Майкл Оукшотт: Жизнь и философские взгляды

Введение

Британский философ (1901–1990)

Майкл Джозеф Оукшотт (англ. Michael Joseph Oakeshott, /ˈoʊkʃɒt/; 11 декабря 1901 – 19 декабря 1990) – английский философ и политический теоретик, писавший о философии истории, религии, эстетики, образования и права.

Ранние годы и образование

Оукшотт родился в Челсфилде, Лондон, 11 декабря 1901 года, как сын Джозефа Фрэнсиса Оукшотта, государственного служащего налоговой службы, и члена Фабианского общества, и Фрэнсис Мод, дочери Джорджа Тистла Хелликара, состоятельного шелкового купца из Ислингтона, и экономиста и социального реформатора Гилберта Слейтера. Майкл Оукшотт учился в школе Святого Георгия в Харпендене, новой совместной и «прогрессивной» школе-интернате с 1912 по 1920 год. Он любил школьные годы, а директор, преподобный Сесил Грант, последователь Марии Монтессори, позже стал его другом. В 1920 году Оукшотт поступил в Колледж Гонвилла и Кая, Кембридж, со стипендией, где изучал историю, выбирая специализацию в области политических наук на обеих частях Tripos – программы экзаменов Кембриджского университета. Он окончил университет в 1923 году с отличием и впоследствии получил степень магистра без экзаменов, а в 1925 году был избран членом Колледжа Кая. Будучи студентом Кембриджского университета, он восхищался британскими философами-идеалистами Дж. М. Э. Мактаггартом и Джоном Гротом, а также историком Средневековья Закари Нугентом Бруком. Он говорил, что вводные лекции Мактаггарта были единственным формальным философским образованием, которое он когда-либо получал. Историк Герберт Баттерфилд был его современником, другом и членом общества молодых историков. После окончания университета в 1923 году Оукшотт изучал теологию и немецкую литературу на летних курсах в университетах Марбурга и Тюбингена, а также в 1925 году. В промежутке он преподавал литературу в течение года в качестве старшего преподавателя английского языка в школе короля Эдуарда VII в Литэме, одновременно работая над диссертацией для получения стипендии, которую он назвал «пробным запуском» для своей первой книги «Опыт и его формы».

Карьера

Оукшотт был обеспокоен политическим экстремизмом, охватившим Европу в 1930-х годах, и его сохранившиеся лекции того периода свидетельствуют о неприязни к нацизму и марксизму. Считается, что он был первым в Кембридже, кто читал лекции по Марксу. По предложению сэра Эрнеста Баркера, стремившегося видеть Оукшотта своим преемником на кафедре политических наук в Кембриджском университете, он подготовил антологию с комментариями «Социальные и политические доктрины современной Европы», опубликованную в 1939 году. Несмотря на всю её сумбурность и бессвязность, как считал Оукшотт, он находил представительную демократию наименее неприемлемой, отчасти потому, что «навязывание обществу универсального плана жизни одновременно глупо и аморально».

Вторая мировая война

Оукшотт вступил в британскую армию в 1940 году в возрасте, когда он мог бы избежать призыва по возрасту. Он добровольно пошел на службу в практически самоубийственное Управление специальных операций (SOE), где средняя продолжительность жизни составляла около шести недель, и прошел собеседование у Хью Тревора Ропера, который считал, что он "слишком явно англичанин" для проведения тайных операций на континенте. Оукшотт участвовал в боевых действиях в Европе в составе разведывательного подразделения "Phantom", полунезависимой военизированной организации связи, которая также поддерживала связь со Специальной воздушной службой (SAS). Хотя подразделение всегда находилось на передовой, оно редко непосредственно участвовало в сражениях. Военная компетентность Оукшотта не осталась незамеченной, и он закончил войну адъютантом эскадрильи "Б" подразделения "Phantom" в звании исполняющего обязанности майора.

Послевоенный

В 1945 году Оукшотт был демобилизован и вернулся в Кембриджский университет. В 1949 году он покинул Кембридж и поступил в Нюфилдский колледж в Оксфорде, но лишь через два года, в 1951 году, был назначен профессором политологии в Лондонской школе экономики (LSE), сменив левого Гарольда Ласки, что было отмечено в популярной прессе. Оукшотт был глубоко не расположен к студенческой активизации в LSE в конце 1960-х годов и крайне критически относился к тому, что считал недостаточно решительным ответом властей. Он ушел в отставку из LSE в 1969 году, но продолжал преподавать и проводить семинары до 1980 года. На пенсии он уединился и жил тихой жизнью в загородном коттедже в Лэнгтоне-Метраверсе, в графстве Дорсет, со своей третьей женой. Он дважды был разведен и имел множество романов, многие из которых – с женами его студентов, коллег и друзей, а также с девушкой его сына Саймона. У него также был внебрачный сын, которого он оставил вместе с матерью, когда ребенку исполнилось два года, и с которым не встречался почти двадцать лет. Самой известной любовницей Оукшотта была Айрис Мердок. Оукшотт дожил до того времени, когда его признание стало расти, хотя значительно больше о нем написали уже после его смерти. Оукшотт отклонил предложение стать компаньоном Ордена Почета, на которое его выдвинула Маргарет Тэтчер.

Ранние работы

Ранние работы Оукшотта, некоторые из которых были опубликованы посмертно как "Что такое история?" и другие эссе (2004) и "Концепция философской юриспруденции" (2007), показывают, что он был больше заинтересован в философских проблемах, возникших в результате его исторических исследований, чем в самой истории, хотя формально он был историком. Некоторые из его самых ранних эссе посвящены религии (христианского "модернистского" толка), однако после первого развода (около 1934 года) он больше ничего не публиковал на эту тему, за исключением нескольких страниц в своем главном труде "О человеческом поведении". Тем не менее, его посмертно опубликованные и обширные "Заметки" (1919) свидетельствуют о его постоянной озабоченности религией и вопросами смертности. В юности он подумывал о принятии священного сана, но позже склонился к неясному романтическому мистицизму.

Философия и способы опыта

Оукшотт опубликовал свою первую книгу в 1933 году, когда ему было тридцать один год. Он признал влияние Георга Вильгельма Фридриха Гегеля и Ф. Х. Брэдли; комментаторы также отмечали сходство между этой работой и идеями таких мыслителей, как Р. Г. Коллингвуд и Георг Зиммель. В книге утверждалось, что наш опыт обычно модален, в том смысле, что мы почти всегда рассматриваем мир с определенной точки зрения, будь то практическая или теоретическая. Существуют различные теоретические подходы к миру: естественные науки, история и практика, например, представляют собой отдельные, несмешиваемые способы опыта. Он заявил, что ошибочно рассматривать историю по образцу наук или проецировать на нее свои текущие практические заботы. Однако философия не является модой. На этом этапе карьеры Оукшотт понимал философию как мир, увиденный, по выражению Спинозы, *sub specie aeternitatis*, буквально «под аспектом вечности», свободный от предпосылок, в то время как наука, история и практическая деятельность опираются на определенные допущения. Позже (существуют разногласия относительно точного времени) Оукшотт пришел к плюралистическому взгляду на различные моды опыта, где философия была лишь одним из многих голосов, хотя и сохранила свой самокритический характер. По мнению Оукшотта, доминирующими принципами научного и исторического мышления являются количество (*sub specie quantitatis*) и прошлое (*sub specie praeteritorum*) соответственно. Оукшотт различал академический взгляд на прошлое и практический, в котором прошлое рассматривается с точки зрения его значимости для настоящего и будущего. Его настойчие на автономии истории сближает его с Коллингвудом, который также выступал за автономию исторического знания. Практическое мировоззрение (*sub specie voluntatis*) предполагает идеи воли и ценности. Только в терминах этих понятий практические действия, например, в политике, экономике и этике, обретают смысл. Поскольку любое действие обусловлено предпосылками, Оукшотт считал любую попытку изменить мир зависимой от системы ценностей, которая сама предполагает контекст, в котором одно предпочтительнее другого. Даже консервативное стремление сохранить статус-кво (пока он приемлем) зависит от управления неизбежными изменениями, что он позже подробно рассмотрел в своем эссе «О том, что значит быть консерватором».

Oakeshott published his first book in 1933, Experience and its Modes, when he was thirty one. He acknowledged the influence of Georg Wilhelm Friedrich Hegel and F. H. Bradley; commentators also noticed resemblances between this work and the ideas of thinkers such as R. G. Collingwood and Georg Simmel. The book argued that our experience is usually modal, in the sense that we almost always have a governing perspective on the world, be it practical or theoretical. One may take various theoretical approaches to the world: natural science, history and practice, for example, are quite separate, immiscible modes of experience. It is a mistake, he declared, to treat history on the model of the sciences, or to read into it one's current practical concerns. Philosophy, however, is not a mode. At this stage of his career Oakeshott understood philosophy as the world seen, in Spinoza's phrase, sub specie aeternitatis, literally "under the aspect of eternity", free from presuppositions, whereas science and history and the practical mode rely on certain assumptions. Later (there is disagreement about exactly when) Oakeshott adopted a pluralistic view of the various modes of experience, with philosophy just one voice among others, though it retained its self critical character. According to Oakeshott, the dominating principles of scientific and historical thought are quantity (the world sub specie quantitatis) and pastness (the world sub specie praeteritorum) respectively. Oakeshott distinguished the academic perspective on the past from the practical, in which the past is seen in terms of its relevance to our present and future. His insistence on the autonomy of history places him close to Collingwood, who also argued for the autonomy of historical knowledge. The practical world view (the world sub specie voluntatis) presupposes the ideas of will and value. It is only in terms of these that practical action, for example in politics, economics, and ethics, makes sense. Because all action is conditioned by presuppositions, Oakeshott saw any attempt to change the world as reliant upon a scale of values, which themselves presuppose a context in which this is preferable to that. Even the conservative disposition to maintain the status quo (so long as the latter is tolerable) relies upon managing inevitable change, a point he later elaborated in his essay "On Being Conservative".

Послевоенные эссе

В этот период Оукшотт опубликовал свою самую известную при жизни работу – сборник «Рационализм в политике и другие эссе» (1962), отличающийся изяществом стиля. Некоторые из его работ, близкие к полемике, против курса, который избрала Британия, особенно в сторону социализма, принесли Оукшотту репутацию традиционалистского консерватора, скептически относившегося к рационализму и жёстким идеологиям. Бернард Крик назвал его «одиноким нигилистом». Противостояние Оукшотта политическому утопизму наиболее ярко выражено в его аналогии (вероятно, заимствованной из памфлета государственного деятеля XVII века Джорджа Савиля, 1-го маркиза Галифакса, «Характер умеренного») с государственным кораблем, у которого «нет ни отправной точки, ни заданного пункта назначения [и где] задача состоит в том, чтобы держаться на плаву, сохраняя равновесие». Он был резким критиком Э. Х. Карра, кембриджского историка Советской России, утверждая, что Карр был роково некритичен к большевистскому режиму и принимал часть его пропаганды на веру.

О человеческом поведении и политической теории Оукшотта

В своем эссе "О консервативности" (1956) Оукшотт охарактеризовал консервативность как предрасположенность, а не политическую позицию: "Быть консерватором – это предпочитать знакомое неизвестному, испытанное – неизведанному, факт – тайне, действительное – возможному, ограниченное – неограниченному, близкое – далекому, достаточное – избыточному, удобное – совершенному, настоящий смех – утопическому блаженству". Политическая философия Оукшотта, изложенная в книге "О человеческом поведении" (1975), свободна от какой-либо узнаваемой партийной политики. Первая часть книги ("О теоретическом понимании человеческого поведения") развивает теорию человеческого действия как реализации разумной деятельности в таких сферах, как стремления и выбор, вторая ("О гражданском состоянии") обсуждает формальные условия ассоциации, подходящие для таких разумных агентов, описываемые как "гражданская" или юридическая ассоциация, а третья ("О характере современного европейского государства") рассматривает, в какой степени это понимание человеческой ассоциации повлияло на политику и политические идеи в европейской истории после Ренессанса. Оукшотт полагал, что существовало два основных способа или понимания политической организации. В первом, который он называет "ассоциация предприятия" (или universitas), государство (неправомерно) понимается как навязывание своим подданным некой универсальной цели (прибыль, спасение, прогресс, расовое господство). (Как следует из названия, ассоциация предприятия идеально подходит для управления предприятиями; однако, за исключением чрезвычайных ситуаций, таких как война, когда все ресурсы должны быть направлены на достижение победы, государство не является предприятием в строгом смысле этого слова.) В отличие от этого, "гражданская ассоциация" (или societas) – это прежде всего правовые отношения, в которых законы устанавливают обязательные условия действий, но не требуют от участников выбирать одно действие вместо другого. (Сравните с концепцией "боковых ограничений" Роберта Нозика.) Сложный, технический и зачастую отталкивающий стиль "О человеческом поведении" не привлек большого числа читателей, и его первоначальный прием был в основном озадаченным. Оукшотт, редко отвечавший на критику, саркастически ответил в журнале "Политическая теория" на некоторые из материалов, представленных в симпозиуме, посвященном его книге. В своей посмертно опубликованной работе "Политика веры и политика скептицизма" Оукшотт описывает ассоциации предприятий и гражданские ассоциации в иных терминах. В политике ассоциация предприятия основана на фундаментальной вере в способность человека установить и постичь некое универсальное благо (что приводит к политике веры), а гражданская ассоциация – на фундаментальном скептицизме относительно способности человека либо установить, либо достичь этого блага (что приводит к политике скептицизма). Оукшотт считает власть (особенно технологическую) необходимым условием для политики веры, поскольку она позволяет людям верить в то, что они могут достичь чего-то великого, и осуществлять политику, необходимую для достижения своей цели. Политика скептицизма, напротив, основывается на идее, что правительство должно заботиться о предотвращении плохих событий, а не о содействии неоднозначно хорошим. Оукшотт, вероятно, был недоволен этой книгой, которую, как и многое из написанного им, он так и не опубликовал при жизни. Очевидно, она была написана задолго до "О человеческом поведении". В последней книге Оукшотт использует аналогию наречия, чтобы описать тип сдержанности, который подразумевает закон. Законы предписывают "наречные условия": они обуславливают наши действия, но не определяют их существенные, выбранные цели. Например, закон против убийства – это не закон против убийства как такового, а лишь закон против убийства "убийственно". Или, приведя более тривиальный пример, закон не предписывает мне владеть автомобилем, но если я им владею, я должен ездить по той же стороне дороги, что и все остальные. Это контрастирует с правилами ассоциаций предприятий, в которых действия, требуемые руководством, являются обязательными для всех.

In his essay "On Being Conservative" (1956) Oakeshott characterised conservatism as a disposition rather than a political stance: "To be conservative is to prefer the familiar to the unknown, to prefer the tried to the untried, fact to mystery, the actual to the possible, the limited to the unbounded, the near to the distant, the sufficient to the superabundant, the convenient to the perfect, present laughter to utopian bliss." Oakeshott's political philosophy, as advanced in On Human Conduct (1975), is free of any recognisable party politics. The book's first part ("On the Theoretical Understanding of Human Conduct") develops a theory of human action as the exercise of intelligent agency in activities such as wanting and choosing, the second ("On the Civil Condition") discusses the formal conditions of association appropriate to such intelligent agents, described as "civil" or legal association, and the third ("On the Character of a Modern European State") examines how far this understanding of human association has affected politics and political ideas in post Renaissance European history. Oakeshott suggests that there had been two major modes or understandings of political organization. In the first, which he calls "enterprise association" (or universitas), the state is (illegitimately) understood as imposing some universal purpose (profit, salvation, progress, racial domination) on its subjects. (As its name indicates, enterprise association is perfectly appropriate to the management of enterprises; however, except in emergencies such as war, where all resources must be commandeered into the pursuit of victory, the state is not an enterprise, properly so called.) By contrast, "civil association" (or societas) is primarily a legal relationship in which laws impose obligatory conditions of action but do not require the associates to choose one action rather than another. (Compare Robert Nozick on 'side constraints'.) The complex, technical and often rebarbative style of On Human Conduct found few readers, and its initial reception was mostly one of bafflement. Oakeshott, who rarely responded to critics, replied sardonically in Political Theory to some of the contributions made in a symposium on the book in the same journal. In his posthumously published The Politics of Faith and the Politics of Scepticism Oakeshott describes enterprise associations and civil associations in different terms. In politics, an enterprise association is based on a fundamental faith in human ability to ascertain and grasp some universal good (leading to the Politics of Faith), and civil association is based on a fundamental scepticism about human ability to either ascertain or achieve this good (leading to the Politics of Scepticism). Oakeshott considers power (especially technological power) as a necessary prerequisite for the Politics of Faith, because it allows people to believe that they can achieve something great and to implement the policies necessary to achieve their goal. The Politics of Scepticism, on the other hand, rests on the idea that government should concern itself with preventing bad things from happening, rather than enabling ambiguously good events. Oakeshott was presumably dissatisfied with this book, which, like much of what he wrote, he never published. It was evidently written well before On Human Conduct. In the latter book Oakeshott employs the analogy of the adverb to describe the kind of restraint that law involves. Laws prescribe "adverbial conditions": they condition our actions, but they do not determine their substantive chosen ends. For example, the law against murder is not a law against killing as such, but only a law against killing "murderously". Or, to choose a more trivial example, the law does not dictate that I have a car, but if I do, I must drive it on the same side of the road as everybody else. This contrasts with the rules of enterprise associations, in which the actions required by the management are made compulsory for all.

Философия истории

В последней работе, опубликованной Оукшоттом при жизни, "Об истории" (1983), он вновь обратился к идее истории как к особой форме опыта, но теперь уже опираясь на теорию действия, разработанную в "О человеческом поведении". Значительная часть "Об истории" выросла из аспирантских семинаров Оукшотта в ЛСЭ после выхода на пенсию и писалась одновременно с "О человеческом поведении" в начале 1970-х годов. В середине 1960-х годов Оукшотт выразил восхищение Вильгельмом Дилтеем, одним из основоположников герменевтики. "Об истории" можно рассматривать как, по сути, неокантовское исследование условий возможности исторического познания, начатое Дилтеем. Первые три эссе посвящены разграничению между настоящим исторического опыта и настоящим практического опыта, а также понятиям исторической ситуации, исторического события и пониманию изменения в истории. В "Об истории" также включено эссе о юриспруденции ("Верховенство права"). Кроме того, в книге представлен пересказ истории Вавилонской башни в современной интерпретации, где Оукшотт выражает пренебрежение к человеческой склонности жертвовать индивидуальностью, культурой и качеством жизни ради масштабных коллективных начинаний. Он объясняет такое поведение увлечением новизной, неутолимой неудовлетворенностью, жадностью и недостатком самоанализа.

Другие работы

Другие работы Оукшотта включали уже упомянутый сборник "Общественные и политические доктрины современной Европы". Он состоял из избранных текстов, иллюстрирующих основные доктрины либерализма, национал-социализма, фашизма, коммунизма и католицизма (1939). Он отредактировал "Левиафана" Томаса Гоббса (1946) с предисловием, которое некоторые более поздние исследователи признали значительным вкладом в литературу. Несколько работ Оукшотта о Гоббсе были собраны и опубликованы в 1975 году под названием "Гоббс о гражданском обществе". Вместе со своим коллегой из Кембриджа Гаем Томпсоном Гриффитом Оукшотт написал "Руководство по классике, или Как выбрать победителя Дерби" (1936) – руководство по принципам успешных ставок на скачках. Это была его единственная опубликованная неакадемическая работа. Оукшотт был автором более чем 150 эссе и рецензий, большинство из которых теперь переизданы. Незадолго до смерти Оукшотт одобрил два отредактированных сборника своих работ: "Голос либерального образования" (1989) – сборник его эссе об образовании, и второе, пересмотренное и расширенное издание "Рационализм в политике" (1991). Посмертные сборники его трудов включают в себя "Мораль и политика в современной Европе" (1993) – серию лекций, прочитанных им в Гарварде в 1958 году; "Религия, политика и моральная жизнь" (1993) – эссе, преимущественно из его раннего и среднего периодов; и "Политика веры и политика скептицизма" (1996) – уже упомянутая рукопись 1950-х годов, написанная одновременно с большей частью "Рационализма в политике", но в более обдуманном тоне. Основная часть его архива сейчас находится в Архиве Оукшотта при Лондонской школе экономики. Подготавливаются дальнейшие тома посмертных работ, а также биография. В первом десятилетии XXI века была опубликована серия монографий, посвященных его творчеству, и их выпуск продолжается.

Посмертно

1991. Рационализм в политике и другие очерки. Индианаполис: Liberty Press
1993. Мораль и политика в современной Европе. Нью-Хейвен: Yale University Press
1993. Религия, политика и нравственная жизнь. Нью-Хейвен: Yale University Press
1996. Политика веры и политика скептицизма. Нью-Хейвен: Yale University Press
2000. Zuversicht und Skepsis: Zwei Prinzipien neuzeitlicher Politik. (пер. К. Гольдманн). Берлин: Fest
2004. Что такое история? и другие эссе. Торвертон: Imprint Academic
2006. Лекции по истории политической мысли. Торвертон: Imprint Academic
2007. Концепция философской юриспруденции: эссе и рецензии 1926–51. Торвертон: Imprint Academic
2008. Словарь современного европейского государства: эссе и рецензии 1952–88. Торвертон: Imprint Academic
2010. Ранние политические работы 1925–30. Торвертон: Imprint Academic