Введение

Часть бретонской войны за наследство (1351)

После ожесточённой битвы победила франко-бретонская группировка Блуа. Бой впоследствии был воспет средневековыми хронистами и менестрелями как благородное воплощение рыцарских идеалов. Как выразился Жан Фруассар, воины "с обеих сторон сражались с такой же доблестью, словно все они были Роландами и Оливерами".

Фон и причина

Бретонская война за наследство была борьбой между домом Монфор и домом Блуа за контроль над герцогством Бретань. Она переросла в более масштабную Столетнюю войну между Францией и Англией, где Англия поддерживала Монфоров, а Франция – семью Блуа. К моменту турнира война зашла в тупик: каждая фракция контролировала крепости в разных частях Бретани, периодически совершая вылазки на территорию противника. Роберт Бемборо, рыцарь, возглавлявший фракцию Монфоров, контролировавшую Плоэрмель, был вызван на поединок Жаном де Бомануаром, капитаном близлежащего Жосселина, подвластного фракции Блуа. По свидетельству хрониста Фруассара, эта изначально личная дуэль между двумя предводителями переросла в более масштабное состязание, когда Бемборо предложил турнир между двадцатью или тридцатью рыцарями с каждой стороны, что де Бомануар с энтузиазмом поддержал. Мотивы турнира неясны. Самые ранние письменные источники описывают его как чисто рыцарское упражнение, предпринятое в честь дам, ради которых сражались рыцари – Жанны Бретонской (дом Блуа) и Жанны Фландрской (дом Монфор). Обе эти женщины возглавляли фракции, поскольку муж Жанны Бретонской находился в плену, а муж Жанны Фландрской был мертв (ее сын был еще ребенком). Такое описание дают современники Жан Лебель и Жан Фруассар, представляющие конфликт исключительно как вопрос чести, без личной неприязни. Лебель утверждает, что получил информацию от одного из участников поединка, а Фруассар, по-видимому, просто скопировал версию Лебеля. Эта версия была закреплена в «Истории бретонцев» Пьера Ле Бо, написанной столетие спустя, где предполагаемая жестокость Бемборо объясняется его желанием отомстить за смерть Томаса Дагворта. Как бы то ни было, бой был организован в форме эмпрайза – условного pas d'armes – и проходил в местности, известной как chêne de Mi Voie (Дуб на полпути) между Плоэрмелем и Жосселином, между отобранными воинами. Он был организован как турнир, с угощениями и большим количеством зрителей. По преданию, Бемборо сказал:

«И пусть мы испытаем себя здесь и сделаем так много, чтобы об этом говорили в будущем в залах, во дворцах, на площадях и повсюду в мире». Фруассар записал эти слова: «Это высказывание может быть и не подлинным, – замечает Йохан Хёйзинга, – но оно показывает, что думал Фруассар». Бомануар командовал тридцатью бретонцами, Бемборо – смешанным отрядом из двадцати англичан (включая Роберта Кноллеса и Хью Калвели), шести немецких наемников и четырех бретонских сторонников Монфоров. Неясно, был ли сам Бемборо англичанином или немцем. Его имя пишется в различных вариантах, Фруассар называет его «Брандебурхом», также встречается написание «Бембро». Его имя иногда указывается как Роберт, иногда как Ричард. И Лебель, и Фруассар утверждают, что он был немецким рыцарем, но историки сомневаются в этом. По словам Фруассара, битва велась с большой доблестью с обеих сторон. После нескольких часов боя на французской стороне погибло четверо, на английской – двое. Обе стороны были измотаны и согласились на перерыв для угощения и перевязки ран. После возобновления битвы английский предводитель Бемборо был ранен, а затем убит, предположительно, дю Буа. Тогда английская фракция образовала плотное оборонительное построение, которое французы неоднократно атаковали. Немецкий солдат по имени Крокар, как говорят, проявил наибольшую храбрость, поддерживая англо-бретонскую оборону. В конце концов, победу решил Гийом де Монтобан, оруженосец, который оседлал коня и ворвался в английское построение, прорвав его. Он поверг семь английских чемпионов, остальные были вынуждены сдаться. Все воины с обеих сторон были либо мертвы, либо тяжело ранены, девять – на английской стороне.

Репутация

Хотя сражение не оказало никакого влияния на исход бретонской войны за наследство, современники считали его примером высочайшего рыцарства. О нем слагали трубадуры, его пересказывали в хрониках Фруассара, им восхищались и прославляли в стихах и изобразительном искусстве. На месте сражения, расположенном между Жосселином и Плёрмелем, был установлен памятный камень, а король Франции Карл V заказал гобелен, изображающий это событие. Слава участников была настолько велика, что спустя двадцать лет Жан Фруассар заметил оставшегося в живых Иво Шарруэля за столом Карла V, где он был удостоен большей чести, чем все остальные, поскольку был одним из Тридцати. По словам историка Стивена Мюльбергера, в этом рыцарском изложении акцент делается на "том, как был совершен поступок, а не на том, кто победил. В центре внимания – готовность всех сторон согласиться с правилами и неукоснительно их соблюдать, сражаться изо всех сил и не бежать, будучи ранеными или находящимися под угрозой пленения, – и обе стороны предстают в этом отношении одинаково достойными". Позднее сражение стали рассматривать в совершенно ином свете, под влиянием самых известных из современных народных баллад на эту тему. В этой версии английские рыцари изображены злодеями, а сторонники Блуа – верными и достойными местными воинами. Балладопевец перечисляет всех бойцов с обеих сторон (хотя и путает некоторые английские имена). Он представляет франко-бретонскую фракцию Блуа как местное дворянство и аристократию, исполняющую свой долг по защите народа, тем самым, как пишет Мюльбергер, оправдывая "привилегии, которыми дворяне обладали как храбрые защитники слабых". Монфортисты же – это смесь иностранных наемников и разбойников, которые "терзают бедный народ". Хотя сражение имело меньшее значение для англичан, тот факт, что оно было выиграно благодаря тому, что один из бойцов оседлал коня, чтобы прорвать англо-бретонский строй, впоследствии был представлен как доказательство нечестности франко-бретонцев. В "Истории Франции" Эдварда Смедли (1836) утверждается, что этот маневр "носит отпечаток вероломства". Артур Конан Дойл вымышленно изобразил это в своем историческом романе "Сэр Найджел", где Бемборо (в романе – Ричард из Бамбро) принимает правила вызова в рыцарском духе, но франко-бретонцы побеждают лишь потому, что Монтобан, изображенный оруженосцем Бомануара, садится на коня, когда сражение должно было вестись пешком, и наскакивает на англичан, топча их. Свободный поэтический перевод баллады был выполнен Харрисоном Эйнсвортом, который называет английского предводителя "сэром Робертом Пемброком". Он фантастически изображает его как общего английского лидера после смерти Томаса Дагворта. Эйнсворт утверждал, что "Бембро" изначально был "Пемброком", поскольку бретонский вариант имени звучал как "Пеннброк". "Пенн-брок" означает "голова барсука" на бретонском языке, что стало презрительным прозвищем Бемборо в бретонских балладах.