Кринолин: История и эволюция юбок-колоколов

Введение

Кринолин – это жесткий или структурированный нижний юбный слой, предназначенный для придания объема юбке, популярный в различные периоды с середины XIX века. Изначально кринолин обозначал жесткую ткань из конского волоса ("крин") и хлопка или льна, использовавшуюся для изготовления нижних юбок и в качестве подкладки платья. Термин "крин" или "кринолин" до сих пор применяется к нейлоновой укрепляющей ленте, используемой для обработки краев и подкладки подолов в XXI веке. К 1850-м годам термин "кринолин" чаще стали применять к модному силуэту, создаваемому юбками с конским волосом, и к каркасным юбкам, которые заменили их в середине 1850-х годов. По форме и функции эти каркасные юбки были схожи с фартингалями XVI и XVII веков и с паннье XVIII века, поскольку они также позволяли юбкам расширяться еще шире и пышнее. Стальной каркасный кринолин, впервые запатентованный в апреле 1856 года Р.С. Миллие в Париже, а несколько месяцев спустя его агентом в Великобритании, быстро приобрел огромную популярность. Стальные кринолины производились массово в больших количествах, заводы по всему западному миру выпускали десятки тысяч штук в год. Для изготовления каркасов использовались и другие материалы, такие как китовый ус, тростник, гуттаперча и даже надутой каучук (натуральный каучук), хотя сталь была наиболее распространенным. В самой широкой части кринолин мог достигать окружности до шести ярдов, однако к концу 1860-х годов кринолины начали уменьшаться в размере. К началу 1870-х годов более компактный кринолет и турнюр в значительной степени вытеснили кринолин. Кринолины носили женщины всех социальных слоев и классов по всему западному миру – от королевских особ до фабричных работниц. Это приводило к широкому освещению в прессе и критике, особенно в сатирических журналах, таких как Punch. Они также были опасны при неосторожном обращении. В середине XIX века тысячи женщин погибли в результате возгорания их юбок с каркасом. Помимо пожаров, опасность представляли попадание каркаса в механизмы, колеса экипажей, порывы ветра или другие препятствия. Силуэт кринолина несколько раз возрождался в XX веке, особенно в конце 1940-х годов благодаря "Новому образу" Кристиана Диора 1947 года. Юбки-клеш из нейлона и сетки, которые носили в 1950-х и 1960-х годах, чтобы придать объем юбкам, также стали называться кринолинами, даже если в их конструкции не было каркаса. В середине 1980-х годов Вивьен Вествуд разработала мини-крини – кринолин мини-длины, который оказал значительное влияние на моду 1980-х годов. В конце XX и начале XXI века дизайнеры, такие как Джон Гальяно и Александр Маккуин, прославились своими обновленными моделями кринолинов. С 1980-х годов и по сей день кринолин остается популярным выбором для официальных вечерних платьев, свадебных платьев и бальных нарядов.

Petticoat designed to hold out a skirt

A crinoline '/k//r//ɪ//n//.//əl//.//ɪ//n/ is a stiff or structured petticoat designed to hold out a skirt, popular at various times since the mid 19th century. Originally, crinoline described a stiff fabric made of horsehair ("crin") and cotton or linen which was used to make underskirts and as a dress lining. The term crin or crinoline continues to be applied to a nylon stiffening tape used for interfacing and lining hemlines in the 21st century. By the 1850s the term crinoline was more usually applied to the fashionable silhouette provided by horsehair petticoats, and to the hoop skirts that replaced them in the mid 1850s. In form and function these hoop skirts were similar to the 16th and 17th century farthingale and to 18th century panniers, in that they too enabled skirts to spread even wider and more fully. The steel hooped cage crinoline, first patented in April 1856 by R. C. Milliet in Paris, and by their agent in Britain a few months later, became extremely popular. Steel cage crinolines were mass produced in huge quantity, with factories across the Western world producing tens of thousands in a year. Alternative materials, such as whalebone, cane, gutta percha, and even inflatable caoutchouc (natural rubber) were all used for hoops, although steel was the most popular. At its widest point, the crinoline could reach a circumference of up to six yards, although by the late 1860s, crinolines were beginning to reduce in size. By the early 1870s, the smaller crinolette and the bustle had largely replaced the crinoline. Crinolines were worn by women of every social standing and class across the Western world, from royalty to factory workers. This led to widespread media scrutiny and criticism, particularly in satirical magazines such as Punch. They were also hazardous if worn without due care. Thousands of women died in the mid 19th century as a result of their hooped skirts catching fire. Alongside fire, other hazards included the hoops being caught in machinery, carriage wheels, gusts of wind, or other obstacles. The crinoline silhouette was revived several times in the 20th century, particularly in the late 1940s as a result of Christian Dior's "New Look" of 1947. The flounced nylon and net petticoats worn in the 1950s and 1960s to poof out skirts also became known as crinolines even when there were no hoops in their construction. In the mid 1980s Vivienne Westwood designed the mini crini, a mini length crinoline which was highly influential on 1980s fashion. Late 20th and early 21st century designers such as John Galliano and Alexander McQueen have become famous for their updated crinoline designs. Since the 1980s and well into the 21st century the crinoline has remained a popular option for formal evening dresses, wedding dresses, and ball gowns.

Этимология

Название кринолина часто объясняется как сочетание латинского слова *crinis* («волосы») и/или французского слова *crin* («конский волос»), с латинским словом *linum* («нить» или «лён», из которого делали полотно), описывающим материалы, использовавшиеся в оригинальной ткани. В XXI веке термин «крин» по-прежнему используется для обозначения типа плетёного нейлонового плоского шнура, доступного в различных ширинах и применяемого для придания жёсткости и объёма краям одежды, выполняя ту же функцию, что и оригинальный крин/кринолин. Крин-лента/тесьма обычно прозрачная, хотя она также выпускается в чёрном, белом и кремовом цветах. Её также называют коневолосной тесьмой или кринолиновой лентой.

До 1850 года

Кринолин не был первым предметом одежды, предназначенным для поддержания юбки в модной форме. Юбки в форме колокола, которые можно увидеть на статуэтках древней минойской цивилизации, часто сравнивают с кринолинами, особенно исходя из предположения, что для сохранения формы требовались обручи, однако нет никаких доказательств, подтверждающих это, и эта теория обычно отвергается. Предками кринолина чаще всего признаются испанская вердугада, позднее известная как фартингейл, широко носившаяся в Европе с конца XV века до начала XVII века, а также боковые обручи и паннье, носившиеся на протяжении всего XVIII века. Ткань из конского волоса, называемая кринолином, впервые была отмечена в 1829 году, когда ее стали предлагать для подкладки и пошива платьев. В том же году в "Репозитории моды" Рудольфа Аккерманна новый текстиль был описан как "тонкий прозрачный материал, внешне не отличающийся от ленно, но очень прочный и долговечный: он выпускается в разных цветах; серый и цвет неотбеленного камбрика наиболее популярны". Петикоты из конского волоса появились около 1839 года и оказались настолько успешными, что название "кринолин" стало относиться к поддерживающим петикотам в целом, а не только к материалу. К 1847 году кринолиновая ткань использовалась для укрепления подкладки юбок, хотя английские женщины предпочитали отдельные петикоты из кринолиновой ткани, которые начинали разрушаться под увеличивающимся весом юбок. Альтернативой кринолину из конского волоса были стеганые петикоты, набитые пухом или перьями, такие как, по сообщениям, ношенные в 1842 году леди Айлсбери. Однако стеганые юбки не получили широкого распространения до начала 1850-х годов. Искусственный кринолин с обручами появился только в 1850-х годах. Элисон Гернсхайм предполагает, что неизвестным французским изобретателем, вероятно, был Р. С. Миллие из Безансона, поскольку патент от июля 1856 года был подан их британским агентом, К. Аметом. Диана де Марли в своей биографии кутюрье Шарля Фредерика Уорта отметила, что к 1858 году существовали сталелитейные заводы, обслуживающие исключительно производителей кринолинов, и магазины, продававшие только кринолины. Одним из самых значительных производителей кринолинов была компания Thomson & Co., основанная американцем с филиалами по всей Европе и Соединенным Штатам. На пике своего успеха лондонская фабрика Томсона производила до четырех тысяч кринолинов в день, в то время как другой завод в Саксонии производил 9,5 миллионов кринолинов в течение двенадцатилетнего периода. В 1859 году нью-йоркская фабрика, на которой работало около тысячи девушек, каждую неделю использовала тонну стальной проволоки для производства от трех до четырех тысяч кринолинов в день, в то время как конкурирующая фабрика Douglas & Sherwood на Манхэттене использовала одну тонну стали каждую неделю для производства юбок с обручами. Кринолин должен был быть достаточно жестким, чтобы поддерживать юбки в привычной форме, но также достаточно гибким, чтобы временно деформироваться и затем восстанавливать форму. Идея надувных обручей оказалась недолговечной, поскольку они легко протыкались, подвергались обрушению и, из-за использования серы в производстве резины, неприятно пахли. Несмотря на некоторые утверждения, например, историка Макса фон Боема, о том, что самые большие кринолины достигали окружности около, фотоисторик Элисон Гернсхайм пришла к выводу, что максимальная реалистичная окружность на самом деле составляла между. Хотя свободно собранная юбка, драпированная над большим кольцом, безусловно, потребовала бы больше ткани, Гернсхайм отметила, что край в столь большом размере маловероятен. Сценические фотографии, на которых женщины носили чрезмерно большие кринолины, были довольно популярны, например, широко распространенная последовательность из пяти стереоскопических изображений, показывающих женщину, одевающуюся с помощью нескольких служанок, которым требуются длинные шесты, чтобы поднять платье над головой, и другие изобретательные средства для передвижения в ее огромной юбке с обручами. Такие фотографии, которые воспроизводили современные карикатуры, а не точно отражали реальность, были ориентированы на рынок любителей зрелищ. Однако, факт оставался фактом: размер кринолина часто создавал трудности при прохождении через двери, посадке в экипажи и просто при передвижении. К концу 1860-х годов многие кринолины были значительно уменьшены в размерах, как отметил куратор музея Виктории и Альберта, наблюдая размеры кринолинов в коллекции музея. Кринолетт все еще носили в начале 1880-х годов, и в статье 1881 года описывался как выступающий только сзади, в отличие от кринолина, "уродливо выпирающего сбоку". Возможно, некоторые из сохранившихся небольших кринолинов носили в сочетании с отдельными турнюрами, а не самостоятельно. В 1880-х годах кринолин был возрожден, с юбками с обручами, предназначенными для размещения чрезвычайно больших турнюров того времени и поддержания подола юбки. Критические статьи о кринолине были опубликованы в венгерском журнале Az Üstökös (1858) и болгарским журналистом Петко Славейковым в 1864 году. Подобное настроение выразила русская песня, опубликованная в 1854 году, где певец жалуется на то, что его жена поддалась этой моде. Популярно считается, что сама королева Виктория ненавидела эту моду, что вдохновило песню в журнале Punch, начинающуюся словами: "Да здравствует наша милостивая королева / Которая не носит кринолин!". Гернсхайм отметила, что королева часто фотографировалась в кринолинах, и предполагает, что это недоразумение возникло из-за просьбы Виктории к гостям, посещающим свадьбу ее дочери в 1858 году, снять обручи из-за ограниченного пространства в Королевской часовне во дворце Святого Иакова. Вопросы служанок в кринолинах и связанные с этим социальные проблемы были подняты Джорджем Раутледжем в руководстве по этикету, опубликованном в 1875 году, где он критиковал лондонских горничных за ношение обручей на работе. Когда девушки вставали на колени, чтобы мыть ступени, Раутледж описал, как их обручи поднимались, обнажая их нижнюю часть тела, что вызывало домогательства со стороны посыльных и других прохожих мужчин. Французский социолог и экономист Фредерик ле Пле проводил опросы гардеробов французских рабочих семей с 1850 по 1875 год, в ходе которых он обнаружил, что у двух женщин были кринолины в гардеробе, обе жены квалифицированных рабочих. Одна, жена перчаточника, следящая за модой, владела двумя кринолинами и одиннадцатью платьями, хотя ее обычная повседневная одежда состояла из деревянной обуви и набивных фартуков. Однако, как и в Европе и в других местах, кринолин был далеко не исключительно предметом одежды богатых белых женщин. И женщины чернокожие, и женщины белые в Америке всех классов и социальных слоев носили юбки с обручами, в том числе первая леди Мэри Тодд Линкольн и ее афроамериканская швея Элизабет Кекли, которая создала многие экстравагантные кринолины Линкольн. Один из таких инцидентов, смерть 14-летней кухонной служанки Маргарет Дэйви, был опубликован в The Times 13 февраля 1863 года. Ее платье, "расширенное кринолином", загорелось, когда она стояла на каминной полке, чтобы достать ложки с каминной полки, и она умерла в результате обширных ожогов. Заместитель коронера, отметив, что он "удивлен тем, что смертность от такой моды не была более заметно доведена до сведения главного регистратора", вынес вердикт "Случайная смерть от огня, вызванная кринолином". Подобный случай был зарегистрирован позже в том же году, когда 16-летняя Эмма Массон умерла после того, как кусок горящего кокса выпал из кухонного очага и воспламенил ее кринолин. Месяц спустя, 8 декабря 1863 года, серьезный пожар в Церкви компании Иисуса в Сантьяго, Чили, унес жизни от двух до трех тысяч человек. Тяжесть числа погибших частично объясняется большим количеством легковоспламеняющихся тканей, из которых были сделаны кринолиновые платья женщин. Хотя огнестойкие ткани были доступны, они считались непривлекательными и были непопулярны. Другие риски, связанные с кринолином, заключались в том, что он мог зацепиться за ноги других людей, колеса экипажей или мебель, или быть задет.

The crinoline was not the first garment designed to support the wearer's skirts in a fashionable shape. Whilst the bell shaped skirts seen on statuettes from the ancient Minoan civilization are often compared to crinolines, particularly under the assumption that hoops were required to retain their shape, there is no evidence to confirm this and the theory is usually dismissed. The crinoline's ancestors are more typically recognised as the Spanish verdugada, later known as the farthingale, widely worn in Europe from the late 15th century to the early 17th century, and the side hoops and panniers worn throughout the 18th century. The horsehair fabric called crinoline was first noted by 1829, when it was offered for lining and dress making. That year, Rudolph Ackermann's Repository of Fashions described the new textile as a "fine clear stuff, not unlike in appearance to leno, but of a very strong and durable description: it is made in different colours; grey, and the colour of unbleached cambric are most in favour." Petticoats made of horsehair crinoline appeared around 1839, proving so successful that the name 'crinoline' began to refer to supportive petticoats in general, rather than solely to the material. By 1847, crinoline fabric was being used as a stiffening for skirt linings, although English women preferred separate crinoline fabric petticoats which were beginning to collapse under the increasing weight of the skirts. One alternative to horsehair crinoline was the quilted petticoat stuffed with down or feathers, such as that reportedly worn in 1842 by Lady Aylesbury. However, quilted skirts were not widely produced until the early 1850s. The artificial crinoline with hoops did not emerge until the 1850s. Alison Gernsheim suggests that the unidentified French inventor was probably R. C. Milliet of Besançon, as the July 1856 patent was filed by their British agent, C. Amet. Diana de Marly, in her biography of the couturier Charles Frederick Worth, noted that by 1858 there existed steel factories catering solely to crinoline manufacturers, and shops that sold nothing else but crinolines. One of the most significant manufacturers of crinolines was that of Thomson & Co., founded by an American with branches across Europe and the United States. At the height of their success, up to four thousand crinolines were produced by Thomson's London factory in a day, whilst another plant in Saxony manufactured 9.5 million crinolines over a twelve year period. In 1859, the New York factory, which employed about a thousand girls, used of steel wire every week to produce between three and four thousand crinolines per day, while the rival Douglas & Sherwood factory in Manhattan used one ton of steel each week in manufacturing hoop skirts. The crinoline needed to be rigid enough to support the skirts in their accustomed shape, but also flexible enough to be temporarily pressed out of shape and spring back afterwards. The idea of inflatable hoops was short lived as they were easily punctured, prone to collapse, and due to the use of brimstone in the manufacture of rubber, they smelled unpleasant. Despite some claims, such as that by the historian Max von Boehm, that the largest crinolines measured up to around, the photo historian Alison Gernsheim concluded that the maximum realistic circumference was in fact between Whilst a loosely gathered skirt draped over a large hoop would certainly require a higher yardage, Gernsheim noted that hems were highly improbable. Staged photographs showing women wearing exaggeratedly large crinolines were quite popular, such as a widely published sequence of five stereoscope views showing a woman dressing with the assistance of several maids who require long poles to lift her dress over her head and other ingenious means of navigating her enormous hoopskirt. Such photographs, which re enacted contemporary caricatures rather than accurately reflecting reality, were aimed towards the voyeur's market. However, it was a fact that the size of the crinoline often caused difficulties in passing through doors, boarding carriages and generally moving about. By the late 1860s many crinolines were of a significantly reduced size, as noted by a Victoria and Albert Museum curator observing the sizes of cage crinolines in the museum's collection. The crinolette was still worn in the early 1880s, with an 1881 article describing it as sticking out solely behind, as opposed to projecting "hideously at the side" like the crinoline. It is possible that some of the smaller crinolines that survive were worn in combination with separate bustles, rather than in isolation. During the 1880s the cage crinoline was revived, with hoop petticoats designed to accommodate the extremely large bustles of the period and support the skirt hems. Critical articles on the crinoline were published by the Hungarian journal Az Üstökös (1858) and the Bulgarian journalist Petko Slaveykov in 1864. A similar sentiment was expressed by a Russian song published in 1854, where the singer complains about his wife having assumed the fashion. Victoria herself is popularly said to have detested the fashion, inspiring a song in Punch that started: "Long live our gracious Queen/Who won't wear crinoline!" Gernsheim has noted that the Queen was often photographed in crinolines, and suggests that this misunderstanding came from a request made by Victoria that female guests attending her daughter's marriage in 1858 should leave their hoops off due to limited space in the Chapel Royal at St James's Palace. The questions of servants in crinoline and the related social concerns were raised by George Routledge in an etiquette manual published in 1875, where he criticised London housemaids for wearing hoops at work. As the girls knelt to scrub the doorsteps, Routledge described how their hoops rose to expose their lower bodies, inspiring street harassment from errand boys and other male passers by. The French sociologist and economist Frédéric le Play carried out surveys of French working class families' wardrobes from 1850 to 1875, in which he found that two women had crinolines in their wardrobe, both wives of skilled workers. One, the fashion conscious wife of a glove maker, owned two crinolines and eleven dresses, although her usual everyday clothing consisted of wooden shoes and printed aprons. However, as in Europe and elsewhere, the crinoline was far from exclusively worn by wealthy white women. Both black and white women in America of all classes and social standings wore hooped skirts, including First Lady Mary Todd Lincoln and her African American dressmaker, Elizabeth Keckley, who created many of Lincoln's own extravagant crinolines. One such incident, the death of a 14 year old kitchenmaid called Margaret Davey was reported in The Times on 13 February 1863. Her dress, "distended by a crinoline," ignited as she stood on the fender of the fireplace to reach some spoons on the mantelpiece, and she died as a result of extensive burns. The Deputy Coroner, commenting that he was "astonished to think that the mortality from such a fashion was not brought more conspicuously under the notice of the Registrar General," passed a verdict of "Accidental death by fire, caused through crinoline." A similar case was reported later that year, when 16 year old Emma Musson died after a piece of burning coke rolled from the kitchen fire to ignite her crinoline. A month later, on 8 December 1863, a serious fire at the Church of the Company of Jesus in Santiago, Chile, killed between two and three thousand people. The severity of the death toll is credited in part to the large amounts of flammable fabric that made up the women's crinoline dresses. Although flame retardant fabrics were available, these were thought unattractive and were unpopular. Other risks associated with the crinoline were that it could get caught in other people's feet, carriage wheels or furniture, or be caught by sudden gusts of wind, blowing the wearer off her feet. The crinoline was worn by some factory workers, leading to the textiles firm Courtaulds instructing female employees in 1860 to leave their hoops and crinolines at home. Cecil Willett Cunnington described seeing a photograph of female employees in the Bryant and May match factories wearing crinolines while at work. A report in The Cork Examiner of 2 June 1864 recorded the death of Ann Rollinson from injuries sustained after her crinoline was caught by a revolving machinery shaft in a mangling room at Firwood bleach works.

20 век

Во время Первой мировой войны "военный кринолин" стал модным в период с 1915 по 1917 год. Этот стиль отличался широкими, пышными юбками длиной до середины икры и описывался как практичный (обеспечивающий свободу ходьбы и движения) и патриотичный, поскольку считалось, что вид привлекательно одетых женщин поднимет настроение солдатам в отпуске. Пышные юбки военного кринолина сохранились в стиле robe de 1920-х годов. В конце 1930-х годов, незадолго до начала Второй мировой войны, произошло возрождение кринолина на обручах от таких дизайнеров, как Эдвард Молинью, который использовал обручи как в повседневных юбках, так и в вечерних платьях, и Норман Хартнелл, чьи кринолиновые дизайны конца 1930-х годов, вдохновленные работами Винтерхальтера, для королевы Елизаветы, Королевы-матери, имели такой успех, что королеве в народе (хоть и неточно) приписывают единоличный вклад в возвращение кринолинов в моду. Как королева, так и Королева-мать, Елизавета сделала традиционный кринолин колоколообразной формы своим фирменным стилем для вечерних выходов и официальных мероприятий. Фильм "Унесенные ветром", вышедший в 1939 году, вдохновил американскую моду на выпускные платья с кринолинами весной 1940 года. После Второй мировой войны кринолины вновь стали популярными благодаря таким дизайнерам, как Кристиан Диор, чей "Новый облик" 1947 года включал пышные юбки, поддерживаемые жесткими нижними юбками. Лошек предположил, что, явно ссылаясь на эпоху Прекрасной эпохи и возрождая исторические стили корсетов и кринолинов в своем "Новом облике", Диор был первым дизайнером, который ввел в моду идею постмодернизма, пусть и неосознанно. Кринолины были популярны на протяжении 1950-х и в начале 1960-х годов. В некоторых магазинах одежды они продавались до 1970 года. Американский дизайнер Энн Фогарти особенно известна своими пышными юбками, которые носили поверх кринолиновых нижних юбок, всегда являвшихся отдельными предметами одежды от платья, чтобы обеспечить свободу движений и удобство в путешествиях. В 1953 году журнал Life сообщил, что один из кринолиновых дизайнов Фогарти 1951 года был почти точно скопирован в последней коллекции Диора. Широко использовались кринолиновые нижние юбки на обручах, многоярусные и/или с оборками из нейлона, сетки и хлопка, а также юбки с интегрированными обручами. В середине 1980-х годов Вивьен Вествуд вновь обратилась к кринолину, вдохновившись балетом "Петрушка", чтобы создать версии длины мини-юбки, которые она назвала "мини-крини". Силуэт мини-крини повлиял на работы других дизайнеров, таких как юбки "пуффбол" Кристиана Лакруа. Мини-крини Вествуд в 1989 году была описана как сочетание двух противоречивых идеалов – кринолина, представляющего "мифологию ограничений и стеснений", и мини-юбки, представляющей "мифологию освобождения". В конце 20-го и начале 21-го века дизайнеры моды, такие как Александр Маккуин и Джон Гальяно, часто использовали кринолины в своих дизайнах, при этом юбка одного из бальных платьев Гальяно для Dior в 1998 году достигала ширины 9 футов. Гальяно специально посетил оригинальных производителей кринолинов, которых использовал сам Кристиан Диор, чтобы получить вдохновение и повлиять на свои собственные проекты. Маккуин был очарован кринолином и часто ссылался на него в своих коллекциях, вырезая кожаные бальные платья, чтобы показать клетку под ними, или изготавливая его из серебряного украшенного металла. Один из самых известных кринолиновых дизайнов Маккуина был представлен моделью-ампутантом Эми Маллинс в серии фотографий Ника Найта для Dazed and Confused, в которых клетчатый кринолин Маллин, намеренно носившийся без верхней юбки, чтобы показать ее протезы ног, был описан как намекающий как на ходячий каркас, так и на клетку, чтобы "сдержать неуправляемость неполноты". Изображения с этой съемки были признаны одними из самых значительных коммерческих изображений 1998 года, отражая преданность Найта и Маккуина представлению альтернатив традиционным концепциям моды и физической красоты. После смерти Маккуина в 2010 году его преемница Сара Бертон продолжила традицию создания кринолинов для бренда Маккуин. Сетчатые кринолины в стиле 1950-х и 1960-х годов являются традиционным элементом костюмов для танцев в квадрате и забивания. Они также популярны для посещения мероприятий в стиле рок-н-ролл 1950-х и 1960-х годов, таких как Viva Las Vegas. Движение стимпанк также заимствовало кринолины из клетки вместе с другими элементами моды 19-го века, такими как корсеты и цилиндры, для своих костюмов. В некоторых контекстах традиционный кринолин на обручах может рассматриваться как противоречивый, как, например, в начале 2015 года, когда Университет Джорджии, по сообщениям, попросил не носить юбки на обручах на определенных мероприятиях братств из-за их предполагаемой связи с южными красавицами и владеющими рабами, представителями высшего класса американского Юга. Причина предложенного запрета была связана с инцидентом с расизмом в SAE ранее в том же году, и в нескольких статьях отмечалось, что это была добросовестная попытка избежать обвинений братств Университета Джорджии в расовой нечувствительности. Отмечалось, что юбки на обручах и кринолины носили как чернокожие, так и белые женщины всех классов и социальных слоев в рассматриваемый исторический период, и что, несмотря на популярные ассоциации, они не были исключительной принадлежностью образа южной красавицы.

During World War I, the "war crinoline" became fashionable, between 1915 and 1917. This style featured wide, full mid calf length skirts, and was described as practical (for enabling freedom of walking and movement) and patriotic, as the sight of attractively dressed women was expected to cheer up soldiers on leave. The full skirts of the war crinoline endured in the robe de style of the 1920s. In the late 1930s, just before the outbreak of World War II, there was a revival of the hooped crinoline from designers such as Edward Molyneux, who put hoops in both day skirts and evening gowns, and Norman Hartnell, whose late 1930s Winterhalter inspired crinoline designs for Queen Elizabeth The Queen Mother were so successful that the Queen is popularly (if inaccurately) credited with having single handedly brought crinolines back into fashion. Both as Queen, and as the Queen Mother, Elizabeth adopted the traditional bell shaped crinoline as her signature look for evening wear and state occasions. The film Gone with the Wind, released in 1939, inspired the American fashion for prom dresses with crinolines in Spring 1940. Following World War II, crinolines were once again revived by designers such as Christian Dior, whose 1947 "New Look" featured full skirts supported by stiffened underskirts. Loschek has suggested that, by explicitly referencing the Belle Époque era and reviving historic styles of corsets and crinolines in his "New Look," Dior was the first designer to introduce the idea of postmodernism to fashion, albeit unconsciously. Crinolines were popular throughout the 1950s and into the early 1960s. These were sold in a few clothing stores as late as 1970. The American designer Anne Fogarty was particularly noted for her full skirted designs worn over crinoline petticoats, which were always separate garments from the dress to enable ease of movement and travelling. Life reported in 1953 on how one of Fogarty's crinoline designs from 1951 was almost exactly duplicated by a design in Dior's latest collection. Hooped, tiered and/or ruffled crinoline petticoats in nylon, net and cotton were widely worn, as were skirts with integrated hoops. In the mid 1980s Vivienne Westwood revisited the crinoline, taking inspiration from the ballet Petrushka to produce miniskirt length versions that she christened the "mini crini." The mini crini silhouette influenced the work of other designers such as Christian Lacroix's "puffball" skirts. The Westwood mini crini was described in 1989 as a combination of two conflicting ideals – the crinoline, representing a "mythology of restriction and encumbrance," and the miniskirt, representing an "mythology of liberation." Late 20th and early 21st century fashion designers such as Alexander McQueen and John Galliano often used crinolines in their designs, with the skirt of one of Galliano's ballgowns for Dior in 1998 reaching a width of 9 feet. Galliano specifically visited the original crinoline manufacturers that Christian Dior himself had used in order to inform and influence his own designs. McQueen was fascinated by the crinoline and often referenced it in his collections, cutting away leather ballgowns to reveal the cage beneath, or making it out of silver decorated cut metal. One of McQueen's most notable crinoline designs was modelled by the amputee model Aimee Mullins in a series of photographs by Nick Knight for Dazed and Confused, in which Mullin's cage crinoline, deliberately worn without overskirts in order to reveal her prosthetic legs, was described as suggesting both a walking frame and a cage to "contain the unruliness of the unwhole". The images from this shoot were declared among the most significant commercial images of 1998, representing Knight and McQueen's dedication to presenting alternatives to the traditional concepts of fashion and physical beauty. After McQueen's death in 2010, his successor, Sarah Burton, continued the tradition of designing crinolines for the McQueen brand. 1950s and 1960s style net crinolines are a traditional element of costumes for square dancing and clogging. They are also popular garments for attending 1950s and 1960s influenced rockabilly events such as Viva Las Vegas. The steampunk movement has also appropriated cage crinolines along with other elements of 19th century fashion such as corsets and the top hat for its costuming. In some contexts, the traditional hooped crinoline may be seen as controversial, as in early 2015 when the University of Georgia reportedly requested hoop skirts not be worn to certain fraternity events due to their perceived association with Southern Belles and the slave owning, upper socioeconomic classes of the American Deep South. The reason for the proposed ban was linked to the SAE racism incident earlier that year, with several articles noting it was a well intentioned attempt to avoid the University of Georgia fraternities facing charges of racial insensitivity. It was noted that hoop skirts and crinolines had been worn by both black and white women of all classes and social standings during the historical period in question, and that despite popular associations, they were not exclusive to the image of the Southern Belle.