Введение

Зимняя война велась в течение четырех месяцев после вторжения Советского Союза в Финляндию 30 ноября 1939 года. Это произошло через три месяца после вторжения Германии в Польшу, которое послужило началом Второй мировой войны в Европе. Швеция не вступила в конфликт напрямую, но оказывала Финляндии косвенную поддержку. Шведский добровольческий корпус направил 9640 офицеров и солдат. Шведские добровольческие ВВС также предоставили 25 самолетов, которые уничтожили двенадцать советских самолетов, потеряв при этом шесть собственных: два были сбиты противником, а четыре потерпели крушение из-за аварий. Швеция также предоставила часть вооружения и снаряжения, использовавшегося финнами на протяжении всей войны.

Основы шведской политики

Согласно преобладающему мнению в министерстве иностранных дел Швеции, внешняя политика Финляндии, начиная с обретения независимости и гражданской войны 1918 года, считалась "неустойчивой и авантюрной". Кроме того, шведские социал-демократы относились к внутренней политике Финляндии с большим подозрением. После поражения социалистов в гражданской войне, антипарламентаризм и антисоциалистическая политика доминировали в шведском восприятии Финляндии. Сотрудничество с Финляндией в 1920-х и 1930-х годах в основном продвигалось представителями крайне правых политических сил и военными. И справа, и слева, более тесное сотрудничество с Финляндией рассматривалось как средство противодействия гегемонистским позициям социал-демократов в Швеции. После Абиссинского кризиса Финляндия и Швеция были вынуждены скорректировать свою внешнюю политику, поскольку Лига Наций, казалось, предлагала лишь иллюзорную защиту от внешней агрессии. В Балтийском регионе как возрожденная нацистская Германия, так и Советский Союз рассматривались как вероятные агрессоры, стремящиеся вернуть территории, утраченные в результате Первой мировой войны, и, по возможности, расширить свое влияние. Финляндия переориентировала свою внешнюю политику в сторону Скандинавии, придерживаясь нейтралитетской политики шведского образца. Детальные планы военного сотрудничества были дополнены активизацией контактов между дипломатами и политиками. Социал-демократы во главе с Вейно Таннером были реабилитированы и включены в состав кабинета министров. Посольство Финляндии в Стокгольме считалось наиболее важным, и Юхо Кусти Паасикиви был назначен туда послом. Несмотря на то, что ключевые политики и чиновники были убеждены в необходимости более тесного шведско-финского сотрудничества, парламентарии и влиятельные лица не так легко изменили свои антишведские или антифинские настроения. Впечатления, сложившиеся (в обеих странах) в связи с обретением Финляндией независимости, гражданской войной, Аландским кризисом, языковыми конфликтами и движением Лапуа, оказались живучими. Эти впечатления, в свою очередь, усиливались тенденцией в Швеции преувеличивать опасность нацистской экспансии и относиться к Советскому Союзу с большой симпатией, в то время как в Финляндии преобладала противоположная точка зрения. Скандинавский тренд официально не допускал участия Швеции в обеспечении безопасности Финского залива совместно с Финляндией. Однако, за кулисами, генеральные штабы Швеции и Финляндии тайно согласовали план блокады Финского залива в 1929 году. Швеция согласилась, что в 1930 году сначала предложит эстонцам план блокады. Официально Швеция не должна была участвовать, но в случае нападения Советского Союза обязывалась предоставить материалы и вспомогательные войска. Отставка Литвинова с поста министра иностранных дел СССР в марте 1939 года стала сигналом о нарастании напряженности и опасности для Финляндии и стран Балтии, а также косвенно для Швеции. Литвинов был известен своими дружественными настроями по отношению к Западу, в то время как новый министр, Молотов, произвел более агрессивное впечатление. Полуобещания Литвинова принять и поддержать совместные финско-шведские положения об обороне Аландских островов от возможной немецкой угрозы не были выполнены его преемником. В результате, советски настроенные министры в Швеции, такие как Эрнст Вигфорсс и Остен Унден, предложили Швеции выйти из этих планов. Парламент согласился, стремясь продолжить успешную политику Швеции, начиная с 1812 года, по недопущению конфронтации с Россией.

Политический ответ на советское вторжение

В условиях пакта Молотова — Риббентропа и последовавшей советской агрессии против Польши и стран Балтии, положение Финляндии становилось всё более угрожающим. 4 октября правительство Финляндии обратилось к Швеции с вопросом о готовности оказать военную помощь в обороне Аландских островов. На следующий день Молотов пригласил финскую делегацию в Москву, а шведский парламент был проинформирован об этом на следующий день. 12 октября выяснилось, что политической поддержки в Швеции для военного вмешательства на Аландах оказалось недостаточно: Партия правых выступала за, социал-демократы разделились во мнениях, а большинство представителей Крестьянской партии (Bondeförbundet) и все либералы были против. Неприятие шведской военной помощи Аландам усилилось опасениями, что вмешательство может распространиться на материковую Финляндию, что поддержали бы немногие парламентарии. Хотя публично Финляндия пользовалась поддержкой, министру иностранных дел Финляндии Элиасу Эркко было сообщено, что рассчитывать на шведские войска не стоит. До сих пор остаётся предметом споров, передал ли он это сообщение своим коллегам и президенту. Сообщение, воспринятое общественным мнением в Финляндии и Швеции, существенно отличалось от намерений шведского правительства. На протяжении двух месяцев Финляндия отчаянно боролась за своё национальное выживание, но к концу января 1940 года Советский Союз отказался от планов по повторному завоеванию всей Финляндии. Теперь считалось достаточным, если Финляндия уступит свою промышленную базу, включая второй по величине город Виипури (Виборг, ныне Выборг). Это означало, что Советский Союз мог получить территорию, значительно превышающую ту, которую Красной Армии удалось захватить военным путём. Благодаря так называемому Statsrådsdiktamen, король Швеции способствовал сближению общественного восприятия намерений Швеции с позицией правительства.

Сообщение от короля

В "Statsrådsdiktamen" от 19 февраля 1940 года король Швеции Густав V публично отверг просьбы правительства Финляндии о военном вмешательстве в Зимнюю войну с целью помочь Финляндии в обороне против советского вторжения. Это заявление короля было направлено на то, чтобы оказать давление на Финляндию с целью принятия жестких советских мирных условий и успокоить активную часть шведского общественного мнения, выступавшую за участие в войне. Заявление достигло своей цели, однако также вызвало значительное негодование в Финляндии. В ходе войны правительство Швеции отклонило три официальных просьбы правительства Финляндии о военном участии в ее обороне против Советского Союза. Подробные планы развертывания шведских войск вдоль финской границы были разработаны за десять лет до этого и регулярно обновлялись в ходе секретных контактов между Генеральными штабами обеих стран. Тем не менее, официальный союз не был заключен, а предложение о формальном признании совместной обороны демилитаризованных Аландских островов было отклонено шведским парламентом в июне 1939 года.

Последствия

Зимняя война также способствовала укреплению позиций Швеции. Помощь Финляндии была обусловлена не только поддержкой соседа, но и необходимостью нейтрализовать общественное мнение, требовавшее активного вмешательства в войну. Это также позволило определить политические приоритеты накануне событий 9 апреля 1940 года, когда Германия вторглась в Данию и Норвегию. Теперь главной задачей стало удержание Швеции от вовлечения в расширяющийся европейский конфликт; если они и не пошли на войну ради защиты Финляндии, то и для Норвегии не стали бы этого делать. Последний из уцелевших шведских ветеранов той войны, Бенгт Эссен, скончался в августе 2020 года.