defeat in the Democratic landslide of 1890. He was elected governor of Ohio in 1891 and 1893, steering a moderate course between capital and labor interests. He secured the Republican nomination for president in 1896 amid a deep economic depression and defeated his Democratic rival William Jennings Bryan after a front porch campaign in which he advocated "sound money" (the gold standard unless altered by international agreement) and promised that high tariffs would restore prosperity. Historians regard McKinley's victory as a realigning election in which the political stalemate of the post Civil War era gave way to the Republican dominated Fourth Party System, beginning with the Progressive Era. McKinley's presidency saw rapid economic growth. He promoted the 1897 Dingley Tariff to protect manufacturers and factory workers from foreign competition and in 1900 secured the passage of the Gold Standard Act. He hoped to persuade Spain to grant independence to rebellious Cuba without conflict, but when negotiation failed, he requested and signed Congress's declaration of war to begin the Spanish American War of 1898, in which the United States saw a quick and decisive victory. As part of the peace settlement, Spain turned over to the United States its main overseas colonies of Puerto Rico, Guam and the Philippines while Cuba was promised independence, but at that time remained under the control of the United States Army. The United States annexed the independent Republic of Hawaii in 1898 and it became a United States territory. McKinley defeated Bryan again in the 1900 presidential election in a campaign focused on imperialism, protectionism, and free silver. His second term ended early when he was shot on September 6, 1901, by Leon Czolgosz, an anarchist. McKinley died eight days later and was succeeded by Vice President Theodore Roosevelt. As an innovator of American interventionism and pro business sentiment, McKinley is generally ranked as an above average president, although his take over of the Philippines is often criticized as an act of imperialism. His popularity was soon overshadowed by Roosevelt's.

Ранняя жизнь и семья

Уильям Маккинли-младший родился в 1843 году в Найлсе, штат Огайо, седьмым из девяти детей Уильяма Маккинли-старшего и Нэнси (урождённой Эллисон) Маккинли. Маккинли были англичанами и шотландцами ирландского происхождения и поселились в западной Пенсильвании в XVIII веке. Их предком-иммигрантом был Дэвид Маккинли, родившийся в Дервоке, графство Антрим, в современной Северной Ирландии. Уильям Маккинли-старший родился в Пенсильвании, в Пайн-Тауншипе, округе Мерсер. Когда Маккинли-старший был мальчиком, семья переехала в Огайо и поселилась в Нью-Лиссабоне (ныне Лиссабон). Там он встретил Нэнси Эллисон, и позже они поженились. Семья Эллисон была преимущественно английского происхождения и входила в число первых поселенцев Пенсильвании. Род занятий обеих семей заключался в производстве железа. Маккинли-старший владел литейными заводами по всему Огайо, в Нью-Лиссабоне, Найлсе, Польше и, наконец, в Кантоне. Дом Маккинли, как и многие в Западном резерве Огайо, был пропитан духом вигов и аболиционистов, причем последнее было основано на твердых методистских убеждениях семьи. Младший Уильям также придерживался методистской традиции, став активным членом местной методистской церкви в возрасте шестнадцати лет. Он оставался набожным методистом на протяжении всей жизни. В 1852 году семья переехала из Найлса в Польшу, штат Огайо, чтобы их дети могли посещать лучшие школы. Окончив Польскую семинарию в 1859 году, Маккинли в следующем году поступил в Колледж Аллегени в Мидвилле, штат Пенсильвания. Он был почетным членом братства Сигма Альфа Эпсилон. Он проучился в Аллегени один год и вернулся домой в 1860 году после болезни и депрессии. Он также учился в Маунт-Юнион-колледже в Альянсе, штат Огайо, где впоследствии стал членом совета управляющих. Хотя здоровье Маккинли улучшилось, финансовое положение семьи ухудшилось, и он не смог вернуться в Аллегени. Он начал работать почтовым клерком, а затем устроился учителем в школу недалеко от Польши, штат Огайо.

Западная Вирджиния и Антиэтам

Когда в 1861 году штаты Конфедерации вышли из состава Союза и началась Гражданская война в США, тысячи мужчин в Огайо добровольно поступили на военную службу. Среди них были Маккинли и его кузен Уильям Маккинли Осборн, которые в июне 1861 года записались рядовыми в новосформированную Польскую гвардию. Они отправились в Колумбус, где были объединены с другими небольшими подразделениями для формирования 23-го пехотного полка Огайо. Солдаты были недовольны, узнав, что, в отличие от более ранних добровольческих полков Огайо, они не смогут выбирать своих офицеров – их будет назначать губернатор Огайо Уильям Деннисон. Деннисон назначил полковника Уильяма Роузкранса командиром полка, и солдаты приступили к тренировкам на окраине Колумбуса. Маккинли быстро освоился в солдатской жизни: он написал серию писем в газету своего родного города, восхваляя армию и дело Союза. Задержки с выдачей униформы и оружия вновь привели к конфликту солдат с офицерами, но майор Резерфорд Б. Хейз убедил их принять то, что им выдало правительство; его манера общения с солдатами произвела впечатление на Маккинли, положив начало дружбе, которая продлилась до смерти Хейза в 1893 году. После месяца тренировок Маккинли и 23-й полк Огайо, теперь под командованием полковника Элиакима П. Скамона, в июле 1861 года отправились в западную Вирджинию (ныне часть Западной Вирджинии) в составе Канахва-дивизии. Сначала Маккинли считал Скамона строгим, но когда полк вступил в бой, он оценил пользу их упорных тренировок. Первое столкновение с противником произошло в сентябре, когда они отбросили войска Конфедерации у Карнифекс-Ферри на территории современной Западной Вирджинии. Через три дня после битвы Маккинли был назначен на службу в офис бригадного квартирмейстера, где он занимался как снабжением своего полка, так и выполнял обязанности клерка. В ноябре полк разместился на зимних квартирах возле Файетвилля (ныне в Западной Вирджинии). Зимой Маккинли заменял заболевшего сержанта продовольственного снабжения, и в апреле 1862 года был повышен до этого звания. Весной того же года полк возобновил наступление под командованием Хейса (бригаду возглавлял Скамон) и участвовал в нескольких незначительных стычках с мятежниками. В сентябре того же года полк Маккинли был вызван на восток для подкрепления армии генерала Джона Поупа в Вирджинии во время Второй битвы при Булл-Ране. Из-за задержки при прохождении через Вашингтон, округ Колумбия, 23-й полк Огайо не прибыл к битве вовремя, но присоединился к армии Потомака, которая спешно двигалась на север, чтобы отрезать Армию Северной Вирджинии Роберта Ли, продвигавшуюся в Мэриленд. 23-й полк первым столкнулся с конфедератами в битве при Южной Горе 14 сентября. После тяжелых потерь войска Союза отбросили конфедератов и продолжили движение к Шарпсбургу, штат Мэриленд, где они вступили в бой с армией Ли в битве при Антиэтеме, одной из самых кровопролитных битв войны. 23-й полк находился в гуще сражения при Антиэтеме, и Маккинли подвергся интенсивному обстрелу, когда доставлял продовольствие солдатам на передовой. Полк Маккинли понес большие потери, но армия Потомака одержала победу, и конфедераты отступили в Вирджинию. Полк Маккинли был отстранен от армии Потомака и вернулся на поезде в западную Вирджинию.

When the Confederate states seceded and the American Civil War began in 1861, thousands of men in Ohio volunteered for service. Among them were McKinley and his cousin William McKinley Osbourne, who enlisted as privates in the newly formed Poland Guards in June 1861. The men left for Columbus where they were consolidated with other small units to form the 23rd Ohio Infantry. The men were unhappy to learn that, unlike Ohio's earlier volunteer regiments, they would not be permitted to elect their officers; these would be designated by Ohio's governor, William Dennison. Dennison appointed Colonel William Rosecrans as the commander of the regiment, and the men began training on the outskirts of Columbus. McKinley quickly took to the soldier's life: he wrote a series of letters to his hometown newspaper extolling the army and the Union cause. Delays in issuance of uniforms and weapons again brought the men into conflict with their officers, but Major Rutherford B. Hayes convinced them to accept what the government had issued them; his style in dealing with the men impressed McKinley, beginning an association and friendship that would last until Hayes's death in 1893. After a month of training, McKinley and the 23rd Ohio, now led by Colonel Eliakim P. Scammon, set out for western Virginia (today part of West Virginia) in July 1861 as a part of the Kanawha Division. McKinley initially thought Scammon was a martinet, but when the regiment entered battle, he came to appreciate the value of their relentless drilling. Their first contact with the enemy came in September when they drove back Confederate troops at Carnifex Ferry in present day West Virginia. Three days after the battle, McKinley was assigned to duty in the brigade quartermaster office, where he worked both to supply his regiment, and as a clerk. In November, the regiment established winter quarters near Fayetteville (today in West Virginia). McKinley spent the winter substituting for a commissary sergeant who was ill, and in April 1862 he was promoted to that rank. The regiment resumed its advance that spring with Hayes in command (Scammon led the brigade) and fought several minor engagements against the rebel forces. That September, McKinley's regiment was called east to reinforce General John Pope's Army of Virginia at the Second Battle of Bull Run. Delayed in passing through Washington, D. C., the 23rd Ohio did not arrive in time for the battle but joined the Army of the Potomac as it hurried north to cut off Robert E. Lee's Army of Northern Virginia as it advanced into Maryland. The 23rd was the first regiment to encounter the Confederates at the Battle of South Mountain on September 14. After severe losses, Union forces drove back the Confederates and continued to Sharpsburg, Maryland, where they engaged Lee's army at the Battle of Antietam, one of the bloodiest battles of the war. The 23rd was in the thick of the fighting at Antietam, and McKinley came under heavy fire when bringing rations to the men on the line. McKinley's regiment suffered many casualties, but the Army of the Potomac was victorious, and the Confederates retreated into Virginia. McKinley's regiment was detached from the Army of the Potomac and returned by train to western Virginia.

Долина Шенендоа и продвижение

В то время как полк разместился на зимних квартирах возле Чарльстона, штат Вирджиния (ныне Западная Вирджиния), Маккинли получил приказ вернуться в Огайо с несколькими другими сержантами для набора новобранцев. По прибытии в Колумбус губернатор Дэвид Тод неожиданно для Маккинли присвоил ему звание второго лейтенанта в знак признания его заслуг в битве при Антиэтеме. Маккинли и его сослуживцы почти не участвовали в сражениях до июля 1863 года, когда их дивизия столкнулась с кавалерией Джона Ханта Моргана в битве при острове Баффингтон. В начале 1864 года структура командования армией в Западной Вирджинии была реорганизована, и дивизия вошла в состав Армии Западной Вирджинии под командованием Джорджа Крука. Вскоре они возобновили наступление, вторгшись в юго-западную Вирджинию с целью уничтожения соляных и свинцовых рудников, используемых противником. 9 мая армия вступила в бой с войсками Конфедерации у горы Клойд, где солдаты штурмовали вражеские укрепления и вытеснили мятежников с поля боя. Позже Маккинли вспоминал, что этот бой был "таким же ожесточённым, как и любой, виденный во время войны". После разгрома войска Союза уничтожили запасы конфедератов и успешно провели повторный бой с противником. Маккинли и его полк передислоцировались в долину Шенандоа, когда армии покинули зимние квартиры для возобновления боевых действий. Корпус Крука был присоединен к Армии Шенандоа генерал-майора Дэвида Хантера и вскоре вновь вступил в контакт с силами Конфедерации, захватив Лексингтон, штат Вирджиния, 11 июня. Они продолжили движение на юг к Линчбургу, разрушая железнодорожные пути на своём пути. Однако Хантер посчитал, что войска в Линчбурге слишком сильны, и бригада вернулась в Западную Вирджинию. Прежде чем армия смогла предпринять новую попытку, рейд генерала Джубала Эрли в Мэриленд вынудил их отступить на север. Армия Эрли застала их врасплох в Кернстауне 24 июля, где Маккинли подвергся интенсивному обстрелу, и армия потерпела поражение. Отступая в Мэриленд, армия была вновь реорганизована: генерал-майор Филипп Шеридан заменил Хантера, а Маккинли, который после битвы был повышен до капитана, был переведён в штаб генерала Крука. К августу Эрли отступал на юг по долине, а армия Шеридана преследовала его. Они отразили атаку конфедератов у Берривилла, где у Маккинли из-под него выбили лошадь, и продвинулись к Опекуон-Крик, где сломили ряды противника и продолжили преследование на юг. Они закрепили победу ещё одной победой на Фишерском холме 22 сентября и вновь вступили в бой у Сидар-Крик 19 октября. После первоначального отступления под натиском конфедератов Маккинли помог поднять дух войск и переломить ход битвы. После Сидар-Крик армия оставалась в этом районе до дня выборов, когда Маккинли отдал свой первый президентский голос за действующего республиканца Авраама Линкольна. На следующий день они двинулись на север, вверх по долине, к зимним квартирам недалеко от Кернстауна. В феврале 1865 года Крук был захвачен в плен конфедератами. Захват Крука добавил хаоса, поскольку армия была реорганизована для весенней кампании, и Маккинли в течение следующих пятнадцати дней служил в штабах четырёх разных генералов: Крука, Джона Д. Стивенсона, Сэмюэля С. Кэрролла и Винфилда С. Хэнкока. В конечном итоге, вновь назначенный в штаб Кэрролла, Маккинли стал его первым и единственным адъютантом. Через несколько дней Ли и его армия сдались генералу Улиссу Гранту, фактически положив конец войне. Маккинли вступил в масонскую ложу (позже названную в его честь) в Винчестере, штат Вирджиния, прежде чем он и Кэрролл были переведены в Первый корпус ветеранов Хэнкока в Вашингтоне. Непосредственно перед окончанием войны Маккинли получил своё последнее повышение – внеочередное звание майора. В июле корпус ветеранов был расформирован, и Маккинли с Кэрроллом были освобождены от исполнения обязанностей. Кэрролл и Хэнкок посоветовали Маккинли подать заявление о приеме на службу в мирное время, но он отказался и в следующем месяце вернулся в Огайо. Маккинли, вместе с Сэмюэлем М. Тейлором и Джеймсом С. Хоу, стал соавтором и издателем двенадцатитомного труда "Официальный список солдат штата Огайо в войне Севера и Юга 1861–1866 гг.", опубликованного в 1886 году.

While the regiment went into winter quarters near Charleston, Virginia (present day West Virginia), McKinley was ordered back to Ohio with some other sergeants to recruit fresh troops. When they arrived in Columbus, Governor David Tod surprised McKinley with a commission as second lieutenant in recognition of his service at Antietam. McKinley and his comrades saw little action until July 1863, when the division skirmished with John Hunt Morgan's cavalry at the Battle of Buffington Island. Early in 1864, the Army command structure in West Virginia was reorganized, and the division was assigned to George Crook's Army of West Virginia. They soon resumed the offensive, marching into southwestern Virginia to destroy salt and lead mines used by the enemy. On May 9, the army engaged Confederate troops at Cloyd's Mountain, where the men charged the enemy entrenchments and drove the rebels from the field. McKinley later said the combat there was "as desperate as any witnessed during the war". Following the rout, the Union forces destroyed Confederate supplies and skirmished with the enemy again successfully. McKinley and his regiment moved to the Shenandoah Valley as the armies broke from winter quarters to resume hostilities. Crook's corps was attached to Major General David Hunter's Army of the Shenandoah and soon back in contact with Confederate forces, capturing Lexington, Virginia, on June 11. They continued south toward Lynchburg, tearing up railroad track as they advanced. Hunter believed the troops at Lynchburg were too powerful, however, and the brigade returned to West Virginia. Before the army could make another attempt, Confederate General Jubal Early's raid into Maryland forced their recall to the north. Early's army surprised them at Kernstown on July 24, where McKinley came under heavy fire and the army was defeated. Retreating into Maryland, the army was reorganized again: Major General Philip Sheridan replaced Hunter, and McKinley, who had been promoted to captain after the battle, was transferred to General Crook's staff. By August, Early was retreating south in the valley, with Sheridan's army in pursuit. They fended off a Confederate assault at Berryville, where McKinley had a horse shot out from under him, and advanced to Opequon Creek, where they broke the enemy lines and pursued them farther south. They followed up the victory with another at Fisher's Hill on September 22 and were engaged once more at Cedar Creek on October 19. After initially falling back from the Confederate advance, McKinley helped to rally the troops and turn the tide of the battle. After Cedar Creek, the army stayed in the vicinity through election day, when McKinley cast his first presidential ballot, for the incumbent Republican, Abraham Lincoln. The next day, they moved north up the valley into winter quarters near Kernstown. In February 1865, Crook was captured by Confederate raiders. Crook's capture added to the confusion as the army was reorganized for the spring campaign, and McKinley served on the staffs of four different generals over the next fifteen days—Crook, John D. Stevenson, Samuel S. Carroll, and Winfield S. Hancock. Finally assigned to Carroll's staff again, McKinley acted as the general's first and only adjutant. Lee and his army surrendered to General Ulysses S. Grant a few days later, effectively ending the war. McKinley joined a Freemason lodge (later renamed after him) in Winchester, Virginia, before he and Carroll were transferred to Hancock's First Veterans Corps in Washington. Just before the war's end, McKinley received his final promotion, a brevet commission as major. In July, the Veterans Corps was mustered out of service, and McKinley and Carroll were relieved of their duties. Carroll and Hancock encouraged McKinley to apply for a place in the peacetime army, but he declined and returned to Ohio the following month. McKinley, along with Samuel M. Taylor and James C. Howe, co authored and published a twelve volume work, Official Roster of the Soldiers of the State of Ohio in the War of the Rebellion, 1861–1866, published in 1886.

Юридическая карьера и брак

После окончания войны в 1865 году Маккинли решил сделать карьеру юристом и начал стажироваться в офисе адвоката в Поланде, штат Огайо. В следующем году он продолжил обучение в юридической школе в Олбани, штат Нью-Йорк. Поучившись там менее года, Маккинли вернулся домой и в марте 1867 года был допущен к адвокатской практике в Уоррене, штат Огайо. В том же году он переехал в Кантон, административный центр округа Старк, и открыл небольшую контору. Вскоре он объединился в партнерство с Джорджем В. Белденом, опытным юристом и бывшим судьей. Его практика оказалась достаточно успешной, чтобы он смог купить здание на Мейн-стрит в Кантоне, которое на протяжении десятилетий приносило ему небольшой, но стабильный доход от аренды. Когда его друг, Резерфорд Б. Хейс, был выдвинут кандидатом в губернаторы в 1867 году, Маккинли выступал с речами в его поддержку в округе Старк, что стало его первым опытом в политике. Округ был разделен между демократами и республиканцами, но Хейс одержал победу на выборах в масштабе штата. В 1869 году Маккинли баллотировался на должность окружного прокурора округа Старк, которую традиционно занимали демократы, и неожиданно победил. Когда в 1871 году Маккинли баллотировался на переизбрание, демократы выдвинули Вильяма А. Линча, известного местного адвоката, и Маккинли проиграл ему с разницей в 143 голоса. По мере развития профессиональной карьеры Маккинли, его личная жизнь также расцветала: он ухаживал за Айдой Сакстон, дочерью видной семьи из Кантона. Они поженились 25 января 1871 года в недавно построенной Первой пресвитерианской церкви Кантона. Вскоре Ида присоединилась к методистской церкви своего мужа. Их первая дочь, Кэтрин, родилась в Рождество 1871 года. В 1873 году родилась вторая дочь, Ида, но она умерла в том же году. Жена Маккинли впала в глубокую депрессию после смерти дочери, и ее здоровье, и без того некрепкое, ухудшилось. Через два года Кэтрин умерла от брюшного тифа. Ида так и не оправилась от смерти дочерей, и у Маккинли больше не было детей. Примерно в то же время у Иды Маккинли развилась эпилепсия, и она сильно зависела от присутствия мужа. Он оставался преданным мужем и заботился о медицинских и эмоциональных потребностях жены до конца своей жизни. Ида настаивала на том, чтобы муж продолжал свою все более успешную карьеру в юриспруденции и политике. Он посетил партийный съезд республиканцев штата, на котором Хейс был выдвинут кандидатом в губернаторы на третий срок в 1875 году, и снова агитировал за своего старого друга на выборах осенью. В следующем году Маккинли взялся за громкое дело, защищая группу бастующих шахтеров, арестованных за беспорядки после столкновения с штрейкбрехерами. Противниками Маккинли в этом деле были Линч, его оппонент на выборах 1871 года, и его партнер Уильям Р. Дэй, а среди владельцев шахт был Марк Ханна, бизнесмен из Кливленда. Маккинли взялся за дело бесплатно и добился оправдания всех шахтеров, кроме одного. Это дело повысило авторитет Маккинли среди рабочих, важной части электората округа Старк, и познакомило его с Ханной, который в будущем станет его самым влиятельным сторонником. Хорошие отношения Маккинли с рабочими оказались полезными в том году, когда он баллотировался на выдвижение от республиканцев в 17-й избирательный округ Огайо. Делегаты на окружных съездах считали, что он сможет привлечь голоса рабочих, и в августе 1876 года Маккинли был выдвинут кандидатом. К тому времени Хейс уже был выдвинут кандидатом в президенты, и Маккинли одновременно вел предвыборную кампанию за него и за себя в конгрессе. Оба добились успеха. Маккинли, в основном агитировавший за введение защитного тарифа, победил кандидата от демократов Леви Л. Ламборна с перевесом в 3300 голосов. Хейс выиграл ожесточенные выборы и стал президентом. Победа Маккинли досталась ему ценой личных потерь: его доход в качестве конгрессмена составит половину того, что он зарабатывал в качестве адвоката.

After the war ended in 1865, McKinley decided on a career in the law and began studying in the office of an attorney in Poland, Ohio. The following year, he continued his studies by attending Albany Law School in New York state. After studying there for less than a year, McKinley returned home and was admitted to the bar in Warren, Ohio, in March 1867. That same year, he moved to Canton, the county seat of Stark County, and set up a small office. He soon formed a partnership with George W. Belden, an experienced lawyer and former judge. His practice was successful enough for him to buy a block of buildings on Main Street in Canton, which provided him with a small but consistent rental income for decades to come. When his Army friend Rutherford B. Hayes was nominated for governor in 1867, McKinley made speeches on his behalf in Stark County, his first foray into politics. The county was closely divided between Democrats and Republicans, but Hayes carried it that year in his statewide victory. In 1869, McKinley ran for the office of prosecuting attorney of Stark County, an office that had historically been held by Democrats, and was unexpectedly elected. When McKinley ran for re election in 1871, the Democrats nominated William A. Lynch, a prominent local lawyer, and McKinley was defeated by 143 votes. As McKinley's professional career progressed, so too did his social life blossom: he wooed Ida Saxton, the daughter of a prominent Canton family. They were married on January 25, 1871, in the newly built First Presbyterian Church of Canton. Ida soon joined her husband's Methodist church. Their first child, Katherine, was born on Christmas Day 1871. A second daughter, Ida, followed in 1873 but died the same year. McKinley's wife descended into a deep depression at her baby's death and her health, never robust, declined. Two years later, Katherine died of typhoid fever. Ida never recovered from her daughters' deaths, and the McKinleys had no more children. Ida McKinley developed epilepsy around the same time and depended strongly on her husband's presence. He remained a devoted husband and tended to his wife's medical and emotional needs for the rest of his life. Ida insisted that her husband continue his increasingly successful career in law and politics. He attended the state Republican convention that nominated Hayes for a third term as governor in 1875, and campaigned again for his old friend in the election that fall. The next year, McKinley undertook a high profile case defending a group of striking coal miners, who were arrested for rioting after a clash with strikebreakers. Lynch, McKinley's opponent in the 1871 election, and his partner, William R. Day, were the opposing counsel, and the mine owners included Mark Hanna, a Cleveland businessman. Taking the case pro bono, McKinley
was successful in getting all but one of the miners acquitted. The case raised McKinley's standing among laborers, a crucial part of the Stark County electorate, and also introduced him to Hanna, who would become his strongest backer in years to come. McKinley's good standing with labor became useful that year as he campaigned for the Republican nomination for Ohio's 17th congressional district. Delegates to the county conventions thought he could attract blue collar voters, and in August 1876, McKinley was nominated. By that time, Hayes had been nominated for president, and McKinley campaigned for him while running his own congressional campaign. Both were successful. McKinley, campaigning mostly on his support for a protective tariff, defeated the Democratic nominee, Levi L. Lamborn, by 3,300 votes. Hayes won a hotly disputed election to reach the presidency. McKinley's victory came at a personal cost: his income as a congressman would be half of what he earned as a lawyer.

Манипуляции и поражение на переизбрании

Признавая потенциал Маккинли, демократы, когда они контролировали законодательное собрание Огайо, стремились перекроить или изменить границы его округа, чтобы лишить его места в Конгрессе. В 1878 году Маккинли был переведен в 16-й избирательный округ, но все равно победил, что вызвало восторг у Хейса: "О, какое счастье у Маккинли! Его лишили округа, а он победил, несмотря на перекройку! Мы радовались этому так же, как и он". После выборов 1882 года Маккинли был лишен мандата по результатам оспаривания выборов, практически по партийной линии. Оставшись без работы, он ненадолго впал в уныние, но вскоре пообещал баллотироваться снова. Демократы снова перекроили границы округа Старк для выборов 1884 года, но Маккинли все равно вернулся в Конгресс. В 1890 году демократы в последний раз попытались лишить Маккинли округа, включив округ Старк в состав округа Холмс, одного из самых надежных демократических округов, населенного крепкими сторонниками демократов – голландцами из Пенсильвании. Основываясь на предыдущих результатах, демократы полагали, что новые границы должны обеспечить демократическое большинство в 2000–3000 голосов. Республиканцы не могли отменить перекройку, так как выборы в законодательное собрание должны были состояться только в 1891 году, но они могли направить все свои усилия на этот округ. Тариф Маккинли был главной темой демократической кампании по всей стране, и гонке Маккинли уделялось значительное внимание. Республиканская партия направила в Кантон своих ведущих ораторов, включая Блейна (тогдашнего государственного секретаря), спикера Рида и президента Харрисона. Демократы ответили своими лучшими экспертами по тарифным вопросам. Маккинли неустанно агитировал в своем новом округе, обращаясь к 40 000 избирателей, чтобы объяснить суть его тарифа:

Демократы выдвинули сильного кандидата – бывшего вице-губернатора Джона Уорвика. Чтобы усилить свое воздействие, они наняли молодых сторонников, которые притворялись торговцами, ходя по домам и предлагая домохозяйкам жестяную посуду стоимостью 25 центов за 50, объясняя, что рост цен вызван тарифом Маккинли. В итоге Маккинли проиграл с разницей в 300 голосов, но республиканцы одержали победу на общештатских выборах и заявили о моральной победе.

Губернатор штата Огайо (18921896)

Еще до того, как Маккинли завершил свой срок в Конгрессе, он встретился с делегацией уроженцев Огайо, призывавших его баллотироваться на пост губернатора. Губернатор Джеймс Кемпбелл, демократ, победивший Форэкера в 1889 году, должен был добиваться переизбрания в 1891 году. Республиканская партия Огайо оставалась разделенной, но Маккинли тайно договорился с Форэкером о том, чтобы тот выдвинул его на государственном республиканском съезде в 1891 году, где Маккинли был избран единогласно. Бывший конгрессмен большую часть второй половины 1891 года провел в предвыборной кампании против Кемпбелла, начав ее в своем родном городе Найлс. Однако Ханну редко видели в ходе кампании; он посвятил большую часть своего времени сбору средств для избрания законодателей, обязавшихся голосовать за Шермана на сенаторских выборах 1892 года (законодательные собрания штатов по-прежнему избирали сенаторов США). Маккинли выиграл выборы 1891 года с отрывом примерно в 20 000 голосов; в январе следующего года Шерман, при значительной поддержке Ханны, отразил вызов Форэкера и был переизбран в Сенат США. Губернатор Огайо обладал относительно небольшой властью – например, он мог рекомендовать законопроекты, но не налагать вето – но, учитывая ключевое значение Огайо как колеблющегося штата, его губернатор был важной фигурой в национальной политике. Хотя Маккинли считал, что благополучие нации зависит от благополучия бизнеса, он был справедлив по отношению к рабочим. Он добился принятия закона об учреждении арбитражного совета для разрешения трудовых споров и закона, предусматривающего штрафы для работодателей, увольняющих работников за членство в профсоюзе. Президент Харрисон оказался непопулярен; даже внутри Республиканской партии существовали разногласия к началу 1892 года, когда Харрисон начал свою предвыборную кампанию. Хотя ни один из республиканцев официально не выступал против Харрисона, многие были готовы снять его кандидатуру, если появится альтернатива. Среди возможных кандидатов, о которых говорили, были Маккинли, Рид и стареющий Блейн. Опасаясь, что губернатор Огайо станет кандидатом, окружение Харрисона добилось назначения Маккинли постоянным председателем съезда в Миннеаполисе, что требовало от него публичной и нейтральной роли. Ханна организовал неофициальную штаб-квартиру Маккинли рядом со съездом, хотя активных усилий по привлечению делегатов на сторону Маккинли не предпринималось. Маккинли возражал против голосования делегатов за него, однако он занял второе место после переизбранного Харрисона, но опередил Блейна, который сообщил, что не желает быть кандидатом. Несмотря на то, что Маккинли активно поддерживал республиканцев, Харрисон проиграл выборы бывшему президенту Кливленду в ноябре. После победы Кливленда некоторые рассматривали Маккинли как вероятного кандидата от республиканцев в 1896 году. Вскоре после возвращения Кливленда к власти страну постигла паника 1893 года. Роберт Уокер, бизнесмен из Янгстауна, в молодости давал Маккинли в долг; в знак благодарности Маккинли часто поручался за займы Уокера для его бизнеса. Губернатор никогда не следил за тем, что он подписывал, считая Уокера надежным дельцом. На самом деле Уокер обманул Маккинли, утверждая, что новые векселя на самом деле являются продлением существующих. Рецессия разорила Уокера, и в феврале 1893 года Маккинли потребовали вернуть долг. Общая сумма долга превышала 100 000 долларов (что эквивалентно примерно <рассчитанной сумме> миллионам в современных деньгах), и отчаявшийся Маккинли сначала предложил уйти в отставку с поста губернатора и заработать деньги в качестве адвоката. Вместо этого состоятельные сторонники Маккинли, включая Ханну и чикагского издателя Х.Х. Кользата, стали доверительными управляющими фондом, из которого должны были выплачиваться векселя. Уильям и Айда Маккинли передали свое имущество в управление доверительным управляющим фонда (включая Ханну и Кользата), а сторонники собрали и внесли значительную сумму денег. К концу 1893 года супругам было возвращено все имущество, и когда Маккинли, пообещавший в конечном итоге выплатить долг, попросил список вкладчиков, ему отказали. Многие люди, пострадавшие во время тяжелых времен, сочувствовали Маккинли, чья популярность росла. В ноябре 1893 года он был легко переизбран, получив самый высокий процент голосов среди губернаторов Огайо со времен Гражданской войны. Маккинли активно агитировал за республиканцев на промежуточных выборах в Конгресс в 1894 году; многие кандидаты от партии в округах, где он выступал, добились успеха. Его политические усилия в Огайо были вознаграждены избранием в ноябре 1895 года республиканского преемника на пост губернатора, Асы Башнелла, и республиканского законодательного собрания, которое избрало Форэкера в Сенат. Маккинли поддержал Форэкера в Сенат и Башнелла (который принадлежал к фракции Форэкера) на пост губернатора; в ответ новоизбранный сенатор согласился поддержать президентские амбиции Маккинли. Обеспечив партийное единство в Огайо, Маккинли обратился к национальной арене.

Even before McKinley completed his term in Congress, he met with a delegation of Ohioans urging him to run for governor. Governor James E. Campbell, a Democrat, who had defeated Foraker in 1889, was to seek re election in 1891. The Ohio Republican party remained divided, but McKinley quietly arranged for Foraker to nominate him at the 1891 state Republican convention, which chose McKinley by acclamation. The former congressman spent much of the second half of 1891 campaigning against Campbell, beginning in his birthplace of Niles. Hanna, however, was little seen in the campaign; he spent much of his time raising funds for the election of legislators pledged to vote for Sherman in the 1892 senatorial election. (State legislators still elected US Senators.) McKinley won the 1891 election by some 20,000 votes; the following January, Sherman, with considerable assistance from Hanna, turned back a challenge by Foraker to win the legislature's vote for another term in the US Senate. Ohio's governor had relatively little power—for example, he could recommend legislation, but not veto it—but with Ohio a key swing state, its governor was a major figure in national politics. Although McKinley believed that the health of the nation depended on that of business, he was evenhanded in dealing with labor. He procured legislation that set up an arbitration board to settle work disputes and obtained passage of a law that fined employers who fired workers for belonging to a union. President Harrison had proven unpopular; there were divisions even within the Republican party as the year 1892 began and Harrison began his re election drive. Although no declared Republican candidate opposed Harrison, many Republicans were ready to dump the president from the ticket if an alternative emerged. Among the possible candidates spoken of were McKinley, Reed, and the aging Blaine. Fearing that the Ohio governor would emerge as a candidate, Harrison's managers arranged for McKinley to be permanent chairman of the convention in Minneapolis, requiring him to play a public, neutral role. Hanna established an unofficial McKinley headquarters near the convention hall, though no active effort was made to convert delegates to McKinley's cause. McKinley objected to delegate votes being cast for him; nevertheless he finished second, behind the renominated Harrison, but ahead of Blaine, who had sent word he did not want to be considered. Although McKinley campaigned loyally for the Republican ticket, Harrison was defeated by former President Cleveland in the November election. In the wake of Cleveland's victory, McKinley was seen by some as the likely Republican candidate in 1896. Soon after Cleveland's return to office, hard times struck the nation with the Panic of 1893. A businessman in Youngstown, Robert Walker, had lent money to McKinley in their younger days; in gratitude, McKinley had often guaranteed Walker's borrowings for his business. The governor had never kept track of what he was signing; he believed Walker a sound businessman. In fact, Walker had deceived McKinley, telling him that new notes were actually renewals of matured ones. Walker was ruined by the recession; McKinley was called upon for repayment in February 1893. The total owed was over $100,000 (equivalent to $0.1 in 1893 is equivalent to about <calculated amount> in recent years million in ) and a despairing McKinley initially proposed to resign as governor and earn the money as an attorney. Instead, McKinley's wealthy supporters, including Hanna and Chicago publisher H. H. Kohlsaat, became trustees of a fund from which the notes would be paid. Both William and Ida McKinley placed their property in the hands of the fund's trustees (who included Hanna and Kohlsaat), and the supporters raised and contributed a substantial sum of money. All of the couple's property was returned to them by the end of 1893, and when McKinley, who had promised eventual repayment, asked for the list of contributors, it was refused him. Many people who had suffered in the hard times sympathized with McKinley, whose popularity grew. He was easily re elected in November 1893, receiving the largest percentage of the vote of any Ohio governor since the Civil War. McKinley campaigned widely for Republicans in the 1894 midterm congressional elections; many party candidates in districts where he spoke were successful. His political efforts in Ohio were rewarded with the election in November 1895 of a Republican successor as governor, Asa Bushnell, and a Republican legislature that elected Foraker to the Senate. McKinley supported Foraker for the Senate and Bushnell (who was of Foraker's faction) for governor; in return, the new senator elect agreed to back McKinley's presidential ambitions. With party peace in Ohio assured, McKinley turned to the national arena.

Получение номинации

Неясно, когда Уильям Маккинли начал серьезно готовиться к президентской гонке. Как отмечает биограф Маккинли Кевин Филлипс, "Никаких документов, дневников, конфиденциальных писем Марку Ханне (или кому-либо еще) не содержит его тайных надежд или завуалированных стратегий". С самого начала в подготовке Маккинли принимал участие Ханна, биограф которого Уильям Т. Хорнер отметил: "Безусловно, верно то, что в 1888 году эти два человека начали развивать тесные рабочие отношения, которые помогли Маккинли попасть в Белый дом". Шерман больше не баллотировался на пост президента после 1888 года, и поэтому Ханна мог всецело поддержать амбиции Маккинли на этот пост. Поддерживаемый деньгами и организаторскими способностями Ханны, Маккинли тихо наращивал поддержку для президентской кампании в 1895 и начале 1896 года. Когда другие претенденты, такие как спикер Рид и сенатор от Айовы Уильям Б. Эллисон, отправляли агентов за пределы своих штатов для организации республиканцев в поддержку своих кандидатур, они обнаруживали, что агенты Ханны опередили их. Согласно историку Стэнли Джонсу в его исследовании выборов 1896 года: Ханна от имени Маккинли встречался с влиятельными республиканцами на Востоке, такими как сенаторы Томас Платт из Нью-Йорка и Мэтью Куэй из Пенсильвании, которые были готовы гарантировать Маккинли выдвижение в обмен на обещания относительно должностей и патронажа. Однако Маккинли был полон решимости получить выдвижение без каких-либо сделок, и Ханна принял это решение. Многие из их первых усилий были сосредоточены на Юге; Ханна приобрел дом для отдыха в южной Джорджии, где Маккинли посещал и встречался с республиканскими политиками из региона. Маккинли требовалось 453½ голосов делегатов для получения выдвижения; он получил почти половину этого числа от Юга и пограничных штатов. Платт с сожалением писал в своих мемуарах: "[Ханна] практически полностью обеспечил поддержку Юга, прежде чем некоторые из нас проснулись". Куэй и Платт все еще надеялись лишить Маккинли большинства голосов на съезде, усилив поддержку местных фаворитов, таких как сам Куэй, губернатор Нью-Йорка (и бывший вице-президент) Леви П. Мортон и сенатор от Иллинойса Шелби Каллом. Богатый делегатами Иллинойс оказался решающим полем битвы, поскольку сторонники Маккинли, такие как чикагский бизнесмен (и будущий вице-президент) Чарльз Г. Доус, стремились избрать делегатов, обязавшихся голосовать за Маккинли на национальном съезде в Сент-Луисе. Каллом не смог противостоять Маккинли, несмотря на поддержку местных республиканских организаций; на съезде штата в конце апреля Маккинли почти полностью завоевал делегатов от Иллинойса. Бывший президент Харрисон считался возможным кандидатом, если бы он вступил в гонку; когда Харрисон заявил, что не будет добиваться третьего выдвижения, организация Маккинли быстро взяла под контроль Индиану, что Гаррисону показалось неприличным. Сотрудники Мортона, отправившиеся в Индиану, сообщили, что штат был полон поддержки Маккинли. Сенатор от Вайоминга Фрэнсис Уоррен писал: "Политики упорно борются против него, но если бы народ мог высказаться, Маккинли был бы выбором как минимум 75% всех республиканских избирателей в стране". К моменту начала национального съезда в Сент-Луисе 16 июня 1896 года Маккинли имел подавляющее большинство делегатов. Бывший губернатор, оставшийся в Кантоне, внимательно следил за событиями на съезде по телефону и смог услышать часть речи Форэкера, выдвигавшего его кандидатуру. Когда в списке штатов дошла очередь до Огайо, его голоса обеспечили Маккинли выдвижение, которое он отметил объятиями с женой и матерью, в то время как его друзья покинули дом, предвидя первую из многих толп, собравшихся у дома республиканского кандидата. Тысячи сторонников прибыли из Кантона и окрестных городов тем вечером, чтобы услышать речь Маккинли с его крыльца. На съезде был выдвинут вице-президентом заместитель председателя Республиканского национального комитета Гаррет Хобарт из Нью-Джерси, выбор, по мнению большинства, был сделан Ханной. Хобарт, состоятельный адвокат, бизнесмен и бывший законодатель штата, не был широко известен, но, как отметил биограф Ханны Герберт Кроли, "если он мало что сделал для укрепления списка кандидатов, то и не ослабил его".

It is unclear when William McKinley began to seriously prepare a run for president. As McKinley biographer Kevin Phillips notes, "No documents, no diaries, no confidential letters to Mark Hanna (or anyone else) contain his secret hopes or veiled stratagems." From the beginning, McKinley's preparations had the participation of Hanna, whose biographer William T. Horner noted, "What is certainly true is that in 1888 the two men began to develop a close working relationship that helped put McKinley in the White House." Sherman did not run for president again after 1888, and so Hanna could support McKinley's ambitions for that office wholeheartedly. Backed by Hanna's money and organizational skills, McKinley quietly built support for a presidential bid through 1895 and early 1896. When other contenders such as Speaker Reed and Iowa Senator William B. Allison sent agents outside their states to organize Republicans in support of their candidacies, they found that Hanna's agents had preceded them. According to historian Stanley Jones in his study of the 1896 election:

Hanna, on McKinley's behalf, met with the eastern Republican political bosses, such as Senators Thomas Platt of New York and Matthew Quay of Pennsylvania, who were willing to guarantee McKinley's nomination in exchange for promises regarding patronage and offices. McKinley, however, was determined to obtain the nomination without making deals, and Hanna accepted that decision. Many of their early efforts were focused on the South; Hanna obtained a vacation home in southern Georgia where McKinley visited and met with Republican politicians from the region. McKinley needed 453½ delegate votes to gain the nomination; he gained nearly half that number from the South and border states. Platt lamented in his memoirs, "[Hanna] had the South practically solid before some of us awakened." Quay and Platt still hoped to deny McKinley a first ballot majority at the convention by boosting support for local favorite son candidates such as Quay himself, New York Governor (and former vice president) Levi P. Morton, and Illinois Senator Shelby Cullom. Delegate rich Illinois proved a crucial battleground, as McKinley supporters, such as Chicago businessman (and future vice president) Charles G. Dawes, sought to elect delegates pledged to vote for McKinley at the national convention in St. Louis. Cullom proved unable to stand against McKinley despite the support of local Republican machines; at the state convention at the end of April, McKinley completed a near sweep of Illinois' delegates. Former president Harrison had been deemed a possible contender if he entered the race; when Harrison made it known he would not seek a third nomination, the McKinley organization took control of Indiana with a speed Harrison privately found unseemly. Morton operatives who journeyed to Indiana sent word back that they had found the state alive for McKinley. Wyoming Senator Francis Warren wrote, "The politicians are making a hard fight against him, but if the masses could speak, McKinley is the choice of at least 75% of the entire [body of] Republican voters in the Union". By the time the national convention began in St. Louis on June 16, 1896, McKinley had an ample majority of delegates. The former governor, who remained in Canton, followed events at the convention closely by telephone, and was able to hear part of Foraker's speech nominating him over the line. When Ohio was reached in the roll call of states, its votes gave McKinley the nomination, which he celebrated by hugging his wife and mother as his friends fled the house, anticipating the first of many crowds that gathered at the Republican candidate's home. Thousands of partisans came from Canton and surrounding towns that evening to hear McKinley speak from his front porch. The convention nominated Republican National Committee vice chairman Garret Hobart of New Jersey for vice president, a choice actually made, by most accounts, by Hanna. Hobart, a wealthy lawyer, businessman, and former state legislator, was not widely known, but as Hanna biographer Herbert Croly pointed out, "if he did little to strengthen the ticket he did nothing to weaken it".

Перестройка 1896 года

Президентские выборы 1896 года стали переломными, на которых возобладала позиция Маккинли о сильном центральном правительстве, развивающем американскую промышленность посредством протекционистских тарифов и доллара, обеспеченного золотом. Сформировавшиеся тогда модели голосования положили конец политическому тупику, наблюдаемому между основными партиями со времен Гражданской войны в рамках Трехпартийной системы. Начавшееся с этого республиканское доминирование ознаменовало начало Четвертой партийной системы, которая завершилась в 1932 году – еще одни переломные выборы, связанные с приходом к власти Франклина Рузвельта и формированием коалиции «Нового курса». Филлипс утверждает, что Маккинли, вероятно, был единственным республиканцем, способным победить Брайана, и приходит к выводу, что кандидаты с Востока показали бы плохой результат против уроженца Иллинойса Брайана на решающем Среднем Западе. В то время как Брайан пользовался популярностью среди сельских избирателей, «Маккинли апеллировал к совершенно иной, индустриализированной и урбанизированной Америке».

Инаугурация и назначения

Маккинли был приведен к присяге в качестве президента 4 марта 1897 года в присутствии жены и матери. Новый президент произнес пространную инаугурационную речь, в которой призвал к тарифной реформе и заявил, что вопрос о валюте должен дождаться принятия тарифного законодательства. Он предостерег от иностранного вмешательства, заявив: «Мы не хотим завоевательных войн. Мы должны избегать искушения территориальной агрессии». Самым спорным назначением Маккинли в кабинет стало назначение Джона Шермана госсекретарем. Шерман имел выдающуюся репутацию, но старость быстро подрывала его способности. Маккинли нуждался в назначении Ханны в Сенат, поэтому сенатор Шерман был выдвинут на более высокую должность. Уже в 1896 году широко обсуждалось ухудшение умственных способностей Шермана, но Маккинли не верил слухам. Тем не менее, Маккинли отправил своего кузена Уильяма Маккинли Осборна на ужин с 73-летним сенатором, который доложил, что Шерман казался таким же здравомыслящим, как и прежде. После объявления о назначении Маккинли написал: «Рассказы об «умственном упадке» сенатора Шермана не имеют под собой оснований. Когда я видел его в последний раз, я был убежден в его безупречном физическом и психическом здоровье, и в том, что перспективы жизни у него весьма благоприятные». Представитель штата Мэн Нельсон Дингли-младший был кандидатурой Маккинли на пост министра финансов, но он отказался, предпочтя остаться председателем Комитета по путям и средствам. Чарльз Доуэс, который во время кампании был помощником Ханны в Чикаго, рассматривался на должность казначея, но, по некоторым сведениям, сам Доуэс считал себя слишком молодым. В итоге Доуэс стал контролером валюты и записал в своем опубликованном дневнике, что настоятельно рекомендовал Маккинли назначить успешного кандидата Лаймана Дж. Гейджа, президента Первого национального банка Чикаго и сторонника золотого стандарта. 30 января 1897 года пост министра военно-морского флота был предложен бывшему конгрессмену из Массачусетса Джону Дэвису Лонгу, старому другу по Палате представителей. Хотя Маккинли изначально склонялся к тому, чтобы Лонг выбрал себе помощника, избранного президента убеждали назначить Теодора Рузвельта, главу полиции Нью-Йорка и известного военно-морского историка. Маккинли неохотно сказал одному из сторонников Рузвельта: «Я хочу мира, и мне говорят, что ваш друг Теодор постоянно вступает в конфликты со всеми». Тем не менее, он сделал назначение. Помимо Шермана, Маккинли сделал еще одно неудачное назначение в кабинет – на пост военного министра, который достался Расселу А. Алжеру, бывшему генералу и губернатору Мичигана. Достаточно компетентный в мирное время, Алджер оказался некомпетентен, когда началась война с Испанией. Военное ведомство было охвачено скандалами, и Алджер подал в отставку по просьбе Маккинли в середине 1899 года. Вице-президент Хобарт, как было принято в то время, не приглашался на заседания кабинета. Однако он оказался ценным советником как для Маккинли, так и для членов его кабинета. Богатый вице-президент арендовал резиденцию недалеко от Белого дома, и семьи часто посещали друг друга без формальностей, а жена вице-президента Дженни Таттл Хобарт иногда заменяла хозяйку Белого дома, когда Ида Маккинли болела. На протяжении большей части президентства Маккинли его личным секретарем служил Джордж Б. Кортелу. Кортелу, который занимал три должности в кабинете при Теодоре Рузвельте, стал для Маккинли одновременно пресс-секретарем и начальником штаба.

McKinley was sworn in as president on March 4, 1897, as his wife and mother looked on. The new president gave a lengthy inaugural address; he urged tariff reform and stated that the currency issue would have to await tariff legislation. He warned against foreign interventions, "We want no wars of conquest. We must avoid the temptation of territorial aggression." McKinley's most controversial Cabinet appointment was that of John Sherman as Secretary of State. Sherman had an outstanding reputation, but old age was fast reducing his abilities. McKinley needed to have Hanna appointed to the Senate, so Senator Sherman was moved up. Sherman's mental faculties were decaying even in 1896; this was widely spoken of in political circles, but McKinley did not believe the rumors. Nevertheless, McKinley sent his cousin, William McKinley Osborne, to have dinner with the 73 year old senator; he reported back that Sherman seemed as lucid as ever. McKinley wrote once the appointment was announced, "the stories regarding Senator Sherman's 'mental decay' are without foundation When I saw him last I was convinced both of his perfect health, physically and mentally, and that the prospects of life were remarkably good." Maine Representative Nelson Dingley Jr. was McKinley's choice for Secretary of the Treasury; he declined it, preferring to remain as chairman of the Ways and Means Committee. Charles Dawes, who had been Hanna's lieutenant in Chicago during the campaign, was considered for the Treasury post but by some accounts Dawes considered himself too young. Dawes eventually became Comptroller of the Currency; he recorded in his published diary that he had strongly urged McKinley to appoint as secretary the successful candidate, Lyman J. Gage, president of the First National Bank of Chicago and a Gold Democrat. The Navy Department was offered to former Massachusetts Congressman John Davis Long, an old friend from the House, on January 30, 1897. Although McKinley was initially inclined to allow Long to choose his own assistant, there was considerable pressure on the President elect to appoint Theodore Roosevelt, head of the New York City Police Commission and a published naval historian. McKinley was reluctant, stating to one Roosevelt booster, "I want peace and I am told that your friend Theodore is always getting into rows with everybody." Nevertheless, he made the appointment. In addition to Sherman, McKinley made one other ill advised Cabinet appointment, that of Secretary of War, which fell to Russell A. Alger, former general and Michigan governor. Competent enough in peacetime, Alger proved inadequate once the conflict with Spain began. With the War Department plagued by scandal, Alger resigned at McKinley's request in mid 1899. Vice President Hobart, as was customary at the time, was not invited to Cabinet meetings. However, he proved a valuable adviser both for McKinley and for his Cabinet members. The wealthy Vice President leased a residence close to the White House; the two families visited each other without formality, and the Vice President's wife, Jennie Tuttle Hobart, sometimes substituted as Executive Mansion hostess when Ida McKinley was unwell. For most of McKinley's administration, George B. Cortelyou served as his personal secretary. Cortelyou, who served in three Cabinet positions under Theodore Roosevelt, became a combination press secretary and chief of staff to McKinley.

Кубинский кризис и война с Испанией

На протяжении десятилетий повстанцы на Кубе вели прерывистую кампанию за свободу от испанского колониального правления. К 1895 году конфликт перерос в войну за независимость Кубы. По мере того как война охватила остров, испанские репрессии против повстанцев становились все более жестокими. Американское общественное мнение поддерживало повстанцев, и Маккинли разделял их возмущение испанской политикой. Однако, несмотря на то, что общественное мнение призывало к войне за освобождение Кубы, Маккинли предпочитал мирный подход, надеясь, что путем переговоров Испанию можно будет убедить предоставить Кубе независимость или, по крайней мере, предоставить кубинцам определенную степень автономии. Соединенные Штаты и Испания начали переговоры по этому вопросу в 1897 году, но стало ясно, что Испания никогда не согласится на кубинскую независимость, в то время как повстанцы (и их американские сторонники) не согласятся ни на что меньшее. В январе 1898 года Испания пообещала некоторые уступки повстанцам, но когда американский консул Фитцху Ли сообщил о беспорядках в Гаване, Маккинли согласился отправить линкор "Мэйн". 15 февраля "Мэйн" взорвался и затонул, погибли 266 человек. Общественное внимание сосредоточилось на кризисе, и преобладало мнение, что независимо от того, кто заложил бомбу, Испания потеряла контроль над Кубой. Маккинли настаивал на том, чтобы суд сначала установил, был ли взрыв случайным. Переговоры с Испанией продолжались, пока суд рассматривал доказательства, но 20 марта суд постановил, что "Мэйн" был взорван подводной миной. По мере нарастания давления в Конгрессе с требованием начать войну, Маккинли продолжал вести переговоры о независимости Кубы. Испания отклонила предложения Маккинли, и 11 апреля Маккинли передал вопрос на рассмотрение Конгрессу. Он не просил объявить войну, но Конгресс принял решение и 20 апреля объявил войну, добавив поправку Теллера, которая отвергала любые намерения аннексировать Кубу. Ник Капур утверждает, что действия Маккинли основывались на его принципах арбитража, пацифизма, гуманизма и мужественного самообладания, а не на внешнем давлении. Расширение телеграфной сети и развитие телефона дали Маккинли больший контроль над повседневным управлением войной, чем предыдущие президенты, и он использовал новые технологии для управления передвижениями армии и флота, насколько это было возможно. Маккинли считал Алджера некомпетентным военным министром и не ладил с командующим армией, генералом Нельсоном А. Майлзом. Он обходил их, обращаясь за стратегическими советами сначала к предшественнику Майлза, генералу Джону Скофилду, а затем к адъютанту-генералу Генри Кларку Корбину. Война привела к изменениям в кабинете Маккинли, поскольку президент принял отставку Шермана с поста государственного секретаря. Уильям Р. Дэй согласился занять должность секретаря до конца войны. В течение двух недель флот одержал свою первую победу, когда коммодор Джордж Дьюи уничтожил испанский флот в битве в Манильской бухте на Филиппинах. Ошеломляющая победа Дьюи расширила масштаб войны с Карибского бассейна до войны, которая должна была определить судьбу всех испанских колоний в Тихом океане. В следующем месяце Маккинли увеличил количество войск, отправленных на Филиппины, и предоставил командующему силами, генерал-майору Уэсли Мерриту, полномочия создавать правовые системы и взимать налоги – необходимые условия для длительной оккупации. К тому времени, когда войска прибыли на Филиппины в конце июня 1898 года, Маккинли решил, что Испания должна будет передать архипелаг Соединенным Штатам. Он заявлял, что открыт для всех точек зрения по этому вопросу; однако он полагал, что по мере развития войны общественность потребует сохранения островов в качестве военного трофея. Тем временем в Карибском регионе большая группировка регулярных войск и добровольцев собралась недалеко от Тампы, штат Флорида, для вторжения на Кубу. После длительных задержек армия под командованием генерал-майора Уильяма Руфуса Шафтера 22 июня высадилась недалеко от Сантьяго-де-Кубы. Армия Шафтера вступила в бой с испанскими войсками 2 июля в битве при Сан-Хуан-Хилл. В напряженном дневном сражении американские войска одержали победу, хотя обе стороны понесли большие потери. На следующий день испанская Карибская эскадра, укрывшаяся в гавани Сантьяго, вышла в открытое море и была уничтожена Североатлантической эскадрой в крупнейшем морском сражении войны. Шафтер осадил город Сантьяго, который сдался 17 июля, установив фактический американский контроль над Кубой. Маккинли и Майлз также приказали вторжение в Пуэрто-Рико, которое встретило мало сопротивления при высадке в июле. Удаленность от Испании и уничтожение испанского флота сделали снабжение невозможным, и испанское правительство начало искать способ положить конец войне.

For decades, rebels in Cuba had waged an intermittent campaign for freedom from Spanish colonial rule. By 1895, the conflict had expanded to a war for Cuban independence. As war engulfed the island, Spanish reprisals against the rebels grew ever harsher. American public opinion favored the rebels, and McKinley shared in their outrage against Spanish policies. However while public opinion called for war to liberate Cuba, McKinley favored a peaceful approach, hoping that through negotiation, Spain might be convinced to grant Cuba independence, or at least to allow the Cubans some measure of autonomy. The United States and Spain began negotiations on the subject in 1897, but it became clear that Spain would never concede Cuban independence, while the rebels (and their American supporters) would never settle for anything less. In January 1898, Spain promised some concessions to the rebels, but when American consul Fitzhugh Lee reported riots in Havana, McKinley agreed to send the battleship USS Maine. On February 15, the Maine exploded and sank with 266 men killed. Public attention focused on the crisis and the consensus was that regardless of who set the bomb, Spain had lost control over Cuba. McKinley insisted that a court of inquiry first determine whether the explosion was accidental. Negotiations with Spain continued as the court considered the evidence, but on March 20, the court ruled that the Maine was blown up by an underwater mine. As pressure for war mounted in Congress, McKinley continued to negotiate for Cuban independence. Spain refused McKinley's proposals, and on April 11, McKinley turned the matter over to Congress. He did not ask for war, but Congress made the decision and declared war on April 20, with the addition of the Teller Amendment, which disavowed any intention of annexing Cuba. Nick Kapur says that McKinley's actions were based on his values of arbitrationism, pacifism, humanitarianism, and manly self restraint, and not on external pressures. The expansion of the telegraph and the development of the telephone gave McKinley greater control over the day to day management of the war than previous presidents had enjoyed, and he used the new technologies to direct the army's and navy's movements as far as he was able. McKinley found Alger inadequate as Secretary of War, and did not get along with the Army's commanding general, Nelson A. Miles. Bypassing them, he looked for strategic advice first from Miles's predecessor, General John Schofield, and later from Adjutant General Henry Clarke Corbin. The war led to a change in McKinley's cabinet, as the president accepted Sherman's resignation as Secretary of State. William R. Day agreed to serve as secretary until the war's end. Within a fortnight, the navy had its first victory when Commodore George Dewey destroyed the Spanish fleet at the Battle of Manila Bay in the Philippines. Dewey's overwhelming victory expanded the scope of the war from one centered in the Caribbean to one that would determine the fate of all of Spain's Pacific colonies. The next month, McKinley increased the number of troops sent to the Philippines and granted the force's commander, Major General Wesley Merritt, the power to set up legal systems and raise taxes—necessities for a long occupation. By the time the troops arrived in the Philippines at the end of June 1898, McKinley had decided that Spain would be required to surrender the archipelago to the United States. He professed to be open to all views on the subject; however, he believed that as the war progressed, the public would come to demand retention of the islands as a prize of war. Meanwhile, in the Caribbean theater, a large force of regulars and volunteers gathered near Tampa, Florida, for an invasion of Cuba. After lengthy delays, the army, led by Major General William Rufus Shafter, on June 22, landed near Santiago de Cuba. Shafter's army engaged the Spanish forces on July 2 in the Battle of San Juan Hill. In an intense day long battle, the American force was victorious, although both sides suffered heavy casualties. The next day, Spain's Caribbean squadron, which had been sheltering in Santiago's harbor, broke for the open sea and was destroyed by the North Atlantic Squadron in the largest naval battle of the war. Shafter laid siege to the city of Santiago, which surrendered on July 17, placing Cuba under effective American control. McKinley and Miles also ordered an invasion of Puerto Rico, which met little resistance when it landed in July. The distance from Spain and the destruction of the Spanish navy made resupply impossible, and the Spanish government began to look for a way to end the war.

Мир и территориальные завоевания

Кабинет Маккинли согласился с ним, что Испания должна покинуть Кубу и Пуэрто-Рико, но они не пришли к согласию по поводу Филиппин: одни выступали за аннексию всего архипелага, другие – лишь за сохранение военно-морской базы в этом регионе. Хотя общественное мнение, казалось, склонялось к аннексии Филиппин, ряд видных политических деятелей, включая демократов Брайана и Кливленда, а также недавно образованную Американскую антиимпериалистическую лигу, открыто выразили свое несогласие. Маккинли предложил начать переговоры с Испанией на основе освобождения Кубы и аннексии Пуэрто-Рико, а окончательный статус Филиппин оставить предметом дальнейших обсуждений. Он твердо настаивал на этом требовании, даже когда военная обстановка на Кубе начала ухудшаться из-за вспышки желтой лихорадки в американской армии. Испания в конечном итоге согласилась на прекращение огня на этих условиях 12 августа, и в сентябре 1898 года в Париже начались переговоры о заключении договора. Переговоры продолжались до 18 декабря, когда был подписан Парижский договор. Соединенные Штаты приобрели Пуэрто-Рико, Филиппины и остров Гуам, а Испания отказалась от своих притязаний на Кубу; взамен Соединенные Штаты обязались выплатить Испании 20 миллионов долларов (эквивалент 20,0 долларов США в 1899 году, что соответствует приблизительно <расчетной сумме> миллионов в настоящее время). Маккинли с трудом убедил Сенат одобрить договор, необходимым большинством в две трети голосов, но его усилия и усилия вице-президента Хобарта в конечном итоге увенчались успехом: 6 февраля 1899 года Сенат проголосовал 57 голосами против 27 за ратификацию договора.

Гавайи

Во время войны Маккинли также добивался аннексии Республики Гавайи. Новая республика, где доминировали деловые круги, свергла королеву в 1893 году, когда она отказалась от предложенной ей ограниченной роли. Аннексия пользовалась широкой поддержкой в Америке, а необходимость в базах в Тихом океане в военное время стала очевидной после битвы за Манилу. Маккинли вступил в должность как сторонник аннексии и лоббировал Конгресс, предупреждая, что бездействие может спровоцировать роялистский переворот или захват Гавайев Японией. Предвидя трудности с получением двух третей голосов в Сенате для ратификации договора об аннексии, Маккинли поддержал усилия демократа Фрэнсиса Г. Ньюлендса из Невады по достижению этой цели посредством совместного решения обеих палат Конгресса. В результате резолюция Ньюлендса была одобрена обеими палатами с большим перевесом, и Маккинли подписал ее 8 июля 1898 года. Биограф Маккинли Х. Уэйн Морган отмечает: "Маккинли был движущей силой аннексии Гавайев, проявив настойчивость в ее осуществлении"; президент заявил Кортелю: "Гавайи нужны нам не меньше, а даже больше, чем Калифорния. Это – проявление очевидной предопределенности".

Открытые двери в Китае

Еще до начала мирных переговоров с Испанией, Маккинли попросил Конгресс сформировать комиссию для изучения торговых возможностей в Азии и поддержал "Политику открытых дверей", согласно которой все страны имели бы право свободно торговать с Китаем, и ни одна из них не должна была посягать на его территориальную целостность. Американским миссионерам угрожала смерть, когда боксерское восстание создало угрозу для иностранцев в Китае. Американцы и другие западные жители Пекина были осаждены, и, действуя совместно с другими западными державами, Маккинли в июне 1900 года направил в город 5000 солдат в составе Китайской экспедиции по оказанию помощи. Западные войска были спасены в следующем месяце, однако несколько членов Конгресса от Демократической партии выразили протест против отправки Маккинли войск без согласования с законодательным органом. Действия Маккинли создали прецедент, который впоследствии привел к тому, что большинство его преемников осуществляли аналогичный независимый контроль над армией. После подавления восстания Соединенные Штаты вновь подтвердили свою приверженность "Политике открытых дверей", которая стала основой американской политики в отношении Китая.

Панамский канал

Ближе к дому Маккинли и Хей вступили в переговоры с Великобританией о возможном строительстве канала через Центральную Америку. Договор Клейтона — Булвера, подписанный двумя странами в 1850 году, запрещал любой из них устанавливать исключительный контроль над каналом в этом регионе. Война выявила сложность содержания флота на двух океанах, поскольку флоту приходилось обходить всю Южную Америку, чтобы достичь Тихого океана. Теперь, когда американские деловые и военные интересы еще больше расширились в Азии, канал казался более необходимым, чем когда-либо, и Маккинли настоял на пересмотре договора. Хей и британский посол Джулиан Понсфоут договорились, что Соединенные Штаты смогут контролировать будущий канал, при условии, что он будет открыт для судоходства всех стран и не будет укреплен. Маккинли был доволен этими условиями, но Сенат их отклонил, потребовав разрешения на укрепление канала. Хей был смущен этим отказом и предложил свою отставку, но Маккинли отказался и поручил ему продолжить переговоры для удовлетворения требований Сената. Ему это удалось, и новый договор был разработан и утвержден, но не раньше, чем в 1901 году Маккинли был убит. Результатом, достигнутым при Рузвельте, стало строительство Панамского канала.

Тарифы и биметаллизм

Маккинли построил свою репутацию в Конгрессе на высоких тарифах, обещая защиту американскому бизнесу и хорошо оплачиваемым американским рабочим на фабриках. С тем, что республиканцы контролировали Конгресс, председатель Комитета по средствам и сборам Дингли представил законопроект, который повысил бы пошлины на шерсть, сахар и предметы роскоши. Маккинли поддержал его, и он стал законом. Американские переговорщики вскоре заключили договор о взаимности с Францией, и обе страны обратились к Великобритании, чтобы оценить её заинтересованность в биметаллизме. Премьер-министр лорд Солсбери и его правительство проявили некоторый интерес к этой идее и сообщили американскому посланнику Эдварду О. Уолкотту, что они были бы готовы вновь открыть монетные дворы в Индии для чеканки серебряной монеты, если бы с этим согласился Исполнительный совет вице-короля. Известие о возможном отказе от золотого стандарта вызвало немедленную оппозицию его сторонников, а опасения индийской администрации привели к отклонению предложения Великобританией. После провала международных усилий Маккинли отказался от идеи серебряной монеты и перешёл к золотому стандарту. Даже без соглашения, агитация за свободную чеканку серебра ослабла, поскольку процветание начало возвращаться в Соединенные Штаты, а золото, добытое на недавних приисках в Юконе и Австралии, увеличило денежную массу даже без серебряной монеты. В отсутствие международного соглашения Маккинли выступал за принятие закона, официально закрепляющего золотой стандарт, но первоначально сдержался из-за сильного влияния сторонников серебра в Сенате. К 1900 году, в преддверии новой избирательной кампании и при благоприятной экономической ситуации, Маккинли призвал Конгресс принять такой закон и подписал Закон о золотом стандарте 14 марта 1900 года, используя для этого золотую ручку.

Гражданские права

После избрания Маккинли в 1896 году афроамериканцы надеялись на прогресс в достижении равноправия. Маккинли выступал против линчевания, когда был губернатором, и большинство афроамериканцев, которые все еще могли голосовать, поддержали его в 1896 году. Однако приоритетом Маккинли было преодоление региональных разногласий, и они были разочарованы его политикой и назначениями. Хотя Маккинли и назначил некоторых афроамериканцев на низкопоставленные государственные должности и получил за это некоторую похвалу, количество назначений было меньше, чем при предыдущих республиканских администрациях. Реакция администрации Маккинли на расовое насилие была минимальной, что привело к потере им поддержки афроамериканцев. Когда в 1897 году в Хогансвилле, штат Джорджия, и в следующем году в Лейк-Сити, штат Южная Каролина, были подвергнуты нападению афроамериканские почтальоны, Маккинли не выступил с заявлением с осуждением. Хотя лидеры афроамериканского сообщества критиковали Маккинли за бездействие, его сторонники отвечали, что президент мало что мог сделать для вмешательства. Критики парировали, что он мог бы, по крайней мере, публично осудить подобные события, как это делал Харрисон. Когда 10 ноября 1898 года группа сторонников превосходства белой расы насильственно свергла законно избранное правительство Уилмингтона, штат Северная Каролина, в событии, известном как Уилмингтонский переворот 1898 года, Маккинли отклонил просьбы лидеров афроамериканского сообщества отправить федеральных маршалов или федеральные войска для защиты афроамериканских граждан и проигнорировал обращения жителей города о помощи в восстановлении после масштабных разрушений преимущественно афроамериканского района Бруклин. По словам историка Кларенса А. Бакота, "до испано-американской войны негры, несмотря на некоторые ошибки, считали Маккинли лучшим другом, которого они когда-либо знали". Под давлением лидеров афроамериканского сообщества Маккинли потребовал от военного ведомства произвести в офицеры афроамериканцев выше звания лейтенанта. Маккинли совершил турне по Югу в конце 1898 года, продвигая идею примирения между регионами. Он посетил Институт Таскиги и знаменитого афроамериканского педагога Букера Т. Вашингтона, а также мемориалы Конфедерации. Во время своего турне по Югу Маккинли не упоминал о расовой напряженности или насилии. Хотя президент был встречен с восторгом белыми южанами, многие афроамериканцы, исключенные из официальных приветственных комитетов, почувствовали себя отчужденными от слов и действий президента. Гоулд заключил, что в отношении расы "Маккинли не хватило прозорливости, чтобы преодолеть предрассудки своего времени и указать на лучшее будущее для всех американцев".

In the wake of McKinley's election in 1896, black people were hopeful of progress towards equality. McKinley had spoken out against lynching while governor, and most black people who could still vote supported him in 1896. McKinley's priority, however, was in ending sectionalism, and they were disappointed by his policies and appointments. Although McKinley made some appointments of black people to low level government posts, and received some praise for that, the appointments were less than they had received under previous Republican administrations. The McKinley administration's response to racial violence was minimal, causing him to lose black support. When black postmasters at Hogansville, Georgia, in 1897, and at Lake City, South Carolina, the following year, were assaulted, McKinley issued no statement of condemnation. Although black leaders criticized McKinley for inaction, supporters responded by saying there was little that the president could do to intervene. Critics replied by saying that he could at least publicly condemn such events, as Harrison had done. When a group of white supremacists violently overthrew the duly elected government of Wilmington, North Carolina, on November 10, 1898, in an event that came to be recognized as the Wilmington insurrection of 1898, McKinley refused requests by black leaders to send in federal marshals or federal troops to protect black citizens, and ignored city residents' appeals for help to recover from the widespread destruction of the predominantly black neighborhood of Brooklyn. According to historian Clarence A. Bacote, "Before the Spanish–American War, the Negroes, in spite of some mistakes, regarded McKinley as the best friend they ever had." Under pressure from black leaders, McKinley required the War Department to commission black officers above the rank of lieutenant. McKinley toured the South in late 1898, promoting sectional reconciliation. He visited Tuskegee Institute and the famous black educator Booker T. Washington. He also visited Confederate memorials. In his tour of the South, McKinley did not mention the racial tensions or violence. Although the president received a rapturous reception from Southern whites, many blacks, excluded from official welcoming committees, felt alienated by the president's words and actions. Gould concluded regarding race, "McKinley lacked the vision to transcend the biases of his day and to point toward a better future for all Americans".

Выборы 1900 года

Республиканцы в целом добились успеха на выборах в штатах и на местных выборах по всей стране в 1899 году, и Маккинли был оптимистичен в отношении своих шансов на переизбрание в 1900 году. Популярность Маккинли в течение первого срока обеспечила ему выдвижение на второй срок. Единственным вопросом касательно республиканского списка кандидатов была номинация на пост вице-президента; Маккинли нуждался в новом кандидате, так как Хобарт умер в конце 1899 года. Маккинли изначально поддерживал Элиу Рута, который сменил Алджера на посту военного министра, но Маккинли решил, что Рут слишком хорошо справляется со своими обязанностями в военном ведомстве, чтобы его переводить. Он рассматривал других известных кандидатов, включая Эллисона и Корнелиуса Ньютона Блисса, но никто не пользовался такой популярностью, как восходящая звезда Республиканской партии – Теодор Рузвельт. После службы в качестве помощника министра военно-морского флота Рузвельт подал в отставку и сформировал кавалерийский полк; они храбро сражались на Кубе, и Рузвельт вернулся домой, окутанный славой. Избранный губернатором Нью-Йорка в 1898 году, Рузвельт нацелился на президентское кресло. Многие сторонники рекомендовали его Маккинли на второе место в списке, и Рузвельт считал, что это будет отличным трамплином к президентству в 1904 году. Маккинли публично оставался непредвзятым, но Ханна решительно выступал против губернатора Нью-Йорка. Сенатор от Огайо считал нью-йоркца излишне импульсивным; его позиция была подорвана усилиями политического босса и сенатора от Нью-Йорка Томаса С. Платта, который, не одобряя программу реформ Рузвельта, стремился отстранить губернатора от дел, сделав его вице-президентом. Когда в июне в Филадельфии начался съезд Республиканской партии, ни один кандидат в вице-президенты не имел подавляющей поддержки, но Рузвельт пользовался самой широкой поддержкой по всей стране. Маккинли подтвердил, что выбор принадлежит съезду, а не ему. 21 июня Маккинли был единогласно переизбран, и, с неохотной уступки Ханны, Рузвельт был выдвинут на пост вице-президента на первом же туре голосования. Съезд Демократической партии собрался в следующем месяце в Канзас-Сити и выдвинул Уильяма Дженнингса Брайана, что привело к повторению противостояния выборов 1896 года. Кандидаты остались прежними, но вопросы, поднятые в ходе кампании, изменились: свободное серебро по-прежнему волновало многих избирателей, но республиканцы сосредоточились на победе в войне и процветании в стране, считая, что эти вопросы играют им на руку. Демократы понимали, что война была популярна, хотя вопрос об империализме был менее ясен, поэтому они сосредоточились на проблеме трестов и корпоративной власти, представляя Маккинли как слугу капитала и крупного бизнеса. Как и в 1896 году, Брайан отправился в турне с выступлениями по стране, в то время как Маккинли оставался дома, на этот раз произнеся лишь одну речь, чтобы принять выдвижение. Рузвельт стал основным оратором кампании, а Ханна помог делу, урегулировав забастовку шахтёров в Пенсильвании. Кампания Брайана не смогла воодушевить избирателей, как это было в 1896 году, и Маккинли никогда не сомневался в своей переизбранности. 6 ноября 1900 года его правота подтвердилась, и он одержал самую крупную победу для любого республиканца с 1872 года. Брайан выиграл только четыре штата за пределами Юга, а Маккинли даже выиграл родной штат Брайана – Небраску.

Republicans were generally successful in state and local elections around the country in 1899, and McKinley was optimistic about his chances at re election in 1900. McKinley's popularity in his first term assured him of renomination for a second. The only question about the Republican ticket concerned the vice presidential nomination; McKinley needed a new running mate as Hobart had died in late 1899. McKinley initially favored Elihu Root, who had succeeded Alger as Secretary of War, but McKinley decided that Root was doing too good a job at the War Department to move him. He considered other prominent candidates, including Allison and Cornelius Newton Bliss, but none were as popular as the Republican party's rising star, Theodore Roosevelt. After a stint as Assistant Secretary of the Navy, Roosevelt had resigned and raised a cavalry regiment; they fought bravely in Cuba, and Roosevelt returned home covered in glory. Elected governor of New York on a reform platform in 1898, Roosevelt had his eye on the presidency. Many supporters recommended him to McKinley for the second spot on the ticket, and Roosevelt believed it would be an excellent stepping stone to the presidency in 1904. McKinley remained uncommitted in public, but Hanna was firmly opposed to the New York governor. The Ohio senator considered the New Yorker overly impulsive; his stance was undermined by the efforts of political boss and New York Senator Thomas C. Platt, who, disliking Roosevelt's reform agenda, sought to sideline the governor by making him vice president. When the Republican convention began in Philadelphia that June, no vice presidential candidate had overwhelming support, but Roosevelt had the broadest range of support from around the country. McKinley affirmed that the choice belonged to the convention, not to him. On June 21, McKinley was unanimously renominated and, with Hanna's reluctant acquiescence, Roosevelt was nominated for vice president on the first ballot. The Democratic convention convened the next month in Kansas City and nominated William Jennings Bryan, setting up a rematch of the 1896 contest. The candidates were the same, but the issues of the campaign had shifted: free silver was still a question that animated many voters, but the Republicans focused on victory in war and prosperity at home as issues they believed favored their party. Democrats knew the war had been popular, even if the imperialism issue was less sure, so they focused on the issue of trusts and corporate power, painting McKinley as the servant of capital and big business. As in 1896, Bryan embarked on a speaking tour around the country while McKinley stayed at home, this time making only one speech, to accept his nomination. Roosevelt emerged as the campaign's primary speaker and Hanna helped the cause working to settle a coal miners strike in Pennsylvania. Bryan's campaigning failed to excite the voters as it had in 1896, and McKinley never doubted that he would be re elected. On November 6, 1900, he was proven correct, winning the largest victory for any Republican since 1872. Bryan carried only four states outside the solid South, and McKinley even won Bryan's home state of Nebraska.

Второй срок

Вскоре после второй инаугурации 4 марта 1901 года Уильям и Ида Маккинли совершили шестинедельное турне по стране. В основном путешествуя на поезде, Маккинли планировали посетить Юг, затем юго-западные штаты, после чего продвинуться вверх по тихоокеанскому побережью и вернуться на восток, завершив поездку 13 июня 1901 года посещением Всеамериканской выставки в Буффало, штат Нью-Йорк. Однако первая леди заболела в Калифорнии, что вынудило её мужа сократить количество публичных мероприятий и отменить серию запланированных речей, в которых он намеревался призывать к взаимности в торговле. Он также перенёс визит на выставку на сентябрь, запланировав месяц пребывания в Вашингтоне и два месяца в Кантоне перед поездкой в Буффало.

Похороны и место отдыха

По словам Гулда, "нация пережила волну искренней скорби известием о кончине Маккинли". Фондовый рынок, столкнувшись с внезапной неопределенностью, потерпел резкое падение, которое почти не заметили в дни траура. Внимание нации было приковано к гробу, который сначала был выставлен в Восточной комнате Белого дома, а затем установлен в Капитолии, прежде чем его перевезли в Кантон поездом. Около 100 000 человек прошли мимо открытого гроба в Ротонде Капитолия, многие из них ждали часами под дождем. В Кантоне, 18 сентября, столько же людей собралось у здания суда округа Старк. На следующий день в Первой методистской церкви состоялась панихида. Затем гроб был запечатан и доставлен в дом Маккинли, где родственники отдали ему последнюю дань уважения. После этого его перевезли в подземелье-усыпальницу на кладбище West Lawn в Кантоне, в ожидании строительства мемориала Маккинли, планы которого уже были утверждены. Широко ожидалось, что Ида Маккинли недолго переживет своего мужа; один из друзей семьи, когда Уильям Маккинли умирал, сказал, что нужно быть готовыми к двойным похоронам. Однако этого не произошло, и бывшая первая леди сопровождала мужа в похоронном поезде. Лич отметил, что "изнурительное путешествие стало жестоким испытанием для женщины, забившейся в купе похоронного поезда и молившейся, чтобы Господь забрал ее к ее Возлюбленному". Считалось, что она слишком слаба, чтобы присутствовать на панихидах в Вашингтоне или Кантоне, хотя она слушала службу по мужу, прислонившись к двери своего дома на Северной Рыночной улице. Она оставалась в Кантоне до конца своей жизни, обустроив в своем доме подобие святилища и часто посещая усыпальницу, пока не умерла в возрасте 59 лет 26 мая 1907 года. Она скончалась всего за несколько месяцев до завершения большого мраморного монумента в память о муже в Кантоне, который был освящен президентом Рузвельтом 30 сентября 1907 года. Уильям и Ида Маккинли похоронены там вместе со своими дочерьми на холме с видом на город Кантон.

According to Gould, "The nation experienced a wave of genuine grief at the news of McKinley's passing." The stock market, faced with sudden uncertainty, suffered a steep decline that went nearly unnoticed in the mourning. The nation focused its attention on the casket that first lay in the East Room of the Executive Mansion and then laid in state in the Capitol before being transported to Canton by train. Approximately 100,000 people passed by the open casket in the Capitol Rotunda, many having waited hours in the rain. In Canton, an equal number did the same at the Stark County Courthouse on September 18. The following day, a funeral service was held at the First Methodist Church. The casket was next sealed and taken to the McKinley house, where relatives paid their final respects. It was then transported to the receiving vault at West Lawn Cemetery in Canton to await the construction of the memorial to McKinley already being planned. There was a widespread expectation that Ida McKinley would not long survive her husband; one family friend stated, as William McKinley lay dying, that they should be prepared for a double funeral. However, this did not occur, and the former first lady accompanied her husband on the funeral train. Leech noted "the circuitous journey was a cruel ordeal for the woman who huddled in a compartment of the funeral train, praying that the Lord would take her with her Dearest Love." She was thought too weak to attend the services in Washington or Canton, although she listened at the door to the service for her husband in her house on North Market Street. She remained in Canton for the remainder of her life, setting up a shrine in her house and often visiting the receiving vault, until her death at age 59 on May 26, 1907. She died only months before the completion of the large marble monument to her husband in Canton, which was dedicated by President Roosevelt on September 30, 1907. William and Ida McKinley are interred there with their daughters atop a hillside overlooking the city of Canton.

Другие мемориалы

В дополнение к мемориалу в Кантоне, многие другие памятники увековечивают память Маккинли. Памятник Уильяму Маккинли возвышается перед зданием законодательного собрания штата Огайо в Колумбусе, а большая мраморная статуя Маккинли установлена в его родном городе Найлс. Двадцать школ в Огайо носят имя Маккинли, а также несколько школ в других штатах США именуются McKinley School. Почти миллион долларов был пожертвован или выделен из государственных средств на строительство мемориалов Маккинли в год, последовавший за его смертью. Биограф Маккинли Кевин Филлипс полагает, что большое количество значительных мемориалов Маккинли в Огайо отражает надежды жителей штата после его смерти на то, что он займет место среди величайших президентов. Статуи с изображением Маккинли можно встретить более чем в десятке штатов, а его имя присвоено улицам, общественным организациям и библиотекам. В 1896 году золотоискатель назвал Денели – самую высокую гору в Северной Америке, высотой 20 310 футов (6190 метров) – именем Маккинли. В 1975 году Совет по географическим названиям Аляски вернул горе её изначальное местное название – Денели. Министерство внутренних дел последовало этому примеру в августе 2015 года во время визита президента Барака Обамы на Аляску. Аналогично, Национальный парк Денели ранее назывался Национальным парком Маунт-Маккинли до 2 декабря 1980 года, когда его название было изменено в соответствии с законом, подписанным президентом Джимми Картером.

Статьи

Гоуинг, Питер Г. "Американское настроение и Филиппины, 1898–1899". в Юго-Восточной Азии (Routledge, 2021) с. 376–390. Клоц, Роберт. "Губернаторские дебаты Маккинли и Кэмпбелла в Огайо 1891 года и ничья, которая до сих пор раскалывает Америку". История Огайо 127.2 (2020): 32–46. Отрывок.

Мёрфи, Дуайт Д. "Президент Маккинли: архитектор американского века". Журнал социальных, политических и экономических исследований 44.1/2 (2019): 174–181.

Докторские диссертации

Полный текст доступен онлайн в академических библиотеках. Брэди, Дэвид Уильям. «Реакция Конгресса на кризисную ситуацию: партийное голосование в эпоху Маккинли» (Университет Айовы; ProQuest Dissertations Publishing, 1970. 7023867). Дамиани, Брайан Пол. «Сторонники империи: Уильям Маккинли, Сенат и американская экспансия, 1898–1899» (Университет Делавера; ProQuest Dissertations Publishing, 1978. 7816908). Лабински, Николас Уинтер. «Переломный момент: риторика внешней политики Уильяма Маккинли и новый внешнеполитический курс Америки» (Университет Канзаса; ProQuest Dissertations Publishing, 2017. 10687965). Матлош, Грегори. «Политический симбиоз Резерфорда Б. Хейса и Уильяма Маккинли» (Университет Дрю; ProQuest Dissertations Publishing, 2015. 3700842). Офек, Хиллель. «Справедливый мир: Гровер Кливленд, Уильям Маккинли и моральные основы американской внешней политики» (Техасский университет в Остине; ProQuest Dissertations Publishing, 2018. 28166006). Ваксмундски, Джон. «Политика Маккинли и меняющееся отношение к американскому труду, 1870–1900» (Огайо государственный университет; ProQuest Dissertations Publishing, 1972. 7311599).