Введение

Пьеса, предположительно написанная Томасом Миддлтоном, иногда (с меньшей вероятностью) приписывается Шекспиру.

«Трагедия второй девы» – пьеса эпохи Якова I, сохранившаяся лишь в рукописном виде. Она была написана в 1611 году и поставлена в том же году труппой «Слуги короля». Рукопись была приобретена, но так и не была опубликована издателем Хамфри Мозли после закрытия театров в 1642 году. В 1807 году рукопись перешла в собственность Британского музея. Викторианский поэт и критик Алджернон Суинберн первым отнес авторство этого произведения к Томасу Миддлтону; впоследствии это мнение поддержали большинство редакторов и исследователей. В наши дни пьеса редко возобновляется на сцене. В 2006 году она стала первой постановкой в недавно отреставрированной студии Hackney Empire с участием Александра Фиске Харрисона и Джоса Вэнтайлера.

Название

Оригинальное название пьесы неизвестно. Рукопись не содержит названия, а цензор Джордж Бук добавил примечание, начинающееся словами: "Эта вторая "Девичья трагедия" (поскольку на ней нет имени)". Бук, вероятно, сравнивал пьесу с "Трагедией девицы" Бомона и Флетчера. Комментарий Бука смутил владельца рукописи, Хемфри Мозли, который зарегистрировал пьесу в Реестре канцелярских работников как "Трагедия служанки, часть вторая". Название, данное Буком, закрепилось, и пьеса обычно именуется "Вторая девичья трагедия". Однако два последних редактора пьесы предпочли дать ей другое название. В своей антологии "Четыре якобианские трагедии о страсти" Мартин Виггинс утверждает, что поскольку слово "вторая" относится к самой пьесе, а не к персонажу (в пьесе нет "второй девы"), Бук на самом деле назвал пьесу "Девичья трагедия". Джулия Бриггс, в издании "Томас Миддлтон: собрание сочинений", пошла еще дальше: указав на то, что слово "дева" в пьесе ни разу не встречается, она переименовала ее в "Трагедия дамы", по имени безымянной главной героини. Бриггс предвосхитила постановка 1994 года в Бристоле, известная как "Курица и петух", которая также использовала название "Трагедия дамы". Другие театральные постановки также переименовывали пьесу. Например, в 1984 году первая современная профессиональная постановка в лондонском театре "Upstream" назвала ее "Трагедия тирана", по имени главного героя пьесы. В прошлом пьеса также была известна просто как "Тиран", отождествляя ее с утерянной пьесой Филиппа Массинджера с тем же названием.

Томас Миддлтон

Авторство пьесы также является предметом споров. На рукописи три зачеркнутых приписания, сделанных в XVII веке, сначала относят ее к Томасу Гоффу, затем к Уильяму Шекспиру, а после – к Джорджу Чапману. Однако на сегодняшний день преобладающее мнение ученых заключается в том, что истинным автором был Томас Миддлтон, что подтверждается лингвистическим анализом и сходством с другими пьесами Миддлтона. Впервые пьеса была опубликована под именем Миддлтона в антологии Мартина Виггинса «Четыре якобианские трагедии о сексе» (1998), а затем в «Полном собрании сочинений Миддлтона» (2007).

Шекспир и Карденио

Профессиональный эксперт по почерку Чарльз Гамильтон в своей книге 1994 года утверждал, что рукопись пьесы «Трагедия второй девы» на самом деле является утерянной пьесой Шекспира «Карденио» и что почерк действительно принадлежит Шекспиру. Ученые не придали этой идее большого значения, соглашаясь с атрибуцией Миддлтону. Пьеса, по-видимому, использует элементы «Дон Кихота», как это предполагалось и в «Карденио». Хотя «Трагедия второй девы» обычно приписывается Миддлтону, существуют свидетельства, указывающие на возможное участие Шекспира в ее создании. При изучении рукописи были обнаружены вложенные листы бумаги, добавленные к прописному экземпляру, содержащие исправления или заметки. Эти листы были исследованы, и стало очевидно, что исправления не принадлежат Миддлтону, поскольку не соответствуют его почерку. Однако заметки напоминают почерк, который приписывается Шекспиру. Также возможно, что Шекспир написал эти заметки, поскольку на момент подготовки пьесы к постановке он все еще находился при Королевском дворе и мог работать над ней, оказывая влияние на ее создание. Таким образом, несмотря на общепринятое мнение об отсутствии ответственности Шекспира за написание «Трагедии второй девы», вполне вероятно, что он был вовлечен в ее производство и переработку.

Участок против подучастка

Вторая Девичья Трагедия включает в себя как основной сюжет, так и побочный, и они обладают как сходными, так и различными чертами. Связь между основным сюжетом и побочным сюжетом довольно слабая: главный герой основного сюжета, Говиан, является братом Ансельма, одного из ключевых персонажей побочного сюжета. Однако, на тематическом уровне прослеживаются более значимые взаимосвязи. Наличие основного сюжета и побочного призвано усилить "фундаментальные контрасты, заложенные в основе произведения". Вдохновением для побочного сюжета послужил «Дон Кихот» Мигеля де Сервантеса. Миддлтон, опираясь на текст Сервантеса, создал схожую историю, но предложил иное разрешение для побочного сюжета. Между этими двумя историями существуют как сходства, так и различия.

Сходство

Обе истории вращаются вокруг женщин и конфликтов, с которыми они сталкиваются в любви. В основной сюжетной линии Леди должна выйти замуж за Говиана, но Тиран постоянно добивается её внимания. В побочной сюжетной линии Жена замужем за Ансельмом, и другой мужчина также добивается её. В каждой сюжетной линии обе женщины должны решить, оставаться ли верными своим мужьям или поддаться похоти, и именно в этом заключается различие между этими двумя линиями.

Различия

Первое отличие заключается в том, что обе женщины сталкиваются с испытанием, которое приводит к двум разным исходам. Это испытание используется, чтобы выяснить, сохранят ли и Дама, и Жена верность Говиану и Ансельму. Дама проходит испытание, и за это получает мир и спасение как награду за свой выбор. Жена не выдерживает испытания верности и сталкивается с разъедающим конфликтом; из-за своего решения она постоянно терзается чувством вины. Сюжет содержит образ "непорочного героя, чья совершенно незаслуженная катастрофа вызвана преследованиями злодея и воспринимается как торжественное мученичество", поскольку автор полагает, что дьявол участвует во всех страданиях, которые испытывает Жена в этой истории.

Основные темы

В "Трагедии второй девы" присутствует множество значимых тем. Некрофилия возникает, когда Тиран испытывает влечение к мертвому телу Леди, которую он стремится сохранить, что можно интерпретировать как болезненную привязанность. Тиран был очарован красотой Леди, и после того, как она покончила с собой, чтобы избежать его преследований, это стало для него единственным способом обрести удовлетворение. На протяжении первого акта пьесы она отказывала ему в близости, отвергая его предложение руки и сердца. Отвергнув проявления его власти, она была помещена под домашний арест, что лишь усилило напряжение между ними. Тиран неоднократно пытался соблазнить Леди, но безуспешно. Эта одержимость в конечном итоге привела к его гибели. Леди демонстрирует твердость духа и верность своим моральным принципам на протяжении всей пьесы. "Леди противится искушению, Леди свободна от порока, Леди встречает смерть с благородным убеждением". Она придерживается высоких стандартов, что, в свою очередь, делает ее тело еще более желанным для Тирана. Тело умершей женщины является центральной темой в "Трагедии второй девы", поскольку оно становится объектом пристального внимания после смерти Леди. Использование грима можно рассматривать как попытку придать образу жизни, поскольку Тиран наносит грим на лицо Леди, чтобы ее труп казался более живым. Это связано с его первоначальным замыслом – использовать тело для некрофилии, стремясь вернуть ему подобие жизни. Женское тело предстает как объект эротического желания, поскольку грань между сексуальной привлекательностью и смертью стирается. Эта сцена в пьесе могла быть направлена на пробуждение вуайеристских чувств у зрителей. Использование женского тела в качестве объекта страсти позволяет раскрыть амбиции Тирана после кульминации пьесы. Нельзя не отметить влияние грима, поскольку его стратегическое использование было популярно в эпоху Возрождения. Т. В. Крейк отмечает, что грим часто служит символом морального разложения. Это имеет важное значение, поскольку "Трагедию второй девы" можно рассматривать как комментарий к политической жизни. В то время, когда пьеса была написана, считалось, что двор Якова I остро нуждается в моральной очистке. Таким образом, присутствие грима в "Трагедии второй девы" символизирует грех и развращенность при дворе Якова I. Кроме того, отравленные губы, ставшие причиной смерти Тирана, также имеют символическое значение. В эпоху Якова I было известно, что косметика часто содержала ядовитые вещества. Однако в данном случае, действие и чувство любви оказались необратимыми и привели к трагическим последствиям. Понятие целомудрия в тексте носит символический характер, поскольку женское тело воспринимается как идол, а супружеская верность имеет первостепенное значение. Для мужских персонажей, таких как Тиран, связь с несколькими женщинами не являлась проблемой, поскольку он обладал властью. В случае с женщиной, нарушение супружеской верности могло повлечь за собой различные последствия из-за влияния мужа. Интересно также отметить разобщенность между телом и духом. После смерти Леди стало очевидно, что ее тело лишено духа, поскольку ее душа стремилась спасти материнское тело от Тирана. Можно утверждать, что "образ Леди разделен на три ипостаси, которые в конечном итоге оказываются несовместимыми". Их можно определить как ее живое тело, оскверненный труп и ее святую душу. Каждая из этих ипостасей сыграла свою роль в обмане Тирана и создании негативного образа. Даже если пьеса демонизирует Тирана как чудовище, силы добродетели в конечном итоге оказываются соучастниками его преступления. Все эти элементы взаимосвязаны в "Трагедии второй девы", поскольку пьеса изобилует взаимосвязанными событиями и темами.

Основные факторы

Существует множество культурных и политических факторов, повлиявших на трагедию «Вторая дева». Мотив правителя, стремящегося к чистой и красивой женщине, был очень популярен и часто использовался в то время.

Софрония

История христианской мученицы Софронии может рассматриваться как оказавшая влияние на сюжет "Трагедии второй девы". Это влияние прослеживается благодаря сходству Софронии с Леди, которая кончает жизнь самоубийством после того, как Тиран приказывает страже схватить её и доставить к нему. Софрония также совершает самоубийство, нанося себе рану, когда император Максенций отправляет гонцов. Вероятность этого влияния высока, поскольку история и обстоятельства смерти Софронии были широко известны во времена написания пьесы.

Религиозное влияние

Смерть персонажа Леди в "Трагедии второй девы" можно рассматривать как параллель смерти и воскресению Христа. Подобно женщинам, пришедшим к гробнице Иисуса и не нашедшим там Его тела, Говиан отправляется навестить гробницу Леди и обнаруживает, что ее тело исчезло. Ангел сообщает женщинам, что Иисуса "здесь нет", а дух Леди говорит Говианусу: "Меня здесь нет".

Талмудская легенда и Ирод

В трагедии "Вторая дева" содержится конкретная отсылка к талмудической легенде о Мариамне, которую можно рассматривать как прямое влияние на пьесу. Она встречается в ib. III 115–120: «Однажды я читал об Ироде, чья страсть преследовала любовь девы, как и моя, и она, движимая ненавистью к нему, покончила с собой, как ты, слишком опрометчиво, без всякого сострадания». Мариамна совершает самоубийство, бросаясь с крыши, чтобы избежать брака с Иродом, который убил всех остальных членов ее семьи. Это перекликается с трагедией "Вторая дева", поскольку Леди совершает самоубийство, чтобы избежать Тирана, и у нее нет других родственников, кроме заключенного отца, Гельвеция. После ее смерти тело сохраняют в меде. Это явно сопоставимо со смертью Леди и ее сохранением по приказу Тирана. Когда Тиран узнает о самоубийстве Леди, он все равно намерен сделать ее своей женой и приказывает художнику нанести ей макияж, чтобы она казалась живой и он мог предать ее тело сексуальному насилию. Эта явная отсылка указывает как на эпоху написания трагедии "Вторая дева", так и на то, как внешние культурные знания повлияли на события и сюжет пьесы.