Роланд Велски: Политик и Премьер-министр Федерации Родезии и Ньясаленда

Введение

Сэр Роланд "Рой" Уэленский (англ. Sir Roland "Roy" Welensky; 20 января 1907 – 5 декабря 1991) – политик Северной Родезии, второй и последний премьер-министр Федерации Родезии и Ньясаленда. Родился в Солсбери, Южная Родезия (ныне Хараре, Зимбабве) в семье матери-африканки и отца-литовского еврея. Он переехал в Северную Родезию, включился в профсоюзную деятельность и в 1938 году вошел в состав колониального законодательного совета. Там он выступал за объединение Северной и Южной Родезии (последняя находилась под управлением белого правительства, первая – под колониальным управлением). Хотя ему не удалось добиться объединения, он способствовал созданию Федерации Родезии и Ньясаленда – государства в составе Британской империи, стремившегося сохранить доминирующее положение белого меньшинства, одновременно двигаясь в прогрессивном политическом направлении, в отличие от Южной Африки с её системой апартеида. Став премьер-министром Федерации в 1956 году, Уэленский выступал против курса Великобритании на передачу власти черному большинству и применял силу для подавления политически мотивированного насилия на территориях. После установления власти черного большинства в двух из трех территорий Федерации (Северной Родезии и Ньясаленде, ныне Замбия и Малави соответственно) Федерация распалась в 1963 году. Уэленский вернулся в Солсбери, где вновь занялся политикой и попытался предотвратить одностороннее провозглашение независимости Родезии (ранее Южной Родезии). С окончанием правления белого меньшинства в 1979 году и признанием независимости Родезии как Республики Зимбабве под руководством Роберта Мугабе в 1980 году, Уэленский эмигрировал в Соединенное Королевство, где скончался в Англии в 1991 году. Страстно восхищаясь Британией и её империей, Уэленский описывал себя как "наполовину еврей, наполовину африканер [и] на 100% британец".

Молодежь

Уэленский родился на Пионер-стрит в Солсбери, Южная Родезия. Его отец, Майкл Велленский (род. ок. 1843), был литовского еврейского происхождения, родом из деревни недалеко от Вильно (ныне Вильнюс); он был торговцем в России и занимался контрабандой лошадей во время франко-прусской войны, после чего поселился в Южной Родезии, предварительно эмигрировав в Соединенные Штаты, где содержал салон, а затем – в Южную Африку. Его мать, Лия (урождённая Алетта Феррейра; ок. 1865–1918). Родители, для которых Рафаэль, или "Рой", был тринадцатым ребенком, держали пансион для "бедных белых". Мать Уэлленского умерла, когда ему было одиннадцать лет, и её лечил Годфри Хэггинс, врач, впоследствии ставший премьер-министром Южной Родезии. Несмотря на отсутствие британских корней, Уэлленский был убежденным сторонником Британии, что было характерно для родезийцев. Джон Коннелл в предисловии к книге Уэлленского «4000 дней» писал: «Уэлленский, в чьих жилах не было ни капли британской крови, в полной мере разделял эту гордость и преданность [Британии)». Он включился в профсоюзное движение, вступив в Родезийский союз железнодорожников. Работая на железной дороге, он в 19 лет стал профессиональным чемпионом Южной Родезии по боксу в тяжелом весе и удерживал этот титул до 21 года. В это время Уэлленский познакомился со своей первой женой, Элизабет Хендерсон, которая в то время работала в кафе в Булавайо, Южная Родезия. Они поженились после двух лет ухаживаний.

Колониальная политика

В 1938 году Уэленский был избран в Законодательный совет Северной Родезии на всеобщих выборах. Губернатор Северной Родезии не допустил Уэленского к службе в вооруженных силах во время Второй мировой войны и назначил его директором по трудовым ресурсам. В 1941 году он основал собственную партию – Северно-Родезийскую лейбористскую партию, с целью объединения колонии с Южной Родезией на основе новой конституции. На выборах 1941 года партия выиграла все пять округов, в которых принимала участие. После того как лидер неофициальных членов Законодательного совета, Стюарт Гор Браун, ушел в отставку в 1945 году и заявил, что африканское население потеряло доверие к белым (в связи со стремлением к объединению), Уэленский был избран его преемником. Несмотря на то, что он был членом Законодательного совета, это не было его основной занятостью, и он продолжал работать машинистом на железных дорогах Родезии, а также руководить профсоюзом.

Объединение и федерация

С самого начала Велленский был вовлечен в создание Федерации Родезии и Ньясаленда. Ранее он выступал за объединение Северной и Южной Родезии с конституцией, аналогичной южнородейзийской (которая фактически предоставила ответственное правительство белым родезийцам, установив требования к избирательному праву, которым до того времени лишь немногие чернокожие соответствовали, хотя им и не препятствовали в их достижении). После того как британское правительство отклонило эту идею, он приступил к созданию федерации, и, вопреки его мнению, в нее была включена небольшая колония Ньясаленд. Его главной целью объединения, а затем и федерации, было максимально эффективное использование взаимодополняющих экономических преимуществ Родезий. Он считал, что колонии упускают возможности послевоенного экономического подъема. С этой целью Велленский организовал конференцию в феврале 1949 года для изучения идеи федерации. Она проходила в отеле "Виктория Фолс" (месте, часто используемом для родезийских политических конференций), в ней участвовали представители правительств Северной и Южной Родезии, но не коренные африканцы и британское правительство. Было достигнуто соглашение о том, что дальнейшие попытки объединения обречены на провал, поскольку как британцы, так и коренные африканцы выступали против. Велленский предложил использовать Конституцию Австралии в качестве основы для предлагаемой федеральной конституции и продвигал идею "партнерства" между белыми и черными. Однако он настаивал на том, что "на протяжении всего этого партнерства [белые] будут старшими партнерами, по крайней мере, на то время, которое я могу предвидеть". Помимо организации федерации, Велленский выиграл важную политическую битву в Северной Родезии против Британской Южно-Африканской компании (BSAC), которая контролировала права на полезные ископаемые и связанные с ними роялти на всей территории. Именно компания, а не британская корона, подписала договоры с африканскими вождями об отказе от прав на добычу полезных ископаемых, однако BSAC прекратила администрирование Северной Родезии в 1924 году. Велленский утверждал, что территория имеет право на роялти, и обратился к губернатору с просьбой принять меры. После долгих переговоров BSAC уступила и согласилась отказаться от прав на полезные ископаемые в 1986 году, а до этого выплачивать правительству 20% прибыли от этих прав. В марте 1952 года колониальные и британские правительства встретились в Лондоне для обсуждения федерации. Там идея федерации была окончательно согласована, хотя колониальные правительства вновь настаивали на объединении. Их отклонил государственный служащий левых взглядов (впоследствии сэр) Эндрю Коэн, который после долгих размышлений привел стороны к соглашению. Участники встречи признали, что расовая политика Родезий слишком часто смешивается с зарождающимся апартеидом в Южной Африке, и сам Велленский заявил, что отвергает подобные идеи в интервью южноафриканской газете. Он придерживался патерналистского отношения к коренным африканцам, но верил в принцип "равных прав для всех цивилизованных людей" и постепенное развитие. За кулисами Велленский и родезийцы искали поддержки у консерваторов, а коренные африканцы – у лейбористов. В 1951 году в Великобритании состоялись всеобщие выборы, и к власти пришли консерваторы. Лейбористы, помня об ожесточенном сопротивлении африканцев из Северной Родезии и Ньясаленда, а также о мандате Колониального управления по защите интересов коренного населения, относились к идее федерации, в лучшем случае, прохладно и категорически выступали против объединения. После выборов двухпартийный подход к федерации сорвался, и британские законы о ее создании были приняты лишь при поддержке консерваторов, в то время как либералы и лейбористы выступили против.

From the beginning, Welensky was involved in the creation of the Federation of Rhodesia and Nyasaland. He had earlier wanted an amalgamation of Northern and Southern Rhodesia with a constitution similar to that of Southern Rhodesia (that had effectively granted responsible government to the white Rhodesians by specifying franchise qualifications that few blacks had so far achieved though they were not prevented from acquiring them). After the British Government rejected this idea, he set about the creation of a federation, and, against his judgement, the small colony of Nyasaland was included. His main wish for amalgamation, and later federation, was primarily so the complementary economic strengths of the Rhodesias could be put to best use. He felt that the colonies were missing out on the post war economic boom. To this end, Welensky organised a conference in February 1949 to investigate the idea of a federation. Held at the Victoria Falls Hotel (a common venue for Rhodesian political conferences), representatives from the Northern and Southern Rhodesian Governments were present, but native Africans and the British Government were not. It was agreed that continued pushes for amalgamation would fail, with both the British and native Africans opposed. Welensky suggested that the Constitution of Australia be used as a basis for the proposed federal constitution, and pushed the idea of 'partnership' between blacks and whites. However, he insisted that "for as long as I can see, in that partnership [the whites] will be senior partners". Apart from organising the federation, Welensky won a significant political battle in Northern Rhodesia against the British South Africa Company (BSAC), which controlled mineral rights and the associated royalties throughout the territory. The company, and not the British Crown, had signed the treaties with African kings that surrendered mining rights, but the BSAC had stopped administering Northern Rhodesia in 1924. Welensky argued that the territory had a right to the royalties, and he petitioned the Governor to take action. After many talks, the BSAC relented and agreed to surrender mineral rights in 1986, and to pay 20% of its profits from these rights to the government until then. In March 1952, the colonial and the British governments met in London to discuss federation. There, the idea for a federation was finalised and settled, although the colonial governments had, again, insisted on amalgamation. They were rebuffed by the left leaning public servant (later Sir) Andrew Cohen, who, after much deliberation, brought the parties to an agreement. It was acknowledged by those at the meeting that, all too often, the racial policies of the Rhodesias were confused with the emerging apartheid of South Africa, and Welensky himself claimed to refute these ideas when being interviewed by a South African newspaper. He was paternalistic towards native Africans, but believed in the dictum of "equal rights for all civilised men" and gradual advancement. Behind the scenes, Welensky and the Rhodesians had been courting the Conservatives, while the native Africans had been doing the same with Labour. A British general election was held in 1951 and the Conservatives gained power. Labour, mindful of the overwhelming opposition of Africans from both Northern Rhodesia and Nyasaland and of the Colonial Office mandate to oversee native interests, had been lukewarm at best to the idea of federation, and had been wholly opposed to amalgamation. After the election, the bipartisan approach to federation broke down and the British laws for its creation passed only with the support of the Conservatives, with both Liberal and Labour Parties now opposed.

Создание федерации

В 1953 году Велленский баллотировался в федеральное законодательное собрание от Объединенной федеральной партии (ОФП), созданной им самим и премьер-министром Южной Родезии сэром Годфри Хэггинсом. Партия добилась успеха на первых выборах, получив вдвое больше голосов, чем оппозиционная Конфедеративная партия. Сам Велленский набрал более 80% голосов в федеральном округе Брокен-Хилл и был незамедлительно назначен министром транспорта. Первые годы существования федерации характеризовались относительно спокойной политической обстановкой и экономическим подъемом. Государственная казна пополнялась за счет доходов от медных рудников Северной Родезии, а приток иностранных инвестиций способствовал быстрому расширению городов Солсбери, Булавайо и Лусаки. Грунтовые дороги заменялись асфальтированными, а железнодорожная сеть расширялась. Велленский считал, что столь высоким темпам развития следует отдать должное умелому управлению федерального министра финансов Дональда Макинтайра. Правительство Южной Родезии во главе с Гарфилдом Тоддом начало отменять ограничения, наложенные на коренное африканское население. В государственной службе открылось больше вакансий для африканцев, обращение к мужчинам-африканцам изменилось с "AM" (African Male) на "Мистер", а в столовых и ресторанах разрешили обслуживание представителей разных рас; Велленский, будучи министром транспорта, разрешил многорасовое обслуживание в вагонах-ресторанах поездов. Однако, когда речь зашла об отмене ограничений на продажу алкоголя африканцам, Велленский выступил против, заявив, что это приведет к поражению ОФП на следующих выборах. После неоднократных безуспешных попыток добиться статуса доминиона для федерации, премьер-министр Годфри Хэггинс отказался баллотироваться на пост лидера партии на конференции в сентябре 1956 года. Хэггинс ушел в отставку в октябре, и Велленский, занимавший второе место по влиянию в федеральных структурах, был избран его преемником. Велленский вступил в должность 1 ноября.

Премьер-министр

При вступлении в должность Велленски был вынужден занять позицию в Суэцком кризисе. Правительство Соединенного Королевства подверглось резкой международной критике за свои действия, но правительство Велленски, наряду с правительствами Австралии и Новой Зеландии, тем не менее, поддержало Великобританию. Это был первый опыт Велленски в международной политике. После провала Суэцкой операции британская колониальная политика претерпела значительные изменения, что негативно сказалось на Федерации. Это ознаменовало отход от постепенного подхода к деколонизации и резкое ускорение этого процесса. В политическом плане, всего через три года после образования, федерация начала приходить в упадок. Международное отношение к Федерации было критическим, особенно со стороны афро-азиатского блока в Организации Объединенных Наций. В то время, как большинство колониальных держав стремились к предоставлению независимости своим колониям, Федерация представлялась ее противникам нежелательным препятствием. В Великобритании лейбористы усилили критику, а африканские националисты внутри самой Федерации стали более активными, выражая недовольство происходившей либерализацией и требуя более решительных мер по продвижению африканцев. Губернатор Северной Родезии, сэр Артур Бенсон, написал секретное письмо своим начальникам в Великобритании, содержащее резкую критику Велленски и Федерации; это письмо оставалось нераскрытым до 1958 года, когда Хэггинс показал его Велленски.

Ньясалендские беспорядки

Колониальный секретарь Алан Леннокс Бойд посетил Федерацию в январе 1957 года, в то время как Уэленски готовился изложить трудности, связанные с продвижением африканцев. Стремясь вовлечь африканцев в существующие политические процессы и надеясь, что они будут избегать недавно созданных партий Африканского национального конгресса (АНК), Уэленски резко критиковал практику Колониального офиса, которая, по его мнению, создавала ситуацию, "[состоящую] из двух противоположных политик – правления чернокожих и белых. Естественно, они предпочитают стремиться к правлению чернокожих и надеются на его наступление, считая это апофеозом политики Колониального офиса". Ньясаландский африканский конгресс (NAC) особенно активно выступал за увеличение африканского представительства в Законодательном совете Ньясаленда, требуя в сентябре 1957 года африканского большинства в совете. Включение Ньясаленда в Федерацию никогда не было целью ее сторонников; он был включен прежде всего из-за своей экономической нежизнеспособности как самостоятельной единицы. Уэленски не понимал и не ценил стремление партии к увеличению африканского представительства или к отделению, особенно учитывая зависимость Ньясаленда от Федерации в вопросах благосостояния. Гастингс Банда, лидер националистического движения Ньясаленда, вернулся на территорию в 1958 году и начал организовывать оппозицию Федерации. Прожив за пределами территории более 25 лет и испытывая трудности с вспоминанием своего родного африканского языка, он нуждался в помощи переводчиков для общения с населением, которое он приводил в состояние возбурения своими речами. После того как губернатор и федеральное правительство отказались предоставить африканцам большинство в Законодательном совете, он отправился в турне с выступлениями по территории. В январе 1959 года в своей речи он заявил, что "поджег Солсбери [столицу] – я заставил Солсбери качаться, качаться и пробудил его от политического сна", после чего его сторонники закидали камнями проезжающие автомобили и полицейских. Выступая перед начальниками обороны в Солсбери, он сказал, что "в течение следующих трех месяцев мы можем ожидать серьезных беспорядков в Ньясаленде. Моя задача – обеспечить, чтобы правительство могло выполнять свои обязанности в случае возникновения проблем". 25 января за пределами Блантайра состоялось собрание NAC. Утверждалось, что на собрании детально обсуждался план свержения территориального правительства и массового убийства белых и всех чернокожих, сотрудничавших с ними (хотя последующая Королевская комиссия установила, что недостаточно доказательств для подтверждения этого утверждения). В начале февраля Уэленски получил протокол собрания и решил действовать, созвав встречу федерального и территориального правительств. 21 февраля в Ньясаленд были переброшены федеральные войска, 3 марта губернатор Ньясаленда объявил чрезвычайное положение, а лидеры националистов были арестованы и перевезены в тюрьмы в Южной Родезии. В последующие две недели вспыхнули беспорядки, и войска применили силу для подавления насилия. В результате беспорядков погибло около 50 человек. Основные воинствующие африканские националистические партии на каждой территории были запрещены федеральным и территориальным правительствами, но все они реорганизовались под новыми названиями уже через несколько месяцев. Южнородезийский АНК стал Национальной демократической партией (позже ZAPU), Севернородезийский АНК стал Замбийским африканским национальным конгрессом, а Ньясаландский АНК стал Партией конгресса Малави. Использование СМИ термина "полицейское государство" для описания реакции на насилие вызвало возмущение либералов, шотландской церкви и левых консерваторов, а особенно – Лейбористской партии в Великобритании. Джон Стоунхаус, депутат от Лейбористской партии, был депортирован до объявления чрезвычайного положения, что усилило напряженность. Была объявлена Королевская комиссия для расследования насилия. Уэленски был возмущен, когда его попросили внести свой вклад в работу Королевской комиссии, и Лейбористская партия бойкотировала ее.

The Colonial Secretary Alan Lennox Boyd visited the Federation in January 1957, while Welensky prepared to outline the difficulties regarding African advancement. Seeking to bring Africans into the established political processes, and hoping they would shun the recently formed African National Congress (ANC) parties, Welensky hit out at what he saw as the poor Colonial Office practice of making the situation "[consist] of two opposed policies, black rule and white rule. They naturally prefer to aim for black rule and hope they will experience this, which they regard as the apotheosis of Colonial Office policy". The Nyasaland African Congress (NAC) was particularly vocal about increased African representation in the Nyasaland Legislative Council, demanding in September 1957 an African majority in the council. Nyasaland's inclusion in the Federation was never a goal of its proponents, it was there primarily because it was not economically viable by itself. Welensky did not understand or appreciate the party's goal of increased African representation or secession when it relied on the Federation for its well being. Hastings Banda, the leader of the Nyasaland nationalist cause, returned to the territory in 1958 and began organising opposition to the Federation. Having lived outside the territory for more than 25 years and having great difficulty remembering his native African language, he required the assistance of interpreters to communicate with the population, whom he stirred into a frenzy with his speeches. After the Governor and the Federal Government refused to give Africans a majority in the Legislative Council, he embarked on a speaking tour of the territory. In January 1959, he stated in a speech that he "put Salisbury [the capital] on fire I got Salisbury rocking, rocking, and got it awake out of its political sleep ", after which his followers stoned passing cars and police officers. Speaking to the defence chiefs in Salisbury, he said that "during the next three months we can expect some fairly serious trouble in Nyasaland It is my concern to ensure that this government is in a position to exercise its responsibilities if trouble comes". A NAC meeting was held outside Blantyre on 25 January. It was alleged that the meeting discussed in detail a plan for the overthrow of the territorial government and the massacre of the territory's whites and any blacks who collaborated with them (although a subsequent Royal Commission found there was insufficient evidence to make such a claim). Welensky obtained the meeting's proceedings in early February and decided to act, calling a meeting of the federal and territorial governments. Federal troops were deployed to Nyasaland on 21 February, the Governor of Nyasaland proclaimed a state of emergency on 3 March and the nationalist leaders were arrested and flown to jails in Southern Rhodesia. In the subsequent fortnight, riots broke out and troops used force to end the violence. Almost 50 people died in the unrest. The main militant African nationalist parties in each territory were banned by the federal and territorial governments, but all reorganised under new names only months later. The Southern Rhodesian ANC became the National Democratic Party (later ZAPU), the Northern Rhodesian ANC became the Zambian African National Congress, and the Nyasaland ANC became the Malawi Congress Party. The media's use of the term 'police state' to describe the response to the violence outraged the Liberals, the Church of Scotland and leftist Conservatives, and particularly the Labour Party, in Britain. John Stonehouse, a Labour MP, had been deported prior to the declaration of the state of emergency, adding to the tension. A Royal Commission was announced to investigate the violence. Welensky was indignant when asked to contribute to the Royal Commission, and the Labour Party boycotted it.

Комиссии и Макмиллан

В дополнение к Королевской комиссии, расследовавшей насилие в Ньясаленде (ныне известной как Доклад Девлина), британское правительство организовало вторую, известную как Доклад Монктона, для выработки рекомендаций относительно будущего федерации. Опубликованный в октябре 1960 года, доклад рекомендовал внести масштабные изменения в федеральную структуру, включая обеспечение большинства африканцев в законодательных собраниях Ньясаленда и Северной Родезии. Велленски был возмущен публикацией доклада, назвав его «смертным приговором федерации» и отвергнув его немедленно. Африканские националисты были столь же против, но по иным причинам. Все националисты стремились к прекращению существования федерации и независимости территорий в качестве государств с чернокожим большинством. Велленски выступал против любых разговоров о сецессии, и Доклад Монктона прямо указал на эту возможность, заявив, что территории должны иметь право на это после пяти лет действия новой федеральной конституции. В начале 1960 года премьер-министр Великобритании Гарольд Макмиллан впервые и в последний раз посетил Федерацию. Там он провел личные переговоры с Велленски и представителями территориальных правительств, а также воспользовался возможностью оценить мнение африканцев о федерации. Макмиллан также намеревался встретиться с заключенными африканскими лидерами, но Велленски отказал ему в этом. Гастингс Банда обсуждал с британским правительством, через депутата от Лейбористской партии Дингла Фута, вероятность своего освобождения из тюрьмы. Велленски установил прослушку в камере Банды и был крайне недоволен тем, что он расценивал как «предательство, лицемерие, умиротворение, трусость и потерю решимости» со стороны британского правительства в отношениях с африканскими националистами и федерацией. Макмиллан продолжил свой путь в Южную Африку, где выступил с речью «Ветер перемен» перед парламентом Южной Африки, обратив внимание премьер-министра ЮАР доктора Хендрика Вервурда. Велленски сообщили, что Банда будет освобожден, чтобы он мог принять участие в обсуждении будущего Федерации с британским правительством. Потеряв терпение к британцам, Велленски занял более жесткую позицию: «Я постоянно старался действовать разумно и ответственно. Теперь я всерьез сомневаюсь, что сдержанность была правильной политикой».

In addition to the Royal Commission that investigated the Nyasaland violence (now known as the Devlin Report), the British Government organised a second one, known as the Monckton Report, to advise on the future of the federation. Released in October 1960, the report advocated sweeping changes to be made to the federal structure, including African majorities in the Nyasaland and Northern Rhodesian legislatures. Welensky was outraged when the report was published, calling it the "death knell of federation" and rejecting it out of hand. African nationalist opinion was just as opposed, but on different grounds. All nationalists wanted an end to federation, and independence for the territories as black majority ruled states. Welensky was opposed to any talk of secession, and the Monckton Report suggested it in writing when it stated that the territories should have the option after five years under a new federal constitution. Early 1960 saw British Prime Minister Harold Macmillan journey to the Federation for the first and last time. There, he held talks in person with Welensky and the territorial governments, and he took the opportunity to gauge African opinion towards the Federation. Macmillan also wished to talk to the jailed African leaders, but was met with a rebuff from Welensky. Hastings Banda discussed the probability of his release from prison with the British Government through Labour MP Dingle Foot. Welensky had Banda's cell wired for sound and was frustrated with what he saw as the British government's "betrayal, duplicity, appeasement, cowardice and loss of nerve" when dealing with the African nationalists and the federation. Macmillan travelled on to South Africa, where he made his 'Wind of Change' speech to the South African Parliament, raising the attention of South African Prime Minister Dr Hendrik Verwoerd. Welensky was informed that Banda would be released so that he could join in discussions with the British Government over the future of the Federation. Losing patience with the British, Welensky took a harder line against them: "I've tried all along to behave in a reasonable and responsible manner. Now I'm seriously wondering whether restraint has been the right policy."

Новые конституции

После того, как Банда был освобожден из тюрьмы вопреки желанию Велленски, Банда отправился в Соединенное Королевство, где принял участие в конституционных переговорах по Ньясаленду. Итогом стала конституция, которая, благодаря системе голосования, столь же сложной, как и сама Федерация, фактически обеспечивала правление черного большинства на этой территории. Велленски, возмущенный и разгневанный тем, что он считал британским невежеством в отношении ситуации, не понимал, почему британцы готовы вести переговоры с Бандой. По словам Велленски, после освобождения из тюрьмы “[Банда] проявлял осторожность, призывая к спокойствию и осуждая насилие”, но Велленски выступал против требований Банды о правлении черного большинства и полагал, что предоставление его территории приведет к концу существования Федерации. В Северной и Южной Родезии также были приняты новые конституции. Конституция Южной Родезии была крайне осторожной и обеспечивала продолжение правления белого меньшинства. Она предусматривала 50 мест в списке А с высокими требованиями к избирателям (фактически для белых) и 15 мест в списке Б с более низкими требованиями (для чернокожих). Система «перекрестного голосования» означала, что результаты выборов в список А зависели от голосов по списку Б, и наоборот. Все конституции были подписаны UFP и африканской националистической партией в каждой территории. Однако последовали немедленные последствия: Ян Смит, председатель фракции UFP в федеральном собрании, подал в отставку в знак протеста против новой конституции Южной Родезии, назвав ее «расистской», а националистическая Национально-демократическая партия отозвала свою поддержку конституции, которую ранее подписала. В конечном итоге Велленски был согласен с африканским большинством в Ньясаленде и выходом провинции из состава Федерации, стремясь сохранить лишь союз двух Родезий, но, будучи уроженцем Северной Родезии, он не принимал правление черного большинства на этой территории и в течение 1961–1962 годов вел борьбу с британским правительством из-за ее новой конституции. В ходе обсуждений со Смитом концепции Северной Родезии под управлением африканцев Велленски заявил: «Я не намерен передавать власть чернокожим. Лично я не смог бы жить в стране, где они находятся у власти». Велленски рассматривал возможность одностороннего провозглашения независимости Федерацией, когда стало ясно, что новая конституция Северной Родезии, вероятно, предоставит африканское большинство в парламенте. В конечном счете, идея британского вторжения была лишь одним из многих рассматриваемых вариантов и не дошла до обсуждения в кабинете министров.

After Banda was released from prison against the wishes of Welensky, Banda travelled to the United Kingdom, where he took part in the Nyasaland constitutional talks. The outcome was a constitution which, through a voting system that was as complex as that of the Federation itself, amounted to black majority rule for the territory. Bitter and angry at what he saw as British ignorance to the situation, Welensky did not comprehend how the British were willing to deal with Banda. In Welensky's words, since his release from prison, "[Banda] was careful to appeal for calm and to condemn violence", but Welensky was averse to Banda's demands for black majority rule and believed that granting it to the territory would mean the end of the Federation. In Northern and Southern Rhodesia new constitutions were also enacted. The Southern Rhodesian constitution was very cautious and prolonged white rule. It had 50 A roll seats with high voting qualifications (essentially for whites), and 15 B roll seats with lower qualifications (for blacks). A system of 'cross voting' meant that results in A roll seats would be affected by the B roll vote, and vice versa. All constitutions were signed by the UFP and the African nationalist party in each territory. However, there were immediate repercussions; Ian Smith, chief whip for the UFP in the federal assembly, resigned in protest at the new Southern Rhodesian constitution, calling it "racialist", while the nationalist National Democratic Party withdrew support for the constitution having earlier signed it. Eventually, Welensky was comfortable with an African majority in Nyasaland and for the province to secede, seeking to preserve only a union of the two Rhodesias but, as a Northern Rhodesian, he did not accept black majority rule for the territory and a battle was had with the British Government over its new constitution throughout 1961–62. In discussions with Smith regarding the concept of Northern Rhodesia under African rule, Welensky stated: "I am not prepared to hand power to the blacks. Personally I could not live in a country where they were in control." Welensky considered a federal unilateral declaration of independence when the new Northern Rhodesian constitution appeared likely to grant an African majority in its parliament. In the end, the idea of a British invasion was one of many options considered, and it did not make it past cabinet discussion.

Конго, Катанга и Тсомбе

Велленский однажды рассказал журналисту, что рассматривал возможность включения провинции Катанга Бельгийского Конго в состав Федерации. После того, как Бельгийское Конго получило независимость в 1960 году как Республика Конго, оно в течение двух недель погрузилось в состояние анархии. Значительное бельгийское население Конго бежало от насилия в соседние государства, включая Федерацию. Велленский направил Королевские Родезийские ВВС (RRAF) для помощи в их эвакуации, но британское правительство не позволило ему ввести их на территорию Конго. Беженцы пешком направлялись в Ндолу в Северной Родезии, откуда самолеты RRAF забирали их и доставляли в лагеря в Солсбери. RRAF эвакуировала более 6000 человек. Лидер Катанги, Моиз Тшомбе, обратился к британским и родезийским войскам с просьбой о вводе войск для восстановления порядка. Велленский сочувствовал ситуации, но не мог действовать; британское правительство, обладающее верховной юрисдикцией над Федерацией, запретило ему мобилизовать вооруженные силы. 11 июля 1960 года, на следующий день после обращения за помощью к британцам и Родезии, Тшомбе в одностороннем порядке провозгласил независимость Катанги. Велленский умолял Макмиллана отправить родезийские войска, но Макмиллан отказал ему, заявив, что их надежды возлагаются на Организацию Объединенных Наций в восстановлении порядка и на создание полностью нейтрального или антикоммунистического Конго. Когда войска ООН начали военные действия против Катанги в декабре 1962 года, Тшомбе бежал в Солсбери и встретился с Велленским, пообещав продолжить борьбу за отделение. Однако правительство Катанги капитулировало в январе 1963 года.

Территориальные и федеральные выборы

С новыми конституциями для территорий, выборы проводились в течение 1961–62 годов, и УФП Велленского проигрывала на всех из них. В Ньясаленде африканская националистическая партия Конгресс Малави одержала убедительную победу, и Банда начал лоббировать британское правительство с целью распада Федерации и обретения Ньясалендом независимости как Малави. В Северной Родезии ни УФП, ни две африканские националистические партии не имели большинства, однако африканские националисты объединились для борьбы за независимость. Велленский надеялся получить поддержку Федерации, поэтому в середине 1962 года распустил парламент и назначил выборы. Хотя его партия одержала крупную победу, она была достигнута из-за отсутствия какой-либо оппозиции. Ни недавно созданная РФ, ни африканские националистические партии не стали участвовать в выборах. В Южной Родезии УФП потеряла позиции, которые она и ее преемники занимали на протяжении десятилетий, на выборах в октябре. Ян Смит, бывший федеральный член УФП, объединился с Уинстоном Филдом из партии Доминиона, чтобы сформировать Родезийский фронт – консервативную партию, выступавшую против быстрого политического развития африканцев и конституции 1961 года, и поддерживавшую независимость Южной Родезии. РФ получила 55% голосов и 35 мест в списке A, а УФП – 44% голосов, 15 мест в списке A и 14 мест в списке B. Теперь у Велленского в законодательных собраниях всех трех территорий находились партии, выступавшие против Федерации и поддерживавшие независимость своих территорий.

Роспуск

С обещанием независимости Ньясаленда и Северной Родезии от Великобритании на основе конституций, предусматривающих принцип "один человек – один голос", Федерация фактически прекратила свое существование. Южная Родезия, по-прежнему управляемая белым меньшинством, подвергалась критике в Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций, которая считала ее конституцию неудовлетворительной. Требовались выборы по принципу "один человек – один голос", заявляя, что это единственный "реалистичный ответ на мощное и непреодолимое стремление коренного населения к свободе и равенству". Приняв неизбежность роспуска Федерации, Уэленский предпринял шаги для обеспечения передачи активов федерального правительства в Южную Родезию, сделав это условием своего участия в переговорах о роспуске в Виктория-Фолс. Уэленский отказался обедать с британскими делегатами, мотивируя это тем, что "не хотел подавиться едой", но при этом обеспечил, чтобы переговоры прошли гладко. После отставки депутата от РФ по избирательному округу Арундел в Солсбери, Уэленскому представилась возможность вернуться в политику. Клиффорд Дюпон, заместитель премьер-министра, сложил свои полномочия в округе Чартер, чтобы баллотироваться против Уэленского. Уэленский понимал, что победа РФ на дополнительных выборах будет расценена как мандат на одностороннее провозглашение независимости; кампания, развернувшаяся всего за два места, была напряженной. На митингах противники выкрикивали в адрес Уэленского ироничные оскорбления: "коммунист", "предатель" и "трус". 3 сентября, выступая на одном телевизионном канале со Смитом, Уэленский говорил об экономических и политических опасностях UDI, но тем не менее пожелал Смиту удачи перед его отъездом на переговоры о независимости в Лондон. Уэленский испытывал гораздо больше неприязни к британскому правительству, чем к своим оппонентам в РФ, и был возмущен их отношением к родезийцам во время конституционных переговоров: 1 октября Уэленский потерпел сокрушительное поражение от своего кандидата от РФ, набрав 633 голоса против 1079 голосов, отданных за Дюпона; в декабре он подал в отставку с поста лидера своей партии. Когда РФ провозгласила одностороннюю независимость 11 ноября 1965 года, Уэленский был огорчен разрывом конституционных связей с Великобританией. Он считал, что Родезия имеет право на независимость и не соглашался с требованием британского правительства о "независимости только после установления принципа правления большинства", но выступал против незаконных действий.

With Nyasaland and Northern Rhodesia now promised independence by Britain under 'one man, one vote' constitutions, the Federation was essentially dead. Southern Rhodesia, still governed by its white minority, was subject to attacks in the United Nations general assembly which regarded its constitution as unsatisfactory. It demanded 'one man, one vote' elections, stating that this was the only "realistic answer to the powerful and irresistible urge of the indigenous people for freedom and equality". Accepting the end of the Federation, Welensky set about ensuring that the assets of the federal government were transferred to Southern Rhodesia, making this a condition of him attending dissolution talks at Victoria Falls. Welensky refused to dine with the British delegates, on the grounds of "not choking on his food", but ensured that the talks went smoothly. With the resignation of the RF member for the Salisbury constituency of Arundel, Welensky was given a chance to re enter the political arena. Clifford Dupont, Deputy Prime Minister, resigned his constituency in Charter to oppose Welensky. Welensky knew that if the RF won the by elections it would appear as a mandate for unilateral independence; the campaign, for only two seats, was intense. At public meetings, Welensky was heckled by opponents to ironic cries of 'Communist', 'traitor' and 'coward'. Sharing a television platform with Smith on 3 September, Welensky talked of the economic and political dangers of a UDI, but nonetheless wished Smith luck when he departed for independence talks in London. Welensky had much more antipathy for the British Government than for his RF opponents, and was disgusted at their treatment of the Rhodesians during constitutional talks:

On 1 October, Welensky was soundly defeated by his RF opponent, with 633 votes to Dupont's 1,079.; in December, he resigned the leadership of his party. When the RF declared unilateral independence on 11 November 1965, Welensky was upset at the constitutional break with Britain. He believed that Rhodesia was entitled to her independence, and disagreed with the British government's demand for 'no independence before majority rule', but was opposed to illegal action.

Поздние годы и смерть

Велленский продолжал жить в Родезии до прихода к власти Роберта Мугабе и преобразования страны в Зимбабве в 1980 году. Находясь в Лондоне в 1971 году и будучи уже вдовцом, Велленский познакомился с Мириам Валери Скотт. Они поженились и у них родились две дочери. В 1981 году они переехали в Блэндфорд-Форум, графство Дорсет, где он скончался 5 декабря 1991 года.