Введение

Абель Ганс (Abel Gance; род. Абель Эжен Александр Перетон; 25 октября 1889 – 10 ноября 1981) – французский кинорежиссёр и кинопродюсер, сценарист и актёр. Пионер теории и практики монтажа, он наиболее известен тремя крупными немыми фильмами: «Я обвиняю» (J'accuse, 1919), «Колесо» (La Roue, 1923) и «Наполеон» (Napoléon, 1927).

Ранние годы

Родился в Париже в 1889 году, Абель Ганс был внебрачным сыном состоятельного врача Абеля Фламана и матери из рабочего класса, Франсуазы Перетон (или Пертон). Первоначально носив фамилию матери, он воспитывался до восьми лет у дедушки и бабушки по материнской линии в шахтёрском городке Коммэрри в центральной Франции. Затем он вернулся в Париж к матери, которая к тому времени вышла замуж за Адольфа Ганса, шофёра и механика, чью фамилию Абель впоследствии принял. Позже он выдумал историю о блестящей учёбе в школе и происхождении из среднего класса, однако Ганс бросил школу в 14 лет, и любовь к литературе и искусству, которая сопровождала его всю жизнь, была во многом результатом самообразования. Он начал работать клерком в юридической конторе, но через несколько лет увлёкся театром и стал актёром. В 18 лет он получил сезонный контракт в Королевском театре парка в Брюсселе, где подружился с актёром Виктором Франсеном и писателем Блезом Сендраром.

Немые фильмы

В Брюсселе Ганс написал свои первые сценарии, которые он продал Леонсу Перре. Вернувшись в Париж в 1909 году, он снялся в своем первом фильме – "Мольере" Перре. На тот момент он считал кинематограф "инфантильным и глупым" и был привлечен к работе в кино лишь из-за бедности, но тем не менее продолжал писать сценарии и часто продавал их компании Гомон. В этот период у него диагностировали туберкулез, который в то время часто был смертельным, но после периода отдыха в Виттеле он выздоровел. Вместе с друзьями он основал продюсерскую компанию Le Film Français и начал самостоятельно снимать фильмы в 1911 году, с исторической ленты La Digue (ou Pour sauver la Hollande), в которой впервые на экране появился Пьер Ренуар. Ганс стремился сохранить связь с театром и закончил написание монументальной трагедии под названием "Виктория из Самофраки", в которой надеялся увидеть в главной роли Сару Бернхардт. Пятичасовой хронометраж и отказ Ганса сократить пьесу стали серьезным препятствием. С началом Первой мировой войны Ганс был признан негодным к военной службе по медицинским показаниям, и в 1915 году он начал писать и ставить фильмы для новой кинокомпании, fr. Вскоре он вызвал споры фильмом La Folie du docteur Tube – комической фантазией, в которой он и его оператор Леонс Анри Бурэль создали впечатляющие визуальные эффекты с помощью искажающих зеркал. Продюсеры были возмущены и отказались демонстрировать фильм. Тем не менее, Ганс продолжал работать в Film d'Art до 1918 года, сняв более десятка коммерчески успешных картин. Его эксперименты включали съемку с наездом, экстремальные крупные планы, съемку с нижнего ракурса и разделение экрана. Его сюжеты постепенно отошли от простых приключенческих фильмов к психологическим мелодрамам, таким как Mater dolorosa (1917), где Эмми Линн сыграла заброшенную жену, завязавшую роман с братом своего мужа. Фильм имел большой коммерческий успех и был продолжен картиной "Десятая симфония" – еще одной семейной драмой с участием Эмми Линн. Здесь мастерство Ганса в области освещения, композиции и монтажа сопровождалось широким спектром литературных и художественных отсылок, которые некоторые критики сочли претенциозными и отчуждающими. В 1917 году Ганс был призван в армию, в Службу кинематографии, но этот эпизод оказался бесплодным и недолговечным, однако он усилил его обеспокоенность последствиями войны и депрессией, вызванной гибелью многих его друзей. Когда он расстался с Film d'Art из-за нехватки средств, Шарль Пате предложил финансирование его следующего фильма – J'accuse (1919), в котором Ганс обличал бессмысленность и страдания, принесенные войной. Он вновь поступил на службу в Службу кинематографии, чтобы иметь возможность снять некоторые сцены на настоящем поле боя. Фильм произвел сильное впечатление и получил международное распространение. В 1920 году Ганс разрабатывал свой следующий проект, La Roue, восстанавливаясь в Ницце после испанского гриппа, и на его прогресс сильно повлияло знание о том, что его спутница Ида Данис умирает от туберкулеза; кроме того, его ведущий актер и друг Северин Марс также был тяжело болен (и вскоре после завершения фильма скончался). Тем не менее, Ганс привнес в техническую реализацию своей истории беспрецедентный уровень энергии и воображения, действие которой разворачивается сначала на мрачном фоне локомотивов и железнодорожных станций, а затем среди заснеженных пейзажей Альп. Он использовал сложные приемы монтажа и инновационное применение быстрой склейки, что сделало фильм очень влиятельным для других современных режиссеров. Изначально фильм состоял из 32 катушек и длился почти девять часов, но впоследствии был смонтирован для распространения. Современная реконструкция из пяти различных версий, доступная на DVD, длится почти четыре с половиной часа, а почти семичасовая восстановленная версия была показана на кинофестивале Lumière в 2019 году. В 1921 году Ганс посетил Америку, чтобы продвигать J'accuse. Во время пятимесячного пребывания он встретился с Д.У. Гриффитом, которым давно восхищался. Ему также предложили контракт с MGM для работы в Голливуде, но он отказался. После небольшой смены темпа для Au Secours! (1924) – комедийного фильма с Максом Линдер, Ганс приступил к своему величайшему проекту – шестичастной биографии Наполеона. Была завершена только первая часть, прослеживающая раннюю жизнь Бонапарта, период Революции и вторжение в Италию, но даже она охватывала огромный масштаб, с тщательно воссозданными историческими сценами и множеством персонажей. Фильм был полон экспериментальных приемов, сочетающих быструю склейку, ручную камеру, наложение изображений и, в широкоэкранных сценах, снятых с помощью системы, которую он назвал Polyvision, требующей трех камер (и проекторов), что позволило добиться впечатляющего панорамного эффекта, включая финал, в котором две внешние панели пленки были окрашены в синий и красный цвета, создавая широкоэкранное изображение французского флага. Оригинальная версия фильма длилась около шести часов. Сокращенная версия имела триумфальную премьеру в Парижской опере в апреле 1927 года перед выдающейся аудиторией, в которую входил будущий генерал де Голль. Хронометраж был еще больше сокращен для французского и европейского проката, и он стал еще короче, когда был показан в Америке. Однако это не стало концом карьеры фильма. Ганс использовал материалы из него в своих более поздних работах, а реставрация немого фильма в начале 1980-х годов подтвердила его как самое известное произведение.

Звуковые фильмы

Ганс с энтузиазмом воспринял появление звука, и его первым фильмом стала La Fin du monde (1931), дорогостоящая научно-фантастическая лента (первоначально планировавшаяся в 1913/14 годах) о неминуемом столкновении кометы с Землей. Самого Ганса можно было увидеть в главной роли. Фильм потерпел как критический, так и коммерческий провал, и после этого творческая независимость, которой Ганс пользовался в предыдущее десятилетие, была серьезно ограничена. Ганс оставался востребованным режиссером на протяжении 1930-х годов, но характеризовал большинство фильмов этого периода как созданные "не для того, чтобы жить, а чтобы не умереть". В 1932 году он попытался продемонстрировать свою компетентность как надежного и эффективного режиссера, сняв ремейк фильма Mater dolorosa, который завершил за 18 дней, уложившись в бюджет. Среди других "коммерческих" работ, последовавших за этим, были "Лукреция Борджиа" (1935) с Эдвиж Фейер и "Великая любовь Бетховена" (1937) с Гарри Бором. Одним из наиболее личных проектов, которые ему удалось реализовать, стала новая версия фильма J'accuse! (1938), которая представляла собой не столько ремейк его фильма 1919 года, сколько его продолжение и была задумана как предупреждение о надвигающейся войне. После падения Франции в 1940 году Ганс снял популярную мелодраму "Vénus aveugle", которую он рассматривал как аллегорию текущего состояния Франции и послание надежды для простых французов в трудные времена. В том же году Ганса обвинили в еврейском происхождении, и он пытался исключить свое имя из списка "неарийцев", которым было запрещено заниматься своей профессией. Стремясь продолжить работу, Ганс сотрудничал с правительством Виши и был одним из тех, кто видел в Филиппе Петена спасение страны. В сентябре 1941 года "Vénus aveugle" впервые показали в Виши, после чего Ганс произнес речь с выражением почтения Петену. После завершения еще одного фильма, Le Capitaine Fracasse, Ганс в августе 1943 года бежал в Испанию, ссылаясь на растущую враждебность со стороны немецких властей во Франции, и оставался там до октября 1945 года. После войны ему стало еще труднее получать поддержку для своих проектов, поэтому он снял немного фильмов. Историческая мелодрама "La Tour de Nesle" (1954) стала его первым фильмом в цвете и вызвала некоторый новый интерес к его творчеству, критики, такие как Франсуа Трюффо, отстаивали Ганса как незаслуженно забытого гения. Ганс вернулся к наполеоновским зрелищам с фильмом "Аустерлиц" (1960) и создал еще один исторический эпос в "Сирано и Д’Артаньян" (1963), прежде чем перейти на телевидение для своих последних работ, также посвященных историческим темам. На протяжении всей своей жизни Ганс неоднократно возвращался к теме Наполеона, часто редактируя собственные кадры в более короткие версии, добавляя саундтрек, иногда снимая новый материал, и в результате оригинальный фильм 1927 года на десятилетия исчез из поля зрения. После различных попыток реконструкции, кропотливая работа киноведа Кевина Браунлоу привела к созданию пятичасовой версии фильма, все еще неполной, но более полной, чем все, что видели с 1920-х годов. Эта версия была представлена на кинофестивале в Теллурайде в августе 1979 года в присутствии 89-летнего режиссера. Это событие принесло запоздалый триумф карьере Ганса, а последующие показы и дальнейшая реставрация сделали его имя известным во всем мире. Абель Ганс был женат трижды: в 1912 году на Матильде Тизе, в 1922 году на Маргарите Данис (сестре Иды) и в 1933 году на Мари Одетте Верите (Сильви Гренаде), которая умерла в 1978 году. Ганс умер от туберкулеза в Париже в 1981 году в возрасте 92 лет. Абель Ганс похоронен на кладбище Симетьер д’Отей в Париже.

Репутация

Ганс стремился к тому, чтобы его воспринимали как «Виктор Гюго экрана», и многие исследователи признали амбиции, изобретательность и размах романтизма в его фильмах. Некоторые, например Леон Муссинак в 1920-х годах, отмечали противоречия в его творчестве между новаторством и клише, «изобилие оригинальных сокровищ и банальной посредственности и дурного вкуса». Бесспорным всегда было новаторство Ганса в области кинотехники. Помимо его многоэкранных экспериментов с Polyvision, он исследовал возможности наложения изображений, предельно крупных планов, быстрого ритмичного монтажа, а также использовал нестандартные способы мобилизации камеры – ручную съемку, крепление на проводах или маятнике, и даже привязывал ее к лошади. Он также проводил ранние эксперименты с добавлением звука к фильму, а также с цветной и 3D-съемкой. Мало какие аспекты кинотехники он не пытался внедрить в свою работу, и его влияние признавали современники, такие как Жан Эпштейн, а позднее кинематографисты французской Новой волны. По оценке Кевина Браунлоу, «своими немыми фильмами – J'accuse, La Roue и Napoléon – [Абель Ганс] использовал возможности кинематографа в большей степени, чем кто-либо до или после него». Еще один аспект творчества Ганса, привлекавший внимание критиков, – политическая позиция и ее отражение в его жизни и фильмах, особенно его симпатии к сильным военным лидерам. В то время как J'accuse (1919) свидетельствовал о пацифистских и антиавторитарных взглядах Ганса, реакция на Napoléon (1927) была более неоднозначной, и некоторые комментаторы даже усмотрели в нем апологию диктатуры. Эта линия критики, связанная с реакционными политическими взглядами Ганса, сохраняется и в более поздних исследованиях его творчества; также отмечается его горячая поддержка Петена в первые годы Второй мировой войны и впоследствии Шарля де Голля в 1960-х годах. Другие же считали эти политические интерпретации второстепенными по сравнению с мастерством Ганса в создании захватывающих зрелищ, которые часто носили националистический характер. Как заключил один некролог, «Абель Ганс, возможно, был величайшим романтиком экрана».

Жюри

Абель Ганс был членом жюри конкурса «Мисс Франция» 1938 года. Он также был членом жюри Каннского кинофестиваля 1953 года, председателем которого был Жан Кокто.