Нивхи: история и современная жизнь коренного народа Дальнего Востока России.

Введение

Этническая группа Дальнего Востока России

Нивхи, или Гиляки (также Нивх или Нивхи, или Гиляки; этноним: Нивхгу, Нʼивхгу (Амур) или Ниғвңгун, Нʼiɣvŋgun (Е. Сахалин) – "народ"), – коренной народ, проживающий на северной половине острова Сахалин, в низовьях реки Амур и на побережье прилегающей к нему территории на российском материке. Исторически они могли населять части Маньчжурии. Традиционно нивхи занимались рыболовством, охотой и разведением собак. Они вели полукочевой образ жизни, летом жили у побережья, а зимой перебирались вглубь материка вдоль ручьев и рек для ловли лосося. Земли, населенные нивхами, характеризуются таёжным лесом с холодными, снежными зимами и мягким летом с редкой растительностью. Нивхи на протяжении долгого времени поддерживали торговые и культурные связи с соседними Китаем и Японией. Ранее находившиеся в сфере влияния империи Цин, эти территории были аннексированы Российской империей по итогам двух договоров 1858 и 1860 годов. Впоследствии традиционный уклад жизни нивхов значительно изменился в результате колонизации и коллективизации. Сегодня нивхи живут в домах, построенных в русском стиле, а из-за перелова рыбы и загрязнения рек и морей перешли на многие блюда русской кухни. Нивхи исповедуют шаманизм, который играет важную роль в зимнем Медвежьем празднике, хотя часть из них приняла русское православие. Численность нивхов сокращалась по результатам двух последних переписей населения: большинство сегодня говорит по-русски, в то время как менее 5% владеют родным нивхским языком. Нивхский язык считается изолированным или входит в небольшую языковую семью, хотя для удобства его относят к палеосибирским языкам. Нивхский язык подразделяется на четыре диалекта или языка.

Этимология

Нивх (во множественном числе Нивхгу в нивхском языке) – эндоним, означающий «человек» в нивхском языке. В западной литературе 1920-х годов их также могли называть нивхи из-за латинской транскрипции русского термина множественного числа «нивхи» от «нивх» (нивх). В XVII и XVIII веках русские исследователи впервые назвали эту группу гиляками (также гиляки или гиляцкие). Этимология названия «гиляк» является предметом споров среди лингвистов: одни полагают, что название произошло от экзонима, данного нивхам соседней тунгусской группой. Другие ученые считают, что «гиляк» происходит от названия киле, другой соседней тунгусской группы, которую русские ошибочно принимали за нивхов. «Гиляк» – это русская транскрипция терминов из тунгусского «Гилеке» и маньчжурского китайского «Гилеми» (Гилими, Гилиами), обозначающих культурно близкие народы региона реки Амур, и применялась преимущественно к нивхам в западной литературе.

Происхождение

Истоки нивхов трудно установить на основании современных археологических исследований. Их существование, основанное на рыболовстве и охоте на морских млекопитающих в прибрежной зоне, очень похоже на образ жизни коряков и ительменов на полуострове Камчатка. Конструкция собачьих упряжек также схожа с таковой у этих чукотско-камчатских групп. Духовные верования перекликаются с верованиями индейцев Северо-Западного побережья Северной Америки, предки которых мигрировали из этой местности. Микролитическая культура была технологически развита в суровом климате Сибири во время последнего ледникового периода. После отступления льда, тунгусские народы с юга продвинулись в более теплые северные районы, вскоре установив доминирование над местным населением. Нивхи считаются последней сохранившейся этнической группой, сумевшей адаптироваться к потеплению климата и избежать ассимиляции или вытеснения пришлыми народами, что и обусловило изолированный характер нивхского языка. Самая ранняя археологическая радиоуглеродная датировка для Северного Сахалина на 2004 год относится к неолитической стоянке Имчин-2, датированной 4950–4570 гг. до н.э., расположенной вблизи устья реки Тым на западном побережье. Майкл Фортескью предполагает, что нивхский язык может быть родственным мозанским языкам Северной Америки (однако мозанские языки обычно рассматриваются как языковой союз, а не языковая семья). Фортескью также приводит данные о родстве нивхского языка с чукотско-камчатскими языками, формирующими чукотско-камчатско-амурскую семью, хотя эти доказательства были признаны "недостаточными" по мнению Глоттолога. В последнее время Сергей Николаев в двух статьях выдвинул аргумент в пользу систематической связи между нивхским и алгонкинскими языками Северной Америки, а также более отдаленного родства между этими двумя группами и языками вакаш прибрежной Британской Колумбии.

Домодернистская история

Сахалинские нивхи населяли остров в позднем плейстоцене, когда остров был соединен с континентом Азия через обнаженный Тартарский пролив. Когда ледниковый период отступил, уровень океана поднялся, и нивхи разделились на две группы. Предполагается, что народ нивхов обитал на обширной территории Северо-Восточной Азии и оказывал влияние на другие народы и их культуры. Нивхи могли быть связаны с культурами сусуя, охотской и тобинайта, которые достигли Хоккайдо и контактировали с культурой сацумон. Некоторые историки предполагают, что нивхи присутствовали в королевстве Когурё. Есть основания полагать, что предки нивхов могли играть более значительную роль в до- и протоисторической Маньчжурии. Земли нивхов простирались вдоль северного побережья Маньчжурии от русской крепости в бухте Тугур на восток до устья реки Амур в Николаевске, затем на юг через Тартарский пролив до залива Де-Кастри. Ранее их территории простирались на запад как минимум до реки Уда и островов Шантар, пока они не были вытеснены маньчжурами, а затем русскими. Считается, что самое раннее упоминание о нивхах в истории содержится в китайской хронике XII века, где упоминается народ под названием Джилиэми, находившийся в контакте с монгольскими правителями династии Юань. Женщины-нивхи на Сахалине выходили замуж за чиновников ханьской династии Мин, когда Мин взимала дань с Сахалина и района реки Амур. Местные сахалинские вожди отдавали своих дочерей в жены маньчжурским чиновникам, что санкционировалось династией Цин, когда Цин осуществляла юрисдикцию на Сахалине и взимала с них дань.

Царская Россия и Императорская Япония

На протяжении многих веков нивхи были данниками маньчжуров. После Нерчинского договора 1689 года они выступали посредниками между русскими, маньчжурами и японцами, а также с айну, которые были вассалами японцев. Ранние контакты с южными сахалинскими айну были в основном враждебными, хотя торговля между ними имела место. Нивхи сильно пострадали от казачьего завоевания и навязывания царских русских властей; они называли последних кинршами (дьяволами). Российская империя получила полный контроль над нивхскими землями после Агунского договора 1858 года и Пекинской конвенции 1860 года. Русские основали на Сахалине каторжную колонию (каторгу), действовавшую с 1857 по 1906 год. Сюда было сослано множество русских уголовных и политических преступников, в том числе Лев Штернберг, важный ранний этнограф, изучавший нивхов. Вскоре их стало меньше, и их иногда использовали в качестве тюремных охранников и для выслеживания беглых заключенных. Хотя Японская империя никогда не контролировала северную часть Сахалина, Япония и Россия совместно управляли островом в соответствии с Договором Шимоды 1855 года. С 1875 года (Санкт-Петербургский договор) до 1905 года (Портсмутский договор) Россия управляла всем Сахалином. С 1905 по 1945 год Сахалин был разделен между Россией и Японией по 50-й северной параллели. Россия разрешала японским предпринимателям-рыболовам вести промысел на нивхских землях с 1880-х годов до 1948 года. Русский приамурский генерал-губернатор испытывал трудности с поиском русской рабочей силы и разрешил японским и нивхским рыбакам осваивать этот район, хотя они были сильно обложены налогами. Российские власти препятствовали рыболовству нивхов в прежних прибрежных и речных системах посредством запретов и высоких налогов на улов. Первый из многих случаев чрезмерной эксплуатации рыбных ресурсов японцами (а позже русскими) в Татарском проливе и нижнем Амуре произошел в 1898 году. Это привело многих нивхов к голоду, если они не могли импортировать дорогую российскую еду. Для нивхов был создан краткосрочный автономный округ. Правительство предоставило им широкие права на рыболовство, которые были отменены только в 1960-х годах. Согласно книге Косуге Сугавары "Современные айну: Роман этнической миграции" (現代アイヌ: 民族移動のロマン, 1966, издательство Genbunsha), эти нивхи в Японии проживали в Абашири, Хакодате и Саппоро. Одним из известных переселенцев из Карафуто в Абашири был Чiyo Nakamura (1906–1969), шаман из Поронаиска (敷香町). К 2004 году община нивхов Орок в Абашири, по всей видимости, исчезла. Чунэр Таксами, антрополог, считается первым современным нивхским писателем и сторонником прав сибирских народов. Это переселение было осуществлено через советские колхозы, от которых нивхи стали настолько зависимы. Закрытие государственных учреждений, таких как школы или электрогенераторы, побуждало население переезжать в поселения, предпочитаемые правительством. В настоящее время нивхи, живущие на севере Сахалина, видят, что их будущему угрожают гигантские проекты по добыче нефти на шельфе, известные как "Сахалин-1" и "Сахалин-2", которые реализуются иностранными западными компаниями. С января 2005 года нивхи, во главе со своим избранным лидером Алексеем Лиманцо, проводят ненасильственные акции протеста, требуя независимой этнологической оценки планов компаний Shell и Exxon. Акции солидарности были проведены в Москве, Нью-Йорке и позже в Берлине. Ежемесячная газета нивхов "Нивх Диф", основанная в 1990 году, издается на западносахалинском диалекте и располагается в деревне Некрасовка.

For many centuries, the Nivkh were tributaries of the Manchus. After the Treaty of Nerchinsk in 1689, they functioned as intermediaries between the Russians, Manchu and Japanese, and also the Ainu, who were vassals of the Japanese. Early contact with the southern Sakhalin Ainu was generally hostile, although trade between the two was apparent. The Nivkh suffered severely from the Cossack conquest and imposition of Tsarist Russians; they called the latter kinrsh (devils). The Russian Empire gained complete control over Nivkh lands after the 1858 Treaty of Aigun and the 1860 Convention of Peking. The Russians established a penal colony (katorga) on Sakhalin, which operated from 1857 to 1906. They transported numerous Russian criminal and political exiles there, including Lev Sternberg, an important early ethnographer of the Nivkh. The Nivkh were soon outnumbered; they were sometimes employed as prison guards and to track escaped convicts. Though the Empire of Japan never controlled the northern part of Sakhalin, Japan and Russia jointly ruled the island as part of the 1855 Treaty of Shimoda. From the 1875 Treaty of Saint Petersburg until the 1905 Treaty of Portsmouth, Russia governed all of Sakhalin. From 1905 to 1945, Sakhalin was partitioned between Russia and Japan along the 50th N parallel. Russia allowed Japanese entrepreneur fishermen in Nivkh lands from the 1880s until 1948. The Russian Priamur governor generalship had difficulty finding Russian labour and allowed Japanese and Nivkh fishermen to develop the area, though they were heavily taxed. Russian authorities prevented the Nivkh from fishing in prior coastal and river systems via bans and high taxes from cached fish. The first of many incidents of over exploitation of fisheries by the Japanese (and later the Russians) on the Tartar Strait and lower Amur occurred in 1898. It drove many Nivkhs into starvation if they could not import expensive Russian foods. A brief autonomous okrug was created for the Nivkh. The government granted them extensive fishing rights, which were not rescinded until the 1960s. According to "Modern Ainu: The Romance of Ethnic Migration" (現代のアイヌ : 民族移動のロマン, by Kosuge Sugawara, 1966 under Genbunsha), these Nivkh people in Japan resided in Abashiri, Hakodate, and Sapporo. One notable displaced Nivkh from Karafuto to Abashiri was Chiyo Nakamura (1906–1969), a shaman from Poronaisk (敷香町). By 2004, the Nivkh Orok community in Abashiri had apparently vanished. Chuner Taksami, an anthropologist, is considered the first modern Nivkh literary figure and supporter of Siberian rights. This relocation was accomplished via the Soviet collectives that the Nivkh had become so dependent on. The closure of state funded amenities such as a school or electricity generator prompted citizenry to move into government preferred settlements. At present, the Nivkh living in the north of Sakhalin see their future threatened by the giant offshore oil extraction projects known as Sakhalin I and Sakhalin II, operated by foreign Western firms. Since January 2005, the Nivkh, led by their elected leader Alexey Limanzo, have engaged in non violent protest actions, demanding an independent ethnological assessment of Shell's and Exxon's plans. Solidarity actions have been staged in Moscow, New York City and later in Berlin. The monthly Nivkh newspaper, Nivkh Dif, established in 1990, is published in the West Sakhalin dialect and is headquartered in the village of Nekrasovka.

Сельская жизнь

Нивхи вели полуоседлый образ жизни, занимаясь охотой и собирательством, и имели летние и зимние стойбища. Поселения нивхов состояли из трех-четырех жилищ, в которых проживали несколько семей, крупные поселения встречались редко и располагались преимущественно в устье Амура. Во время охоты и рыбалки, когда клан покидал поселение, его члены сотрудничали друг с другом.

Брак

Брак обычно заключался вне клана, в отличие от многих палеосибирских групп. Хотя внутри клана браки заключаются внутри клана (эндогамия), а между подкланами – вне клана (экзогамия). Нивхские анимисты верят, что остров Сахалин – это гигантское животное, лежащее на животе, а деревья острова – его шерсть. Когда животное приходит в ярость, оно просыпается и сотрясает землю, вызывая землетрясения. У нивхов богатый фольклор, песни и мифология о сотворении людей и вселенной, а также о битвах фантастических героев, духов и зверей в древние времена. Некоторые нивхи приняли русское православие или другие религии, однако многие продолжают придерживаться традиционных верований. Особое почитание оказывается огню. Он является символом единства клана. Огонь считается божеством предков, защищающим от злых духов и оберегающим клан от бед. Чтобы умилостивить духов и попросить защиты, открытый огонь "угощали" табаком, специями или небольшим количеством водки. Нивхи также часто подносили божествам дары, "кормя" их. Море "кормили" ценными предметами, чтобы морской бог защищал путешественников.

Шаманизм

Основная роль шаманов (ч'ам) заключалась в диагностике и лечении болезней у нивхов. Редкие шаманы обычно носили богато украшенные кафтаны с поясами, часто изготовленными из металла. Для лечения использовались снадобья, состоящие из растительных и иногда животных компонентов. Талисманы применялись или давались пациентам для предотвращения болезней. Медведь считался священным земным воплощением предков нивхов и богов в медвежьем облике (см. Поклонение медведям). Во время праздника медведя облачали в специально сшитый церемониальный костюм. Ему устраивали пир, чтобы он отнес его в мир богов и проявил благосклонность к кланам. После пира медведя приносили в жертву и съедали в ходе сложной религиозной церемонии. Также часто в жертву приносили собак. Дух медведя, "довольный", возвращался к богам гор и вознаграждал нивхов богатыми лесами. Праздник обычно организовывали родственники в память об умершем. В целом, Медвежий праздник был межклановой церемонией, в ходе которой клан, берущий невест, восстанавливал связи с кланом, дающим невест, после разрыва родственных уз в связи со смертью родственника. Медвежий праздник был подавлен во время советской оккупации, однако после распада Советского Союза он получил некоторое возрождение, хотя и в качестве культурного, а не религиозного мероприятия. Очень похожая церемония, Иоманте, практикуется айнами в Японии.

Окружающая среда

На Дальнем Востоке России холодный и суровый климат. В рыбобогатом устье реки Амур в районах Нижне-Амурском и Тахтинском зимы характеризуются сильными ветрами и обильными снегопадами, со средней температурой в разгар зимы от 0 °C до 0 °C. Лето влажное и умеренно теплое, с температурой в пределах от … °C до … °C. Биом района представлен тайгой и вечнозелеными хвойными лесами, состоящими из лиственницы, тиса, березы, клена, сирени, жимолости и обширных низинных болотных трав. На возвышенностях растут ель, пихта, ясень, липа, грецкий орех, а на горных вершинах – кедр и лишайники. Медведи, лисы, соболи, зайцы, сибирские тигры, лоси, косули и олени – типичные обитатели окрестностей Амурского устья, которое часто затапливается в сезон дождей. Северный Сахалин экологически более суров, преимущественно тайгой. Зимы здесь продолжительнее, со средней температурой -19 °C (-2 °F), однако короткое лето теплее, в среднем 15 °C (59 °F), благодаря теплым течениям Тихого океана, омывающим остров. Остров Сахалин (Yh mif на нивхском языке) зимой покрыт обильными снегопадами из-за муссонных ветров, дующих из Сибири и насыщающихся влагой при прохождении над Охотским морем, Японским морем и Татарским проливом. На севере преобладает безлесная тундра с редкими деревьями – лиственницей, березой и различными травами, а при движении на юг встречаются ель и пихта. Медведи, лисы, выдры, рыси и северные олени – обычные представители местной фауны. Крупнейшие реки острова – Тымь и Поронай, богатые рыбой, особенно лососем. До российской колонизации на этих реках примерно каждые 5 км располагались поселения нивхов. В настоящее время ширина Татарского пролива составляет всего … км, и он достаточно мелок, чтобы зимой образовывался ледяной мост, по которому можно пересекать его пешком или на собачьих упряжках. В период максимального оледенения уровень моря был ниже, чем сейчас. Евразийский континент был соединен с Сахалином через Татарский пролив и с Хоккайдо через Сойский пролив, что обеспечивало миграцию людей. Эта связь объясняет сходство деревьев, растений и животных, включая вымерших мамонтов. Отступление ледника привело к потеплению региона, увеличению площади лесов и разнообразию дикой природы, предоставив нивхам новые ресурсы. Открытие Сойского, а затем и более мелкого Татарского пролива позволило теплым течениям Тихого океана омывать остров и нижнее течение реки Амур.

The Russian Far East has a cold and harsh climate. In the fish rich Amur River estuary in the districts of Nixhne Amruskii and Takhtinskii, winters have high winds and heavy snows with mid winter usually averaging from Summers are wet and moderately warm ranging between The area's biome is characterized as Taiga and evergreen coniferous forests consisting of larch, yew, birch, maple, lilac, honeysuckle, and extensive low lying swamp grasses. Higher elevations have spruce, fir, ash, lime, walnut and mountain tops have cedar and lichens. Bears, foxes, sables, hares, Siberian tigers, elks, grouse, and deer typical near the Amur outlet which usually floods during the rainy season. Northern Sakhalin is harsher ecologically with mostly Taiga. Winters are longer, with a mean temperature of 19 °C ( 2 °F), however, short summers are warmer averaging 15 °C (59 °F) due to warmer Pacific Ocean currents moving around the island. Heavy snows blanket the island of Sakhalin (Yh mif in Nivkh) during winter, due to monsoon winds blowing from Siberia, drawing humidity as they pass over the Sea of Okhotsk, Sea of Japan, and the Strait of Tartary. Barren tundra dominates the north, with sparse trees such as larch, birch and various grasses, while moving southward, spruce and fir are seen. Bears, foxes, otters, lynx, and reindeer are common wildlife. The Island's major rivers are the Tym' and Poronai, rich in fish, especially salmon. Before Russian colonization, Nivkh villages could be found on these rivers approximately every 5 km. The Strait of Tartary is currently only wide and is shallow enough that an ice bridge forms during the winter that can be traversed by foot or dog sledge. At the glacial maximum of the Ice Age, sea levels were lower than they are today. The Eurasia continent was connected to Sakhalin via the Strait of Tatar and Hokkaidō via the Soya Strait of which humans migrated. This connection explains the similarities of trees, plants, and animals including now extinct mammoths. The receding ice age warmed the area, allowing greater tree cover and wildlife, thus new resources for the Nivkhs to exploit. The opening of the Soya and then the shallower Strait of Tartary allowed warm pacific currents to bathe the island and the lower Amur River.

Жилые дома

Нивхи жили в двух типах самостоятельно построенных зимних жилищ. Самым древним из них был рив (или то). Жилище представляло собой круглую землянку диаметром около 7,5 метров, укрепленную деревянными столбами и покрытую утрамбованной землей и травой. В риве был очаг в центре и отверстие в крыше для выхода света и дыма. Другим типом зимнего жилища был чад-рив, похожий на нанайский дио, который создавался по образцу маньчжурских и китайских построек на Амуре. Существует традиционный способ сохранения рыбы, называемый юкола, который заключается в нарезании рыбы особым образом и сушке полос на холодном воздухе без соли. В результате этого процесса образовывалось много рыбных отходов, непригодных в пищу для людей, но используемых в качестве корма для собак. Любимым блюдом нивхов является мос – измельченная сушеная рыба, смешанная с рыбьей кожей, водой, тюленьим жиром и ягодами до консистенции сметаны. Нивхи охотились на тюленей (ларгу, кольчатую, ленточную, морских львов), уток, соболей и выдр. Они также собирали различные ягоды, дикий лук, луковицы лилий и орехи.

Гаплогруппы Y-хромосомной ДНК

Лелл и др. (2002) исследовали выборку из семнадцати мужчин-нивхов и обнаружили, что шесть из них (35%) принадлежали к гаплогруппе C M48, шесть (35%) – к гаплогруппе P M45 (исключая Q M3, R M17), два (12%) – к гаплогруппе C M130 (исключая M48), два (12%) – к гаплогруппе K M9 (исключая O M119, O M122, N, P M45), и один (6%) – к гаплогруппе O M119. Тадзима и др. (2004) исследовали выборку из двадцати одного мужчины-нивха и обнаружили, что восемь из них (38%) принадлежали к гаплогруппе C M217, гаплогруппе, которая также часто встречается у коряков, ительменов, юкагиров, тунгусских народов и монголов; шесть (29%) – к гаплогруппе K M9 (исключая O M122, O M119, P P27), четыре (19%) – к гаплогруппе P P27 (исключая R SRY10831.2), два (9,5%) – к R SRY10831.2, и один (4,8%) – к гаплогруппе BT SRY10831.1 (исключая C RPS4Y711, DE YAP, K M9). Согласно аннотации к докторской диссертации Владимира Николаевича Харкова, в выборке из 52 нивхов (Нивхи) из Сахалинской области были обнаружены следующие Y-хромосомные гаплогруппы ДНК: 71% (37/52) C M217 (исключая C M77/M86, C M407), 7,7% (4/52) O M324 (исключая O M134), 7,7% (4/52) Q M242 (исключая Q M346), 5,8% (3/52) D M174, 3,8% (2/52) O M175 (исключая O P31, O M122), 1,9% (1/52) O P31 и 1,9% (1/52) N M46/M178.

Гаплогруппы митохондриальной ДНК

Торрони и др. (1993) сообщили о сборе образцов крови у 57 "неродственных и негибридизированных нивхов, проживающих в деревнях Рыбновск и Некрасовка на севере острова Сахалин". Согласно Стариковской и др. (2005) и Бермишевой и др. (2005), члены данной выборки нивхов принадлежат к гаплогруппе Y (37/57 = 64,9%), гаплогруппе D (16/57 = 28,1%), гаплогруппе G1 (3/57 = 5,3%) и гаплогруппе M(xC, Z, D, G) (1/57 = 1,8%). В другой выборке нивхов, предположительно "проживающих на континенте" (хотя в оригинальном тексте, вероятно, содержится ошибка), Бермишева и др. (2005) выявили следующие гаплогруппы митохондриальной ДНК: 67,3% (37/55) гаплогруппы Y, 25,5% (14/55) гаплогруппы G, 3,6% (2/55) гаплогруппы D, 1,8% (1/55) гаплогруппы M(xC, Z, D, G) и 1,8% (1/55) гаплогруппы N или R(xA, B, F, Y). Один идентичный гаплотип Y1a был распространен среди восьми нивхских индивидуумов, другой гаплотип Y1a – среди шести, а два других гаплотипа Y1a – среди трех нивхских индивидуумов каждый, что свидетельствует о низком генетическом разнообразии данной популяции. Что касается G1b, другой гаплогруппы митохондриальной ДНК, обнаруженной у нивхов, Duggan et al. (2013) также обнаружили ее в своих выборках камчатских эвенов (6/39 = 15,4%), коряков (2/15 = 13,3%), юкагиров (2/20 = 10,0%), иенгра-эвенов (2/21 = 9,5%) и томпо-эвенов (1/27 = 3,7%), и они ссылаются на Стариковскую и др. (2005) как на доказательство того, что гаплогруппа G1 также распространена среди негидалов. Согласно данным YFull и Dryomov et al. (2020), два представителя гаплогруппы G1b из выборки нивхов, исследованной Duggan et al. (2013), принадлежат к G1b G16129A!*, тогда как оставшийся представитель гаплогруппы G1b из этой выборки принадлежит к G1b1a G16244A. М. А. Губина и др. (2013) изучили митохондриальную ДНК выборки из семнадцати нивхов из деревни Ноглики, Ногликского района, Сахалинской области, и установили, что они принадлежат к гаплогруппе Y (8/17 = 47,1%, все Y1a+T16189C! ), гаплогруппе D (3/17 = 17,6%, включая 2/17 D4e5b и 1/17 D4j4a), гаплогруппе G (3/17 = 17,6%, включая 2/17 G1b1 16207 и 1/17 G1b1a 16244), гаплогруппе H (2/17 = 11,8%) и гаплогруппе U5 (1/17 = 5,9%). Помимо влияния западноевразйских популяций, проявляющегося в присутствии гаплогрупп H и U5 среди нивхов из Ноглики, также следует отметить отсутствие совпадений между выборками нивхов, исследованными Duggan et al. (2013) и Gubina et al. (2013), в отношении подкладов гаплогрупп D4 и G1b, к которым они принадлежат, за исключением одного представителя G1b1a G16244A в каждой выборке.

Torroni et al. (1993) reported collecting blood samples from 57 "unrelated and unhybridized Nivkh individuals living in Rybnovsk and Nekrasovka villages in northern Sakhalin Island." According to Starikovskaya et al. (2005) and Bermisheva et al. (2005), the members of this sample of Nivkhs belong to haplogroup Y (37/57 = 64.9%), haplogroup D (16/57 = 28.1%), haplogroup G1 (3/57 = 5.3%), and haplogroup M(xC, Z, D, G) (1/57 = 1.8%). In another sample of Nivkhs, possibly "those living on the continent" (although there appears to be an error in the original text), Bermisheva et al. (2005) have found the following mtDNA haplogroups: 67.3% (37/55) haplogroup Y, 25.5% (14/55) haplogroup G, 3.6% (2/55) haplogroup D, 1.8% (1/55) haplogroup M(xC, Z, D, G), and 1.8% (1/55) haplogroup N or R(xA, B, F, Y). One identical Y1a haplotype was shared by eight Nivkh individuals, another Y1a haplotype was shared by six Nivkh individuals, and two other Y1a haplotypes were shared by three Nivkh individuals each, indicating a low genetic diversity of this population. As for G1b, the other mtDNA haplogroup found among Nivkhs, Duggan et al. (2013) also have found it in their samples of Kamchatka Evens (6/39 = 15.4%), Koryaks (2/15 = 13.3%), Yukaghirs (2/20 = 10.0%), Iengra Evenks (2/21 = 9.5%), and Tompo Evens (1/27 = 3.7%), and they have cited Starikovskaya et al. (2005) as evidence for their statement that haplogroup G1 is also common in the Negidal. According to YFull and Dryomov et al. (2020), two members of haplogroup G1b from the Nivkh sample of Duggan et al. (2013) belong to G1b G16129A! *, whereas the remaining member of haplogroup G1b from that sample belongs to G1b1a G16244A. М. А. Gubina et al. (2013) examined the mitochondrial DNA of a sample of seventeen Nivkhs from the village of Nogliki, Nogliksky District, Sakhalin Oblast and found that they belonged to haplogroup Y (8/17 = 47.1%, all Y1a+T16189C! ), haplogroup D (3/17 = 17.6%, including 2/17 D4e5b and 1/17 D4j4a), haplogroup G (3/17 = 17.6%, including 2/17 G1b1 16207 and 1/17 G1b1a 16244), haplogroup H (2/17 = 11.8%), and haplogroup U5 (1/17 = 5.9%). Besides the Western Eurasian influence apparent in the presence of haplogroups H and U5 among Nivkhs of Nogliki, it is also notable that there is no overlap between the Nivkh samples of Duggan et al. (2013) and Gubina et al. (2013) in regard to the subclades of haplogroups D4 and G1b to which they belong except for a single member of G1b1a G16244A in each sample.