Введение

Первый комиссар Федерального бюро по наркотикам (1892–1975)

Гарри Джейкоб Анслингер (20 мая 1892 – 14 ноября 1975) — американский государственный служащий, занимавший должность первого комиссара Федерального бюро по наркотикам Министерства финансов США во время президентства Герберта Гувера, Франклина Д. Рузвельта, Гарри С. Трумэна, Дуайта Д. Эйзенхауэра и Джона Ф. Кеннеди. Он поддерживал Сухой закон и криминализацию всех наркотиков и возглавлял кампании по борьбе с наркотиками. Будучи пропагандистом войны с наркотиками, он сосредоточился на демонизации расовых и иммигрантских групп. Семья эмигрировала в Соединенные Штаты в 1881 году. Роберт Анслингер два года работал в Нью-Йорке, затем переехал в Альтуну, город, основанный Пенсильванской железной дорогой. В 1892 году, в год рождения Гарри, Роберт Анслингер устроился на работу в Пенсильванскую железную дорогу в поисках более стабильной занятости. Гарри Анслингер последовал за отцом, устроившись на работу на Пенсильванскую железную дорогу. После окончания восьмого класса он начал работать с отцом на железной дороге, одновременно поступив в первый класс. В 14 лет он продолжал посещать утренние занятия в местной средней школе, а днем и вечером работал на железной дороге. Не получив аттестат о среднем образовании, в 1909 году Гарри поступил в Алтуна Бизнес Колледж в возрасте 17 лет и в течение следующих двух лет получал дополнительные занятия. В 1912 году ему предоставили отпуск для поступления в Пенсильванский государственный колледж, где он изучал двухгодичную программу по бизнесу и инженерии, работая по выходным и в период каникул. Он провел тщательное расследование, которое выявило мошенничество в сумме 50 000 долларов в иске вдовы в связи с железнодорожной аварией. Он сэкономил компании выплату и был повышен до капитана железнодорожной полиции. С 1917 по 1928 год Анслингер работал в различных военных и полицейских организациях по пресечению международной наркоторговли. Его обязанности вывели его по всему миру, от Германии до Венесуэлы и Японии. Ему широко приписывают формирование не только внутренней и международной наркополитики Америки, но и влияние на наркополитику других стран, особенно тех, которые не обсуждали эти вопросы внутри страны. К 1929 году Анслингер вернулся из своего международного турне, чтобы работать помощником комиссара в Бюро запрета Министерства финансов США. В то время коррупция и скандалы охватили органы, занимающиеся вопросами запрета и наркотиков. Последовавшие перестановки и реорганизации создали условия для продвижения Анслингера, воспринимавшегося как честную и неподкупную фигуру, не только по службе, но и в политическом плане. В 1930 году, в возрасте 38 лет, Анслингер был назначен первым комиссаром Федерального бюро по наркотикам Казначейства. Незаконная торговля алкоголем (тогда все еще под запретом) и незаконными наркотиками была в центре внимания Казначейства, не столько как социальное зло, подпадающее под другие государственные полномочия, сколько как потеря неуплаченных налогов. Назначенный секретарем департамента Эндрю У. Меллоном, который был дядей его жены, Анслингер получил бюджет в 100 000 долларов и широкие полномочия.

Кампания против каннабиса (19301937)

Ограничения на каннабис (cannabis sativa, часто называемый «индийской коноплей» в документах до 1940-х годов) как наркотическое средство начались с местных законов штата Нью-Йорк в 1860 году. За этим последовали местные законы во многих других штатах, а затем и законы штатов в 1910-х и 1920-х годах. Федеральный закон о чистой пище и лекарствах 1906 года регулировал маркировку патентных лекарств, содержащих «cannabis indica». В 1925 году на Международной опиумной конвенции Соединенные Штаты поддержали регулирование «индийской конопли» в медицинских целях. Рекомендации Международной опиумной конвенции послужили основой для разработки Единого государственного закона о наркотиках в период с 1925 по 1932 год. Анслингер не принимал активного участия в этом процессе до примерно 1930 года. Анслингер собирал истории о преступлениях и насилии, связанных с каннабисом, и игнорировал доказательства, допускавшие иные интерпретации. Доктор Уолтер Бромберг указал на тесную взаимосвязь между злоупотреблением психоактивными веществами и преступностью, отметив, что ни один из 2216 изученных им уголовных приговоров не был однозначно связан с влиянием каннабиса. Он также проигнорировал обсуждение, переданное ему Американской медицинской ассоциацией, в котором 29 из 30 фармацевтов и представителей фармацевтической индустрии выразили возражения против его предложений о запрете каннабиса. В одном из таких заявлений говорилось, что предложение является «полной чепухой. В этом нет необходимости. Я никогда не сталкивался со случаями его злоупотребления». Однако в архивах Бюро сохранилось только мнение единственного несогласного (который отметил, что однажды встретил врача, страдавшего зависимостью от каннабиса). Будучи главой Федерального бюро по наркотикам, Анслингер добился и в конечном итоге получил увеличение количества сообщений о курении каннабиса в 1936 году, что продолжало расти ускоренными темпами в 1937 году. До этого курение каннабиса было относительно редким явлением и ограничивалось юго-западом страны, особенно вблизи границы с Мексикой.

Продвижение каннабиса как общественного вреда

Бюро сначала подготовило законодательный план, чтобы добиться от Конгресса нового закона, который поместил бы каннабис и его распространение под прямой федеральный контроль. Во-вторых, Анслингер развернул кампанию против каннабиса по радио и на крупных форумах. Его позиция была четкой, идеологической и предвзятой:

Тоннами это поступает в страну — смертельный, ужасный яд, который терзает и разрушает не только тело, но и самое сердце и душу каждого человека, однажды ставшего рабом этой субстанции в любой из её жестоких и разрушительных форм. Марихуана — это кратчайший путь в психиатрическую больницу. Покури марихуану в течение месяца, и то, что когда-то было твоим мозгом, превратится лишь в хранилище ужасных видений. Хашиш превращает в убийцу, убивающего ради самого процесса убийства, самого кроткого человека, который когда-либо смеялся над мыслью о том, что какая-либо привычка может им овладеть. Используя средства массовой информации как платформу и получив значительную поддержку от издателя бульварной прессы Уильяма Рэндольфа Херста, Анслингер возвысил антиканнабисные настроения с уровня штатов до общенационального движения. Он использовал то, что он называл своими «Файлами ужасов» — сборник цитат из полицейских отчетов — чтобы графически изобразить преступления, совершенные наркопотребителями. Они были написаны сухим и лаконичным языком полицейских протоколов. Его самая известная история в журнале The American Magazine была посвящена Виктору Ликате, убившему свою семью: эта история была упомянута в антинаркотическом фильме 1937 года «Reefer Madness». Это лишь одно из 200 насильственных преступлений, задокументированных в серии «Файлы ужасов» Анслингера. Исследователи доказали, что Анслингер неверно приписал 198 историй из «Файлов ужасов» употреблению каннабиса, а по поводу оставшихся «двух случаев не удалось получить опровержение, поскольку не существовало никаких записей о совершенных преступлениях».

Оценка кампании

Некоторые критики Анслингера утверждают, что его кампания против каннабиса преследовала скрытые цели, основанные на коммерческих интересах, а не на благополучии общества. Одним из примеров этого является сговор между промышленной фирмой E. I. DuPont De Nemours and Company, нефтехимическими компаниями и Уильямом Рэндольфом Херстом с целью создания громкой антиканнабисной кампании, чтобы устранить коноплю как промышленного конкурента синтетическим материалам. Однако компания DuPont и историки промышленности отвергают любую связь между разработкой нейлона и изменениями в законодательстве, касающемся конопли (каннабиса), указывая на то, что нейлон с самого начала имел огромный успех. Лишь в 1934 году, на четвертом году своего пребывания в должности, Анслингер стал рассматривать каннабис как серьезную угрозу американскому обществу (Уоллас Каротерс впервые синтезировал нейлон 28 февраля 1935 года). Это была часть общемировой тенденции, не связанной с расовыми или промышленными проблемами в Америке; Лига Наций уже ввела ограничения на каннабис в начале 1930-х годов, и многие штаты в США начали его ограничивать за годы до назначения Анслингера. В 1935 году президент Франклин Д. Рузвельт и его генеральный прокурор публично поддержали эту кампанию. Усилия Анслингера были частью более широких действий правительства, направленных на то, чтобы предупредить общественность об опасности наркотиков для развлечения и запретить их. Он делал это, руководствуясь собственной повесткой дня. Комитет Ла Гардиа, учрежденный в 1939 году мэром Нью-Йорка Фиорелло Ла Гардиа, провел первое всестороннее исследование последствий курения каннабиса. В нем систематически опровергались заявления Министерства финансов США о том, что курение каннабиса приводит к безумию, и было установлено, что "употребление марихуаны не вызывает зависимости в медицинском понимании этого слова". Отчет, опубликованный в 1944 году, вызвал гнев Анслингера, который назвал его ненаучным.

Поздние годы

Позднее в своей карьере Анслингер подвергся критике за неповиновение из-за отказа прекратить попытку остановить совместный доклад ABA/AMA о наркотической зависимости, публикацию под редакцией профессора социологии Альфреда Р. Линдесмита из Университета Индианы. Среди других работ Линдесмит написал «Опиатную зависимость» (1947), «Наркомана и закон» (1965) и ряд статей, осуждающих криминализацию зависимости. Практически все, что делал Линдесмит, было направлено против «войны с наркотиками», и он особенно резко критиковал роль Анслингера. Иногда считается, что разногласия между AMA и ABA привели к окончанию карьеры Анслингера на посту комиссара Федерального бюро по наркотикам. В последние годы жизни Анслингер также пережил психический срыв, характеризовавшийся сильной паранойей и иррациональными мыслями, такими как убеждение в «заразности» зависимости и необходимости «карантина» для наркозависимых, или разговоры о «тайных заговорах» по всему миру; в конечном итоге он был госпитализирован из-за этого срыва. Анслингер был удивлен своим повторным назначением президентом Джоном Ф. Кеннеди в феврале 1961 года. Новый президент стремился омолодить правительство, привлекая более молодых государственных служащих, и к 1962 году Анслингеру исполнилось 70 лет – обязательный возраст для выхода на пенсию на его должности. Кроме того, в течение предыдущего года он стал свидетелем медленной и мучительной смерти своей жены Марты от сердечной недостаточности и утратил часть своей энергии и амбиций. В августе его сменил Генри Джордано. После этого он в течение двух лет был представителем Соединенных Штатов в Комиссии ООН по наркотическим средствам, после чего вышел в отставку. К 1973 году Анслингер полностью ослеп, страдал от значительно увеличенной простаты и стенокардии. Ирония судьбы заключается в том, что, когда он умер, Анслингеру регулярно назначали морфин для облегчения приступов стенокардии. Кроме того, Анслингер снабжал морфином сенатора Джозефа Маккарти, который был зависим как от алкоголя, так и от морфия. Когда Анслингер попытался убедить Маккарти бросить морфин, Маккарти напомнил ему о возможности публичного скандала. Анслингер уступил и регулярно поставлял Маккарти морфин, за который платило Бюро и который закупался в местной аптеке. Эта договоренность продолжалась до смерти Маккарти в 1957 году. 14 ноября 1975 года в 13:00 Анслингер скончался от сердечной недостаточности в бывшей больнице Мерси (ныне известной как кампус больницы Бон-Секур региональной системы здравоохранения Алтуны) в Алтуне, штат Пенсильвания. Ему было 83 года, и он был похоронен на пресвитерианском кладбище Холлидейсбург в Холлидейсбурге, штат Пенсильвания. Его пережили сын Джозеф Лит Анслингер и сестра. Согласно книге Джона МакУильямса 1990 года «Защитники: Гарри Дж. Анслингер и Федеральное бюро по наркотикам (1930–1962)», невестка Анслингера Беа в то время все еще жила в доме Анслингера в Холлидейсбурге.

Публикации

Торговля наркотиками с Уильямом Финли Томпкинсом. Фанк и Вагнолз, 1953.