Аль-Васик биллах: Жизнь и правление аббасидского халифа

Введение

9-й халиф Аббасидов (годы правления 842–847)

Абу Джафар Харун ибн Мухаммед (أبو جعفر هارون بن محمد المعتصم; 17 апреля 812 – 10 августа 847), более известный под своим царским именем аль-Ватик билла (الواثق بالله), был халифом Аббасидов, правившим с 842 по 847 год (227–232 год по исламскому календарю). Аль-Ватик описывается в источниках как образованный, любознательный, но также и как поэт и любитель выпить, находивший удовольствие в обществе поэтов и музыкантов наряду с учеными. Его недолгое правление было продолжением политики его отца, аль-Мутасима, и власть по-прежнему оставалась в руках тех же чиновников, назначенных аль-Мутасимом. Главными событиями правления стали подавление восстаний: бедуинские мятежи произошли в Сирии в 842 году, в Хиджазе в 845 году и в Ямаме в 846 году, Армению приходилось усмирять в течение нескольких лет, и, прежде всего, в самом Багдаде в 846 году вспыхнуло неудачное восстание под предводительством Ахмада ибн Насра аль-Хузаи. Последнее было связано с непрерывной поддержкой аль-Ватиком доктрины мутазилизма и возобновлением практики выявления и преследования противников. Во внешней политике продолжался извечный конфликт с Византийской империей, и аббасиды даже одержали значительную победу при Мавропотамосе, но после обмена пленными в 845 году война прекратилась на несколько лет. Характер аль-Ватика относительно малоизвестен по сравнению с другими ранними халифами Аббасидов. Он, по-видимому, был правителем, предпочитавшим роскошь двора, талантливым поэтом и покровителем поэтов и музыкантов, а также проявлял интерес к научным занятиям. Неожиданная смерть аль-Ватика оставила вопрос о престолонаследии нерешенным. Сын аль-Ватика, аль-Мухтади, был обойден из-за молодости, а его сводный брат аль-Мутаваккил был избран следующим халифом группой влиятельных чиновников.

Ранние годы

Аль-Ватик родился 17 апреля 812 года (различные источники указывают несколько более ранние или поздние даты в 811–813 годах) на дороге в Мекку. Его отцом был аббасидский принц, а впоследствии халиф аль-Мутасим, а матерью – византийская греческая рабыня Каратис. Его назвали Харуном в честь деда, халифа Харуна ар-Рашида, и он носил техноним Абу Джафар. Ранняя жизнь аль-Ватика малоизвестна, особенно учитывая, что его отец изначально был младшим принцем без перспектив на престолонаследие, и свой взлет к влиянию, а в конечном итоге и к халифату, он обязан контролем над элитной частной армией тюркских рабских воинов. Харун ибн Зияд упоминается как его первый учитель, а каллиграфию, декламацию и литературу он изучал у своего дяди, халифа аль-Мамуна. Поздние источники прозвали его «Маленьким Мамуном» за его эрудицию и моральные качества. Когда аль-Мутасим стал халифом, он позаботился о том, чтобы аль-Ватик, как его сын и наследник, получил опыт управления. Так, в 835 году аль-Ватик был оставлен ответственным за столицу Багдад, когда аль-Мутасим перебрался на север, чтобы основать новую столицу в Самарре. В дальнейшем в трудах ат-Табари упоминается, что его отправили торжественно встретить генерала аль-Афшина по его возвращении с победы после подавления восстания Бабака Хоррамдина в 838 году (на территории современного Ирана), и он остался в качестве заместителя отца во время кампании против Аммория в том же году. В 841 году аль-Ватик упоминается как принесший аль-Афшину, опальному и заключенному в тюрьму, корзину с фруктами. Опасаясь, что фрукты отравлены, аль-Афшин отказался их принять и попросил передать халифу сообщение через другого человека. В Самарре резиденция аль-Ватика находилась непосредственно рядом с дворцом его отца, и он был постоянным членом двора. Как отмечает историк Джон Тернер, эти сообщения показывают аль-Ватика в «роли доверенного лица своего отца, что давало ему хорошие возможности для принятия власти». С другой стороны, аль-Ватику никогда не доверяли военное командование, и он даже не участвовал в кампании против Аммория, что отличалось от предыдущей аббасидской практики.

Al Wathiq was born on 17 April 812 (various sources give slightly earlier or later dates in 811–813), on the road to Mecca. His father was the Abbasid prince, and later caliph, al Mu'tasim , and his mother a Byzantine Greek slave , Qaratis. He was named Harun after his grandfather, Caliph Harun al Rashid , and had the teknonym Abu Ja'far. The early life of al Wathiq is obscure, all the more since his father was initially a junior prince without prospects of succession, who owed his rise to prominence, and eventually to the caliphate, to his control of an elite private army of Turkic slave troops Harun ibn Ziyad is mentioned as his first teacher, and he learned calligraphy, recitation and literature from his uncle, Caliph al Ma'mun Later sources nickname him the "Little Ma'mun" on account of his erudition and moral character. When al Mu'tasim became caliph, he took care for al Wathiq, as his son and heir apparent, to acquire experience in governance. Thus al Wathiq was left in charge of the capital Baghdad in 835, when al Mu'tasim moved north to found a new capital at Samarra. He is then mentioned in the account of al Tabari as being sent to ceremonially welcome the general al Afshin during his victorious return from the suppression of the revolt of Babak Khorramdin in 838 (in present day Iran), and being left behind as his father's deputy during the Amorion campaign of the same year. Al Wathiq is then mentioned in 841 as bringing a bowl of fruit to al Afshin, now disgraced and imprisoned. Fearing that the fruit was poisoned, al Afshin refused to accept it, and asked for someone else to convey a message to the Caliph. In Samarra, al Wathiq's residence was immediately adjacent to his father's palace, and he was a fixed presence at court. As historian John Turner remarks, these reports show al Wathiq in the "role of a trusted agent of his father, which positioned him well to take over the reins of power". On the other hand, al Wathiq was never given a military command and did not even participate in the Amorion campaign, in a departure from previous Abbasid practice.

Правление

Аль-Табари сообщает, что аль-Ватик был среднего роста, красив и крепкого телосложения. У него была светлая кожа с румянцем, что обычно ассоциировалось с благородным происхождением. Его левый глаз был парализован и имел белое пятно, из-за чего, как говорили, его взгляд казался суровым. После смерти аль-Мутасима 5 января 842 года аль-Ватик унаследовал власть без сопротивления. Получив в наследство полную казну, новый халиф сделал щедрые пожертвования простому народу, особенно в Багдаде и священных исламских городах Мекке и Медине. В 842 году аль-Ватик отправил свою мать, Каратис, вместе со своим братом Джа'фаром (будущим халифом аль-Мутаваккилом) возглавить хадж. Каратис умерла в пути в Аль-Хире 16 августа 842 года и была похоронена в Куфе.

Правящая элита

Правление аль-Ватика было коротким и обычно рассматривается как продолжение правления аль-Мутасима, поскольку правительство по-прежнему возглавляли люди, возведенные аль-Мутасимом к власти: тюркские военачальники Итах, Васиф и Ашинас, визирь Мухаммад ибн аль-Зайят и главный (кади) Ахмад ибн Аби Дувад. Эти люди были лично преданы аль-Мутасиму, но не были связаны подобной преданностью с аль-Ватиком; фактически, по мнению Тернера, этот узкий круг "контролировал рычаги власти и, следовательно, независимость халифа". В жесте, вероятно направленном на укрепление союза между халифом и его самым влиятельным военачальником, аль-Ватик в июне/июле 843 года возложил корону на Ашинаса и одновременно наделил его обширными полномочиями над западными провинциями, от Самарры до Магриба — поступок, который египетский ученый XV века аль-Суюти считал первым случаем делегирования халифом королевской власти подданному. Ашинас умер в 844 году, и Итах занял его место в качестве главнокомандующего и наместника западных провинций. Новый халиф также активно занимался строительством в Самарре, что способствовало превращению халифской резиденции в полноценный город с рынками и портом, отвечающим его потребностям. Это сделало Самарру не только более комфортной для ее жителей, но и экономически привлекательной для инвестиций в недвижимость — важные факторы для аббасидской элиты и армии, которые были вынуждены переехать в новую столицу аль-Мутасимом. Однако в 843/44 году халиф, предположительно по наущению визиря Ибн аль-Зайята или, согласно рассказу аль-Табари, вдохновленный падением Бармакидов при Харуне ар-Рашиде, арестовал, подверг пыткам и наложил крупные штрафы на нескольких секретарей центрального правительства, стремясь собрать средства для выплаты жалованья тюркским войскам. Эта мера, возможно, также была направлена на создание разрыва между гражданской и военной элитами или на ослабление власти ведущих тюркских военачальников, таких как Итах и Ашинас, поскольку большинство арестованных и вынужденных платить секретарей находились у них на службе.

Al Wathiq's reign was short and is generally considered to have been essentially a continuation of al Mu'tasim's own, as the government continued to be led by men that had been raised to power by al Mu'tasim: the Turkic military commanders Itakh, Wasif, and Ashinas, the vizier, Muhammad ibn al Zayyat, and the chief (judge), Ahmad ibn Abi Duwad. These men had been personally loyal to al Mu'tasim, but were not similarly bound to al Wathiq; in practice, according to Turner, this narrow circle "controlled the levers of power and thus the Caliph's independence". In a gesture likely aimed at cementing an alliance between the caliph and his most powerful commander, al Wathiq bestowed a crown on Ashinas in June/July 843, and on the occasion invested him with sweeping authority over the western provinces, from Samarra to the Maghreb—an act which the 15th century Egyptian scholar al Suyuti considered as the first occasion when royal power was delegated by a caliph to a subject. Ashinas died in 844, and Itakh succeeded him in his rank as commander in chief and in his over governorship of the western provinces. The new caliph also engaged in much construction in Samarra, which went a long way towards making the caliphal residence a proper city, with markets and a port adequate to its needs. This made Samarra not only more comfortable for its inhabitants but also made investment in property there economically attractive—both major considerations for the Abbasid elites and the military, who had been forced to relocate to the new capital by al Mu'tasim. However, in 843/44, the Caliph—allegedly at the instigation of the vizier Ibn al Zayyat, or, according to a story reported by al Tabari, inspired by the downfall of the Barmakids under Harun al Rashid—arrested, tortured, and imposed heavy fines on several of the secretaries in the central government, in an effort to raise money to pay the Turkic troops. The measure was at the same time possibly aimed at driving a wedge between civilian and military elites, or at reducing the power of the leading Turkic commanders, such as Itakh and Ashinas, since most of the secretaries arrested and forced to pay were in their service.

Устранение мятежей

Уже в последние месяцы жизни аль-Мутасима в Палестине под руководством некоего аль-Мубарки вспыхнуло крупномасштабное восстание. Аль-Мутасим послал генерала Раджа ибн Айюба аль-Хидари, чтобы подавить повстанцев. Когда аль-Ватик пришел к власти, он послал аль-Хидари против Ибн Байхаса, возглавившего восстание племени кайси вокруг Дамаска. Точная связь этого восстания с восстанием аль-Мубарки неясна. Воспользовавшись раздорами между племенами, аль-Хидари быстро разгромил Ибн Байхаса, а затем повернул на юг и столкнулся с силами аль-Мубарки близ Рамлы. Битва стала решительной победой правительственной армии, аль-Мубарка был взят в плен и доставлен в Самарру, где его заключили в тюрьму и о нем больше ничего не было слышно. По приходе к власти аль-Ватик назначил Халида ибн Язида аль-Шейбани губернатором неспокойной провинции Армения. Во главе большой армии Халид разгромил оппозицию местных мусульманских и христианских князей в битве при Кавакерте. Халид вскоре после этого скончался, но его сын Мухаммад аль-Шейбани занял его пост и продолжил дело отца. Весной 845 года вспыхнуло новое племенное восстание. Местное племя Бану Сулейм оказалось втянуто в конфликт с племенами Бану Кинаха и Бахила в окрестностях Медины, что привело к кровопролитным столкновениям в феврале-марте 845 года. Местный губернатор Салих ибн Али послал против них армию, состоящую из регулярных войск и жителей Медины, но Сулеймиты одержали победу и принялись грабить окрестности двух священных городов. В результате в мае аль-Ватик поручил одному из своих тюркских генералов, Буге аль-Кабиру, разобраться с этим делом. В сопровождении профессиональных войск из тюркских и охранных полков Бугха разгромил Сулеймитов и заставил их сдаться. В начале осени он также принудил Бану Хилал к повиновению. Войска Буги взяли множество пленных, около 1300 человек, которых держали в Медине. Они попытались бежать, но были остановлены жителями Медины, и большинство из них было убито. В то же время Буга воспользовался этой возможностью, чтобы запугать другие бедуинские племена региона, и выступил против Бану Фазары и Бану Мурры. Племена бежали от его наступления, многие подчинились, а остальные бежали в аль-Балку. Затем Бугха покорил Бану Килаб, взяв около 1300 пленных и вернувшись в Медину в мае 846 года. Небольшое восстание хариджитов в 845/6 году произошло в Дияр-Рабиа под предводительством некоего Мухаммада ибн Абдаллы аль-Талаби (или Мухаммада ибн Амра), но было легко подавлено губернатором Мосула. В том же году генерал Васиф подавил беспокойные курдские племена в Исфахане, Джибале и Фарсе. В сентябре 846 года аль-Ватик послал Бугу аль-Кабира, чтобы остановить набеги Бану Нумайра в Ямаме. 4 февраля 847 года Буга вступил в крупное сражение с примерно 3000 нумайридов у водопоя Батн аль-Сирр. Поначалу ему было тяжело, и его войска чуть не распались. Затем вернулись некоторые войска, которые он отправил на рейд за лошадьми нумайридов, напали на силы, атаковавшие Бугу, и полностью разгромили их. По одним данным, было убито до 1500 нумайридов. Буга несколько месяцев наводил порядок в регионе, выдавая пропуска тем, кто подчинился, и преследуя остальных, прежде чем вернуться в Басру в июне/июле 847 года. С ним было захвачено более 2200 бедуинов из разных племен.

Already during the last months of al Mu'tasim's life, a large scale revolt had erupted in Palestine under a certain al Mubarqa. Al Mu'tasim sent the general Raja ibn Ayyub al Hidari to confront the rebels. When al Wathiq came to power, he dispatched al Hidari against Ibn Bayhas, who led a Qaysi tribal revolt around Damascus. The exact relationship of this uprising with the revolt of al Mubarqa is unclear. Taking advantage of the dissensions among the tribesmen, al Hidari quickly defeated Ibn Bayhas, and then turned south and confronted al Mubarqa's forces near Ramla. The battle was a decisive victory for the government army, with al Mubarqa taken prisoner and brought to Samarra, where he was thrown into prison and never heard of again. Upon coming to the throne, al Wathiq appointed Khalid ibn Yazid al Shaybani as governor of the restive province of Armenia. At the head of a large army, Khalid defeated the opposition of the local Muslim and Christian princes at the Battle of Kawakert. Khalid died soon after, but his son, Muhammad al Shaybani, succeeded him in office and continued his father's task. In spring 845, another tribal rebellion broke out. A local tribe, the Banu Sulaym, had become embroiled in a conflict with the tribes of Banu Kinanah and Bahilah around Medina, resulting in bloody clashes in February/March 845. The local governor, Salih ibn Ali, sent an army against them comprising regular troops as well as citizens of Medina, but, the Sulaym were victorious and proceeded to loot the environs of the two holy cities. As a result, in May al Wathiq charged one of his Turkic generals, Bugha al Kabir, to handle the affair. Accompanied by professional troops from the , Turkic, and guard regiments, Bugha defeated the Sulaym and forced them to surrender. In early autumn, he also forced the Banu Hilal to submit. Bugha's troops took many prisoners, some 1,300 in total who were held in Medina. They tried to escape, but were thwarted by the Medinese, and most were killed in the process. In the meantime, Bugha used the opportunity to intimidate the other Bedouin tribes of the region, and marched to confront the Banu Fazara and the Banu Murra. The tribes fled before his advance, with many submitting, and others fleeing to al Balqa. Bugha then subdued the Banu Kilab, taking some 1,300 of them as prisoners back to Medina in May 846. A minor Kharijite uprising in 845/6 occurred in Diyar Rabi'a under a certain Muhammad ibn Abdallah al Tha'labi (or Muhammad ibn Amr), but was easily suppressed by the governor of Mosul. In the same year, the general Wasif suppressed restive Kurdish tribes in Isfahan, Jibal and Fars. In September 846, al Wathiq sent Bugha al Kabir to stop the depredations of the Banu Numayr in Yamamah. On 4 February 847, Bugha fought a major engagement against about 3,000 Numayris at the watering place of Batn al Sirr. At first he was hard pressed, and his forces almost disintegrated. Then some troops he had out raiding the Numayris' horses returned, fell upon the forces attacking Bugha and completely routed them. According to one report, up to 1,500 Numayris were killed. Bugha spent a few months pacifying the region, issuing writs of safe passage to those who submitted and pursuing the rest, before he returned to Basra in June/July 847. Over 2,200 Bedouin from various tribes were brought captive with him.

Мутазилизм и неудачный переворот аль-Хузаи

Как и его отец, аль-Ватик был убежденным мутазилитом — источники сходятся во мнении, что на него оказал сильное влияние глава [ведомства], Ибн Аби Дувад, — но, подобно своему отцу, поддерживал хорошие отношения с Алидами. На третьем году своего халифата аль-Ватик возобновил инквизицию, направив чиновников для допроса юристов об их взглядах на спорный вопрос о сотворенности Корана. Аль-Ватик поддерживал мутазилитское мнение о том, что Коран был сотворен, а не вечен, и, следовательно, подлежал толкованию богоизбранным имамом (то есть халифом) в соответствии с меняющимися обстоятельствами. Даже во время обмена пленными с Византийской империей в 845 году выкупленные мусульманские пленники подвергались допросу об их отношении к этому вопросу, а те, кто давал неудовлетворительные ответы, по сообщениям, оставались в плену. Таким образом, Ахмад ибн Ханбал, основатель школы права Ханбали, выступавший против мутазилитского учения, был вынужден прекратить преподавание и возобновил его только после смерти аль-Ватика. В 846 году уважаемый знатный человек, Ахмад ибн Наср ибн Малик аль-Хузаи, потомок одного из первых миссионеров Аббасидской революции, организовал заговор в Багдаде с целью свержения аль-Ватика, его тюркских военачальников и мутазилитской доктрины. Его последователи раздавали деньги народу, а дата восстания была назначена на ночь с 4 на 5 апреля 846 года. Однако, по словам ат-Табари, те, кто должен был подать сигнал к восстанию ударом в барабан, напились и сделали это на день раньше, и ответа не последовало. Хатиб аль-Багдади, напротив, сообщает, что о заговоре властям сообщил осведомитель. Заместитель губернатора города, Мухаммад ибн Ибрахим — губернатор, его брат Исхак отсутствовал — был допрошен об этом событии, и заговор был раскрыт. Аль-Хузаи и его последователи были арестованы и предстали перед аль-Ватиком в Самарре. Халиф допросил аль-Хузаи публично, причем больше о сложном богословском вопросе о сотворенности Корана, чем о самом восстании. Ответы Ахмада настолько разозлили аль-Ватика, что халиф взял аль-Самсаму, знаменитый меч доисламского периода, и лично участвовал в казни Ахмада вместе с турками Бугой аль-Шараби и Симой аль-Димашки. Тело Ахмада было выставлено на всеобщее обозрение рядом с виселицей Бабака в Багдаде, а двадцать его последователей были брошены в тюрьму. В том же году произошло ограбление государственной казны в Самарре. Воры похитили 42 000 серебряных дирхемов и небольшое количество золотых динаров. (Начальник службы безопасности), Язид аль-Хувани, заместитель Итаха, преследовал и поймал их. Тернер отмечает, что этот эпизод может предвещать кризис, который разразится в последующие десятилетия: безопасность даже в главном дворце была слабой, и, судя по добыче воров, казна в то время, по-видимому, была почти пуста.

Like his father, al Wathiq was an ardent Mu'tazilite—the sources agree that he was strongly influenced by the chief , Ibn Abi Duwad—but also, like his father, maintained good relations with the Alids. In the third year of his caliphate, al Wathiq revived the inquisition , sending officials to question jurists on their views on the controversial topic of the createdness of the Quran. Al Wathiq supported the Mu'tazili view that the Quran was created and not eternal, and hence fell within the authority of a God guided imam (i. e., the caliph) to interpret according to the changing circumstances. Even during a prisoner exchange held with the Byzantine Empire in 845, the ransomed Muslim prisoners were questioned on their opinions regarding the topic, with those giving unsatisfactory answers reportedly left to remain in captivity. Thus Ahmad ibn Hanbal, the founder of the Hanbali school of jurisprudence, who opposed the Mu'tazili doctrine, was forced to cease his teachings and only resumed them after al Wathiq's death. In 846, a well respected notable, Ahmad ibn Nasr ibn Malik al Khuza'i, a descendant of one of the original missionaries of the Abbasid Revolution, launched a plot in Baghdad to overthrow al Wathiq, his Turkic commanders, and the Mu'tazilite doctrines. His followers distributed money to the people, and the date for the uprising was scheduled for the night of 4/5 April 846. However, according to al Tabari, those who were supposed to sound a drum as the signal to rise got drunk and did so a day early, and there was no response. Khatib al Baghdadi on the other hand reports simply that an informer gave the plot away to the authorities. The deputy governor of the city, Muhammad ibn Ibrahim—the governor, his brother Ishaq, was absent—inquired on the event, and the conspiracy was revealed. Al Khuza'i and his followers were arrested and brought before al Wathiq at Samarra. The Caliph interrogated al Khuza'i publicly, though more on the thorny theological issue of the createdness of the Quran rather than on the actual rebellion. Ahmad's answers enraged al Wathiq so much, that the Caliph took al Samsamah, a famous sword of the pre Islamic period, and personally joined in the execution of Ahmad, along with the Turks Bugha al Sharabi and Sima al Dimashqi. Ahmad's corpse was publicly displayed next to the gibbet of Babak in Baghdad, while twenty of his followers were thrown into prison. The same year there was a break in at the public treasury in Samarra. Thieves made off with 42,000 silver dirhams and a small amount of gold dinars. The (chief of security), Yazid al Huwani, a deputy of Itakh, pursued and caught them. Turner points out that this episode may provide some premonition of the crisis to erupt in later decades: security even at the main palace was lax, and, based on the thieves' loot, the treasury appears to have been almost empty at the time.

Война с Византийской империей

В 838 году аль-Мутасим одержал крупную победу над извечным врагом Аббасидского халифата, Византийской империей, со знаменитым разграблением Амориона. Этот успех не был развит, и война вернулась к обычным набегам и ответным набегам вдоль границы. Согласно византийским источникам, в момент своей смерти в 842 году аль-Мутасим готовился к еще одному крупномасштабному вторжению, но огромный флот, подготовленный для нападения на Константинополь, погиб в шторме у мыса Келидония спустя несколько месяцев. Об этом событии не сообщается в мусульманских источниках. После смерти аль-Мутасима византийский регент Теоктист попытался отвоевать эмират Крит, вассальное государство Аббасидов, но кампания завершилась катастрофой. В 844 году армия из пограничных эмиратов Каликала и Тарса, во главе с Абу Саидом и, возможно, эмиром Малатьи Умаром аль-Акта, совершила глубокий набег в Византийскую Малую Азию и дошла до берегов Босфора. Затем мусульмане разгромили Теоктиста в битве при Мауропотамосе, чему способчило дезертирство византийских офицеров высокого ранга. Примерно в то же время пауликиане, секта, преследовавшаяся в Византии как еретическая, перешли на сторону арабов под предводительством Карбея. Они основали небольшое княжество на аббасидско-византийской границе, центром которого стала крепость Тефрика, и впоследствии присоединились к арабам в их нападениях на византийскую территорию. В 845 году византийская посольская миссия прибыла ко двору халифа для переговоров об обмене пленными. Она состоялась в сентябре того же года под покровительством Язамана аль-Хадима, и было выкуплено от 3500 до 4600 мусульман. Однако в марте того же года 42 офицера, захваченных в плен при Аморионе, были казнены в Самарре после отказа принять ислам. После истечения перемирия, заключенного для обмена, аббасидский наместник Тарса Ахмад ибн Саид ибн Салм возглавил зимний набег с 7000 воинов. Попытка провалилась, 500 человек погибли от холода или утонули, а 200 были взяты в плен. После этого арабо-византийская граница оставалась спокойной в течение шести лет. Лишь на западе вассалы Аббасидов, аглабиды, продолжали постепенное завоевание Византийской Сицилии, захватив Мессину (842/43), Модику (845) и Леонтини (846). В 845/46 годах аглабиды захватили Мизено близ Неаполя в материковой Италии, а в следующем году их корабли появились в реке Тибр, и их экипажи совершили набег на окрестности Рима.

In 838 al Mu'tasim had scored a major victory against the Abbasid Caliphate's perennial foe, the Byzantine Empire, with the celebrated sack of Amorion. This success was not followed up, and warfare reverted to the usual raids and counter raids along the border. According to Byzantine sources, at the time of his death in 842, al Mu'tasim was preparing yet another large scale invasion, but the great fleet he had prepared to assault Constantinople perished in a storm off Cape Chelidonia a few months later. This event is not reported in Muslim sources. Following al Mu'tasim's death, the Byzantine regent Theoktistos attempted to reconquer the Emirate of Crete, an Abbasid vassal, but the campaign ended in disaster. In 844, an army from the border emirates of Qaliqala and Tarsus, led by Abu Sa'id, and possibly the emir of Malatya Umar al Aqta, raided deep into Byzantine Asia Minor and reached as far as the shore of the Bosporus. The Muslims then defeated Theoktistos at the Battle of Mauropotamos, aided by the defection of senior Byzantine officers. At around the same time, the Paulicians, a sect persecuted as heretical in Byzantium, defected to the Arabs under their leader Karbeas. They founded a small principality on the Abbasid–Byzantine frontier, centred on the fortress of Tephrike, and henceforth joined the Arabs in their attacks on Byzantine territory. In 845, a Byzantine embassy arrived at the caliphal court to negotiate about a prisoner exchange. It was held in September of the same year under the auspices of Yazaman al Khadim, and somewhere between 3,500 and 4,600 Muslims were ransomed. In March of the same year, however, 42 officers taken captive at Amorion were executed at Samarra, after refusing to convert to Islam. After the truce arranged for the exchange expired, the Abbasid governor of Tarsus, Ahmad ibn Sa'id ibn Salm, led a winter raid with 7,000 men. It failed disastrously, with 500 men dying of cold or drowning, and 200 taken prisoner. After this, the Arab Byzantine frontier remained quiet for six years. Only in the west did the Abbasids' Aghlabid clients continue their gradual conquest of Byzantine Sicily, capturing Messina (842/43), Modica (845), and Leontini (846). In 845/46, the Aghlabids captured Miseno near Naples in mainland Italy, and in the next year their ships appeared in the Tiber River and their crews raided the environs of Rome.

Смерть и наследство

Аль-Ватик умер в результате отека, предположительно вызванного поражением печени или диабетом, когда он сидел в печи, пытаясь излечиться, 10 августа 847 года. Его возраст в момент смерти указывается по-разному: 32, 34 или 36 исламских лет. Он был похоронен во дворце Харуни в Самарре, который он возвел. Его смерть была неожиданной и открыла вопрос о престолонаследии, хотя почти современный историк аль-Якуби утверждает, что наследник был назван и ему присягнули на верность. В результате, ведущие сановники – визирь Ибн аль-Зайят, глава стражи Ахмад ибн Аби Дувад, тюркские генералы Итах и Васиф, а также несколько других – собрались, чтобы определить преемника. Ибн аль-Зайят изначально предложил сына аль-Ватика Мухаммада (будущего халифа аль-Мухтади), но из-за его юного возраста он был отклонен, и совет вместо этого избрал 26-летнего сводного брата аль-Ватика Джа’фара, который стал халифом аль-Мутаваккилем. Историки обычно рассматривают этот выбор как заговор с целью возвести на трон слабого и послушного правителя, в то время как та же группа сановников планировала продолжать управлять государством, как при аль-Ватике. Однако они ошиблись, поскольку аль-Мутаваккиль быстро предпринял шаги по устранению Ибн аль-Зайята и Итаха и укреплению своей власти.

Оценка и наследие

Сообщается, что Аль-Ватик был щедр к бедным в священных городах Мекке и Медине и снизил налоги на морскую торговлю, но, по-видимому, не пользовался большой популярностью. Описания его характера указывают на человека кроткого нрава, склонного к лени и придворным удовольствиям, вплоть до опьянения и засыпания. Он был талантливым поэтом – его стихов сохранилось больше, чем стихов любого другого халифа Аббасидов, – а также умелым композитором и виртуозно играл на уде. Он также был покровителем поэтов, певцов и музыкантов, приглашая их во дворец. Особое внимание он уделял музыканту Исхаку аль-Мавсили, певцу Мухарику и поэту аль-Даххаку аль-Бахили, известному как… В отличие от этого представления, историк X века аль-Мас’уди изображает Аль-Ватика как человека, "интересующегося научными знаниями и способствующего дискуссиям среди врачей". Движение греко-арабского перевода продолжало процветать во время его правления, а источники также сообщают о случаях, демонстрирующих его собственное "интеллектуальное любопытство", особенно в вопросах, которые могли укрепить его религиозный авторитет: по преданию, ему приснилось, что "Преграда Зуль-Карнайна" была разрушена – вероятно, из-за известий о передвижениях киргизских тюрков, вызвавших масштабные миграции среди тюркских кочевников Центральной Азии, – и он отправил чиновника канцелярии Салама ат-Тарджумана в этот регион для расследования. Согласно Ибн Хордадбеху, халиф послал астронома аль-Хорезми в Византию для изучения легенды о Семи спящих в Эфесе. Аль-Ватик – один из наименее изученных халифов Аббасидов. По словам историка Хью Кеннеди, "ни один другой халиф того периода не оставил столь мало следов в истории своего времени, и невозможно составить четкое представление о его личности", а Энциклопедия ислама пишет, что "он не обладал качествами великого правителя, и его недолгое правление не было отмечено выдающимися событиями". Именно его малоизвестность позволила Уильяму Бекфорду создать сильно вымышленный образ Аль-Ватика в своем классическом готическом фантастическом романе XVIII века "Ватек", который Кеннеди описывает как "фантастическую историю о жестокости, распутстве и поисках утраченного сокровища древних царей, охраняемого самим Иблисом/Сатаной".

Al Wathiq is reported as having been generous to the poor of the holy cities of Mecca and Medina, and to have reduced taxes on maritime commerce, but he does not appear to have enjoyed any great popularity. What is told of his character shows him being a mild mannered person, given to indolence and the pleasures of court life, to the point of becoming inebriated and falling asleep. He was an accomplished poet—more poems of his survive than of any other Abbasid caliph—as well as a skilled composer, and could play the oud well. He was also a patron of poets, singers and musicians, inviting them to the palace. He showed particular favour to the musician Ishaq al Mawsili, the singer Mukhariq, and the poet al Dahhak al Bahili, known as
In contrast to this picture, the 10th century historian al Mas'udi portrays al Wathiq as "interested in scientific learning and facilitating disputations among physicians". The Graeco Arabic translation movement continued to flourish under his reign, and the sources also relate some episodes that show al Wathiq's own "intellectual curiosity", especially as related to issues that could burnish his religious credentials: he reportedly dreamed that the "Barrier of Dhu'l Qarnayn" had been breached—probably resulting from news of the movements of the Kirghiz Turks at the time that caused large population shifts among the Turkic nomads of Central Asia—and sent the chancery official Sallam al Tarjuman to journey to the region and investigate. Likewise, according to Ibn Khordadbeh, the Caliph sent the astronomer al Khwarizmi to the Byzantines to investigate the legend of the Seven Sleepers of Ephesus. Al Wathiq is one of the more obscure Abbasid caliphs. According to the historian Hugh Kennedy, "no other caliph of the period has left so little trace of the history of his times, and it is impossible to form any clear impression of his personality", while the Encyclopaedia of Islam writes that "he had not the gifts of a great ruler, and his brief reign was not distinguished by remarkable events". His very obscurity allowed William Beckford to present a heavily fictionalized version of al Wathiq in his classic 18th century Gothic fantasy novel Vathek, which Kennedy describes as "a fantastic tale of cruelty, dissipation and a search for the lost treasure of ancient kings, guarded by Iblis/Satan himself".

Семья

Одной из наложниц аль-Ватика была Курб, гречанка. В 833 году она родила сына аль-Ватика, Мухаммада, будущего халифа аль-Мухтади. Другой наложницей была Фарида, которая также была музыкантшей и любимицей аль-Ватика. Когда аль-Ватик умер, певец Амр ибн Банах представил её халифу аль-Мутаваккилу. Он женился на ней, и она стала одной из его фавориток. У него была ещё одна наложница, которая была служанкой Фариды. Аль-Ватик был ею очарован. Другой наложницей была Калам. Она принадлежала Салиху ибн Абдул аль-Ваххабу, который обучил её пению. Аль-Ватик купил её за 5000 динаров и прозвал её Игхтибат ("восторг").