Пародийный эпос и героическая комедия в литературе.

Введение

Сатирическая пародия классической героической литературы.

Произведения, пародирующие героический стиль, или комические эпосы, как правило, представляют собой сатиры или пародии, высмеивающие распространенные классические стереотипы о героях и героической литературе. Обычно в таких произведениях либо нелепый персонаж предстает в роли героя, либо героические качества преувеличиваются до абсурда.

История

Исторически, поддельный героический стиль был популярен в Италии XVII века, а также в период после Реставрации и в эпоху Августа в Великобритании. Самый ранний пример этого стиля – «Батрахомиомахия», приписываемая Гомером римлянами и пародирующая его произведения, однако большинство современных ученых считают, что она принадлежит анонимному поэту времен Александра Македонского. Распространенное предположение о происхождении поддельного героизма в XVII веке заключается в том, что эпические и пасторальные жанры исчерпали себя и были пародийно переосмыслены. В XVII веке эпический жанр подвергался критике, поскольку считалось, что он лишь выражает традиционные ценности феодального общества. Среди новых жанров, более близких к современным чувствам и предлагающих новые идеалы, сатирическая литература оказалась особенно эффективной в критике старых привычек и ценностей. Наряду с испанскими пикарескными романами и французским бурлескным романом, в Италии процветала поэма эроикомико. В этой стране авторы, продолжавшие писать эпические поэмы, следуя правилам, установленным Торквато Тассо в его работе «Discorsi del poema eroico» (Рассуждения об эпической поэзии) и воплощенным в его шедевре «Иерусалим освобожденный», воспринимались как устаревшие. Новая поддельная героическая поэма принимала тот же метр, словарный запас и риторику, что и эпосы. Однако новый жанр переворачивал старый эпос с ног на голову, перенося действие в более знакомые ситуации, чтобы высмеять традиционные эпические произведения. В этом контексте и была создана пародия на эпический жанр. «Lo scherno degli dèi» (Насмешка над богами) Франческо Браччолини, опубликованная в 1618 году, часто считается первой итальянской поэмой эроикомико. Однако наиболее известной в этом жанре является «La secchia rapita» (Похищение ведра) Алессандро Тассони (1622). Другие итальянские поддельные героические поэмы включают «La Gigantea» Джироламо Амелонги (1566), «La moscheide» Джованни Баттисты Лалли (1624), «Viaggio di Colonia» (Путешествие в Кельн) Антонио Аббонданти (1625), «L'asino» (Осел) Карло де Доттори (1652), «La Troja rapita» Лорето Виттори (1662), «Il Malmantile racquistato» Лоренцо Липпи (1688), «La presa di San Miniato» Ипполито Нери (1764). Поддельные героические поэмы писались также на итальянских диалектах. Например, на неаполитанском диалекте наиболее известным произведением этого жанра была «La Vaiasseide» Джулио Чезаре Кортезе (1612). В то время как на романском диалекте Джованни Камилло Перезио написал «Il maggio romanesco» (1688), Джузеппе Бернери опубликовал «Meo Patacca» в 1695 году, а Бенедетто Микели напечатал «La libbertà romana acquistata e difesa» в 1765 году. После перевода «Дон Кихота» Мигеля де Сервантеса английские авторы начали подражать напыщенному языку романской поэзии и прозы, чтобы описывать заблудших или обычных персонажей. Наиболее вероятным происхождением поддельного героизма, в отличие от пикарески, бурлеска и сатиры, считается комическая поэма «Hudibras» (1662–1674) Самуэля Батлера. В этой поэме описывается «верный синий» пуританский рыцарь времен Английской революции, на языке, имитирующем романсы и эпическую поэзию. После Батлера произошел всплеск поэзии, описывающей презренный предмет возвышенным языком героической поэзии и драм. «Hudibras» породила особую стихотворную форму, обычно называемую «гудибрастической». Гудибрастическая поэзия представляет собой стихи в закрытых рифмованных двустишиях ямбическим тетраметром, где рифмы часто являются женскими или неожиданными сочетаниями. Например, Батлер описывает Английскую гражданскую войну как время, когда «люди сражались как безумные или пьяные / За религию, как за проститутку / Чью честность все осмеливались клясться / Хотя никто не знал, почему или зачем». Напряженные и неожиданные рифмы усиливают комический эффект и подчеркивают пародию. Это формальное обозначение сатиры отличало поддельный героизм от других жанров. После Батлера Джонатан Свифт является самым известным мастером гудибрастической поэзии, поскольку он использовал эту форму почти во всех своих стихах. Поэт-лауреат Джон Драйден внес значительный вклад в доминирование поддельного героизма среди сатирических жанров в позднюю эпоху Реставрации. Хотя собственные пьесы Драйдена сами послужили основой для более поздних поддельных героических произведений (в частности, «Завоевание Гранады» сатиризируется в поддельных героических «Фарсе автора» и «Том-пальце» Генри Филдинга, а также в «Репетиции»), «Mac Flecknoe» Драйдена, возможно, является классическим образцом поддельного героического стиля, который будет использоваться в течение столетия. В этой поэме Драйден косвенно сравнивает Томаса Шэдвелла с Энеем, используя язык «Энеиды» для описания коронации Шэдвелла на троне Лентяйства, ранее принадлежавшем королю Флекно. Пародия на Вергилия высмеивает Шэдвелла. Просодия Драйдена идентична обычной героической поэзии: ямбический пентаметр в закрытых двустишиях. Пародия не формальная, а контекстуальная и ироничная. (Для отличного обзора истории поддельного героизма в XVII и XVIII веках см. «The English Mock Heroic poem of the 18th Century» (Английская поддельная героическая поэзия XVIII века) Гражины Быстыдзиньской, опубликованную Польским научным издательством в 1982 году). После Драйдена этот жанр продолжал процветать, и существует бесчисленное множество менее значительных поддельных героических поэм с 1680 по 1780 год. Кроме того, были предприняты несколько попыток создания поддельного героического романа. Наиболее значительными поздними поддельными героическими поэмами были произведения Александра Поупа. «The Rape of the Lock» (Похищение локона) Поупа является выдающимся примером поддельного героического стиля; действительно, Поуп никогда не отходит от имитации эпической поэзии, такой как «Илиада» Гомера и «Энеида» Вергилия. Общая форма поэмы, написанной в кантах, следует традиции эпосов, наряду с предварительным «Призывом к музе»; в данном случае музой Поупа является буквально человек, побудивший его написать поэму, Джон Кэрил: «Эту строфу Кэриллу, Муза, я должен!» (строка 3). Эпосы всегда включают предзнаменования, которые обычно даются потусторонней фигурой, и Поуп высмеивает традицию через Ариэля, духа, который видит какое-то «ужасное событие» (строка 109), надвигающееся на Белинду. Эти эпические вводные тенденции уступают место основной части истории, обычно включающей битву того или иного рода (как в «Илиаде»), которая следует этой схеме: подготовка к битве (описание щита Ахилла, подготовка к битве), жертвоприношение/возлияние богам, изменение битвы (возможно, с использованием наркотиков), предательство (говорят, что ахиллесова пята – его слабое место), путешествие в Подземный мир и финальная битва. Поуп изящно следует всем этим элементам в определенном порядке: Белинда готовится к карточной игре (включая описание ее волос и красоты), Барон приносит жертву ради ее волос (алтарь, построенный для любви, и сделка с Клариссой), «мнимое» сражение в карты меняется в пользу Барона, предательство Клариссы по отношению к своей якобы подруге Белинде, заключающееся в том, что она передает Барону ножницы, и, наконец, представление карточной игры как битвы и победа Барона. Мастерство Поупа в поддельном героическом стиле очевидно в каждом случае. Даже типичное апофеозирование, встречающееся в эпосах, имитируется в «The Rape of the Lock», где «звезды выписывают имя Белинды!» (строка 150). Он использует тот же поддельный героический стиль в «The Dunciad», который также использует язык героической поэзии для описания незначительных или тривиальных предметов. В этом поддельном эпосе прогресс Лентяйства по земле, наступление глупости и безвкусицы, описываются так же, как наступление цивилизации в «Энеиде» (см. также метафору translatio studii). «Trivia» и «Beggar's Opera» Джона Гея были поддельными героическими произведениями (последнее – в форме оперы), а «London» Сэмюэля Джонсона – своего рода поддельной героической поэмой. К времени Поупа, однако, поддельный героизм уступал место пародийному повествованию, и такие авторы, как Филдинг, превратили поддельный героический роман в более общий пародийный роман. Расцвет романа положил медленный конец эпохе поддельного героизма, которая началась с романа Сервантеса. После расцвета романтизма поддельные героические произведения, такие как «Дон Жуан» Байрона, стали редкостью.

Historically, the mock heroic style was popular in 17th century Italy, and in the post Restoration and Augustan periods in Great Britain. The earliest example of the form is the Batrachomyomachia ascribed to Homer by the Romans and parodying his work, but believed by most modern scholars to be the work of an anonymous poet in the time of Alexander the Great. A longstanding assumption on the origin of the mock heroic in the 17th century is that epic and the pastoral genres had become used up and exhausted, and so they got parodically reprised. In the 17th century the epic genre was heavily criticized, because it was felt to be merely expressing the traditional values of feudal society. Among the new genres, closer to the modern feelings and proposing new ideals, the satirical literature was particularly effective in criticizing the old habits and values. Beside the Spanish picaresque novels and the French burlesque novel, in Italy flourished the poema eroicomico. In this country those who still wrote epic poems, following the rules set by Torquato Tasso in his work Discorsi del poema eroico (Discussions about the Epic Poems) and realized in his masterwork, the Jerusalem Delivered, were felt as antiquated. The new mock heroic poem accepted the same metre, vocabulary, rhetoric of the epics. However, the new genre turned the old epic upside down about the meaning, setting the stories in more familiar situations, to ridiculize the traditional epics. In this context was created the parody of epic genre. Lo scherno degli dèi (The Mockery of Gods) by Francesco Bracciolini, printed in 1618 is often regarded as the first Italian poema eroicomico. However, the best known of the form is La secchia rapita (The rape of the Bucket) by Alessandro Tassoni (1622). Other Italian mock heroic poems were La Gigantea by Girolamo Amelonghi (1566), La moscheide by Giovanni Battista Lalli (1624), the Viaggio di Colonia (Travel to Cologne) by Antonio Abbondanti (1625), L'asino (The donkey) by Carlo de' Dottori (1652), La Troja rapita by Loreto Vittori (1662), Il Malmantile racquistato by Lorenzo Lippi (1688), La presa di San Miniato by Ippolito Neri (1764). Also in Italian dialects were written mock heroic poems. For example, in Neapolitan dialect the best known work of the form was La Vaiasseide by Giulio Cesare Cortese (1612). While in Romanesco Giovanni Camillo Peresio wrote Il maggio romanesco (1688), Giuseppe Berneri published Meo Patacca in 1695, and, finally, Benedetto Micheli printed La libbertà romana acquistata e defesa in 1765. After the translation of Don Quixote, by Miguel de Cervantes, English authors began to imitate the inflated language of Romance poetry and narrative to describe misguided or common characters. The most likely genesis for the mock heroic, as distinct from the picaresque, burlesque, and satirical poem is the comic poem Hudibras (1662–1674), by Samuel Butler. Butler's poem describes a "trew blew" Puritan knight during the Interregnum, in language that imitates Romance and epic poetry. After Butler, there was an explosion of poetry that described a despised subject in the elevated language of heroic poetry and plays. Hudibras gave rise to a particular verse form, commonly called the "Hudibrastic". The Hudibrastic is poetry in closed rhyming couplets in iambic tetrameter, where the rhymes are often feminine rhymes or unexpected conjunctions. For example, Butler describes the English Civil War as a time which "Made men fight like mad or drunk/ For dame religion as for punk/ Whose honesty all durst swear for/ Tho' not one knew why or wherefore" ("punk" meaning a prostitute). The strained and unexpected rhymes increase the comic effect and heighten the parody. This formal indication of satire proved to separate one form of mock heroic from the others. After Butler, Jonathan Swift is the most notable practitioner of the Hudibrastic, as he used that form for almost all of his poetry. Poet Laureate John Dryden is responsible for some of the dominance among satirical genres of the mock heroic in the later Restoration era. While Dryden's own plays would themselves furnish later mock heroics (specifically, The Conquest of Granada is satirized in the mock heroic The Author's Farce and Tom Thumb by Henry Fielding, as well as The Rehearsal), Dryden's Mac Flecknoe is perhaps the locus classicus of the mock heroic form as it would be practiced for a century to come. In that poem, Dryden indirectly compares Thomas Shadwell with Aeneas by using the language of Aeneid to describe the coronation of Shadwell on the throne of Dullness formerly held by King Flecknoe. The parody of Virgil satirizes Shadwell. Dryden's prosody is identical to regular heroic verse: iambic pentameter closed couplets. The parody is not formal, but merely contextual and ironic. (For an excellent overview of the history of the mock heroic in the 17th and 18th centuries see "the English Mock Heroic poem of the 18th Century" by Grazyna Bystydzienska, published by Polish Scientific Publishers, 1982.) After Dryden, the form continued to flourish, and there are countless minor mock heroic poems from 1680 to 1780. Additionally, there were a few attempts at a mock heroic novel. The most significant later mock heroic poems were by Alexander Pope. Pope’s The Rape of the Lock is a noted example of the Mock Heroic style; indeed, Pope never deviates from mimicking epic poetry such as Homer's Iliad and Virgil's Aeneid The overall form of the poem, written in cantos, follows the tradition of epics, along with the precursory “Invocation of the Muse”; in this case, Pope's Muse is literally the person who prodded him to write the poem, John Caryll: “this verse to Caryll, Muse, is due!” (line 3). Epics always include foreshadowing which is usually given by an otherworldly figure, and Pope mocks tradition through Ariel the sprite, who sees some “dread event” (line 109) impending on Belinda. These epic introductory tendencies give way to the main portion of the story, usually involving a battle of some kind (such as in the Iliad) that follows this pattern: dressing for battle (description of Achilles shield, preparation for battle), altar sacrifice/libation to the gods, some battle change (perhaps involving drugs), treachery (Achilles ankle is told to be his weak spot), a journey to the Underworld, and the final battle. All of these elements are followed eloquently by Pope in that specific order: Belinda readies herself for the card game (which includes a description of her hair and beauty), the Baron makes a sacrifice for her hair (the altar built for love and the deal with Clarissa), the “mock” battle of cards changes in the Baron’s favor, Clarissa’s treachery to her supposed friend Belinda by slipping the Baron scissors, and finally the treatment of the card game as a battle and the Baron’s victory. Pope’s mastery of the Mock Heroic is clear in every instance. Even the typical apotheosis found in the epics is mimicked in The Rape of the Lock, as “the stars inscribe Belinda’s name!” (line 150). He invokes the same Mock heroic style in The Dunciad which also employs the language of heroic poetry to describe menial or trivial subjects. In this mock epic the progress of Dulness over the face of the earth, the coming of stupidity and tastelessness, is treated in the same way as the coming of civilization is in the Aeneid (see also the metaphor of translatio studii). John Gay's Trivia and Beggar's Opera were mock heroic (the latter in opera), and Samuel Johnson's London is a mock heroic of a sort. By the time of Pope, however, the mock heroic was giving ground to narrative parody, and authors such as Fielding led the mock heroic novel into a more general novel of parody. The ascension of the novel drew a slow end to the age of the mock heroic, which had originated in Cervantes's novel. After Romanticism's flourishing, mock heroics like Byron's Don Juan were uncommon. Finally, the mock heroic genre spread throughout Europe, in France, in Scotland, in Poland, in Bohemia, in Russia. The most noted mock heroic poems in French were Le Vergile Travesti (The disguised Vergil) by Paul Scarron (1648–52) and The Maid of Orleans by Voltaire (1730). In macaronic Latin enriched with Scottish Gaelic expressions William Drummond of Hawthornden wrote Polemo Middinia inter Vitarvam et Nebernam in 1684. The main author of mock heroic poems in Polish was Ignacy Krasicki, who wrote Myszeida (Mouseiad) in 1775 and Monacomachia (The War of the Monks) in 1778. In the same language Tomasz Kajetan Węgierski published Organy in 1775–77. The Bohemian poet Šebestiàn Hnĕvkovský in 1805 printed two mock heroic poems: Dĕvin in Czech and Der böhmische Mägderkrieg in German. In 1791 the Russian poet N. P. Osipov published Eneida travestied (Вирги́лиева Энеи́да, вы́вороченная наизна́нку). Ivan Kotliarevsky's mock epic poem Eneyida (Ukrainian: Енеїда), written in 1798, is considered to be the first literary work published wholly in the modern Ukrainian language.