Введение

Совокупность правовых принципов, дополняющих, но отличных от общего права – область права.

В области юриспруденции, справедливость представляет собой особый свод правовых норм, разработанный в английском Суде Канцлерства. Концептуально, справедливость являлась частью исторического происхождения системы общего права Англии. Традиция справедливости берет начало в античности, в трудах Аристотеля (epieikeia) и в римском праве (aequitas). Позднее, в системах гражданского права, справедливость была интегрирована в правовые нормы, в то время как в системах общего права она стала самостоятельным сводом правовых норм. В юрисдикциях общего права слово "справедливость" "не является синонимом "общей справедливости" или "естественного правосудия", а относится к "определенному набору правил, возникших в особой системе судов". На протяжении большей части своей истории английское общее право в основном развивалось и применялось в центральных королевских судах: Суде Королевской скамьи, Суде общих исков и Казначействе. Справедливость – это название, данное праву, которое применялось в Суде Канцлерского двора. Законы о судопроизводстве 1870-х годов привели к процессуальному слиянию двух сводов правовых норм, положив конец их институциональному разделению. Однако реформы не привели к слиянию самих сводов правовых норм. Например, отсутствие слияния означало, что все еще было невозможно получить справедливое средство правовой защиты за чисто общеправовое нарушение. Судебные или академические рассуждения, предполагающие обратное, были названы "ошибкой слияния". Юрисдикции, унаследовавшие систему общего права, по-разному подходят к вопросам справедливости. В течение двадцатого века некоторые системы общего права стали уделять меньше внимания историческому или институциональному происхождению материальных правовых норм. В Англии и Уэльсе, Австралии, Новой Зеландии и Канаде справедливость остается самостоятельным сводом правовых норм. Современная справедливость включает, в частности:

право, касающееся выраженных, производных и конструктивных трастов;
доверительное право;
справедливое возражение (включая обещания и возражения, основанные на правах собственности);
освобождение от штрафных санкций и конфискации;
доктрины соразмерной доли, суброгации и маршаллинга; и
справедливый зачет. Во второй половине двадцатого века развернулись острые дебаты о целесообразности рассмотрения справедливости как отдельного свода правовых норм. Эти дебаты получили название "войн слияния". Особую остроту в этих дебатах имело понятие необоснованного обогащения и вопрос о том, можно ли области права, традиционно считающиеся справедливыми, рационализировать как часть единого свода правовых норм, известного как право необоснованного обогащения.

Статут пользования 1535

Одной из областей, в которой суд канцлера играл жизненно важную роль, было обеспечение исполнения учредительных распоряжений (uses), что не соответствовало жесткой структуре земельного права. Эта роль дала начало фундаментальному разграничению между юридическими и справедливыми правами. Чтобы избежать уплаты земельных налогов и других феодальных повинностей, юристы разработали примитивную форму траста, известную как "учредительное распоряжение" (the use), которая позволяла одному лицу (не облагаемому налогом) владеть юридическим титулом на землю в интересах другого лица. Эффект этого траста заключался в том, что первое лицо владело землей по общему праву, а второе лицо имело право пользования землей по праву справедливости. Генрих VIII принял Статут об учредительных распоряжениях в 1535 году (вступивший в силу в 1536 году) в попытке запретить эту практику и восстановить утраченные доходы. Закон фактически сделал выгодоприобретателя земли юридическим владельцем и, следовательно, ответственным за феодальные повинности. Реакцией юристов на этот Статут стало создание "учредительного распоряжения на учредительное распоряжение" (use upon a use). Статут признавал только первое учредительное распоряжение, и поэтому землевладельцы вновь смогли разделить юридические и выгодоприобретательские права на свою землю.

Австралия

Равенство остается краеугольным камнем австралийского частного права. Серия дел в 1980-х годах продемонстрировала повторное подтверждение Высоким судом Австралии продолжающей жизнеспособности традиционных доктрин справедливости. В 2009 году Высокий суд подтвердил важность справедливости и отверг предположение о том, что необоснованное обогащение обладает объяснительной силой по отношению к традиционным доктринам справедливости, таким как суброгация. Штат Новый Южный Уэльс особенно известен силой своей юриспруденции в области справедливости. Однако только в 1972 году, с введением реформы в Закон о Верховном суде 1970 года (НСУ), Отдел справедливости и Отдел общего права Верховного суда НСУ получили полномочия предоставлять средства правовой защиты как в рамках справедливости, так и общего права. В 1972 году Новый Южный Уэльс также принял один из ключевых разделов реформы судопроизводства, который подчеркивал, что в случае конфликта между общим правом и справедливостью, приоритет всегда будет отдаваться справедливости. Тем не менее, в 1975 году трое выпускников Сиднейской юридической школы и судей Верховного суда Нового Южного Уэльса – Родди Мейгер, Уильям Гаммоу и Джон Лехэйн – опубликовали труд «Справедливость: доктрины и средства правовой защиты». Он остается одним из наиболее авторитетных практических учебников в Австралии и Англии. В настоящее время книга находится в пятом издании и редактируется Дайсоном Хейдоном, бывшим судьей Высокого суда, судьей Марком Лимингом из Апелляционного суда Нового Южного Уэльса и доктором Питером Тернером из Кембриджского университета.

Шотландия

Суды Шотландии никогда не признавали разделения между общепринятым правом и принципами справедливости, и в связи с этим Судебная палата (высший гражданский суд Шотландии) осуществляла справедливую и неотъемлемую юрисдикцию, известную как nobile officium. Nobile officium позволяет суду предоставлять правовую защиту в случаях, когда закон или общее право не содержат положений, а также предотвращать ошибки в процедуре или практике, которые могут привести к несправедливости. Осуществление этой власти ограничено соблюдением прецедентов и случаями, когда законодательство или общее право уже определяют соответствующее средство правовой защиты. Таким образом, суд не может отменить законные полномочия, но может рассматривать ситуации, когда закон умалчивает или содержит пробел. Такой пробел иногда называют casus improvisus.

Индия

В Индии доктрина справедливости общего права традиционно соблюдалась даже после обретения независимости в 1947 году. Однако в 1963 году Парламент Индии принял Закон о специальном истребовании, последовав за рекомендацией Комиссии по праву Индии и отменив предыдущий "Закон о специальном истребовании" 1877 года. В соответствии с Законом 1963 года большинство принципов справедливости были кодифицированы и превращены в установленные законом права, что положило конец дискреционным полномочиям судов в отношении предоставления справедливых средств правовой защиты. Права, кодифицированные в соответствии с Законом 1963 года, включали следующее:
– Возврат владения недвижимым имуществом (ст. 5–8)
– Принудительное исполнение договоров (ст. 9–25)
– Исправление документов (ст. 26)
– Расторжение договоров (ст. 27–30)
– Отмена документов (ст. 31–33)
– Декларативные решения (ст. 34–35)
– Судебные запреты (ст. 36–42)

С этой кодификацией характер и срок действия ранее доступных справедливых средств правовой защиты были изменены, чтобы сделать их установленными законом правами, и для их принудительного исполнения требуется конкретное указание на них в иске. В той мере, в которой эти справедливые средства правовой защиты были кодифицированы в права, они больше не зависят от усмотрения судов или, как это принято в английском праве, от "воли канцлера", а являются правами, подлежащими исполнению при условии соблюдения требований Закона 1963 года. Тем не менее, в случае ситуаций, не охваченных Законом 1963 года, суды в Индии продолжают осуществлять свои неотъемлемые полномочия в соответствии со статьей 151 Гражданского процессуального кодекса 1908 года, который применяется ко всем гражданским судам в Индии. Уголовные суды в Индии не обладают такими неотъемлемыми полномочиями, за исключением Высоких судов в соответствии со статьей 482 Уголовно-процессуального кодекса 1973 года. Кроме того, такие неотъемлемые полномочия предоставлены Верховному суду Индии в соответствии со статьей 142 Конституции Индии, которая наделяет Верховный суд широкими полномочиями по вынесению постановлений "в той мере, в какой это необходимо для достижения полного правосудия по любому рассматриваемому делу".

Соединенные Штаты

В современной практике, пожалуй, наиболее важное различие между правом и справедливостью заключается в наборе средств правовой защиты, которые они предлагают. Наиболее распространенным гражданским средством правовой защиты, которое может присудить суд, является денежная компенсация убытков. Однако, справедливость предусматривает выдачу судебных запретов или постановлений, предписывающих лицу совершить определенное действие или воздержаться от его совершения. Часто такая форма помощи на практике оказывается более ценной для истца; например, истец, чей сосед отказывается вернуть его единственную молочную корову, заблудившуюся на его участке, может желать вернуть именно эту корову, а не только ее денежную стоимость. Тем не менее, как правило, истец не может получить справедливую защиту, если отсутствует “адекватное средство правовой защиты”; то есть, суд не выдаст судебный запрет, если денежная компенсация не является достаточным средством для возмещения причиненного вреда. Суды также могут выносить определенные виды немедленно исполнимых приказов, называемых “приказами” (например, приказ о habeas corpus), но они менее гибкие и их сложнее получить, чем судебный запрет. Другое различие заключается в недоступности суда присяжных в делах, рассматриваемых по правилам справедливости: судья является установщиком фактов. В американской правовой системе право на суд присяжных в гражданских делах, рассматриваемых в федеральном суде, гарантируется Седьмой поправкой к Конституции в делах, относящихся к общему праву, то есть в делах, которые традиционно рассматривались бы судами общей юрисдикции. Вопрос о том, должно ли дело рассматриваться судом присяжных, во многом зависит от характера запрашиваемой истцом защиты. Если истец требует возмещения убытков в виде денежных средств или других форм защиты, таких как возврат конкретного имущества, то защита считается правовой, и суд присяжных доступен для установления фактов. С другой стороны, если истец требует судебного запрета, декларативного решения, конкретного исполнения обязательства, изменения договора или иной неденежной защиты, то иск обычно рассматривается по правилам справедливости. Томас Джефферсон в 1785 году объяснил, что существует три основных ограничения на власть суда справедливости: “Если законодательный орган намерен установить несправедливость, какой бы очевидной она ни была, суд канцлерии не является органом, наделенным полномочиями по ее исправлению. Он не должен вмешиваться в любое дело, которое не подпадает под общее описание и не допускает разрешения по общему и практическому правилу”. Однако Верховный суд США пришел к выводу, что суды обладают широкой свободой усмотрения при определении средств правовой защиты в делах, рассматриваемых по правилам справедливости. Первое крупное заявление об этой власти было сделано в деле *Willard v. Tayloe*, 75 U.S. 557 (1869). Суд постановил, что “защита не является абсолютным правом ни одной из сторон; это вопрос, который остается на усмотрение суда и решается с учетом всех обстоятельств каждого конкретного дела”. Дело *Willard v. Tayloe* на протяжении многих лет являлось ведущим делом в договорном праве в отношении намерения и принудительного исполнения, а также в области справедливости. В Соединенных Штатах федеральные суды и большинство судов штатов объединили право и справедливость в суды общей юрисдикции, такие как окружные суды. Однако существенное различие между правом и справедливостью сохранило свою прежнюю значимость. Это различие – не просто техническая деталь, поскольку успешное рассмотрение некоторых дел затруднено или невозможно без вынесения временного судебного запрета или предварительного судебного решения, например, для предотвращения бегства должника из юрисдикции или отчуждения единственного имущества, доступного для удовлетворения судебного решения. Кроме того, некоторые законы, такие как Закон о гарантиях пенсионных выплат работникам (ERISA), специально разрешают только справедливую защиту, что вынуждает американские суды тщательно анализировать, была ли бы запрашиваемая защита доступна по правилам справедливости в аналогичных делах. Суды справедливости пользовались большим недоверием в северо-восточных Соединенных Штатах после Американской революции. Серьезное движение за слияние права и справедливости началось в штатах в середине XIX века, когда Дэвид Дадли Филд II убедил штат Нью-Йорк принять то, что стало известно как Кодекс Филда 1848 года. Федеральные суды отказались от прежнего разделения права и справедливости только после принятия Федеральных правил гражданского судопроизводства в 1938 году. Три штата до сих пор имеют отдельные суды для рассмотрения дел по праву и справедливости: Делавэр, чей Суд канцлерии рассматривает большинство дел, связанных с корпорациями Делавэра (включая непропорционально большое количество многоштатных корпораций); Миссисипи; и Теннесси. Однако слияние в некоторых штатах не является полным; другие штаты (например, Иллинойс и Нью-Джерси) имеют отдельные отделения для рассмотрения правовых и справедливых вопросов в рамках одного суда. Вирджиния имела отдельные списки дел по праву и справедливости (в одном суде) до 2006 года. Помимо корпоративного права, которое развилось из права о трастах, области, традиционно рассматриваемые судами справедливости, включали завещания и наследование, усыновление и опеку, а также брак и развод. Банкротство также исторически считалось вопросом справедливости; хотя банкротство в Соединенных Штатах сегодня является исключительно федеральным вопросом, полностью находящимся в ведении судов по делам о банкротстве в соответствии с принятием Кодекса о банкротстве Соединенных Штатов в 1978 году, суды по делам о банкротстве по-прежнему официально считаются “судами справедливости” и осуществляют справедливые полномочия в соответствии с Разделом 105 Кодекса о банкротстве. После слияния права и справедливости в судах США, американские суды общей юрисдикции переняли многие процедуры судов справедливости. Процедуры в суде справедливости были гораздо более гибкими, чем в судах общего права. В американской практике такие инструменты, как соединение исков, встречный иск, перекрестный иск и интерпледер, возникли в судах справедливости.