Введение

Битва при Неке (Kılıçbayır Muharebesi) — небольшое сражение, произошедшее 7 августа 1915 года во время Галлиполийской кампании Первой мировой войны. «Нек» — это узкий участок хребта на полуострове Галлиполи. Название происходит от африкаанского слова, означающего «горный перевал», но сама местность представляла собой идеальное узкое место и была легко обороняема, что было доказано во время османской атаки в июне. Он соединял австралийские и новозеландские траншеи на хребте, известном как «Расселл’с Топ», с холмом под названием «Бэби 700», где были закрепились османские защитники. Кампания на полуострове Галлиполи началась в апреле 1915 года, но в последующие месяцы зашла в тупик. В попытке прорвать тупик британцы и их союзники предприняли наступление с целью захвата хребта Сари-Байр. В рамках этого наступления был запланирован отвлекающий удар австралийских войск на Неке для поддержки новозеландских войск, атакующих Чонук-Байр. Рано утром 7 августа 1915 года два полка австралийской 3-й легкой конной бригады, одного из соединений под командованием генерал-майора Александра Годли для этого наступления, предприняли безуспешную штыковую атаку на османские траншеи на Бэби 700. Из-за плохой координации и негибкости в принятии решений австралийцы понесли большие потери, не добившись никаких результатов. В общей сложности в атаке участвовало 600 австралийцев, атаковавших четырьмя волнами; 372 были убиты или ранены. Потери османов были незначительными.

География

Узкий перешеек, Нек, соединял австралийские и новозеландские траншеи на хребте Уокера, на плато, обозначенном как "Расселл'с Топ" (известном как Юксек Сирт у османов), с холмом под названием "Бэби 700" (Килич Баир), где османские защитники укрепились в, как описывает историк Крис Култард Кларк, "самой сильной позиции в Анзаке". Прилегающая территория была известна британским и войскам Содружества как сектор Анзака, а место высадки союзников назвали Анзак-Коув в честь Австралийского и Новозеландского армейского корпуса. Нек имел ширину между ; по обеим сторонам местность резко спускалась в глубокие долины внизу. Эти долины были долиной Монаш на юге и ущельем Малоуна на севере. Название, данное этому участку австралийскими солдатами – Нек – происходит от африкаансского слова, означающего "горный проход", и, по словам Гленна Валерта, "вероятно, было придумано ветеранами Южноафриканской войны". Турецкое название Нека – Чесареттепе. Он был идеально подходящим для обороны, лишен растительности и обеспечивал защитникам хороший обзор и сектора обстрела вдоль узкого фронта. Почва была голой, усеянной воронками, и имела небольшой уклон. Сложность местности была отмечена ранее в ходе кампании, когда батальон 57-го турецкого полка понес большие потери во время неудачной контратаки в апреле. После османской контратаки 19 мая генерал-майор Александр Годли приказал атаковать Нек Новозеландской конной стрелковой бригаде, но бригадный генерал Эндрю Рассел (в честь которого был назван Расселл'с Топ) убедил его отказаться от этого плана из-за опасений командиров полков Веллингтона и Окленда. Еще одна безуспешная атака, приведшая к значительным потерям, была предпринята турецким 18-м полком через Нек в ночь на 30 июня. Несмотря на эти инциденты, сложность штурма Нека не была в полной мере оценена командованием союзников при разработке плана Августовского наступления. Австралийская линия на Расселл'с Топ располагалась непосредственно под Неком и простиралась. Правый фланг линии находился напротив османской позиции на ровной местности; Лес Карлион описал ее как "обычный траншею", достаточно глубокую, чтобы к стенкам траншеи были прикреплены деревянные ступени и упоры для рук, позволяющие атакующим солдатам выбираться наружу. Слева от австралийской линии линия уходила в закрытую местность, где австралийцы обустроили, по словам Карлиона, "траншею без парапета", замаскированную растительностью и землей. Османская передовая линия на Неке состояла из двух линий траншей, с пулеметами, расположенными на флангах на выступах, которые обеспечивали четкие сектора обстрела в нейтральной полосе перед османской позицией. За ними располагались еще восемь траншей, расположенных ярусами на склонах в сторону Бэби 700. В этом районе было размещено по крайней мере пять групп пулеметов – около 30 в общей сложности – обеспечивающих непосредственную огневую поддержку османским войскам, удерживающим Нек. Эти позиции были широко рассредоточены и располагались в глубине, по крайней мере, от османской передовой линии. Командиры двух османских полков, занимавших позиции вокруг Нека, отказались замаскировать свои траншеи, несмотря на приказы из штаба дивизии, опасаясь, что бомбардировка обрушит крыши и заблокирует связь в траншеях, как это произошло в Лоун Пайн.

Стратегическая ситуация и планирование

В течение трех месяцев после высадки 25 апреля, плацдарм Анзак оставался в состоянии тупика. 19 мая османские войска предприняли попытку прорвать тупик контратакой на бухту Анзак, но понесли большие потери. В августе союзное наступление (позже известное как битва при Сари-Байре) было направлено на преодоление тупика путем захвата высот хребта Сари-Байр и соединения фронта Анзака с новой высадкой на севере в Сувле. Наряду с основным наступлением на север от периметра Анзака, планировались поддерживающие атаки с существующих позиций в траншеях. Высшее концептуальное планирование наступления осуществляли командующий Австралийским и Новозеландским армейским корпусом, генерал-лейтенант Уильям Бердвуд, и полковник Эндрю Скин; более детальное тактическое планирование было возложено на другие штабные службы. Тактическое командование наступлением на Сари-Байр было передано Годли, который в то время командовал Новозеландской и Австралийской дивизией. В рамках усилий по захвату Baby 700, Годли, при поддержке Бердвуда, планировал прорыв из Нека. Официальный австралийский историк Чарльз Бин пишет, что опасения по поводу "атаки без поддержки" привели к разработке планов по координации атаки с другими действиями. Атака на Нек должна была совпасть с атакой новозеландских войск с Чонук-Байра, который планировалось захватить ночью. Легкие кавалеристы должны были атаковать через Нек к Baby 700, в то время как новозеландцы должны были спуститься с тыла с Чонук-Байра на холм Бэтлшип, расположенный выше Baby 700. Другие атаки должны были быть предприняты 1-й бригадой легкой кавалерии на холме Поуп и 2-й бригадой легкой кавалерии на посту Куинна. 3-я бригада легкой кавалерии была выбрана для атаки на Нек. Эта бригада находилась под командованием полковника Фредерика Хьюза и состояла из 8-го, 9-го и 10-го полков легкой кавалерии. Для атаки 8-й и 10-й полки должны были сформировать штурмовые группы, а 9-й полк был поставлен в резерв. Некоторые из его пулеметов, расположенные на Туркс-Пойнт, примерно в от Нека, должны были обеспечить непосредственную огневую поддержку во время атаки. Как и другие формирования австралийской легкой кавалерии и новозеландских конных стрелков, 3-я бригада легкой кавалерии была отправлена в Галлиполи в мае в качестве пехотного подкрепления, оставив своих лошадей в Египте. Район вокруг Нека удерживался 18-м полком под командованием майора Мустафы Бея. Полк входил в состав 19-й османской дивизии Мустафы Кемаля. 27-й полк под командованием подполковника Сефика Бея также удерживал часть линии к югу от Нека до поста Куинна (Бомба Сырт). В приказе Годли об атаке указывалось, что атака будет осуществляться исключительно штыками и гранатами; винтовки должны быть разряжены. По словам Роланда Перри, это было сделано для того, чтобы "подтолкнуть солдат к непрерывному бегу к [османским] траншеям" и, в конечном итоге, лишить их возможности остановиться и открыть огонь. Планировщики предполагали четыре волны атакующих, продвигающихся с Вершины Рассела через Нек. Первая волна должна была использовать прикрытие морской бомбардировки, чтобы тихо и быстро приблизиться к траншеям, пока защитники были дезориентированы, и захватить траншею штыками и гранатами. Вторая волна должна была пройти через первую, чтобы захватить траншеи на нижних склонах Baby 700. Третья и четвертая волны должны были развить успех и закрепиться, с конечной целью захвата высот на Baby 700. Британский 8-й батальон Чеширского полка должен был закрепиться на Неке после атаки, в то время как две роты из 8-го батальона Королевских валлийских фузилеров должны были продвинуться вверх по западной части долины Монаш и провести атаку в районе "Шахматной доски" – к югу от Нека – для прикрытия южного фланга австралийцев на Неке. Подготовка к атаке началась за несколько дней до этого, когда солдатам было приказано сложить ненужную одежду, включая шерстяные туники, и снаряжение. В результате солдаты провели несколько холодных ночей в траншеях, одетые только в рубашки и короткие штаны. Каждому разрешалось нести 200 патронов, а также небольшое количество личных пайков. Штурмовое снаряжение включало кусачки для проволоки, пустые мешки с песком, лестницы и перископы; только четвертая и последняя штурмовая линия должна была нести лопаты. Легкие кавалеристы ранее не участвовали в крупномасштабных атаках; они не были обучены сражаться как пехотинцы, поскольку были набраны для службы в конном строю, но все они были полны энтузиазма и жаждали начала атаки. Вдохновленные недавними успехами соотечественников при Лоун Пайн, солдаты были подбодрены бригадным майором, подполковником Джоном Антиллом, ветераном Бурской войны, который рассказывал им истории из той войны. Многие солдаты, получившие ранения или заболевшие и находившиеся в госпитале, добились своего освобождения и вернулись в свои подразделения, чтобы принять участие в атаке. В такой обстановке никто не подвергал сомнению тактику, непредвиденные обстоятельства или эффективность атаки с не заряженным оружием. Перед атакой каждому солдату была выдана двойная порция рома для согрева.

Битва

Нападение должно было начаться в 04:30 7 августа. Ему предшествовала морская бомбардировка, поддерживаемая полевыми орудиями из нескольких береговых батарей. 8-й и 10-й легкие конные полки собрались в окопе длиной, напротив османской линии, находившейся на расстоянии между. Цветные флаги были взяты с собой, чтобы вывесить их из захваченных окопов в знак успеха. Чтобы помочь поддерживающей артиллерии идентифицировать атакующих австралийских солдат, нападавшие прикрепляли к рубашкам белые повязки и нашивки. Утром 7 августа стало ясно, что предпосылки для атаки не были выполнены. Изначальный замысел операции августовского наступления предусматривал одновременную атаку с тыла высоты Baby 700, создавая тем самым эффект «молот и наковальня» на османские окопы, оказавшиеся в тисках этого маневра. Поскольку новозеландское наступление на Чхунук-Бэйр было остановлено и не достигло цели, войска, наступавшие на Нек, должны были действовать в одиночку, если атака будет продолжена. Тем не менее, новозеландцы добились некоторого прогресса, захватив нижнюю часть хребта Рододендрон, и сохранялась надежда на взятие Чхунук-Бэйр. В результате, Бёрдвуд и Скин решили, что атака на Нек должна продолжиться как демонстрация, а не как щипцовый захват, чтобы помочь новозеландцам на Чхунук-Бэйре, в то время как австралийцы и индийцы из других соединений также атаковали Холм 971. Британские войска также высаживались в бухте Сувла, начав свою операцию накануне ночью (6 августа). Дальнейшая часть плана предусматривала атаку с поста Стила через несколько тоннелей против немецких Офицерских траншей 6-м батальоном подполковника Гордона Беннетта (2-я пехотная бригада 1-й австралийской дивизии). Османские пулеметы, расположенные там, простреливали местность перед постами Куинна и Нека, и атака 6-го батальона задумывалась как предварительный поддерживающий маневр для подавления османского огня по Неку и помощи 3-й легкой конной бригаде. Планировщики просили провести эту атаку одновременно с атакой на Нек, но Бёрдвуд решил, что ее следует провести раньше. Провал этой атаки означал, что османские пулеметы, поддерживавшие 18-й полк в районе Нека, остались невредимыми. Тем не менее, Бёрдвуд объявил, что атака 3-й легкой конной бригады должна состояться, хотя и с некоторыми изменениями. Это позволило бы австралийским легким кавалеристам стать правым флангом наступления на Чхунук-Бэйр, соединившись с новозеландской пехотной бригадой на хребте Рододендрон. После принятия решения о продолжении, в 04:00 полевая артиллерия и гаубицы начали обстрел из плацдарма вокруг бухты Анзак османских окопов в районе Нека. К этим орудиям присоединились несколько военных кораблей, включая эсминец, который открыл огонь по Неку и другим позициям вокруг Baby 700. Обстрел продолжался устойчивыми и размеренными темпами до 04:27, когда интенсивность возросла. Из-за близости траншей обеих сторон снаряды в основном падали за первую линию османских траншей. Бин описывает обстрел как самый мощный с 2 мая, но Карлион отмечает, что линкоры не были привлечены к обстрелу из-за близости австралийских траншей и характеризует его как «беспорядочный» и «шутку», ссылаясь на офицера из 9-го легкого конного полка, находившегося в резерве для атаки. По словам Бина, из-за неспособности согласовать время, артиллерийская подготовка передовых позиций прекратилась в 04:23, хотя морская артиллерия продолжала поражать некоторые глубинные цели. Хотя первоначальный план предусматривал начало атаки сразу после прекращения огня артиллерии, местные командиры не скорректировали свои планы после раннего прекращения подготовительного обстрела, и атака началась только в назначенное время – 04:30. После прекращения артиллерийского огня никто из атакующих не знал, будет ли продолжен обстрел. Позже выяснилось, что синхронизация часов между артиллерийским офицером и офицером штурмового отряда была упущена из виду. Поскольку атака не началась сразу после прекращения обстрела, а была отложена до запланированного времени 04:30, османские защитники получили достаточно времени, чтобы вернуться в свои окопы, которые в основном остались неповрежденными, и подготовиться к нападению, которое они теперь ожидали. В назначенное время первая волна из 150 человек 8-го легкого конного полка, возглавляемая своим командиром, подполковником Александром Генри Уайтом, «перепрыгнула мешки» и поднялась в атаку. Их встретил шквальный огонь из пулеметов и винтовок, и в течение 30 секунд Уайт и все его люди были сражены. Несколько человек достигли османских траншей, где начали бросать гранаты, и сообщалось, что цветные флаги были видны в юго-восточном углу османской линии, но люди были быстро подавлены османскими защитниками. В этот момент стало ясно, что усилия бессмысленны, и, по словам Карлиона, атаку следовало бы отменить. Вторая волна из 150 человек последовала за первой без вопросов через две минуты и постигла та же участь, почти все люди были скошены тяжелым ружейным и пулеметным огнем, не дойдя до половины пути до османской траншеи. Это контрастировало с одновременной атакой 2-го легкого конного полка (1-я легкая конная бригада) на пост Куинна против османской системы траншей, известной как «Шахматная доска», которая была оставлена после того, как из 50 человек в первой волне 49 стали жертвами. В этом случае командир полка не участвовал в первой волне и поэтому смог принять решение об отмене дальнейших атак. Пока третья волна, состоящая из людей 10-го легкого конного полка, собиралась в передовой траншее, два османских полевых орудия начали обстреливать нейтральную полосу. Подполковник Ноэль Бразиер, командир 10-го легкого конного полка, попытался отменить третью волну. Он не смог найти Хьюза, который переместился на наблюдательный пункт, и вместо этого нашел Антилла. Антилл, обладавший сильным характером, оказывал значительное влияние в командовании Хьюза и испытывал личную неприязнь к Бразиеру, которого считал непокорным, ставящим под сомнение приказы. Антилл получил доклады о том, что были замечены флаги, указывающие на успех. Этот доклад о флагах был впоследствии подтвержден в турецкой статье, опубликованной после войны, где командир турецкого 27-го полка заявил, что несколько человек с флагом достигли османской траншеи и подняли флаг, но были убиты. Антилл не проверил обстановку, чтобы установить, имеет ли смысл отправлять следующую волну, и не подтвердил, остались ли флаги на месте, и после жарких слов с Бразиером отдал приказ о продвижении третьей волны, не обращаясь к Хьюзу. Не имея возможности связаться с Годли, находившимся в своей штаб-квартире на пляже, Бразиер вернулся в австралийскую передовую позицию на Расселс-Топ и отдал приказ о наступлении третьей волны, сказав им: «Простите, ребята, но приказ – идти». Атака третьей волны началась в 04:45 и быстро закончилась, как и прежде. Бразиер предпринял еще одну попытку договориться с Антиллом, как и второй командир 10-го легкого конного полка, майор Аллан Лав. Антилл снова приказал двигаться вперед. На этот раз Бразиер посоветовался с несколькими майорами, а затем пошел искать Хьюза, который отменил атаку. Тем временем войска, назначенные для четвертой волны, собрались на бруствере передовой австралийской траншеи; в обстановке большой путаницы правый фланг линии бросился вперед до того, как приказ Хьюза до них дошел. Войска слева последовали за ними вскоре после этого, но, по словам Бина, многие из них придерживались более осторожного подхода, «прижимаясь к земле и не бежав». Некоторое время Хьюз подумывал об отряде для...

Последствия

Еще одним следствием неудачи отменить атаку на Нек стало то, что поддерживающая атака двух рот Королевских валлийских фузильеров была предпринята с головы долины Монаш, между вершиной Рассела и холмом Папы, против траншей "Шахматная доска". Шестьдесят пять человек были ранены до того, как атака была прервана около 06:00. Австралийцы атаковали с незаряженными винтовками и установленными штыками, не имея возможности стрелять; в отличие от этого, согласно Бину, огонь, которому они подверглись, был самым интенсивным за всю войну. Из 600 австралийцев 3-й легкой конной бригады, участвовавших в атаке, потери составили 372 человека: 234 из 300 человек 8-го легкого конного полка, из которых 154 были убиты, и 138 из 300 человек 10-го полка, из которых 80 были убиты. Потери османов были незначительными; Бин отмечает, что османы не понесли потерь во время атаки, но впоследствии "значительное число, продолжавших подвергать себя опасности после атаки, безусловно, было застрелено [австралийскими] пулеметами" с Турк-Пойнт (к северу от хребта Уокера и Нека) и холма Папы (к югу). Потери османов оцениваются примерно в двенадцать человек. Анализируя сражение, Карлион пишет, что атака провалилась из-за плохого планирования и оценки местности со стороны Бердвуда, Годли и Скина. Джон Гамильтон пишет, что после этого некоторые австралийцы прозвали поле боя "бойней Годли", считая его ответственным за потери. Перри пишет, что Годли "находился вне контакта, на пляже, и был наиболее виновен", хотя Карлион подчеркивает недостатки командования в австралийской бригаде как ключевой фактор, сосредотачиваясь на роли Хьюза и Антилла в решении продолжить атаку. Бин, отмечая концептуальные ошибки более высокого уровня со стороны Бердвуда и Скина, также приходит к выводу, что местные командиры "в основном несут ответственность" за большие потери жизней на Неке. Карлион задается вопросом, почему Годли не учел уроки, подчеркнутые османской атакой на ту же территорию 30 июня, указывая на то, что австралийцы имели несколько недостатков – атаковали в гору, днем и против более сильной обороны – по сравнению с османской атакой 30 июня. Он также противопоставляет безоговорочный подход Хьюза и Антилла подходу бригадного генерала Гарольда Уокера, которому было приказано атаковать Лоун Пайн, несмотря на его собственные протесты, но который критически проанализировал проблему, чтобы дать своим солдатам наилучшие шансы на успех. Бин писал, что атака была "одним из самых храбрых действий в истории войны", но, по словам Карлиона, с точки зрения ее более широкого влияния атака не принесла никаких результатов и не имела стратегической цели. Култард Кларк заключает, что "в лучшем случае смелая демонстрация легких кавалеристов на Неке могла задержать переброску турецких подкреплений к Чунук-Байру на несколько часов, но не предотвратила ее", где новозеландцы также вели отчаянную борьбу. В конечном счете, августовское наступление не смогло прорвать тупик и стало последней крупной атакой, предпринятой союзными войсками на полуострове. До ее завершения элементы 3-й легкой конной бригады – 9-й и 10-й легкие конные полки – приняли участие в другой дорогостоящей атаке во время битвы за холм 60. С наступлением зимы в октябре союзники планировали эвакуировать свои войска из Галлиполи, начиная с декабря 1915 года. Одно из последних наступательных действий союзников произошло на Неке во время эвакуации, когда 20 декабря союзные войска взорвали большой минный заряд под Неком, убив 70 османских защитников. Австралийцы прилагали усилия, чтобы вернуть своих погибших в течение месяцев после битвы, и 20-му батальону удалось вернуть тела нескольких человек из первой волны, включая Уайта в октябре. Большинство тел не удалось вернуть во время кампании. Когда австралийские похоронные команды вернулись на полуостров в 1919 году после окончания войны, кости погибших кавалеристов все еще лежали густо на небольшом участке земли. Кладбище Нек теперь занимает большую часть нейтральной полосы крошечного поля боя и содержит останки 316 австралийских солдат, большинство из которых погибли во время атаки 7 августа; только пятерых удалось опознать. Тропер Гарольд Раш из 10-го легкого конного полка погиб в третьей волне. Его тело было одним из немногих опознанных, и он похоронен на кладбище Уокерс-Ридж. Его эпитафия гласит: "Его последние слова: "Прощай, приятель, благослови тебя Бог"". 25 ноября 1915 года, незадолго до решения о полном выводе войск с полуострова, Годли был временно повышен в звании до генерал-лейтенанта и назначен командующим корпусом. После эвакуации (он покинул полуостров за день до остальных своих войск) в знак признания его заслуг в Галлиполи он был удостоен звания рыцаря-командора Ордена Бани, второго по значимости из семи британских рыцарских орденов. После войны утверждение о том, что основной причиной провала штурма была задержка между артиллерийской подготовкой и началом атаки, было поставлено под сомнение. В 2017 году автор Грэм Уилсон подробно обсудил эту задержку, проанализировав различные отчеты об атаке. В результате он пришел к выводу, что малочисленны свидетельства, подтверждающие эту идею, и предположил, что задержки между окончанием обстрела и началом атаки не было. Вместо этого Уилсон утверждает, что причиной больших потерь среди нападавших, вероятно, была неэффективность самого обстрела. Он утверждает, что из-за близкого расположения союзнических и османских траншей артиллеристам, вероятно, беспокоились о ранении легких кавалеристов, готовящихся к атаке, и поэтому разместили свои орудия за османскими передовыми оборонительными позициями, что означало, что когда началась атака, войска в этих линиях быстро смогли вернуться к своим огневым позициям.

Портреты в СМИ

После битвы Бин осветил боевые действия на Неке в статье для The Argus, опубликованной в сентябре 1915 года, которая подверглась сильной цензуре. В январе 1916 года британский командующий кампанией в Галлиполи, генерал Иэн Гамильтон, предоставил ограниченное количество деталей и, по мнению Карлайона, был чрезмерно оптимистичен в своей оценке. В своей автобиографии Годли уделил битве всего два предложения. После войны сражение легло в основу главы во втором томе официальной истории Бина. Битва изображена в кульминационной сцене фильма Питера Уира «Галлиполи» (1981), хотя в нем неверно представлено наступление как отвлекающий маневр с целью ослабить сопротивление Османской империи при высадке в заливе Сувла. Битва также показана в мини-сериале «Галлиполи», 5-й эпизод: «Прорыв» (дата выхода в эфир – 2 марта 2015 года). Питер Стэнли сделал обзор этого эпизода для веб-сайта «Честная история».