Милосердие Тита: Опера Моцарта и либретто Метастазио

Введение

Опера Вольфганга Амадея Моцарта
другие постановки на либретто Метастасио

«Милосердие Тита» (La clemenza di Tito), K. 621, — опера-сериа в двух действиях, написанная Вольфгангом Амадеем Моцартом на итальянское либретто Катерино Маццолы по мотивам либретто Пьетро Метастасио. Моцарт начал работу над оперой, одновременно завершая «Волшебную флейту» — последнюю из своих основных опер. Премьера «La clemenza di Tito» состоялась 6 сентября 1791 года в Театре Станов в Праге.

Предыстория

В 1791 году, в последний год своей жизни, Моцарт к июлю уже значительно продвинулся в работе над «Волшебной флейтой», когда его попросили сочинить оперу-сериа. Заказ поступил от импресарио Доменико Гвардасони, проживавшего в Праге и уполномоченного сословиями Богемии создать новое произведение к коронации Леопольда II, императора Священной Римской империи, как короля Богемии. Коронация была запланирована сословиями для ратификации политического соглашения между Леопольдом и богемской знатью (это отменило попытки брата Леопольда, Иосифа II, инициировать программу освобождения богемских крестьян и увеличить налоговое бремя аристократических землевладельцев). Леопольд стремился умиротворить богемскую знать, чтобы предотвратить восстание и укрепить свою империю перед лицом политических вызовов, вызванных Французской революцией. Церемония должна была состояться 6 сентября; Гвардасони обратился к вопросу об опере в июне. Ни одна опера Моцарта не была столь явно поставлена на службу политической повестке, как «Милосердие Тита», призванная в данном случае продвигать реакционную политику и социальные установки аристократической элиты. Нет никаких свидетельств, позволяющих оценить отношение Моцарта к этому, или даже знал ли он о внутренних политических конфликтах, бушевавших в королевстве Богемия в 1791 году. В контракте от 8 июля Гвардасони обещал нанять кастрата «ведущего качества» (это, по-видимому, имело большее значение, чем авторство оперы); что он «привлечет выдающегося маэстро к написанию либретто и его музыкальному оформлению». Время было ограничено, и у Гвардасони был пункт об освобождении от ответственности: если ему не удастся получить новый текст, он обратится к «La clemenza di Tito», либретто, написанному более полувека назад Пьетро Метастазио (1698–1782). Либретто Метастазио уже было положено на музыку почти 40 композиторами; сюжет основан на жизни римского императора Тита, на некоторых мимолетных упоминаниях в «Жизни двенадцати цезарей» римского писателя Светония, и было разработано Метастазио в 1734 году для итальянского композитора Антонио Кальдары. Среди более поздних версий – опера Глюка 1752 года и версия Йозефа Мысливечка 1774 года. Моцарт определенно был знаком с либретто до начала работы над оперой; в 1770 году он вместе с отцом посетил постановку в Кремоне. После 1791 года было создано еще три постановки. Гвардасони изначально рассматривал не Моцарта, а Антонио Сальери, наиболее выдающегося композитора итальянской оперы в Вене и главу музыкального учреждения при императорском дворе. Однако Сальери был слишком занят и отказался от заказа, хотя и присутствовал на коронации. Либретто было отредактировано придворным поэтом Катерино Маццола и приведено в более удобный вид. Необычно, в личном каталоге произведений Моцарта Маццоле приписывается его переработка с примечанием, что либретто было «переработано в настоящую оперу». Маццола объединил оригинальное либретто из трех актов в два, и ни одна из оригинальных арий Метастазио не вошла в средний акт. Маццола заменил значительную часть диалогов ансамблями и написал новый финал первого акта, составленный из строк оригинального либретто, представляющий восстание, в то время как Метастазио лишь описывает его. Опыт Гвардасони с работой Моцарта над «Доном Жуаном» убедил его в том, что молодой композитор вполне способен работать в самые сжатые сроки. Моцарт охотно принял заказ, учитывая, что его гонорар будет вдвое выше, чем за аналогичную оперу, заказанную в Вене. Ранний биограф Моцарта, Нимецчек, утверждал, что опера была завершена всего за 18 дней, и в такой спешке, что сухие речитативы были написаны другим композитором, предположительно Францем Ксавером Зюссмайром, считавшимся учеником Моцарта. Хотя нет других документов, подтверждающих участие Зюссмайра, ни один из сухих речитативов не находится в автографе Моцарта, и известно, что Зюссмайр отправился с Моцартом в Прагу за неделю до премьеры, чтобы помочь с репетициями, вычиткой и копированием. Некоторые исследователи творчества Моцарта предполагали, что он работал над оперой гораздо дольше, возможно, с 1789 года; однако все эти теории были тщательно опровергнуты в современной англоязычной музыковедческой литературе. Опера, возможно, и не была написана всего за 18 дней, но она, безусловно, входит в число опер, написанных за самое короткое время и до сих пор часто исполняемых, наряду с «Итальянкой в Алжире», «Севильским цирюльником» и «Золушкой» Россини. Неизвестно, что Леопольд думал об опере, написанной в его честь. Сообщения о том, что его жена, Мария Луиза Испанская, назвала ее «una porcheria tedesca» (дословно с итальянского «немецкая свинина», но более идиоматично – «немецкий беспорядок»), датируются не ранее 1871 года и содержатся в сборнике литературных зарисовок Альфреда Мейсснера об истории Праги, якобы основанном на воспоминаниях деда автора, присутствовавшего на коронационных церемониях.

In 1791, the last year of his life, Mozart was already well advanced in writing Die Zauberflöte by July when he was asked to compose an opera seria. The commission came from the impresario Domenico Guardasoni, who lived in Prague and who had been charged by the Estates of Bohemia with providing a new work to celebrate the coronation of Leopold II, Holy Roman Emperor, as King of Bohemia. The coronation had been planned by the Estates in order to ratify a political agreement between Leopold and the nobility of Bohemia (it had rescinded efforts of Leopold's brother Joseph II to initiate a program to free the serfs of Bohemia and increase the tax burden of aristocratic landholders). Leopold desired to pacify the Bohemian nobility in order to forestall revolt and strengthen his empire in the face of political challenges engendered by the French Revolution. The ceremony was to take place on 6 September; Guardasoni had been approached about the opera in June. No opera of Mozart was more clearly pressed into the service of a political agenda than La clemenza di Tito, in this case to promote the reactionary political and social policies of an aristocratic elite. No evidence exists to evaluate Mozart's attitude toward this, or even whether he was aware of the internal political conflicts raging in the kingdom of Bohemia in 1791. In a contract dated 8 July, Guardasoni promised that he would engage a castrato "of leading quality" (this seems to have mattered more than who wrote the opera); that he would "have the libretto caused to be written and to be set to music by a distinguished maestro". The time was tight and Guardasoni had a get out clause: if he failed to secure a new text, he would resort to La clemenza di Tito, a libretto written more than half a century earlier by Pietro Metastasio (1698–1782). Metastasio's libretto had already been set by nearly 40 composers; the story is based on the life of Roman Emperor Titus, from some brief hints in The Lives of the Caesars by the Roman writer Suetonius, and was elaborated by Metastasio in 1734 for the Italian composer Antonio Caldara. Among later settings were Gluck's in 1752 and Josef Mysliveček's version in 1774. Mozart was definitely familiar with the libretto before composition; in 1770, he saw a production with his father of it's setting in Cremona. There would be three further settings after 1791. Mozart was not Guardasoni's first choice. Instead, he approached Antonio Salieri, the most distinguished composer of Italian opera in Vienna and head of the music establishment at the imperial court. But Salieri was too busy, and he declined the commission, although he did attend the coronation. The libretto was edited into a more useful state by the court poet Caterino Mazzolà. Unusually, in Mozart's personal catalogue of compositions, Mazzolà is credited for his revision with the note that the libretto had been "reworked into a true opera". Mazzolà conflated the original three act libretto into two acts, and none of the original Metastasio arias are from the original middle act. Mazzolà replaced a lot of the dialogue with ensembles and wrote a new act one finale, cobbled from lines in the original libretto, which presents the uprising, whereas Metastasio merely describes it. Guardasoni's experience of Mozart's work on Don Giovanni convinced him that the younger composer was more than capable of working on the tightest deadline. Mozart readily accepted the commission given his fee would be twice the price of a similar opera commissioned in Vienna. Mozart's earliest biographer Niemetschek alleged that the opera was completed in just 18 days, and in such haste that the secco recitatives were supplied by another composer, probably Franz Xaver Süssmayr, believed to have been Mozart's pupil. Although no other documentation exists to confirm Süssmayr's participation, none of the secco recitatives are in Mozart's autograph, and it is known that Süssmayr traveled with Mozart to Prague a week before the premiere to help with rehearsals, proofreading, and copying. It has been suggested by scholars of Mozart that he had been working on the opera much longer, perhaps since 1789; however, all such theories have now been thoroughly refuted in the English language musicological literature. The opera may not have been written in just 18 days, but it certainly ranks with Rossini's L'italiana in Algeri, Il barbiere di Siviglia and La Cenerentola as one of the operas written in the shortest amount of time that is still frequently performed today. It is not known what Leopold thought of the opera written in his honor. Reports that his wife Maria Luisa of Spain dismissed it as una porcheria tedesca (literally in Italian "German swinishness", but most idiomatically translated "A German mess") do not pre date 1871, in a collection of literary vignettes by Alfred Meissner about the history of Prague purportedly based on recollections of the author's grandfather, who was present for the coronation ceremonies.

История выступлений

Премьера состоялась через несколько часов после коронации Леопольда. Х. К. Роббинс Лэндон утверждает, что "крайне маловероятно", что Моцарт сам был дирижером, вопреки распространенному мнению. Роль Сесто исполнил кастрато-сопрано Доменико Бедини. Первая публичная постановка оперы состоялась 6 сентября 1791 года в Театре сословий в Праге. Хотя оркестр принадлежал театру, кларнетист Антон Штадлер приехал в Прагу вместе с Моцартом и играл в оркестре. Именно для него Моцарт написал два выдающихся обблигато: для бассетового кларнета в арии Сесто "Parto, parto, ma tu ben mio" и для бассетового рога в арии Вителлии "Non più di fiori". 28 февраля 1796 года в Берлинской королевской опере были исполнены отрывки из оперы с участием Маргарете Луизы Шик, Генриетты Ригини, Августа Фишера и Констанцы Моцарт. Опера оставалась популярной на протяжении многих лет после смерти Моцарта. Она стала первой полной оперой Моцарта, достигшей Лондона, где состоялась ее премьера 27 марта 1806 года в театре Его Величества. В составе труппы был Джон Брахам, чья давняя спутница Нэнси Сторас была первой Сюзанной в "Свадьбе Фигаро" в Вене. Однако, поскольку опера была показана лишь однажды, она, по-видимому, не вызвала особого интереса. Насколько известно, в Лондоне она больше не ставилась до Фестиваля в Сент-Панкрасе в 1957 году. Первая постановка в миланском театре Ла Скала состоялась 26 декабря 1818 года. Североамериканская премьера состоялась 4 августа 1952 года в Музыкальном центре Беркшира в Танглвуде. Долгое время музыковеды считали "Тита" не самым удачным произведением композитора. Альфред Эйнштейн в 1945 году писал, что "принято пренебрежительно отзываться о La clemenza di Tito и считать ее результатом спешки и усталости", и в определенной степени продолжает эту критику, называя персонажей марионетками – например, "Тито – это всего лишь кукла, воплощающая великодушие", – и утверждая, что опера-сериа уже была угасающим жанром. Однако в последние годы опера подверглась некоторой переоценке. Стэнли Сэди считал, что она демонстрирует, как Моцарт "отвечает сдержанной, благородной и теплой музыкой на новый вид стимула". Опера сохраняет достаточно высокий статус и входит в нижнюю часть "Топ-50" наиболее часто исполняемых опер в крупных театрах мира. На Зальцбургском фестивале 2017 года Питер Селларс представил свою интерпретацию оперы как "видение мирного сосуществования", "выходящее далеко за рамки исторического контекста", в совместной постановке с Голландской национальной оперой (Амстердам) и Берлинской государственной оперой. Под управлением Теодора Курентзиса премьера состоялась 27 июля 2017 года в Фелзенрайцшюле в Зальцбурге. Опера также была исполнена в рамках летнего фестиваля в Глиндеборне в 2017 году. В 2019 году Лос-Анджелесская опера впервые в своей истории поставила это произведение в совершенно новой постановке под руководством Джеймса Конлона с Расселом Томасом в заглавной роли и Элизабет ДеШонг в роли Сесто. В том же году опера была поставлена в Метрополитен-опере в Нью-Йорке и транслировалась 20 апреля 2019 года.

The premiere took place a few hours after Leopold's coronation. H. C. Robbins Landon says that it is "most unlikely" that Mozart himself was the conductor, despite what has been commonly asserted. The role of Sesto was taken by castrato soprano, Domenico Bedini. The opera was first performed publicly on 6 September 1791 at the Estates Theatre in Prague. While the orchestra was that of the theatre, the clarinet player Anton Stadler had journeyed to Prague with Mozart, and played in the orchestra. It was for him that Mozart wrote two very prominent obbligati: for basset clarinet in Sesto's aria "Parto, parto, ma tu ben mio", and for basset horn in Vitellia's aria "Non più di fiori". Excerpts from the opera were performed on 28 February 1796 at the Berlin Royal Opera, with Margarete Luise Schick, Henriette Righini, de, lt=August Fischer, de, and Constanze Mozart performing. The opera remained popular for many years after Mozart's death. It was the first full Mozart opera to reach London, receiving its première there at His Majesty's Theatre on 27 March 1806. The cast included John Braham, whose long time companion Nancy Storace had been the first Susanna in The Marriage of Figaro in Vienna. However, as it was only played once, it does not appear to have attracted much interest. As far as can be gathered, it was not staged in London again until at the St Pancras Festival in 1957. The first performance at La Scala in Milan was on 26 December 1818. The North American premiere was staged on 4 August 1952 at the Berkshire Music Center in Tanglewood. For a long time, Mozart scholars regarded Tito as an inferior effort of the composer. Alfred Einstein in 1945 wrote that it was "customary to speak disparagingly of La clemenza di Tito and to dismiss it as the product of haste and fatigue", and he continues the disparagement to some extent by condemning the characters as puppets – e. g., "Tito is nothing but a mere puppet representing magnanimity" – and claiming that the opera seria was already a moribund form. However, in recent years the opera has undergone something of a reappraisal. Stanley Sadie considered it to show Mozart "responding with music of restraint, nobility and warmth to a new kind of stimulus". The opera retains a reasonably high profile, and is in the lower reaches of the 'Top 50' performed at major houses, worldwide. At the Salzburg Festival 2017, Peter Sellars directed his interpretation of the opera, as "a vision of peaceful coexistence", "reaching far beyond the historical context", a coproduction with the Dutch National Opera, Amsterdam, and the Deutsche Oper Berlin. Conducted by Teodor Currentzis, it premiered on 27 July 2017 at the Felsenreitschule in Salzburg. The opera was also performed as part of Glyndebourne's 2017 summer festival. In 2019 the Los Angeles Opera put on the work for the first time in its history in an all new production, conducted by James Conlon and starring Russell Thomas in the title role and Elizabeth DeShong as Sesto. In the same year the opera was performed at the Metropolitan Opera in New York City and broadcast on April 20, 2019.

Инструментовка

Опера написана для 2 флейт, 2 гобоев, 2 кларнетов (один также бассет-кларнет и бассет-горн), 2 фаготов, 2 валторн, 2 труб, литавр и струнных. Басо континуо в речитативах секко исполняется на клавесине и виолончели. В современной практике исполнения часто используется фортепиано.

Синопсис

Место и время: Древний Рим, 79 год нашей эры.

Первое действие

Вителлия, дочь покойного императора Вителлия (которого сверг отец Тита, Веспасиан), жаждет отомстить Титу. Она подстрекает влюбленного в нее и нерешительного друга Тита, Сесто, к действиям против него (дуэт "Come ti piace, imponi"). Но когда она узнает, что Тит отправил Беренику Киликийскую, к которой она испытывала ревность, обратно в Иерусалим, Вителлия просит Сесто отложить исполнение ее воли, надеясь, что Тит выберет ее (Вителлию) в качестве своей императрицы (ария "Deh, se piacer mi vuoi"). Однако Тит решает выбрать сестру Сесто, Сервилию, своей императрицей и поручает Аннию (другу Сесто) передать Сервилии это известие (ария "Del più sublime soglio"). Поскольку Анний и Сервилия тайно влюблены друг в друга, эта новость крайне нежелательна для них обоих (дуэт "Ah, perdona al primo affetto"). Сервилия решает открыть Титу правду, но добавляет, что если Тит все же настаивает на браке, она подчинится. Тит благодарит богов за честность Сервилии и немедленно отказывается от мысли разлучать ее с Аннием (ария "Ah, se fosse intorno al trono"). Тем временем Вителлия узнает о заинтересованности Тита в Сервилии и вновь охвачена ревностью. Она призывает Сесто убить Тита. Он соглашается и исполняет одну из самых знаменитых арий оперы ("Parto, parto, ma tu, ben mio" с обязательным сопровождением басового кларнета). Почти сразу после его ухода, Анний и стражник Публий прибывают, чтобы сопроводить Вителлию к Титу, который теперь выбрал ее своей императрицей. Она разрывается между чувством вины и тревогой за то, что послала Сесто. Сесто, тем временем, находится на Капитолии, терзаемый муками совести (речитатив "Oh Dei, che smania è questa"), когда он и его сообщники готовятся поджечь здание. Остальные персонажи (кроме Тита) входят поочередно и с ужасом реагируют на горящий Капитолий. Сесто возвращается и объявляет, что видел убитого Тита, но Вителлия останавливает его, чтобы не выдать себя как убийцу. Остальные оплакивают Тита в медленном и скорбном финале первого акта.

Vitellia, daughter of the late emperor Vitellius (who had been deposed by Tito's father Vespasian), wants revenge against Tito. She stirs up Tito's vacillating friend Sesto, who is in love with her, to act against him (duet "Come ti piace, imponi"). But when she hears word that Tito has sent Berenice of Cilicia, of whom she was jealous, back to Jerusalem, Vitellia tells Sesto to delay carrying out her wishes, hoping Tito will choose her (Vitellia) as his empress (aria "Deh, se piacer mi vuoi"). Tito, however, decides to choose Sesto's sister Servilia to be his empress, and orders Annio (Sesto's friend) to bear the message to Servilia (aria "Del più sublime soglio"). Since Annio and Servilia, unbeknownst to Tito, are in love, this news is very unwelcome to both (duet "Ah, perdona al primo affetto"). Servilia decides to tell Tito the truth but also says that if Tito still insists on marrying her, she will obey. Tito thanks the gods for Servilia's truthfulness, and immediately forswears the idea of coming between her and Annio (aria "Ah, se fosse intorno al trono"). In the meantime, however, Vitellia has heard the news about Tito's interest in Servilia and is again boiling with jealousy. She urges Sesto to assassinate Tito. He agrees, singing one of the opera's most famous arias ("Parto, parto, ma tu, ben mio" with basset clarinet obbligato). Almost as soon as he leaves, Annio and the guard Publio arrive to escort Vitellia to Tito, who has now chosen her as his empress. She is torn with feelings of guilt and worry over what she has sent Sesto to do. Sesto, meanwhile, is at the Capitol wrestling with his conscience (recitativo "Oh Dei, che smania è questa"), as he and his accomplices go about to burn it down. The other characters (except Tito) enter severally and react with horror to the burning Capitol. Sesto reenters and announces that he saw Tito slain, but Vitellia stops him from incriminating himself as the assassin. The others lament Tito in a slow, mournful conclusion to act one.

Второе действие

Действие начинается с того, что Аннио сообщает Сесто, что император Тито жив и только что был замечен; в дыму и суматохе Сесто принял другого за Тито. Сесто хочет покинуть Рим, но Аннио убеждает его остаться (ария "Torna di Tito a lato"). Вскоре прибывает Публий, чтобы арестовать Сесто, сообщая, что в одежде Тито был застигнут один из соучастников Сесто, который был ранен Сесто, хотя и не смертельно. Сенат судит Сесто, а Тито нетерпеливо ждет, уверенный в невиновности друга; Публий выражает свои сомнения (ария "Tardi s'avvede d'un tradimento") и уходит в Сенат. Аннио умоляет Тито проявить милосердие к своему другу (ария "Tu fosti tradito"). Публий возвращается и объявляет, что Сесто признан виновным, и Тито, терзаемый муками, должен подписать смертный приговор. Он решает сначала вызвать Сесто, чтобы узнать больше о заговоре. Сесто берет всю вину на себя и утверждает, что заслуживает смерти (рондо "Deh, per questo istante solo"), и Тито приговаривает его к казни и отпускает. Но после продолжительной внутренней борьбы Тито разрывает смертный приговор Сесто. Он решает, что если мир захочет обвинить его (Тита) в чем-либо, пусть это будет за излишнюю милосердность, а не за мстительность (ария "Se all'impero"). Вителлия в это время раздираема чувством вины, но Сервилия предупреждает ее, что одних слез недостаточно, чтобы спасти Сесто (ария "S'altro che lagrime"). Вителлия наконец решается признаться Тито во всем, отказавшись от надежд на власть (рондо "Non più di fiori" с оббгато бассет-горном). В амфитеатре приговоренные к смерти (включая Сесто) ждут, когда их бросят на растерзание диким зверям. Тито собирается проявить милосердие, когда Вителлия признается, что именно она была вдохновителем заговора Сесто. Несмотря на потрясение, император включает ее в общее помилование (recitativo accompagnato "Ma che giorno è mai questo?"). Опера завершается всеобщим восхвалением великодушия Тито; он же просит богов укоротить его дни, если он когда-либо перестанет заботиться о благе Рима.

The act begins with Annio telling Sesto that Emperor Tito is in fact alive and has just been seen; in the smoke and chaos, Sesto mistook another for Tito. Sesto wants to leave Rome, but Annio persuades him not to (aria "Torna di Tito a lato"). Soon Publio arrives to arrest Sesto, bearing the news that it was one of Sesto's co conspirators who dressed himself in Tito's robes and was stabbed, though not mortally, by Sesto. The Senate tries Sesto as Tito waits impatiently, sure that his friend will be exonerated; Publio expresses his doubts (aria "Tardi s'avvede d'un tradimento") and leaves for the Senate. Annio begs Tito to show clemency towards his friend (aria "Tu fosti tradito"). Publio returns and announces that Sesto has been found guilty and an anguished Tito must sign Sesto's death sentence. He decides to send for Sesto first, attempting to obtain further details about the plot. Sesto takes all the guilt on himself and says he deserves death (rondo "Deh, per questo istante solo"), so Tito tells him he shall have it and sends him away. But after an extended internal struggle, Tito tears up the execution warrant for Sesto. He determines that, if the world wishes to accuse him (Tito) of anything, it should charge him with showing too much mercy, rather than with having a vengeful heart (aria "Se all'impero"). Vitellia at this time is torn by guilt, but Servilia warns her that tears alone will not save Sesto (aria "S'altro che lagrime"). Vitellia finally decides to confess all to Tito, giving up her hopes of empire (rondo "Non più di fiori" with basset horn obbligato). In the amphitheatre, the condemned (including Sesto) are waiting to be thrown to the wild beasts. Tito is about to show mercy, when Vitellia offers her confession as the instigator of Sesto's plot. Although shocked, the emperor includes her in the general clemency he offers (recitativo accompagnato "Ma che giorno è mai questo?"). The opera concludes with all the subjects praising the extreme generosity of Tito; he then asks that the gods cut short his days, should he ever cease to care for the good of Rome.