Минимальное ядерное сдерживание: стратегии и доктрины

Введение

В ядерной стратегии минимальное сдерживание, также известное как минимальное и конечное сдерживание, является применением теории сдерживания, при котором государство располагает не более чем необходимым количеством ядерного оружия для сдерживания противника от нападения. Чистое минимальное сдерживание – это доктрина невзятия на себя обязательств по первому применению, утверждающая, что единственная задача ядерного оружия – сдержать ядерного противника, сделав цену первого удара неприемлемо высокой. Иными словами, минимальное сдерживание требует отказа от стратегии ответного удара по силам противника в пользу создания живучих сил, которые можно будет использовать в ответном ударе по наиболее важным объектам. В то время как Соединенные Штаты и Советский Союз разрабатывали мощные возможности нанесения первого и второго ударов во время холодной войны, Китайская Народная Республика придерживалась доктрины минимального ядерного сдерживания. Исходя из предположения, что лица, принимающие решения, проводят анализ затрат и выгод при принятии решения об использовании силы, доктрина Китая предусматривает приобретение ядерного арсенала, достаточного лишь для уничтожения "стратегически важных объектов" противника таким образом, чтобы ожидаемые издержки первого удара перевешивали предполагаемые выгоды. Индия также приняла эту стратегию, которую она называет "Минимальное надежное сдерживание". Политика "минимального надежного сдерживания" (также известная как N-сдерживание) Пакистана является оборонным и стратегическим принципом, на котором основана ядерная программа страны. Эта доктрина не является частью ядерной доктрины, предназначенной для применения атомного оружия в полномасштабной объявленной войне при выполнении условий доктрины. Вместо этого политика минимального надежного сдерживания подпадает под минимальное сдерживание как противоположность доктрине взаимного гарантированного уничтожения (MAD), которая широко рассматривается как средство удержания Индии от каких-либо военных действий против Пакистана, как это было во время Индо-пакистанской войны 1971 года. Пакистан отказывается принимать политику невзятия на себя обязательств по первому применению, в то время как Индия и Китай приняли такую политику. Министр иностранных дел Пакистана Шамшад Ахмед предупредил, что если на Пакистан когда-либо будет совершено вторжение или нападение, он будет использовать "любое оружие в своем арсенале" для самообороны. Минимальное сдерживание представляет собой один из способов разрешения дилеммы безопасности и предотвращения гонки вооружений. Лица, принимающие решения, часто чувствуют давление с целью расширения своих арсеналов, когда они считают их уязвимыми для первого удара противника, особенно когда обе стороны стремятся к достижению превосходства. Устранение этой воспринимаемой уязвимости снижает стимул к производству большего количества и более совершенного оружия. Например, ядерные силы Соединенных Штатов превосходят требования минимального сдерживания и структурированы для нанесения ударов по многочисленным целям в разных странах, а также для возможности успешного проведения ответных ударов по силам противника с высокой степенью уверенности. В ответ на это Китай продолжает модернизировать свои ядерные силы, поскольку его руководство обеспокоено живучестью своего арсенала в свете достижений Соединенных Штатов в области стратегической разведки, высокоточного оружия и противоракетной обороны. Одним из недостатков минимального сдерживания является то, что оно требует точного понимания уровня ущерба, который противник сочтет неприемлемым, особенно если это понимание меняется со временем, что делает ранее надежное сдерживание недействительным. Стратегия минимального сдерживания также должна учитывать ядерную огневую мощь, которая будет "потеряна" или "нейтрализована" во время ответного удара противника. Кроме того, минимальные возможности сдерживания могут придать государству уверенность в себе при столкновении с превосходящей ядерной державой, как это наблюдалось в отношениях между Китаем и Соединенными Штатами. Наконец, хотя стремление к минимальному сдерживанию во время переговоров по разоружению позволяет государствам сокращать свои арсеналы, не становясь уязвимыми, дальнейшие сокращения могут быть нежелательными после достижения минимального сдерживания, поскольку они повысят уязвимость государства и дадут противнику стимул тайно расширить свой ядерный арсенал.

In nuclear strategy, minimal deterrence, also known as minimum deterrence and finite deterrence, is an application of deterrence theory in which a state possesses no more nuclear weapons than is necessary to deter an adversary from attacking. Pure minimal deterrence is a doctrine of no first use, holding that the only mission of nuclear weapons is to deter a nuclear adversary by making the cost of a first strike unacceptably high. In other words, minimal deterrence requires rejecting a counterforce strategy in favor of pursuing survivable force that can be used in a countervalue second strike. While the United States and the Soviet Union each developed robust first and second strike capabilities during the Cold War, the People's Republic of China pursued a doctrine of minimal nuclear deterrence. Assuming that decision makers make cost benefit analyses when deciding to use force, China's doctrine calls for acquiring a nuclear arsenal only large enough to destroy an adversary's "strategic points" in such a way that the expected costs of a first strike outweigh the anticipated benefits. India has also adopted this strategy, which they term Minimum Credible Deterrence. The "minimum credible deterrence" (also known as N deterrence) policy of Pakistan is a defence and strategic principle on which the country's nuclear weapons program is based. This doctrine is not a part of the nuclear doctrine, which is designed for the use of the atomic weapons in a full scale declared war if the conditions of the doctrine are surpassed. Instead, the policy of the Minimum Credible Deterrence falls under minimal deterrence as an inverse to the Mutually Assured Destruction (MAD), which is widely regarded as designed to dissuade India from taking any military actions against Pakistan, as it did during the Indo Pakistani War of 1971. Pakistan refuses to adopt a no first use policy, while India and China have adopted no first use policies. Pakistan's foreign minister Shamshad Ahmad had warned that if Pakistan is ever invaded or attacked, it will use "any weapon in its arsenal" to defend itself. Minimal deterrence represents one way of solving the security dilemma and avoiding an arms race. Decision makers often feel pressured to expand their arsenals when they perceive them to be vulnerable to an adversary's first strike, especially when both sides seek to achieve the advantage. Eliminating this perceived vulnerability reduces the incentive to produce more and advanced weapons. For example, the United States’ nuclear force exceeds the requirements of minimal deterrence, and is structured to strike numerous targets in multiple countries and to have the ability to conduct successful counterforce strikes with high confidence. In response to this, China continues to modernize its nuclear forces because its leaders are concerned about the survivability of their arsenal in the face of the United States’ advances in strategic reconnaissance, precision strike, and missile defense. One disadvantage of minimal deterrence is that it requires an accurate understanding of the level of damage an adversary finds unacceptable, especially if that understanding changes over time so that a previously credible deterrent is no longer credible. A minimal deterrence strategy must also account for the nuclear firepower that would be "lost" or "neutralized" during an adversary's counterforce strike. Additionally, a minimal deterrence capability may embolden a state when it confronts a superior nuclear power, as has been observed in the relationship between China and the United States. Finally, while pursuing minimal deterrence during arms negotiations allows states to make reductions without becoming vulnerable, further reductions may be undesirable once minimal deterrence is reached because they will increase a state's vulnerability and provide an incentive for an adversary to secretly expand its nuclear arsenal.