Введение

Немецкий натуралист, этнолог, путешественник, журналист и революционер Иоганн Георг Адам Форстер, также известный как Георг Форстер (27 ноября 1754 – 10 января 1794), был немецким географом, натуралистом, этнологом, путешественником, журналистом и революционером. В раннем возрасте он сопровождал своего отца, Иоганна Рейнхольда Форстера, в нескольких научных экспедициях, включая второе плавание Джеймса Кука в Тихий океан. Его отчёт об этом путешествии, «Путешествие вокруг света», внес значительный вклад в этнологию народов Полинезии и остаётся авторитетным трудом. Благодаря этому отчёту Форстер, принятый в Королевское общество в возрасте двадцати двух лет, стал считаться одним из основателей современной научной литературы о путешествиях. Вернувшись в континентальную Европу, Форстер обратился к академической деятельности. Он преподавал естественную историю в Коллегиуме Каролинуме при Отонеуме в Касселе (1778–1784), а затем в Академии Вильны (Вильнюсский университет) (1784–1787). В 1788 году он стал главным библиотекарем университета Майнца. Большая часть его научной работы в этот период состояла из эссе по ботанике и этнологии, но он также писал предисловия и переводил множество книг о путешествиях и исследованиях, включая немецкий перевод дневников Кука. Форстер был центральной фигурой эпохи Просвещения в Германии и переписывался с большинством её сторонников, включая его близкого друга Георга Кристофа Лихтенберга. Его идеи, путевые заметки и личность оказали влияние на Александра фон Гумбольдта, одного из величайших учёных XIX века, который назвал Форстера основателем как сравнительной этнологии (Völkerkunde), так и региональной географии (Länderkunde). Когда в 1792 году Майнц перешёл под контроль французов, Форстер сыграл ведущую роль в Майнцской республике – первом республиканском государстве в Германии. В июле 1793 года, находясь в Париже в качестве делегата молодой Майнцской республики, прусские и австрийские коалиционные войска вновь взяли город под контроль, и Форстер был объявлен вне закона. Не имея возможности вернуться в Германию и оторванный от друзей и семьи, он умер в Париже от болезни в начале 1794 года, не достигнув сорока лет.

Ранние годы

Георг Форстер родился в Насенхубене (ныне Мокри Двор, Польша), небольшой деревне недалеко от Данцига, 27 ноября 1754 года. Георг был старшим из семи детей, доживших до взрослого возраста, Иоганна Рейнхольда Форстера, реформатского протестантского пастора и ученого, и его жены Юстины Элизабет. С раннего возраста Георг проявлял интерес к изучению природы, и его отец сначала изучал естественную историю по книгам Карла Линнея, а затем обучал сына биологии, а также латыни, французскому языку и религии. В 1765 году Рейнхольд получил от российского правительства поручение осмотреть недавно основанные колонии вблизи Саратова на Волге, заселенные преимущественно немецкими колонистами. Десятилетний Георг сопровождал отца в этом путешествии, которое достигло Калмыкской степи и озера Элтон, где он собрал сотни образцов растений, помогая отцу в их классификации и определении. С октября 1765 года он учился в школе Святого Петра в Санкт-Петербурге, пока его отец готовил отчет о состоянии колонии. Отчет Рейнхольда содержал критику в адрес саратовского воеводы и условий в колонии, и Форстеры покинули Россию без оплаты, в разгар конфликта с Григорием Орловым. После морского путешествия из Кронштадта, во время которого Георг изучал английский язык и совершенствовал русский, они прибыли в Лондон 4 октября 1766 года. Двенадцатилетний Георг умело перевел историю России Ломоносова на английский язык и продолжил ее написание до современности, а изданная книга была представлена Обществу антикваров 21 мая 1767 года. В июне 1767 года его отец получил должность преподавателя в Академии Уоррингтона, сменив Джозефа Пристли, оставив Георга в Лондоне в качестве ученика у лондонского купца до прибытия остальной семьи в Англию в сентябре 1767 года. В Уоррингтоне Георг изучал классические науки и религию у Джона Айкина, математику у Джона Холта, а также французский язык и естественную историю у своего отца.

Вокруг света с капитаном Куком

В 1770 году Форстеры вернулись в Лондон, где Рейнхольд Форстер развил научные контакты и стал членом Королевского общества в 1772 году. После отказа Джозефа Бэнкса от участия, он был приглашен британским Адмиралтейством присоединиться ко второй экспедиции Джеймса Кука в Тихий океан (1772–75). Георг Форстер вновь присоединился к отцу в экспедиции и был назначен рисовальщиком при отце. Задача Иоганна Рейнхольда Форстера заключалась в подготовке научного отчета об открытиях, сделанных во время путешествия, который должен был быть опубликован по возвращении. Они поднялись на борт HMS Resolution 13 июля 1772 года в Плимуте. Маршрут корабля пролегал сначала к Южной Атлантике, затем через Индийский и Южный океаны к островам Полинезии и, наконец, вокруг мыса Горн обратно в Англию, вернувшись 30 июля 1775 года. За время трехлетнего путешествия исследователи посетили Новую Зеландию, острова Тонга, Новую Каледонию, Таити, Маркизские острова и остров Пасхи. Они продвинулись дальше на юг, чем кто-либо прежде, почти открыв Антарктиду. Путешествие окончательно опровергло теорию Terra Australis Incognita, утверждавшую существование большого обитаемого континента в южной части света. Под руководством отца Георг Форстер впервые занялся изучением зоологии и ботаники южных морей, в основном посредством зарисовок животных и растений. Однако Георг также преследовал собственные интересы, что привело к самостоятельным исследованиям в области сравнительной географии и этнологии. Он быстро овладел языками полинезийских островов. Его отчеты о народах Полинезии высоко ценятся и сегодня, поскольку они описывают жителей южных островов с сочувствием, симпатией и в значительной степени без западных или христианских предубеждений. В отличие от Луи Антуана де Бугенвиля, чьи отчеты о путешествии на Таити несколько лет назад положили начало некритичному романтизму благородного дикаря, Форстер создал сложную картину обществ островов Тихого океана. Он описал различные социальные структуры и религии, с которыми столкнулся на островах Общества, острове Пасхи, Тонге и Новой Зеландии, и объяснил это разнообразие различиями в условиях жизни этих народов. При этом он заметил, что языки этих довольно удаленных друг от друга островов были схожи. О жителях островов Номука (в группе островов Хаапай современного Тонга) он писал, что их языки, средства передвижения, оружие, мебель, одежда, татуировки, стиль бороды, словом, все их быт идеально соответствовал тому, что он уже видел, изучая племена на Тонгатапу. Однако, как он отмечал, "мы не обнаружили среди них иерархии, хотя она ярко выражена у туземцев Тонга-Табу, которые, казалось, готовы дойти даже до раболепия в своем почтении к королю". Путешествие было богато научными результатами. Однако отношения между Форстерами и Куком и его офицерами часто были напряженными из-за вспыльчивого характера старшего Форстера, а также отказа Кука выделять больше времени для ботанических и других научных наблюдений. Кук отказался брать ученых в свое третье путешествие, основываясь на опыте работы с Форстерами.

Основатель современной литературы о путешествиях

Эти конфликты продолжались и после путешествия, когда возникла проблема, кто должен написать официальный отчет о путешествиях. Лорд Сэндвич, хотя и был готов заплатить обещанные деньги, был раздражен вступительной главой Иоганна Рейнхольда Форстера и пытался ее отредактировать. Однако Форстер не хотел, чтобы его текст исправляли «как школьное сочинение», и упорно отказывался от любых компромиссов. В результате официальный отчет был написан Куком, а Форстеры были лишены права составлять отчет и не получили оплату за свою работу. Во время переговоров младший Форстер решил опубликовать неофициальный отчет об их путешествиях. В 1777 году его книга «Путешествие вокруг света на шлюпе ‘Резолюшн’ Его Британского Величества под командованием капитана Джеймса Кука в 1772, 73, 74 и 75 годах» была опубликована. Этот отчет был первым описанием второго путешествия Кука (он появился за шесть недель до официальной публикации) и предназначался для широкой публики. Английская версия и его собственный перевод на немецкий язык (опубликованный в 1778–80 годах) принесли молодому автору настоящую известность. Поэт Кристоф Мартин Виланд высоко оценил книгу как самую важную в свое время, и даже сегодня она остается одним из важнейших описаний путешествий, когда-либо написанных. Книга также оказала значительное влияние на немецкую литературу, культуру и науку, повлияв на таких ученых, как Александр фон Гумбольдт, и вдохновив многих этнологов последующих поколений. Форстер писал отточенную немецкую прозу, которая была не только научно точной и объективной, но и увлекательной и легко читаемой. Это отличалось от обычной литературы о путешествиях того времени, поскольку она представляла собой не просто сбор данных, но и демонстрировала последовательные, яркие и достоверные этнографические факты, полученные в результате детального и сочувственного наблюдения. Он часто прерывал описание, чтобы дополнить его философскими размышлениями о своих наблюдениях. Его внимание всегда было сосредоточено на людях, с которыми он встречался: их поведении, обычаях, привычках, религиях и формах социальной организации. В «Путешествии вокруг света» он даже представил песни, которые пели жители Полинезии, с текстами и нотами. Книга является одним из важнейших источников о обществах Южной части Тихого океана до того, как европейское влияние стало значительным. Оба Форстера также опубликовали описания своих путешествий по Южной части Тихого океана в берлинском журнале Magazin von merkwürdigen neuen Reisebeschreibungen («Журнал удивительных новых описаний путешествий»), а Георг опубликовал перевод «Путешествие в Южное море, лейтенант Уильям Блай, Лондон 1792» в 1791–93 годах.

Форстер в университетах

Публикация «Путешествия вокруг света» принесла Форстеру научное признание по всей Европе. 9 января 1777 года уважаемое Королевское общество избрало его членом, хотя ему едва исполнилось 23 года. Он получил аналогичные звания в академиях от Берлина до Мадрида. Однако эти должности были неоплачиваемыми. В 1777 году он отправился в Париж, чтобы встретиться и обсудить вопросы с американским революционером Бенджамином Франклином. В 1778 году он переехал в Германию, чтобы занять должность профессора естественной истории в Collegium Carolinum в Касселе, где познакомился с Терезой Хейн, дочерью классика Кристиана Готлоба Хейна. Они поженились в 1785 году (после его отъезда из Касселя) и имели двоих детей, переживших детство – Терезу и Клару Форстер, но их брак был несчастливым. В конечном итоге она оставила его ради Людвига Фердинанда Губера и стала одной из первых независимых писательниц в Германии. С кассельского периода Форстер активно переписывался с видными деятелями Просвещения, включая Лессинга, Гердера, Виланда и Гёте. Он также инициировал сотрудничество между Каролинумом в Касселе и Геттингенским университетом, где работал его друг Георг Кристоф Лихтенберг. Вместе они основали и издавали научный и литературный журнал Göttingisches Magazin der Wissenschaften und Litteratur. Ближайший друг Форстера, Сэмюэл Томас фон Зёммеринг, прибыл в Кассель вскоре после него, и оба вскоре примкнули к розенкрейцерам в Касселе, где Форстер взял тайное имя Амадеус Срагорисинус Сегенитор. Однако к 1783 году Форстер понял, что его увлечение розенкрейцерством не только отвлекает его от настоящей науки, но и усугубляет его долги (поговаривали, что он не умел обращаться с деньгами). По этим причинам Форстер с радостью принял предложение Комиссии национального образования Польско-Литовского Содружества и в 1784 году стал профессором естественной истории в Вильнюсском университете. Поначалу его хорошо приняли в Вильнюсе, но со временем он чувствовал себя все более изолированным. Большинство его контактов оставались с учеными в Германии; особенно примечательна его полемика с Иммануилом Кантом об определении расы. В 1785 году Форстер отправился в Галле, где представил диссертацию о растениях Южной части Тихого океана для получения докторской степени в области медицины. В Вильнюсе амбиции Форстера по созданию настоящего научного центра естественной истории не нашли достаточной финансовой поддержки со стороны властей Польско-Литовского Содружества. Более того, его знаменитая речь о естественной истории в 1785 году почти не привлекла внимания и была опубликована лишь в 1843 году. Эти события привели к росту напряженности в отношениях с местным сообществом. В конечном итоге он расторг контракт за шесть лет до его окончания, поскольку Екатерина II предложила ему место в кругосветном путешествии (экспедиция Муловского) с высоким гонораром и должностью профессора в Санкт-Петербурге. Это привело к конфликту между Форстером и влиятельным польским ученым Енджеем Снядецким. Однако российское предложение было отозвано, и Форстер покинул Вильнюс. Затем он поселился в Майнце, где стал главным библиотекарем Майнцского университета, должность, которую ранее занимал его друг Йоханнес фон Мюллер, который позаботился о том, чтобы Форстер занял его место, когда Мюллер перешел на службу в администрацию курфюрста Фридриха Карла Йозефа фон Эрталя. Форстер регулярно публиковал эссе о современных исследованиях и продолжал быть очень плодовитым переводчиком; например, он писал о третьем путешествии Кука в Южный Тихий океан и об экспедиции на «Баунти», а также переводил дневники Кука и Блая с этих путешествий на немецкий язык. Во время пребывания в Лондоне Форстер поддерживал связь с сэром Джозефом Бэнксом, инициатором экспедиции на «Баунти» и участником первого путешествия Кука. В Университете Вильнюса он написал статью «Neuholland und die brittische Colonie in Botany Bay», опубликованную в Allgemeines historisches Taschenbuch (Берлин, декабрь 1786), эссе о перспективах английской колонии, основанной в Новом Южном Уэльсе в 1788 году. Еще одним его интересом была индология – одна из главных целей его несостоявшейся экспедиции, финансируемой Екатериной II, заключалась в достижении Индии. Он перевел санскритскую пьесу «Шакунтала», используя латинскую версию, предоставленную сэром Уильямом Джонсом; это оказало сильное влияние на Иоганна Готфрида Гердера и пробудило интерес немцев к культуре Индии.

Виды с Нижнего Рейна

Во второй четверти 1790 года Форстер и молодой Александр фон Гумбольдт отправились из Майнца в долгое путешествие через Южные Нидерланды, Объединенные провинции и Англию, завершив его в Париже. Впечатления от путешествия были описаны в трехтомном издании Ansichten vom Niederrhein, von Brabant, Flandern, Holland, England und Frankreich im April, Mai und Juni 1790 (Виды Нижнего Рейна, Брабанта, Фландрии, Голландии, Англии и Франции в апреле, мае и июне 1790 года), опубликованном в 1791–1794 годах. Гёте писал об этой книге: «После прочтения хочется начать ее снова и путешествовать вместе с таким проницательным и знающим наблюдателем». Книга содержит комментарии по истории искусства, которые оказали на эту дисциплину столь же значительное влияние, как «Путешествие вокруг света» – на этнологию. Например, Форстер был одним из первых, кто дал справедливую оценку готической архитектуре Кельнского собора, который в то время широко считался «варварским». Книга соответствовала духу ранних романтических интеллектуальных течений в немецкоязычной Европе. Однако основной интерес Форстера вновь был сосредоточен на социальном поведении людей, как и 15 лет назад в Тихом океане. Национальные восстания во Фландрии и Брабанте, а также революция во Франции, вызвали его любопытство. Путешествие по этим регионам, а также по Нидерландам и Англии, где гражданские свободы были столь же развиты, помогло ему окончательно сформировать свои политические взгляды. С тех пор он стал убежденным противником старого порядка. Вместе с другими немецкими учеными он приветствовал начало революции как закономерный итог эпохи Просвещения. Уже 30 июля 1789 года, вскоре после известия о взятии Бастилии, он написал своему тестю, филологу Кристиану Готлобу Хейне, что прекрасно видеть, как философия взращивала идеи в умах людей и затем воплотила их в жизнь государства. Он писал, что просвещение людей в отношении их прав – это самый надежный путь, а все остальное произойдет само собой.

Основание Республики Майнц

Французская революционная армия под командованием генерала Кустина получила контроль над Майнцем 21 октября 1792 года. Два дня спустя Форстер присоединился к другим в создании якобинского клуба под названием "Freunde der Freiheit und Gleichheit" ("Друзья свободы и равенства") в Избирательном дворце. С начала 1793 года он принимал активное участие в организации Майнцской республики. Эта первая республика, расположенная на немецкой земле, была основана на принципах демократии и охватывала территории на левом берегу Рейна между Ландау и Бингеном. Форстер стал вице-президентом временной администрации республики и кандидатом на выборах в местный парламент, Rheinisch Deutscher Nationalkonvent (Рейнский немецкий национальный конвент). С января по март 1793 года он был редактором Die neue Mainzer Zeitung oder Der Volksfreund (Новая Майнцская газета или Друг народа), название которой было выбрано в отсылке к L'Ami du peuple Марата. В своей первой статье он написал: "Die Pressefreiheit herrscht endlich innerhalb dieser Mauern, wo die Buchdruckerpresse erfunden ward." – "Свобода печати наконец воцарилась в пределах этих стен, где был изобретен печатный станок." Однако эта свобода длилась недолго. Майнцская республика просуществовала лишь до отступления французских войск в июле 1793 года после осады Майнца. Форстер не находился в Майнце во время осады. Как представители Майнцского национального конвента, он и Адам Люкс были отправлены в Париж с просьбой о принятии Майнца – который не мог существовать как независимое государство – в состав Французской Республики. Просьба была удовлетворена, но не имела последствий, поскольку Майнц был захвачен прусскими и австрийскими войсками, и прежний порядок был восстановлен. Форстер потерял свою библиотеку и коллекции и решил остаться в Париже.

Смерть в революционном Париже

На основании декрета императора Франциска II, налагавшего наказания на немецких подданных, сотрудничавших с французским революционным правительством, Форстер был объявлен вне закона и помещен под имперский запрет; за его голову была назначена награда в 100 дукатов, и он не мог вернуться в Германию. Лишенный всех средств к существованию и оторванный от жены, оставшейся в Майнце с детьми и ее будущим мужем Людвигом Фердинандом Губером, он остался в Париже. К этому моменту революция в Париже вступила в период террора, установленный Комитетом общественного спасения под руководством Максимилиана Робеспьера. Форстер имел возможность ощутить разницу между обещаниями революции о счастье для всех и ее жестокой практикой. В отличие от многих других немецких сторонников революции, таких как, например, Фридрих Шиллер, Форстер не отказался от своих революционных идеалов под давлением террора. Он рассматривал события во Франции как неудержимую силу природы, которая должна высвободить свою энергию, чтобы избежать еще большего разрушения. До того, как террор достиг своего пика, Форстер умер после ревматической болезни в своей маленькой мансардной квартире на улице де Мулен в Париже 10 января 1794 года, в возрасте тридцати девяти лет. В то время он планировал поездку в Индию. Растение на полях шляпы – Forstera sedifolia, а птица в руке Иоганна Форстера – новозеландский колокольчик, что указывает на место действия в Новой Зеландии. Однако картина чаще всего называется «Райнхольд и Георг Форстер на Таити» или подобным образом.]] Все народы земли имеют равные права на мою симпатию, а моя похвала и порицание независимы от национальных предрассудков. По его мнению, все люди обладают одинаковыми способностями в отношении разума, чувств и воображения, но эти базовые качества проявляются по-разному и в различных условиях, что порождает различные культуры и цивилизации. По его словам, очевидно, что культура на Огненной Земле находится на более низком уровне развития, чем европейская, но он также признает, что условия жизни там гораздо сложнее, что дает людям мало возможностей для развития более высокой культуры. На основании этих взглядов он был причислен к числу главных представителей немецкого космополитизма XVIII века. В отличие от позиции, выраженной в его трудах, и его просветительского мировоззрения, в своих личных письмах, написанных во время пребывания в Вильнюсе и в дневнике, сделанном во время путешествия по Польше, он использовал оскорбительные выражения, демонстрирующие предрассудки против поляков, но никогда не публиковал их. Эти оскорбления стали известны лишь после его смерти, когда его личная переписка и дневники были обнародованы. Поскольку опубликованные Форстером описания других народов воспринимались как беспристрастные научные наблюдения, его уничижительные высказывания о Польше в письмах и дневниках часто принимались за чистую монету в имперской и нацистской Германии, где они использовались как научное обоснование предполагаемого превосходства Германии. Распространение стереотипа о «польской экономике» (Polnische Wirtschaft) привело к конфликту Форстера с представителями разных народов, с которыми он сталкивался, и он не находил себе места нигде: он был слишком революционным и антинациональным для немцев, слишком гордым и непримиримым в общении с англичанами, слишком равнодушным к польской науке для поляков и слишком незначительным политически и игнорируемым во Франции. Интерес к жизни и революционной деятельности Форстера возродился в контексте либеральных настроений, предшествовавших революции 1848 года. Но он был в значительной степени забыт в Германии времен Вильгельма II и тем более в нацистской Германии. Антарктическая исследовательская станция ГДР, открытая 25 октября 1987 года, была названа в его честь. В Западной Германии поиски демократических традиций в немецкой истории в 1970-х годах также привели к более многогранному взгляду на его личность. Фонд Александра фон Гумбольдта учредил стипендиальную программу в его честь для иностранных ученых из развивающихся стран. Его репутация одного из первых и выдающихся немецких этнологов неоспорима, а его работы считаются ключевыми в развитии этнологии в Германии как самостоятельной научной дисциплины. Этнографические предметы, собранные Георгом и Иоганном Рейнхольдом Форстером, теперь представлены в виде коллекции Кука-Форстера (Cook–Forster Collection) в антропологической коллекции Sammlung für Völkerkunde в Гёттингене. Другая коллекция предметов, собранных Форстерами, выставлена в музее Питт-Риверс в Оксфорде.