Эдвард Теллер: Физик и «отец водородной бомбы»

Введение

Эдвард Теллер (Teller Ede; 15 января 1908 – 9 сентября 2003) – венгерский американский физик-теоретик и инженер-химик, широко известный как «отец водородной бомбы» и один из создателей конструкции Теллера — Улама. Родился в Австро-Венгрии в 1908 году, эмигрировал в США в 1930-х годах, будучи одним из многих так называемых «марсиан» – группы выдающихся венгерских ученых-эмигрантов. Он внес значительный вклад в ядерную и молекулярную физику, спектроскопию (в частности, эффекты Яна — Теллера и Реннера — Теллера) и физику поверхности. Его развитие теории бета-распада Энрико Ферми в форме переходов Гамоу — Теллера стало важным шагом в её применении, а эффект Яна — Теллера и теория Брунауэра — Эмметта — Теллера (BET) сохранили свою первоначальную формулировку и остаются фундаментальными в физике и химии. Теллер внес вклад в теорию Томаса — Ферми, являющуюся предшественницей теории функционала плотности – современного стандартного инструмента в квантовомеханическом описании сложных молекул. В 1953 году совместно с Николасом Метрополисом, Арианной Розенблут, Маршаллом Розенблутом и Августой Теллер он опубликовал работу, которая служит отправной точкой для применения метода Монте-Карло в статистической механике и литературы по методу Монте-Карло Маркова в байесовской статистике. Теллер был одним из первых участников Манхэттенского проекта, разработавшего первую атомную бомбу. Он активно продвигал идею создания первого оружия на основе термоядерного синтеза, однако термоядерные бомбы появились лишь после Второй мировой войны. Он был одним из основателей Национальной лаборатории Лоуренса Ливермора и занимал должности директора или заместителя директора. После его противоречивых отрицательных показаний на слушаниях по вопросу о допуске к секретным сведениям Дж. Роберта Оппенгеймера, его бывшего руководителя в Лос-Аламосской лаборатории, Теллер был подвергнут остракизму в научном сообществе. Тем не менее, он продолжал получать поддержку от правительства США и военных исследовательских организаций, особенно благодаря его активной поддержке развития ядерной энергетики, создания мощного ядерного арсенала и проведения активной программы ядерных испытаний. В последние годы жизни он выступал с предложением спорных технологических решений военных и гражданских проблем, включая план по созданию искусственной гавани на Аляске с использованием термоядерного взрыва в рамках проекта «Колесница» и Стратегической оборонной инициативы Рональда Рейгана. Теллер был удостоен премии Энрико Ферми и премии Альберта Эйнштейна. Он скончался 9 сентября 2003 года в Стэнфорде, Калифорния, в возрасте 95 лет.

Hungarian American nuclear physicist (1908–2003)

Edward Teller (Teller Ede; January 15, 1908 – September 9, 2003) was a Hungarian American theoretical physicist and chemical engineer who is known colloquially as "the father of the hydrogen bomb" and one of the creators of the Teller–Ulam design. Born in Austria Hungary in 1908, Teller emigrated to the United States in the 1930s, one of the many so called "Martians", a group of prominent Hungarian scientist émigrés. He made numerous contributions to nuclear and molecular physics, spectroscopy (in particular the Jahn–Teller and Renner–Teller effects), and surface physics. His extension of Enrico Fermi's theory of beta decay, in the form of Gamow–Teller transitions, provided an important stepping stone in its application, while the Jahn–Teller effect and the Brunauer–Emmett–Teller (BET) theory have retained their original formulation and are still mainstays in physics and chemistry. Teller made contributions to Thomas–Fermi theory, the precursor of density functional theory, a standard modern tool in the quantum mechanical treatment of complex molecules. In 1953, with Nicholas Metropolis, Arianna Rosenbluth, Marshall Rosenbluth, and Augusta Teller, Teller co authored a paper that is a standard starting point for the applications of the Monte Carlo method to statistical mechanics and the Markov chain Monte Carlo literature in Bayesian statistics. Teller was an early member of the Manhattan Project, which developed the first atomic bomb. He made a serious push to develop the first fusion based weapons, but ultimately fusion bombs only appeared after World War II. He co founded the Lawrence Livermore National Laboratory and was its director or associate director. After his controversial negative testimony in the Oppenheimer security clearance hearing of his former Los Alamos Laboratory superior, J. Robert Oppenheimer, the scientific community ostracized Teller. Teller continued to find support from the U. S. government and military research establishment, particularly for his advocacy for nuclear energy development, a strong nuclear arsenal, and a vigorous nuclear testing program. In his later years, he advocated controversial technological solutions to military and civilian problems, including a plan to excavate an artificial harbor in Alaska using a thermonuclear explosive in what was called Project Chariot, and Ronald Reagan's Strategic Defense Initiative. Teller was a recipient of the Enrico Fermi Award and the Albert Einstein Award. He died on September 9, 2003, in Stanford, California, at 95.

Ранняя жизнь и работа

Эд Теллер родился 15 января 1908 года в Будапеште, в Австро-Венгрии, в еврейской семье. Его родителями были Илона (урождённая Дойч), пианистка, и Макс Теллер, адвокат. Он учился в гимназии Минта в Будапеште. Теллер был агностиком. «Религия не была проблемой в моей семье, – писал он позднее, – да и вообще мы никогда её не обсуждали. Моё единственное религиозное воспитание я получил, потому что гимназия Минта требовала, чтобы все ученики посещали занятия по соответствующей религии. В моей семье отмечался один праздник – Йом-Кипур, когда мы все постились. И всё же мой отец произносил молитвы за своих родителей по субботам и во все еврейские праздники. Я думал, что было бы замечательно, если бы Бог существовал: мы отчаянно нуждались в Нём, но не видели Его уже много тысяч лет». Теллер начал говорить довольно поздно, но он очень заинтересовался числами и для развлечения вычислял большие числа в уме. В 1926 году Теллер покинул Венгрию и переехал в Германию, отчасти из-за дискриминационного правила *numerus clausus* при режиме Миклоша Хорти. Политический климат и революции в Венгрии в его юности внушили ему стойкую неприязнь к коммунизму и фашизму. С 1926 по 1928 год Теллер изучал математику и химию в университете Карлсруэ, где получил степень бакалавра наук в области химической инженерии. Он однажды заявил, что человеком, который убедил его стать физиком, был Герман Марк, приглашённый профессор, после лекций по молекулярной спектроскопии, где Марк дал ему понять, что именно новые идеи в физике радикально меняют границы химии. Марк был экспертом в химии полимеров, области, необходимой для понимания биохимии, и он познакомил Теллера с ведущими открытиями в квантовой физике, сделанными, в частности, Луи де Бройлем. Именно знакомство с лекциями Марка первоначально побудило Теллера перейти к физике. Сообщив отцу о своём намерении, он так обеспокоил его, что тот приехал навестить его и поговорить с его профессорами. Хотя степень в области химической инженерии гарантировала хорошо оплачиваемую работу в химических компаниях, для карьеры с дипломом физика не было столь ясного пути. Он не был посвящён в дискуссии, которые отец вёл с его профессорами, но результатом стало разрешение отца стать физиком. Затем Теллер поступил в Мюнхенский университет, где изучал физику под руководством Арнольда Зоммерфельда. 14 июля 1928 года, будучи ещё студентом в Мюнхене, он ехал в трамвае, чтобы сесть на поезд до близлежащих Альп, и выпрыгнул из трамвая на ходу. Он упал, и колесо чуть не отрезало ему правую ногу. До конца жизни он хромал, а иногда носил протез ноги. Обезболивающие, которые он принимал, мешали его мышлению, поэтому он решил прекратить их принимать, полагаясь на силу воли, чтобы справиться с болью, в том числе используя эффект плацебо, убеждая себя, что он принимает обезболивающее, а не воду. Вернер Гейзенберг сказал, что именно стойкость духа Теллера, а не стоицизм, позволила ему так хорошо справиться с аварией. В 1929 году Теллер перешёл в Лейпцигский университет, где в 1930 году получил докторскую степень по физике под руководством Гейзенберга. Диссертация Теллера была посвящена одному из первых точных квантово-механических рассмотрений молекулярного иона водорода. В том же году он подружился с русскими физиками Георгием Гамовым и Львом Ландау. Долголетняя дружба Теллера с чешским физиком Георгом Плачеком также была очень важна для его научного и философского развития. Именно Плачек организовал ему летнее пребывание в Риме с Энрико Ферми в 1932 году, тем самым определив направление его научной карьеры в области ядерной физики. Также в 1930 году Теллер переехал в Геттингенский университет, который в то время был одним из крупнейших мировых центров физики благодаря присутствию Макса Борна и Джеймса Франка, но после того, как Адольф Гитлер стал канцлером Германии в январе 1933 года, Германия стала небезопасной для евреев, и он покинул её при содействии Международного комитета спасения. Он ненадолго отправился в Англию, а затем переехал на год в Копенгаген, где работал под руководством Нильса Бора. В феврале 1934 года он женился на своей давней подруге Августе Марии "Мици" (произносится "Мици") Харканьи, которая была сестрой друга. Поскольку Мици была кальвинисткой, Эдвард и она поженились в кальвинистской церкви. В сентябре 1934 года он вернулся…

Ede Teller was born on January 15, 1908, in Budapest, Austria Hungary, into a Jewish family. His parents were Ilona (née Deutsch), a pianist, and Max Teller, an attorney. He attended the Minta Gymnasium in Budapest. Teller was an agnostic. "Religion was not an issue in my family", he later wrote, "indeed, it was never discussed. My only religious training came because the Minta required that all students take classes in their respective religions. My family celebrated one holiday, the Day of Atonement, when we all fasted. Yet my father said prayers for his parents on Saturdays and on all the Jewish holidays. The idea of God that I absorbed was that it would be wonderful if He existed: We needed Him desperately but had not seen Him in many thousands of years." Teller was a late talker, but he became very interested in numbers and for fun calculated large numbers in his head. Teller left Hungary for Germany in 1926, partly due to the discriminatory numerus clausus rule under Miklós Horthy's regime. The political climate and revolutions in Hungary during his youth instilled a lingering animosity toward Communism and Fascism. From 1926 to 1928, Teller studied mathematics and chemistry at the University of Karlsruhe, from which he graduated with a Bachelor of Science in chemical engineering. He once stated that the person who was responsible for his becoming a physicist was Herman Mark, who was a visiting professor, after hearing lectures on molecular spectroscopy where Mark made it clear to him that it was new ideas in physics that were radically changing the frontier of chemistry. Mark was an expert in polymer chemistry, a field which is essential to understanding biochemistry, and Mark taught him about the leading breakthroughs in quantum physics made by Louis de Broglie, among others. It was his exposure to Mark's lectures that initially motivated Teller to switch to physics. After informing his father of his intent to switch, his father was so concerned that he traveled to visit him and speak with his professors at the school. While a degree in chemical engineering was a sure path to a well paying job at chemical companies, there was not such a clear cut route for a career with a degree in physics. He was not privy to the discussions his father had with his professors, but the result was that he got his father's permission to become a physicist. Teller then attended the University of Munich, where he studied physics under Arnold Sommerfeld. On July 14, 1928, while still a student in Munich, while riding a streetcar to catch a train for a hike in the nearby Alps, he jumped off the car while it was still moving. He fell, and the wheel nearly severed his right foot. For the rest of his life, he walked with a limp, and on occasion he wore a prosthetic foot. The painkillers he was taking were interfering with his thinking, so he decided to stop taking them, instead using his willpower to deal with the pain, including use of the placebo effect, by which he convinced himself that he had taken painkillers rather than water. Werner Heisenberg said that it was the hardiness of Teller's spirit, rather than stoicism, that allowed him to cope so well with the accident. In 1929, Teller transferred to the University of Leipzig where in 1930, he received his PhD in physics under Heisenberg. Teller's dissertation dealt with one of the first accurate quantum mechanical treatments of the hydrogen molecular ion. That year, he befriended Russian physicists George Gamow and Lev Landau. Teller's lifelong friendship with a Czech physicist, George Placzek, was also very important for his scientific and philosophical development. It was Placzek who arranged a summer stay in Rome with Enrico Fermi in 1932, thus orienting Teller's scientific career in nuclear physics. Also in 1930, Teller moved to the University of Göttingen, then one of the world's great centers of physics due to the presence of Max Born and James Franck, but after Adolf Hitler became Chancellor of Germany in January 1933, Germany became unsafe for Jewish people, and he left through the aid of the International Rescue Committee. He went briefly to England, and moved for a year to Copenhagen, where he worked under Niels Bohr. In February 1934 he married his long time girlfriend Augusta Maria "Mici" (pronounced "Mitzi") Harkanyi, who was the sister of a friend. Since Mici was a Calvinist Christian, Edward and she were married in a Calvinist church. He returned to England in September 1934. Mici had been a student in Pittsburgh and wanted to return to the United States. Her chance came in 1935, when, thanks to George Gamow, Teller was invited to the United States to become a professor of physics at George Washington University, where he worked with Gamow until 1941. At George Washington University in 1937, Teller predicted the Jahn–Teller effect, which distorts molecules in certain situations; this affects the chemical reactions of metals, and in particular the coloration of certain metallic dyes. Teller and Hermann Arthur Jahn analyzed it as a piece of purely mathematical physics. In collaboration with Stephen Brunauer and Paul Hugh Emmett, Teller also made an important contribution to surface physics and chemistry: the so called Brunauer–Emmett–Teller (BET) isotherm. Teller and Mici became naturalized citizens of the United States on March 6, 1941. When World War II began, Teller wanted to contribute to the war effort. On the advice of the well known Caltech aerodynamicist and fellow Hungarian émigré Theodore von Kármán, Teller collaborated with his friend Hans Bethe in developing a theory of shock wave propagation. In later years, their explanation of the behavior of the gas behind such a wave proved valuable to scientists who were studying missile re entry.

Лаборатория Лос-Аламоса

В 1942 году Теллер был приглашен принять участие в летнем планировочном семинаре Роберта Оппенгеймера в Калифорнийском университете в Беркли, посвященном истокам Манхэттенского проекта – американской программы по разработке первого ядерного оружия. За несколько недель до этого Теллер встречался со своим другом и коллегой Энрико Ферми, обсуждая перспективы атомной войны, и Ферми небрежно предположил, что оружие, основанное на ядерном делении, можно использовать для запуска еще более мощной реакции ядерного синтеза. Хотя он изначально объяснил Ферми, почему считал эту идею неработоспособной, Теллер был заинтригован этой возможностью и быстро потерял интерес к идее "всего лишь" атомной бомбы, хотя до ее завершения было еще далеко. На сессии в Беркли Теллер перенаправил дискуссию с оружия деления на возможность создания оружия синтеза – то, что он назвал "Супер", раннюю концепцию водородной бомбы. Артур Комптон, председатель физического факультета Чикагского университета, координировал исследования урана в Колумбийском университете, Принстонском университете, Чикагском университете и Калифорнийском университете в Беркли. Чтобы избежать разногласий и дублирования усилий, Комптон перевел ученых в Металлургическую лабораторию в Чикаго. Несмотря на то, что Теллер и Мичи к тому времени были гражданами Америки, у них были родственники в странах противника, поэтому Теллер поначалу не поехал в Чикаго. В начале 1943 года началось строительство лаборатории Лос-Аламос в Лос-Аламосе, штат Нью-Мексико. Под руководством Оппенгеймера лаборатория была создана для разработки атомной бомбы. Теллер переехал туда в марте 1943 года. В Лос-Аламосе Теллер умудрился раздражать соседей, играя на пианино по ночам. Теллер был одним из немногих ученых, которые действительно наблюдали (в защитных очках) за ядерным испытанием "Тринити" в июле 1945 года, вместо того чтобы выполнять приказ лечь на землю спиной к взрыву. Позже он сказал, что атомная вспышка "была словно открытие занавески в темной комнате, в которую хлынул яркий дневной свет".

In 1942, Teller was invited to be part of Robert Oppenheimer's summer planning seminar at the University of California, Berkeley, on the origins of the Manhattan Project, the U. S. effort to develop the first nuclear weapons. A few weeks earlier, Teller had been meeting with his friend and colleague Enrico Fermi about the prospects of atomic warfare, and Fermi had nonchalantly suggested that perhaps a weapon based on nuclear fission could be used to set off an even larger nuclear fusion reaction. Even though he initially explained to Fermi why he thought the idea would not work, Teller was fascinated by the possibility and was quickly bored with the idea of "just" an atomic bomb even though this was not yet anywhere near completion. At the Berkeley session, Teller diverted discussion from the fission weapon to the possibility of a fusion weapon—what he called the "Super", an early conception of the hydrogen bomb. Arthur Compton, the chairman of the University of Chicago physics department, coordinated the uranium research of Columbia University, Princeton University, the University of Chicago, and the University of California, Berkeley. To remove disagreement and duplication, Compton transferred the scientists to the Metallurgical Laboratory at Chicago. Even though Teller and Mici were now American citizens, they had relatives in enemy countries, so Teller did not at first go to Chicago. In early 1943, construction of the Los Alamos Laboratory Los Alamos, New Mexico began. With Oppenheimer as its director, the laboratory's purpose was to design an atomic bomb. Teller moved there in March 1943. In Los Alamos, Teller managed to annoy his neighbors by playing piano late at night. Teller was one of the few scientists to actually watch (with eye protection) the Trinity nuclear test in July 1945, rather than follow orders to lie on the ground with backs turned. He later said that the atomic flash "was as if I had pulled open the curtain in a dark room and broad daylight streamed in".

Спор об Оппенгеймере

Теллер вызвал споры в 1954 году, когда дал показания против Оппенгеймера на слушании по вопросу о допуске Оппенгеймера к секретной информации. Теллер неоднократно вступал в конфликт с Оппенгеймером в Лос-Аламосе по вопросам, касающимся как исследований в области деления, так и термоядерного синтеза, и во время слушания Оппенгеймера он был единственным представителем научного сообщества, заявившим, что Оппенгеймеру не следует предоставлять допуск к секретной информации. На вопрос адвоката Комиссии по атомной энергии Роджера Робба, планирует ли он «предположить, что доктор Оппенгеймер нелоялен к Соединенным Штатам», Теллер ответил: «Я не хочу ничего подобного предполагать. Я знаю Оппенгеймера как исключительно проницательного и очень сложного человека, и я думаю, что было бы самонадеянно и неправильно с моей стороны пытаться как-либо анализировать его мотивы. Но я всегда полагал, и сейчас полагаю, что он лоялен к Соединенным Штатам. Я верю в это и буду верить до тех пор, пока не увижу убедительных доказательств обратного». Его сразу же спросили, считает ли он, что Оппенгеймер представляет собой «угрозу безопасности», на что он ответил: «Во многих случаях я видел, как доктор Оппенгеймер действовал – я понимал, что доктор Оппенгеймер действовал – таким образом, который мне было чрезвычайно трудно понять. Я резко не соглашался с ним по многим вопросам, и его действия казались мне смущенными и сложными. В связи с этим я хотел бы видеть жизненно важные интересы этой страны в руках, которые я лучше понимаю и которым, следовательно, больше доверяю. В этом очень узком смысле я хотел бы выразить чувство, что я лично чувствовал бы себя более защищенно, если бы государственные дела находились в других руках». После слушаний Оппенгеймеру было отказано в допуске к секретной информации. Большинство бывших коллег Теллера не одобряли его показания, и он был отвергнут значительной частью научного сообщества. Теллер всегда утверждал, что его показания не нанесли Оппенгеймеру значительного вреда. В 2002 году Теллер заявил, что Оппенгеймер «не был уничтожен» слушанием по вопросам безопасности, но «больше не был привлечен к помощи в решении политических вопросов». Он утверждал, что его слова были чрезмерной реакцией, поскольку он только что узнал о том, что Оппенгеймер немедленно не сообщил о предложении Хакона Шевалье, который обратился к Оппенгеймеру с просьбой помочь русским. Теллер сказал, что, оглядываясь назад, он бы отреагировал иначе.

Teller became controversial in 1954 when he testified against Oppenheimer at Oppenheimer's security clearance hearing. Teller had clashed with Oppenheimer many times at Los Alamos over issues relating both to fission and fusion research, and during Oppenheimer's hearing he was the only member of the scientific community to state that Oppenheimer should not be granted security clearance. Asked at the hearing by Atomic Energy Commission (AEC) attorney Roger Robb whether he was planning "to suggest that Dr. Oppenheimer is disloyal to the United States", Teller replied that:I do not want to suggest anything of the kind. I know Oppenheimer as an intellectually most alert and a very complicated person, and I think it would be presumptuous and wrong on my part if I would try in any way to analyze his motives. But I have always assumed, and I now assume that he is loyal to the United States. I believe this, and I shall believe it until I see very conclusive proof to the opposite. He was immediately asked whether he believed that Oppenheimer was a "security risk", to which he testified:
blockquote|In a great number of cases I have seen Dr. Oppenheimer act—I understood that Dr. Oppenheimer acted—in a way which for me was exceedingly hard to understand. I thoroughly disagreed with him in numerous issues and his actions frankly appeared to me confused and complicated. To this extent I feel that I would like to see the vital interests of this country in hands which I understand better, and therefore trust more. In this very limited sense I would like to express a feeling that I would feel personally more secure if public matters would rest in other hands. Oppenheimer's security clearance was revoked after the hearings. Most of Teller's former colleagues disapproved of his testimony and he was ostracized by much of the scientific community. Teller always insisted that his testimony had not significantly harmed Oppenheimer. In 2002, Teller contended that Oppenheimer was "not destroyed" by the security hearing but "no longer asked to assist in policy matters". He claimed his words were an overreaction, because he had only just learned of Oppenheimer's failure to immediately report an approach by Haakon Chevalier, who had approached Oppenheimer to help the Russians. Teller said that, in hindsight, he would have responded differently.

Работа в правительстве США и политическая пропаганда

После спора об Оппенгеймере Теллер был отвергнут значительной частью научного сообщества, но по-прежнему пользовался поддержкой в правительственных и военных научных кругах. Помимо его традиционной поддержки развития ядерной энергетики, создания мощного ядерного арсенала и активной программы ядерных испытаний, он помог разработать стандарты безопасности ядерных реакторов в качестве председателя Комитета по безопасности реакторов при AEC в конце 1940-х годов, а в конце 1950-х годов возглавил работу в General Atomics по созданию исследовательских реакторов, в которых ядерный расплав был бы невозможен. Реактор TRIGA (Training, Research, Isotopes, General Atomic) был построен и используется в сотнях больниц и университетов по всему миру для производства медицинских изотопов и проведения исследований. Теллер выступал за увеличение расходов на оборону для противодействия предполагаемой советской ракетной угрозе. Он был одним из подписантов доклада 1958 года военной подкомиссии Специального исследовательского проекта, финансируемого братьями Рокфеллерами, в котором предлагалось ежегодно увеличивать военный бюджет США на 3 миллиарда долларов. В 1956 году он участвовал в конференции по борьбе с подводными лодками в рамках проекта Nobska, где обсуждались вопросы от океанографии до ядерного оружия. В ходе обсуждения небольшой ядерной боеголовки для торпеды Mark 45 он инициировал дискуссию о возможности разработки физически компактной ядерной боеголовки мощностью в один мегатонну для ракеты Polaris. Его оппонент в дискуссии, Дж. Карсон Марк из Лос-Аламосской национальной лаборатории, поначалу утверждал, что это невозможно. Однако доктор Марк в конечном итоге заявил, что можно разработать полумегатонную боеголовку достаточно малого размера. Такой мощности, примерно в тридцать раз превышающей мощность бомбы, сброшенной на Хиросиму, было достаточно для начальника военно-морских операций адмирала Арли Берка, присутствовавшего лично, и к концу года разработка стратегических ракет ВМС перешла от Jupiter к Polaris. С 1958 по 1960 год он был директором Национальной лаборатории Лоуренса Ливермора, которую он помог основать вместе с Эрнестом О. Лоуренсом, а затем продолжил работу в качестве заместителя директора. Он возглавлял комитет, основавший Лабораторию космических наук в Беркли. Одновременно он преподавал физику в Калифорнийском университете в Беркли. В 1975 году он вышел на пенсию как из лаборатории, так и из Беркли, получив звание почетного директора лаборатории Ливермора и должность старшего научного сотрудника в Институте Гувера. После падения коммунизма в Венгрии в 1989 году он несколько раз посетил свою родину и внимательно следил за политическими изменениями в стране.

After the Oppenheimer controversy, Teller became ostracized by much of the scientific community, but was still quite welcome in the government and military science circles. Along with his traditional advocacy for nuclear energy development, a strong nuclear arsenal, and a vigorous nuclear testing program, he had helped to develop nuclear reactor safety standards as the chair of the Reactor Safeguard Committee to the AEC in the late 1940s, and in the late 1950s headed an effort at General Atomics which designed research reactors in which a nuclear meltdown would be impossible. The TRIGA (Training, Research, Isotopes, General Atomic) has been built and used in hundreds of hospitals and universities worldwide for medical isotope production and research. Teller promoted increased defense spending to counter the perceived Soviet missile threat. He was a signatory to the 1958 report by the military sub panel of the Rockefeller Brothers funded Special Studies Project, which called for a $3 billion annual increase in America's military budget. In 1956 he attended the Project Nobska anti submarine warfare conference, where discussion ranged from oceanography to nuclear weapons. In the course of discussing a small nuclear warhead for the Mark 45 torpedo, he started a discussion on the possibility of developing a physically small one megaton nuclear warhead for the Polaris missile. His counterpart in the discussion, J. Carson Mark from the Los Alamos National Laboratory, at first insisted it could not be done. However, Dr. Mark eventually stated that a half megaton warhead of small enough size could be developed. This yield, roughly thirty times that of the Hiroshima bomb, was enough for Chief of Naval Operations Admiral Arleigh Burke, who was present in person, and Navy strategic missile development shifted from Jupiter to Polaris by the end of the year. He was Director of the Lawrence Livermore National Laboratory, which he helped to found with Ernest O. Lawrence, from 1958 to 1960, and after that he continued as an associate director. He chaired the committee that founded the Space Sciences Laboratory at Berkeley. He also served concurrently as a professor of physics at the University of California, Berkeley. In 1975 he retired from both the lab and Berkeley, and was named director emeritus of the Livermore Laboratory and appointed Senior Research Fellow at the Hoover Institution. After the end of communism in Hungary in 1989, he made several visits to his country of origin, and paid careful attention to the political changes there.

Невоенное использование ядерных взрывов

Теллер был одним из самых влиятельных и известных сторонников изучения невоенных применений ядерных взрывчатых веществ, которые США исследовали в рамках операции "Plowshare". Одним из наиболее спорных проектов, предложенных им, был план использования многомегатонной водородной бомбы для создания глубоководного порта длиной более полутора километров и шириной около восьмисот метров, предназначенного для транспортировки ресурсов из угольных и нефтяных месторождений через Пойнт-Хоуп на Аляске. Комиссия по атомной энергии одобрила предложение Теллера в 1958 году, и ему было присвоено название "Проект "Колесница"". Пока AEC проводила разведку участка на Аляске и изымала землю из государственной собственности, Теллер публично отстаивал экономические преимущества плана, но не смог убедить местных органов власти в его финансовой целесообразности. Другие ученые критиковали проект как потенциально опасный для местной дикой природы и народа инупиат, проживающего вблизи выделенной территории, которому официально не сообщили о плане до марта 1960 года. Кроме того, выяснилось, что порт будет скован льдом в течение девяти месяцев в году. В конечном итоге, из-за финансовой нецелесообразности проекта и опасений, связанных с радиационным воздействием на здоровье, проект был прекращен в 1962 году. Связанным экспериментом, также получившим поддержку Теллера, был план добычи нефти из битуминозных песков в северной Альберте с помощью ядерных взрывов, получивший название "Project Oilsands". План фактически получил одобрение правительства Альберты, но был отклонен правительством Канады во главе с премьер-министром Джоном Дифенбейкером, который выступал против размещения ядерного оружия на территории Канады. После отставки Дифенбейкера Канада получила ядерное оружие в рамках соглашения о совместном использовании ядерного оружия с США в период с 1963 по 1984 год. Теллер также предлагал использовать ядерные бомбы для предотвращения ущерба от мощных ураганов. Он утверждал, что когда условия в Атлантическом океане благоприятны для формирования ураганов, тепло, выделяемое правильно расположенными ядерными взрывами, может спровоцировать несколько небольших ураганов, вместо того чтобы ждать, пока природа сформирует один крупный.

Teller was one of the strongest and best known advocates for investigating non military uses of nuclear explosives, which the United States explored under Operation Plowshare. One of the most controversial projects he proposed was a plan to use a multi megaton hydrogen bomb to dig a deep water harbor more than a mile long and half a mile wide to use for shipment of resources from coal and oil fields through Point Hope, Alaska. The Atomic Energy Commission accepted Teller's proposal in 1958 and it was designated Project Chariot. While the AEC was scouting out the Alaskan site, and having withdrawn the land from the public domain, Teller publicly advocated the economic benefits of the plan, but was unable to convince local government leaders that the plan was financially viable. Other scientists criticized the project as being potentially unsafe for the local wildlife and the Inupiat people living near the designated area, who were not officially told of the plan until March 1960. Additionally, it turned out that the harbor would be ice bound for nine months out of the year. In the end, due to the financial infeasibility of the project and the concerns over radiation related health issues, the project was abandoned in 1962. A related experiment which also had Teller's endorsement was a plan to extract oil from the tar sands in northern Alberta with nuclear explosions, titled Project Oilsands. The plan actually received the endorsement of the Alberta government, but was rejected by the Government of Canada under Prime Minister John Diefenbaker, who was opposed to having any nuclear weapons in Canada. After Diefenbaker was out of office, Canada went on to have nuclear weapons, from a US nuclear sharing agreement, from 1963 to 1984. Teller also proposed the use of nuclear bombs to prevent damage from powerful hurricanes. He argued that when conditions in the Atlantic Ocean are right for the formation of hurricanes, the heat generated by well placed nuclear explosions could trigger several small hurricanes, rather than waiting for nature to build one large one.

Ядерные технологии и Израиль

В течение примерно двадцати лет Теллер консультировал Израиль по ядерным вопросам в целом и по созданию водородной бомбы в частности. В 1952 году Теллер и Оппенгеймер провели длительную встречу с Давидом Бен-Гурионом в Тель-Авиве, сообщив ему, что лучший способ накопления плутония – облучать природный уран в ядерном реакторе. Начиная с 1964 года, связь между Теллером и Израилем поддерживал физик Юваль Неэман, разделявший его политические взгляды. В период с 1964 по 1967 год Теллер шесть раз посетил Израиль, читал лекции в Тель-Авивском университете и консультировал руководителей израильского научного сообщества, отвечающих за безопасность, а также премьер-министров и членов кабинета министров. В 1967 году, когда израильская ядерная программа приближалась к завершению, Теллер сообщил Неэману о намерении проинформировать ЦРУ о том, что Израиль создал ядерное оружие, и обосновать это контекстом Шестидневной войны. После согласования с премьер-министром Леви Эшколом, Теллер проинформировал главу Управления науки и технологий ЦРУ Карла Дакетта. Потребовался год, чтобы убедить ЦРУ в наличии у Израиля ядерных возможностей; информация затем была передана директору ЦРУ Ричарду Хелмсу и, в конечном итоге, президенту Линдону Б. Джонсону. Теллер также убедил их прекратить американские попытки инспектировать Негевский центр ядерных исследований в Димоне. В 1976 году Дакетт дал показания в Конгрессе перед Комиссией по ядерному регулированию, заявив, что после получения информации от «американского ученого» он подготовил Национальную разведывательную оценку ядерного потенциала Израиля. В 1980-х годах Теллер вновь посетил Израиль, чтобы консультировать израильское правительство по строительству ядерного реактора. Три десятилетия спустя Теллер подтвердил, что именно во время этих визитов он пришел к выводу о наличии у Израиля ядерного оружия. Сообщив об этом правительству США, Теллер, по сообщениям, сказал: «У них [израильтян] оно есть, и они оказались достаточно умны, чтобы доверять своим исследованиям и не проводить испытания, понимая, что испытания могут привести к проблемам».

For some twenty years, Teller advised Israel on nuclear matters in general, and on the building of a hydrogen bomb in particular. In 1952, Teller and Oppenheimer had a long meeting with David Ben Gurion in Tel Aviv, telling him that the best way to accumulate plutonium was to burn natural uranium in a nuclear reactor. Starting in 1964, a connection between Teller and Israel was made by the physicist Yuval Ne'eman, who had similar political views. Between 1964 and 1967, Teller visited Israel six times, lecturing at Tel Aviv University, and advising the chiefs of Israel's scientific security circle as well as prime ministers and cabinet members. In 1967 when the Israeli nuclear program was nearing completion, Teller informed Neeman that he was going to tell the CIA that Israel had built nuclear weapons, and explain that it was justified by the background of the Six Day War. After Neeman cleared it with Prime Minister Levi Eshkol, Teller briefed the head of the CIA's Office of Science and Technology, Carl Duckett. It took a year for Teller to convince the CIA that Israel had obtained nuclear capability; the information then went through CIA Director Richard Helms to the president at that time, Lyndon B. Johnson. Teller also persuaded them to end the American attempts to inspect the Negev Nuclear Research Center in Dimona. In 1976 Duckett testified in Congress before the Nuclear Regulatory Commission, that after receiving information from an "American scientist", he drafted a National Intelligence Estimate on Israel's nuclear capability. In the 1980s, Teller again visited Israel to advise the Israeli government on building a nuclear reactor. Three decades later, Teller confirmed that it was during his visits that he concluded that Israel was in possession of nuclear weapons. After conveying the matter to the U. S. government, Teller reportedly said: "They [Israel] have it, and they were clever enough to trust their research and not to test, they know that to test would get them into trouble."

Остров Три Майл

У Теллера случился сердечный приступ в 1979 году, и он винил в этом Джейн Фонду, снявшуюся в фильме "Китайский синдром", который изображал вымышленную аварию на реакторе и вышел в прокат менее чем за две недели до аварии на Три-Майл-Айленд. Она выступала против ядерной энергетики во время продвижения фильма. После аварии Теллер оперативно начал лоббировать в защиту ядерной энергии, выступая с показаниями о её безопасности и надёжности, и вскоре после активной деятельности перенёс приступ. Он подписал двухстраничную рекламу в выпуске газеты The Washington Post от 31 июля 1979 года с заголовком "Я был единственной жертвой Три-Майл-Айленда". Она начиналась так: "7 мая, спустя несколько недель после аварии на Три-Майл-Айленд, я был в Вашингтоне. Я был там, чтобы опровергнуть ту пропаганду, которую Ральф Надер, Джейн Фонда и им подобные распространяют в СМИ, пытаясь напугать людей и отговорить их от использования ядерной энергии. Мне 71 год, и я работал по 20 часов в день. Перенапряжение было слишком большим. На следующий день я перенёс сердечный приступ. Можно сказать, что я был единственным, чьё здоровье пострадало из-за реактора возле Харрисбурга. Нет, это было бы неверно. Виноват был не реактор. Виновата была Джейн Фонда. Реакторы не опасны."

Стратегическая оборонная инициатива

В 1980-х годах Теллер начал активную кампанию в поддержку того, что впоследствии стало известно как Стратегическая оборонная инициатива (СОИ), высмеянной критиками как «Звёздные войны» – концепции использования наземных и спутниковых лазеров, пучков частиц и ракет для уничтожения приближающихся советских МБР. Теллер лоббировал в правительственных учреждениях и получил одобрение президента Рональда Рейгана на план разработки системы, использующей сложные спутники, применяющие атомное оружие для запуска рентгеновских лазеров по входящим ракетам, в рамках более широкой научно-исследовательской программы по созданию средств защиты от ядерного оружия. Скандал разгорелся, когда Теллера (и его соратника Лоуэлла Вуда) обвинили в намеренном преувеличении возможностей программы и, возможно, в подстрекательстве к увольнению директора лаборатории (Роя Вудраффа), который пытался исправить допущенную ошибку. Его заявления послужили основой для шутки, распространившейся в научном сообществе: новая единица необоснованного оптимизма получила название «теллер»; один теллер был настолько велик, что большинство событий приходилось измерять в нано- или пико-теллерах. Многие известные ученые утверждали, что эта система неэффективна. Ханс Бете вместе с физиком IBM Ричардом Гарвином и коллегой из Корнелльского университета Куртом Готфридом опубликовали статью в журнале Scientific American, в которой проанализировали систему и пришли к выводу, что любой потенциальный противник может вывести её из строя, используя подходящие ложные цели, стоимость которых составит лишь малую часть бюджета программы СОИ. В 1987 году Теллер опубликовал книгу под названием «Лучше щит, чем меч», в которой поддержал гражданскую оборону и системы активной защиты. Его взгляды на роль лазеров в СОИ опубликованы и доступны в материалах двух лазерных конференций 1986–1987 годов.

Предотвращение столкновения с астероидом

После столкновения кометы Шумейкера — Леви 9 с Юпитером в 1994 году Теллер предложил группе американских и российских конструкторов вооружений, ранее работавших в период холодной войны, на семинаре по планетарной обороне в Национальной лаборатории Лоуренса Ливермора в 1995 году совместно разработать ядерное взрывное устройство мощностью 1 гигатонна, эквивалентное кинетической энергии астероида диаметром 1 км. Для защиты Земли теоретическое устройство мощностью 1 Гт должно было весить около 25–30 тонн — достаточно легкое, чтобы его можно было поднять ракетой-носителем «Энергия», — и могло бы использоваться для мгновенного испарения астероида диаметром 1 км или для изменения траектории астероидов, представляющих угрозу глобального вымирания (диаметром более 10 км) при заблаговременном предупреждении в несколько месяцев. При предупреждении за 1 год, в точке перехвата не ближе Юпитера, оно также могло бы справиться с еще более редкими кометами короткого периода, которые могут выходить из пояса Койпера и пересекать земную орбиту в течение 2 лет. Для комет этого класса, с максимальным оценочным диаметром 100 км, Харон служил гипотетической угрозой. В 1981 году Теллер стал одним из основателей Всемирного культурного совета. В качестве пожелания к своему 100-летию, высказанного примерно в период своего 90-летия, он хотел, чтобы ученые Лоуренса Ливермора предоставили ему «точные прогнозы, расчеты и эксперименты относительно внутреннего строения планет». Он был членом Американской академии искусств и наук, Американской ассоциации содействия развитию науки, Американского ядерного общества и Американского физического общества. Среди полученных им наград — премия Альберта Эйнштейна (1958), Золотая пластина Американской академии достижений (1961), премия Энрико Ферми (1962), премия Харви (1975), Национальная медаль науки (1983), Президентская гражданская медаль (1989). Он также был назван одним из «ученых США», признанных журналом Time «Людьми года» в 1960 году, а астероид 5006 Теллер назван в его честь. Президент Джордж Буш вручил ему Президентскую медаль Свободы в 2003 году, менее чем за два месяца до его смерти. История создания и импульс для этой последней работы были описаны соавтором Ральфом Моаром в 2007 году. В телевизионном мини-сериале «Оппенгеймер» 1980 года его роль исполнил Дэвид Сюше, а в биографическом фильме «Оппенгеймер» 2023 года — Бенни Сафди.

Following the 1994 Shoemaker Levy 9 comet impacts with Jupiter, Teller proposed to a collective of U. S. and Russian ex Cold War weapons designers in a 1995 planetary defense workshop at Lawrence Livermore National Laboratory, that they collaborate to design a 1 gigaton nuclear explosive device, which would be equivalent to the kinetic energy of a 1 km diameter asteroid. In order to safeguard the earth, the theoretical 1 Gt device would weigh about 25–30 tons—light enough to be lifted on the Russian Energia rocket—and could be used to instantaneously vaporize a 1 km asteroid, or divert the paths of extinction event class asteroids (greater than 10 km in diameter) with a few months' notice; with 1 year notice, at an interception location no closer than Jupiter, it would also be capable of dealing with the even rarer short period comets which can come out of the Kuiper belt and transit past Earth orbit within 2 years. For comets of this class, with a maximum estimated 100 km diameter, Charon served as the hypothetical threat. In 1981, Teller became a founding member of the World Cultural Council. A wish for his 100th birthday, made around the time of his 90th, was for Lawrence Livermore's scientists to give him "excellent predictions—calculations and experiments—about the interiors of the planets". He was a fellow of the American Academy of Arts and Sciences, the American Association for the Advancement of Science, the American Nuclear Society, and the American Physical Society. Among the honors he received were the Albert Einstein Award in 1958, the Golden Plate Award of the American Academy of Achievement in 1961, the Enrico Fermi Award in 1962, the Harvey Prize in 1975, the National Medal of Science in 1983, the Presidential Citizens Medal in 1989, He was also named as part of the group of "U. S. Scientists" who were Time magazine's People of the Year in 1960, and an asteroid, 5006 Teller, is named after him. He was awarded the Presidential Medal of Freedom by President George W. Bush in 2003, less than two months before his death. The genesis and impetus for this last paper was recounted by the co author Ralph Moir in 2007. He was portrayed by David Suchet in the 1980 TV miniseries Oppenheimer and by Benny Safdie in the 2023 biopic film Oppenheimer.