Введение
Роман Стивена Фрая "Сделаем историю" (1996) – третий роман Стивена Фрая. Сюжет повествует о создании альтернативной исторической временной линии, в которой Адольф Гитлер никогда не существовал. Большая часть книги написана обычным прозаическим языком, однако несколько глав оформлены в виде сценария. Книга удостоена премии Sidewise Award за альтернативную историю.
Making History (1996) is the third novel by Stephen Fry. Its plot involves the creation of an alternative historical timeline in which Adolf Hitler never existed. While most of the book is written in standard prose, a couple of chapters are written in the format of a screenplay. The book won the Sidewise Award for Alternate History.
Изменение истории
История рассказывается от первого лица Майклом "Паппи" Янгом, молодым студентом-историком Кембриджского университета, почти завершившим работу над докторской диссертацией о ранних годах жизни Адольфа Гитлера и его матери. Он знакомится с профессором Лео Цукерманом, физиком, который проявляет глубокий личный интерес к Гитлеру, подъему нацизма и Холокосту. Майкл предполагает, что это связано с его еврейским происхождением. Однако позже выясняется, что Лео родился как Аксиль Бауэр, сын Дитриха Бауэра, нацистского врача в Освенциме, который, когда поражение нацистов стало неизбежным, присвоил сыну личность убитого им еврейского врача. Лео разработал машину, позволяющую наблюдать прошлое, но она бесполезна на практике, поскольку изображение не поддается детализации. Вместе они разрабатывают план модификации машины, чтобы использовать ее для отправки чего-либо в прошлое. Они решают использовать постоянную мужскую противозачаточную таблетку, украденную у девушки Майкла (исследователя-биохимика), которая, из-за его постоянной рассеянности, ушла к нему от него, чтобы занять должность в Принстонском университете. Они решают отправить таблетку в прошлое, в колодец в Браунау-ам-Инн, чтобы отец Гитлера выпил из него и стал бесплодным, в результате чего Гитлер никогда бы не родился.
Последствия
Когда Майкл просыпается, он полностью дезориентирован. Вскоре он обнаруживает, что находится в Соединенных Штатах, в Принстонском университете. Все, с кем он встречается, удивлены, что он говорит с английским акцентом. Потребуется время, чтобы к Майклу вернулась память. Он понимает, что его план удался, история изменилась, и, по всей видимости, его родители переехали в Америку. Сначала он вне себя от радости и рассказывает своему новому другу Стиву, как он счастлив, ведь Стив никогда не слышал о Гитлере, Браунау-ам-Инне или нацистской партии. Стив поправляет Майкла и говорит, что, хотя он и не слышал о Гитлере, он прекрасно знает о нацистской партии. Майкл начинает изучать историю этого нового мира. Оказывается, без Гитлера появился новый лидер, Рудольф Глодер, который был столь же безжалостен. Фактически, Майкл и Цукерман заменили Гитлера нацистским лидером, который был еще более обаятельным, терпеливым и эффективным, и столь же преданным "окончательному решению", как и Гитлер. В этой альтернативной временной линии нацисты получили мандат в Рейхстаге в 1932 году и создали собственную электронную промышленность. В отличие от Гитлера, Глодер действовал скрытно, обеспечив мирное объединение с Австрией в 1937 году. Еще более тревожно, нацисты Глодера также опередили других в исследованиях и разработке ядерного оружия, что привело к разрушению Москвы и Ленинграда и устранению Иосифа Сталина и его Политбюро в этом альтернативном 1938 году. Великая Германская империя аннексировала Чехословакию, Венгрию, Югославию, Польшу и Турцию и вторглась на остатки бывшего Советского Союза. В 1939 году Франция, Соединенное Королевство, Скандинавия и страны Бенилюкса капитулировали, хотя в 1941 году в Великобритании вспыхнуло восстание, которое привело к казни нескольких диссидентов, в том числе герцога Йоркского (исторического короля Георга VI) и Джорджа Оруэлла. Евреи были сосланы в "Еврейское свободное государство" на территории бывшей Югославии, где в этом мире и произошел в основном Холокост. Соединенные Штаты разработали ядерное оружие в 1941 году, что привело к холодной войне между нацистской Европой и Соединенными Штатами. Последние так и не вступили в войну против Японской империи в Тихом океане. В результате Соединенные Штаты стали гораздо более социально консервативными. Поскольку в 60-х годах не произошло подъема социального либерализма и декриминализации гомосексуализма в (оккупированной нацистами) Западной Европе, в США последнее по-прежнему является уголовным преступлением, а расовая сегрегация все еще действует. Студенты в Принстоне – исключительно белые, а единственные чернокожие на территории кампуса – рабочие; студенты чувствуют себя вправе преследовать их и использовать оскорбления. Оказывается, Стив – гомосексуалист и влюблен в Майкла, и когда он узнает о прошлом Майкла, он поражается его рассказам о гей-парадах, городских гей-сообществах и массовом социальном движении в мире, откуда родом Майкл, считая это "утопией". К своему удивлению, Майкл отвечает на чувства Стива. Майкла задерживают власти, которые считают его возможным шпионом – поскольку Британия находилась под нацистским правлением почти полвека, любой, говорящий с британским акцентом, вызывает подозрения. Майкл узнает, что вода из колодца в родном городе Гитлера была использована для создания "воды из Браунау", которая стала инструментом для стерилизации европейских евреев, уничтожив их за одно поколение. В жестоком повороте судьбы человеком, который усовершенствовал синтез, был Дитрих Бауэр. Вновь его сын-физик, Аксель, терзается чувством вины и разработал темпоральный имиджер. С помощью Майкла и Стива они планируют послать мертвую крысу, чтобы отравить колодец и очистить воду от стерилизующего вещества. Когда они начинают это делать, их прерывают федеральные агенты, задержавшие Майкла ранее, и они в итоге застрелили Стива, который умирает на руках у Майкла как раз в момент изменения времени.
Изменить историю снова
Время снова меняется. Ожидая дезориентации, Майкл теперь приходит в себя быстрее и обнаруживает, что почти всё вернулось на круги своя, за исключением того, что его любимой группы Oily Moily никогда не существовало (один из участников группы был австрийского происхождения). Он оставляет академическую карьеру, рассуждая, что сможет хотя бы заработать, "написав" песни, которые помнит из предыдущей реальности. Наконец, Майкл воссоединяется со Стивом, который в этой вселенной – англичанин и тоже помнит предыдущую реальность. Их отношения с мужчинами больше не считаются преступлением.
Структура книги
Каждая глава, рассказанная от первого лица в (изменяющейся) реальности конца XX века, сопровождается главой из немецкого прошлого. В этих ранних главах изображен отец Гитлера – жестокий муж и отец, мелкий тиран на работе таможенного инспектора; мать Гитлера – нежная и чувствительная женщина, спасающаяся в фантазиях от суровой реальности своей жизни; десятилетний Адольф Гитлер, противостоящий своему отцу. Более поздние главы разворачиваются в окопах Первой мировой войны, рассказанные с точки зрения сослуживцев Гитлера – обычных немецких солдат, совершенно не подозревающих о скрытой борьбе за власть, происходящей вокруг них между двумя потенциальными лидерами будущей нацистской Германии – Адольфом Гитлером и харизматичным офицером Руди Глодером. В одной сцене Гитлер обманом заставляет Глодера совершить безрассудный героический поступок, который приводит к его гибели; но в измененной истории, где Гитлер никогда не рождался, именно Глодер обманывает другого солдата, совершить этот поступок, и получает награду за извлечение его тела. Впоследствии, безжалостный Глодер убивает сослуживца, раскрывшего его оппортунистические махинации, а затем, в сцене из прошлой войны, Глодер присоединяется к зарождающейся нацистской партии в Мюнхене в 1919 году и становится ее звездой-демагогом. Значение некоторых деталей в этих сценах из прошлого становится ясным лишь гораздо позже. Например, в одной из ранних сцен мать Гитлера рвет, когда пытается набрать воды из насоса, и из него вытаскивает вонючую массу, кишащую личинками; в конце книги выясняется, что это результат действий главного героя, отправившего в прошлое гниющие тела мертвых крыс, чтобы не дать отцу Гитлера пить стерильную воду.
Прием
Мичико Какутани из The New York Times сочла комический тон книги "шокирующе безвкусным" и "глубоко оскорбительным", учитывая затронутую тему. Израильский исследователь Асаф Бен Веред отметил, что "главному герою Making History сообщают, что "в Европе не осталось евреев". Такого результата нельзя было достичь, лишь стерилизовав еврейских мужчин с помощью "воды из Браунау". В таком случае, к 1990-м годам должно было остаться значительное число печальных пожилых и людей среднего возраста без потомства, и нацисты не смогли бы полностью скрыть их от мира. Более того, если бы стерилизации подвергались только еврейские мужчины, то по крайней мере некоторые еврейские женщины позволили бы забеременеть от нееврейских мужчин; фактически, еврейский религиозный закон специально устанавливает, что такие дети считались бы евреями. В любом случае, зачем Глодеру это было нужно? Безусловно, он антисемит, как и многие немцы того времени. Но, судя по его цинично откровенному военному дневнику, он прежде всего совершенно безжалостный и абсолютно беспринципный оппортунист, для которого немецкий национализм и военный героизм – лишь инструменты, которые можно использовать или отбросить. Ему нужны были еврейские ученые-ядерщики для разработки ядерной бомбы к 1938 году. Они по-прежнему нужны ему, когда он вступает в гонку ядерных вооружений с США. Были ли еврейские ученые и их семьи освобождены от депортации в "Еврейское свободное государство"? Продолжили бы они работать на него, когда все остальные евреи были депортированы? Книга избегает реальной моральной дилеммы, которую могла бы легко поставить и которая сделала бы ее гораздо более глубокой и заставляющей задуматься работой. Предположим, что оппортунист Глодер полностью отказался от "окончательного решения" и ограничился лишь антиеврейской риторикой. Какой мир был бы хуже? Наш мир – или мир с укоренившейся нацистской диктатурой в Европе и расистской и гомофобной Америкой, но без газовых камер и крематориев, где шесть миллионов евреев смогли бы прожить свою жизнь, даже под нацистским правлением? Если рассматривать это таким образом, то главному герою следовало бы как минимум серьезно поразмыслить и провести внутреннюю дискуссию, прежде чем поступать так, как он делает в финальных главах.