Введение

Принцип в праве Европейского Союза

В праве Европейского Союза принцип прямого действия означает, что право Союза, при соответствующей формулировке, может наделять отдельных лиц правами, которые суды государств-членов Европейского Союза обязаны признавать и обеспечивать. Прямое действие не закреплено явно ни в одном из договоров ЕС. Принцип прямого действия был впервые установлен Судом Европейского Союза (СЕС) в деле Van Gend en Loos v. Nederlandse Administratie der Belastingen. Впоследствии применение прямого действия к положениям договоров было ограничено, а СЕС расширил принцип, установив, что он может применяться практически ко всем формам законодательства ЕС, наиболее важными из которых являются регламенты, а при определенных обстоятельствах – к директивам. Доктрина прямого действия была впервые сформулирована СЕС в деле Van Gend en Loos.

Если эти критерии соблюдены, то соответствующие права могут быть защищены в национальных судах. Соответствие конкретной меры этим критериям является вопросом права ЕС, подлежащим разрешению судами ЕС.

Разновидности прямого действия

В деле Van Gend en Loos Европейский Суд установил, что прямое действие имеет два вида: вертикальное и горизонтальное, при этом различие определяется тем, в отношении кого должно быть приведено в исполнение право. Вертикальное прямое действие касается взаимоотношений между правом ЕС и национальным правом – в частности, обязанности государства обеспечивать его соблюдение и соответствие праву ЕС, что позволяет гражданам ссылаться на него в делах против государства или государственных органов; "проявление государственного влияния", как это было определено в деле Foster v. British Gas plc. Горизонтальное прямое действие касается взаимоотношений между частными лицами (включая компании). Если определенное положение права ЕС имеет горизонтальное прямое действие, то граждане могут ссылаться на него в спорах друг с другом. Это означает, что гражданин может сослаться на положение права ЕС против другого гражданина в национальном суде. Эти обязательства могут создавать права для граждан или возлагать на них обязанности в государстве-члене. Следовательно, если конкретное право предоставлено, то нормативный акт может иметь как вертикальное, так и горизонтальное прямое действие. Все нормативные акты имеют прямое действие.

Решения

Решения имеют прямое действие в отношении тех, к кому они обращены, поскольку, согласно статье 288 ДФЕС (ранее статья 249 ДЕС), они "обязательны в полном объеме для адресата".

Директивы

Важнейшие решения, касающиеся прямого действия директив, – это Van Duyn v Home Office, установившее вертикальное прямое действие директив, и Marshall v Southampton Health Authority, установившее отсутствие горизонтального прямого действия неисполненных директив. Горизонтальное прямое действие директив является дискуссионным вопросом. Многие генеральные адвокаты поддерживают идею установления горизонтального прямого действия. Однако Суд ЕС последовательно противился изменению практики, установленной в деле Marshall, которая позволила бы в общем порядке ссылаться на неисполненные директивы в отношении частных лиц. В ряде дел Суд ЕС разработал способы ограничения сферы действия запрета на горизонтальное прямое действие и обеспечения максимальной эффективности директив. Дело Foster v British Gas демонстрирует готовность суда предоставлять права, предусмотренные директивой, частным лицам. В рамках этого дела суд утверждал, что любая государственная организация, национализированная компания или компания, работающая в государственном секторе, может рассматриваться как государственный орган для целей вертикального прямого действия, хотя более узкое толкование дела могло бы потребовать горизонтального прямого действия для его применения. Это подтверждается делом Van Colson, в котором суд установил практику «встраивания» директивы в существующее национальное законодательство для достижения ее эффекта, несмотря на то, что она фактически не является частью законодательства. Дальнейшим примером этой практики является дело Francovich v Italy, где частное лицо могло подать иск против государства за неисполнение директивы и последующую потерю прав, понесенных в суде. В деле Grad v Finanzamt Traunstein, касавшемся НДС, Суд ЕС постановил, что решение может иметь прямое действие, поскольку оно налагает обязательство достичь требуемого результата. Как отметил Суд ЕС в деле Becker, также касавшемся НДС, «везде, где положения директивы представляются безусловными и достаточно четкими, эти положения могут, при отсутствии мер по их реализации, принятых в установленный срок, быть использованы против любого национального положения, несовместимого с директивой, или в той мере, в которой эти положения определяют права, которые частные лица могут заявлять в отношении государства». Однако в деле Pubblico Ministero v. Ratti было установлено, что директива не может иметь прямого действия, если срок, установленный для ее реализации, не истек. Директивы имели прямое действие только после истечения срока, в течение которого государство-член должно было их реализовать. Кроме того, в случаях, когда государство-член приняло необходимое законодательство, но сделало это с недостатками, директива все равно может иметь прямое действие, как в деле Verbond van Nederlandse Ondernemingen (VNO). В отличие от положений Договора и регламентов, директивы не могут иметь горизонтального действия (против другого частного лица или компании), поскольку это противоречит принципам законности и юридической определенности (см. Marshall v Southampton Health Authority). Более того, в делах CIA Security и Unilever Italia SpA v Central Food SpA Суд ЕС разрешил частной стороне ссылаться на Директиву об уведомлении в отношении другой частной стороны. В академической литературе эти дела обычно рассматриваются как случаи «косвенного эффекта» директив в отношении частных лиц, а не полноценного горизонтального прямого действия. Однако провести четкое различие между «косвенным эффектом» и «горизонтальным прямым действием» оказалось затруднительно. Согласно последней практике и комментариям, представляется, что директива может быть использована против частного лица, если это не затрагивает нормы, непосредственно регулирующие рассматриваемый спор.

Прямое влияние на процессуальное право

В деле Comet v. Produktschap Европейский Суд установил, что процессуальные правила каждого государства-члена в целом применяются к делам, касающимся права ЕС. Однако необходимо соблюдать два основополагающих принципа: "эквивалентность" (процедура рассмотрения дел, связанных с правом ЕС, должна быть равнозначна процедуре рассмотрения внутренних дел) и "эффективность" (процедура не должна лишать право ЕС возможности быть эффективно примененным).