Анжелина Гримке: Аболиционистка и борец за права женщин

Введение

Американская аболиционистка и феминистка (1805–1879)
её праправнучка, поэтесса и писательница

Анжелина Эмили Гримке Велд (20 февраля 1805 – 26 октября 1879) была американской аболиционисткой, политической активисткой, защитницей прав женщин и сторонницей движения за избирательное право для женщин. В определенный момент она была самой известной, или, возможно, "самой скандальной" женщиной в стране. Сестры жили вместе во взрослой жизни, пока Анжелина была замужем за лидером аболиционистов Теодором Дуайтом Уэлдом. Несмотря на то, что они выросли в Чарльстоне, Южная Каролина, Анжелина и Сара провели всю свою взрослую жизнь на Севере. Наибольшую известность Анжелина приобрела в период с 1835 года, когда Уильям Ллойд Гаррисон опубликовал её письмо в своей антирабовладельческой газете "Освободитель", по май 1838 года, когда она выступила с речью перед аболиционистами, а снаружи Пенсильванского зала находилась враждебная, шумная толпа, бросающая камни. Эссе и речи, которые она написала и произнесла в тот период, представляли собой убедительные аргументы за отмену рабства и расширение прав женщин. Опираясь на теорию естественных прав (как это изложено в Декларации независимости), Конституцию Соединенных Штатов, христианские убеждения, основанные на Библии, и собственные детские воспоминания о жестоком рабстве и расизме на Юге, Гримке провозгласила несправедливостью лишение свободы любого мужчины или женщины.

Ранние годы и религиозная деятельность

И Мэри, и Джон Гримке были убежденными сторонниками традиционных южных ценностей высшего класса, которые были распространены в их кругу в обществе Чарльстона. Мэри не позволяла дочерям общаться за пределами установленных элитных социальных кругов, а Джон оставался рабовладельцем на протяжении всей своей жизни. Молодая Анджелина Гримке, которую прозвали «Ниной», была очень близка со своей старшей сестрой Сарой Мур Гримке, которая в 13 лет убедила своих родителей разрешить ей быть крестной матерью Анджелины. Обе сестры поддерживали тесную связь на протяжении всей жизни и жили вместе большую часть времени, хотя и с несколькими кратковременными периодами разлуки. Еще в детстве Анджелина была описана в семейных письмах и дневниках как самая самодовольная, любознательная и уверенная в себе из всех своих братьев и сестер. В своей биографии «Сестры Гримке из Южной Каролины» историк Герда Лернер пишет: «Никогда не приходило в голову [Анджелине], что она должна руководствоваться превосходящим суждением своих родственников-мужчин или что кто-либо может считать ее неполноценной лишь за то, что она девушка». Более того, по сравнению со своей старшей сестрой (и будущей соратницей по борьбе за отмену рабства) Сарой, Анджелина, казалось, была от природы любознательной и прямолинейной, что часто оскорбляло ее традиционную семью и друзей. Когда пришло время для конфирмации в Епископальной церкви в 13 лет, Анджелина отказалась повторять символ веры. Будучи любознательной и непокорной девушкой, она пришла к выводу, что не может с ним согласиться, и не стала завершать обряд конфирмации. В апреле 1826 года, в возрасте 21 года, Анджелина приняла пресвитерианство. Анджелина была активным членом пресвитерианской церкви. Она поддерживала изучение Библии и межконфессиональное образование, преподавала в воскресной школе и также оказывала религиозную поддержку рабам своей семьи — практика, которую ее мать сначала осуждала, но позже сама приняла участие. Гримке подружилась с пастором своей церкви, преподобным Уильямом Макдауэллом. Макдауэлл был уроженцем Севера, ранее служившим пастором пресвитерианской церкви в Нью-Джерси. Гримке и Макдауэлл были решительно против института рабства, считая его морально несостоятельной системой, нарушающей христианские законы и права человека. Макдауэлл выступал за терпение и молитву вместо прямых действий и утверждал, что отмена рабства «приведет к еще большим бедам». Но она оставалась в Филадельфии на тот момент. Со временем она разочаровалась в недостаточной вовлеченности квакерского сообщества в современные дебаты о рабстве. В первые два десятилетия после революции проповедники церкви ездили на Юг, чтобы проповедовать освобождение рабов, но возросший спрос на внутреннем рынке с развитием хлопководства на глубоком Юге положил конец этому периоду свободы. Она начала читать больше литературы об аболиционизме, включая периодические издания The Emancipator и The Liberator Уильяма Ллойда Гаррисона (в котором она позже была опубликована). Сара и традиционные квакеры не одобряли интерес Анджелины к радикальному аболиционизму, но она все больше вовлекалась в движение. Она начала посещать собрания и лекции против рабства и в 1835 году присоединилась к недавно организованному Филадельфийскому женскому антирабовладельческому обществу. Осенью 1835 года вспыхнуло насилие, когда спорный аболиционист Джордж Томпсон выступил на публике. Уильям Ллойд Гаррисон написал статью в The Liberator в надежде успокоить разбушевавшуюся толпу. Анджелина постоянно находилась под влиянием работ Гаррисона, и эта статья побудила ее написать ему личное письмо на эту тему. В письме были изложены ее опасения и мнения по вопросам аболиционизма и насилия толпы, а также ее личное восхищение Гаррисоном и его ценностями. Гаррисон был так впечатлен письмом Гримке, которое он назвал «захватывающим душу», что опубликовал его в следующем выпуске The Liberator, похвалив ее за страсть, выразительный стиль письма и благородные идеи. Письмо, перепечатанное в New York Evangelist и других изданиях, принесло Анджелине большую известность среди многих аболиционистов, но его публикация оскорбила и вызвала споры в ортодоксальном квакерском собрании, которое открыто осуждало такую радикальную активность, особенно со стороны женщины. Сара Гримке попросила сестру отозвать письмо, опасаясь, что такая огласка оттолкнет ее от квакерского сообщества. Хотя изначально она была смущена публикацией письма, Анджелина отказалась. Позже письмо было перепечатано в New York Evangelist и других аболиционистских газетах; оно также было включено в памфлет с обращением Гаррисона к гражданам Бостона. В 1836 году Гримке написала «Обращение к христианским женщинам Юга», призывая южных женщин подавать петиции в свои законодательные собрания и церковные органы с требованием отменить рабство. Оно было опубликовано Американским антирабовладельческим обществом. Ученые считают его вершиной социополитической программы Гримке. Осенью 1836 года сестры Гримке были приглашены в Огайо для участия в двухнедельной учебной конференции Американского антирабовладельческого общества для агентов по борьбе с рабством; они были единственными женщинами в группе. Там они встретили Теодора Дуайта Уэлда, тренера и одного из ведущих агентов Общества; позже Анджелина и Теодор поженились. Следующей зимой сестры были привлечены к выступлениям на женских собраниях и организации женских антирабовладельческих обществ в регионе Нью-Йорка и близлежащем Нью-Джерси. В мае 1837 года они присоединились к ведущим женщинам-аболиционисткам из Бостона, Нью-Йорка и Филадельфии в проведении первого Антирабовладельческого конвента американских женщин, призванного расширить антирабовладельческую деятельность женщин на другие штаты. Сразу после этого конвента сестры по приглашению Бостонского женского антирабовладельческого общества отправились в Массачусетс. Аболиционистов Новой Англии обвиняли в искажении и преувеличении реальности рабства, и сестер попросили выступить по всей Новой Англии со своими знаниями из первых рук. Практически с самого начала их собрания были открыты для мужчин. Хотя защитники позже утверждали, что сестры выступали перед смешанной аудиторией только потому, что мужчины настаивали на посещении, первичные доказательства указывают на то, что их собрания были открыты для мужчин по сознательному замыслу, не только для донесения своего послания до мужчин и женщин, но и как средство освобождения женщин и установления «нового порядка вещей». Таким образом, помимо подачи петиций, женщины нарушали социальные нормы, выступая на публике. В ответ государственное собрание конгрегациональных священнослужителей Массачусетса, собравшееся в конце июня, издало пасторское письмо, осуждающее общественную деятельность женщин и призывающее местные церкви закрыть свои двери для выступлений Гримке. Пока сестры выступали по всему Массачусетсу летом 1837 года, споры вокруг общественной и политической деятельности женщин-аболиционисток разжигали растущие споры о правах и обязанностях женщин как внутри, так и за пределами антирабовладельческого движения. Анджелина ответила на письмо Катарины Бичер собственными открытыми письмами, «Письма к Катарине Бичер», впервые опубликованными в The New England Spectator и The Liberator, а затем в виде книги в 1838 году. Сара Гримке написала «Письма о положении женщины», адресованные Мэри С. Паркер, которые впервые появились в Liberator, прежде чем были опубликованы в виде книги. Адресованные президенту Бостонского женского антирабовладельческого общества, который после пасторского письма хотел, чтобы женщины-аболиционистки отказались от общественной деятельности, письма Сары были сильной защитой права и обязанности женщин участвовать на равных с мужчинами во всей этой работе. В феврале 1838 года Анджелина выступила перед комитетом Законодательного собрания штата Массачусетс, став первой женщиной в Соединенных Штатах, выступившей перед законодательным органом. Она не только выступила против рабства, но и защитила право женщин подавать петиции как моральный религиозный долг, так и политическое право. Аболиционист Роберт Ф. Уолкут заявил, что «безмятежная, повелительная красноречивость Анджелины Гримке покорила внимание, разоружила предрассудки и увлекла ее…»

Both Mary and John Grimké were strong advocates of the traditional, upper class, Southern values that permeated their rank of Charleston society. Mary would not permit the girls to socialize outside the prescribed elite social circles, and John remained a slaveholder his entire life. Nicknamed "Nina", young Angelina Grimké was very close to her older sister Sarah Moore Grimké, who, at the age of 13, persuaded her parents to allow her to be Angelina's godmother. The two sisters maintained a close relationship throughout their lives, and lived together for most of their lives, albeit with several short periods of separation. Even as a child, Angelina was described in family letters and diaries as the most self righteous, curious, and self assured of all her siblings. In her biography The Grimké Sisters from South Carolina, historian Gerda Lerner writes: "It never occurred to [Angelina] that she should abide by the superior judgment of her male relatives or that anyone might consider her inferior, simply for being a girl." More so than her elder sister (and later, fellow abolitionist) Sarah, Angelina seemed to be naturally inquisitive and outspoken, a trait which often offended her traditional family and friends. When the time came for her confirmation in the Episcopal Church at the age of 13, Angelina refused to recite the creed of faith. An inquisitive and rebellious girl, she concluded that she could not agree with it and would not complete the confirmation ceremony. Angelina converted to the Presbyterian faith in April 1826, aged 21. Angelina was an active member of the Presbyterian church. A proponent of biblical study and interfaith education, she taught a Sabbath school class and also provided religious services to her family's slaves—a practice her mother originally frowned upon, but later participated in. Grimké became a close friend of the pastor of her church, Rev. William McDowell. McDowell was a Northerner who had previously been the pastor of a Presbyterian church in New Jersey. Grimké and McDowell were both very opposed to the institution of slavery, on the grounds that it was a morally deficient system that violated Christian law and human rights. McDowell advocated patience and prayer over direct action and argued that abolishing slavery "would create even worse evils". but she remained in Philadelphia for the time being. Over time, she became frustrated by the Quaker community's lack of involvement in the contemporary debate on slavery. In the first two decades after the Revolution, its preachers had traveled in the South to preach manumission of slaves, but increased demand in the domestic market with the development of cotton in the Deep South ended that window of freedom. She began to read more abolitionist literature, including the periodicals The Emancipator and William Lloyd Garrison's The Liberator (in which she would later be published). Sarah and the traditional Quakers disapproved of Angelina's interest in radical abolitionism, but she became steadily more involved in the movement. She began to attend anti slavery meetings and lectures, and joined the newly organized Philadelphia Female Anti Slavery Society in 1835. In the fall of 1835, violence erupted when the controversial abolitionist George Thompson spoke in public. William Lloyd Garrison wrote an article in The Liberator in the hopes of calming the rioting masses. Angelina had been steadily influenced by Garrison's work, and this article inspired her to write him a personal letter on the subject. The letter stated her concerns and opinions on the issues of abolitionism and mob violence, as well as her personal admiration for Garrison and his values. Garrison was so impressed with Grimké's letter, which he called "soul thrilling," that he published it in the next issue of The Liberator, praising her for her passion, expressive writing style, and noble ideas. The letter, reprinted in the New York Evangelist and elsewhere, gave Angelina great standing among many abolitionists, but its publication offended and stirred controversy within the Orthodox Quaker meeting, which openly condemned such radical activism, especially by a woman. Sarah Grimké asked her sister to withdraw the letter, concerned that such publicity would alienate her from the Quaker community. Though initially embarrassed by the letter's publication, Angelina refused. The letter was later reprinted in the New York Evangelist and other abolitionist papers; it was also included in a pamphlet with Garrison's Appeal to the Citizens of Boston. In 1836, Grimké wrote "An Appeal to the Christian Women of the South", urging Southern women to petition their state legislatures and church officials to end slavery. It was published by the American Anti Slavery Society. Scholars consider it a high point of Grimké's sociopolitical agenda. In the fall of 1836, the Grimké sisters were invited to Ohio to attend the American Anti Slavery Society's two week training conference for anti slavery agents; they were the only women in the group. There they met Theodore Dwight Weld, a trainer and one of the Society's leading agents; Angelina and Theodore later married. During the following winter, the sisters were commissioned to speak at women's meetings and organize women's anti slavery societies in the New York City region and nearby New Jersey. In May, 1837, they joined leading women abolitionists from Boston, New York, and Philadelphia in holding the first Anti Slavery Convention of American Women, held to expand women's anti slavery actions to other states. Immediately after this convention, the sisters went by invitation of the Boston Female Anti Slavery Society to Massachusetts. New England abolitionists were accused of distorting and exaggerating the realities of slavery, and the sisters were asked to speak throughout New England on their firsthand knowledge. Almost from the beginning, their meetings were open to men. Although defenders later claimed that the sisters addressed mixed audiences only because men insisted on coming, primary evidence indicates that their meetings were open to men by deliberate design, not only to carry their message to male as well as female hearers, but as a means of breaking women's fetters and establish "a new order of things." Thus, in addition to petitioning, women were transgressing social mores by speaking in public. In response, a state convention of Massachusetts' Congregational ministers, meeting at the end of June, issued a pastoral letter condemning public work by women and urging local churches to close their doors to the Grimkés' presentations. As the sisters spoke throughout Massachusetts during the summer of 1837, the controversy over women abolitionists' public and political work fueled a growing controversy over women's rights and duties, both within and outside the anti slavery movement. Angelina responded to Catharine Beecher's letter with open letters of her own, Letters to Catharine Beecher, printed first in The New England Spectator and The Liberator, and then in book form in 1838. Sarah Grimké wrote Letters on the Province of Woman, addressed to Mary S. Parker, which appeared first in the Liberator before being published in book form. Addressed to the president of the Boston Female Anti Slavery Society, who in the wake of the pastoral letter wanted women abolitionists to withdraw from public work, Sarah's letters were a strong defense of women's right and duty to participate on equal terms with men in all such work. In February 1838, Angelina addressed a committee of the Massachusetts State Legislature, becoming the first woman in the United States to address a legislative body. She not only spoke against slavery, but defended women's right to petition, both as a moral religious duty and as a political right. Abolitionist Robert F. Wallcut stated that "Angelina Grimké's serene, commanding eloquence enchained attention, disarmed prejudice and carried her hearers with her." On May 17, 1838, two days after her marriage,</blockquote> Rioters outside the building began to throw bricks and stones, breaking the windows of the hall. Angelina continued the speech, and after her conclusion, the abolitionist women left the building arm in arm, a white woman with a Black woman, for the latter's protection. Within hours, Pennsylvania Hall was destroyed by arson. Angelina was the final speaker in the Hall. Angelina's lectures were critical not only of Southern slaveholders but also of Northerners who tacitly complied with the status quo, by purchasing slave made products and exploiting slaves through the commercial and economic exchanges they made with slave owners in the South. They were met with a considerable amount of opposition, both because Angelina was a female and because she was an abolitionist.

Основные труды

Две из самых известных работ Гримке — ее эссе «Обращение к христианским женщинам Юга» и серия писем Кэтрин Бичер. После того как Анжелина изложила семиступенчатый теологический аргумент против рабства, она объясняет причины, по которым ее призыв адресован именно женщинам Юга. Она признает предсказуемое возражение: даже если южная женщина согласна с тем, что рабство грешно, у нее нет законодательной власти для внесения изменений. Гримке отвечает, что у женщины есть четыре обязанности: читать, молиться, говорить и действовать. Хотя женщины не обладают политической властью для самостоятельных изменений, она указывает, что эти женщины — «жены и матери, сестры и дочери тех, кто обладает этой властью». Однако ее видение было не столь упрощенным, как то, что позже назвали «республиканским материнством». Она также призывает женщин открыто выражать свое моральное неприятие рабства и действовать в соответствии с ним, готовые вынести любые преследования, которые могут последовать. Она отвергает представление о том, что женщины слишком слабы, чтобы выдержать такие последствия. Таким образом, она выдвигает идею о женщинах как об уполномоченных политических субъектах в вопросе рабства, даже не затрагивая вопрос о избирательном праве. В ответном письме Кэтрин Бичер Анжелина также излагает аболиционистское определение рабства: «Человек не имеет права владеть своим ближним как собственностью. Следовательно, мы утверждаем, что каждый рабовладелец — похититель людей; украсть человека — значит лишить его самого себя». Она повторяет известные принципы Декларации независимости о равенстве людей. Гримке утверждает: «Человек есть человек, и как человек он обладает неотъемлемыми правами, включая право на личную свободу. Ни при каких обстоятельствах нельзя оправдать право одного человека владеть другим как собственностью. Претензия на владение человеком — это уничтожение его прав на самого себя, что является основой всех его остальных прав». В эссе также отражается давний энтузиазм Анжелины в отношении всеобщего образования женщин и рабов. В своем «Обращении» она подчеркивает важность обучения женщин своих рабов или будущих работников: «Если [ваши рабы] останутся [на вашей службе], обучите их и обеспечьте им получение базового английского образования; у них есть ум, и этот ум следует развивать». Письма Анжелины широко признаны ранним феминистским аргументом, хотя лишь в двух письмах непосредственно рассматриваются вопросы феминизма и женского избирательного права. Письмо XII отражает риторический стиль Декларации независимости и свидетельствует о религиозных ценностях Гримке. Она утверждает, что все люди — моральные существа и должны оцениваться как таковые, независимо от пола: «Измеряйте их права и обязанности непогрешимым стандартом морального существа, и тогда станет очевидной истина, что все, что морально правильно для мужчины, морально правильно и для женщины. Я признаю только права человека — я не знаю прав мужчин и прав женщин, ибо во Христе Иисусе нет ни мужчины, ни женщины. Я твердо убеждена, что до тех пор, пока этот принцип равенства не будет признан и воплощен в жизнь, Церковь не сможет эффективно реформировать мир». Хотя Уэлд, как говорят, поддерживал стремление Анжелины оставаться политически активной после их брака, она в конечном итоге отошла к жизни в домашнем хозяйстве из-за ухудшения здоровья. Сара жила с супругами в Нью-Джерси, и сестры продолжали переписываться и навещать своих друзей в аболиционистском и зарождающемся движении за права женщин. Они руководили школой в своем доме, а затем пансионом в Рэритан-Бэй-Юнион, утопическом сообществе. В школе они обучали детей других известных аболиционистов, включая Элизабет Кэди Стэнтон. В годы после Гражданской войны они собирали средства для оплаты обучения в магистратуре своих двух племянников смешанной расы, сыновей их брата Генри У. Гримке (1801–1852) и рабыни, которой он владел. Сестры оплатили обучение Арчибальда Генри Гримке и преподобного Фрэнсиса Джеймса Гримке в Гарвардской юридической школе и Принстонской теологической семинарии соответственно. Арчибальд стал адвокатом, а затем послом на Гаити, а Фрэнсис — пресвитерианским священником. Оба стали ведущими активистами за гражданские права. Дочь Арчибальда, Анжелина Велд Гримке, стала поэтессой и писательницей. Сара Гримке умерла в 1873 году. В следующем году Анжелина перенесла парализующий инсульт, который преследовал ее до самой смерти. Ее могила не обозначена, по-видимому, по ее собственному желанию.

Two of Grimké's most notable works were her essay "An Appeal to the Christian Women of the South" and her series of letters to Catharine Beecher. After walking through the seven step theological argument against slavery, Angelina states the reasons for directing her plea toward Southern women in particular. She acknowledges a foreseeable objection: that even if a Southern woman agrees that slavery is sinful, she has no legislative power to enact change. To this, Grimké responds that a woman has four duties on the issue: to read, to pray, to speak, and to act. While women do not have the political power to enact change on their own, she points out that these women are "the wives and mothers, the sisters and daughters of those who do." Her vision, however, was not so simple as what would later be called "Republican Motherhood." She also exhorts women to speak and act on their moral opposition to slavery and to endure whatever persecution might result as a consequence. She dismisses the notion that women are too weak to withstand such consequences. Thus, she proposes the notion of women as empowered political actors on the slavery issue, without even touching on the question of suffrage. Angelina also states, in a reply letter to Catharine E. Beecher, what she believes to be the abolitionist's definition of slavery: "Man cannot rightfully hold his fellow man as property. Therefore, we affirm that every slaveholder is a man stealer; To steal a man is to rob him of himself." She reiterates well known principles from the Declaration of Independence regarding the equality of man. Grimké argues that "a man is a man, and as a man he has inalienable rights, among which is the right to personal liberty No circumstances can ever justify a man in holding his fellow man as property The claim to him as property is an annihilation of his rights to himself, which is the foundation upon which all his other rights are built." The essay also reflects Angelina's lifelong enthusiasm for the universal education of women and slaves. Her Appeal emphasizes the importance of women's educating their slaves or future laborers: "Should [your slaves] remain [in your employ] teach them, and have them taught the common branches of an English education; they have minds and those minds, ought to be improved." Angelina's Letters are recognized widely as an early feminist argument, although only two of the letters address feminism and woman's suffrage. Letter XII reflects some of the rhetorical style of the Declaration of Independence and is indicative of Grimké's religious values. She argues that all humans are moral beings and should be judged as such, regardless of their sex: "Measure her rights and duties by the unerring standard of moral being and then the truth will be self evident, that whatever it is morally right for a man to do, it is morally right for a woman to do. I recognize no rights but human rights—I know nothing of men's rights and women's rights; for in Christ Jesus, there is neither male nor female. It is my solemn conviction, that, until this principle of equality is recognized and embodied in practice, the Church can do nothing effectual for the permanent reformation of the world." Although Weld was said to have been supportive of Angelina's desire to remain politically active after their marriage, she eventually retreated to a life of domesticity due to failing health. Sarah lived with the couple in New Jersey, and the sisters continued to correspond and visit with their friends in the abolitionist and emerging women's rights movements. They operated a school in their home, and later a boarding school at Raritan Bay Union, a utopian community. At the school, they taught the children of other noted abolitionists, including Elizabeth Cady Stanton. In the years after the Civil War, they raised funds to pay for the graduate education of their two mixed race nephews, the sons of their brother Henry W. Grimké (1801–1852) and an enslaved woman he owned. The sisters paid for Archibald Henry Grimké and Rev. Francis James Grimké to attend Harvard Law School and Princeton Theological Seminary, respectively. Archibald became a lawyer and later an ambassador to Haiti and Francis became a Presbyterian minister. Both became leading civil rights activists. Archibald's daughter, Angelina Weld Grimké, became a poet and author. Sarah Grimké died in 1873. The following year, Angelina suffered a paralyzing stroke, which afflicted her until her death. Her grave is unmarked, apparently at her own request.

Архивные материалы

Документы семьи Гримке хранятся в Южно-Каролинском историческом обществе, Чарльстон, Южная Каролина. Документы Уэлда и Гримке находятся в библиотеке Уильяма Л. Клеменса, Мичиганский университет, Энн-Арбор, штат Мичиган.

Наследие

В 1880 году Теодор Велд опубликовал книгу под названием «В памяти: Анджелина Гримке Велд». Сестры Гримке и Теодор Дуайт Уэлд заметно фигурируют в юношеском романе «Кузница и лес» (1975) Бетти Андервуд. Анжелина Гримке увековечена в художественном произведении Джуди Чикаго «Трапеза» (The Dinner Party), созданном в 1979 году. В 1998 году сестры Гримке были включены в Национальный зал славы женщин. В пьесе Айна Гордона 2013 года «Если бы она встала» (If She Stood), написанной по заказу Художественного центра Painted Bride в Филадельфии, сестры Гримке выступают в качестве главных героинь. В 2016 году Анжелина Гримке была принята в Национальный зал славы аболиционистов. «Сестры Гримке за работой над книгой Теодора Дуайта Уэлда «Американское рабство, каким оно есть» (1838)» – стихотворение Мелисы Рэндж, опубликованное в журнале The Nation 30 сентября 2019 года. В ноябре 2019 года вновь построенный мост через реку Непонсет в Гайд-парке был переименован в честь сестер Гримке и теперь известен как мост сестер Гримке. Память о сестрах Гримке увековечена на Бостонском маршруте женского наследия.