Введение

Джоэл Робертс Пуайнсетт (Joel Roberts Poinsett; 2 марта 1779 – 12 декабря 1851) – американский политик, дипломат и ботаник. Он был первым представителем США в Южной Америке, членом законодательного собрания Южной Каролины и Палаты представителей Соединенных Штатов, первым послом Соединенных Штатов в Мексике, лидером сторонников сохранения Союза в Южной Каролине во время кризиса аннулирования, военным министром при Мартине Ван Бюрене и одним из основателей Национального института содействия науке и полезным искусствам (предшественника Смитсоновского института).

Ранние годы

Джоэл Робертс Понсет родился в 1779 году в Чарльстоне, Южная Каролина, в семье состоятельного врача Элиши Понсет и его жены Кэтрин Энн Робертс. Он получил образование в Коннектикуте и Эдинбургском университете, получив глубокие знания в области языков, юриспруденции и военного дела.

Турне по Европе

В 1800 году Пойнсет вернулся в Чарльстон, надеясь сделать военную карьеру. Его отец не желал, чтобы сын становился солдатом. В надежде побудить сына осесть в чарльстонской аристократии, Пойнсет заставил его изучать право у Генри Уильяма ДеСоссюра, видного адвоката Чарльстона. Пойнсет не проявлял интереса к юридической профессии и убедил родителей разрешить ему совершить длительное путешествие по Европе в 1801 году. ДеСоссюр отправил с ним список юридических книг, включая «Комментарии к законам Англии» Блэкстона и «Церковное право» Берна, на случай, если молодой Пойнсет передумает заниматься правом. Начиная с 1801 года, Пойнсет путешествовал по европейскому континенту. Весной 1802 года Пойнсет покинул Францию и отправился в Италию, проехав через Альпы и Швейцарию. Он посетил города Неаполь и совершил восхождение на гору Этна на острове Сицилия. Весной 1803 года он прибыл в Швейцарию и остановился в доме Жака Неккера и его дочери, мадам де Сталь. Некер, французский министр финансов с 1776 по 1781 год при Людовике XVI, был изгнан Наполеоном I. Однажды, когда Роберт Ливингстон, министр Соединенных Штатов во Франции, совершал тур по Савойе, Франции и Швейцарии, его пригласили навестить их. Пойнсет был вынужден выступить в роли переводчика между глухим Ливингстоном и престарелым Неккером, чья потеря зубов делала его речь почти неразборчивой. К счастью, мадам де Сталь тактично взяла на себя обязанность переводить за своего пожилого отца. В октябре 1803 года Пойнсет покинул Швейцарию и отправился в Вену, Австрия, а оттуда — в Мюнхен. В декабре он узнал о смерти отца и о том, что его сестра Сьюзан тяжело больна. Он немедленно добился возможности вернуться в Чарльстон. Пойнсет прибыл в Чарльстон в начале 1804 года, спустя несколько месяцев после похорон отца. В надежде спасти жизнь сестры, Пойнсет повез ее в Нью-Йорк, вспоминая, как его предыдущая поездка в Лиссабон способствовала его выздоровлению. Однако, прибыв в Нью-Йорк, Сьюзан Пойнсет умерла. Как единственный оставшийся наследник, Пойнсет унаследовал небольшое состояние, состоящее из городских домов и земельных участков, плантаций, банковских акций и «английских фондов». Все имущество Пойнсета оценивалось в сто тысяч долларов и более.

Путешествие по России

В ноябре 1806 года Понсет прибыл в российскую столицу Санкт-Петербург. Леветт Харрис, консул Соединенных Штатов в Санкт-Петербурге и самый высокопоставленный американский чиновник в стране, надеялся представить Понсетта при дворе царю Александру. Узнав, что Понсет родом из Южной Каролины, императрица попросила его осмотреть хлопковые фабрики под ее покровительством. Понсет и консул Харрис поехали на санях в Кронштадт, чтобы посмотреть на фабрики. Понсет сделал несколько предложений по улучшению, которые императрица-вдова приняла. Понсет не верил, что хлопковая промышленность может быть успешной в России из-за необходимости использования крепостных, которые не получали компенсации и, следовательно, не могли иметь никакого интереса к ее процветанию. Кроме того, он считал, что институт крепостного права затрудняет России иметь торговый флот или стать промышленным государством. В январе 1807 года царь Александр и Понсет обедали во дворце. Царь Александр пытался привлечь Понсетта на гражданскую или военную службу. Понсет колебался, что побудило Александра посоветовать ему "увидеть Империю, овладеть языком, изучить людей", а затем принять решение. Всегда интересовавшийся путешествиями, Понсет принял приглашение и в марте 1807 года покинул Санкт-Петербург, отправившись в путешествие по южной России. Его сопровождали его английский друг Филипп Йорк, виконт Ройстон и восемь других. С рекомендательными письмами ко всем российским чиновникам, Понсет и Ройстон отправились в Москву. Они были одними из последних представителей Запада, увидевших Москву до ее сожжения наполеоновскими войсками в октябре 1812 года. Из Москвы они отправились по Волге, а затем на лодке в Астрахань, расположенную в устье реки. Компания Понсетта вошла на Кавказ, с его разнообразным населением, недавно завоеванный Россией при Петре Великом и Екатерине Великой. Из-за этнических конфликтов этот район был крайне опасен. Им предоставили казацкую охрану во время путешествия между Тарками и Дербентом в Дагестане, но когда татарский вельможа заявил, что это лишь спровоцирует опасность, охрана была отменена ради безопасности татарских вождей. Эта новая мера безопасности увеличила численность компании Понсетта, что, по их мнению, сделало ее менее уязвимой для нападения, поскольку они покинули пределы России. К ним присоединился персидский купец, перевозивший молодых девушек, приобретенных в Циркассии, в Баку, Азербайджан и гаремы в Турции. С сильной персидской и копакской охраной партия покинула Дербент и вошла в ханство Кубани. Во время путешествия по ханству вождь племени украл лошадей из свиты Понсетта. Понсет смело решил отправиться в город Кубань, к хану, чтобы потребовать их возвращения. Поскольку иностранцы здесь обычно не бывали, хан был удивлен. Разумеется, он никогда не слышал о Соединенных Штатах, и Понсет сделал все возможное, чтобы ответить на вопросы хана. Чтобы передать величие США, Понсет подробно рассказал о ее географии. Хан называл президента Томаса Джефферсона "шахом Америки". Наконец, Понсет заявил, что кража его лошадей бросит тень на доброе имя ханства. Хан был впечатлен и сказал Понсетту, что голова виновного вождя принадлежит ему по праву, но поскольку вор позволил ему принять столь выдающегося гостя, возможно, стоит проявить милосердие. Компания Понсетта отправилась в Баку на Каспийском море. Он отметил, что из-за нефтяных скважин в этом районе это место давно было местом паломничества для огнепоклонников. Он стал одним из первых американских путешественников на Ближнем Востоке, где в 1806 году персидский хан показал ему нефтяной бассейн, который, по его мнению, однажды может быть использован в качестве топлива. Привлеченный военными действиями в Кавказских горах, Понсет посетил Ереван, который тогда осаждала русская армия. После некоторого времени, проведенного с войсками, Понсет и его спутники отправились через горы Армении к Черному морю. Избегая Константинополя из-за конфликта между Россией и Османской империей, партия направилась в Крым, затем через Украину, прибыв в Москву в конце 1807 года. Путешествие было опасным, и здоровье Понсетта сильно ухудшилось. Более того, из девяти, отправившихся в путь в марте, только Понсет и двое других остались в живых. По возвращении в Москву царь Александр обсудил с ним детали его путешествия и предложил ему должность полковника в русской армии. Однако в Россию дошли известия о конфликте "Чесапик", и война между Соединенными Штатами и Великобританией казалась неизбежной. Понсет с нетерпением стремился вернуться на родину. Перед отъездом из России Понсет в последний раз встретился с царем Александром. Царь заявил, что Россия и Соединенные Штаты должны поддерживать дружественные отношения. Понсет вновь встретился с министром иностранных дел графом Романовым, который сообщил Понсетту, что царь страстно желает иметь министра от Соединенных Штатов при русском дворе.

Чили и Аргентина

Он служил "специальным агентом" в двух южноамериканских странах с 1810 по 1814 год – в Чили и Аргентине. Президент Джеймс Мэдисон назначил его в 1809 году генеральным консулом. Пойнсет должен был изучить перспективы революционеров в их борьбе за независимость от Испании. 29 декабря 1811 года он прибыл в Сантьяго. Семьи Ларрейн и Каррера боролись за власть в Чили. К моменту прибытия Пойнсетта Карреры укрепили контроль под руководством своего лидера Хосе Мигеля Карреры. Правительство Карреры разделилось во мнениях относительно приема Пойнсетта. Трибунал дель Консуладо, организация, ведающая коммерческими вопросами, выступила против его приема, мотивируя это тем, что его кандидатура не была утверждена Сенатом США. Более того, многие члены этой группы были роялистами, надеясь на более тесные связи с Испанией или Великобританией. Тем не менее, Пойнсет получил признание, поскольку большинство стремилось установить торговые отношения с США.

Официальный прием состоялся 24 февраля 1812 года. Пойнсет был первым аккредитованным представителем иностранного правительства, прибывшим в Чили. Главным противником Пойнсетта в Чили была хунта Перу. Колониальный вице-король Перу был возмущен пренебрежением чилийцев к испанской власти. Он объявил законы нового чилийского правительства о свободной торговле недействительными и направил каперы для обеспечения соблюдения старой колониальной системы. После этого последовали захваты кораблей и конфискация грузов, к огорчению иностранных торговцев, особенно американцев. Пойнсет узнал о захвате американского китобойного судна, искавшего припасы, из перехваченного письма губернатора Сан-Карлоса де Чилоэ вице-королю Лимы. Кроме того, он получил сведения о том, что десять других американских судов были захвачены в Талкауано в заливе Консепсьон. Не получив указаний от администрации Мэдисона, Пойнсет решил, что необходимо принять меры для прекращения нарушений нейтральных прав американцев. Пойнсет призвал Чили закрыть свои порты для Перу, но власти в Сантьяго не чувствовали себя достаточно сильными для такого шага. Вместо этого они попросили Пойнсетта помочь им в приобретении оружия и припасов в Соединенных Штатах. Хотя Пойнсет предоставил имена некоторых торговцев, многие из них уже были слишком вовлечены в конфликт между США и Великобританией, чтобы обращать внимание на чилийцев. В это время Пойнсет также призвал чилийцев создать национальную конституцию. Для разработки конституции была назначена комиссия, состоящая из Камило Энрикеса и шести других членов. Первое заседание группы состоялось в резиденции Пойнсетта 11 июля 1812 года. Захват американских кораблей перуанскими роялистами продолжался. Комиссия Пойнсетта постановила, что он должен защищать всю американскую собственность и обеспечивать безопасность американских граждан. После консультаций с Каррерой Пойнсет принял комиссию в чилийской армии для борьбы с испанскими роялистами, базирующимися в Перу. Позже Пойнсет получил звание генерала в армии Карреры. Он возглавил атаку в битве при Сан-Карлосе во главе чилийской кавалерии и обеспечил победу Чили. Оттуда он отправился с батареей артиллерии в залив Консепсьон, где были захвачены десять американских судов. Он прибыл в темноте недалеко от морского порта Талкауано и начал обстрел города. На рассвете он послал эмиссара с требованием сдать залив чилийской хунте. Перуанские роялисты сдались 29 мая 1813 года. В начале сентября 1813 года американский фрегат "Эссекс" прибыл в чилийские воды и силой захватил британских китобоев в этом районе. Когда коммодор Дэвид Портер с эсминца USS Essex прибыл в Сантьяго, Пойнсет получил первые достоверные известия о войне 1812 года. Теперь он больше, чем когда-либо, хотел вернуться домой. Однако это было невозможно, пока коммодор Портер не завершит свой круиз по Тихому океану. Наконец, когда "Эссекс" отплыл с Пойнсеттом на борту, в порту Вальпараисо были замечены британские фрегаты HMS Phoebe и HMS Cherub. Коммодор Портер вернулся в Сантьяго, чтобы использовать пушки форта. После шести недель ожидания Портер решил предпринять отчаянный прорыв, но был легко разгромлен капитаном Джеймсом Хиллиаром с "Фиби". Британцы решили отправить своих американских военнопленных обратно в Соединенные Штаты на картеле. Пойнсет был вынужден остаться в Чили. Вернувшись в Буэнос-Айрес, Пойнсет обнаружил хорошо устоявшуюся хунту. Ему удалось заключить торговое соглашение с хунтой, согласно которому американские товары широкого потребления допускались на территорию страны беспошлинно. Поскольку американское судоходство было вытеснено из Южной Атлантики, потребовалось некоторое время, чтобы найти проход обратно в Соединенные Штаты. Пойнсет наконец договорился о проезде на судне, направлявшемся в Баию, штат на северо-востоке Бразилии. Оттуда он пересел на другой корабль, направлявшийся на Мадейру, расположенную в 535 милях от материковой Европы. Пойнсет наконец прибыл в Чарльстон 28 мая 1815 года.

Вернуться в США.

Вернувшись в Чарльстон в 1815 году, Понсет провел первые несколько месяцев, упорядочивая свои личные дела. С тех пор и до 1825 года Понсет оставался в Южной Каролине, стремясь укрепить свою репутацию в родном штате и получить должность. Однако он приобрел уважение как авторитет в вопросах Латинской Америки. В 1816 году Понсет получил письмо от своего старого друга генерала Хосе Мигеля Карреры. После отъезда Понсетта чилийские роялисты закрепили свою власть в Чили, и после года изгнания в провинциях Рио-де-ла-Плата Каррера прибыл в Соединенные Штаты в январе 1816 года, чтобы пробудить интерес к революции в Чили. Понсет ответил Каррере, заявив о своем намерении убедить правительство США выработать четкую политику в отношении испанских колоний. Президент Джеймс Мэдисон тепло принял генерала Карреру, но не предложил ему никакой официальной поддержки, опасаясь, что серьезное внимание к Каррере может поставить под угрозу приобретение Флориды, находившейся под испанским контролем. Единственной надеждой Карреры на помощь был его бывший соратник. В июле 1816 года Понсет отправился в Нью-Йорк на встречу с Каррерой. Там он попытался заинтересовать Джона Джейкоба Астора, богатого владельца American Fur Company, в поставках оружия чилийским революционерам Карреры, но Астор отказался участвовать. В августе 1816 года Понсет организовал ряд встреч в Филадельфии между чилийским лидером и бывшими офицерами Наполеона. Среди них был маршал де Груши, командовавший личной охраной Наполеона во время Русской кампании. Понсет также организовал встречу Карреры с генералом Бертраном, графом Клаузелем, который отличился в Наполеоновских войнах и в 1815 году получил от Наполеона титул пэра Франции. Хотя движение Карреры не получило никакой пользы от опыта этих французских офицеров, Понсету удалось заключить контракты с фирмой D'Arcy и Didier из Филадельфии на поставку оружия для экспедиции, которую планировал Каррера. 29 августа 1816 года Понсет вместе с четырьмя свободными людьми и одним рабом из Чарльстона отправился из Филадельфии в путешествие по западным штатам. Они останавливались в Питтсбурге и Цинциннати, прежде чем прибыть в Лексингтон, штат Кентукки. В Лексингтоне группа остановилась у конгрессмена Генри Клея. Возможно, рассказывая о своем опыте в Чили, Понсет произвел на Клея сильное впечатление, и тот в последующие годы стал самым активным сторонником независимости испанской Америки. Из Лексингтона путешественники отправились в Луисвилл, а затем в Нэшвилл, штат Теннесси. В Нэшвилле Понсет и его спутники позавтракали с Эндрю Джексоном. После преодоления более двух тысяч миль Понсет наконец вернулся в Чарльстон в начале ноября 1816 года.

Политическая карьера

Пойнсет знал, что его друзья выдвинули его кандидатуру от Чарльстона, Южная Каролина, в законодательный орган штата. В Гринвилле, по дороге домой, он узнал, что выиграл выборы и получил место в Палате представителей штата. Когда он начал свой первый срок в апреле 1817 года, обсуждаемая должность американского посланника в Южной Америке стала реальностью. 25 апреля 1817 года исполняющий обязанности государственного секретаря Роберт Раш предложил Пойнсетту должность специального комиссара в Южной Америке, заявив: «Никто не обладает лучшими качествами для выполнения этого поручения, чем вы». Раш также добавил, что лично был бы рад, если бы Пойнсет принял предложение. Тем не менее, Пойнсет отклонил эту честь. В мае Пойнсет объяснил президенту Джеймсу Монро, что недавно принял место в законодательном органе Южной Каролины и не может покинуть его «без более веской причины, чем представляет собой эта комиссия». Пойнсет полагал, что миссия не приведет к какому-либо существенному решению о признании и не желал отказываться от своего места в Палате представителей. В том же письме Пойнсет предложил свои знания о Южной Америке в распоряжение того, кого назначит администрация Монро. Политические взгляды Пойнсетта соответствовали взглядам других людей того времени, которые считали себя республиканцами-джефферсоновцами. Одной из важнейших мер, поддерживаемых республиканцами-джефферсоновцами после войны 1812 года, было федеральное финансирование внутренних улучшений. Как член законодательного органа штата, Пойнсет горячо поддерживал это направление. После переизбрания в Палату представителей Южной Каролины в 1818 году он стал членом Комитета по внутренним улучшениям и водным путям. Пойнсет также занимал должность президента в Совете общественных работ Южной Каролины. Одним из основных планов этого совета было соединение внутренних районов штата с морским побережьем. Другим важным проектом было строительство шоссе от Чарльстона через Колумбию к северо-западной границе Южной Каролины. Оно должно было способствовать развитию межштатной торговли, а также привлечь торговые потоки из восточного Теннесси и западной Северной Каролины в Чарльстон. Пойнсет, опытный путешественник, как никто другой понимал важность хороших дорог. Благодаря своим путешествиям по Новой Англии в 1804 году и особенно на запад в 1816 году, Пойнсет осознал, что его страна может извлечь выгоду из развития транспортной инфраструктуры.

Избрание в Конгресс

В 1820 году Понсет был избран в Палату представителей США от округа Чарльстон. Будучи конгрессменом, Понсет продолжал выступать за развитие внутренней инфраструктуры, но также поддерживал необходимость сильной армии и флота. В декабре 1823 года Понсет внес резолюцию, предлагающую Комитету по военно-морским делам изучить вопрос о целесообразности санкционирования строительства десяти дополнительных военных шлюпов. Как член Комитета по иностранным делам, Понсет занимал решительную позицию по событиям в Южной Америке. Политические взгляды Понсета совпадали с позициями таких сторонников национального единства, как государственный секретарь Джон Куинси Адамс и военный министр Джон К. Калхун. Понсет, подобно многим противникам "Американской системы" Клея, выступал против Тарифа 1824 года.

Первый министр в Мексике

Пойнсет одновременно служил специальным посланником в Мексику с 1822 по 1823 год, когда правительство Джеймса Монро обеспокоилось стабильностью новообразованной независимой Мексики. Пойнсет, сторонник доктрины Монро, был убежден, что республиканство – единственная гарантия мирного и свободного устройства для североамериканских стран, и стремился повлиять на правительство Агустина де Итурбиде, которое начало демонстрировать признаки слабости и разобщенности. США признали независимость Мексики, но лишь в 1825 году, после образования Мексиканской Республики, направили туда полномочного министра. Эндрю Джексон и другие отказались от этого назначения, но Пойнсет принял его и сложил с себя депутатские полномочия. (Пойнсет написал «Записки о Мексике» – мемуары о времени, проведенном в Первой Мексиканской империи и при дворе Агустина де Итурбиде.) Он оказался вовлеченным в политическую нестабильность страны до своего отзыва в 1830 году, однако пытался содействовать продвижению интересов США в Мексике, добиваясь предоставления льготных условий для американских товаров по сравнению с британскими, стремясь изменить границу между США и Мексикой и призывая к принятию конституции, основанной на американской модели. Пойнсет, увлеченный ботаник-любитель, отправил образцы этого растения в Соединенные Штаты, и к 1836 году оно стало широко известно как «пуансеттия».

Профсоюзник

Хотя Понсет был сторонником системы рабства и владел рабами, он вернулся в Южную Каролину в 1830 году, чтобы поддержать сторонников сохранения Союза во время кризиса аннулирования, вновь заняв место в законодательном собрании штата Южная Каролина (1830–1831). Понсет также стал конфиденциальным агентом президента Эндрю Джексона, информируя его о ситуации в Южной Каролине с октября 1832 года по март 1833 года. В 1833 году Понсет женился на вдове Мэри Изард Прингл (1780–1857), дочери Ральфа и Элизабет (Стид) Изард.

Министр войны

Пойнсет занимал должность военного секретаря с 7 марта 1837 года по 5 марта 1841 года, осуществляя надзор за "Тропой слёз", и руководил продолжающимся подавлением набегов коренных американцев путём переселения индейцев на запад от реки Миссисипи, а также во время Семинольской войны; он уменьшил распылённость армии, сосредоточив её части в центральных пунктах; оснастил лёгкие артиллерийские батареи в артиллерийских полках в соответствии с законом об организации армии 1821 года; и в 1841 году вновь вышел в отставку, вернувшись на свою плантацию в Джорджтауне, Южная Каролина.

Продвижение американского искусства

В 1820-х годах Понсет был членом престижного Колумбийского института содействия искусству и науке, в числе членов которого были бывшие президенты Эндрю Джексон и Джон Куинси Адамс, а также многие видные деятели того времени, включая известных представителей военной службы, государственной службы, медицины и других профессий. В 1825 году он был избран членом Американской академии искусств и наук, а в 1827 году – членом Американского философского общества. В 1840 году он стал одним из основателей Национального института содействия науке и полезным искусствам – группы политиков, выступавших за использование "завещания Смитсона" для создания национального музея, который демонстрировал бы реликвии страны и ее лидеров, прославлял американские технологии и документировал природные ресурсы Северной Америки. Группа не добилась успеха в своих начинаниях, поскольку другие группы считали, что руководящую роль в будущем Смитсоновском институте должны играть ученые, а не политические деятели.

Масонство

Неизвестно, когда Понсет стал мастером-масоном, но известно, что он был бывшим достопочтенным мастером ложи «Восстановление» № 31 в Гринвилле и ложи «Соломон» в Чарльстоне. Понсет сыграл важную роль в формировании масонства в Мексике, отдавая предпочтение продвижению Йоркского устава, который был связан с политическими интересами Соединенных Штатов. Это стало одним из трех направлений, наряду с направлением, связанным с континентальным масонством, и другим – «независимым» национальным мексиканским уставом.

Поздние годы

Он умер от туберкулеза, которому способствовал приступ пневмонии, в Стейтсбурге, Южная Каролина, в 1851 году и похоронен на кладбище при церкви Святого Креста.