Введение

Савиелли Тартаковер (также известный как Ксавери Тартаковер, реже Тартаковер или Тартаковер; 21 февраля 1887 – 4 февраля 1956) – польский шахматист. Ему было присвоено звание Международного гроссмейстера в год его учреждения, в 1950 году. Тартаковер также был ведущим шахматным журналистом и автором 1920-х и 1930-х годов и известен своими многочисленными остроумными высказываниями. Он был обрезан 16 февраля (28). Его родители были убиты во время погрома в Ростове-на-Дону в 1911 году. Тартаковер в основном проживал в Австрии. Он окончил юридические факультеты университетов Женевы и Вены. Он владел немецким и французским языками. Во время учебы он увлекся шахматами и начал посещать шахматные собрания в венских кафе, популярных среди шахматистов. Он познакомился со многими выдающимися мастерами того времени, среди которых Карл Шлехтер, Геза Мароци (против которого он сыграл, возможно, свою самую знаменитую партию), Милан Видмар и Рихард Рети. Его первым успехом стало первое место на турнире в Нюрнберге в 1906 году. Три года спустя он занял второе место на турнире в Вене, уступив лишь Рети. Во время Первой мировой войны Тартаковер был призван в австро-венгерскую армию и служил штабным офицером на различных должностях. Он был направлен на Русский фронт с венским пехотным полком. После войны он эмигрировал во Францию и поселился в Париже. Несмотря на то, что Тартаковер не говорил по-польски, после восстановления независимости Польши в 1918 году он принял польское гражданство и стал одним из самых известных почетных представителей страны. Он был капитаном и тренером польской шахматной команды на шести международных турнирах, завоевав золотую медаль для Польши на Олимпиаде в Гамбурге в 1930 году.

Последние годы

После короткого пребывания в Аргентине Тартакуэр вернулся в Европу. Он прибыл во Францию незадолго до её падения в 1940 году. Под псевдонимом Картье он вступил в ряды войск генерала Шарля де Голля. После Второй мировой войны и установления советской власти в Польше Тартакуэр стал гражданином Франции. Он участвовал в первом межзональном турнире в Сальцёбадене в 1948 году, но не смог квалифицироваться на турнир претендентов. Он представлял Францию на шахматной олимпиаде 1950 года. В 1950 году ФИДЕ учредила звание Международного гроссмейстера, и Тартакуэр вошёл в первую группу игроков, удостоенных этого звания. В 1953 году он выиграл чемпионат Франции по шахматам в Париже. Он умер 4 февраля 1956 года в Париже, за 18 дней до своего 69-го дня рождения.

Личность и шахматные вклады

Тартакуэр считается одной из самых выдающихся шахматных личностей своего времени. Гарри Голомбек перевел книгу Тартакуэра о его лучших играх и в предисловии написал: доктор Тартакуэр – безусловно, самый культурный и остроумный из всех шахматистов, которых я когда-либо встречал. Его чрезвычайно богатый ум и неугасающее остроумие делают общение с ним постоянным удовольствием. Настолько, что я считаю одним из самых ярких событий международного турнира возможность участия доктора Тартакуэра. Его речь и мысли напоминают модернизированное сочетание Баруха Спинозы и Вольтера, дополненное искрой парадоксальной оригинальности, которая и есть суть Тартакуэра. Талантливый шахматист, Тартакуэр также известен своими многочисленными афоризмами, иногда называемыми «Тартакуверизмами». Один из вариантов голландской защиты назван в его честь. Защита Тартакуэра в отклоненном ферзевом гамбите (также известная как система Тартакуэра – Макогонова – Бондаревского) также носит его имя, как и наиболее распространенная вариация атаки Торре. Считается, что он изобрел дебют «Орангутанг» (1. b4), названный так в честь того, что Тартакуэр восхищался большой обезьяной во время посещения зоопарка на турнире 1924 года в Нью-Йорке. Тартакуэр разработал каталонское начало на турнире в Барселоне в 1929 году. Эта система начинается с ходов 1. d4 d5 2. c4 Nf6 3. g3 и до сих пор остается очень популярной на всех уровнях игры. Также в его честь названа очень надежная вариация в каро-каннской защите, начинающаяся ходами 1. e4 c6 2. d4 d5 3. Nc3 dxe4 4. Nxe4 Nf6 5. Nxf6+ exf6. Хосе Рауль Капабланка одержал +5−0=7 против Тартакуэра, но их партии были полны упорной борьбы. После их напряженной ничьей в Лондоне в 1922 году (где Тартакуэр опробовал свою новую защиту), Капабланка сказал: «В тебе не хватает основательности», а Тартакуэр в свойственной ему манере ответил: «Это мое спасение». Однако в своих репортажах о шахматной олимпиаде 1939 года в Буэнос-Айресе для аргентинской газеты Crítica Капабланка писал: «Польскую команду возглавляет и ведет доктор С. Тартакуэр, мастер с глубокими знаниями и богатым воображением, качества, которые делают его грозным противником. К счастью для остальных, в польской команде только один Тартакуэр». Сугден и Дамский отметили, что, как и другие шахматисты всех возрастов и рангов, среди которых обычно не наблюдается недостатка в причудах или суевериях, Тартакуэр, остроумный и едкий на язык, брал с собой на турниры самую неприглядную старую шляпу. Он надевал ее только в последнем туре и побеждал. Примечательно, что эта шляпа не гарантировала ему успеха в казино, которые он посещал, словно это была работа. За рулеточным столом регулярно оказывались как призы гроссмейстера, так и многочисленные гонорары от его нескончаемой череды статей.