Культура: Утопия Иэйна Бэнкса

Культура Айена Бэнкса: утопическая цивилизация будущего из серии космической оперы. Искусственный интеллект, изобилие, гедонизм и общество без денег.

43 мин чтения

100%

Источник: The Culture — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Вымышленная цивилизация в серии романов "Культура" Иэна М. Бэнкса. Вымышленная вселенная, созданная Иэном Бэнксом.

Культура – вымышленная межзвездная цивилизация или общество, созданное шотландским писателем Иэном М. Бэнксом и представленное в ряде его романов в жанре космической оперы и коротких рассказов, объединенных в серию "Культура". В этой серии Культура состоит преимущественно из разумных существ гуманоидного инопланетного типа, искусственно разумных машин и небольшого числа других разумных "инопланетных" форм жизни. Уровень развития машинного интеллекта варьируется от эквивалента человеческого дрона до гипер-интеллектуальных Умов. Искусственный интеллект, чьи возможности измеряются долей человеческого интеллекта, также выполняет разнообразные задачи, например, управление скафандрами. Отсутствие дефицита ресурсов делает деньги ненужными для Культуры; вместо этого, Умы добровольно обеспечивают удовольствия гуманоидным и дроновым гражданам, что приводит к преимущественно гедонистическому обществу. Многие из главных героев серии – гуманоиды, выбравшие службу в дипломатических или разведывательных органах Культуры и взаимодействующие с другими цивилизациями, чьи граждане руководствуются различными идеологиями, моральными принципами и технологиями. Культура обладает технологическим превосходством над большинством других цивилизаций, с которыми она разделяет галактику. Большинство граждан Культуры не живут на планетах, а в искусственных средах обитания, таких как орбитальные станции и корабли, самые крупные из которых вмещают миллиарды индивидуумов. Граждане Культуры генетически модифицированы для долгой жизни в течение столетий и обладают модифицированным ментальным контролем над своей физиологией, включая способность вводить в организм различные психоактивные вещества, менять биологический пол или отключать боль по желанию. Технологии Культуры позволяют переносить индивидуумов в совершенно иные телесные формы, хотя стандартная форма Культуры остается достаточно близкой к человеческой. Культура ставит мир и индивидуальную свободу во главу угла, и центральной темой серии является этическая борьба, с которой она сталкивается при взаимодействии с другими обществами – некоторые из которых жестоко обращаются со своими членами, представляют угрозу для других цивилизаций или угрожают самой Культуре. Культура склонна принимать важные решения на основе консенсуса, достигнутого Умами и, при необходимости, гражданами. В одном случае, прямое демократическое голосование триллионов – всего населения – решило вопрос о начале войны с конкурирующей цивилизацией. Те, кто возражал против последовавшей милитаризации Культуры, отделились от метацивилизации, образовав собственную независимую цивилизацию; неоднозначность – отличительная черта Культуры. В отличие от множества межзвездных обществ и империй, разделяющих ее вымышленную вселенную, Культуру сложно определить географически или социологически, и она "рассеивается на периферии".

The Culture is a fictional interstellar post scarcity civilisation or society created by the Scottish writer Iain M. Banks and features in a number of his space opera novels and works of short fiction, collectively called the Culture series. In the series, the Culture is composed primarily of sentient beings of the humanoid alien variety, artificially intelligent sentient machines, and a small number of other sentient "alien" life forms. Machine intelligences range from human equivalent drones to hyper intelligent Minds. Artificial intelligences with capabilities measured as a fraction of human intelligence also perform a variety of tasks, e. g. controlling spacesuits. Without scarcity, the Culture has no need for money; instead, minds voluntarily indulge humanoid and drone citizens' pleasures, leading to a largely hedonistic society. Many of the series' protagonists are humanoids who have chosen to work for the Culture's diplomatic or espionage organs, and interact with other civilisations whose citizens act under different ideologies, morals, and technologies. The Culture has a grasp of technology that is advanced relative to most other civilisations with which it shares the galaxy. Most of the Culture's citizens do not live on planets but in artificial habitats such as orbitals and ships, the largest of which are home to billions of individuals. The Culture's citizens have been genetically enhanced to live for centuries and have modified mental control over their physiology, including the ability to introduce a variety of psychoactive drugs into their systems, change biological sex, or switch off pain at will. Culture technology is able to transfer individuals into vastly different body forms, although the Culture standard form remains fairly close to human. The Culture holds peace and individual freedom as core values, and a central theme of the series is the ethical struggle it faces when interacting with other societies – some of which brutalise their own members, pose threats to other civilisations, or threaten the Culture itself. It tends to make major decisions based on the consensus formed by its Minds and, if appropriate, its citizens. In one instance, a direct democratic vote of trillions – the entire population – decided The Culture would go to war with a rival civilisation. Those who objected to the Culture's subsequent militarisation broke off from the meta civilisation, forming their own separate civilisation; a hallmark of the Culture is its ambiguity. In contrast to the many interstellar societies and empires which share its fictional universe, the Culture is difficult to define, geographically or sociologically, and "fades out at the edges".

Обзор

Культура характеризуется как общество, преодолевшее дефицит, избавившееся от большинства физических ограничений жизни и являющееся эгалитарным, стабильным обществом, не использующим никаких форм силы или принуждения, за исключением случаев, когда это необходимо для защиты других. Тем не менее, некоторые граждане, и особенно проницательные Умы, склонны наслаждаться манипулированием другими, в частности, контролируя развитие инопланетных обществ через организацию, известную как Контакт. Умы – чрезвычайно мощные искусственные интеллекты – играют важную роль. Они управляют этим изобилием на благо всех. Как заметил один комментатор:

Романы цикла о Культуре, следовательно, в основном посвящены людям, находящимся на периферии Культуры: дипломатам, шпионам или наемникам; тем, кто взаимодействует с другими цивилизациями и выполняет "грязную работу" Культуры, приближая эти общества к идеалам Культуры, иногда с применением силы.

Фиктивная история

В этой вымышленной вселенной Культура существует одновременно с человеческим обществом на Земле. Временные рамки опубликованных историй о Культуре охватывают период с 1267 года н.э. до примерно 2970 года н.э., при этом контакт с Землей был установлен около 2100 года н.э., хотя Культура тайно посещала планету в 1970-х годах, как описано в романе "Современное состояние". Сама Культура описывается как возникшая, когда несколько гуманоидных видов и разумных машин достигли определенного уровня социального развития и взяли под свой контроль не только свою физическую, но и цивилизационную эволюцию. В романе "Игрок игр" Культура описывается как космическая цивилизация, существующая уже одиннадцать тысяч лет. В романе "Водородная соната" одна из этих основательниц была названа Федерацией Бухдрен.

Экономика

Культура – это симбиотическое общество искусственных интеллектов (ИИ) (Разумы и дроны), гуманоидов и других инопланетных видов, все из которых обладают равным статусом. Вся необходимая работа выполняется (насколько это возможно) неразумными устройствами, освобождая разумных существ для занятий, которые им нравятся (административная работа, требующая разумности, выполняется ИИ, используя лишь малую часть своих вычислительных возможностей, или людьми, которые берутся за неё по собственному желанию). Таким образом, Культура – это общество, преодолевшее дефицит, где технологический прогресс обеспечивает отсутствие у кого-либо нужды в материальных благах или услугах. Энергия добывается из фиктивной "энергетической сети", а материя для строительства орбитальных сооружений в основном собирается из астероидов. Как следствие, Культура не нуждается в экономических структурах, таких как деньги (что становится очевидным при взаимодействии с цивилизациями, где деньги всё ещё имеют значение). Культура отвергает любые формы экономики, основанные на чём-либо, кроме добровольной деятельности. "Деньги подразумевают бедность" – распространённая поговорка в Культуре.

Язык

Мараин – это общий сконструированный язык Культуры. Культура придерживается гипотезы Сепира – Уорфа о том, что язык влияет на мышление, и Мараин был разработан ранними Разумами, чтобы использовать этот эффект, а также «привлекать поэтов, педантов, инженеров и программистов». Предназначенный для представления как в двоичном, так и в символьном виде, Мараин также считается Культурой эстетически приятным языком. Символы алфавита Мараин могут быть отображены в сетках 3x3 из двоичных точек (да/нет, чёрный/белый) и, таким образом, соответствуют девятибитным двоичным числам. Связанные комментарии приводятся рассказчиком в «Игроке игр» относительно гендерно-специфических местоимений, которые носители Мараина обычно не используют в повседневной речи, если не требуется уточнить пол, а также общие размышления о том, что Мараин уделяет гораздо меньше структурного внимания (или вовсе не учитывает) таким понятиям, как обладание и собственность, доминирование и подчинение, и особенно агрессия. Многие из этих понятий, на самом деле, были бы довольно абстрактными для среднестатистического гражданина Культуры. Действительно, наличие этих концепций в других цивилизациях свидетельствует о жестокости и иерархии, присущих формам империи, которых Культура стремится избежать. Сам Мараин также открыт для шифрования и диалектных реализаций для различных частей Культуры. M1 – это базовый Нонарный Мараин, сетка 3x3. Все граждане Культуры могут общаться на этом варианте. Другие варианты включают M8 – M16, которые зашифрованы в различной степени и обычно используются Отделом Контактов. Существуют шифры более высокого уровня, самым высоким из которых является M32. M32 и сигналы с более низким уровнем шифрования находятся в ведении Особых Обстоятельств (ОО). Использование M32 предназначено для крайне секретной информации и конфиденциальной связи в рамках Особых Обстоятельств. Тем не менее, M32 имеет дурную славу в Культуре, и в мыслях большинства его можно описать как «Несокрушимый, Неприкосновенный, Святая Святых Особых Обстоятельств M32», как выразился потенциальный агент ОО Ульвер Сейх. Корабли и Разумы также испытывают некоторое отторжение к процедурам ОО, связанным с M32; один из Разумов-кораблей даже возразил против стандартного отношения ОО: «Полномасштабное, безумное M32 – не говори об этом, иначе мы выдернем у тебя все провода, детская паранойя», касательно использования этого шифрования.

Marain is the Culture's shared constructed language. The Culture believes the Sapir–Whorf hypothesis that language influences thought, and Marain was designed by early Minds to exploit this effect, while also "appealing to poets, pedants, engineers and programmers". Designed to be represented either in binary or symbol written form, Marain is also regarded as an aesthetically pleasing language by the Culture. The symbols of the Marain alphabet can be displayed in three by three grids of binary (yes/no, black/white) dots and thus correspond to nine bit wide binary numbers. Related comments are made by the narrator in The Player of Games regarding gender specific pronouns, which Marain speakers do not use in typical conversation unless specifying one's gender is necessary, and by general reflection on the fact that Marain places much less structural emphasis on (or even lacks) concepts like possession and ownership, dominance and submission, and especially aggression. Many of these concepts would in fact be somewhat theoretical to the average Culture citizen. Indeed, the presence of these concepts in other civilisations signify the brutality and hierarchy associated with forms of empire that the Culture strives to avoid. Marain itself is also open to encryption and dialect specific implementations for different parts of the Culture. M1 is basic Nonary Marain, the three by three grid. All Culture citizens can communicate in this variant. Other variants include M8 through M16, which are encrypted by various degrees, and are typically used by the Contact Section. Higher level encryptions exist, the highest of these being M32. M32 and lower level encrypted signals are the province of Special Circumstances (SC). Use of M32 is reserved for extremely secret and reserved information and communication within Special Circumstances. That said, M32 has an air of notoriety in the Culture, and in the thoughts of most may best be articulated as "the Unbreakable, Inviolable, Holy of Holies Special Circumstances M32" as described by prospective SC agent Ulver Seich. Ships and Minds also have a slightly distasteful view of SC procedure associated with M32, one Ship Mind going so far as to object to the standard SC attitude of "Full scale, stark raving M32 don't talk about this or we'll pull your plugs out baby paranoia" on the use of the encryption.

Законы

В Культуре нет законов как таковых. Социальные нормы обеспечиваются общепринятыми правилами (личной репутацией, "хорошими манерами", и, как описано в "Игроке игр", возможной остракизацией и принудительным наблюдением за более серьезными проступками). Разумы обычно воздерживаются от использования своих всевидящих способностей для влияния на репутацию людей, хотя они не обязательно сами избегают суждений, основанных на таких наблюдениях, как описано в "Excession". Разумы также судят друг друга, и одним из наиболее важных критериев является качество их отношения к разумным существам, находящимся под их опекой. Например, Hub Minds обычно выбираются из числа уважаемых Разумов GSV (самый крупный класс кораблей), а затем модернизируются для заботы о миллиардах, живущих в искусственных средах обитания. Единственными серьезными запретами, которые, кажется, существуют, являются причинение вреда разумным существам или принуждение их к совершению какого-либо действия (концепция, которая кажется неестественной и, по сути, почти не встречается среди граждан Культуры). Как упоминается в "Игроке игр", в Культуре иногда случаются "преступления страсти" (как описал азадиан), и наказанием служит "дрон-шлепок", то есть назначение дрона для слежки за нарушителем и "убеждения, что [он] больше этого не сделает". Хотя в теории это могло бы привести к обществу тотальной слежки в стиле Большого Брата, на практике общепринятые нормы среди Разумов запрещают им наблюдать или вмешиваться в жизнь граждан, если только их об этом не попросят или они не увидят серьезной угрозы. Чтение мыслей разумного существа без разрешения (что Культура технологически легко может сделать) также строго табуировано. Весь сюжет романа "Взгляни на ветер" строится вокруг того, что Hub Mind не читает мысли агента (с определенными мерами предосторожности на случай нарушения этого правила). Разумы, которые все же поступают таким образом, считаются отклоняющимися от нормы и избегаются другими Разумами (см. "Серая зона GCU"). В какой-то момент говорится, что если бы в Культуре действительно существовали письменные законы, неприкосновенность собственных мыслей от вторжения других была бы первым в них. Это обеспечивает определенную степень конфиденциальности и защиты; хотя сама природа Культуры, строго говоря, делает хранение секретов бессмысленным: большинство из них не считаются ни постыдными, ни преступными. Это позволяет Разумам, в частности, очень эффективно плести интриги друг против друга и иногда скрывать информацию.

There are no laws as such in the Culture. Social norms are enforced by convention (personal reputation, "good manners", and by, as described in The Player of Games, possible ostracism and involuntary supervision for more serious crimes). Minds generally refrain from using their all seeing capabilities to influence people's reputations, though they are not necessarily themselves above judging people based on such observations, as described in Excession. Minds also judge each other, with one of the more relevant criteria being the quality of their treatment of sentients in their care. Hub Minds for example are generally nominated from well regarded GSV (the largest class of ships) Minds, and then upgraded to care for the billions living on the artificial habitats. The only serious prohibitions that seem to exist are against harming sentient beings, or forcing them into undertaking any act (another concept that seems unnatural to and is, in fact, almost unheard of by almost all Culture citizens). As mentioned in The Player of Games, the Culture does have the occasional "crime of passion" (as described by an Azadian) and the punishment was to be "slap droned", or to have a drone assigned to follow the offender and "make sure [they] don't do it again". While the enforcement in theory could lead to a Big Brother style surveillance society, in practice social convention among the Minds prohibits them from watching, or interfering in, citizens' lives unless requested, or unless they perceive severe risk. The practice of reading a sentient's mind without permission (something the Culture is technologically easily capable of) is also strictly taboo. The whole plot of Look to Windward relies on a Hub Mind not reading an agent's mind (with certain precautions in case this rule gets violated). Minds that do so anyway are considered deviant and shunned by other Minds (see GCU Grey Area). At one point it is said that if the Culture actually had written laws, the sanctity of one's own thoughts against the intrusion of others would be the first on the books. This gives some measure of privacy and protection; though the very nature of Culture society would, strictly speaking, make keeping secrets irrelevant: most of them would be considered neither shameful nor criminal. It does allow the Minds in particular to scheme amongst themselves in a very efficient manner, and occasionally withhold information.

Символы

У Культуры нет флага, символа или логотипа. Согласно роману «Рассчитай Флебаса», люди могут безошибочно узнавать объекты, созданные Культурой, по их простоте, эффективности и эстетичности. Главным и наиболее явным символом Культуры, которым она гордится, является не визуальный знак, а её язык – марайн, который широко используется за пределами самой Культуры. Он часто служит де-факто лингва франка в галактике для тех, кто не имеет общего языка. Даже главный герой романа «Рассчитай Флебаса», враг Культуры, готовый пожертвовать жизнью ради её уничтожения, свободно владеет марайн и использует его в общении с другими персонажами, не принадлежащими к Культуре, просто из удобства. Культуре было бы полезно использовать какую-либо эмблему или логотип, но, оставаясь бессмысленно бесполезной и непрактичной до конца, она отказалась полагаться на символы. Культура считала, что она есть то, что есть, и не нуждается во внешнем представлении. Культура – это совокупность каждого человека и каждой машины в ней, а не единое целое. Подобно тому, как она не может сковать себя законами, обеднить деньгами или ввести в заблуждение лидерами, так она не станет искажать себя знаками.

Биологические

Культура — это постчеловеческое общество, которое первоначально возникло, когда семь или восемь приблизительно человекоподобных космических видов объединились в квазиколлектив (групповую цивилизацию), в конечном итоге состоящий из примерно тридцати триллионов (в американской системе счисления) разумных (точнее, обладающих разумом) существ, включая искусственный интеллект. Во вселенной Бэнкса значительная часть (но далеко не подавляющий процент) всех разумных видов относится к типу "пан-человек", как отмечено в "Материи". Хотя Культура возникла благодаря гуманоидным видам, последующие взаимодействия с другими цивилизациями привели к включению в Культуру множества негуманоидных видов (включая некоторые бывшие вражеские цивилизации), хотя большинство биологической составляющей Культуры по-прежнему являются пан-человеками. В Культуре отсутствует единообразие, и её граждане таковыми являются по собственному выбору, свободны менять физическую форму и даже вид (хотя некоторые радикальные биологические преобразования необратимы, а переход от биологического разума к искусственному считается так называемым Необычным выбором жизни). Все члены могут свободно присоединяться, покидать и возвращаться в Культуру, или даже заявлять, что принадлежат к ней, скажем, на 80%. В романах противники Культуры утверждают, что роль людей в Культуре не более чем роль домашних животных или паразитов на Культурных Разумах, и что они не могут внести ничего действительно полезного в общество, где наука близка к всезнанию о физической вселенной, где излечены все болезни и где можно прочитать любую мысль. Многие романы о Культуре содержат персонажей (как изнутри, так и снаружи Культуры), которые задаются вопросом, насколько велико влияние Разумов на Культуру и насколько демократический процесс в ней может быть фиктивным: тонко, но очень сильно подвержен влиянию Разумов, подобно тому, как Контакт и Особые обстоятельства влияют на другие общества. Кроме того, за исключением упоминаний о голосовании по поводу войны с Идиранами и существования небольшого числа "Рефереров" (людей с особенно развитым мышлением), мало биологических существ когда-либо описываются как участвующих в принятии решений на высоком уровне. С другой стороны, Культуру можно рассматривать как фундаментально гедонистическую (одна из главных целей любого существа, включая Разумы, — получать удовольствие, а не быть "полезным"). Также Разумы по умолчанию создаются с заботой и уважением к людям. Хотя Генеральному контактному подразделению (ГКП) формально не нужен экипаж (и оно может создавать искусственные аватары при необходимости), настоящий человеческий экипаж обогащает его существование и предлагает развлечение в периоды скуки. В "Рассмотрите Флебаса" отмечается, что Разумы по-прежнему считают людей увлекательными, особенно их удивительную способность иногда достигать уровня рассуждений, сопоставимого с их гораздо более сложными машинами. В значительной степени свободы, которыми пользуются люди в Культуре, доступны лишь потому, что Разумы выбирают их предоставлять. Эти свободы включают возможность покинуть Культуру по желанию, часто образуя новые, связанные, но отдельные общества с кораблями и Разумами Культуры, наиболее известные из которых — Зететический Эленч и ультрапацифистская и невмешательская фракция Мира.

The Culture is a posthuman society, which originally arose when seven or eight roughly humanoid space faring species coalesced into a quasi collective (a group civilisation) ultimately consisting of approximately thirty trillion (short scale) sentient (more properly, sapient) beings (this includes artificial intelligences). In Banks's universe, a good part (but by no means an overwhelming percentage) of all sentient species is of the "pan human" type, as noted in Matter. Although the Culture was originated by humanoid species, subsequent interactions with other civilisations have introduced many non humanoid species into the Culture (including some former enemy civilisations), though the majority of the biological Culture is still pan human. Little uniformity exists in the Culture, and its citizens are such by choice, free to change physical form and even species (though some stranger biological conversions are irreversible, and conversion from biological to artificial sentience is considered to be what is known as an Unusual Life Choice). All members are also free to join, leave, and rejoin, or indeed declare themselves to be, say, 80% Culture. Within the novels, opponents of the Culture have argued that the role of humans in the Culture is nothing more than that of pets, or parasites on Culture Minds, and that they can have nothing genuinely useful to contribute to a society where science is close to omniscient about the physical universe, where every ailment has been cured, and where every thought can be read. Many of the Culture novels in fact contain characters (from within or without the Culture) wondering how far reaching the Minds' dominance of the Culture is, and how much of the democratic process within it might in fact be a sham: subtly but very powerfully influenced by the Minds in much the same ways Contact and Special Circumstances influence other societies. Also, except for some mentions about a vote over the Idiran Culture War, and the existence of a very small number of "Referrers" (humans of especially acute reasoning), few biological entities are ever described as being involved in any high level decisions. On the other hand, the Culture can be seen as fundamentally hedonistic (one of the main objectives for any being, including Minds, is to have fun rather than to be "useful"). Also, Minds are constructed, by convention, to care for and value human beings. While a General Contact Unit (GCU) does not strictly need a crew (and could construct artificial avatars when it did), a real human crew adds richness to its existence, and offers distraction during otherwise dull periods. In Consider Phlebas it is noted that Minds still find humans fascinating, especially their odd ability to sometimes achieve similarly advanced reasoning as their much more complex machine brains. To a large degree, the freedoms enjoyed by humans in the Culture are only available because Minds choose to provide them. The freedoms include the ability to leave the Culture when desired, often forming new associated but separate societies with Culture ships and Minds, most notably the Zetetic Elench and the ultra pacifist and non interventionist Peace Faction.

Физиология

Техники в области генетики в Культуре достигли такого уровня, что тела могут быть освобождены от врожденных ограничений. Граждане Культуры называют обычного человека "базовым человеком", и подавляющее большинство выбирает значительные улучшения: утраченные конечности отрастают, сексуальная физиология может добровольно изменяться с мужской на женскую и обратно (хотя процесс занимает время), сексуальное возбуждение и выносливость значительно повышаются у обоих полов (что часто становится предметом завистливых споров среди представителей других видов), боль можно отключить, токсины можно обходить, не попадая в пищеварительную систему, автономные функции, такие как частота сердечных сокращений, можно перевести под сознательный контроль, рефлексы, например, моргание, можно отключить, а кости и мышцы быстро адаптируются к изменениям гравитации без необходимости тренировок. Степень улучшения, доступная индивидуумам Культуры, варьируется в зависимости от предпочтений, при этом некоторые из более экзотических улучшений ограничены сотрудниками Специальных Обстоятельств (например, системы вооружения, встроенные в различные части тела). Большинство индивидуумов Культуры предпочитают иметь лекарственные железы, позволяющие сознательно отслеживать, высвобождать и контролировать уровни гормонов и другие химические секреции. Эти железы позволяют владельцам по команде вырабатывать широкий спектр синтетических наркотиков, от просто расслабляющих до изменяющих сознание: "Снап" описан в "Использовании оружия" и "Игроке игр" как "любимый завтрак Культуры". "Sharp Blue" описывается как утилитарный препарат, в отличие от сенсорного усилителя или сексуального стимулятора, помогающий в решении проблем. "Quicken", упомянутый в "Excession", ускоряет нейронные процессы пользователя, так что время замедляется, позволяя ему думать и вести ментальные беседы (например, с искусственным интеллектом) за гораздо меньшее время, чем кажется внешнему наблюдателю. "Sperk", как описано в "Matter", является препаратом, повышающим настроение и энергию, в то время как другие самопроизводимые наркотики включают "Calm", "Gain", "Charge", "Recall", "Diffuse", "Somnabsolute", "Softnow", "Focal", "Edge", "Drill", "Gung", "Winnow" и "Crystal Fugue State". Вещества, вырабатываемые железами, не имеют постоянных побочных эффектов и не вызывают привыкания.

Techniques in genetics have advanced in the Culture to the point where bodies can be freed from built in limitations. Citizens of the Culture refer to a normal human as "human basic" and the vast majority opt for significant enhancements: severed limbs grow back, sexual physiology can be voluntarily changed from male to female and back (though the process takes time), sexual stimulation and endurance are strongly heightened in both sexes (something that is often the subject of envious debate among other species), pain can be switched off, toxins can be bypassed away from the digestive system, autonomic functions such as heart rate can be switched to conscious control, reflexes like blinking can be switched off, and bones and muscles adapt quickly to changes in gravity without the need to exercise. The degree of enhancement found in Culture individuals varies to taste, with certain of the more exotic enhancements limited to Special Circumstances personnel (for example, weapons systems embedded in various parts of the body). Most Culture individuals opt to have drug glands that allow for hormonal levels and other chemical secretions to be consciously monitored, released and controlled. These allow owners to secrete on command any of a wide selection of synthetic drugs, from the merely relaxing to the mind altering: "Snap" is described in Use of Weapons and The Player of Games as "The Culture's favourite breakfast drug". "Sharp Blue" is described as a utility drug, as opposed to a sensory enhancer or a sexual stimulant, that helps in problem solving. "Quicken", mentioned in Excession, speeds up the user's neural processes so that time seems to slow down, allowing them to think and have mental conversation (for example with artificial intelligences) in far less time than it appears to take to the outside observer. "Sperk", as described in Matter, is a mood and energy enhancing drug, while other such self produced drugs include "Calm", "Gain", "Charge", "Recall", "Diffuse", "Somnabsolute", "Softnow", "Focal", "Edge", "Drill", "Gung", "Winnow" and "Crystal Fugue State". The glanded substances have no permanent side effects and are non habit forming.

Фенотипы

Несмотря на все генетические улучшения, Культура отнюдь не является евгенически однородной. Члены человеческой расы в Культуре различаются по размеру, цвету и форме, как и в реальности, и, возможно, даже в большей степени: в новелле "Состояние искусства" упоминается, что один из персонажей "выглядит как йети", и что внутри Культуры существуют различия даже в таких незначительных деталях, как количество пальцев на ногах или суставов на каждом пальце. В "Excession" говорится:

Некоторые граждане Культуры предпочитают полностью отказаться от ограничений человеческого или даже гуманоидного тела, принимая облик одного из множества других галактических разумных существ (возможно, чтобы жить среди них) или даже неодушевленных объектов, как отмечается в "Matter" (хотя этот процесс может быть необратимым, если желаемая форма слишком сильно отличается от структуры человеческого мозга). Некоторые эксцентричные личности выбирают стать дронами или даже Самими Умами, хотя большинство людей и ИИ считают это невежливым и даже оскорбительным. Хотя Культура в основном пангуманоидна (и склонна называть себя "людьми"), различные другие виды и отдельные особи других видов стали её частью. Поскольку все граждане Культуры обладают идеальным генетическим здоровьем, крайне редкие случаи физических деформаций у граждан Культуры почти наверняка являются своеобразным модным заявлением, весьма сомнительного вкуса.

Личность

Почти все граждане Культуры очень общительны, обладают выдающимися интеллектуальными способностями и эрудицией, а также отличаются прекрасно сбалансированной психикой. Их биологическая природа и воспитание в просвещенном обществе делают неврозы и менее значимые эмоции, такие как жадность или (сильная) ревность, практически неизвестными, и формируют личностей, которые в любом менее развитом обществе кажутся очень уравновешенными и харизматичными. Такие черты характера, как выраженная застенчивость, хотя и крайне редки, всё же встречаются, как показано в "Excession". Как описано там и в "Игре престолов", гражданину Культуры, который становится настолько дисфункциональным, что представляет серьёзную проблему или угрозу для окружающих, будет предложена (добровольная) психотерапия для восстановления, и он может оказаться под постоянным (принудительным) наблюдением представителей Местного Разума. В крайних случаях, как описано в "Использовании оружия" и "Поверхностных деталях", опасным индивидуумам назначается "шлеп-дрон" – робот-сопровождающий, который следит за тем, чтобы этот человек не представлял дальнейшей угрозы для безопасности других.

Искусственный

Как и люди и другие биологические виды, разумные искусственные интеллекты также являются членами Культуры. Их можно условно разделить на дроны и Разумы. Кроме того, по традиции, как описано в «Excession», любому артефакту (будь то инструмент или корабль) выше определенного уровня возможностей необходимо даровать разумность.

Беспилотники

Дроны примерно сопоставимы по интеллекту и социальному статусу с биологическими членами Культуры. Их интеллект измеряется в сравнении со средним биологическим членом Культуры; дрон с так называемым "коэффициентом 1.0" считается умственным эквивалентом биологического гражданина, в то время как менее развитые дроны, такие как вспомогательные сервисные юниты Орбиталов, обладают лишь протосознанием (способны к ограниченной реакции на непредсказуемые события, но не обладают сознанием и, следовательно, не считаются гражданами; они выполняют большую часть рутинной работы в Культуре). Сознание продвинутых дронов имеет различные уровни резервирования, от систем, аналогичных системам Minds (хотя и значительно уступающих им по возможностям), до электронных, механических и, наконец, биохимических резервных мозгов. Несмотря на искусственное происхождение, параметры, определяющие их разум, не являются жёстко заданными, и сознательные дроны – это полноценные личности со своими характерами, мнениями и особенностями. Как и биологические граждане, дроны Культуры обычно имеют длинные имена. Они также практикуют форму сексуального взаимодействия для удовольствия, называемую "в плену", хотя это лишь взаимодействие интеллектов с другим сочувствующим дроном. В то время как гражданские дроны обычно соответствуют людям по интеллекту, дроны, созданные специально для работы в Контакте или в Службе Особых Обстоятельств, зачастую в несколько раз умнее и наделены чрезвычайно мощными чувствами, способностями и вооружением (обычно основанным на силовых полях и эффекторах, хотя иногда упоминается и более разрушительное оружие, такое как лазеры или, в исключительных случаях, "кинжальные ракеты"), работающее на антиматерийных реакторах. Несмотря на целенаправленное создание, этим дронам всё равно предоставляется свобода личности и выбор образа жизни. Более того, некоторые из них в конечном итоге признаются психологически непригодными для работы в качестве агентов (как, например, Маурин Скель отмечает о себе в "Игроке игр") и должны выбрать либо перепрограммирование личности, либо демилитаризацию и увольнение из Службы Особых Обстоятельств. Физически дроны представляют собой парящие устройства различных размеров и форм, обычно без видимых движущихся частей. Дроны обходят ограничения этой неподвижности благодаря способности проецировать "поля": как те, что обладают физической силой и позволяют им манипулировать объектами, так и видимые цветные поля, называемые "аурами", которые используются для выражения эмоций. Существует сложный кодекс дронов, основанный на цветах и узорах ауры (который полностью понятен и биологическим гражданам Культуры). Дроны полностью контролируют свою ауру и могут демонстрировать эмоции, которые не испытывают, или вовсе отключать её. Дрон Джейс в "Рассмотрите Флебаса" описан как созданный до появления ауры и отказывается от её установки, предпочитая оставаться неразгаданным. Размеры дронов значительно варьируются: самые старые из ныне живущих (возрастом восемь или девять тысяч лет) обычно размером с человека, в то время как более поздние технологии позволяют создавать дроны, достаточно маленькие, чтобы поместиться на ладони; современные дроны могут быть любого размера между этими пределами, в зависимости от моды и личных предпочтений. Некоторые дроны также создаются как специализированное оборудование, наделённое собственным сознанием, например, защитный костюм с гель-полем, описанный в "Excession".

Drones are roughly comparable in intelligence and social status to that of the Culture's biological members. Their intelligence is measured against that of an average biological member of the Culture; a so called "1.0 value" drone would be considered the mental equal of a biological citizen, whereas lesser drones such as the menial service units of Orbitals are merely proto sentient (capable of limited reaction to unprogrammed events, but possessing no consciousness, and thus not considered citizens; these take care of much of the menial work in the Culture). The sentience of advanced drones has various levels of redundancy, from systems similar to that of Minds (though much reduced in capability) down to electronic, to mechanical and finally biochemical back up brains. Although drones are artificial, the parameters that prescribe their minds are not rigidly constrained, and sentient drones are full individuals, with their own personalities, opinions and quirks. Like biological citizens, Culture drones generally have lengthy names. They also have a form of sexual intercourse for pleasure, called being "in thrall", though this is an intellect only interfacing with another sympathetic drone. While civilian drones do generally match humans in intelligence, drones built especially as Contact or Special Circumstances agents are often several times more intelligent, and imbued with extremely powerful senses, powers and armaments (usually forcefield and effector based, though occasionally more destructive weaponry such as lasers or, exceptionally, "knife missiles" are referred to) all powered by antimatter reactors. Despite being purpose built, these drones are still allowed individual personalities and given a choice in lifestyle. Indeed, some are eventually deemed psychologically unsuitable as agents (for example as Mawhrin Skel notes about itself in The Player of Games) and must choose either mental reprofiling or demilitarisation and discharge from Special Circumstances. Physically, drones are floating units of various sizes and shapes, usually with no visible moving parts. Drones get around the limitations of this inanimation with the ability to project "fields": both those capable of physical force, which allow them to manipulate objects, as well as visible, coloured fields called "auras", which are used to enable the drone to express emotion. There is a complex drone code based on aura colours and patterns (which is fully understood by biological Culture citizens as well). Drones have full control of their auras and can display emotions they're not feeling or can switch their aura off. The drone, Jase, in Consider Phlebas, is described as being constructed before the use of auras, and refuses to be retrofitted with them, preferring to remain inscrutable. In size drones vary substantially: the oldest still alive (eight or nine thousand years old) tend to be around the size of humans, whereas later technology allows drones to be small enough to lie in a human's cupped palm; modern drones may be any size between these extremes according to fashion and personal preference. Some drones are also designed as utility equipment with its own sentience, such as the gelfield protective suit described in Excession.

Имена

У некоторых граждан Культуры, будь то гуманоиды или дроны, имена очень длинные, часто состоящие из семи и более слов. Некоторые из этих слов указывают происхождение гражданина (место рождения или создания), другие – род занятий, а некоторые могут обозначать конкретные философские или политические взгляды (выбранные самим гражданином позднее в жизни) или выражать другие подобные личные убеждения. Примером может служить Дизиет Сма, чье полное имя – Рашд Кодуреза Дизиет Эмблесс Сма да' Маренхид: Рашд Кодуреза – это планетарная система, в которой она родилась, и конкретный объект в ней (планета, орбитальный объект, сфера Дайсона и т.д.). Суффикс "sa" приблизительно соответствует английскому "er". По этой конвенции, все земляне назывались бы СолнцеЗемляне (или Солнечные Земляне). Дизиет – её данное имя, выбираемое родителем, как правило, матерью. Эмблесс – её выбранное имя. Большинство граждан Культуры выбирают его, достигнув зрелости (согласно книге «Игрок игр» это называется «завершением имени»). Как и все условности в Культуре, эта может быть нарушена или проигнорирована: некоторые меняют выбранное имя в течение жизни, а некоторые так и не выбирают его. Сма – её фамилия, обычно передаваемая по материнской линии. da' Маренхид – дом или поместье, в котором она выросла; "da" или "dam" аналогичны немецкому "von". (Обычно используется форма "dam"; "da" в имени Смы используется, потому что название поместья начинается с буквы "М", чтобы избежать неблагозвучного повторения фонемы.) Иэн Бэнкс дал себе имя Культуры как "СолнцеЗемлянин Иэн Эл Бонко Бэнкс из Норт-Квинсферри".

Смерть

У Культуры относительно спокойное отношение к смерти. Генетические манипуляции и постоянный доброжелательный надзор Умов делают естественную или случайную смерть почти неизвестной. Продвинутые технологии позволяют гражданам создавать резервные копии своих личностей, что дает возможность воскрешения в случае смерти. Форму воскрешения может определить сам гражданин, при этом личность может вернуться либо в прежнее биологическое тело, либо в искусственное (см. ниже), либо даже просто в виртуальную реальность. Некоторые граждане предпочитают помещаться в "хранилище" (форма приостановленной анимации) на длительные периоды времени из-за скуки или любопытства к будущему. Отношение отдельных граждан к смерти разнообразно (и менялось на протяжении всей истории Культуры). Хотя многие, если не большинство, граждан пользуются технологиями резервного копирования, многие другие не пользуются ими, предпочитая рисковать смертью без возможности восстановления (например, занимаясь экстремальными видами спорта). Таких граждан иногда называют "одноразовыми", и они описаны в книге "Look to Windward". Учитывая подобные несчастные случаи, добровольную эвтаназию по эмоциональным причинам или выбор, как, например, сублимация, средняя продолжительность жизни людей, согласно книге "Excession", составляет примерно 350–400 лет. Некоторые граждане предпочитают полностью избежать смерти, хотя это случается редко и считается чудачеством. Другие альтернативы смерти включают преобразование сознания индивида в ИИ, присоединение к коллективному разуму (который может включать как биологическое, так и небиологическое сознание) или сублимацию (обычно в связи с коллективным разумом). Что касается продолжительности жизни дронов и Умов, учитывая долговечность технологий Культуры и возможность создания резервных копий сознания, разумно предположить, что они живут столько, сколько сами пожелают. Даже Умы, с их огромной сложностью, известны тем, что их резервируют (и реактивируют, если они, например, погибают во время рискованной миссии, как в случае с GSV Lasting Damage). Отмечается, что даже сами Умы не обязательно живут вечно, часто выбирая в конечном итоге сублимацию или даже самоуничтожение (как двойной Ум GSV Lasting Damage из-за своего выбора в войне Культуры с Идиранами).

The Culture has a relatively relaxed attitude towards death. Genetic manipulation and the continual benevolent surveillance of the Minds make natural or accidental death almost unknown. Advanced technology allows citizens to make backup copies of their personalities, allowing them to be resurrected in case of death. The form of that resurrection can be specified by the citizen, with personalities returning either in the same biological form, in an artificial form (see below), or even just within virtual reality. Some citizens choose to go into "storage" (a form of suspended animation) for long periods of time, out of boredom or curiosity about the future. Attitudes individual citizens have towards death are varied (and have varied throughout the Culture's history). While many, if not most, citizens make some use of backup technology, many others do not, preferring instead to risk death without the possibility of recovery (for example when engaging in extreme sports). These citizens are sometimes called "disposables", and are described in Look to Windward. Taking into account such accidents, voluntary euthanasia for emotional reasons, or choices like sublimation, the average lifespan of humans is described in Excession as being around 350 to 400 years. Some citizens choose to forgo death altogether, although this is rarely done and is viewed as an eccentricity. Other options instead of death include conversion of an individual's consciousness into an AI, joining of a group mind (which can include biological and non biological consciousnesses), or subliming (usually in association with a group mind). Concerning the lifespan of drones and Minds, given the durability of Culture technology and the options of mindstate backups, it is reasonable to assume that they live as long as they choose. Even Minds, with their utmost complexity, are known to be backed up (and reactivated if they for example die in a risky mission, see GSV Lasting Damage). It is noted that even Minds themselves do not necessarily live forever either, often choosing to eventually sublime or even killing themselves (as does the double Mind GSV Lasting Damage due to its choices in the Culture Idiran war).

Антигравитация и силовые поля

Культура (и другие общества) развили мощные антигравитационные способности, тесно связанные с их умением манипулировать силами. Эта способность позволяет им создавать воздействие на расстоянии – включая силы, способные толкать, тянуть, разрезать и даже осуществлять тонкую манипуляцию, а также создавать силовые поля для защиты, визуального отображения или просто для разрушения. Применение этих технологий все еще ограничено дальностью и мощностью: хотя создание силовых полей размером в несколько кубических километров возможно (и, фактически, орбитальные сооружения удерживаются вместе силовыми полями), даже в более поздних романах, таких как "Взгляд в направлении ветра", космические корабли по-прежнему используются для путешествий на большие расстояния, а дроны – для многих удаленных операций. Благодаря контролю разума, полями можно управлять на огромных расстояниях. В "Использовании оружия" военный корабль Культуры использует свои электромагнитные излучатели для взлома компьютера, находящегося на расстоянии световых лет.

Искусственный интеллект

Искусственный интеллект (и в меньшей степени, неразумные компьютеры, повсеместно присутствующие во всех материальных благах) составляет основу технологического прогресса Культуры. Они не только самые передовые ученые и конструкторы Культуры, но и их менее значимые функции контролируют огромные (но обычно скрытые) производственные и обслуживающие возможности общества. Культура достигла создания искусственного интеллекта, где каждый Разум обладает вычислительными способностями, на много порядков превосходящими человеческие, и накопителями данных, которые, если бы были записаны на бумаге и хранились в картотеках, покрыли бы тысячи планет небоскребами (как описано одним Разумом в романе «Рассмотрите Флебаса»). И тем не менее, Культуре удалось сжать эти сущности до объема в несколько десятков кубических метров (хотя большая часть содержимого и операционной структуры постоянно находится в гиперпространстве). Разумы также демонстрируют скорость реакции и многозадачность, на порядки превосходящие любые разумные существа; вооруженные столкновения между Культурой и технологически сопоставимыми цивилизациями иногда происходят в течение микросекунд, а стандартные Орбитальные Разумы способны одновременно управлять всеми жизненно важными системами Орбиты, общаться с миллионами её обитателей и наблюдать за явлениями в окружающем космическом пространстве. В то же время, Культура создала разумные дроны и возможности, сопоставимые со Специальными Обстоятельствами, в формах, которые легко помещаются в человеческую ладонь, и построила чрезвычайно мощные (хотя и неразумные) компьютеры, способные поместиться в крошечных дронах, напоминающих насекомых. Некоторые утилитарные устройства (например, скафандры) также оснащены искусственным разумом. Эти конкретные типы дронов, как и весь ИИ Культуры, считаются гражданами, хотя, как описано в рассказе «Потомок», они могут проводить большую часть времени, когда их «тело» не используется, в форме удаленного связанного существования вне его, или в форме виртуальной реальности уровня ИИ.

Artificial intelligences (and to a lesser degree, the non sentient computers omnipresent in all material goods), form the backbone of the technological advances of the Culture. Not only are they the most advanced scientists and designers the Culture has, their lesser functions also oversee the vast (but usually hidden) production and maintenance capabilities of the society. The Culture has achieved artificial intelligences where each Mind has thought processing capabilities many orders of magnitude beyond that of human beings, and data storage drives which, if written out on paper and stored in filing cabinets, would cover thousands of planets skyscraper high (as described by one Mind in Consider Phlebas). Yet it has managed to condense these entities to a volume of several dozen cubic metres (though much of the contents and the operating structure are continually in hyperspace). Minds also demonstrate reaction times and multitasking abilities orders of magnitude greater than any sentient being; armed engagements between Culture and equivalent technological civilisations sometimes occur in timeframes as short as microseconds, and standard Orbital Minds are capable of running all of the vital systems on the Orbital while simultaneously conversing with millions of the inhabitants and observing phenomena in the surrounding regions of space. At the same time, it has achieved drone sentiences and capability of Special Circumstance proportions in forms that could fit easily within a human hand, and built extremely powerful (though not sentient) computers capable of fitting into tiny insect like drones. Some utilitarian devices (such as spacesuits) are also provided with artificial sentience. These specific types of drones, like all other Culture AI, would also be considered citizens though as described in the short story "Descendant", they may spend most of the time when their "body" is not in use in a form of remote linked existence outside of it, or in a form of AI level virtual reality.

Манипуляция энергией

Основной характеристикой общества изобилия Культуры является очевидная способность собирать, манипулировать, передавать и хранить колоссальные объемы энергии. Хотя в романах это не объясняется подробно, в основе этого лежит использование антиматерии и "энергетической сети" – постулируемого энергетического поля, разделяющего Вселенную от соседних вселенных антиматерии и обеспечивающего практически неограниченный источник энергии. Способы передачи или хранения такой энергии не раскрываются, однако эти возможности должны быть чрезвычайно мощными, что подтверждается способностью крошечных дронов создавать очень сильные манипуляционные поля и силы. Культура также использует различные формы манипулирования энергией в качестве оружия, причём "сетевой огонь" – метод создания разрыва в энергетической сети, высвобождающего астрономические количества энергии в область вне гиперпространства – описывается как своего рода абсолютное оружие, превосходящее по разрушительной силе даже бомбардировку коллапсировавшей антиматерией. Один из персонажей романа "Рассмотрите Флебаса" называет сетевой огонь "оружием конца Вселенной". Сетевой огонь напоминает энергию нулевой точки, часто используемую в научно-фантастических произведениях.

Перемещение материи

Культура (по крайней мере, к моменту "Игрока игр") разработала форму телепортации, способную мгновенно транспортировать как живую, так и неживую материю посредством червоточин. Эта технология, однако, не сделала космические корабли устаревшими – в "Экцессии" дрон размером с яблоко был перемещён не более чем на световую секунду на максимальной дальности (масса является ограничивающим фактором, определяющим дальность), что является ничтожным расстоянием в галактических масштабах. Процесс также всё ещё имеет очень небольшой шанс сбоя, приводящего к гибели живых существ, но вероятность этого настолько мала (1 на 61 миллион), что обычно проблема возникает лишь при транспортировке большого числа людей и регулярно обсуждается из-за повышенного внимания Культуры к безопасности. Перемещение является неотъемлемой частью технологий Культуры и широко используется в самых разных областях – от мирных до агрессивных. Одним из основных способов ведения космической войны во вселенной Культуры является перемещение боеголовок непосредственно в цель или вокруг неё. В "Игроке игр" также упоминается, что дроны могут быть использованы для того, чтобы поймать человека, падающего с обрыва, до того, как он достигнет земли.

Интерфейсы мозг-компьютер

Через "нейронное кружево" – форму мозго-компьютерного интерфейса, имплантируемого в мозг молодых людей и растущего вместе с ними, Культура обладает возможностью считывать и сохранять полную сенсорность любого существа, будь то биологическое или искусственное, и, таким образом, реактивировать сохраненное существо после его смерти. "Нейронное кружево" также обеспечивает беспроводную связь с Разумами и базами данных. Это требует и способности к чтению мыслей, однако, как описано в "Взгляд в будущее", делать это без разрешения считается табу.

Звездные корабли и варп-двигатели

Космические корабли — это жилые пространства, транспортные средства и послы Культуры. Полноценный звездолёт Культуры (определяемый наличием гиперпространственных возможностей и Разума, его населяющего) может варьироваться от нескольких сотен метров до сотен километров в длину. Последние могут быть населены миллиардами существ и являются искусственными мирами, включающими целые экосистемы, и рассматриваются как самодостаточные воплощения всех аспектов жизни и возможностей Культуры. Культура (и большинство других космических цивилизаций в её вселенной) использует форму гиперпространственного привода для достижения сверхсветовых скоростей. Бэнкс разработал (с самокритикой) систему теоретической физики, насыщенную техническими деталями, для описания ускорения и путешествий кораблей, используя такие понятия, как «инфрапространство» и «ультрапространство», а также «энергетическую решётку» между вселенными (от которой варп-двигатели «отталкиваются», чтобы набрать импульс). «Индуцированная сингулярность» используется для доступа к инфра- или ультрапространству из реального пространства; оказавшись там, «поля двигателя» достигают решётки и получают от неё энергию и тягу при движении на высоких скоростях. Эти гиперпространственные двигатели не используют реактивную массу и, следовательно, не требуют крепления к поверхности корабля. Они описываются как очень плотное экзотическое вещество, которое проявляет свою сложность только под мощным микроскопом. Ускорение и максимальная скорость зависят от соотношения массы корабля к массе двигателя. Как и любой другой материал на борту, корабли могут постепенно наращивать или уменьшать объём двигателя по мере необходимости. В «Excession» один из крупнейших кораблей Культуры перестраивает себя, чтобы состоять в основном из двигателя (ещё более впечатляюще, позже выясняется, что это стало возможным благодаря объединению гиперпространственных полей двигателей тысяч полуподчинённых военных кораблей, построенных в секрете и размещённых внутри корабля, скрытых от глаз). Он достигает скорости в 233 000 раз превышающей скорость света. В пределах зоны влияния Культуры в галактике большинству кораблей потребуется несколько лет, чтобы добраться до самых отдалённых уголков. Помимо двигателей, используемых крупными кораблями Культуры, существует ряд других методов передвижения, таких как гравитационный привод на субсветовых скоростях, а также двигатели на антиматерии, термоядерные и другие реактивные двигатели, которые иногда встречаются у менее развитых цивилизаций или на любительских судах Культуры. Варп-двигатели могут быть очень маленькими: беспилотники Культуры, едва превышающие размер кулака, описываются как оснащённые ими. Существует также по крайней мере один (видимо, неразумный) вид (животное «Чуй Хирци»), обладающий врождённой способностью к варп-путешествиям. В «Consider Phlebas» он используется идирянами в качестве военного транспорта, но дальнейших подробностей не приводится.

Starships are living spaces, vehicles and ambassadors of the Culture. A proper Culture starship (as defined by hyperspace capability and the presence of a Mind to inhabit it) may range from several hundreds of metres to hundreds of kilometres. The latter may be inhabited by billions of beings and are artificial worlds in their own right, including whole ecosystems, and are considered to be self contained representations of all aspects of Culture life and capability. The Culture (and most other space faring species in its universe) use a form of Hyperspace drive to achieve faster than light speeds. Banks has evolved a (self confessedly) technobabble system of theoretical physics to describe the ships' acceleration and travel, using such concepts as "infraspace" and "ultraspace" and an "energy grid" between universes (from which the warp engines "push off" to achieve momentum). An "induced singularity" is used to access infra or ultra space from real space; once there, "engine fields" reach down to the Grid and gain power and traction from it as they travel at high speeds. These hyperspace engines do not use reaction mass and hence do not need to be mounted on the surface of the ship. They are described as being very dense exotic matter, which only reveals its complexity under a powerful microscope. Acceleration and maximum speed depend on the ratio of the mass of the ship to its engine mass. As with any other matter aboard, ships can gradually manufacture extra engine volume or break it down as needed. In Excession one of the largest ships of the Culture redesigns itself to be mostly engine ( Even more impressively, this is later discovered to be thanks to combining the hyperspace engine fields of thousands of semi slaved warships which have been constructed in secret, and housed within the ship itself, and out of view) and reaches a speed of 233,000 times lightspeed. Within the range of the Culture's influence in the galaxy, most ships would still take years of travelling to reach the more remote spots. Other than the engines used by larger Culture ships, there are a number of other propulsion methods such as gravitic drive at sublight speeds, with antimatter, fusion and other reaction engines occasionally seen with less advanced civilisations, or on Culture hobby craft. Warp engines can be very small, with Culture drones barely larger than fist size described as being thus equipped. There is also at least one (apparently non sentient) species (the "Chuy Hirtsi" animal), that possesses the innate capability of warp travel. In Consider Phlebas, it is being used as a military transport by the Idirans, but no further details are given.

Нанотехнологии

Культура обладает высокоразвитой нанотехнологией, хотя описания этой технологии в книгах ограничены. Многие из описанных применений осуществляются подразделением «Особые обстоятельства» или для него, однако нет никаких указаний на то, что использование нанотехнологий каким-либо образом ограничено. (В одном из отрывков книги содержится краткое упоминание вопроса о сознании при сравнении человеческого мозга или «субстрата пико-уровня».) Одно из основных скрытых применений нанотехнологий – сбор информации. Культура стремится быть в курсе всего, и, как описано в «Материи», «они, как правило, знают всё». Помимо обширной сети союзников и граждан Культуры, ведущих кочевой образ жизни, одним из основных способов, с помощью которого Культура отслеживает важные события, является использование практически невидимых наноботов, способных записывать и передавать свои наблюдения. Этот метод считается особенно полезным для отслеживания потенциально опасных людей (например, бывших агентов «Особых обстоятельств»). Благодаря такой нанотехнологии Культуре (или подобно развитым цивилизациям) потенциально возможно наблюдать за всем происходящим на данной планете, орбите или в любой другой среде обитания. Использование подобных устройств ограничено различными договорами и соглашениями между участниками. Кроме того, убийцы EDust – мощное оружие террора Культуры, полностью состоящее из наномашин, называемых EDust, или «Пыль Всего». Они способны принимать практически любую форму, включая рои насекомых или целых людей и инопланетян, и обладают мощным оружием, способным разрушать целые здания.

Воздушные сферы

Это огромные пузыри атмосферы размером с коричневый карлик, окруженные силовыми полями и (предположительно) созданные древней развитой расой не менее полутора миллиардов лет назад (см.: "Взгляд в направлении ветра"). Внутри воздушной сферы присутствует лишь минимальная гравитация. Они освещаются орбитальными планетоидами размером с Луну, излучающими мощные световые лучи. Граждане Культуры живут там лишь изредка, в качестве гостей, обычно для изучения сложной экосистемы воздушных сфер и доминирующих форм жизни: "управляемых бегемотавров" и "гигалитинных линзовидных сущностей" – неразгаданных, древних разумов, напоминающих нечто среднее между гигантскими дирижаблями и китами. Воздушные сферы медленно мигрируют по галактике, совершая полный оборот за 50–100 миллионов лет. В романах никто не знает, кто и зачем создал воздушные сферы, но предполагается, что их создатели давно преобразились, однако, возможно, сохраняют некую скрытую связь с бегемотаврами и линзовидными сущностями. Гостям в воздушных сферах запрещено использовать какую-либо технологию силовых полей, хотя причины этого запрета не объясняются. В некоторых аспектах воздушные сферы напоминают орбитальное кольцо пригодной для дыхания атмосферы, созданное Ларри Нивеном в "Интегральных деревьях", но они имеют сферическую, а не тороидальную форму, требуют силового поля для поддержания целостности и возникли в результате искусственного, а не естественного процесса.

Орбитальные

Один из основных типов мест обитания Культуры, орбиталь – это кольцевая структура, вращающаяся вокруг звезды, подобно мегаструктуре, напоминающей увеличенное кольцо Бишопа. В отличие от кольцевого мира или сферы Дайсона, орбиталь не охватывает звезду целиком (поскольку значительно меньше). Как и кольцевой мир, орбиталь вращается, создавая эффект, аналогичный гравитации, на своей внутренней поверхности. Орбиталь Культуры совершает один оборот примерно за 24 часа и обеспечивает гравитационный эффект, сопоставимый с земным, что определяет диаметр кольца примерно в пять раз больше диаметра орбиты Луны вокруг Земли и гарантирует смену дня и ночи для его обитателей. Орбитали часто фигурируют в произведениях о Культуре.

Планеты

Хотя многие другие цивилизации в книгах о Культуре живут на планетах, Культура в ее нынешнем развитии имеет немногое общего с жизнью на планетах. Бэнкс писал, что считает это неизбежным следствием освоения космоса и основой либерального характера Культуры. Несколько родных миров видов, основавших Культуру, упоминаются мимоходом, и несколько сотен пригодных для жизни человеческих миров были колонизированы (часть из них терраформирована), прежде чем Культура предпочла искусственные среды обитания, стремясь оставлять встречающиеся планеты нетронутыми. С тех пор Культура стала считать терраформирование неэстетичным, экологически проблематичным и, возможно, даже аморальным. Менее одного процента населения Культуры живет на планетах, и многие находят саму эту идею довольно странной. Однако это отношение не является абсолютным: в романе «Рассмотрите Флебаса» некоторые Разумы предлагают протестировать новую технологию на «запасной планете» (зная, что в случае неудачи она может быть уничтожена взрывом антиматерии). Можно предположить – исходя из обычной этики Разумов – что такая планета изначально была лишена жизни. Вполне возможно, даже вероятно, что это предложение было сделано не вполне серьезно.

Кольца

Мегаструктуры, подобные Кольцу, существуют во вселенной Культуры; в текстах они именуются просто "Кольцами" (с заглавной Р). В отличие от небольших орбиталей, вращающихся вокруг звезды, эти сооружения огромны и полностью опоясывают звезду. Бэнкс не дает подробного описания этих мест обитания, но упоминает об одном, который был уничтожен (вместе с тремя Сферами) в войне с культурой Идиран. В романе "Материя" народ Мортанвельда владеет кольцевыми структурами, состоящими из бесчисленного множества труб различных размеров. Эти сооружения, как и Кольцо Нивена, опоясывают звезду и приблизительно имеют те же размеры.

Камни

Это астероиды и другие непланетные тела, выдолбленные изнутри для проживания и обычно вращающиеся для создания центробежной искусственной гравитации. Камни (за исключением используемых для секретных целей) описываются как оснащенные сверхсветовыми двигателями, и поэтому могут считаться особой формой космического корабля. Как и орбитальные сооружения, ими обычно управляют один или несколько Разумов. Камни не играют значительной роли в большинстве историй о Культуре, хотя их использование в качестве хранилища для выведенных из эксплуатации военных кораблей (Питанс) и мест обитания (Падж Рок, одно из первых поселений Культуры) является ключевым элементом сюжета в "Экцессии".

Миры раковин

В "Материи" представлены оболочные миры, состоящие из многослойных уровней концентрических сфер в четырех измерениях, поддерживаемых бесчисленными титаническими внутренними башнями. Их внепространственные характеристики делают некоторые продукты технологий Культуры слишком опасными в использовании, а другие – неэффективными, в частности, доступ к гиперпространству. Около 4000 были построены миллионы лет назад как гигантские машины, предназначенные для создания силового поля вокруг всей галактики с неизвестными целями; к моменту событий "Материи" сохранилось менее половины из них, многие были уничтожены исчезнувшей расой, известной как Илн. Раса, разработавшая эту технологию, известная как Вейл или Инволукра, ныне утеряна, и многие из оставшихся оболочных миров стали обитаемыми, часто разными видами на различных уровнях. Многие до сих пор хранят смертоносные секретные оборонительные системы, часто представляющие серьезную опасность для новых обитателей, что и дало им одно из прозвищ – Миры Резни.

Корабли

Корабли в Культуре – это разумные индивидуумы, часто очень больших размеров, управляемые одним или несколькими Разумами. Корабль считается Культурой в целом и самим Разумом как тело Разума (сравните с аватарами). Некоторые корабли (например, GSV) достигают десятков или даже сотен километров в длину и могут вмещать миллионы или даже миллиарды жителей, постоянно проживающих на них; вместе с орбиталями, такие корабли представляют собой основную форму среды обитания для Культуры. Такие крупные суда могут временно содержать более мелкие корабли с собственным населением и/или производить такие корабли самостоятельно. В "Использовании оружия" главный герой Закалуэ получает возможность адаптироваться к Культуре, бродя в течение нескольких дней по обитаемым уровням корабля (GSV Size Isn't Everything, который описывается как чрезвычайно протяжённый), питаясь и отдыхая во множестве мест, предлагающих еду и жильё по всей структуре, и наслаждаясь различными формами общения с дружелюбными и гостеприимными обитателями.

Сферы

Сферы Дайсона также существуют во вселенной Культуры, но упоминаются лишь вскользь как "Сферы". Три сферы были уничтожены в войне с Идиранской культурой.

Взаимодействие с другими цивилизациями

Культура, обитающая преимущественно на массивных космических кораблях и в искусственных средах обитания, и не испытывающая потребности в завоеваниях в привычном понимании этого слова, не имеет границ. Сфера её влияния определяется скорее (текущей) концентрацией кораблей и мест обитания Культуры, а также степенью влияния, которое её пример и вмешательства уже оказали на "местное" население в любом галактическом секторе. Поскольку Культура – это постоянно развивающееся и многоуровневое общество, её социальные границы также находятся в непрерывном движении (хотя в романах они, как правило, постоянно расширяются), мирно "ассимилируя" общества и отдельных личностей. Несмотря на то, что Культура – одна из самых передовых и могущественных галактических цивилизаций, она остаётся лишь одной из "высокоуровневых вовлечённых" (называемых "Оптимае" некоторыми менее развитыми цивилизациями) – наиболее могущественных не-сублимированных цивилизаций, которые направляют или контролируют другие. Вовлечённое общество – это высокоразвитая группа, достигшая всегалактического взаимодействия с другими культурами или обществами. Существует несколько десятков вовлечённых обществ и сотни или тысячи хорошо развитых (межзвёздных), но недостаточно влиятельных обществ или культур. Хорошо развитые общества, не играющие активной роли в галактике в целом, обозначаются как "галактически зрелые". В романах Культуру можно считать ведущим вовлечённым обществом, или, по крайней мере, самым динамичным и энергичным, особенно учитывая, что сама Культура представляет собой растущий мультикультурный синтез вовлечённых обществ. Вовлечённые противопоставляются Сублимированным – группам, достигшим высокого уровня технического развития и галактического влияния, но впоследствии отказавшимся от физической реальности и утратившим серьёзный интерес к вмешательству в галактическую цивилизацию. Они также противопоставляются тем, кого некоторые представители Культуры неформально называют "варварами" – обществам разумных существ, не обладающим техническими возможностями для осознания или участия в жизни своего межзвёздного окружения. Существуют также древние цивилизации, достигшие необходимого уровня технологий для сублимации, но выбравшие не сублимироваться и отдалившиеся от более широкой галактической метацивилизации. Вовлечённые противопоставляются гегемонизирующим роям (термин, используемый в нескольких романах Банкса о Культуре). Это сущности, стремящиеся преобразовать как можно большую часть Вселенной в подобие себе; чаще всего это технологические образования, напоминающие более сложные формы серого слизня, но этот термин может применяться и к культурам, достаточно целеустремлённым в своей приверженности массовым завоеваниям, контролю и колонизации. И Культура, и автор (в своих "Заметках о Культуре") считают такое поведение причудливым и нелепым. Чаще всего общества, классифицируемые как гегемонизирующие рои, состоят из видов или групп, недавно присоединившихся к галактическому сообществу с агрессивными экспансионистскими и эксплуататорскими целями. Использование термина "гегемонизирующий рой" в этом контексте считается пренебрежительным в Культуре и среди других вовлечённых, и служит для выражения их неприятия амбиций подобных образований, уподобляя их поведение бездумной самовоспроизводящейся технологии. Центральная моральная дилемма Культуры в отношении вмешательства в другие общества может рассматриваться как конфликт между стремлением помочь другим и желанием избежать превращения в гегемонизирующий рой.

The Culture, living mostly on massive spaceships and in artificial habitats, and also feeling no need for conquest in the typical sense of the word, possesses no borders. Its sphere of influence is better defined by the (current) concentration of Culture ships and habitats as well as the measure of effect its example and its interventions have already had on the "local" population of any galactic sector. As the Culture is also a very graduated and constantly evolving society, its societal boundaries are also constantly in flux (though they tend to be continually expanding during the novels), peacefully "absorbing" societies and individuals. While the Culture is one of the most advanced and most powerful of all galactic civilisations, it is still but one of the "high level Involved" (called "Optimae" by some less advanced civilisations), the most powerful non sublimed civilisations which mentor or control the others. An Involved society is a highly advanced group that has achieved galaxy wide involvement with other cultures or societies. There are a few dozen Involved societies and hundreds or thousands of well developed (interstellar) but insufficiently influential societies or cultures. The well developed societies which do not take a dynamic role in the galaxy as a whole are designated as "galactically mature". In the novels, the Culture might be considered the premier Involved society, or at least the most dynamic and energetic, especially given that the Culture itself is a growing multicultural fusion of Involved societies. The Involved are contrasted with the Sublimed, groups that have reached a high level of technical development and galactic influence but subsequently abandoned physical reality, ceasing to take serious interventionist interest in galactic civilisation. They are also contrasted with what some Culture people loosely refer to as "barbarians", societies of intelligent beings which lack the technical capacity to know about or take a serious role in their interstellar neighbourhood. There are also the elder civilisations, which are civilisations that reached the required level of technology for sublimation, but chose not to, and have retreated from the larger galactic meta civilisation. The Involved are also contrasted with hegemonising swarms (a term used in several of Banks' Culture novels). These are entities that exist to convert as much of the universe as possible into more of themselves; most typically these are technological in nature, resembling more sophisticated forms of grey goo, but the term can be applied to cultures that are sufficiently single minded in their devotion to mass conquest, control, and colonisation. Both the Culture and the author (in his Notes on the Culture) find this behaviour quixotic and ridiculous. Most often, societies categorised as hegemonising swarms consist of species or groups newly arrived in the galactic community with highly expansionary and exploitative goals. The usage of the term "hegemonising swarm" in this context is considered derisive in the Culture and among other Involved and is used to indicate their low regard for those with these ambitions by comparing their behaviour to that of mindless self replicating technology. The Culture's central moral dilemma regarding intervention in other societies can be construed as a conflict between the desire to help others and the desire to avoid becoming a hegemonising swarm themselves.

Внешняя политика

Хотя они ведут комфортную жизнь в Культуре, многие из ее граждан чувствуют потребность быть полезными и принадлежать обществу, которое существует не только ради них самих, но и помогает улучшить участь разумных существ по всей галактике. По этой причине Культура осуществляет "благотворительную деятельность", тайно или открыто вмешиваясь в развитие менее развитых цивилизаций, с главной целью постепенно направить их по менее разрушительному пути. Граждане Культуры считают, что эта деятельность дает Культуре "моральное право на существование". Группа внутри Культуры, известная как Контакт, отвечает за взаимодействие (дипломатическое или иное) с другими цивилизациями. Гражданам, не входящим в Контакт, по-видимому, не запрещено путешествовать или взаимодействовать с другими цивилизациями, однако усилия и потенциальная опасность, связанные с этим, делают гораздо более распространенным желанием для жителей Культуры просто присоединиться к Контакту, если они стремятся "увидеть мир". Внутри Контакта существует разведывательная организация под названием "Специальные обстоятельства", занимающаяся вмешательствами, требующими более скрытных действий; интервенционистский подход Культуры к развитию других обществ часто может вызывать негодование в затронутых цивилизациях и, следовательно, требует деликатности (см.: Look to Windward). В "Материи" описано, что существует ряд других галактических цивилизаций, которые приближаются к Культуре по силе и изощренности, а возможно, и превосходят ее. Культура очень осторожна и внимательна к этим объединениям и, хотя продолжает пытаться убедить их в идеалах Культуры, гораздо реже открыто вмешивается в их дела. В "Поверхностных деталях" описаны еще три подразделения Контакта: Quietus, Служба Безмятежности (Quietudinal Service), чья компетенция – взаимодействие с существами, покинувшими биологическое существование и перешедшими в цифровую форму и/или умершими и воскрешенными; Numina, отвечающая за контакт с расами, достигшими сублимации; и Restoria, подгруппа Контакта, специализирующаяся на сдерживании и нейтрализации угрозы роев самовоспроизводящихся существ ("hegswarms").

Although they lead a comfortable life within the Culture, many of its citizens feel a need to be useful and to belong to a society that does not merely exist for their own sake but that also helps improve the lot of sentient beings throughout the galaxy. For that reason the Culture carries out "good works", covertly or overtly interfering in the development of lesser civilisations, with the main aim to gradually guide them towards less damaging paths. As Culture citizens see it, these good works provide the Culture with a "moral right to exist". A group within the Culture, known as Contact, is responsible for its interactions (diplomatic or otherwise) with other civilisations. Non Contact citizens are apparently not prevented from travelling or interacting with other civilisations, though the effort and potential danger involved in doing so alone makes it much more commonly the case for Culture people simply to join Contact if they long to "see the world". Further within Contact, an intelligence organisation named Special Circumstances exists to deal with interventions which require more covert behaviour; the interventionist approach that the Culture takes to advancing other societies may often create resentment in the affected civilisations and thus requires a rather delicate touch (see: Look to Windward). In Matter, it is described that there are a number of other galactic civilisations that come close to or potentially even surpass the Culture in power and sophistication. The Culture is very careful and considerate of these groupings, and while still trying to convince them of the Culture ideal, will be much less likely to openly interfere in their activities. In Surface Detail, three more branches of Contact are described: Quietus, the Quietudinal Service, whose purview is dealing with those entities who have retired from biological existence into digital form and/or those who have died and been resurrected; Numina, which is described as having the charge of contact with races that have sublimed; and Restoria, a subset of Contact which focuses on containing and negating the threat of swarms of self replicating creatures ("hegswarms").

Поведение на войне

В то время как Культура обычно пацифистская, Контакт исторически выступает в роли её военной силы во время войны, а Спецобстоятельства можно рассматривать как её секретную службу и военную разведку. Во время войны большинство стратегических и тактических решений принимают Умы, причём, по-видимому, лишь небольшое число особо одарённых людей, "Рефереры", участвует в принятии решений высшего уровня, хотя они не показаны за пределами романа «Рассмотрите Флебаса». В «Рассмотрите Флебаса» показано, что фактические решения о начале войны (в отличие от чисто оборонительных действий) основываются на голосовании всех граждан Культуры, предположительно после активного обсуждения во всем обществе. В различных романах описывается, что Культура крайне неохотно идёт на войну, хотя может начать подготовку к ней задолго до её фактического начала. В войне с Идиранской культурой (возможно, одна из самых ожесточённых войн для обычно превосходящих сил Культуры) идиранцы захватили множество звёздных систем, звёздных регионов и орбитальных поселений, прежде чем Культура успела перевести достаточное количество своих ресурсов в военное положение. Умы Культуры проявили достаточно дальновидности, чтобы эвакуировать почти всех пострадавших граждан (по всей видимости, их число исчислялось миллиардами) до того, как до них дошли реальные боевые действия. Как показано в «Игре престолов», это стандартная тактика Культуры, с сильным акцентом на защите своих граждан, а не на их жертвах ради краткосрочных целей. Война внутри Культуры в основном ведётся разумными военными кораблями Культуры, самыми мощными из которых являются военные GSV, преобразованные для боевых действий, которые описываются как достаточно мощные, чтобы противостоять целым вражеским флотам. Культура мало использует обычные наземные силы (поскольку редко оккупирует вражескую территорию); боевые дроны, оснащённые ракетами-кинжалами, появляются в «Потомке», а «оружие террора» (по сути, разумные нано-убийцы) упоминаются в «Взгляни на ветер», в то время как мощные боевые костюмы пехоты (также используемые в качестве боевых дронов при отсутствии экипажа) применяются в «Материи».

While the Culture is normally pacifist, Contact historically acts as its military arm in times of war and Special Circumstances can be considered its secret service and its military intelligence. During war, most of the strategic and tactical decisions are taken by the Minds, with apparently only a small number of especially gifted humans, the "Referrers", being involved in the top level decisions, though they are not shown outside Consider Phlebas. It is shown in Consider Phlebas that actual decisions to go to war (as opposed to purely defensive actions) are based on a vote of all Culture citizens, presumably after vigorous discussion within the whole society. It is described in various novels that the Culture is extremely reluctant to go to war, though it may start to prepare for it long before its actual commencement. In the Idiran Culture War (possibly one of the most hard fought wars for the normally extremely superior Culture forces), various star systems, stellar regions and many orbital habitats were overrun by the Idirans before the Culture had converted enough of its forces to military footing. The Culture Minds had had enough foresight to evacuate almost all its affected citizens (apparently numbering in the many billions) in time before actual hostilities reached them. As shown in Player of Games, this is a standard Culture tactic, with its strong emphasis on protecting its citizens rather than sacrificing some of them for short term goals. War within the Culture is mostly fought by the Culture's sentient warships, the most powerful of these being war converted GSVs, which are described as powerful enough to oppose whole enemy fleets. The Culture has little use for conventional ground forces (as it rarely occupies enemy territory); combat drones equipped with knife missiles do appear in Descendant and "terror weapons" (basically intelligent, nano form assassins) are mentioned in Look to Windward, while infantry combat suits of great power (also usable as capable combat drones when without living occupants) are used in Matter.

Актуальность для реальной политики

Внутреннее устройство "Культуры" не описывается подробно, хотя показано, что общество населено наделёнными властью, образованными и усовершенствованными гражданами, живущими в прямой демократии или высокодемократичной и прозрачной системе самоуправления. При сравнении с реальным миром, будь то намеренно или нет, "Культура" может напоминать различные предполагаемые эгалитарные общества, включая описанные в трудах Карла Маркса конечное состояние коммунизма после отмирания государства, анархизм Бакунина и Фурье, либертарный социализм, советский коммунизм и анархо-коммунизм. Другие черты "Культуры", узнаваемые в реальной политике, включают пацифизм, пост-капитализм и трансгуманизм. Бэнкс сознательно изображал несовершенную утопию, чьи недостатки и слабости связаны с её взаимодействием с "другими" – внешними цивилизациями и видами, с которыми "Культура" порой воюет или обращается ненадлежащим образом через свой Контактный отдел, который не всегда способен контролировать свои интриги и действия людей, которых он либо "нанимает", либо с которыми взаимодействует. Эта "тёмная сторона" "Культуры" также отсылает к ошибкам и трагедиям в марксистско-ленинских странах XX века, хотя "Культура" обычно изображается как гораздо более "гуманная" и справедливая.

Утопия

Часто проводят сравнения между Культурой и западной цивилизацией двадцатого и двадцать первого веков, а также национальными государствами, особенно в отношении их вмешательств в менее развитые общества. Эти сравнения нередко искажаются из-за предполагаемых политических взглядов автора. Бен Коллиер отметил, что Культура представляет собой утопию, обладающую значительно большей моральной легитимностью, чем западные протодемократии. Хотя вмешательства Культуры могут на первый взгляд казаться схожими с западными, особенно если учитывать их демократическую риторику, утверждается, что Культура действует, не испытывая материальной нужды, и, следовательно, не подвержена низменным мотивам. Это не означает, что мотивы Культуры исключительно альтруистичны; мирная, просвещенная вселенная, населенная дружелюбными цивилизациями, свободными от этнического, религиозного и сексуального шовинизма, также отвечает интересам Культуры. Более того, идеалы Культуры, во многом перекликающиеся с современными либеральными взглядами, реализуются внутри нее в гораздо большей степени, чем на Западе.

Критика

Примерами могут служить использование наемников для выполнения работы, которую Культура не желает выполнять напрямую, и даже прямые угрозы вторжения (Культура и раньше предъявляла ультиматумы другим цивилизациям). Некоторые комментаторы также утверждают, что агенты Особых Обстоятельств, которым поручено «цивилизовать» чужие культуры (и, следовательно, потенциально превращать их в более однородные, более похожие на Культуру), наиболее вероятно будут сожалеть об этих изменениях, что можно сравнить с реальными подразделениями специального назначения, обученными действовать с учетом культурных особенностей других народов. События, описанные в романе «Использование оружия», показывают, насколько далеко Особые Обстоятельства готовы зайти, чтобы добиться своего, а заговор в центре сюжета «Превосходство» демонстрирует, что по крайней мере некоторые Разумы готовы рисковать жизнями разумных существ, если считают это полезным для долгосрочной перспективы. Особые Обстоятельства составляют очень небольшую часть Контакта, который сам по себе является лишь малой частью всей Культуры, что делает их сопоставимыми по масштабу и влиянию с современными спецслужбами.

Возникшие вопросы

Истории о Культуре в основном посвящены проблемам и парадоксам, с которыми сталкиваются либеральные общества. Сама Культура представляет собой "идеальный типичный" пример либерального общества; то есть, настолько чистый образец, насколько это вообще возможно. Она отличается высоким уровнем эгалитаризма; свобода личности является её важнейшей ценностью; и все действия и решения должны определяться в соответствии со стандартами разумности и общительности, привитыми всем людям посредством прогрессивной системы образования. Это общество настолько превосходит материальную нужду, что практически во всех отношениях его жители могут иметь и делать то, что пожелают. Если им не нравится поведение или взгляды других, они могут легко переехать в более подходящий центр Культуры (или подгруппу Культуры), и, следовательно, необходимости в принудительном соблюдении кодексов поведения практически нет. Даже Культура вынуждена идти на компромисс со своими идеалами, когда речь заходит о дипломатии и собственной безопасности. Контакт, группа, занимающаяся этими вопросами, и Специальные Обстоятельства, её секретная служба, могут привлекать к работе только тех, чьи таланты и эмоциональная устойчивость вызывают доверие, и могут даже отклонять самосознательные дроны, созданные для этих целей, если они не соответствуют предъявляемым требованиям. Поэтому эти подразделения считаются элитой Культуры, а членство в них широко воспринимается как награда; однако это также может быть постыдно, поскольку противоречит многим моральным принципам Культуры. Внутри Контакта и Специальных Обстоятельств существуют также внутренние круги, способные взять на себя управление в кризисных ситуациях, что несколько противоречит идеалам демократичности и открытости, провозглашаемым Культурой. Контакт и Специальные Обстоятельства могут подавлять или задерживать публикацию информации, например, чтобы избежать создания общественного давления в отношении действий, которые они считают опрометчивыми, или чтобы не допустить использования определённых ситуаций другими цивилизациями. В отношениях с менее развитыми регрессивными цивилизациями Культура обычно вмешивается незаметно, например, защищая и тайно поддерживая более либеральные элементы или подрывая нелиберальные институты. Например, в "Использовании оружия" Культура действует в менее развитом нелиберальном обществе, контролируя бизнес-картель, известный своими инвестициями в гуманитарное и социальное развитие, а также всеобщей благотворительностью. В "Excession" подгруппа Разумов замышляет спровоцировать войну с крайне садистским Афронтом, однако заговор раскрывается GSV, являющимся агентом Специальных Обстоятельств под глубоким прикрытием. Только одна история, "Consider Phlebas", противопоставляет Культуру высоко нелиберальному обществу примерно равной силы: агрессивным, теократическим Идиранам. Хотя они не представляли непосредственной и прямой угрозы для Культуры, Культура объявила войну, поскольку считала себя бесполезной, если бы позволила продолжаться безжалостной экспансии Идиран. Решение Культуры было основано на ценностных суждениях, а не на утилитарных расчётах, и "Фракция мира" внутри Культуры отделилась. Позднее, в хронологии вселенной Культуры, Культура достигла технологического уровня, при котором большинство прошлых цивилизаций Сублимировались, то есть отказались от участия в галактической политике и от большинства форм физического взаимодействия с другими цивилизациями. Культура продолжает вести себя "как идеалистический подросток". По состоянию на 2008 год три истории заставляют Культуру пересмотреть свой подход к более могущественным цивилизациям. В одном случае, во время Культурно-Идиранской войны, они стремятся не оскорбить цивилизацию, настолько развитую, что она отказалась от участия в галактической политике, и отмечают, что это гиперразвитое общество не представляет угрозы ни для благополучия, ни для ценностей Культуры. В "Excession" подавляюще более могущественная личность из чрезвычайно развитой цивилизации просто проходит сквозь неё на пути из одной плоскости физической Реальности в другую, и реального взаимодействия не происходит. В третьем случае создаются группы для изучения цивилизации, которая не представляет угрозы, но, как считается, в прошлом уничтожала агрессоров.

The Culture stories are largely about problems and paradoxes that confront liberal societies. The Culture itself is an "ideal typical" liberal society; that is, as pure an example as one can reasonably imagine. It is highly egalitarian; the liberty of the individual is its most important value; and all actions and decisions are expected to be determined according to a standard of reasonability and sociability inculcated into all people through a progressive system of education. It is a society so beyond material scarcity that for almost all practical purposes its people can have and do what they want. If they do not like the behaviour or opinions of others, they can easily move to a more congenial Culture population centre (or Culture subgroup), and hence there is little need to enforce codes of behaviour. Even the Culture has to compromise its ideals where diplomacy and its own security are concerned. Contact, the group that handles these issues, and Special Circumstances, its secret service division, can employ only those on whose talents and emotional stability it can rely, and may even reject self aware drones built for its purposes that fail to meet its requirements. Hence these divisions are regarded as the Culture's elite and membership is widely regarded as a prize; yet also something that can be shameful as it contradicts many of the Culture's moral codes. Within Contact and Special Circumstances, there are also inner circles that can take control in crises, somewhat contradictory to the ideal notions of democratic and open process the Culture espouses. Contact and Special Circumstances may suppress or delay the release of information, for example to avoid creating public pressure for actions they consider imprudent or to prevent other civilisations from exploiting certain situations. In dealing with less powerful regressive civilisations, the Culture usually intervenes discreetly, for example by protecting and discreetly supporting the more liberal elements, or subverting illiberal institutions. For instance, in Use of Weapons, the Culture operates within a less advanced illiberal society through control of a business cartel which is known for its humanitarian and social development investments, as well as generic good Samaritanism. In Excession, a sub group of Minds conspires to provoke a war with the extremely sadistic Affront, although the conspiracy is foiled by a GSV that is a deep cover Special Circumstances agent. Only one story, Consider Phlebas, pits the Culture against a highly illiberal society of approximately equal power: the aggressive, theocratic Idirans. Though they posed no immediate, direct threat to the Culture, the Culture declared war because it would have felt useless if it allowed the Idirans' ruthless expansion to continue. The Culture's decision was a value judgement rather than a utilitarian calculation, and the "Peace Faction" within the Culture seceded. Later in the timeline of the Culture's universe, the Culture has reached a technological level at which most past civilisations have Sublimed, in other words disengaged from Galactic politics and from most physical interaction with other civilisations. The Culture continues to behave "like an idealistic adolescent". As of 2008, three stories force the Culture to consider its approach to more powerful civilisations. In one incident during the Culture Idiran War, they strive to avoid offending a civilisation so advanced that it has disengaged from Galactic politics, and note that this hyper advanced society is not a threat to either the welfare or the values of the Culture. In Excession, an overwhelmingly more powerful individual from an extremely advanced civilisation is simply passing through on its way from one plane of the physical Reality to another, and there is no real interaction. In the third case it sets up teams to study a civilisation that is not threatening but is thought to have eliminated aggressors in the past.

Первичные источники

Да. Да. Да. Да. Да. Да. Да. Да. Да. Да. Да. Да. Да.

Вторичные источники

.
.
.
.
.
.
.

Интервью и рецензии

.
.
.
.

Источники новостей

Да. — Да. — Да. — Да.