Ratel: Южноафриканская боевая машина пехоты и её применение.

Введение

[[Файл:Ratel90mm2. PNG|thumb|240px|Ratel Mk II, идентифицируемый по открытым фарам и бронированным крышкам над колесными ступицами. Добавление прикрепленных эскадрилий Eland к механизированным пехотным подразделениям считалось необходимым, поскольку они несли 60-мм минометы с казённой загрузкой или большие 90-мм орудия, которые были более эффективны, чем 20-мм автоматическая пушка Ratel для поражения стационарных укреплений, закрепившегося противника и бронетехники по мере необходимости. Ratel 90, используемый в качестве машины огневой поддержки, был оснащен башней Eland с 90-мм нарезным орудием, стреляющим обычными осколочно-фугасными и кумулятивными снарядами, а Ratel 60, минометный носитель, был оснащен башней Eland с 60-мм минометом. Ratel Command был оснащен дополнительным радиооборудованием, системой громкой связи и картами; его основным вооружением был 12,7-мм пулемет. В этом отношении SADF значительно отличалась от западной доктрины применения БМП, которая ограничивала роль БМП поддержкой продвижения танков, а также от советской доктрины, которая предписывала БМП занимать и удерживать территорию по мере необходимости. Хотя Ratel мог действовать самостоятельно, боевые группы на базе Ratel не должны были занимать и удерживать статические позиции; их основной задачей было опережать и уничтожать противника тактикой одновременного огня и маневра, известной как "огненный пояс". Эта доктрина подходила для широких, густо заросших лесов южной Анголы, что позволяло южноафриканским войскам проводить уклоняющиеся маневры и быстро наносить удары из неожиданных направлений, оставаясь незамеченными. Ratel и другие колесные боевые машины SADF испытывали трудности в густой грязи, а густая растительность предоставляла PLAN укрытие от патрулей. Если механизированная боевая группа действовала совместно с танками – как во время операций Hooper и Packer – танки шли впереди для поражения вражеской бронетехники, а Ratel 20 и Ratel 90 плотно следовали по флангам для подавления сопровождающей пехоты. Это часто требовало буксировки их спасательными машинами или другими Ratel, нередко под огнем противника. Это давало PLAN свободный доступ к логистической и коммуникационной инфраструктуре своих местных союзников и многократно увеличивало риск для рейдов SADF против этих лагерей. SADF осознавала это и создала ряд импровизированных противотанковых взводов, состоящих из Ratel 90, для борьбы с ангольской бронетехникой в случае необходимости. Во время операций Protea и Askari Ratel 90 должен был столкнуться с ангольскими танками T-34-85, PT-76 и T-54/55, с переменным успехом. Хотя Ratel 90 в основном был достаточен для противодействия устаревшей и второстепенной советской бронетехнике Анголы, ему мешали небольшие дальности эффективного огня, низкое качество систем управления огнем и отсутствие стабилизированного основного вооружения. Экипажам Ratel часто приходилось маневрировать за танками и стрелять по ним сзади, чтобы уничтожить их. По меньшей мере 354 Ratel были признаны излишними и проданы, начиная с 2005 года. Большая часть оставшихся Ratel пострадала от ограниченного бюджета SANDF на техническое обслуживание и недостатка квалифицированного персонала. Эмбарго лишило SADF многих новых систем вооружений, доступных другим крупным импортерам оружия, ограничило ее попытки получить оборонные технологии на открытом рынке и увеличило стоимость запасных частей и компонентов для существующего оборудования. Королевская марокканская армия стала первым потенциальным клиентом, проявившим интерес к Ratel; она закупала оружие из различных источников для использования в войне в Западной Сахаре. Это было частью масштабной программы перевооружения, финансируемой за счет щедрых военных субсидий от Саудовской Аравии. Марокко получила первые Eland в 1976 году и затем разместила заказы на дополнительные машины, включая несколько десятков Ratel, от Sandock Austral. Они были развернуты в операциях по борьбе с повстанцами против Фронта Polisario, который захватил несколько Ratel 20 и ввел их в эксплуатацию. В 2016 году в Марокко все еще эксплуатировалось 30 Ratel 20 и 30 Ratel 90. Все они были модификацией Ratel Mk III. Экспорт Ratel возобновился только в начале 2000-х годов, когда SANDF признала сотни своих БМП излишними и предложила их для продажи. Некоторые Ratel 20, используемые в Иордании, были модернизированы новым дизельным двигателем Cummins QSM11 C330 мощностью 329 л.с. (246 кВт). Другие могли быть оснащены башней, несущей как оригинальную 20-мм автоматическую пушку, так и пусковую установку ракет ZT3 Ingwe. Помимо использования в Королевской иорданской армии, эти модернизированные Ratel были экспортированы небольшими партиями в Йемен в период с 2008 по 2011 год. В Йемене Ratel использовался для разведки и фактически выполнял роль бронеавтомобиля. Maynier предположил, что Ливия, как и Йемен, вероятно, получила Ratel из другой страны с нарушением соглашения о конечном пользователе, а также ряд неаффилированных ополченцев, таких как бригады Зинтан и бригада мучеников 17 февраля. [[Файл:Ratel90mm2. PNG|thumb|left|Ratel из батальона быстрого реагирования, развернутые в Дальне-Северном Камеруне в январе 2019 года. Небольшие партии подержанных Ratel были поставлены SANDF в ряд других африканских государств, включая Гану, которая получила 15 Ratel 20 и 24 Ratel 90 в 2004 году, и Руанду, которая получила 15 Ratel 90 и 20 Ratel 60 в 2007 году. В 2007 году SANDF обязалась передать до 18 Ratel 90 Центральноафриканской Республике. Эта инициатива провалилась из-за ряда непредвиденных проблем: SANDF была готова поставлять только ранее выведенные из эксплуатации Ratel 90 и настаивала на том, что передача зависит от организации правительством Центральноафриканской Республики их транспортировки в Банги. По меньшей мере три местных экипажа были обучены в период с 2010 по 2013 год, после чего машины были официально приняты на вооружение Центральноафриканской армией. SANDF также передала Ratel многонациональным миротворческим силам, в частности, Миссии ООН по стабилизации в Демократической Республике Конго (MONUSCO).

[[File:Ratel90mm2. PNG|thumb|240px|Ratel Mk II, identifiable by its exposed headlamps and the armoured cover plates over its wheel hubs. The addition of attached Eland squadrons to mechanised infantry units was considered necessary because they carried 60 mm breech loading mortars or large 90 mm guns, which were more useful than the Ratel's 20 mm autocannon for engaging fixed fortifications, dug in troops, and enemy armour as needed. The Ratel 90 fire support vehicle utilised an Eland turret with a 90 mm rifled cannon firing conventional high explosive and high explosive anti tank shells, while the Ratel 60 mortar carrier was fitted with an Eland turret mounting a 60 mm mortar. The Ratel Command was fitted with additional radio equipment, a public address system, and map tables; it carried a 12.7 mm machine gun as its main armament. In this regard the SADF differed greatly from Western IFV doctrine–which confined the IFV's role to assisting the forward momentum of tanks–as well as Soviet IFV doctrine, which dictated that IFVs must occupy and hold terrain as needed. Although capable of operating independently, Ratel based battle groups were not expected to occupy and hold static positions; their primary task was to outmanoeuvre an enemy unit before destroying it with a concentrated fire and movement tactic known as a firebelt action. This doctrine was suited for the wide, densely wooded expanses of southern Angola which enabled the South African forces to carry out evasive manoeuvres and strike quickly from unexpected directions without being prematurely detected. The SADF's Ratels and other wheeled combat vehicles were hampered by thick mud, and the increased foliage cover provided PLAN with concealment from patrols. If the mechanised battle group was integrated with tanks—as during Operation Hooper and Operation Packer—the tanks spearheaded the formation to engage hostile armour, while the Ratel 20s and Ratel 90s followed closely on the flanks to suppress any accompanying infantry. This necessitated their being towed out with recovery vehicles or other Ratels, often under heavy fire. This gave PLAN ready access to the logistical and communications infrastructure of its local allies and increased the risk to SADF raids targeting those camps exponentially. The SADF remained conscious of this fact and established a number of improvised anti tank platoons composed of Ratel 90s to engage Angolan armour if necessary. During Operation Protea and Operation Askari, Ratel 90s were to face Angolan T 34 85, PT 76, and T 54/55 tanks, with mixed results. While the Ratel 90s were for the most part adequate in countering Angola's largely obsolete and second line Soviet tanks, they remained hindered by mediocre standoff ranges, inferior fire control, and a lack of stabilised main armament. Ratel crews often had to manoeuvre behind the tanks and fire on them from the rear to destroy them. At least 354 Ratels were declared surplus to requirements and sold beginning in 2005. Much of the remaining Ratels have been handicapped by the SANDF's limited maintenance budget and inadequate numbers of trained maintenance personnel. The embargo deprived the SADF of many new weapons systems available to other major arms importers, curtailed its attempts to obtain defence technology on the open market, and raised the cost of obtaining spare parts and components for its preexisting equipment. The Royal Moroccan Army became the first prospective client to show an interest in the Ratel; it was then purchasing arms from a vast array of sources for use in the Western Sahara War. This was pursued as part of a massive re armament programme being funded through generous military subsidies from Saudi Arabia. Morocco received the first Elands in 1976 and obligingly placed orders for more vehicles, including a few dozen Ratels, from Sandock Austral. They were deployed in counter insurgency operations against the Polisario Front, which captured several Ratel 20s and pressed them into service. In 2016, Morocco was still operating 30 Ratel 20s and 30 Ratel 90s. All of these were the Ratel Mk III variant. Export of the Ratel only resumed again in the early 2000s, when the SANDF declared hundreds of its own IFVs surplus to requirements and offered them for sale. Some Jordanian Ratel 20s have been retrofitted with a new Cummins QSM11 C330 diesel engine developing 329 hp (246 kW). Others may have also been retrofitted with a turret carrying both the original 20 mm autocannon in addition to a bank of ZT3 Ingwe missiles. In addition to service with the Royal Jordanian Army, these modified Ratels were exported in small numbers to Yemen between 2008 and 2011. In Yemeni service, the Ratel was utilised for reconnaissance purposes and essentially fulfilled the role of an armoured car. Maynier suggested that Libya, like Yemen, had likely obtained the Ratels from another country in violation of an end user agreement. as well as a number of unaffiliated militias such as the Zintan Brigades and the February 17th Martyrs Brigade. thumb|left|Ratels of the Rapid Intervention Battalion deployed in Far Northern Cameroon in January 2019. Small quantities of second hand Ratels have been delivered by the SANDF to a number of other African states, including Ghana, which received 15 Ratel 20s and 24 Ratel 90s in 2004, and Rwanda, which received 15 Ratel 90s and 20 Ratel 60s in 2007. In 2007, the SANDF committed to donate up to 18 This effort collapsed due to a variety of unforeseen problems: the SANDF was only willing to supply previously decommissioned Ratel 90s and insisted that the donation was contingent on the Central African government making its own arrangements to have them shipped to Bangui. At least three local crews were trained between 2010 and 2013, after which the vehicles were formally adopted by the Central African Army. The SANDF has also donated Ratels to multinational peacekeeping forces, namely the United Nations Organization Stabilization Mission in the Democratic Republic of the Congo (MONUSCO).