Тупак Амару II: Вождь Андского восстания в Перу

Введение

Лидер крупного восстания в Андах против испанцев в Перу (1738–1781).

Хосе Габриэль Кондорканки (ок. 1742 – 18 мая 1781), известный как Тупак Амару II, был коренным касиком, возглавившим масштабное андское восстание против испанцев в Перу, провозгласив себя Сапа Инкой новой империи инков. Позднее он стал мифической фигурой в перуанской борьбе за независимость и движении за права коренных народов, а также источником вдохновения для множества движений в Испанской Америке и за её пределами.

Ранние годы

Тупак Амару II родился Хосе Габриэль Кондорканки Ногера около 1742 года в Суримане, Тунгасука, провинции Куско, в семье Мигеля Кондорканки Ускионса Тупак Амару, курака трех городов в районе Тинта, и Марии Розы Ногера. 1 мая Тупак Амару II был крещен Сантьяго Хосе Лопесом в церкви в Тунгасуке. До смерти отца Амару II провел детство в долине Вилькамаю; он сопровождал отца на общественные мероприятия, такие как храм, рынок и процессии. Родители Тупака умерли, когда ему было двенадцать лет, и он был воспитан тетей и дядей. В 16 лет он получил образование в школе Сан-Франциско де Борья, основанной для обучения сыновей курака. Иезуиты "впечатлили его своим социальным положением будущего кураки и того, кто был из царской крови инков". Когда ему было 22 года, Амару II женился на Микеле Бастидас. Вскоре после свадьбы Амару II сменил своего отца на посту кураки, получив права на землю. Как и его отец, он был главой нескольких общин кечуа и региональным купцом и мулеводом, унаследовавшим 350 мулов от имения своего отца. Его региональная торговля дала ему контакты во многих других коренных общинах и доступ к информации об экономических условиях. Его личные контакты и знания региона были полезны в восстании 1780–81 годов. Он был признан представителем элиты кечуа из семьи курака и получил образование в школе в Куско для сыновей коренных лидеров. Он говорил на кечуа и испанском языках, а также изучал латинский у иезуитов. Он был социально активен и в Куско имел связи с выдающимися испанскими и испаноамериканскими (креольскими) жителями. "В Лиме высшие классы считали его образованным индейцем". В период между 1776 и 1780 годами Кондорканки вступил в судебный спор с семьей Бетанкур по поводу права наследования маркизата Оропеса и проиграл дело. В 1760 году он женился на Микеле Бастидас Пуюкахуа, имевшей афро-перуанские и коренные корни. Амару II унаследовал касикество, или наследственное вождество Тунгасука и Пампамарка от своего старшего брата, управляя от имени испанского губернатора. В конце 1770-х годов торговые отношения между Буэнос-Айресом и Верхним Перу прекратились из-за коммерческой монополии Лимы, что вызвало большую конкуренцию для производителей Куско. Им нужно было продавать свою продукцию в Потоси, но им приходилось конкурировать с производителями из Буэнос-Айреса и даже из Испании. С другой стороны, распространенное в Андах избыточное производство привело к снижению цен. Кроме того, в 1778 и 1779 годах чрезвычайно холодная погода повредила урожай и затруднила путешествия. В 1780 году Амару, который также пережил этот кризис, имел значительные ресурсы, но также и многочисленные долги. Он также был свидетелем экономических трудностей, через которые проходили другие, от торговцев, находившихся на грани банкротства, до общин, которые не могли позволить себе растущую дань. Кондорканки жил в типичной ситуации курака (племенных вождей): ему приходилось быть посредником между местным командиром и коренными жителями, находящимися под его опекой. Однако он пострадал, как и остальное население, из-за установления таможенных пошлин и роста алкабала (налогов). Он высказал свое возражение против этих мер. Он также потребовал освободить коренных жителей от принудительного труда в шахтах. Его обращения, направленные по установленным каналам к колониальным властям в Тинте, Куско и позже в Лиме, остались без ответа или были проигнорированы. Кроме того, он принял имя Тупак Амару II в честь своего предка Тупак Амару I, последнего Сапа Инка государства Нео-инков, стремясь быть признанным за его королевское происхождение от инков.

Túpac Amaru II was born José Gabriel Condorcanqui Noguera in around 1742 in Surimana, Tungasuca, in the province of Cusco, to Miguel Condorcanqui Usquionsa Túpac Amaru, kuraka of three towns in the Tinta district, and María Rosa Noguera. On May 1, Túpac Amaru II was baptized by Santiago José Lopez in a church in Tungasuca. Prior to his father's death, Amaru II spent his childhood in the Vilcamayu Valley; he accompanied his father to community functions, such as the temple, the market, and processions. Tupac's parents died when he was twelve years old, and he was raised by an aunt and uncle. When he was 16, he received a Jesuit education at the San Francisco de Borja School, founded to educate the sons of kurakas. The Jesuits "impressed upon him his social standing as future kuraka and someone of royal Inca blood." When he was 22, Amaru II married Micaela Bastidas. Shortly after his marriage, Amaru II succeeded his father as kuraka, giving him rights to land. As with his father, he was both the head of several Quechua communities and a regional merchant and muleteer, inheriting 350 mules from his father's estate. His regional trading gave him contacts in many other indigenous communities and access to information about economic conditions. His personal contacts and knowledge of the region were useful in the rebellion of 1780–81. He was recognized as an elite Quechua from a kuraka family and was educated at a school in Cuzco for sons of indigenous leaders. He spoke Quechua and Spanish, and learned Latin from the Jesuits. He was upwardly socially mobile, and in Cuzco he had connections with distinguished Spanish and Spanish American (creole) residents. "The upper classes in Lima saw him as a well educated Indian". Between 1776 and 1780 Condorcanqui went into litigation with the Betancur family over the right of succession of the Marquisate of Oropesa and lost the case. In 1760, he married Micaela Bastidas Puyucahua of Afro Peruvian and indigenous descent. Amaru II inherited the caciqueship, or hereditary chiefdom of Tungasuca and Pampamarca from his older brother, governing on behalf of the Spanish governor. At the end of the 1770s, the trade relations between Buenos Aires and the Upper Peru ended with the commercial monopoly of Lima, which caused greater competition for the manufacturers of Cuzco. They needed to sell their merchandise in Potosí but had to compete with producers of Buenos Aires and even of Spain. On the other hand, the widespread overproduction throughout the Andes pushed prices down. Furthermore, in the years 1778 and 1779, extremely cold weather damaged crops and made travel difficult. In 1780, Amaru, who also experienced this crisis, had considerable resources but also numerous debts. He also witnessed the economic discomforts the others were going through, from merchants who were on the brink of bankruptcy to communities that could not afford the growing tribute. Condorcanqui lived the typical situation of the kurakas (tribal chiefs): he had to mediate between the local commander and the indigenous people in his charge. However, he was affected, like the rest of the population, due to the establishment of customs and the rise of the alcabalas (taxes). He voiced his objection against these issues. He also demanded that the indigenous people be freed from compulsory work in the mines. claims directed through the regular channels to the colonial authorities in Tinta, Cusco and later in Lima, obtaining negatives or indifference. In addition, he adopted the name Túpac Amaru II, in honor of his ancestor Túpac Amaru I, the last Sapa Inca of the Neo Inca State, seeking to be recognized for his royal Inca lineage.

Коррегидоры и эксплуатация туземцев

Хотя испанская система доверительного труда, или энкомиенда, была отменена в 1720 году, седьмая часть населения, проживавшего в общинах коренных народов (pueblos de indios), а также постоянные работники из числа коренного населения, в то время проживавшие в Андах на территории современных Эквадора и Боливии, составлявшие девять десятых населения, по-прежнему привлекались к принудительному труду под видом юридически оформленных общественных работ. Этот переход от энкоменды к спонсируемой и контролируемой государством системе принудительного набора рабочей силы закрепил коренную рабочую силу в руках местного правительства, а не отдельных энкомендерос. Большинство коренных жителей работали под надзором мастера, обрабатывая землю, добывая полезные ископаемые или работая на текстильных фабриках. Незначительная заработная плата, которую получали работники, облагалась высокими налогами, что увековечивало задолженность коренных американцев перед испанскими хозяевами. Римско-католическая церковь также участвовала в эксплуатации коренного населения, взимая поборы на святых, за мессы по умершим, за домашние и приходские работы в определенные дни, принудительные пожертвования и т.д. Те, кто не был занят принудительным трудом, все равно подчинялись испанским провинциальным губернаторам, или коррехидорам, которые также взимали высокие налоги и завышали цены на товары для свободных коренных жителей, тем самым обеспечивая их финансовую нестабильность. Гордость маркиза своим происхождением и ненависть к испанской колониальной системе заставили его сочувствовать коренному населению и часто ходатайствовать об улучшении условий их труда на мельницах, фермах и в шахтах, даже используя свое собственное состояние, чтобы облегчить налоговое бремя и тяготы коренных жителей. После того как многие его просьбы об улучшении положения коренного населения остались без ответа, Кондорканки решил организовать восстание. Он начал задерживать сбор долгов по репарто и уплату дани, за что коррехидор Тинты и губернатор Антонио де Арриага пригрозили ему смертью. Кондорканки изменил свое имя на Тупак Амару II и заявил, что является потомком последнего правителя инков, Тупак Амару.

Восстание

Восстание Тупака Амару было движением инков, стремившимся улучшить положение коренных перуанцев, страдающих от испанских бурбонских реформ. Это восстание стало одним из многих перуанских индейских выступлений во второй половине XVIII века. Оно началось с захвата и убийства коррегидора и губернатора Тинты, Антонио де Арриаги, 4 ноября 1780 года, после пира, на котором присутствовали Тупак Амару II и губернатор Арриага. Непосредственной причиной восстания стали недовольства, вызванные серией модернизирующих реформ колониальной администрации, проводимых бурбонской монархией в Испании при Карле III (1759–1788), централизацией административного и экономического контроля и усилением налогового и трудового бремени как для индейского, так и для креольского населения. Главным объектом недовольства был главный представитель короны в Перу, визитадор-генерал Хосе Антонио Арече. Идеологически восстание было сложным. С одной стороны, оно выражало требование к испанским властям о внесении изменений и реформ в структуру колониального правления, часто от имени самого короля. С другой стороны, оно предполагало свержение европейского правления и, возможно, восстановление империи инков Тауантинсуйо, существовавшей до завоевания. Заявление Тупака Амару о его происхождении от инков предполагало возможность создания аристократического государства, подобного тому, которое представлял в XVI веке метис Инка Гарсиласо де ла Вега, видевший инков как правящих совместно с испанской аристократией. Однако в восстании присутствовали также сильные милленаристские, протоякобинские и даже протокоммунистические элементы. Основу армий тупамаристов составляли бедные индейские крестьяне, ремесленники и женщины, видевшие в восстании не столько вопрос реформ или раздела власти, сколько возможность «перевернуть мир с ног на голову». Восстановление империи инков означало для них возможность создания эгалитарного общества, основанного экономически на общинной системе земледелия инков, айлью, и свободного от каст (расовых различий), богатых и бедных, а также принудительного труда на хасиендах, в шахтах и на фабриках, особенно на ненавистных текстильных мануфактурах. Когда Арриага покинул пир в нетрезвом состоянии, Тупак Амару II и несколько его союзников захватили его и заставили написать письма большому числу испанцев и курака. Когда в течение нескольких дней собралось около 200 человек, Тупак Амару II окружил их примерно 4000 индейцев. Заявив, что действует по прямому приказу испанской короны, Амару II предоставил рабу Арриаги, Антонио Облитасу, право казнить своего хозяина. Затем Тупак Амару II быстро собрал армию из 6000 коренных жителей, которые оставили работу, чтобы присоединиться к восстанию. По пути в Куско повстанцы заняли провинции Киспиканчис, Тинта, Котабамбас, Калька и Чумбивилкас. Они грабили дома испанцев и убивали их обитателей. Фактически, жена Тупака Амару II, Микаэла Бастидас, командовала батальоном повстанцев и отвечала за восстание в регионе Сан-Фелипе-де-Тунгасука. Ее также часто считают более смелой и выдающимся стратегом, чем Тупака Амару II. Говорят, что она упрекала мужа в слабости и отказе от внезапного нападения на испанцев в Куско, чтобы застать ослабленную городскую стражу врасплох. Вместо того чтобы прислушаться к жене, Тупак Амару II потерял драгоценное время, окружив страну в надежде набрать больше новобранцев в свою армию. К тому времени, когда повстанцы атаковали город, испанцы уже получили подкрепление и смогли взять ситуацию под контроль и подавить восстание. Это привело к захвату Тупака Амару II, Микаэлы Бастидас и нескольких других, а повстанцы рассеялись. В ходе восстания Тупак Амару II сумел убедить носителей языка кечуа присоединиться к нему. Поэтому под его командованием кечуа воевали вместе с повстанцами-аймара из Пуно, расположенного на озере Титикака, и с боливийской стороны озера. К сожалению, этот союз не был долговечным, что привело к тому, что лидер аймара Тупак Катари возглавил свою армию в одиночку, что в конечном итоге привело к его захвату в октябре 1781 года. Его соратница и командир, Бартола Сиса, взяла на себя командование после его захвата и возглавила удивительное количество в 2000 солдат в течение нескольких месяцев. Вскоре после этого, в начале 1782 года, испанские войска разгромили повстанцев в Перу и Боливии. Согласно современным источникам, из 73 лидеров 32 были женщинами, все они были казнены тайно. Амару и его люди прочесывали сельскую местность, пытаясь завербовать коренных жителей в свои ряды, тем самым укрепляя свои силы. Армия Амару II была окружена между Тинтой и Сангарарой, и его предали два его офицера, полковник Вентура Ландаэта и капитан Франсиско Крус, что привело к его захвату.

The Túpac Amaru rebellion was an Inca revival movement that sought to improve the rights of indigenous Peruvians suffering under the Spanish Bourbon Reforms. The rebellion was one of many indigenous Peruvian uprisings in the latter half of the 18th century. It began with the capture and killing of the Tinta Corregidor and Governor Antonio de Arriaga on November 4, 1780, after a banquet attended by both Túpac Amaru II and Governor Arriaga. The immediate cause of the rebellion lay in grievances caused by a series of modernising reforms of the colonial administration implemented by the Bourbon monarchy in Spain under Charles III (1759–88), centralising administrative and economic control and placing heavier tax and labour burdens on both the Indian and Creole populations. The focus of discontent was the main representative of the crown in Peru, the visitador general José Antonio Areche. Ideologically, the rebellion was complex. At one level, it expressed simply a demand on the Spanish authorities for changes and reforms within the structure of colonial rule, often speaking in the name of the king himself, for example. At another, it envisioned an overthrow of European rule, and something like a restoration of the pre conquest Inca empire, the Tahuantinsuyo. Túpac Amaru's claim to be the legitimate descendant of the Inca suggested the possibility of an aristocratic state similar to the one envisioned in the sixteenth century by the mestizo writer, Inca Garcilaso de la Vega, who saw the Incas as sharing rule with the Spanish aristocracy. But there were also strong millenarian, proto Jacobin and even proto communist elements in the rebellion. In the main, the soldiers of the Tupamarista armies were poor Indian peasants, artisans and women, who saw the rebellion not so much as a question of reforms or power sharing but as an opportunity to 'turn the world upside down'. The restoration of the Inca Empire meant for them the possibility of an egalitarian society, based economically on the Inca communal agricultural system, the ayllu, and one without castas (racial divisions), rich and poor, or forced labour in haciendas, mines and factories, particularly the dreaded textile mills." When Arriaga left the party drunk, Túpac Amaru II and several of his allies captured him and forced him to write letters to a large number of Spaniards and kurakas. When about 200 of them gathered within the next few days, Túpac Amaru II surrounded them with approximately 4,000 natives. Claiming that he was acting under direct orders from the Spanish Crown, Amaru II gave Arriaga's slave Antonio Oblitas the privilege of executing his master. Tupac Amaru II then went on to quickly assemble an army of 6,000 natives who had abandoned their work to join the revolt. As they marched towards Cuzco, the rebels occupied the provinces of Quispicanchis, Tinta, Cotabambas, Calca, and Chumbivilcas. The rebels looted the Spaniards' houses and killed their occupants. In fact, Túpac Amaru II's wife, Micaela Bastidas, commanded a battalion of insurgents and was responsible for the uprising in the San Felipe de Tungasuca region. She is also often credited to being more daring and a superior strategist, compared to Túpac Amaru II. It is told that she scolded her husband for his weakness and refusal to set up a surprise attack against the Spaniards in Cusco to catch the weakened city defenders off guard. Instead of listening to his wife, Túpac Amaru II lost precious time by encircling the country in hopes that he could gather more recruits for his army. So, by the time the insurgents had attacked the city, the Spaniards had already brought in reinforcements and were able to control and stop the uprising. This led to Túpac Amaru II, Micaela Bastidas, and several others to be captured while the rebels scattered. During a stage of his rebellion, Túpac Amaru II was able to convince the Quechua speakers to join him. Therefore, under his command, the Quechua speakers fought alongside him with Aymara speaking rebels from Puno on Lake Titicaca and on the Bolivian side of the lake. Unfortunately, the alliance did not last that long and this led the Aymara leader, Túpac Katari, to lead his army alone which ultimately led to his capture in October 1781. His partner and female commander, Bartola Sisa, took control after his capture and lead an astonishing amount of 2,000 soldiers for several months. Soon after that in early 1782, the Spanish military defeated the rebels in Peru and Bolivia. According to modern sources, out of the 73 leaders, 32 were women, who were all executed privately. Amaru and his men marched through the countryside attempting to recruit any native to his cause, in doing so bolstering his forces. Amaru II's army was surrounded between Tinta and Sangarara and he was betrayed by two of his officers, Colonel Ventura Landaeta and Captain Francisco Cruz, which led to his capture.

Смерть

Амару II был приговорен к казни. Ему пришлось наблюдать за смертью его жены Микелы Бастидас, старшего сына Гиполито, дяди Франсиско Тупа Амаро, шурина Антонио Бастидаса и некоторых его капитанов перед собственной смертью. 18 мая 1781 года их доставили на площадь Пласа-де-Армас в Куско, чтобы казнить одного за другим. Сначала сыну Иполито отрезали язык за то, что он выступал против испанцев, а затем его повесили. Микела и Хосе Габриэль были вынуждены наблюдать за смертью своего сына; затем Микелу заставили подняться на эшафот. Перед лицом мужа и сына Фернандо Микаэла сражалась с палачами, пока они не одолели ее и не отрезали язык. Ее тонкой шее не доставало до лебедки, поэтому вокруг шеи обмотали веревки, которые тянули ее из стороны в сторону, чтобы задушить. Ее били дубинкой и, наконец, убили ударами в живот и грудь. Ниже приводится выдержка из официального судебного приговора, вынесенного испанскими властями, в котором Тупак Амару II приговаривается к пыткам и смерти. Было предписано, чтобы Тупак Амару II был приговорен к отрезанию языка после того, как он станет свидетелем казни своей семьи, и чтобы его руки и ноги были связаны: к четырем лошадям, которые затем одновременно потащат его к четырем углам площади, разрывая ему руки и ноги. После этого его тело будет доставлено на холм с видом на город, где его сожгут на костре. Голову Тупака Амару отправят в Тинту, где ее выставят на три дня в месте публичной казни, а затем водрузят на пику у главного входа в город. Одну его руку отправят в Тунгасуку, где он был касике, а другую руку – в столицу провинции Карабая, чтобы выставить их там аналогичным образом. Его ноги отправят в Ливитику и Санта-Росас в провинциях Чумбивилькас и Лампа соответственно. Сара С. Чемберс: Латиноамериканская независимость: Антология источников.

После неудачной попытки расчленения лошадьми его тело было четвертовано, а затем обезглавлено на главной площади в Куско, в том же месте, где был обезглавлен его предок Тупак Амару I. Его младшего сына, десятилетнего Фернандо, не казнили, но заставили стать свидетелем пыток и смерти всей его семьи и пройти под виселицей казненных. Позже его сослали в Африку на пожизненное заключение. Однако корабль, на котором он плыл, затонул, и он оказался в Кадисе, где его заключили в городские подземелья. Вице-король Агустин де Яуреги предложил оставить его в Испании, опасаясь, что враждебная держава может спасти его по пути в Африку. Ученые, изучавшие попытку расчленения, пришли к выводу, что из-за физического сложения и сопротивления Тупака Амару II расчленить его таким образом было бы невозможно. Однако его руки и ноги были вывихнуты, как и таз. Несмотря на казнь Тупака Амару II и его семьи, вице-королевское правительство не смогло подавить восстание, которое продолжалось под руководством его кузена Диего Кристобаля Тупака Амару, одновременно распространяясь по Верхнему Перу и региону Хухуй. Также стало очевидным недовольство испанской короны креолами, особенно в связи с делом Оруро. Иск был подан против Хуана Хосе Сеговии, родившегося в Лиме, и полковника Игнасио Флореса, родившегося в Кито, который занимал должность президента Королевской Аудиенсии Чаркаса и губернатора-интенданта Ла-Платы (Чукисака или Чаркас, ныне Сукре).

Последствия

Когда восстание продолжалось, испанцы казнили оставшихся членов его семьи, за исключением его 12-летнего сына Фернандо, который был приговорен к смерти вместе с ним, но вместо этого был заключен в тюрьму в Испании до конца жизни. Неизвестно, выжил ли кто-либо из членов инкской царской семьи после этой последней чистки. Части тела Амару были развеяны по городам, лояльным ему, по приказу, его дома были разрушены, их местоположения были усыпаны солью, его имущество конфисковано, его родственники объявлены бесчестными, а все документы, касающиеся его происхождения, сожжены. Одновременно, 18 мая 1781 года, была запрещена инкская одежда и культурные традиции, а также самоидентификация как "инка", наряду с другими мерами по обращению населения в испанскую культуру и систему управления до обретения Перу независимости в качестве республики. Однако даже после смерти Амару, восстания коренных народов охватили значительную часть современной южной части Перу, Боливии и Аргентины, поскольку повстанцы-индейцы захватывали испанские города и обезглавливали многих жителей. В одном случае армия коренных американцев под предводительством повстанческого лидера Тупака Катари осаждала город Ла-Пас в течение 109 дней, прежде чем войска, прибывшие из Буэнос-Айреса, пришли на помощь и сняли осаду.

Последствия

Хотя восстание Тупака Амару II не увенчалось успехом, оно стало первым крупномасштабным восстанием в испанских колониях и вдохновило на борьбу множество коренных народов и перуанцев в окружающих районах. Восстание получило значительное распространение в "Верхнем Перу", или современной Боливии, включая регионы к югу и востоку от озера Титикака. Тупак Амару II настолько вдохновил коренные народы, что даже в официальном документе о его смертном приговоре отмечено, что "индейцы стойко держались под огнем, несмотря на свой огромный страх", и что, несмотря на пленение лидера, его последователи остались верны своим убеждениям в его бессмертии и наследии. Восстание вселило в коренных перуанцев новое мировоззрение, своего рода национальное самосознание, которое вновь проявится и изменится в будущем страны. Теперь они были готовы объединяться со всеми, кто выступал против испанцев. Кроме того, лишь немногие перуанцы владели совместно с испанцами прибыльными предприятиями и землей, и поэтому не желали терять эти активы в случае революции. Хотя восстание Тупака Амару II началось в долине Вильканота и завершилось в городе Куско, его наследие и идеология нашли отклик во всем Андском регионе.

Цитаты

Querrán volarlo y no podrán volarlo ("Они захотят взорвать его, но не смогут"). Querrán romperlo y no podrán romperlo ("Они захотят сломать его, но не смогут"). Querrán matarlo y no podrán matarlo ("Они захотят убить его, но не смогут"). На третий день страданий, когда все было сочтено концом, он возопит: "СВОБОДА!" над землей, и должен вернуться. И они не смогут убить его! — Алехандро Ромуальдо

Признание

Слава Тупака Амару II распространилась настолько, что для коренных повстанцев в равнинах Касанаре региона Новой Гранады он был признан "Королём Америки". Позднее различные движения использовали имя Тупака Амару II для привлечения поддержки коренного населения, в числе которых были Фелипе Веласко Тупак Амару Инка или Фелипе Веласко Тупак Инка Юпанки, стремившийся поднять восстание в Хуарочири (Лима) в 1783 году. Восстание Тупака Амару II ознаменовало начало Перуанской войны за независимость в истории Перу. Это крупное восстание оказало значительное влияние на заговор Трех Антонио, вспыхнувший в Чили 1 января 1781 года, в разгар восстания. Они решились на действия, узнав о успехах Тупака Амару II в вице-королевстве Перу.

XX и XXI века

В Перу правительство генерала Хуана Веласко Альварадо (1968-1975) приветствовало официальное почитание образа Тупака Амару II как символа Революционного правительства Вооруженных сил, которое он возглавил – на сегодняшний день единственного правительства левой идеологии в истории Перу. Он признал его национальным героем. В 1968 году, что было нововведением со времен обретения независимости, символ Тупака Амару II вошел в перуанскую систему образования и официальную историографию. В его честь одна из главных комнат правительственного дворца была названа его именем. До этого эта комната носила имя Франсиско Писарро, и портрет конкистадора был заменен портретом предводителя коренных народов.

В Перу

Во время Революционного правительства Вооруженных сил (1968–1980) Тупак Амару был выбран военными лидерами в качестве символического воплощения идеалов Перуанской революции. Революционное движение Тупака Амару (MRTA) — перуанская марксистско-ленинская повстанческая группировка, получившая мировую известность благодаря участию в захвате заложников в посольстве Японии.

В романах

В книге "Золото инков" Клайва Касслера один из главных злодеев называет себя Тупаком Амару и утверждает, что является потомком настоящего Тупака Амару. В начале книги "Книга человеческой кожи" описывается смерть Тупака Амару II, а книга, предположительно переплетенная его кожей, играет важную роль в сюжете. В книге "Тупак Амару" Рамона Дж. Сэндэра мы можем узнать о внутреннем мире и мыслях Тупака до его восстания против испанцев.

Вокруг света

Тупамаро (также известные как Национальное освободительное движение) — неофициальное название городской партизанской группировки, действовавшей в 1960-х и начале 1970-х годов в Уругвае. Название также находилось под прямым влиянием Тупака Амару II и его идеалов. Существует венесуэльская марксистская политическая партия «Тупамаро». Пакистан провел операцию «Тупак» против Кашмира, находящегося под индийским управлением. Чилийский поэт Пабло Неруда написал стихотворение о Тупаке Амару II под названием «Тупак Амару (1781)». Это стихотворение можно найти в сборнике «Всеобщий песнь».