Апотеоз: обожествление и восхваление в религии и искусстве

Введение

Прославление субъекта до божественного уровня

Glorification of a subject to divine level

the term

Apotheosis (, ), also called divinization or deification , is the glorification of a subject to divine levels and, commonly, the treatment of a human being, any other living thing, or an abstract idea in the likeness of a deity. The original sense of apotheosis relates to religion and is the subject of many works of art. Figuratively "apotheosis" may be used in almost any context for "the deification, glorification, or exaltation of a principle, practice, etc. ", so normally attached to an abstraction of some sort. In religion, apotheosis was a feature of many religions in the ancient world, and some that are active today. It requires a belief that there is a possibility of newly created gods, so a polytheistic belief system. The major modern religions of Christianity, Islam, and Judaism do not allow for this, though many recognise minor sacred categories such as saints (created by a process called canonization). In Christian theology there is a concept of the faithful becoming god like, called divinization or in Eastern Christianity theosis. In Hinduism there is some scope for new deities. A human may be deified by becoming regarded as an avatar of an established deity, usually a major one, or by being regarded as a new, independent, deity (usually a minor one), or some mixture of the two. In art, an apotheosis scene typically shows the subject in the heavens or rising towards them, often accompanied by a number of angels, putti, personifications of virtues, or similar figures. Especially from Baroque art onwards, apotheosis scenes may depict rulers, generals or artists purely as an honorific metaphor; in many cases the "religious" context is classical Greco Roman pagan religion, as in The Apotheosis of Voltaire, featuring Apollo. The Apotheosis of Washington (1865), high up in the dome of the United States Capitol Building, is another example. Personifications of places or abstractions are also showed receiving an apotheosis. The typical composition was suitable for placement on ceilings or inside domes.

Термин «Апотеоз» (,), также называемый обожествлением или деификацией, – это возвышение субъекта до божественного уровня и, как правило, наделение человека, любого другого живого существа или абстрактной идеи чертами, свойственными божеству. Изначальный смысл апотеоза связан с религией и является темой многих произведений искусства. В переносном смысле «апотеоз» может использоваться в самых разных контекстах для обозначения обожествления, прославления или возвеличения принципа, практики и т. п., обычно относясь к некоторой абстракции. В религии апотеоз был распространен в ряде религий древнего мира и встречается в некоторых современных религиях. Он предполагает веру в возможность появления новых богов, то есть требует политеистической системы верований. Основные современные религии – христианство, ислам и иудаизм – не допускают этого, хотя многие признают второстепенные священные категории, такие как святые (создаваемые посредством процесса, называемого канонизацией). В христианской теологии существует концепция уподобления верующего Богу, называемая обожествлением или, в восточном христианстве, теозисом. В индуизме существует возможность появления новых божеств. Человек может быть обожествлен, будучи признанным аватарой установленного божества, обычно одного из главных, или считаясь новым, независимым божеством (обычно второстепенным), либо представляя собой сочетание этих двух вариантов. В искусстве сцена апотеоза обычно изображает субъекта на небесах или восходящим к ним, часто в окружении ангелов, путти, персонификаций добродетелей или подобных фигур. Особенно начиная с эпохи барокко, сцены апотеоза могут изображать правителей, полководцев или художников исключительно как почетную метафору; во многих случаях «религиозный» контекст – это классическая греко-римская языческая религия, как, например, в «Апотеозе Вольтера» с изображением Аполлона. «Апотеоз Вашингтона» (1865), расположенный высоко под куполом Капитолия США, является еще одним примером. Персонификации мест или абстрактных понятий также могут быть изображены в сцене апотеоза. Типичная композиция подходила для размещения на потолках или внутри куполов.

Древний Ближний Восток

До эллинистического периода имперские культы были известны в Древнем Египте (фараоны) и Месопотамии (от Нарам-Сина до Хаммурапи). В Новом царстве Египта все умершие фараоны обожествлялись как бог Осирис, при жизни отождествляясь с Гором, а иногда упоминались как "сын" различных других божеств. Архитектор Имхотеп был обожествлен после смерти, однако этот процесс, по-видимому, был постепенным и занял более тысячи лет, к концу которых он стал преимущественно ассоциироваться с медициной. Примерно дюжина не царских древних египтян со временем стали почитаться как божества.

Древняя Греция

В греческой мифологии и ее римском эквиваленте множество фигур, родившихся людьми, но ставших богами, например, Геркулес. Обычно они обожествлялись одним из главных божеств, Двенадцати Олимпийцев. В римской истории Купидона и Психеи Зевс дарует амброзию богов смертной Психее, превращая ее в богиню. В случае с египетской королевой эллинистической эпохи Береникой II, которую также обожествляли, как и других правителей династии Птолемеев, двор распространил миф о том, что ее волосы, срезанные для исполнения обета, претерпели собственный апофеоз, прежде чем стать Комой Береники, созвездием, сохранившим ее имя и по сей день. По крайней мере, с геометрического периода IX века до н.э. давно умершим героям, связанным с мифами об основании греческих городов, воздавались хтонические обряды в их герооне, или "героическом храме". Первым правителем в Греции, который воздал себе божественные почести, был Филипп II Македонский. На свадьбе с шестой женой изображение Филиппа на троне несли в процессии среди олимпийских богов; "его пример в Эге стал традицией, перешедшей к македонским царям, которые позднее почитались в греческой Азии, от них к Юлию Цезарю и, в конечном итоге, к римским императорам". Такие эллинистические правители могли быть возвышены до статуса, равного богам, при жизни (например, Александр Македонский) или после смерти (например, члены династии Птолемеев). Героический культ, схожий с апофеозом, также был честью, оказанной немногим почитаемым художникам прошлого, в частности Гомеру. Архаические и классические греческие культы героев стали преимущественно гражданскими, распространившись от семейных корней в VI веке; к V веку ни один из почитателей не основывал свой авторитет на происхождении от героя, за исключением некоторых семей, унаследовавших определенные жреческие культы, такие как Эумольпиды (потомки Эумольпа) из Элевсинских мистерий, и некоторые жреческие должности в местах прорицания. Греческие культы героев, с другой стороны, отличаются от римского культа умерших императоров тем, что герой не считался вознесшимся на Олимп или ставшим богом: он пребывал под землей, и его власть была исключительно местной. По этой причине культы героев носили хтонический характер, а их ритуалы больше напоминали ритуалы Гекаты и Персефоны, чем ритуалы Зевса и Аполлона. Два исключения составляли Геракл и Асклепий, которых почитали как богов или героев, иногда с помощью хтонических ночных обрядов и жертвоприношений на следующий день. Одним из богов, считавшихся героем для человечества, был Прометей, тайно укравший огонь с горы Олимп и даровавший его людям.

Greek mythology and its Roman equivalent have many figures who were born as humans but became gods, for example Hercules. They are typically made divine by one of the main deities, the Twelve Olympians. In the Roman story Cupid and Psyche, Zeus gives the ambrosia of the gods to the mortal Psyche, transforming her into a goddess herself. In the case of the Hellenistic queen Berenice II of Egypt, herself deified like other rulers of the Ptolemaic dynasty, the court propagated a myth that her hair, cut off to fulfill a vow, had its own apotheosis before becoming the Coma Berenices, a group of stars that still bear her name. From at least the Geometric period of the ninth century BC, the long deceased heroes linked with founding myths of Greek sites were accorded chthonic rites in their heroon, or "hero temple". In the Greek world, the first leader who accorded himself divine honours was Philip II of Macedon. At his wedding to his sixth wife, Philip's enthroned image was carried in procession among the Olympian gods; "his example at Aigai became a custom, passing to the Macedonian kings who were later worshipped in Greek Asia, from them to Julius Caesar and so to the emperors of Rome". Such Hellenistic state leaders might be raised to a status equal to the gods before death (e. g., Alexander the Great) or afterwards (e. g., members of the Ptolemaic dynasty). A heroic cult status similar to apotheosis was also an honour given to a few revered artists of the distant past, notably Homer. Archaic and Classical Greek hero cults became primarily civic, extended from their familial origins, in the sixth century; by the fifth century none of the worshipers based their authority by tracing descent back to the hero, with the exception of some families who inherited particular priestly cults, such as the Eumolpides (descended from Eumolpus) of the Eleusinian mysteries, and some inherited priesthoods at oracle sites. The Greek hero cults can be distinguished on the other hand from the Roman cult of dead emperors, because the hero was not thought of as having ascended to Olympus or become a god: he was beneath the earth, and his power purely local. For this reason, hero cults were chthonic in nature, and their rituals more closely resembled those for Hecate and Persephone than those for Zeus and Apollo. Two exceptions were Heracles and Asclepius, who might be honoured as either gods or heroes, sometimes by chthonic night time rites and sacrifice on the following day. One god considered as a hero to mankind is Prometheus, who secretly stole fire from Mount Olympus and introduced it to mankind.

Древний Рим

До конца Республики бог Квирин был единственным, кого римляне признавали прошедшим апофеоз, благодаря его отождествлению/синкретизму с Ромулом (см. Эвхемеризм). Впоследствии апофеозис в Древнем Риме стал процессом, посредством которого умерший правитель признавался божественным своим преемником, как правило, также указом Сената и с согласия народа. Первым случаем была посмертная деификация последнего римского диктатора Юлия Цезаря в 42 г. до н.э., осуществлённая его приёмным сыном, триумвиром Цезарем Октавианом. Помимо проявления уважения, действующий правитель часто обожествлял популярного предшественника, чтобы укрепить свою легитимность и завоевать народную поддержку. Голосование в римском Сенате, в поздней Империи – подтверждающее имперский указ, являлось обычной официальной процедурой, однако за этим иногда следовал период неофициального использования деической лексики или образов по отношению к этому человеку, часто весьма осторожно в имперском кругу. Затем проводилась публичная церемония, называемая консекрацио, включавшая в себя освобождение орла, взмывавшего ввысь, символизируя восхождение души обожествлённого к небесам. Изображения восхождения, иногда с использованием колесницы, часто встречались на монетах и в других произведениях искусства. Самый крупный и известный пример в искусстве – рельеф на основании колонны Антонина Пия (ум. 161 г.), изображающий императора и его жену Фаустину Старшую (ум. ок. 140 г.), возносимых гораздо большей крылатой фигурой, описываемой как олицетворение "Вечности", в то время как персонификации "Рима" и Марсова поля располагаются ниже, а над ними парят орлы. Императорская пара представлена в образах Юпитера и Юноны. Историк Дион Кассий, утверждавший, что присутствовал при этом, даёт подробное описание пышной и торжественной публичной консекрации Пертинакса, императора в течение трёх месяцев в 193 г., организованной Септимием Севером. На пике императорского культа в Римской империи иногда обожествлялись и умершие близкие императора – наследники, императрицы или возлюбленные, как, например, Антиной Адриана. Обожествлённым людям посмертно присваивался титул Divus (Diva, если женщина) к их имени, чтобы обозначить их божественность. Традиционная римская религия различала [[Бог, dea, di, dii (бог) и divus (смертный, ставший божественным или обожествлённым), хотя и непоследовательно. Храмы и колонны возводились для организации отправления культа. Императорский культ был особенно популярен в провинциях, особенно в Восточной империи, где многие культуры были хорошо знакомы с обожествлением правителей, и менее популярен в самом Риме, а также среди традиционалистов и интеллектуалов. Некоторые в частном порядке (и осторожно) высмеивали апофеоз некомпетентных и слабых императоров, как в сатире «Тыквенизация (божественного) Клавдия», обычно приписываемой Сенеке.

Up to the end of the Republic, the god Quirinus was the only one the Romans accepted as having undergone apotheosis, for his identification/syncretism with Romulus (see Euhemerism). Subsequently, apotheosis in ancient Rome was a process whereby a deceased ruler was recognized as divine by his successor, usually also by a decree of the Senate and popular consent. The first of these cases was the posthumous deification of the last Roman dictator Julius Caesar in 42 BC by his adopted son, the triumvir Caesar Octavian. In addition to showing respect, often the present ruler deified a popular predecessor to legitimize himself and gain popularity with the people. A vote in the Roman Senate, in the later Empire confirming an imperial decree, was the normal official process, but this sometimes followed a period with the unofficial use of deific language or imagery for the individual, often done rather discreetly within the imperial circle. There was then a public ceremony, called a consecratio, including the release of an eagle which flew high, representing the ascent of the deified person's soul to heaven. Imagery featuring the ascent, sometimes using a chariot, was common on coins and in other art. The largest and most famous example in art is a relief on the base of the Column of Antoninus Pius (d. 161), showing the emperor and his wife Faustina the Elder (d. c. 140) being carried up by a much larger winged figure, described as representing "Eternity", as personifications of "Roma" and the Campus Martius sit below, and eagles fly above. The imperial couple are represented as Jupiter and Juno. The historian Dio Cassius, who says he was present, gives a detailed description of the large and lavish public consecratio of Pertinax, emperor for three months in 193, ordered by Septimius Severus. At the height of the imperial cult during the Roman Empire, sometimes the emperor's deceased loved ones—heirs, empresses, or lovers, as Hadrian's Antinous—were deified as well. Deified people were awarded posthumously the title Divus (Diva if women) to their names to signify their divinity. Traditional Roman religion distinguished between a [[Glossary of ancient Roman religion#deus, dea, di, dii (god) and a divus (a mortal who became divine or deified), though not consistently. Temples and columns were erected to provide a space for worship. The imperial cult was mainly popular in the provinces, especially in the Eastern Empire, where many cultures were well used to deified rulers, and less popular in Rome itself, and among traditionalists and intellectuals. Some privately (and cautiously) ridiculed the apotheosis of inept and feeble emperors, as in the satire The Pumpkinification of (the Divine) Claudius, usually attributed to Seneca.

Азия

Многочисленные смертные были обожествлены в даосском пантеоне, такие как Гуань Юй, Ли с железной костылью и Фань Куай. Генерал династии Сун Юэ Фэй был обожествлен во время династии Мин и некоторыми практикующими считается одним из трех высших небесных генералов. Эпическая поэма династии Мин «Инвеститура богов» в значительной степени посвящена легендам об обожествлении. В сложных и изменчивых представлениях о божественности в буддизме достижение Будды может рассматриваться как достижимая цель для верующих, и многие значимые божества считаются начавшими свой путь как обычные люди, начиная с самого Гаутамы Будды. Большинство из них рассматриваются как аватары или перерождения более ранних фигур. Некоторые значимые индуистские божества, в частности Рама, также родились людьми; он считается аватарой Вишну. В более современное время Сваминарайан – несомненная и хорошо задокументированная историческая личность (1781–1830), которую некоторые индуисты считают аватарой Кришны, который сам является аватарой Вишну, или же еще более возвышенным божеством. Бхарат Мата («Мать Индия») возникла как национальное олицетворение, созданное группой бенгальских интеллектуалов в конце XIX века, но в настоящее время подвергается некоторому почитанию. Различные индуистские и буддийские правители в прошлом изображались как божества, особенно после смерти, от Индии до Индонезии. Джаяварман VII, король Кхмерской империи (правил в 1181–1218 гг.), первый буддийский король Камбоджи, использовал свои собственные черты для многочисленных статуй Будды/Авалокитешвары, которые он воздвиг. Экстремальный культ личности, установленный основателем Северной Кореи Ким Ир Сеном, был назван формой обожествления, хотя государство открыто атеистично.

Римско-католическая церковь

Римско-католическая церковь не использует термин "апотеозис" в своей теологии. Соответствующими греческому слову *theosis* являются латинские термины "боготворизация" и "обожествление", используемые в частях Католической церкви латинской традиции. Эта концепция получила меньшее распространение в западной теологии, чем в восточных Католических церквях, но присутствует в литургических молитвах латинской церкви, например, в молитве диакона или священника при добавлении вина и небольшого количества воды в чашу: "Через таинство этой воды и вина да будем причастны божественной природе Христа, Который смирил Себя, чтобы приобщиться к нашему человечеству". Католическое богословие подчеркивает концепцию сверхъестественной жизни – "новое творение и возвышение, возрождение, участие и причастие к божественной природе" (ср. 1 Петра 4:4). В католическом учении существует важное различие между естественной и сверхъестественной жизнью, последняя представляя собой "жизнь, которую Бог в акте любви свободно дарует людям, чтобы возвысить их над их естественным существованием", и которую они получают через молитву и таинства; действительно, Католическая церковь рассматривает человеческое бытие как направленное целиком на приобретение, сохранение и углубление этой сверхъестественной жизни. Несмотря на теологические различия, в католическом церковном искусстве изображения Успения Пресвятой Богородицы и Вознесения Господня имеют много общего в композиции с сюжетами апофеоза, как и многие изображения святых, возносимых на небо. Последние могут использовать термин "апотеозис" в современных названиях. Ранние примеры часто изображали основателей религиозных орденов, впоследствии канонизированных, такие как святой Игнатий Лойола в церкви Иль-Джезу (Андреа Поццо, 1691–1694, на боковой стороне купола нефа) и святой Доминик в Санти-Доменико-э-Систо (1674–1675) – два примера в Риме. Аллегория Божественного Провидения и власти Барберини работы Пьетро да Кортоны (1630-е годы) прославляла Папу Урбана VIII и его семью, сочетая геральдические символы, включая скрещенные ключи папства и гигантских пчел, символизирующих семью Барберини, с персонификациями.

The Roman Catholic Church does not use the term "apotheosis" in its theology. Corresponding to the Greek word theosis are the Latin derived words "divinization" and "deification" used in the parts of the Catholic Church that are of Latin tradition. The concept has been given less prominence in Western theology than in that of the Eastern Catholic Churches, but is present in the Latin Church's liturgical prayers, such as that of the deacon or priest when pouring wine and a little water into the chalice: "By the mystery of this water and wine may we come to share in the divinity of Christ who humbled himself to share in our humanity." Catholic theology stresses the concept of supernatural life, "a new creation and elevation, a rebirth, it is a participation in and partaking of the divine nature" (cf. Peter 1:4 (ESV)). In Catholic teaching there is a vital distinction between natural life and supernatural life, the latter being "the life that God, in an act of love, freely gives to human beings to elevate them above their natural lives" and which they receive through prayer and the sacraments; indeed the Catholic Church sees human existence as having as its whole purpose the acquisition, preservation and intensification of this supernatural life. Despite the theological differences, in Catholic church art depictions of the Assumption of the Virgin Mary in art and the Ascension of Jesus in Christian art share many similarities in composition to apotheosis subjects, as do many images of saints being raised to heaven. These last may use "apotheosis" in their modern titles. Early examples were often of the founders of religious orders, later canonized, with those of Saint Ignatius Loyola in the Church of the Gesù (Andrea Pozzo, 1691–1694, to the side of the nave cupola) and Saint Dominic in Santi Domenico e Sisto (1674–1675) two examples in Rome. The Allegory of Divine Providence and Barberini Power by Pietro da Cortona (1630s) celebrated Pope Urban VIII and his family, combining heraldic symbols including the crossed keys of the Papacy and giant bees representing the Barberini family with personifications.

Церковь Иисуса Христа Святых последних дней

Церковь Иисуса Христа Святых последних дней (мормоны) верит в апотеозис, созвучный христианской традиции обожения или деификации, но именует его вознесением, или вечной жизнью, и считает, что он достигается посредством «освящения». Они верят, что люди могут жить с Богом в вечности в семьях и в конечном итоге сами стать богами, но оставаться подчиненными Богу Отцу, Иисусу Христу и Святому Духу. Хотя основное внимание Церкви Иисуса Христа Святых последних дней сосредоточено на Иисусе из Назарета и Его искупительном жертвенном служении, Святые последних дней верят, что одна из целей миссии Христа и Его искупления – вознесение, или христианская деификация человека. Третья статья веры Церкви Иисуса Христа Святых последних дней гласит, что все люди могут быть спасены от греха посредством искупления Иисуса Христа, а в опубликованном Евангелии Святых последних дней утверждается, что все люди будут спасены и воскреснут из мертвых. Однако лишь те, кто достаточно послушен и принимает искупление, благодать и милосердие Иисуса Христа до воскресения и окончательного суда, будут «вознесены» и обретут буквальное христианское обожение. Цитата, часто приписываемая раннему церковному деятелю Лоренцо Сноу в 1837 году, звучит так: «Как человек есть ныне, Бог был прежде: как Бог есть ныне, так человек может быть». Это учение впервые было преподано Иосифом Смитом, когда он указывал на него в Новом Завете, сказав, что «сам Бог, Отец всех нас, обитал на земле, как и Сам Иисус Христос». Многие ученые также обсуждали взаимосвязь между верой Святых последних дней в вознесение и древнехристианским богословием, или деификацией, изложенным ранними Отцами Церкви, но во многих аспектах отражающим греческие метафизические философии, которые, как известно, повлияли на мышление Отцов Церкви. Святые последних дней учат, что посредством современного откровения Бог восстановил знание о том, что Он – буквальный Отец наших духов (Евреям 12:9), и что библейские упоминания о сотворении Богом человека по Своему образу и подобию ни в коем случае не являются аллегорическими. Таким образом, мормоны утверждают, что как буквальные потомки Бога Отца (Деяния 17:28–29), люди имеют потенциал стать наследниками Его славы и сонаследниками со Христом (Римлянам 8:16–17). Слава, по мнению мормонов, заключается не в сущности Бога, а в Его разуме, иными словами, в свете и истине (Учение и Заветы 93:36). Следовательно, цель человека – расти и преуспевать, чтобы стать подобным Небесному Отцу. Смертность рассматривается как важнейший этап в процессе, в котором духовные дети Бога обретают тело, которое, хотя и сформировано по образу и подобию тела Отца, подвержено боли, болезням, искушениям и смерти. Цель этой земной жизни – научиться выбирать правое перед лицом противодействия, тем самым приобретая необходимый опыт и мудрость. Уровень разума, которого мы достигнем в этой жизни, возрастет в воскресении (Учение и Заветы 130:18–19). Тела тогда будут бессмертны, как тела Отца и Сына (Филиппийцам 3:21), но степень славы, к которой воскреснет каждый человек, зависит от окончательного суда (Откровение 20:13, 1 Коринфянам 15:40–41). Те, кто достоин вернуться в присутствие Бога, могут продолжать преуспевать к полноте Божьей славы, которую мормоны называют вечной жизнью, или вознесением (Учение и Заветы 76). Концепция апотеоза/вознесения Святых последних дней выражена в писаниях последних дней (Мосия 3:19, Алма 13:12, У&З 78:7, У&З 78:22, У&З 84:4, У&З 84:23, У&З 88:68, У&З 93:28) и выражена членом Кворума Двенадцати Апостолов: «Хотя мы испытываем трудности, живя праведно и стойко перенося испытания, мы можем в конечном итоге стать достаточно похожими на Иисуса в своих качествах и чертах, чтобы однажды мы могли пребывать в присутствии Отца навеки и навеки» (Нил Максвелл, октябрь 1997 г.). В начале 2014 года Церковь Иисуса Христа Святых последних дней опубликовала эссе на официальном веб-сайте Церкви, в котором конкретно рассматриваются основания, история и официальные верования относительно апотеоза. В эссе рассматриваются библейские основания этой веры, учения ранних Отцов Церкви по теме обожествления и учения современных церковных лидеров, начиная с Иосифа Смита.

The Church of Jesus Christ of Latter day Saints (Mormons), believes in apotheosis along the lines of the Christian tradition of divinization or deification but refers to it as exaltation, or eternal life, and considers it to be accomplished by "sanctification". They believe that people may live with God throughout eternity in families and eventually become gods themselves but remain subordinate to God the Father, Jesus Christ, and the Holy Spirit. While the primary focus of the LDS Church is on Jesus of Nazareth and his atoning sacrifice for man, Latter day Saints believe that one purpose for Christ's mission and for his atonement is the exaltation or Christian deification of man. The third Article of Faith of The Church of Jesus Christ of Latter day Saints states that all men may be saved from sin by the atonement of Jesus Christ, and LDS Gospel Doctrine (as published) states that all men will be saved and will be resurrected from death. However, only those who are sufficiently obedient and accept the atonement and the grace and mercy of Jesus Christ before the resurrection and final judgment will be "exalted" and receive a literal Christian deification. A quote often attributed to the early Church leader Lorenzo Snow in 1837, is "As man now is, God once was: As God now is, man may be." The teaching was taught first by Joseph Smith while he was pointing to in the New Testament; he said that "God himself, the Father of us all, dwelt on an earth, the same as Jesus Christ himself did." Many scholars also have discussed the correlation between Latter day Saint belief in exaltation and the ancient Christian theosis, or deification, as set forth by early Church Fathers. but, in many aspects, mirrored the Greek metaphysical philosophies that are known to have influenced the thinking of Church Fathers. Latter day Saints teach that by modern revelation, God restored the knowledge that he is the literal father of our spirits (Hebrews 12:9) and that the Biblical references to God creating mankind in his image and likeness are in no way allegorical. As such, Mormons assert that as the literal offspring of God the Father (Acts 17:28–29), humans have the potential to be heirs of his glory and co heirs with Christ (Romans 8:16–17). The glory, Mormons believe, lies not in God's substance but in his intelligence: in other words, light and truth (Doctrine and Covenants 93:36). Thus, the purpose of humans is to grow and progress to become like the Father in Heaven. Mortality is seen as a crucial step in the process in which God's spirit children gain a body, which, though formed in the image of the Father's body, is subject to pain, illness, temptation, and death. The purpose of this earth life is to learn to choose the right in the face of that opposition, thereby gaining essential experience and wisdom. The level of intelligence we attain in this life will rise in the Resurrection (Doctrine and Covenants 130:18–19). Bodies will then be immortal like those of the Father and the Son (Philippians 3:21), but the degree of glory to which each person will resurrect is contingent upon the Final Judgment (Revelation 20:13, 1 Corinthians 15:40–41). Those who are worthy to return to God's presence can continue to progress towards a fullness of God's glory, which Mormons refer to as eternal life, or exaltation (Doctrine and Covenants 76). The Latter day Saint concept of apotheosis/exaltation is expressed in Latter day scriptures (Mosiah 3:19, Alma 13:12, D&C 78:7, D&C 78:22, D&C 84:4, D&C 84:23, D&C 88:68, D&C 93:28) and is expressed by a member of the Quorum of the Twelve Apostles: "Though stretched by our challenges, by living righteously and enduring well we can eventually become sufficiently more like Jesus in our traits and attributes, that one day we can dwell in the Father's presence forever and ever" (Neal Maxwell, October 1997). In early 2014, the Church of Jesus Christ of Latter day Saints published an essay on the official church website specifically addressing the foundations, history, and official beliefs regarding apotheosis. The essay addresses the scriptural foundations of this belief, teachings of the early Church Fathers on the subject of deification, and the teachings of modern Church leaders, starting with Joseph Smith.

Веслианский протестантизм

Отличительной чертой протестантизма Уэслианского богословия является то, что теосис иногда подразумевает учение о всецелом освящении, которое, вкратце, учит, что христианин должен стремиться к жизни без какого-либо (произвольного) греха (христианское совершенство), что в принципе достижимо. Теологи Уэсли отмечают влияние на Уэсли со стороны восточных отцов церкви, которые рассматривали драму спасения как ведущую к обожествлению (апотеозу) человека, дабы это совершенство, изначально заложенное в человеческой природе при творении, но искаженное грехопадением, могло привести к единению с Богом.

Музыка

Помимо изобразительного искусства, термин используется в названиях или частях нескольких произведений классической музыки. Во французской барочной музыке он служил альтернативным названием для *tombeau* («гробницы» или «надгробья») для «памятных сочинений» для камерных ансамблей, созданных в память о друзьях или покровителях. Франсуа Куперен написал две пьесы под названием «Апотеозы», одну – посвящённую Арханжело Корелли (Le Parnasse, ou L'Apothéose de Corelli), а другую – Жану-Батисту Луллю (L'Apothéose de Lully), части которых имеют названия, такие как Enlévement de Lully au Parnasse («Вознесение Лулля на Парнас»). В романтической музыке апофеозные части обычно включают появление темы в грандиозной или возвышенной форме, как правило, в финале. Этот термин особенно тесно связан с симфоническими произведениями Франца Листа, где «главная тема, которую можно рассматривать как характеризующую героя, представлена в своих составных элементах, преувеличенных до невероятных размеров, и, поскольку она обычно значительно замедлена, разделена на более мелкие фрагменты». Такое обращение часто рассматривалось критиками XX века как «пустая помпезность». Рихард Вагнер знаменито использовал этот термин метафорически, описывая Седьмую симфонию Бетховена как «апотеоз танца». Гектор Берлиоз использовал «Апотеоз» в качестве названия финальной части своей Grande symphonie funèbre et triomphale, произведения, написанного в 1846 году для открытия памятника павшим героям Франции. Два балета Петра Ильича Чайковского, «Спящая красавица» и «Щелкунчик», содержат апофеозы в качестве финалов; то же самое относится к балету Людвига Минкуса «Баядерка». Игорь Стравинский сочинил два балета, «Аполлон» и «Орфей», в которых есть эпизоды под названием «Апотеоз». Заключительная сцена из «Матушки Гусыни» Мориса Равеля также называется «Апотеоз». В 1970 году чешский композитор Карел Хуса, обеспокоенный распространением вооружений и ухудшением экологической ситуации, назвал свой музыкальный ответ «Апотеоз для Земли». Арам Хачатурян назвал часть своего балета «Спартак» «Восход и Апотеоз».

Apart from the visual arts, several works of classical music use the term in the titles or works or sections. In French Baroque music it was an alternative title to tombeau ("tomb" or "tombstone") for "memorial pieces" for chamber forces to commemorate individuals who were friends or patrons. François Couperin wrote two pieces titled as apotheoses, one for Arcangelo Corelli (Le Parnasse, ou L'Apothéose de Corelli), and one for Jean Baptiste Lully (L'Apothéose de Lully), whose movements have titles such as Enlévement de Lully au Parnasse ("The raising of Lully to Parnassus"). In Romantic music, apotheosis sections usually contain the appearance of a theme in grand or exalted form, typically as a finale. The term is especially associated with the symphonic works of Franz Liszt, where "the main theme, which may by and large be considered as characterizing the hero, is presented in its constituent elements blown up beyond all proportions and, because it is typically slowed down tremendously, is split up into smaller segments". Such a treatment has often been seen by 20th century critics as "vacuous bombast". Richard Wagner famously used the term metaphorically in describing Beethoven's Seventh Symphony as "the apotheosis of the dance". Hector Berlioz used "Apotheose" as the title of the final movement of his Grande symphonie funèbre et triomphale, a work composed in 1846 for the dedication of a monument to France's war dead. Two of Pyotr Ilyich Tchaikovsky's ballets, The Sleeping Beauty and The Nutcracker, contain apotheoses as finales; the same is true of Ludwig Minkus's La Bayadère. Igor Stravinsky composed two ballets, Apollo and Orpheus, which both contain episodes entitled "Apotheose". The concluding tableau of Maurice Ravel's Ma mère l'Oye is also titled "Apotheose." Czech composer Karel Husa, concerned in 1970 about arms proliferation and environmental deterioration, named his musical response Apotheosis for This Earth. Aram Khachaturian entitled a segment of his ballet Spartacus "Sunrise and Apotheosis."

Антропология

Антрополатрия – это обожествление и поклонение людям. Она практиковалась в древней Японии по отношению к их императорам. Позднее последователей социнианства обвиняли в антрополатрии. Антрополог Людвиг Фейербах проповедовал религию, в которой поклонялись всем людям, а Огюст Конт почитал лишь тех, кто вносил позитивный вклад, исключая остальных.