Секс-позитивный феминизм: свобода и раскрепощение.

Введение

Секс-позитивный феминизм, также известный как просексуальный феминизм, сексуальный радикальный феминизм или сексуально-либеральный феминизм, – это феминистское направление, акцентирующее внимание на сексуальной свободе. В его основе лежит идея, что сексуальная свобода является неотъемлемой частью свободы женщин. Сторонники этого направления выступают против любых юридических или социальных попыток контролировать сексуальную активность между согласными взрослыми, независимо от того, исходят ли эти попытки от правительства, других феминисток, противников феминизма или любых других институтов. Они поддерживают сексуальные меньшинства и выступают за создание коалиций с маргинализированными группами. Секс-позитивный феминизм тесно связан с движением за секс-позитив и объединяет активистов против цензуры, ЛГБТ-активистов, феминистских исследователей, создателей порнографии и эротики и других. Секс-позитивные феминистки полагают, что проституция может быть положительным опытом, если к работникам относятся с уважением, и считают, что секс-работа не должна быть криминализована.

Основные идеи

Гейл Рубин обобщает конфликт вокруг сексуальности внутри феминизма. Она утверждает, что одно феминистское направление критикует сексуальные ограничения и трудности, с которыми сталкиваются сексуально активные женщины (например, доступ к абортам), в то время как другое рассматривает сексуальную либерализацию как расширение "мужского привилегия". Секс-позитивные феминистки в целом отвергают сексуальный эссенциализм, который Рубин определяет как "идею о том, что сексуальность – это природная сила, существующая до социальной жизни и формирующая институты". Вместо этого они рассматривают сексуальную ориентацию и гендер как социальные конструкты, на которые оказывает сильное влияние общество. Радикальные феминистки, придерживающиеся секс-позитивной позиции, особенно, приходят к ней из-за глубокого недоверия к способности патриархата защищать интересы женщин в законах, ограничивающих сексуальность. Другие феминистки считают сексуальное освобождение женщин истинным мотивом женского движения. Наоми Вольф пишет: "Оргазм – это естественный призыв тела к феминистской политике". Шэрон Пресли, национальный координатор Ассоциации либертарианских феминисток, отмечает, что в сфере сексуальности правительство открыто дискриминирует женщин. Необходимо также понимать социальный контекст, в котором действует секс-позитивный феминизм: христианские общества часто подвержены влиянию того, что понимается как "традиционная" сексуальная мораль. Согласно христианскому учению, сексуальная активность допустима только в браке и должна быть вагинальным половым актом; сексуальные акты вне брака и "неестественные" (то есть оральный, анальный секс, называемый "содомией") запрещены; однако некоторые социальные и религиозные консерваторы не считают принудительный половой акт в браке аморальным, ссылаясь на так называемые "супружеские права", определенные в Библии в 1 Коринфянам 7:3-5. Такая организация сексуальности в последние десятилетия все чаще подвергается юридическим и социальным атакам. О криминализации сексуального насилия в браке см. Изнасилование в браке и Изнасилование в браке (законодательство США). О декриминализации "содомии" см. Закон о содомии и Законы о содомии в Соединенных Штатах. Кроме того, в некоторых культурах, особенно в странах Средиземноморья, находящихся под влиянием римского католицизма, распространены традиционные представления о мужественности и женской чистоте. Это приводит к тому, что многие интерпретируют как двойные стандарты в отношении мужской и женской сексуальности: от мужчин ожидается сексуальная напористость как способ подтверждения своей мужественности, а для того, чтобы женщину считали "хорошей", она должна сохранять чистоту. Чезаре Ломброзо в своей книге "Женщина-преступница" утверждал, что женщин можно разделить на три типа: преступницу, проститутку и нормальную женщину. Таким образом, женщины с высокой сексуальной активностью (проститутки) считались ненормальными. Феминистки "от Бетти Фридан и Кейт Миллетт до Карен ДеКроу, Венди Каминер и Ямайки Кинкейд" поддерживали право на потребление порнографии. Среди феминисток, выступающих за секс-позитивную позицию, – писательница Кэти Экер, исследовательница Камиль Паглиа, сексолог Меган Анделлу, Сьюзи Брайт, Рейчел Крамер Бюссель, Диана Кейдж, Аведон Кэрол, Патрик Калифия, Бетти Додсон, Нэнси Фрайдей, Джейн Галлоп, Лейси Грин, порноактриса Нина Хартли, Джозефина Хо, Эмбер Л. Холлибау, Бренда Говард, Лаура Кипнис, Венди МакЭлрой, Инга Муссио, Джоан Нестель, Марсия Палли, Кэрол Куин, Кандида Ройал, Гейл Рубин, Энни Спринкл, Тристан Таормино, Эллен Уиллис и Мирейль Миллер Янг.

Gayle Rubin summarizes the conflict over sex within feminism. She says that one feminist stream criticizes the sexual constraints and difficulties faced by sexually active women (e. g., access to abortion), while another stream views sexual liberalization as an extension of "male privilege". Sex positive feminists generally reject sexual essentialism, defined by Rubin as "the idea that sex is a natural force that exists prior to social life and shapes institutions". Rather, they see sexual orientation and gender as social constructs that are heavily influenced by society. Sex radical feminists in particular, come to a sex positive stance from a deep distrust in the patriarchy's ability to secure women's best interest in sexually limiting laws. Other feminists identify women's sexual liberation as the real motive behind the women's movement. Naomi Wolf writes, "Orgasm is the body's natural call to feminist politics." Sharon Presley, the National Coordinator of the Association of Libertarian Feminists, writes that in the area of sexuality, government blatantly discriminates against women. The social background in which sex positive feminism operates must also be understood: Christian societies are often influenced by what is understood as 'traditional' sexual morality: according to the Christian doctrine, sexual activity must only take place in marriage, and must be vaginal intercourse; sexual acts outside marriage and 'unnatural sex' (i. e. oral, anal sex, termed as "sodomy") are forbidden; yet forced sexual intercourse within marriage is not seen as immoral by a few social and religious conservatives, owing to the existence of so called 'conjugal rights' defined in the Bible at 1 Corinthians 7:3 5. Such organization of sexuality has increasingly come under legal and social attack in recent decades. For criminalization of sexual violence in marriage see Marital rape and Marital rape (US law). For decriminalization of "sodomy" see Sodomy law and Sodomy laws in the United States. In addition, in certain cultures, particularly in Mediterranean countries influenced by Roman Catholicism, traditional ideas of masculinity and female purity. This has led to what many interpret as a double standard between male and female sexuality; men are expected to be sexually assertive as a way of affirming their masculinity, but for a woman to be considered 'good', she must remain pure. Indeed, Cesare Lombroso claimed in his book, The Female Offender, that women could be categorized into three types: the Criminal Woman, the Prostitute, and the Normal Woman. As such, highly sexed women (prostitutes) were deemed as abnormal. Feminists "ranging from Betty Friedan and Kate Millett to Karen DeCrow, Wendy Kaminer and Jamaica Kincaid" supported the right to consume pornography. Feminists who have advocated a sex positive position include writer Kathy Acker, academic Camille Paglia, sex educator Megan Andelloux, Susie Bright, Rachel Kramer Bussel, Diana Cage, Avedon Carol, Patrick Califia, Betty Dodson, Nancy Friday, Jane Gallop, Laci Green, porn performer Nina Hartley, Josephine Ho, Amber L. Hollibaugh, Brenda Howard, Laura Kipnis, Wendy McElroy, Inga Muscio, Joan Nestle, Marcia Pally, Carol Queen, Candida Royalle, Gayle Rubin, Annie Sprinkle, Tristan Taormino, Ellen Willis, and Mireille Miller Young.

Положительность по отношению к сексу

По словам сексолога и автора Кэрол Куин в интервью исследователю и профессору Линн Комелла, она сказала: "[позитивное отношение к сексу] – это культурная философия, которая рассматривает сексуальность как потенциально положительную силу в жизни человека, и её можно противопоставить сексуальной негативности, которая видит секс как проблематичный, деструктивный, опасный. Позитивное отношение к сексу допускает и [ ] отмечает сексуальное разнообразие, различные желания и структуры отношений, а также индивидуальный выбор, основанный на согласии. [Негативный сексуальный опыт, вызванный недостатком информации, поддержки и выбора] – это культурные условия, на которые позитивное отношение к сексу позволяет нам указывать как на факторы, препятствующие здоровому и приятному сексуальному опыту". Она также добавила: "Это ощущение, что многим из нас отказывали в возможности и праве говорить от своего имени и обсуждать проблемы внутри нашего сообщества, привело к расцвету секс-позитивного феминизма. И именно поэтому существует секс-позитивный феминизм, а не просто позитивное отношение к сексу".

Исторические корни

Авторы, такие как Гейл Рубин и Венди МакЭлрой, видят корни позитивного феминизма, уходящие корнями в работу сексуальных реформаторов и активистов в области сексуального образования и доступа к контрацепции, таких как Хавелок Эллис, Маргарет Сэнгер, Мэри Деннет, а позднее Альфред Кинси и Шер Хайт. Однако современное воплощение сексуально позитивного феминизма появилось относительно недавно, после того как в 1970-х годах феминистский фокус на порнографии как источнике угнетения женщин усилился. Подъем второй волны феминизма совпал с сексуальной революцией и судебными решениями, ослабившими юридические ограничения на доступ к порнографии. В 1970-х годах радикальные феминистки все больше внимания уделяли вопросам сексуальности в патриархальном обществе. Некоторые феминистские группы начали задумываться о том, какой должна быть "правильная" феминистская сексуальность. Это особенно характерно для лесбийских сепаратистских групп, но этим вопросом занимались и некоторые гетеросексуальные женские группы, такие как Redstockings. С другой стороны, были и феминистки, такие как Бетти Додсон, которые считали женское сексуальное удовольствие и мастурбацию центральными для женской эмансипации. Порнография не была главной проблемой в эту эпоху; радикальные феминистки в целом выступали против порнографии, но этот вопрос не считался особенно важным до середины 1970-х годов. Тем не менее, существовали феминистки, выступающие за права проституток, такие как COYOTE, которые боролись за декриминализацию проституции. К концу 1970-х годов американское общество все больше беспокоилось о последствиях десятилетия большей сексуальной свободы, включая опасения по поводу откровенно насильственных и сексуальных образов в СМИ, распространения порнографии, повышенной сексуальной активности среди подростков и таких проблем, как распространение детской порнографии и предполагаемый рост "снэфф-фильмов". (Критики утверждают, что эта атмосфера вылилась в моральную панику, достигшую пика в середине 1980-х годов). Эти опасения отразились в феминистском движении, где радикальные феминистки утверждали, что порнография является центральной опорой патриархата и прямой причиной насилия в отношении женщин. Робин Морган суммировала эту идею в своем высказывании: "Порнография – это теория, изнасилование – практика". Андреа Дворкин и Робин Морган начали формулировать резко антипорнографическую позицию, основанную на радикальном феминизме, начиная с 1974 года, а антипорнографические феминистские группы, такие как Women Against Pornography и подобные организации, стали очень активными в различных городах США в конце 1970-х годов. По мере того как антипорнографические феминистки расширяли свою критику и активизм, включая не только порнографию, но и проституцию и садомазохизм, другие феминистки стали беспокоиться о направлении, в котором развивалось движение, и стали более критически относиться к антипорнографическому феминизму. Среди них были практикующие БДСМ-феминистки (в частности, Самуа), защитницы прав проституток и многие либеральные и антиавторитарные феминистки, для которых свобода слова, сексуальная свобода и защита женской автономии были центральными вопросами. Одним из первых феминистских аргументов против этой антипорнографической тенденции среди феминисток было эссе Эллен Уиллис "Феминизм, морализм и порнография", впервые опубликованное в октябре 1979 года в Village Voice. В ответ на создание Women Against Pornography в 1979 году Уиллис написала статью (откуда произошло понятие "просексуальный феминизм"), выразив обеспокоенность попытками антипорнографических феминисток превратить феминизм в движение, сосредоточенное на одной проблеме, утверждая, что феминистки не должны выносить всеобщего осуждения всей порнографии и что ограничения на порнографию могут так же легко применяться к речи, которую феминистки считают благоприятной для себя. Рубин призывает к новой феминистской теории секса, утверждая, что существующие феминистские взгляды на секс часто рассматривали сексуальную либерализацию как тенденцию, которая лишь усиливает мужские привилегии. Рубин критикует антипорнографических феминисток, которые, по ее словам, "осудили практически любое проявление сексуальности как антифеминистское", утверждая, что их взгляд на сексуальность опасно близок к антифеминистской, консервативной сексуальной морали. Рубин призывает феминисток рассматривать политические аспекты сексуальности, не поощряя сексуальные репрессии. Она также утверждает, что вину за угнетение женщин следует возлагать на тех, кто действительно в этом виноват: "семью, религию, образование, воспитание детей, СМИ, государство, психиатрию, дискриминацию при приеме на работу и неравную оплату труда", а не на относительно мало влиятельные сексуальные меньшинства.

Authors such as Gayle Rubin and Wendy McElroy see the roots of sex positive feminism stemming from the work of sex reformers and workers for sex education and access to contraception, such as Havelock Ellis, Margaret Sanger, Mary Dennett and, later, Alfred Kinsey and Shere Hite. However, the contemporary incarnation of sex positive feminism appeared more recently, following an increasing feminist focus on pornography as a source of women's oppression in the 1970s. The rise of second wave feminism was concurrent with the sexual revolution and rulings that loosened legal restrictions on access to pornography. In the 1970s, radical feminists became increasingly focused on issues around sexuality in a patriarchal society. Some feminist groups began to concern themselves with prescribing what proper feminist sexuality should look like. This was especially characteristic of lesbian separatist groups, but some heterosexual women's groups, such as Redstockings, became engaged with this issue as well. On the other hand, there were also feminists, such as Betty Dodson, who saw women's sexual pleasure and masturbation as central to women's liberation. Pornography was not a major issue during this era; radical feminists were generally opposed to pornography, but the issue was not treated as especially important until the mid 1970s. There were, however, feminist prostitutes rights advocates, such as COYOTE, which campaigned for the decriminalization of prostitution. The late 1970s found American culture becoming increasingly concerned about the aftermath of a decade of greater sexual freedom, including concerns about explicit violent and sexual imagery in the media, the mainstreaming of pornography, increased sexual activity among teenagers, and issues such as the dissemination of child pornography and the purported rise of "snuff films". (Critics maintain that this atmosphere amounted to a moral panic, which reached its peak in the mid 1980s.). These concerns were reflected in the feminist movement, with radical feminist groups claiming that pornography was a central underpinning of patriarchy and a direct cause of violence against women. Robin Morgan summarized this idea in her statement, "Pornography is the theory; rape the practice." Andrea Dworkin and Robin Morgan began articulating a vehemently anti porn stance based in radical feminism beginning in 1974, and anti porn feminist groups, such as Women Against Pornography and similar organizations, became highly active in various US cities during the late 1970s. As anti porn feminists broadened their criticism and activism to include not only pornography, but prostitution and sadomasochism, other feminists became concerned about the direction the movement was taking and grew more critical of anti porn feminism. This included feminist BDSM practitioners (notably Samois), prostitutes rights advocates, and many liberal and anti authoritarian feminists for whom free speech, sexual freedom, and advocacy of women's agency were central concerns. One of the earliest feminist arguments against this anti pornography trend amongst feminists was Ellen Willis's essay "Feminism, Moralism, and Pornography" first published in October 1979 in the Village Voice. In response to the formation of Women Against Pornography in 1979, Willis wrote an article (the origin of the term, "pro sex feminism"), expressing worries about anti pornography feminists' attempts to make feminism into a single issue movement, arguing that feminists should not issue a blanket condemnation against all pornography and that restrictions on pornography could just as easily be applied to speech that feminists found favorable to themselves. Rubin calls for a new feminist theory of sex, saying that existing feminist thoughts on sex had frequently considered sexual liberalization as a trend that only increases male privilege. Rubin criticizes anti pornography feminists who she claims "have condemned virtually every variant of sexual expression as anti feminist," arguing that their view of sexuality is dangerously close to anti feminist, conservative sexual morality. Rubin encourages feminists to consider the political aspects of sexuality without promoting sexual repression. She also argues that the blame for women's oppression should be put on targets who deserve it: "the family, religion, education, child rearing practices, the media, the state, psychiatry, job discrimination, and unequal pay " rather than on relatively un influential sexual minorities.

Порнография

Проблема порнографии, возможно, была первым вопросом, объединившим феминисток, придерживающихся позитивного отношения к сексуальности, хотя современные позиции по этому вопросу разнообразны и сложны. В 1980-х годах Андреа Дворкин и Кэтрин Маккиннон, а также активистки, вдохновленные их работами, выступали за принятие антипорнографических постановлений в ряде городов США и Канады. Первое такое постановление было принято городским советом Миннеаполиса в 1983 году. Маккиннон и Дворкин использовали тактику представления порнографии как вопроса гражданских прав, утверждая, что демонстрация порнографии является дискриминацией по половому признаку в отношении женщин. В ответ на это, сторонницы сексуальной свободы утверждали, что законодательство против порнографии нарушает право женщин на свободу слова. Вскоре после этого коалиция феминисток, выступающих против порнографии, и правых групп добилась принятия аналогичного постановления в Индианаполисе. Позже федеральный суд признал это постановление неконституционным в деле American Booksellers v. Hudnut. Рубин пишет, что феминистки, выступающие против порнографии, преувеличивают опасность порнографии, демонстрируя наиболее шокирующие порнографические изображения (например, связанные с садомазохизмом) вне контекста, что создает впечатление, будто изображенные женщины подвергаются изнасилованию, вместо того чтобы подчеркивать, что эти сцены изображают фантазии и в них участвуют актеры, давшие согласие на подобное изображение. Однако феминистки, выступающие против порнографии, не согласны с этим, часто утверждая, что само изображение подобных действий способствует их совершению в реальности. Феминистские кураторы, такие как Жасмин Хагендорфер, организуют феминистские и квир-порнофестивали (например, PFFV в Вене).

Проституция и секс-работники

Некоторые феминистки, придерживающиеся позитивного отношения к сексуальности, считают, что женщины и мужчины могут получать положительный опыт, работая в сфере секс-услуг, и что там, где это незаконно, проституция должна быть декриминализована. Они утверждают, что проституция не обязательно вредна для женщин, если к секс-работникам относятся с уважением и если профессии в сфере секс-услуг перестанут быть стигматизированными. Секс-работники – это взрослые люди, получающие деньги (или другие материальные блага) в обмен на сексуальные услуги, оказываемые по обоюдному согласию. В Соединенных Штатах секс-услуги легальны. Движение за права секс-работников началось в 1970-х годах, и одной из первых организаций, его поддержавших, была COYOTE. Цель активистов, защищающих права секс-работников, – бороться за улучшение условий труда, снижение негативной реакции и отмену запретов. Кэрол Ли – американская художница, кинорежиссер и активистка по защите прав секс-работников. Кэрол Ли первой использовала термин «секс-работник». Она стремилась просвещать людей, рассказывая о понимании секс-работников и о правах, которые им положены. В одном из интервью она заявила, что считает свою собственную работу в сфере секс-услуг и работу других людей в этой сфере потенциально способной выполнять более высокую, духовную функцию в обществе.

Бдсм

Садомазохизм (БДСМ) подвергся критике со стороны феминисток, выступающих против порнографии, за эротизацию власти и насилия и за укрепление мизогинии (Рубин, 1984). Они утверждают, что женщины, выбирающие участие в БДСМ, делают выбор, который в конечном итоге вредит женщинам. Феминистки, придерживающиеся позитивного отношения к сексуальности, утверждают, что многие женщины получают удовольствие от БДСМ при взаимном согласии, и это подтверждает их сексуальные предпочтения. Они считают, что феминистки не должны осуждать сексуальные желания других женщин как "антифеминистские" или как проявление интернализированного угнетения, и что нет связи между добровольными сексуальными практиками и сексуальными преступлениями. В то время как некоторые феминистки, выступающие против порнографии, предполагают связь между сценами БДСМ по обоюдному согласию и изнасилованием или сексуальным насилием, феминистки, придерживающиеся позитивного отношения к сексуальности, считают это оскорбительным для женщин. Часто отмечается, что в БДСМ роли не закреплены за полом, а определяются личными предпочтениями. Более того, многие утверждают, что игра с властью (например, сцены, имитирующие изнасилование) в рамках БДСМ – это способ бросить вызов и подорвать эту власть, а не увековечить ее. В то время как негативные аспекты БДСМ широко обсуждаются, феминистки, придерживающиеся позитивного отношения к сексуальности, уделяют особое внимание безопасности в сообществе БДСМ. Согласие – самое важное правило в БДСМ. Кара Данкли и Лори Бротто обсуждают важность согласия в своей статье: Согласие представляет собой непрерывный, интерактивный и динамичный процесс, включающий в себя ряд мер предосторожности, таких как обсуждение правил игры, открытое общение о желаниях и границах, взаимное определение условий, осознание ответственности и прозрачности, а также обеспечение защиты от вреда благодаря компетентности и навыкам. Критики отмечают, что общение с сексуальными партнерами имеет решающее значение.

Сексуальная ориентация

МакЭлрой утверждает, что многие феминистки опасались ассоциироваться с гомосексуальностью. Секс-позитивные феминистки полагают, что признание обоснованности всех сексуальных ориентаций необходимо для обеспечения женщинам полной сексуальной свободы. Вместо того, чтобы отстраняться от гомосексуальности и бисексуальности из-за страха навредить общественному признанию феминизма, секс-позитивные феминистки считают, что освобождение женщин невозможно без продвижения принятия гомосексуальности и бисексуальности.

Гендерная идентичность

Некоторые феминистки, такие как Джермейн Грир, критиковали трансгендерных женщин (мужчин к женщинам) как мужчин, пытающихся присвоить себе женскую идентичность, сохраняя при этом мужские привилегии, а трансгендерных мужчин (женщин к мужчинам) – как женщин, отказывающихся от солидарности со своим полом. Одним из главных представителей этой точки зрения является Дженис Рэймонд. В книге "The Whole Woman" Грир зашла настолько далеко, что прямо сравнила трансгендерных женщин с насильниками за то, что они навязывают себя в женские пространства. Многие трансгендерные люди рассматривают гендерную идентичность как неотъемлемую часть личности. Некоторые феминистки также критикуют это убеждение, утверждая, что гендерные роли – это социальные конструкты, не связанные ни с какими природными факторами. Секс-позитивные феминистки поддерживают право каждого человека самостоятельно определять свой гендер и продвигают гендерную текучесть как один из способов достижения гендерного равенства. Патрик Калифия много писал о вопросах, связанных с феминизмом и трансгендерностью, особенно в книге "Сексуальные трансформации: трансгендерная политика".

Дебаты

Как и сам феминизм, секс-позитивный феминизм сложно определить, и немногие в этом движении (особенно в его академической части) придерживаются единой идеологии или политической программы. Примером разногласий среди феминисток в отношении того, является ли то или иное произведение культуры проявлением секс-позитивности, служит критика Бетти Додсон пьесы Евы Энслер «Монологи вагины». Додсон утверждает, что пьеса продвигает негативное отношение к сексуальности, акцентируя внимание на сексуальном насилии над женщинами, а не на исцеляющей силе женской сексуальности. Многие другие сторонницы секс-позитивного феминизма приветствуют работу Энслер за то, что она поощряет открытое обсуждение женского тела и сексуальности.

Законы о насилии

Среди сексуально позитивных феминисток ведутся споры о том, являются ли законы о сексуальных отношениях с несовершеннолетними формой сексизма. Как показывает полемика вокруг "Маленькой кокетки, которая могла" из "Вагинальных монологов", некоторые сексуально позитивные феминистки не считают все добровольные действия между юными подростками и взрослыми по своей сути вредными. Среди феминисток также обсуждается, приносят ли законы о сексуальных отношениях с несовершеннолетними пользу или вред несовершеннолетним девушкам, и должен ли пол участников влиять на применение закона к сексуальным контактам, а также то, что эти законы на самом деле направлены на защиту "хороших девочек" от секса. Другие феминистки выступают против или относятся сдержанно к ужесточению законов о сексуальных отношениях с несовершеннолетними, поскольку они препятствуют молодым женщинам вступать в добровольные сексуальные отношения, даже если они способны дать осознанное согласие. Эти феминистки рассматривают законы о сексуальных отношениях с несовершеннолетними скорее как инструмент контроля, чем защиты, и, конечно, исторически закон был призван защищать девственность женщины как ценное имущество. Одна писательница также отметила, что в то время в некоторых штатах предыдущий сексуальный опыт подростка мог использоваться в качестве оправдания обвиняемого в сексуальных отношениях с несовершеннолетним. Она утверждала, что это демонстрирует, что законы были направлены на защиту девственности, а не согласия. По мнению Энн Фергюсон, единственным ограничением сексуальной активности для сексуально позитивных феминисток должно быть требование согласия, однако она утверждает, что сексуально позитивный феминизм не дал адекватных определений согласия. Сексуально позитивный феминизм также подвергается критике за сосредоточенность на молодых женщинах, игнорируя женщин среднего и пожилого возраста, которые не могут или не хотят тратить большую часть своей энергии на сексуальность. В своей книге 2005 года "Женские шовинистки-свиньи" Ариэль Леви не выступает против сексуально позитивного феминизма как такового, но рассматривает популяризированную форму сексуального позитива как своего рода "вульгарную культуру", в которой женщины усваивают объективирующие мужские взгляды на себя и других женщин. Леви считает ошибкой рассматривать это как расширение прав и возможностей и полагает, что женщины должны развивать собственные формы сексуального самовыражения. Реакция сексуально позитивных феминисток на книгу Леви была неоднозначной: Сьюзи Брайт отнеслась к книге весьма благосклонно, заявив, что многое из того, что можно рассматривать как "вульгарную культуру", является искажением работы более ранних сексуально позитивных феминисток, таких как она. Однако Рейчел Крамер Бюссель считает, что Леви в значительной степени игнорирует или неверно интерпретирует большую часть женского сексуального самовыражения за последние 20 лет, принимая его за усвоение мужских фантазий.

There is debate among sex positive feminists about whether statutory rape laws are a form of sexism. As illustrated by the controversy over "The Little Coochie Snorcher that Could" from the Vagina Monologues, some sex positive feminists do not consider all consensual activity between young adolescents and older people as inherently harmful. There has been debate among feminists about whether statutory rape laws benefit or harm teenage girls and about whether the gender of participants should influence the law's treatment of sexual encounters. and that statutory rape laws are actually meant to protect "good girls" from sex. Other feminists are opposed or ambivalent about strengthening statutory rape statutes because these preclude young women from entering consensual sexual relationships, even if competent to consent. These feminists view statutory rape laws as more controlling than protective – and of course part of the law's historic role was protecting the female's chastity as valuable property. One writer also noted that, at that time, in some states, the previous sexual experience of a teenager could be used as a defense by one accused of statutory rape. She argued that this showed that the laws were intended to protect chastity rather than consent. According to Ann Ferguson, sex positive feminists' only restriction on sexual activity should be the requirement of consent, yet she argues that sex positive feminism has provided inadequate definitions of consent. Sex positive feminism has also been criticized for focusing on young women, but ignoring middle aged and elderly women who are unable or unwilling to direct most of their energy into sexuality. In her 2005 book Female Chauvinist Pigs, Ariel Levy does not oppose sex positive feminism per se, though sees a popularized form of sex positivity as constituting a kind of "raunch culture" in which women internalize objectifying male views of themselves and other women. Levy believes it is a mistake to see this as empowering and further holds that women should develop their own forms of sexual expression. The response by sex positive feminists to Levy's book has been mixed; Susie Bright viewed the book quite favorably, stating that much of what can be seen as "raunch culture" represents a bastardization of the work of earlier sex positive feminists such as herself. Rachel Kramer Bussel, however, sees Levy as largely ignoring much of the female empowered sexual expression of the last 20 years, or misinterpreting it as internalization of male fantasy.

Еще многое нужно рассмотреть и/или рассмотреть

Авторы и активистки, написавшие важные работы о секс-позитивном феминизме и/или внесшие вклад в просвещение общественности по этому вопросу, включают Кэти Экер, Меган Анделлу, Сьюзи Брайт, Рэйчел Крамер Бюссель, Диану Кейдж, Аведон Кэрол, Патрика Калифию, Бетти Додсон, Нэнси Фрайдей, Джейн Галлоп, Нину Хартли, Джозефину Хо, Эмбер Л. Холлибау, Бренду Говард, Лору Кипнис, Венди МакЭлрой, Ингу Муссио, Джоан Нестель, Эрику Луст, Кэрол Куин, Кандиду Рояль, Гейл Рубин, Энни Спринкл, Тристан Таормино и Эллен Уиллис. Некоторые из них писали с точки зрения феминисток, работающих в секс-индустрии. Информации о формальных организациях, поддерживающих секс-позитивный феминизм, недостаточно, однако одним из основных центров секс-позитивного феминизма является бывший кооперативный бизнес Good Vibrations, основанный Джоани Бланк в 1977 году для продажи секс-игрушек и публикаций о сексе в среде, дружественной к женщинам. Бланк также основала издательство Down There Press, которое публикует различные образовательные материалы, вдохновленные секс-позитивным подходом. Существует ряд других секс-позитивных феминистских предприятий, процветающих благодаря сочетанию продаж секс-игрушек и распространения образовательных материалов. Магазин секс-игрушек "Good For Her", принадлежащий женщине и расположенный в Торонто, Онтарио, ежегодно проводит церемонию вручения премии "Феминистская порнография". Некоммерческие организации, поддерживающие секс-позитивный феминизм, включают ныне не существующую Рабочую группу феминисток против цензуры, связанную с Кэрол Вэнс и Энн Снитов, "Феминистки за свободу выражения мнений", основанную Марсией Палли, и "Феминистки против цензуры", сотрудничающие с Аведон Кэрол в ее кампании против цензуры и за гражданские свободы. Феминистская порнография – небольшой, но растущий сегмент порноиндустрии. В 2006 году была учреждена премия "Феминистская порнография". Ее европейским аналогом является премия PorYes за феминистское порно, учрежденная в 2009 году. Журнал On Our Backs был основан в 1986 году для продвижения более позитивного отношения к эротике в сообществе лесбиянок и бисексуалок. Он успешно развивался до 1994 года, столкнулся с финансовыми трудностями и сменой владельцев, а последний номер был опубликован в 2006 году.

Authors and activists who have written important works about sex positive feminism, and/or contributed to educating the public about it, include Kathy Acker, Megan Andelloux, Susie Bright, Rachel Kramer Bussel, Diana Cage, Avedon Carol, Patrick Califia, Betty Dodson, Nancy Friday, Jane Gallop, Nina Hartley, Josephine Ho, Amber L. Hollibaugh, Brenda Howard, Laura Kipnis, Wendy McElroy, Inga Muscio, Joan Nestle, Erika Lust, Carol Queen, Candida Royalle, Gayle Rubin, Annie Sprinkle, Tristan Taormino and Ellen Willis. Several of these have written from the perspective of feminist women working in the sex industry. Information on formal organizations that endorse sex positive feminism seems lacking but one major outpost of sex positive feminism is the former cooperative business Good Vibrations founded by Joani Blank in 1977 in order to sell sex toys and publications about sex in an environment welcoming to women. Blank also founded Down There Press which has published various educational publications inspired by sex positivity. There are a number of other sex positive feminist businesses who thrive on a combination of sex toy sales and distribution of educational materials. Good For Her, a woman owned sex toy shop in Toronto, Ontario, holds an annual Feminist Porn Awards. Nonprofit groups supporting sex positive feminism include the currently defunct Feminist Anti Censorship Task Force associated with Carole Vance and Ann Snitow, Feminists for Free Expression, founded by Marcia Pally, and Feminists Against Censorship associated with anti censorship and civil liberties campaigner Avedon Carol. Feminist pornography is a small but growing segment of the pornography industry. A Feminist Porn Award was established in 2006. The equivalent in Europe is the PorYes award for feminist porn, established in 2009. The magazine On Our Backs was founded in 1986 to promote a more positive attitude towards erotica within the community of lesbian and bisexual women. It flourished until 1994, struggled with financial problems and changing ownership and the final edition was published in 2006.

Статьи

Архивировано в журнале Susie Bright (веб-сайт). Архивировано на WendyMcElroy.com (веб-сайт).