Древняя Паиония: история, география и границы древнего царства в Балканах. Паиония соответствовала территории современной Северной Македонии и части Греции/Болгарии.
Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.
Содержание
Введение
Древний регион и королевство на Балканах
Ancient region and kingdom in the Balkans
В древности Пеония или Паиония (Παιονία) была землей и королевством пеонов или паионов (Παίονες). Точные первоначальные границы Пеонии, как и ранняя история ее жителей, неясны, но известно, что она приблизительно соответствовала большей части современной Северной Македонии и северной центральной части Греческой Македонии (то есть, вероятно, греческим муниципалитетам Паиония (за исключением деревни Европос), Алмопия, Синтики, Ираклея и Серрес), а также небольшой части юго-западной Болгарии. Древние авторы располагали ее к югу от Дардании (области, соответствующей современной территории Косово и северной части Северной Македонии), к западу от фракийских гор и к востоку от самых южных иллирийцев. Пеония отделялась от Дардании горами, по которым протекает река Вардар от равнины Скупи (современное Скопье) к долине Былазора (вблизи современного Свети-Николе). В «Илиаде» пеонийцы изображены как союзники троянцев. Во время персидского вторжения в Грецию завоеванные пеонийцы из районов вплоть до озера Прасиас, включая пеоплов и сиропаионов, были депортированы из Пеонии в Азию. В 355–354 гг. до н.э. Филипп II Македонский воспользовался смертью царя Агиса Пеонийского и предпринял поход против своего северного соседа с целью его завоевания. Впоследствии южная часть древней Пеонии была аннексирована древним Македонским царством и получила название «Македонская Пеония»; эта провинция включала города Астрайон (позже Стромница), Стены (вблизи современного Демира Капии), Антигонея (вблизи современного Неготино) и другие.
In antiquity, Paeonia or Paionia (Παιονία) was the land and kingdom of the Paeonians or Paionians (Παίονες). The exact original boundaries of Paeonia, like the early history of its inhabitants, are obscure, but it is known that it roughly corresponds to most of present day North Macedonia and north central parts of Greek Macedonia (i. e. probably the Greek municipalities of Paionia (excluding the village of Evropos), Almopia, Sintiki, Irakleia, and Serres), and a small part of south western Bulgaria. Ancient authors placed it south of Dardania (an area corresponding to modern day Kosovo and northern North Macedonia), west of the Thracian mountains, and east of the southernmost Illyrians. It was separated from Dardania by the mountains through which the Vardar river passes from the field of Scupi (modern Skopje) to the valley of Bylazora (near modern Sveti Nikole). In the Iliad, the Paeonians are portrayed as allies of the Trojans. During the Persian invasion of Greece, the conquered Paeonians from as far as the Lake Prasias, including the Paeoplae and Siropaiones, were deported from Paeonia to Asia. In 355–354 BC, Philip II of Macedon took advantage of the death of King Agis of Paeonia and campaigned against its northern neighbor in order to conquer it. Subsequently, the southern part of ancient Paeonia was annexed by the ancient kingdom of Macedon and was named "Macedonian Paeonia"; this province included the cities Astraion (later Stromnitsa), Stenae (near modern Demir Kapija), Antigoneia (near modern Negotino), etc.
Происхождение
В трудах древних греков о пеонийцах упоминается относительно мало, либо об их смешанном происхождении. Однако некоторые пеонские топонимы и личные имена отдельных пеонийцев определенно эллинские (Ликсей, Аристон, Аудолеон). Некоторые ученые предполагают греческое происхождение пеонийцев. По словам Радослава Катичича, нельзя исключать возможность участия пеонийцев в "великой греческой миграции" и их отставание от основного потока. Лингвистически, крайне малое количество сохранившихся слов пеонского языка связывают с соседними языками – иллирийским и фракийским (и любыми возможными фрако-иллирийскими смесями между ними), а также с греческим, но с сильным иллирийским и фракийским влиянием из-за их близости. Несколько восточных племен, включая агрианцев, очевидно находились под влиянием Фракии. Тем не менее, согласно народной легенде, они были тевкрийскими колонистами из Трои. Гомер упоминает пеонийцев из Аксиоса, сражавшихся на стороне троянцев, но в «Илиаде» не говорится о родстве пеонийцев с троянцами, вместо этого их связывают с фригийцами. Эта версия, таким образом, подтверждает греческую принадлежность пеонийцев. Эндимион из Элиды, возлюбленный богини Луны (Селены), имел трех сыновей: Пеона, Эпея и Аетола. Чтобы передать свое царство одному из них, Эндимион заставил их соревноваться в беге в Олимпии, где победил Эпей и стал царем. Пеон, разочарованный, отправился поселиться в Верхнюю долину Аксиоса, которая с тех пор получила название Пеония. В Троянской войне пеонийцы «с закованными луками» (Илиада, II 848–850) «в шлемах, украшенных конскими хвостами», были союзниками троянцев и, казалось, сражались на их стороне под предводительством царя Пирейхма и Астеропея.
There is relatively little mention of the Paeonians in the works of the ancient Greeks. or of mixed origins. Some Paeonian toponyms and personal names of individual Paeonians are, however, definitely Hellenic (Lycceius, Ariston, Audoleon). Some scholars have proposed a Greek origin. According to Radoslav Katičić, the possibility that the Paeonians took part in the "great Greek migration" and remained behind on the route cannot be ruled out. Linguistically, the very small number of surviving words in the Paeonian language have been variously connected to its neighboring languages – Illyrian and Thracian (and every possible Thraco Illyrian mix in between), as well as to Greek but with a great deal of Illyrian and Thracian influence as a result of their proximity. Several eastern Paeonian tribes, including the Agrianes, clearly fell within the Thracian sphere of influence. Yet, according to the national legend, they were Teucrian colonists from Troy. Homer speaks of Paeonians from the Axios fighting on the side of the Trojans, but the Iliad does not mention whether the Paeonians were kin to the Trojans, and instead connects them to the Phrygians. This version, indeed, establishes a Greek affiliation for the Paeonians. Endymion of Elis, the lover of the goddess of the Moon (Selene), had three sons, Paeon, Epeios and Aetolus. Endymion, in order to give his kingdom to one of them, made them run a race in Olympia, where Epeios won and took the kingdom. Paeon left in disappointment to settle in the Upper Valley of Axios which was since called Paeonia. In the Trojan War, the Paeonians "with ankylosed bows" (Iliad, II 848 850) "wearing helmets with horsetails" were allies of the Trojans, appearing to fight on their side, under King Pyraichmes and Asteropaeus.
Королевство Пеонии
В древние времена главным городом и резиденцией паеонских царей была Билазора (ныне Велес в Северной Македонии) на реке Вардар; позже резиденция царей была перенесена в Стоби (недалеко от современного Градско). Подчинение пеонийцев произошло в рамках персидских военных операций, начатых Дарием Великим (521–486 гг. до н.э.) в 513 году – после огромных приготовлений – огромная армия Ахеменидов вторглась на Балканы и попыталась разбить европейских скифов, кочующих к северу от реки Дунай. Дарий оставил в Европе одного из своих военачальников по имени Мегабаз, которому было поручено совершить завоевания на Балканах. В какой-то момент после греко-персидских войн пеонские княжества объединились в царство, центр которого находился в среднем и верхнем течении рек Аксиос и Стримон, что соответствует современной северной части Северной Македонии и западной Болгарии. Они объединились с иллирийцами для нападения на северные области Македонского царства. Иллирийцы, известные своей культурой пиратства, были бы отрезаны от некоторых торговых путей, если бы проход через эту землю был перекрыт. Они безуспешно атаковали северные укрепления македонской территории, пытаясь захватить регион. В 360–359 гг. до н.э. южные племена пеонийцев совершали набеги на Македонию (Диодор XVI. 2.5) в поддержку иллирийского вторжения. Смерть Пердикки III повергла Македонский царский дом в состояние неопределенности, но его брат Филипп II взошел на престол, реформировал армию (введя фаланги) и приступил к отражению как иллирийского вторжения, так и пеонских набегов, используя границу, известную как «Македонская граница» – северный периметр, который он намеревался защищать как часть своих владений. Филипп II продолжил успех Пердикки в 358 г. до н.э. кампанией вглубь северных земель, в саму Пеонию. Это привело к тому, что Пеонское царство (тогда управляемое Агисом) было понижено до полуавтономного, зависимого статуса, что повлекло за собой процесс постепенной и формальной эллинизации пеонийцев, которые, во время правления Филиппа II, начали чеканить монеты с греческими надписями, подобно македонским. Пеонский отряд под командованием Аристона был присоединен к армии Александра Великого. Во время персидского вторжения пеонийцы, проживавшие в низовьях Стримона, утратили, а те, что находились на севере, сохранили свою территориальную целостность. Дочь Аудолеона, царя Пеонии, была женой Пирра, царя Эпира, а Александр Великий хотел выдать свою сестру Кинану замуж за Лангара, царя агрианцев, который проявил верность Филиппу II.
In early times, the chief town and seat of the Paeonian kings was Bylazora (now Veles in North Macedonia) on the Vardar; later, the seat of the kings was moved to Stobi (near modern Gradsko). Subjugation of the Paeonians happened as a part of Persian military operations initiated by Darius the Great (521–486) in 513 – after immense preparations – a huge Achaemenid army invaded the Balkans and tried to defeat the European Scythians roaming to the north of the Danube river. Darius left in Europe one of his commanders named Megabazus whose task was to accomplish conquests in the Balkans. At some point after the Greco Persian Wars, the Paeonian princedoms coalesced into a kingdom centred in the central and upper reaches of the Axios and Strymon rivers, corresponding with today's northern part of North Macedonia and western Bulgaria. They joined with the Illyrians to attack the northern areas of the kingdom of Macedonia. The Illyrians, who had a culture of piracy, would have been cut off from some trade routes if movement through this land had been blocked. They unsuccessfully attacked the northern defences of Macedonian territory in an attempt to occupy the region. In 360–359 BC, southern Paeonian tribes were launching raids into Macedon, (Diodorus XVI. 2.5) in support of an Illyrian invasion. The Macedonian Royal House was thrown into a state of uncertainty by the death of Perdiccas III, but his brother Philip II assumed the throne, reformed the army (providing phalanxes), and proceeded to stop both the Illyrian invasion and the Paeonian raids through the boundary of the "Macedonian Frontier", which was the northern perimeter which he intended to defend as an area of his domain. He followed Perdiccas's success in 358 BC with a campaign deep into the north, into Paeonia itself. This reduced the Paeonian kingdom (then ruled by Agis) to a semi autonomous, subordinate status, which led to a process of gradual and formal Hellenization of the Paeonians, who, during the reign of Philip II, began to issue coins with Greek legends like the Macedonian ones. A Paeonian contingent, led by Ariston, was attached to Alexander the Great's army. At the time of the Persian invasion, the Paeonians on the lower Strymon had lost, while those in the north maintained, their territorial integrity. The daughter of Audoleon, a king of Paeonia, was the wife of Pyrrhus, king of Epirus, and Alexander the Great wished to bestow the hand of his sister Cynane upon Langarus, king of the Agrianians, who had shown himself loyal to Philip II.
Культура
В состав пеонов входило несколько независимых племен, которые впоследствии объединились под властью единого царя. Об их обычаях и нравах известно немного. Они приняли культ Диониса, почитаемого среди них под именами Диал или Дриал, и Геродот упоминает, что фракийские и пеонские женщины приносили жертвы царице Артемиде (вероятно, Бендиде). Они поклонялись солнцу в виде небольшого круглого диска, укрепленного на вершине столба. Фрагмент из сочинений Афинея указывает на родство их языка с мизийским. Они пили ячменное пиво и различные настои из растений и трав. Страна была богата золотом и битуминозным деревом (или камнем, воспламенявшимся при контакте с водой), известным как танривок (или царивос). Недостаток сохранившихся памятников пеонского языка не позволяет сделать однозначные выводы о его принадлежности. С одной стороны, Вильгельм Томашчек и Поль Кречмер полагают, что он принадлежал к иллирийской языковой семье, а с другой – Димитар Дечев утверждает о его родстве с фракийскими языками. В то же время, начиная с правления Филиппа II Македонского, пеонские цари чеканили монеты, на которых их имена были написаны на простом греческом языке. Все дошедшие до нас имена пеонских царей объяснимы и явно связаны с греческим языком (Агис, Аристон, Аудолеон, Ликкей и др.), что, по мнению Ирвина Л. Меркера, ставит под сомнение теории об иллирийском и фракийском происхождении языка. Женщины славились своим трудолюбием. В связи с этим Геродот рассказывает историю о том, как Дарий, увидев в Сардах красивую пеонку, несущую на голове кувшин, одновременно поившую лошадь и прядущую лен, спросил, кто она такая. Узнав, что она пеонка, он приказал Мегабазу, командующему в Фракии, немедленно переселить два племени этого народа в Азию. В 1877 году в Олимпии на основании статуи была обнаружена надпись, сообщающая, что она установлена общиной пеонов в честь их царя и основателя Дропиона. Другой царь, имя которого на фрагменте надписи, найденной в Афинах и относящейся к договору о союзе, упоминается как Липпей, несомненно, тождественен Ликкею или Ликпею, изображенному на пеонских монетах.
The Paeonians included several independent tribes, all later united under the rule of a single king. Little is known of their manners and customs. They adopted the cult of Dionysus, known amongst them as Dyalus or Dryalus, and Herodotus mentions that the Thracian and Paeonian women offered sacrifice to Queen Artemis (probably Bendis). They worshipped the sun in the form of a small round disk fixed on the top of a pole. A passage in Athenaeus seems to indicate the affinity of their language with Mysian. They drank barley beer and various decoctions made from plants and herbs. The country was rich in gold and a bituminous kind of wood (or stone, which burst into a blaze when in contact with water) called tanrivoc (or tsarivos). The scanty remains of the Paeonian language do not allow a firm judgement to be made. On one side are Wilhelm Tomaschek and Paul Kretschmer, who claim it belonged to the Illyrian family, and on the other side is Dimitar Dečev, who claims affinities with Thracian. On the other hand, the Paeonian kings issued coins from the time of Philip II of Macedon onwards, bearing their names written in straightforward Greek. All the names of the Paeonian Kings that have come down to us are, in fact, explainable with and clearly related to Greek (Agis, Ariston, Audoleon, Lycceius, etc. ), a fact that, according to Irwin L. Merker, puts into question the theories of Illyrian and Thracian connections. The women were famous for their industry. In this connection Herodotus tells the story that Darius, having seen at Sardis a beautiful Paeonian woman carrying a pitcher on her head, leading a horse to drink, and spinning flax, all at the same time, inquired who she was. Having been informed that she was a Paeonian, he sent instructions to Megabazus, commander in Thrace, to deport two tribes of the nation without delay to Asia. An inscription, discovered in 1877 at Olympia on the base of a statue, states that it was set up by the community of the Paeonians in honor of their king and founder Dropion. Another king, whose name appears as Lyppeius on a fragment of an inscription found at Athens relating to a treaty of alliance, is no doubt identical with the Lycceius or Lycpeius of Paeonian coins.
Упадок
В 280 году до н.э. галльские захватчики под предводительством Бренна разорили земли пеонов, которые, испытывая усиленное давление со стороны дарданов, не имели иного выбора, кроме как присоединиться к македонцам. Однако, несмотря на их объединенные усилия, пеоны и македонцы потерпели поражение. После того как кельтское вторжение на Балканы ослабило государство македонцев и пеонов, политическая и военная роль дарданов в регионе начала возрастать. Они расширили свое государство на территорию Пеонии, которая окончательно исчезла из истории. В 230 году дардане под командованием Лонгаруса захватили Былазору у пеонов. Пеония вновь консолидировалась, но в 217 году до н.э. македонский царь Филипп V Македонский (220–179 гг. до н.э.), сын Деметрия II, сумел объединить и включить в свою империю разрозненные области Дассаретии и Пеонии. Всего через 70 лет (в 168 году до н.э.) римские легионы, в свою очередь, завоевали Македонию, и была образована новая, значительно более крупная римская провинция с таким же названием. Пеония в районе Аксиоса образовала второй и третий округа новообразованной римской провинции Македония. Спустя столетия, при Диоклетиане, Пеония и Пелагония образовали провинцию под названием Македония Секунда, или Македония Салютарис, входившую в состав преторианской префектуры Иллирик.
In 280 BC, the Gallic invaders under Brennus ravaged the land of the Paeonians, who, being further hard pressed by the Dardani, had no alternative but to join the Macedonians. Despite their combined efforts, however, the Paeonians and Macedonians were defeated. After the Celtic invasion of the Balkans weakened the state of the Macedonians and Paeonians, the political and military role of the Dardanians began to grow in the region. They expanded their state to the area of Paeonia which definitively disappeared from history. In 230 the Dardani under Longarus captured Bylazora from the Paeonians. Paeonia consolidated again but, in 217 BC, the Macedonian king Philip V of Macedon (220–179 BC), the son of Demetrius II, succeeded in uniting and incorporating into his empire the separate regions of Dassaretia and Paeonia. A mere 70 years later (in 168 BC), Roman legions conquered Macedon in turn, and a new and much larger Roman province bearing this name was formed. Paeonia around the Axios formed the second and third districts respectively of the newly constituted Roman province of Macedonia. Centuries later under Diocletian, Paeonia and Pelagonia formed a province called Macedonia Secunda or Macedonia Salutaris, belonging to the Praetorian prefecture of Illyricum.