Мэттью Куэй: Политическая карьера и становление в Пенсильвании.

Введение

Американский политик (1833–1904)

После окончания университета в 1850 году Куэй посетил Миссисипи, где один из его одноклассников жил на плантации. Они планировали заняться бизнесом, организуя лекции с использованием стереоптикона, но оборудование сломалось. Не сумев найти подходящую работу на Юге, он вернулся в Пенсильванию, где изучал право в питтсбургской фирме Penney and Starrett. Джеймс Пенни, один из партнеров фирмы, отметил, что «никогда не встречал человека его возраста с таким дисциплинированным и зрелым умом». В конце 1852 года, сомневаясь в своей пригодности к юридической деятельности, Куэй отправился в очередное путешествие по Югу, но снова не смог найти прибыльную работу и вернулся, чтобы завершить юридическое образование под руководством полковника Ричарда Робертса из Бивера. В 1866 году он стал лидером республиканского большинства в Палате представителей и председателем Комитета по путям и средствам. Редко участвуя в дебатах, он стремился к эффективности, благодаря чему законопроекты об ассигнованиях стали вносить на рассмотрение в начале сессии, а не в конце, как было принято. В 1867 году законодательное собрание должно было избрать сенатора Соединенных Штатов, поскольку до 1913 года сенаторов избирали законодатели, а не народ. Куртин претендовал на это место, как и бывший сенатор и министр войны США Саймон Кэмерон. Помимо поддержки Куртина, Куэй хотел стать спикером Палаты представителей Пенсильвании, но соперники Куртина в борьбе за сенаторское кресло считали, что предоставление Куэю полномочий спикера приведет к избранию Куртина. Они объединились, чтобы нанести ему поражение. Кэмерон получил номинацию от партийного законодательного собрания на пост сенатора, а Куэй уладил разногласия, добившись единогласного утверждения кандидатуры. Затем Кэмерон был избран законодательным собранием в полном составе. Сенатор Кэмерон взял под полный контроль республиканскую партию штата в последующие годы, поскольку Куртин терял влияние, особенно после назначения президентом Улиссом С. Грантом в 1869 году министром в Россию, что привело к его длительному отсутствию в штате, и восходящим республиканцам пришлось выбирать между союзом с Кэмероном или политическим забвением. Куэй выбрал первое. Тем не менее, не желая казаться предателем Куртина, Куэй менял свою лояльность настолько постепенно, что она была завершена лишь в 1872 году. Куэй не стал добиваться переизбрания в законодательное собрание в 1867 году, а вместо этого вернулся в свой родной город и основал еженедельную газету Beaver Radical, которая начала выходить в январе 1868 года. Куэй, будучи редактором, заявил, что газета придерживается республиканских взглядов, но не поддерживает какую-либо фракцию. Тираж быстро рос, и к 1872 году Radical утверждала, что является самым распространенным еженедельником в западной Пенсильвании. Radical выступала против президента Эндрю Джонсона, но осуждала Закон о полномочиях, за нарушение которого Джонсон был подвергнут импичменту, как явно неконституционный. Radical также призывала северные штаты поддержать афроамериканцев, придав полную силу обещанию Пятнадцатой поправки об универсальном мужском избирательном праве. По словам Фрэнка Бернарда Эванса в его диссертации о политике Пенсильвании 1870-х годов, Куэй сделал Radical одним из «самых известных и наиболее цитируемых журналов в штате».

After graduating in 1850, Quay visited Mississippi, where one of his classmates lived on a plantation. They had plans to go into business giving stereopticon lectures, but the equipment broke. Unable to find suitable employment in the South, he returned to Pennsylvania, where he read law in the Pittsburgh firm of Penney and Starrett. James C. Penney, a partner in the firm, stated that he "had never known a man of his age whose mind was so well disciplined and mature". In late 1852, uncertain that he was suited to the law, Quay embarked on another tour of the South but was again unable to find profitable employment and returned to complete his legal studies under the tutelage of Colonel Richard Roberts of Beaver. In 1866, he became the leader of the Republican majority in the House and the chairman of the Ways and Means Committee. Rarely participating in debate, he sought efficiency, causing the appropriations bills to be brought forward early in the session, rather than late, as was customary. In 1867, the legislature was to elect a United States Senator, since senators before 1913 were chosen by legislators, not the people. Curtin sought the seat, as did former senator and U. S. Secretary of War Simon Cameron. As well as supporting Curtin, Quay wanted to be Speaker of the Pennsylvania House, but Curtin's senatorial rivals believed that granting Quay the powers of the speakership would lead to the election of Curtin. Thus, they combined to defeat him. Cameron gained the party legislative caucus's nomination for senator, and Quay healed relations by moving to make the nomination unanimous. Cameron was thereafter elected by the full legislature. Senator Cameron took full control of the state Republican Party over the next years, as Curtin lost power, especially when he was appointed Minister to Russia by President Ulysses S. Grant in 1869, leading to his extended absence from the state, and rising Republicans had to choose between alliance with Cameron or political oblivion. Quay chose the former. Nevertheless, not wanting to be seen as a traitor to Curtin, Quay's change of loyalty was so gradual it was not until 1872 that it was complete. Quay did not seek re election to the legislature in 1867, instead returning to his hometown and founding a weekly newspaper, the Beaver Radical, which began publication in January 1868. Quay, the editor, declared it to be Republican in outlook but not devoted to any faction. Circulation grew rapidly, and by 1872, the Radical claimed to be the most distributed weekly in western Pennsylvania. The Radical opposed President Andrew Johnson, but decried the Tenure of Office Act, that Johnson was impeached for violating, as plainly unconstitutional. The Radical also urged Northern states to support African Americans by giving full force to the Fifteenth Amendment's promise of universal male suffrage. According to Frank Bernard Evans in his thesis on Pennsylvania politics of the 1870s, Quay made the Radical to be among "the best known and most widely quoted journals in the state".

Лейтенант Кэмерон (1872-1879)

Вскоре после Гражданской войны Саймон Кэмерон начал создавать мощную республиканскую политическую машину в Пенсильвании. Эта общештатская машина была, по сути, союзом муниципальных и окружных республиканских организаций, интересы которых должен был координировать её лидер, причём наиболее важными были организации сильно республиканских округов Филадельфия и Аллегейни (Питтсбург). Ассоциация производителей Пенсильвании была тесно связана с этой машиной, которая на протяжении нескольких десятилетий придерживалась консервативного курса. Помимо личного руководства боссом, успех требовал эффективной партийной организации, политической программы, способной объединить партию, и неспособности Демократической партии, считавшейся партией предателей после Гражданской войны, вновь завоевать доверие избирателей Пенсильвании. После возвращения из России Кёртин в 1872 году подорвал своё оставшееся влияние в Республиканской партии Пенсильвании, поддержав Либеральную республиканскую партию, состоявшую из республиканцев, выступавших против политики президента Гранта или разочарованных коррупцией в его администрации. Квей окончательно порвал с Кёртином, решительно поддержав официальный республиканский список кандидатов. Квей поддержал Гранта на переизбрание против кандидата от Либеральной республиканской и Демократической партий Гораса Грили из Нью-Йорка, а также республиканского кандидата в губернаторы, генерального аудитора Пенсильвании (и бывшего генерала Союза) Джона Ф. Хартранфта. Оба республиканских кандидата победили, и Квей был вознагражден за свои усилия в пользу Хартранфта должностью секретаря штата. Вернувшись в центр республиканской политики, он отказался от издания «Радикал», продав его Джеймсу С. Рутану, своему заместителю в машине Кэмерона. В январе 1873 года Квей руководил кампанией Кэмерона по переизбранию в Сенат. Республиканцы имели большинство в 31 голос в законодательном собрании, но оппозиционные республиканцы продвигали промышленника Шарльмана Тауэра, политического новичка, на это место. Квей нейтрализовал эту угрозу, созвав внеочередной партийный съезд республиканцев в законодательном собрании, к которому Тауэр не был готов, и Кэмерон легко переизбрался. С переизбранием Кэмерона в Сенат и Квеем в качестве главного советника губернатора Хартранфта машина Кэмерона укрепилась ещё сильнее, чем до вызова со стороны Либеральной республиканской партии. Когда Кэмерон отсутствовал в Вашингтоне, он, уже в возрасте за семьдесят, много путешествовал, всё чаще передавая повседневное управление машиной своему сыну Дону Кэмерону, Квею и Роберту Макки, заместителю Кэмерона, который пять раз избирался казначеем штата в 1860-х и 1870-х годах. Квей был делегатом на Республиканском национальном съезде 1876 года и вместе с Доном Кэмероном сорвал амбиции сенатора Джеймса Г. Блейна из штата Мэн в пользу губернатора Огайо Резерфорда Б. Хейса. Дон Кэмерон и Квей предложили руководителям Блейна голоса штата в обмен на обещание назначить жителя Пенсильвании в кабинет министров, но Блейн отказался. В следующем году Квей написал Хейсу: «Я несу непосредственную ответственность за действия делегации Пенсильвании, которые привели к вашему выдвижению. Мистер Блейн расскажет вам об этом». Квей был председателем республиканской партии штата и помог Хейсу победить Сэмюэля Тильдена с перевесом менее 10 000 голосов, несмотря на прохладные отношения с кандидатом. Это был штат, где Хейс получил наибольшее количество голосов выборщиков. В связи с оспариванием результатов президентских выборов Квей был среди республиканцев, приглашенных президентом Грантом поехать в Луизиану, один из спорных штатов, и расследовать ситуацию, что он и сделал, выступая в качестве сторонника республиканцев. Избирательная комиссия вынесла решение в пользу Хейса. Грант назначил Дона Кэмерона военным министром; Хейс отказался оставить его на этом посту или назначить кого-либо другого из Пенсильвании. Возмущенный, Саймон Кэмерон ушел в отставку из Сената, хотя и обеспечил избрание своего сына Дона законодательным собранием в качестве своей замены. Демократы добились успеха на выборах в Пенсильвании в 1877 году, что сделало выборы следующего года важными, особенно поскольку должен был быть избран преемник Хартранфта, а место Дона Кэмерона в Сенате должно было быть заполнено законодательным собранием 1879 года. С Квеем и Макки из западной Пенсильвании и Кэмеронами, базирующимися в Харрисбурге, Филадельфия не была представлена на высших уровнях республиканской машины. Они решили, что Квей должен переехать в Филадельфию, чтобы занять новую и прибыльную должность регистратора округа. Законодательное собрание учредило эту должность, и Хартранфт назначил Квея, который ушел с поста секретаря штата, на неё; Квей переехал в Филадельфию, сняв большой дуплекс на 11-й и Спраус-стрит. Этот маневр обернулся неудачей, поскольку жители Филадельфии были возмущены тем, что должность занял не один из них. Квей работал над избранием республиканского губернатора и законодательного собрания, убеждая приезжих, таких как лидер меньшинства в Палате представителей Джеймс А. Гарфилд из Огайо, выступать с речами в Пенсильвании. Перед возвращением в свой дом в Бивере он остался в Филадельфии достаточно долго, чтобы увидеть окончание выборов, на которых республиканец Генри М. Хойт был с небольшим перевесом избран, а республиканцы получили большинство в обеих палатах законодательного собрания. Хотя Макки умер в первый день 1879 года, Дон Кэмерон был переизбран на полный срок. Квей ушел в отставку и был переназначен губернатором Хойтом на должность секретаря штата. По словам МакКлюра, «Именно в этой кампании Квей зарекомендовал себя как признанный республиканский лидер в штате, поскольку Макки умер всего через несколько недель после выборов, и Квей, увенчанный лаврами своей великой победы, стал верховным лидером партии».

Beginning shortly after the Civil War, Simon Cameron had begun to build a powerful Republican political machine in Pennsylvania. The statewide machine was effectively an alliance of municipal and county Republican machines whose interests had to be harmonized by its leader, the most important being the organizations of strongly Republican Philadelphia County and Allegheny County (Pittsburgh). The Pennsylvania Manufacturers Association was closely aligned with the machine, which followed a conservative course over several decades. Beyond personal leadership by the boss, success required efficient party organization, a political program that could unify the party, and a failure of the Democratic Party, deemed the party of treason after the Civil War, to regain the trust of the Pennsylvania electorate. After his return from Russia, Curtin in 1872 destroyed his remaining influence in the Pennsylvania Republican Party by supporting the Liberal Republican Party, made up of those Republicans opposed to the policies of President Grant, or alienated by the corruption in his administration. Quay fully broke with Curtin, strongly supporting the regular Republican ticket. Quay backed Grant for re election over the Liberal Republican/Democratic candidate, Horace Greeley of New York, as well as the Republican nominee for governor, Pennsylvania Auditor General (and former Union General) John F. Hartranft. Both Republican candidates were successful, and Quay was rewarded for his efforts for Hartranft with the post of Secretary of the Commonwealth. Returning to the center of Republican politics, he gave up the Radical, selling it to James S. Rutan, his lieutenant in the Cameron machine. In January 1873, Quay managed Cameron's campaign for re election to the Senate. The Republicans had a majority of 31 overall in the legislature, but dissident Republicans were promoting the industrialist Charlemagne Tower, a political novice, for the seat. Quay disposed of the challenge by calling an early caucus of the Republicans in the legislature, which Tower was unprepared for, and Cameron won easy re election. With Cameron re elected to the Senate and Quay as Governor Hartranft's chief advisor, the Cameron machine was much more deeply entrenched than it had been before the Liberal Republican challenge. When not in Washington, Cameron, by now in his mid seventies, spent time traveling, increasingly leaving day to day administration of the machine to his son Don Cameron, Quay, and Robert Mackey, a Cameron lieutenant who served five one year terms as state treasurer in the 1860s and 1870s. Quay was a delegate to the 1876 Republican National Convention, and with Don Cameron helped frustrate the ambitions of Senator James G. Blaine of Maine in favor of those of Ohio Governor Rutherford B. Hayes. Don Cameron and Quay offered Blaine's managers the state's votes in exchange for a promise to appoint a Pennsylvanian to the Cabinet but Blaine refused. The following year Quay would write to Hayes, "I am immediately responsible for the action of the Pennsylvania delegation which resulted in your nomination. Mr. Blaine will tell you this " Quay was chairman of the state Republican Party, and helped win the state for Hayes over Samuel Tilden by fewer than 10,000 votes despite a frosty relationship with the nominee. This was the state in which Hayes won the most electoral votes. With the presidential election disputed, Quay was among the Republicans invited by President Grant to go to Louisiana, one of the states at issue, and investigate the situation there, which he did, acting as a partisan for the Republicans. An electoral commission ruled for Hayes. Grant had made Don Cameron Secretary of War; Hayes refused to retain him or appoint anyone else from Pennsylvania. Angered, Simon Cameron resigned from the Senate, though he engineered the election of his son Don by the legislature as his replacement. The Democrats did well in Pennsylvania's 1877 elections, making the following year's elections important, especially since Hartranft's successor was to be elected and Don Cameron's Senate seat would be filled by the 1879 legislature. With Quay and Mackey from western Pennsylvania and the Camerons based in Harrisburg, Philadelphia had no representation at the high levels of the Republican machine. They decided that Quay should relocate to Philadelphia to take on a new, and lucrative, position as County Recorder. The legislature duly created the position, and Hartranft appointed Quay, who resigned as Secretary of the Commonwealth, to it; Quay relocated to Philadelphia, taking a large double house at 11th and Spruce Streets. The maneuver backfired, as Philadelphians were resentful it was not filled by one of their own. Quay worked to elect a Republican governor and legislature, persuading out of staters like House Minority Leader James A. Garfield of Ohio to give speeches in Pennsylvania. Before returning to his home in Beaver, he stayed in Philadelphia long enough to see out the elections, in which Republican Henry M. Hoyt was narrowly elected by a plurality, and the Republicans gained a majority in both houses of the legislature. Though Mackey died on New Year's Day 1879, Don Cameron was re elected to a full term. Quay resigned, and was re appointed as Secretary of the Commonwealth by Governor Hoyt. According to McClure, "It was in this campaign that Quay made himself the acknowledged Republican master in the State, as Mackey died a few weeks after the election, and Quay, green with the laurels of his great victory, became the supreme leader of the party."

Поступление в Сенат (18801887)

В 1880 году Квей был вовлечен в финансовый скандал. Блейк Уолтерс, кассир казначейства Пенсильвании, делал вклады в избранные банки, используя бесполезные ценные бумаги, при этом сохраняя наличные деньги для спекуляций с акциями вместе с Квеем и другими. Казначеем был Амос С. Нойс, и вместе с Уолтерсом он заверил, что деньги не потребуются от банков до тех пор, пока Квей и его соратники не смогут их восстановить. Спекуляции провалились, и когда Сэмюэл Батлер, республиканец, выступавший против власти партийных боссов, занял пост казначея в 1880 году, он потребовал полной отчетности по государственным средствам. Обнаружился дефицит в размере около 250 000 долларов, за который Квей взял на себя ответственность и продал большую часть своего имущества. Разницу в 100 000 долларов покрыл заем от Дона Кэмерона, который был погашен в 1886 году, по словам МакКлюра, за счет наследства, полученного Квеем. Принятие Квеем ответственности удовлетворило общественность, равно как и его заявление о том, что Уолтерс (покончивший с собой) действовал без его указаний. Другим источником средств для Квея была компания Standard Oil; он достиг соглашения с компанией Джона Д. Рокфеллера в 1879 году и запросил "заем" в размере 15 000 долларов в 1880 году, что, по мнению Рокфеллера, стоило того. Квей продолжал вести дела с Standard Oil до своей смерти в 1904 году, на протяжении всего срока пребывания в Сенате. Чтобы не допустить отправки делегации, поддерживающей Блейна, на Республиканский национальный съезд 1880 года в Чикаго, Дон Кэмерон и Квей созвали государственный съезд в начале года, до того, как сторонники Блейна успели организоваться, и добились согласия избранной делегации голосовать единым фронтом за бывшего президента Гранта, стремившегося к третьему сроку. В то время как Квей и Кэмерон, вероятно, пришли бы к соглашению с президентом Блейном, чтобы сохранить контроль над Пенсильванией, Грант был более склонен к требованиям партийных боссов. Квей и Кэмерон действовали, несмотря на широкую популярность Блейна в Пенсильвании. Национальный съезд зашел в тупик, и номинация досталась Гарфилду. Кэмерон и Квей были среди "Бессмертных 306" – делегатов, проголосовавших за Гранта на 36-м и последнем туре голосования. Хотя Гарфилд одержал победу как в Пенсильвании, так и по всей стране, поддержка Квеем Гранта означала, что он и Кэмерон не войдут в ближний круг избранного президента. Это стало очевидным, когда кандидатура "машины" в Сенат в начале 1881 года, Генри У. Оливера, была заблокирована объединенными силами демократов и независимых республиканцев. Гарфилд был прошен Квеем вмешаться, но отказался это делать. Сенаторское кресло в конечном итоге досталось независимому республиканцу, конгрессмену Джону И. Митчеллу. Позже, в 1881 году, убийство Гарфилда привело в Белый дом Честера А. Артура, который был более тесно связан с партийными боссами. В 1882 году предстояло избрать замену губернатору Хойту, и Республиканская партия разделилась. Машина Кэмерона и Квея поддержала Джеймса А. Бивера, а независимые республиканцы, придерживавшиеся принципов Республиканской партии, но отвергавшие власть партийных боссов, поддержали Джона Стюарта. Когда Хойт поддержал Стюарта, Квей в знак протеста ушел в отставку с поста секретаря Содружества. Был избран демократ Роберт Э. Паттисон. Частично причиной поражения стало то, что Квей настоял на том, чтобы Хойт помиловал законодателей, осужденных за взяточничество при принятии законопроекта о возмещении Пенсильванской железной дороге убытков, понесенных во время железнодорожной забастовки 1877 года. Добавив, что Харрисон никогда не узнает, насколько близко некоторые его сторонники подошли к тюремным воротам, чтобы сделать его президентом. Несмотря на комментарии Харрисона, успешная кампания 1888 года принесла Квею национальную известность, доказав его способность избрать президента. Президент-избранник Харрисон назначил одного пенсильванца в свой кабинет: Ванамейкера, который занял прибыльный пост генерального почтмейстера. Квей, который сам не хотел занимать пост в кабинете, предпочел бы, чтобы Ванамейкер получил дипломатический пост, но поддержал назначение, как только стало ясно, что это, по крайней мере, обеспечит присутствие пенсильванца в кабинете. Тем не менее, он и сенатор Кэмерон были возмущены тем, что Харрисон не соблюл обычный обычай обсуждения кандидатуры заранее с сенаторами от штата, из которого происходит кандидат, и назначение Ванамейкера привело к разрыву между Квеем и Харрисоном. Назначение Ванамейкера оказалось для Квея благословением в лучшем случае, поскольку оно возвысило на высокий пост человека, который на протяжении многих лет будет ему досаждать, а новый генеральный почтмейстер привел его в ярость, уволив одного из помощников Квея с работы в почтовом ведомстве.

Quay was involved in a financial scandal in 1880. J. Blake Walters, cashier of the Pennsylvania Treasury, made deposits in favored banks using worthless securities, retaining the actual money for stock speculation with Quay and others. Amos C. Noyes was the treasurer, and with Walters gave assurances that the money would not be required from the banks until Quay and his associates had time to restore it. The speculation went badly, and when Samuel Butler, an anti boss Republican, took office as treasurer in 1880, he demanded a full accounting of state funds. There was a deficit of about $250,000, for which Quay accepted responsibility and sold much of his property, with a gap of about $100,000 filled with a loan from Don Cameron, repaid in 1886 with, according to McClure, a legacy Quay had received. Quay's acceptance of responsibility satisfied the public, as did his statement that Walters (who killed himself) had acted without his instructions. Another source of money for Quay was Standard Oil; he had come to terms with John D. Rockefeller's company in 1879 and requested a "loan" of $15,000 in 1880, something Rockefeller thought was worth it. Quay continued to deal with Standard Oil financially until his death in 1904, throughout his time in the Senate. To avoid sending a delegation supportive of Blaine to the 1880 Republican National Convention in Chicago, Don Cameron and Quay called a state convention early in the year, before the Blaine supporters could organize, and got the selected delegation to agree to vote as a unit for former president Grant, who was seeking a third term. While Quay and Cameron would likely have made peace with a President Blaine to keep control of Pennsylvania, Grant was more amenable to the bosses' demands. Quay and Cameron acted in spite of the fact that Blaine was widely popular in Pennsylvania. The national convention deadlocked and the nomination fell to Garfield. Cameron and Quay were among the "Immortal 306", the delegates who voted for Grant on the 36th and final ballot. Although Garfield narrowly won both in Pennsylvania and nationwide, Quay's support for Grant meant that he and Cameron would not be in the president elect's inner circle. This showed when the machine's candidate for Senate in early 1881, Henry W. Oliver, was blocked by the combined strength of the Democrats and independent Republicans; Garfield was asked by Quay to intervene, but he would not do so. The senatorship eventually fell to an independent Republican, Congressman John I. Mitchell. Later in 1881, the assassination of Garfield brought Chester A. Arthur, who was more aligned with the bosses, to the White House. In 1882, a replacement for Governor Hoyt was to be elected, and the Republican Party divided. The Cameron Quay machine backed James A. Beaver, and the independent Republicans, who backed the views of the Republican Party, but abhorred the bossism, supported John Stewart. When Hoyt endorsed Stewart, Quay resigned as Secretary of the Commonwealth in protest. Democrat Robert E. Pattison was elected. Part of the reason for the defeat was because Quay had insisted that Hoyt pardon legislators convicted of taking bribes to pass a bill reimbursing the Pennsylvania Railroad for losses incurred in the Railroad strike of 1877. adding that Harrison would never know how close to the gates of the penitentiary some of his supporters had come to make him president. Despite Harrison's comments, the successful 1888 campaign gave Quay a national reputation, proving he could elect a president. President elect Harrison appointed one Pennsylvanian to his cabinet: Wanamaker, who took the patronage rich position of Postmaster General. Quay, who did not want a cabinet post for himself, would have preferred Wanamaker to receive a diplomatic post, but supported the appointment once it was made clear, for it at least put a Pennsylvanian in the cabinet. Nevertheless, he and Senator Cameron were incensed, as Harrison had failed to abide by the usual custom of discussing the nomination in advance with the nominee's home state senators, and Wanamaker's appointment led to a break between Quay and Harrison. The appointment of Wanamaker proved a mixed blessing at best for Quay, since it elevated to high office a man who would be a thorn in his side for years to come, and the new Postmaster General enraged him by removing one of Quay's aides from his job with the post office.

Годы Харрисона (1889-1893)

Квей и Харрисон быстро разошлись во мнениях относительно президентских назначений на федеральные должности. Президент хотел сохранить контроль над назначениями и свести к минимуму вероятность назначения коррумпированных людей, которые могли бы бросить тень на него; лидеры партий в штатах дали обещания во время кампании, которые им необходимо было выполнить, иначе они потеряли бы влияние. Ситуацию усугубило то, что газеты представляли каждое назначение в Пенсильвании как победу либо Квея, либо Харрисона, о чем оба знали. Однажды Квей передал Харрисону список людей, которых он и Кэмерон хотели назначить, и в ответ на вопрос президента об их квалификации заявил, что сенаторы от Пенсильвании ручаются за них. Харрисон отказался назначать без проведения расследований, заявив, что не может слепо делегировать полномочия по назначениям. В другом случае Квей попытался отговорить соискателя должности, сказав ему, что президент, вероятно, проигнорирует рекомендацию. Соискатель, не поверив, спросил: «Разве он не знает, что вы его избрали?», на что Квей ответил: «Нет. Бенни думает, что это дело Божье». Когда Конгресс собрался в декабре 1889 года, республиканцы, впервые с администрации Гранта обладавшие полным контролем над правительством, стремились принять свои законодательные приоритеты, данные в качестве предвыборных обещаний в 1888 году: тарифное законодательство, денежное законодательство и избирательный закон, который позволил бы афроамериканцам на Юге более свободно голосовать. Денежное законодательство, Закон о покупке серебра Шермана, было принято Конгрессом в мае 1890 года. Тарифный законопроект, Тариф Маккинли (названный в честь его спонсора, председателя Комитета по средствам и средствам Палаты представителей Уильяма Маккинли из Огайо), был принят Палатой представителей в мае 1890 года без поддержки демократов, но застрял в Сенате, в то время как законопроект Лоджа о реформе федеральных выборов на Юге был принят Палатой представителей в июле, но столкнулся с неопределенными перспективами в Сенате, поскольку южане-белые видели в нем возвращение к эпохе Реконструкции. Квей хотел принятия тарифа, поскольку его поддерживали многие производители, которые помогали финансировать Республиканскую партию, особенно в Пенсильвании, и он давал обещания протекционистской политики во время кампании 1888 года. С другой стороны, у афроамериканцев не было средств для пожертвований. Он также полагал, что законопроект Лоджа спровоцирует возобновление регионального конфликта. Он попытался преодолеть тупик по двум законопроектам, внеся в республиканском собрании предложение установить конкретную дату голосования по Тарифу Маккинли, одновременно отложив рассмотрение большинства других законопроектов, включая избирательное законодательство Лоджа, до следующей сессии Конгресса в декабре. Это возмутило Харрисона и раскололо республиканское сенатское собрание. В конечном итоге был достигнут компромисс, согласно которому республиканцы согласились настаивать на тарифном законодательстве и вынести законопроект Лоджа на обсуждение в первый день новой сессии в декабре. Харрисон подписал Тариф Маккинли в закон 1 октября 1890 года. Когда законопроект Лоджа был вынесен на рассмотрение Сената в декабре, южные сенаторы объявили о своем намерении применить процедуру филибъеринга, и республиканцы с другими приоритетами, в основном с Запада, присоединились к демократам, чтобы на неопределенный срок отложить его рассмотрение. В начале администрации Харрисона в газетах стали появляться разоблачения о Квее и его методах. Хотя сторонники Квея восхваляли его как политического гения, другие считали его зловещей силой, стоящей за троном Харрисона. К рядам противников Квея присоединились реформаторы из Пенсильвании, такие как Генри Ли и Уортон Баркер, а также разочарованные соперники в борьбе за политическую власть, такие как Кристофер Маги из Питтсбурга. В начале 1890 года New York World опубликовала серию статей, в которых рассказывалось о прошлых эпизодах из жизни Квея, начиная с выборов в Сенат в 1867 году, где его обвинили в получении платежей за привлечение поддержки Саймона Кэмерона. Квей ответил молчанием, что было в его характере. На выборах 1890 года республиканцы не только потеряли контроль над Конгрессом, но и в Пенсильвании демократ Паттисон был избран губернатором на второй, не последовательный срок. На вопрос о том, почему кандидат от республиканцев, Джордж У. Деламетер, потерпел неудачу, Квей объяснил это «недостатком голосов», но историк Уильям Алан Блэр заявил, что Деламетер потерпел поражение из-за оппозиции Квею. Квей наконец ответил на обвинения в его адрес в феврале 1891 года, обратившись к Сенату, что он делал редко, и назвав обвинения «лживыми и гнусными до глубины души». Это мало что дало для удовлетворения его противников, и последовали призывы к его отставке с поста председателя Национального республиканского комитета. Харрисон давно желал его ухода и не хотел его защищать. Квей в июне 1891 года объявил, что не будет возглавлять следующую президентскую кампанию, и последовал за этим уходом в следующем месяце. Квей не поддерживал Харрисона, когда президент столкнулся с переизбранием в 1892 году, но также не любил единственного реального соперника, Блэйна. На Республиканском национальном съезде 1892 года в Миннеаполисе Квей понял, что предотвратить переизбрание Харрисона невозможно, и сам проголосовал за Маккинли, к тому времени губернатора Огайо, который занял третье место в голосовании, хотя и не был заявленным кандидатом. Не желая лишиться покровительства в случае переизбрания Харрисона, сенатор пообещал работать над республиканским билетом, но мало что делал до октября, когда после переговоров и неизвестных уступок он появился в штабе кампании и пообещал помочь собрать деньги. Тем не менее, Харрисон был побежден бывшим президентом Кливлендом. По словам Поллока, «разрыв Квея с Харрисоном и его неудача в активном участии в кампании 1892 года были одним из главных факторов победы демократов в том году». Законодательные выборы 1892 года также беспокоили Квея, поскольку законодательный орган следующего года должен был решить, дать ли ему второй срок в Сенате. В Республиканской партии существовала оппозиция Квею, в основном сосредоточенная в Филадельфии, хотя лидеры Питтсбурга, такие как Маги, также выступали против него и выдвинули конгрессмена Джона Дальцелля из округа Аллегейни в качестве соперника. Помимо партийной власти, Квея критиковали за его нерегулярное посещение Конгресса, которое он оправдывал тем, что все еще часто болел после напряженной работы в президентской гонке 1888 года и должен был проводить время в своем доме во Флориде в Сент-Люси. Его заявления были подкреплены тем, что он заболел в начале 1892 года, что заставило его жену Агнес совершить одно из ее редких путешествий из Бивера, чтобы ухаживать за ним во Флориде. Дальцелль был уязвим для нападок как адвокат железных дорог и корпораций, и было достигнуто соглашение о включении обоих их имен в республиканский первичный избирательный бюллетень, при этом местные законодатели теоретически должны были соблюдать результаты. Благодаря поддержке сослуживцев-ветеранов Гражданской войны Квей победил Дальцелля почти во всех округах, был подавляющим выбором республиканского законодательного собрания в январе 1893 года и выиграл свой второй срок позже в том же месяце, получив две трети голосов законодательного собрания.

Quay and Harrison quickly came to differ about presidential appointments of federal officials. The president wanted to keep control of appointments and minimize the possibility of appointing corrupt people who might reflect badly on him; the state bosses had made promises during the campaign they needed to make good on or lose influence. The situation was made worse when the newspapers characterized each Pennsylvania appointment as either a victory for Quay or for Harrison, something that both men were aware of. In one incident, Quay handed Harrison a list of people he and Cameron wanted appointed, and replied, when the president asked for their qualifications, that the senators from Pennsylvania vouched for them. Harrison refused to appoint without making investigations, saying he could not blindly delegate the power of appointment. In another incident, Quay tried to discourage an office seeker by telling him the president likely would disregard a recommendation. The office seeker, incredulous, asked, "Doesn't he know that you elected him?" to which Quay replied, "No. Benny thinks God did it." When Congress convened in December 1889, the Republicans, in full control of government for the first time since the Grant administration, were anxious to get their legislative priorities through that had been campaign pledges in 1888: tariff legislation, monetary legislation, and an elections bill that would allow African Americans in the South to more freely cast a ballot. The monetary legislation, the Sherman Silver Purchase Act, passed Congress in May 1890. The tariff bill, the McKinley Tariff (named for its sponsor, House Ways and Means Committee chair William McKinley of Ohio), passed the House in May 1890 with no Democrats in favor, but languished in the Senate, while the Lodge Bill, to reform federal elections in the South, passed the House in July, but faced uncertain prospects in the Senate, as white Southerners saw it as a return to Reconstruction. Quay wanted the tariff to pass because it was supported by many manufacturers who helped finance the Republican Party, especially in Pennsylvania, and he had made promises of protectionist policies during the 1888 campaign. On the other hand, African Americans had no financial gifts to bestow. He also believed the Lodge Bill would provoke renewed sectional conflict. He sought to break the deadlock over the two bills by introducing a resolution in the Republican caucus to set a definite date to vote on the McKinley Tariff while postponing consideration of most other bills, including the Lodge elections legislation, until the next session of Congress in December. This appalled Harrison and bitterly divided the Republican Senate caucus. Eventually a compromise was worked out whereby the Republicans agreed to press the tariff legislation and to bring up the Lodge Bill on the first day of the new session in December. Harrison signed the McKinley Tariff into law on October 1, 1890. When the Lodge Bill came to the floor of the Senate in December, Southern senators announced their intention to filibuster, and Republicans with other priorities, mostly from the West, joined with the Democrats to indefinitely postpone its consideration. In the early part of the Harrison administration there began to be newspaper exposés about Quay and his methods. Although Quay supporters hailed him as a political genius, others deemed him a sinister power behind Harrison's throne. Others who joined the ranks opposing Quay were Pennsylvania reformers such as Henry Lea and Wharton Barker, and disappointed rivals for political power such as Christopher Magee of Pittsburgh. In early 1890, the New York World published a series of articles bringing up incidents from Quay's past, beginning with the 1867 Senate race, in which he was accused of accepting payments to recruit support for Simon Cameron. Quay responded with silence, which he was wont to do. In the 1890 elections, Republicans not only lost control of Congress, but in Pennsylvania, the Democrat, Pattison, was elected governor for a second, non consecutive term. When asked why the Republican candidate, George W. Delamater had failed, Quay attributed it to "a lack of votes", but historian William Alan Blair stated that Delamater was defeated due to the opposition to Quay. Quay finally answered the allegations against him in February 1891, addressing the Senate, which he rarely did, and calling the allegations "false and foul to the core". This did little to satisfy his opponents, and there were calls for his resignation as RNC chairman. Harrison had long desired his departure, and was unwilling to defend him. Quay in June 1891 announced that he would not lead the next presidential campaign, and resigned the following month. Quay was not supportive of Harrison as the president faced renomination in 1892, but also disliked the only real rival, Blaine. At the 1892 Republican National Convention in Minneapolis, Quay realized that Harrison's renomination could not be prevented, and himself voted for McKinley, by then governor of Ohio, who was third in the balloting although not a declared candidate. Not wishing to be deprived of patronage if Harrison was re elected, the senator pledged to work for the Republican ticket, but did little until October, when after negotiations and unknown concessions, he appeared at campaign headquarters, and pledged to help raise money. Nevertheless, Harrison was defeated by former president Cleveland. According to Pollock, Quay's "break with Harrison and his failure to take an active part in the campaign of 1892 was one of the prime factors in the Democratic victory of that year". The 1892 legislative elections were also of concern to Quay as the following year's legislature would vote on whether to give him a second term as senator. There was opposition to Quay within the Republican Party, largely centered on Philadelphia, though Pittsburgh bosses such as Magee were also opposed to him, and put forth Congressman John Dalzell of Allegheny County as a rival. In addition to bossism, Quay was attacked for his sporadic attendance in Congress, which he defended by stating he was still often ill from his exertions in the 1888 presidential race, and had to spend time at his Florida home at St. Lucie. His statements were bolstered when he fell ill early in 1892, causing his wife Agnes to make one of her rare trips away from Beaver to tend to him in Florida. Dalzell was vulnerable to attack as a railroad and corporation lawyer, and an agreement was reached to place both their names on the Republican primary ballot, local legislators in theory being bound to abide by the result. With support from fellow Civil War veterans, Quay defeated Dalzell in almost every county, was the overwhelming choice of the Republican legislative caucus in January 1893, and won his second term later that month with two thirds of the legislature voting for him.

Администрация Кливленда; подъем Маккинли (18931896)

С возвращением Кливленда в Белый дом республиканцы занимали лишь положение меньшинства в Конгрессе. Демократы хотели пересмотреть тариф Маккинли, но другие вопросы, такие как отмена Закона о покупке серебра Шермана, имели более высокий приоритет, и только в 1894 году Палата представителей приняла то, что стало известно как тариф Уилсона-Гормана. Стремясь сохранить протекционистские тарифы для промышленности Пенсильвании, Квей угрожал затянуть обсуждение первоначального законопроекта. Поскольку он не выступал в Сенате по законодательным вопросам в свой первый срок, его не воспринимали всерьез, но он приступил к действиям, близким к этому, поскольку законопроект, который в итоге вышел из Сената, был настолько изменен, что президент Кливленд отказался его подписать, позволив ему стать законом без его подписи. Квей контролировал сенат более двух месяцев, с 14 апреля по 16 июня 1894 года, лично заняв 14 законодательных дней, и не завершил свои выступления, пока он и другие сторонники тарифов не достигли компромисса, сохранившего тарифы на промышленные товары, что было выгодно промышленности Пенсильвании, и включавшего другие протекционистские положения. Джон Оливер писал: «Легко увидеть связь между борьбой Квея за высокий защитный тариф и щедрыми взносами от производителей Пенсильвании». В 1895 году Квей столкнулся с новым восстанием внутри Республиканской партии Пенсильвании. Республиканцы избрали Дэниела Х. Гастингса губернатором в 1894 году; он был кандидатом, которого реформаторское крыло партии хотело в 1890 году вместо Деламетера, и на этот раз Квей согласился с его выдвижением. После избрания Гастингса антиквеевская фракция воспользовалась своим преимуществом, победив Пенроуза в его попытке получить республиканскую номинацию на пост мэра Филадельфии в начале 1895 года. С губернатором Гастингсом, симпатизирующим оппозиции, Квей обострил ситуацию, вызвав на поединок председателя Республиканского комитета штата, поддерживавшего оппозицию. Он обратился к сельским политикам, утверждая, что машины Филадельфии и Питтсбурга пытаются их подчинить. На съезде штата была достигнута договоренность, по которой Квей получил бы этот пост, и он предложил принять платформу, обязывающую партию к реформам. Это обрадовало оппозицию, и многие стали считать Квея исправившимся грешником. Маккинли начал свою президентскую кампанию, встретившись с республиканскими политиками с Юга в начале 1895 года в Томасвилле, штат Джорджия, в зимней резиденции своего друга и советника Марка Ханны. По возвращении на север Ханна встретился с бывшим губернатором Мичигана Расселом Алджером, который действовал в качестве посредника от Квея и политического босса республиканцев Нью-Йорка, бывшего сенатора Томаса С. Платта, для обсуждения возможной сделки о президентской номинации. Несмотря на это и вторую встречу между Ханной и Квеем, Маккинли настаивал на том, что не будет заключать никаких сделок ради получения республиканской номинации. Платт и Квей решили выдвинуть кандидатов «любимых сыновей», чтобы лишить Маккинли большинства голосов в первом туре на Республиканском национальном съезде 1896 года и вынудить его к переговорам. По словам историка Кларенса А. Стерна, оппозиция Маккинли «по всей видимости, была во многом вдохновлена стремлением этих политиков извлечь максимальную выгоду из сложившейся ситуации». Квей был «любимым сыном» Пенсильвании, и в штате был значительный энтузиазм по поводу выдвижения уроженца Пенсильвании, поскольку штат неизменно проявлял лояльность к партии, но никогда не получал места в республиканском списке кандидатов. Уверенный в поддержке большинства из 64 голосов Пенсильвании, Квей отправился в дом Маккинли в Кантоне, штат Огайо, для переговоров, но, по сообщениям прессы, получил лишь нечеткие заверения. После того как губернатор Гастингс выдвинул кандидатуру Квея на пост президента, сенатор получил 61½ голосов, заняв третье место после Маккинли, который был номинирован, и спикера Палаты представителей Томаса Б. Рида из штата Мэн. Хотя Квей не был в восторге, он вошел в национальный консультативный комитет кампании под руководством нового председателя RNC Ханны, изменив их роли по сравнению с 1888 годом. Квей сыграл лишь незначительную роль в осенней кампании, помогая руководить штаб-квартирой кампании в Нью-Йорке и давая рекомендации Ханне увеличить расходы в нескольких южных штатах, с чем Ханна частично согласился. Маккинли выиграл выборы у кандидата от Демократической и Популистской партий Уильяма Дженнингса Брайана, победив в Пенсильвании с перевесом почти в 300 000 голосов, обеспечив почти половину его преимущества в общем количестве голосов избирателей.

With Cleveland back in the White House, the Republicans had only minority status in Congress. The Democrats wanted to revisit the McKinley Tariff, but other matters, such as the repeal of the Sherman Silver Purchase Act, had higher priority, and it was not until 1894 that what became known as the Wilson Gorman Tariff passed the House. Seeking to preserve protectionist tariffs for Pennsylvania's manufacturers, Quay threatened to talk the original bill to death. Since he had not addressed the Senate on a legislative matter in his first term, he was not taken seriously, but he proceeded to do what was very close to that, for the bill that eventually emerged from the Senate was so transformed that President Cleveland refused to sign it, letting it pass into law without his signature. Quay kept control of the Senate floor for over two months, from April 14 to June 16, 1894, himself consuming 14 legislative days, and did not conclude his remarks until he and other pro tariff legislators had secured a compromise that preserved tariffs on manufactures, as favored by Pennsylvania industry, and included other protectionist provisions. John Oliver wrote, "one can readily see the connection between Quay's fight for a high protective tariff and liberal contributions from the Pennsylvania manufacturers". Quay faced further rebellion within the Pennsylvania Republican Party in 1895. Republicans had elected Daniel H. Hastings as governor in 1894; he was the candidate the reform element had wanted in 1890 instead of Delamater, and, this time, Quay acquiesced in his nomination. With Hastings elected, the anti Quay faction pressed its advantage, defeating Penrose in his attempt to gain the Republican nomination for mayor of Philadelphia in early 1895. With Governor Hastings friendly to the opposition, Quay brought the matter to a head by challenging the opposition aligned chair of the Republican State Committee for his position. He appealed to rural politicians, alleging that the Philadelphia and Pittsburgh machines were trying to take them over. At the state convention, a deal was reached whereby Quay would get the post, and he moved the adoption of a platform that committed the party to reform. This delighted the opposition, and many embraced Quay as a reformed sinner. McKinley acted early to begin his presidential campaign, meeting with Republican politicians from the South in early 1895 at Thomasville, Georgia, the winter home of his friend and advisor, Mark Hanna. On his return north, Hanna met with former Michigan governor Russell Alger, who was acting as emissary for Quay and New York's Republican political boss, former senator Thomas C. Platt, to discuss a possible deal for the presidential nomination. Despite this and a second meeting, between Hanna and Quay, McKinley insisted he would make no deals to gain the Republican nomination. Platt and Quay decided to promote favorite son candidates to deny McKinley a first round majority at the 1896 Republican National Convention and force him to the bargaining table. According to historian Clarence A. Stern, the opposition to McKinley "appears to have been to a large extent inspired by the desire of such politicians to gain the greatest possible advantage from the existing situation". Quay was Pennsylvania's favorite son and he found considerable enthusiasm in the state for nominating a Pennsylvanian as the state had been the largest to be consistently loyal to the party, but had never received a place on a Republican ticket. Assured of most of Pennsylvania's 64 votes, Quay journeyed to McKinley's home in Canton, Ohio, for discussions, but, according to the press, received only unspecified assurances. After Governor Hastings nominated Quay for president, the senator received 611/2 votes, third behind McKinley, who was nominated, and Speaker of the House Thomas B. Reed of Maine. Although Quay was reluctant, he served on the national campaign advisory committee under the new RNC chairman, Hanna, reversing their positions from 1888. Quay played only a small role in the fall campaign, helping to run the campaign's New York headquarters, and making recommendations that Hanna spend more money in several Southern states, part of which Hanna agreed to. McKinley won the election over the Democratic and Populist candidate, William Jennings Bryan, winning Pennsylvania by almost 300,000 votes, providing nearly half of his margin in the popular vote.

Битва с Ванамейкером; борьба за переизбрание (18961901)

Дон Камерон должен был уйти в отставку с поста сенатора по истечении его срока в 1897 году, и бывший генерал почтовой службы Ванамейкер претендовал на его место. Хотя Ванамейкер, как обычно, пожертвовал 10 000 долларов кандидату от Республиканской партии на пост президента, он не смог получить поддержку Квея для избрания сенатором, поскольку Квей опасался, что в случае поражения на переизбрании в 1899 году Ванамейкер может захватить власть в партии штата. По словам МакКлюра, они первоначально пришли к соглашению, но оно сорвалось, когда Ванамейкер назначил для проведения финансовых операций человека, неприемлемого для сенатора. Ванамейкер выступал с речами по всей Пенсильвании, продвигая себя как кандидата в сенаторы, и добивался поддержки кандидатов в законодательные органы, но столкнулся с мощью машины Квея, которая пользовалась поддержкой большинства избранных республиканских законодателей. В январе 1897 года Пенроуз победил Ванамейкера на партийном собрании республиканцев со счетом 133–75 и был избран младшим сенатором от Пенсильвании. Разгневанный Ванамейкер постоянно нападал на Квея и выступал против него до смерти сенатора в 1904 году. После борьбы за место в Сенате президент МакКинли передал назначения на должности в Пенсильвании Квею и Пенроузу; Ванамейкер попросил назначить его соседа почтмейстером почтового отделения четвертого класса, но получил отказ. В 1898 году Ванамейкер включился в борьбу за республиканскую номинацию на пост губернатора, агитируя по всему штату и произнося речи на тему «Квеизм и власть боссов в политике Пенсильвании». Он проиграл конгрессмену Уильяму А. Стоуну, стороннику Квея. Тем не менее, во время осенней кампании Ванамейкер произнес 140 речей, надеясь вызвать достаточную оппозицию Квею, чтобы сорвать его переизбрание, когда законодательный орган соберется в январе 1899 года. 3 октября 1898 года Квей был арестован по обвинению в сговоре с целью мошенничества в отношении Народного банка Филадельфии. В 1896 году Квей организовал размещение 1 000 000 долларов государственных средств в этом банке и убедил Джона С. Хопкинса, кассира и управляющего банком, вложить эти средства в Metropolitan Traction Company of New York, отправив телеграмму: «Если вы купите и приобретете для меня тысячу акций Metropolitan, я потрясу сливовое дерево», что, по мнению следователей, означало, что средства из государственной казны будут использованы для покрытия спекуляций. Акции рухнули, банк обанкротился, а Хопкинс застрелился. Утверждалось, что банк выплачивал проценты по государственным средствам не в государственную казну, а Квею. Несмотря на обвинения, Стоун победил с перевесом более чем в 110 000 голосов. Квей был выбран республиканским законодательным комитетом в январе 1899 года, но некоторые отсутствовали, и его поддержки было недостаточно для получения необходимого большинства в законодательном органе, собравшемся на совместном заседании двух палат. В течение следующих трех месяцев законодательный орган оказался в тупике, поскольку срок полномочий Квея в Сенате истек, оставив вакансию. Квей обладал достаточным влиянием на лидеров Демократической партии в законодательном органе, чтобы не допустить их объединения с республиканцами, выступающими против Квея, для избрания сенатора, и тупик продолжался в течение 79 туров голосования. В апреле 1899 года Квей был, наконец, привлечен к суду по этим обвинениям, но обвинение прекратило дело через час после того, как законодательный орган отложил заседание, не сумев избрать сенатора, и он был быстро оправдан, что побудило сторонников Квея утверждать, что обвинительное заключение было чисто политическим. В течение часа после оправдательного приговора губернатор Стоун назначил Квея на освободившееся место в Сенате. Поскольку в то время Конституция ограничивала назначения губернатором в Сенат случаями возникновения вакансии во время перерыва в работе законодательного органа, возникли немедленные вопросы о законности этого назначения, и когда Конгресс собрался в декабре, Квей не был утвержден в должности, но его учетные данные были переданы в комитет. В январе 1900 года этот комитет рекомендовал не утверждать Квея в должности большинством голосов 5–4, а в апреле Сенат отказался утвердить Квея в должности голосами 33–32, что отразило партийные разногласия, включая республиканцев, выступающих против Квея, таких как Ханна, который стал сенатором от Огайо в 1897 году. Разгневанный Ханной, Квей увидел возможность отомстить на Республиканском национальном съезде 1900 года в Филадельфии. После смерти вице-президента Гаррета Хобарта в 1899 году МакКинли нуждался в новом кандидате в вице-президенты. Некоторые поддерживали губернатора Нью-Йорка Теодора Рузвельта, которого считали героем войны и реформатором. Среди тех, кто хотел видеть Рузвельта в национальном списке, был Платт, который не хотел видеть его губернатором и полагал, что он будет безобиден в качестве вице-президента. Ханна был потрясен перспективой назначения на столь ответственный пост человека, которого он считал импульсивным. Когда к нему обратился Платт, Квей охотно согласился помочь, отчасти из-за желания отомстить Ханне. По словам МакКлюра, «именно отказ Ханны от поддержки Квея в борьбе за его утверждение в Сенате сделал Рузвельта кандидатом в вице-президенты вопреки его искренним протестам и, таким образом, сделал его президентом Соединенных Штатов». В августе 1900 года Республиканский государственный съезд поддержал Квея и осудил действия Сената, призвав законодательный орган следующего года вернуть его в Сенат. Ванамейкер снова выступал с речами во время осенней кампании, и Квей также включился в предвыборную борьбу. Несмотря на то, что он дважды занимал пост сенатора, он редко выступал с публичными выступлениями, но произнес 19 речей по всей Пенсильвании в октябре и ноябре 1900 года. Билет МакКинли/Рузвельт был избран, выиграв в Пенсильвании, но было неясно, хватит ли Квею поддержки в законодательном органе для избрания. Недостаточное количество республиканцев посетили партийное собрание законодательного органа, чтобы обеспечить большинство для Квея, что оставило его на четыре голоса меньше необходимого для избрания. Квей был избран благодаря тому, что два демократических законодателя проголосовали за него, а еще двое отсутствовали во время голосования. По словам МакКлюра, «только политическая изобретательность и умелое управление демократами, не отличающимися высокими моральными принципами, позволили Квею добиться победы в этой борьбе». Одним из решающих голосов при избрании Квея был больной республиканец, которого на носилках доставили из больницы в здание законодательного органа, чтобы он мог отдать свой голос. Он остался незамеченным в коридоре, пока его носильщики не присоединились к празднованию победы Квея, заболел пневмонией и умер. Ему были устроены пышные похороны: и Квей, и Пенроуз присутствовали на них в шелковых цилиндрах.

Don Cameron was to retire as senator when his term expired in 1897, and former postmaster general Wanamaker wanted his seat. Although Wanamaker gave his usual $10,000 to the Republican presidential candidate, he was not able to gain Quay's backing to become senator, as Quay feared that should he not gain re election in 1899, Wanamaker might take power in the state party. According to McClure, the two initially agreed, but the pact fell apart when Wanamaker named someone to conduct financial transactions who was unacceptable to the senator. Wanamaker made speeches throughout Pennsylvania to promote himself as a senatorial candidate, and sought the endorsement of legislative candidates, but was faced with the strength of the Quay machine, which had the support of a majority of the elected Republican legislators. In January 1897, Penrose defeated Wanamaker in the Republican caucus, 133–75, and was elected as Pennsylvania's junior senator. An angered Wanamaker would constantly attack and oppose Quay until the senator's death in 1904. In the aftermath of the Senate battle, President McKinley turned over patronage appointments in Pennsylvania to Quay and Penrose; Wanamaker requested that a neighbor of his be appointed postmaster of a fourth class post office, but was turned down. Wanamaker entered the campaign for the Republican nomination for governor in 1898, campaigning statewide and delivering speeches on "Quayism and Boss Domination in Pennsylvania Politics". He was defeated by Congressman William A. Stone, a Quay loyalist. Nevertheless, during the fall campaign, Wanamaker made 140 speeches, hoping to generate enough opposition to Quay to defeat his re election bid when the legislature met in January 1899. On October 3, 1898, Quay was arrested for conspiracy to defraud the People's Bank of Philadelphia. Quay had arranged in 1896 for $1,000,000 of state funds to be deposited in it and had persuaded John S. Hopkins, cashier and manager of the bank, that the funds be invested in the Metropolitan Traction Company of New York, sending a telegram: "If you buy and carry a thousand Met for me I will shake the plum tree", believed by investigators to mean that funds from the state treasury would be used to cover the speculation. The stock collapsed, the bank failed, and Hopkins fatally shot himself. It was alleged that the bank was paying the interest on state funds not to the state treasury, but to Quay. In spite of the allegations, Stone was victorious by over 110,000 votes. Quay was the choice of the Republican legislative caucus in January 1899, but some remained away and his support was not enough for the necessary majority of the legislature with the two houses meeting in joint assembly. For the next three months, the legislature deadlocked as Quay's term in the Senate ended, leaving a vacancy. Quay had a sufficient hold over the Democratic legislative leaders to prevent them from uniting with the anti Quay Republicans to elect a senator, and the deadlock persisted through 79 ballots. Quay was finally brought to trial on the allegations in April 1899, but the prosecution rested an hour after the legislature adjourned, having failed to elect a senator, and he was quickly acquitted, leading Quay's defenders to allege that the indictment had been purely political. Within an hour of the acquittal, Governor Stone appointed Quay to fill the vacant Senate seat. Since at the time the Constitution limited governor's appointments to the Senate to when a vacancy occurred during the recess of the legislature, there were immediate questions as to whether this was a valid appointment, and when Congress convened in December, Quay was not seated, but his credentials were referred to a committee. In January 1900, that committee recommended that Quay not be seated by a 5–4 vote, and in April the Senate refused to seat Quay by a vote of 33–32 in a vote that cut across party lines, with the Republicans against Quay including Hanna, who had become senator from Ohio in 1897. Angered by Hanna, Quay found the opportunity for revenge at the 1900 Republican National Convention in Philadelphia. With the death of Vice President Garret Hobart in 1899, McKinley needed a new running mate. Some supported New York Governor Theodore Roosevelt, seen as a war hero and a reformer. Among those who wanted Roosevelt on the national ticket was Platt, who did not want him as governor and figured he would be harmless as vice president. Hanna was appalled at the prospect of putting someone he deemed impulsive so near the reins of power. When approached by Platt, Quay was happy to agree to help, in part because of a desire to avenge himself on Hanna. According to McClure, "it was the desertion of Quay by Hanna in the contest for Quay's admission to the Senate that made Roosevelt the nominee for Vice President against his own earnest protest, and thus made him President of the United States." In August 1900, the Republican State Convention endorsed Quay and denounced the Senate's action, urging the following year's legislature to return him to the Senate. With Wanamaker again making speeches during the fall campaign, Quay also took to the campaign trail. Despite serving two terms in the Senate, he had rarely made a public address, but spoke 19 times across Pennsylvania in October and November 1900. The McKinley/Roosevelt ticket was elected, winning Pennsylvania, but it was uncertain whether Quay had enough support in the legislature to be elected. Not enough Republicans attended the legislative caucus to provide a majority for Quay leaving him four votes short of a majority to elect. Quay was elected because two Democratic legislators voted for him, and two others remained away from the voting. According to McClure, "only one of Quay's masterly political ingenuity and skillful control of Democrats of easy virtue could have won out in the fight. One of the crucial votes in electing Quay was an ill Republican, brought on a stretcher from the hospital to the state capitol to cast his ballot. He languished, forgotten, in a hallway as his bearers joined in the celebrations of Quay's victory, got pneumonia and died. He was given an impressive funeral: both Quay and Penrose attended, wearing silk hats.

Последние годы и смерть (19011904)

Квей был приведен к присяге на третий срок в Сенате 18 января 1901 года в зале Сената, заполненном его сторонниками, поздравительными телеграммами и цветами. В мае он дал понять, что не будет баллотироваться на новый срок; долгая борьба за место истощила его силы, и он не планировал новых политических сражений. В целом он придерживался этого решения, хотя и с некоторыми исключениями, и, по словам МакКлюра, как только он сделал это заявление, "фракционная рознь, которая преследовала его на протяжении многих лет, постепенно угасла". Убийство Маккинли в сентябре 1901 года сделало Рузвельта президентом. Тот факт, что он сыграл важную роль в выдвижении Рузвельта на пост вице-президента в 1900 году, не оставлял Куэ иного выбора, кроме как поддержать Рузвельта, а президент сохранил лояльность Куэ, предоставив ему значительное влияние на назначения в Пенсильвании, даже продолжая проводить реформы. С Ханной, выступавшей против Рузвельта и претендовавшей на президентский пост в 1904 году, союз Рузвельта с Куэ и Платтом помешал боссам объединиться против него. Рузвельт иногда отказывал Куэ в просьбах, например, когда сенатор просил назначить уроженца Пенсильвании в комиссию по строительству Панамского канала. Президент заявил, что назначения в комиссию должны основываться исключительно на заслугах. Продолжающиеся разногласия в Республиканской партии Пенсильвании привели к поражениям на промежуточных выборах в 1901 году, и Куэй опасался, что ситуация ухудшится в 1902 году, когда должны были состояться выборы губернатора и законодательного собрания. Джон П. Элкин пользовался широкой поддержкой на посту губернатора среди фракции Куэ в партии и защищал сенатора перед комитетом Сената, рассматривавшим его полномочия в 1899 и 1900 годах. Куэй считал необходимым выдвинуть на пост губернатора судью, чья репутация была безупречной. Ханна поддерживал выдвижение Элкина, и Куэй опасался, что житель Огайо может контролировать делегацию Пенсильвании на следующем национальном съезде через Элкина. Поэтому Куэй настаивал на выдвижении судьи Сэмюэля Пеннипакера из Филадельфии. Пеннипакер неохотно согласился, когда к нему обратился посланник Куэ, и написал, что его избрание губернатором "произошло без малейшего усилия, без траты копейки и без вздоха". Избрание Пеннипакера отложило раскол в Республиканской партии штата до смерти Куэ. На посту губернатора Пеннипакер обычно делал то, что хотел Куэй, но иногда расходился с ним во мнениях относительно назначений. Одной из последних битв Куэ была борьба за предоставление статуса штата Оклахоме, Нью-Мексико и Аризоне. Обе основные партии в своих платформах обещали поддержку предоставления статуса штата, и законопроект о достижении этой цели был принят Палатой представителей в 1902 году. Одна из причин, по которой Куэй хотел, чтобы законопроект был принят, заключалась в том, что это могло бы позволить Уильяму "Буллу" Эндрюсу, давнему соратнику Куэ с финансовыми интересами в Территории Нью-Мексико, попасть в Сенат. Куэй, член Комитета по территориям, заручился поддержкой в Сенате для законопроекта, которой, вероятно, было достаточно для его принятия, но председатель комитета Альберт Беверидж из Индианы считал, что три территории еще не готовы к статусу штата, и использовал процедурные приемы в Сенате, чтобы избежать голосования по законопроекту до конца сессии. Куэй оставался в Вашингтоне всю зиму 1903 года, добиваясь принятия своего законопроекта, вместо того чтобы, как обычно, провести часть зимы во Флориде, что подорвало его здоровье. Территории не получили статуса штата при жизни Куэ. Оливер считал Куэ "настоящим другом американских индейцев". На протяжении всей своей сенаторской карьеры он выступал в защиту коренных американцев, особенно в последние годы. Хотя индейцы не могли внести вклад в машину Куэ, он отстаивал их интересы, полагая, что с ними плохо обращаются со стороны федерального правительства. Он был членом Сенатского комитета по делам индейцев; когда вождь Джозеф и его группа прибыли в Вашингтон, они потратили все свои средства и не смогли вернуться домой, Куэй оплатил их проезд по железной дороге. Во время своих визитов во Флориду он проявлял интерес к благополучию индейцев семинолов. Примерно с 1903 года здоровье Куэ стало ухудшаться. В апреле 1904 года он отправился в поместье своего брата в Морганзе, штат Пенсильвания, но, зная, что умирает, попросил перевезти его домой в Бивер. Страдая гастритом, он продолжал терять вес и силы. Куэй умел читать и говорить на нескольких языках и обладал одной из лучших частных библиотек в Америке. Однажды в конце мая 1904 года он попросил перенести его в библиотеку, где он немного почитал, с любовью перебирал книги, а когда уснул, его вернули в свою комнату. Он умер в Бивере 28 мая 1904 года. Куэй был похоронен в Бивере 31 мая 1904 года. Магазины по всей округе были закрыты. Поезда привезли простых граждан из Питтсбурга и высокопоставленных лиц из Гаррисберга и Вашингтона. Среди сенаторов, присутствовавших на похоронах, были республиканцы Пеноуз, Платт и Джозеф Б. Форакер из Огайо, а также демократы Артур Горман из Мэриленда и Бенджамин Тиллман из Южной Каролины. На его надгробии выгравированы его имя и имена его родителей, даты его рождения и смерти, а также надпись "implora pacem" (на латыни "Молитесь о мире").

Quay was sworn in to his third term in the Senate on January 18, 1901, in a Senate chamber filled with his supporters, congratulatory telegrams, and flowers. In May, he let it be known he would not seek another term; the long battle over the seat had sapped his strength, and he planned no new political battles. In general, he held to that resolution, though with a few exceptions, and according to McClure, once he made that announcement, "the factional feeling that had harassed him for many years gradually perished". The assassination of McKinley in September 1901 made Roosevelt president. The fact that he had been instrumental in getting Roosevelt the vice presidential nomination in 1900 gave Quay little alternative but to support Roosevelt, and the president kept Quay loyal by giving him a major voice in patronage in Pennsylvania, even as he pursued reform policies. With Hanna opposed to Roosevelt and a presidential hopeful for 1904, Roosevelt's allying with Quay, and also Platt, kept the bosses from uniting against him. Roosevelt sometimes refused Quay's requests, as when the senator asked that a Pennsylvanian be appointed to the Isthmian Canal Commission, charged with building the Panama Canal. The president stated that appointment to the commission had to be entirely on merit. Continued divisions in the Pennsylvania Republican Party led to losses in the off year elections of 1901, and Quay feared this would get worse in 1902, when there would be elections for the governor and the legislature. John P. Elkin had wide support for governor among Quay's faction of the party, and had defended the senator before the Senate committee considering his credentials in 1899 and 1900. Quay believed it was necessary to nominate for governor a judge whose character was beyond suspicion. Hanna favored Elkin's nomination, and Quay feared that the Ohioan might control Pennsylvania's delegation to the next national convention through Elkin. Thus, Quay pressed for the nomination of Judge Samuel Pennypacker of Philadelphia. Pennypacker was reluctant when approached by a Quay emissary, but agreed; he wrote that his election as governor "came to me without the lifting of a finger, the expenditure of a dime, or the utterance of a sigh". Pennypacker's election postponed the divide in the Republican Party in the state until after Quay's death. In office, Pennypacker generally did what Quay wanted, but sometimes differed from him over appointments to office. One battle Quay undertook in his last years was statehood for Oklahoma, New Mexico and Arizona. Both major parties had in their platforms pledged support for statehood, and a bill to accomplish this passed the House of Representatives in 1902. One reason Quay wanted the bill to pass is that it might allow William "Bull" Andrews, a longtime Quay lieutenant with financial interests in New Mexico Territory, to reach the Senate. Quay, a member of the Committee on Territories, amassed support in the Senate for the bill, likely enough to pass, but the committee chair, Albert Beveridge of Indiana, felt the three territories were not yet ready for statehood, and used Senate procedures to evade a vote on the bill through the remainder of the session. Quay remaining in Washington through the winter of 1903 to seek passage of his bill, rather than spending part of the winter in Florida as usual, hurt his health. The territories did not attain statehood during Quay's lifetime. Oliver considered Quay a "real friend of the American Indian". Throughout his Senate career, he was an advocate for Native Americans, but especially was so in his later years. Although Indians had no contributions to give to Quay's machine, he took up their causes, believing they were treated badly by the Federal government. He was a member of the Senate Committee on Indian Affairs; when Chief Joseph and his party came to Washington, they expended all their funds and were unable to get home, Quay paid their railroad fare. During his visits to Florida, he took an interest in the welfare of the Seminole Indians. Beginning in about 1903, Quay's health deteriorated. He went to his brother's country estate at Morganza, Pennsylvania, in April 1904, but knowing he was dying, he asked to be conveyed home to Beaver. Suffering from gastritis, he continued to lose weight and strength. Quay could read and speak several languages, possessing one of the finest private libraries in America. One day in late May 1904, he asked to be taken into his library, where he read a little, handled the volumes lovingly, and after he fell asleep, was taken back to his room. He died in Beaver on May 28, 1904. Quay was buried, in Beaver, on May 31, 1904. Shops throughout the area were closed. Trains brought the general public from Pittsburgh and dignitaries from Harrisburg and Washington. Among the senators attending the funeral were Republicans Penrose, Platt and Joseph B. Foraker of Ohio, and Democrats Arthur Gorman of Maryland and Benjamin Tillman of South Carolina. His headstone gives his name and those of his parents, his dates of birth and death, and implora pacem (Latin for "Pray for peace").

Семья и места

В 1855 году Квей женился на Агнес Баркли (1831–1911); у них было пятеро детей; старший, Ричард Роджерс Квей, служил в законодательном собрании Пенсильвании. Другими детьми были Эндрю Грегг Кертин Квей (офицер, сделавший карьеру в армии), Мэри Агню Квей, Корал Квей и Сьюзан Уиллард Квей. В 1905 году площадь Ганновер в Бивере была переименована в площадь Квей. Исторический знак в память о Квее установлен на пересечении 3-й и Иншуренс-стрит. Дом Мэтью С. Квея в Бивере признан Национальным историческим памятником. Еще одна его резиденция, Roberts Quay House в Филадельфии, была внесена в Национальный реестр исторических мест в 1976 году. В знак признания его усилий по достижению статуса штата для Нью-Мексико, в Нью-Мексико существует округ Квей, названный в его честь в 1903 году при его основании, а также небольшой неинкорпорированный населенный пункт под названием Квей. Бывший город Квей в Оклахоме также был назван в его честь. Статуя Квея установлена в ротонде Капитолия Пенсильвании в Харрисбурге. Квей провел последние пятнадцать лет своей жизни во Флориде, заботясь о здоровье и занимаясь рыбалкой; местный историк Джин Эллен Уилсон прозвала его «первым перелетным птицем округа Сент-Люси». Судья Майнор Джонс назвал его «третьим сенатором Флориды», и он поддерживал федеральные проекты вдоль реки Индиан, где владел землей. По состоянию на 2010 год два из домов, принадлежавших ему, все еще существовали.