Сэр Джеймс Пейджет: Жизнь и вклад в медицину.

Введение

Английский хирург и патолог (1814–1899), исследователь Нового Завета. Сэр Джеймс Пейджет, 1-й баронет FRS HFRSE (11 января 1814 – 30 декабря 1899) (/p//æ//dʒ//ə//t/, рифмуется с "gadget") – английский хирург и патолог, наиболее известный тем, что описал болезнь Пейджета, и которого, вместе с Рудольфом Вирховым, считают одним из основоположников научной медицинской патологии. Его известные работы включают «Лекции об опухолях» (1851) и «Лекции по хирургической патологии» (1853). Существует несколько медицинских состояний, описанных и впоследствии названных в честь Пейджета:

Болезнь костей Пейджета
Болезнь соска Пейджета (форма интрадуктального рака молочной железы, распространяющегося на кожу вокруг соска)
Внемолочная болезнь Пейджета – группа схожих, более редких кожных поражений, впервые обнаруженных Рэдклиффом Крокером в 1889 году, поражающих мужские и женские половые органы.
Болезнь Педжета – Шреттера
Абсцесс Пейджета – рецидивирующий абсцесс, возникающий на месте ранее разрешившегося абсцесса.

Жизнь

Паджет родился в Грейт-Ярмуте, Англия, 11 января 1814 года, как сын Самуэля Паджета, пивовара и судовладельца, и его жены Сары Элизабет Толвер. Он был одним из многочисленных детей в семье, а его брат, сэр Джордж Эдвард Паджет (1809–1892), ставший профессором физики в Кембриджском университете в 1872 году, также сделал выдающуюся карьеру в медицине и был удостоен звания K.C.B. Джеймс посещал дневную школу в Ярмуте, после чего его готовили к службе на флоте, но от этого плана отказались, и в возрасте 16 лет он стал учеником врача общей практики, у которого проработал четыре с половиной года, посвящая свободное время ботанике и создав обширную коллекцию флоры Восточного Норфолка. По окончании ученичества он совместно с одним из своих братьев опубликовал подробный очерк естественной истории Ярмута и его окрестностей. В октябре 1834 года он поступил студентом в больницу Святого Варфоломея в Лондоне. Именно там он инициировал первый журнал-клуб. В те времена студенты-медики были предоставлены сами себе, не было строгого контроля за их работой, но Паджет, вероятно, извлек больше пользы, чем потерь, благодаря необходимости самостоятельно прокладывать себе путь. Он выиграл все призы в 1835 и 1836 годах; в свою первую зимнюю сессию он обнаружил возбудителя трихинеллеза, паразитарного заболевания, вызываемого Trichinella spiralis, крошечным круглым червем, поражающим мышцы человека и обычно приобретаемым при употреблении зараженного мяса свиней. В мае 1836 года он сдал экзамен в Королевском колледже хирургов и получил право заниматься медицинской практикой. Следующие семь лет (1836–1843) он провел в лондонской квартире, в условиях бедности, зарабатывая всего 15 фунтов стерлингов в год, а его отец, потерпев неудачу в бизнесе, не мог ему помочь. Ему удавалось сводить концы с концами, публикуя статьи в медицинских журналах и составляя каталоги музея больницы и патологоанатомического музея Королевского колледжа хирургов. В 1836 году он был назначен хранителем музея больницы, а в 1838 году – демонстратором патологической анатомии в больнице, однако его продвижению препятствовали привилегии учеников больницы и то, что он был слишком беден, чтобы позволить себе должность хирурга или даже ассистента хирурга. В 1841 году он стал хирургом в Диспансере Финсбери, но это назначение не дало ему опыта в проведении сложных хирургических операций. В 1843 году он был назначен лектором по общей анатомии (микроскопической анатомии) и физиологии в больнице, а также заведующим только что основанным больничным колледжем. Следующие восемь лет он жил в стенах больницы, отвечая за около 30 студентов, проживающих в небольшом колледже. Помимо лекций и надзора за студентами-резидентами, ему приходилось принимать всех новых студентов, консультировать их по вопросам работы и управлять финансами и общими делами учебного заведения. Таким образом, он постоянно был занят делами колледжа и часто проводил неделю и более, не выходя за пределы больничных ворот. В 1844 году он женился на Лидии Норт (умерла в 1895 году), младшей дочери преподобного Генри Норта. В 1847 году он был назначен помощником хирурга в больнице и профессором Арриса и Гейла в Королевском колледже хирургов. Он занимал эту должность в течение шести лет и ежегодно читал шесть лекций по хирургической патологии. Первое издание этих лекций, являвшихся главным научным трудом его жизни, было опубликовано в 1853 году под названием «Лекции по хирургической патологии». В 1851 году он был избран членом Королевского общества. В октябре 1851 года он оставил должность заведующего колледжем. Он стал известен как выдающийся физиолог и патолог; он сделал для патологии в Англии то, что Рудольф Вирхов сделал в Германии, но он едва начал заниматься практикой и намеренно жил скромно, чтобы погасить часть долгов своего отца, что заняло у него 14 лет. Паджет был отцом сэра Джона Паджета (2-го баронета), преподобного доктора Фрэнсиса Паджета, лорда-епископа Оксфорда, преподобного доктора Люка Паджета, лорда-епископа Честера, и Стивена Паджета, английского хирурга, впервые предложившего теорию метастазирования «семян и почвы». Паджет дружил с Чарльзом Дарвином и Томасом Генри Хаксли. Он был убежденным христианином и считал, что нет конфликта между религией и наукой. Он был избран членом Американского философского общества в 1854 году и был президентом Королевского медицинского и хирургического общества с 1875 по 1877 год.

Paget was born in Great Yarmouth, England, on 11 January 1814, the son of Samuel Paget, a brewer and shipowner, and his wife, Sarah Elizabeth Tolver. He was one of a large family, and his brother Sir George Edward Paget (1809–1892), who became Regius Professor of Physic at the University of Cambridge in 1872, also had a distinguished career in medicine and was made a K. C. B. James attended a day school in Yarmouth, and afterwards was intended for the navy; but this plan was given up, and at the age of 16 he was apprenticed to a general practitioner, for whom he served for four and a half years, during which time he gave his leisure hours to botanising, and made a great collection of the flora of East Norfolk. At the end of his apprenticeship, he published with one of his brothers a very careful Sketch of the Natural History of Yarmouth and its Neighbourhood. In October 1834, he entered as a student at St Bartholomew's Hospital, in London. Here he is noted to have described the first journal club. Medical students in those days were left very much to themselves; there was no close supervision of their work, but Paget probably gained rather than lost by having to fight his own way. He swept the board of prizes in 1835, and again in 1836; in his first winter session, he discovered the pathogen for trichinosis, a parasitic disease caused by Trichinella spiralis, a minute roundworm that infests the muscles of the human body, and which is usually acquired by eating infected pork. In May 1836, he passed his examination at the Royal College of Surgeons, and became qualified to practise. The next seven years (1836–1843) were spent in London lodgings, and were a time of poverty, for he made only 15 pounds a year by practise, and his father, having failed in business, could not give him any help. He managed to keep himself by writing for the medical journals, and preparing the catalogues of the hospital museum and the pathological museum of the Royal College of Surgeons. In 1836, he was made curator of the hospital museum, and in 1838, demonstrator of morbid anatomy at the hospital, but his advancement there was hindered by the privileges of the hospital apprentices, and because he had been too poor to afford a house surgeoncy, or even a dressership. In 1841, he was made surgeon to the Finsbury Dispensary, but this appointment did not give him any experience in the graver operations of surgery. He was appointed lecturer on general anatomy (microscopic anatomy) and physiology at the hospital in 1843, and warden of the hospital college then founded. For the next eight years, he lived within the walls of the hospital, in charge of about 30 students resident in the little college. Besides his lectures and his superintendence of the resident students, he had to enter all new students, to advise them how to work, and to manage the finances and the general affairs of the school. Thus, he was constantly occupied with the business of the school, and often passed a week, or more, without going outside the hospital gates. In 1844, he married Lydia North (d.1895), youngest daughter of the Rev. Henry North. In 1847, he was appointed an assistant surgeon to the hospital, and Arris and Gale professor at the Royal College of Surgeons. He held this professorship for six years and each year gave six lectures in surgical pathology. The first edition of these lectures, which were the chief scientific work of his life, was published in 1853 as Lectures on Surgical Pathology. He was elected a Fellow of the Royal Society in 1851. In October 1851, he resigned the wardenship of the hospital. He had now become known as a great physiologist and pathologist; he had done for pathology in England what Rudolf Virchow had done in Germany, but he had hardly begun to get into practice, and he had kept himself poor so he might pay his share of his father's debts, a task that took him 14 years to fulfil. Paget was the father of Sir John Paget (2nd Baronet); the Rt Revd Dr Francis Paget, Lord Bishop of Oxford; the Rt Revd Dr Luke Paget, Lord Bishop of Chester; and Stephen Paget, an English surgeon who first proposed the "seed and soil" theory of metastasis. Paget was friends with Charles Darwin and Thomas Henry Huxley. He was a committed Christian and maintained there was no conflict between religion and science. He was elected as a member of the American Philosophical Society in 1854 and was President of the Royal Medical and Chirurgical Society from 1875 to 1877.

Работы

Ни один известный хирург, даже Джон Хантер (1728–1793), вероятно, не основывал свою практику на столь глубоких научных принципах, как это сделал Педже, или ждал так долго, чтобы результаты его работы проявились. В физиологии он глубоко изучил основные труды английских, французских, немецких, голландских и итальянских авторов, и благодаря неустанному изучению и работе с микроскопом достиг уровня самых передовых знаний своего времени. Роберт Оуэн в 1851 году отметил, что у него был выбор: стать первым физиологом в Европе или основать ведущую хирургическую практику в Лондоне с получением баронетского титула. Его физиологические лекции в больнице Святого Варфоломея значительно способствовали подъему авторитета этой школы, которая к 1843 году пришла в упадок. Его работы в области патологии были еще более значимыми. Он заполнил пробел в патологии, оставленный после смерти Хантера в 1793 году; это был период перехода от учения Хантера, которое, несмотря на свою гениальность, было ограничено отсутствием современного микроскопа, к современной патологии и бактериологии. Главным достижением Педже стало то, что он сделал патологию полностью зависимой от использования микроскопа, особенно в изучении опухолей. Он также создал акварельные изображения образцов из музея Хантера и каталогизировал его медицинские коллекции. Педже и Вирхов по праву считаются основателями современной патологии; их труды стоят рядом – «Лекции Педже по хирургической патологии» и «Клеточная патология» Вирхова. Когда в 1851 году Педже начал практику возле площади Кавендиш, ему еще предстояло несколько лет ждать признания и успеха. Поворотный момент наступил примерно в 1854 или 1855 году, а в 1858 году он был назначен хирургом-экстраординарным королевы Виктории, а в 1863 году – хирургом-ординатором принца Альберта Эдуарда, принца Уэльского. Педже кратко и презрительно отозвался о враче Джеймсе Ричарде Хэнкорне, сыне Дж. Р. Хэнкорна: «Ленивый, расточительный, пьющий, связанный с Сивьером. Был вынужден уйти с должности хирурга-дома; несколько месяцев практиковал со своим отцом в Шордиче; и умер в 1860 году». Скульптор Роберт Уильям Сивьер имел мастерскую на улице Генриетты, недалеко от площади Кавендиш. На протяжении многих лет Педже вел самую большую и трудоемкую хирургическую практику в Лондоне. Его рабочий день редко длился меньше 16–17 часов. Особенно часто к нему обращались за окончательным заключением в сложных случаях опухолей, различных заболеваний костей и суставов, а также невротических расстройств, проявляющихся хирургическими симптомами. Его превосходство заключалось скорее в научном подходе к хирургии, чем в самом хирургическом мастерстве, но его имя также связано с важными практическими достижениями. Он открыл болезнь Педже молочной железы и болезнь Педже костей (деформирующий остит), названные в его честь; он первым предложил удалять опухоль, а не ампутировать конечность при миелоидной саркоме. В 1869 году он был избран президентом Лондонского клинического общества. В 1870 году он был избран иностранным членом Королевской шведской академии наук. В 1871 году он чуть не умер от заражения во время вскрытия и, чтобы уменьшить нагрузку, был вынужден покинуть должность хирурга в больнице. В том же году он был удостоен баронетского титула в графстве Миддлсекс. В 1874 году он получил почетную степень Кембриджского университета. В 1875 году он был президентом Королевского колледжа хирургов и произнес Хунтерианскую речь в 1877 году. Также в 1875 году он был избран президентом Лондонского медицинского и хирургического общества. В 1878 году он перестал проводить операции, но еще в течение восьми-десяти лет продолжал активно консультировать. В 1880 году он выступил в Кембридже с запоминающейся речью об элементарной патологии, показав сходство некоторых болезней растений и деревьев с болезнями человеческого организма. В следующем году он был президентом Международного медицинского конгресса, проходившего в Лондоне. В 1887 году он был избран президентом Лондонского патологического общества. Помимо более коротких работ, он опубликовал «Клинические лекции и эссе» (1-е изд. 1875) и «Исследования старых историй болезней» (1891). В 1883 году, после смерти сэра Джорджа Джессела, он был назначен вице-канцлером Лондонского университета. В 1889 году он был назначен членом Королевской комиссии по вакцинации. В мае 1886 года он лечил Эдварда Кроули, отца Алистера Кроули, от рака языка. Операция была рекомендована, но Кроули отказался и умер в следующем году. Он умер дома, в 5 Park Square West в Риджентс-парке, Лондоне, 30 декабря 1899 года, в возрасте 85 лет. «Воспоминания и письма сэра Джеймса Педже», отредактированные Стивеном Педже, были опубликованы в 1901 году. Сэр Джеймс Педже обладал даром красноречия и был одним из самых внимательных и приятных ораторов своего времени. Он испытывал искреннее и непринужденное удовольствие от общения и любил музыку. Он обладал редким даром быстро переключаться с работы на отдых, наслаждаясь своим отпуском как школьник, легко поддаваясь смеху, стремясь получить максимум удовольствия от самых простых развлечений, эмоциональным, несмотря на постоянное самообладание, и энергичным, несмотря на постоянную переработку. В нем сочетались беззаботное веселье с максимальной сдержанностью, непоколебимая религиозная вера и безупречная честь. На протяжении всей своей жизни он проявлял глубокое равнодушие к политике, как национальной, так и медицинской; его идеалом было единство науки и практики в профессиональной деятельности. Репутация сэра Джеймса остается высокой благодаря его работе в качестве хирурга и медицинским исследованиям, но он также проявлял явный интерес к криминальным делам. В 1886 году он следил за «Пиклимовской тайной», судебным процессом над Аделаидой Бартлетт за отравление своего мужа Эдвина. После энергичной защиты, предпринятой сэром Эдвардом Кларком, Бартлетт была оправдана. Ключевой проблемой судебного процесса было то, что Эдвин был отравлен жидким хлороформом, который был найден в его желудке, но жидкий хлороформ обжигает горло при проглатывании, и выпивший должен был бы кричать. Эдвин Бартлетт не кричал в ночь своей смерти. В результате была рассмотрена альтернативная версия самоубийства, что помогло оправдать ее, но это не удовлетворило общественность. Педже, узнав о результате, сделал комментарий, которым его больше всего запомнили: «Теперь, когда ее оправдали за убийство и ее больше нельзя судить, она должна рассказать нам, в интересах науки, как она это сделала!»

No famous surgeon, not even John Hunter (1728–1793), was likely to have founded his practice deeper in science than Paget did, or waited longer for his work to come back to him. In physiology, he had mastered the chief English, French, German, Dutch and Italian literature of the subject, and by incessant study and microscope work had put himself level with the most advanced knowledge of his time, so that it was said of him by Robert Owen, in 1851, that he had his choice, either to be the first physiologist in Europe, or to have the first surgical practice in London, with a baronetcy. His physiological lectures at St Bartholomew's Hospital were the chief cause of the rise in the fortunes of its school, which in 1843 had gone down to a low point. His work in pathology was even more important. He filled the place in pathology left empty by Hunter's death in 1793; this was the time of transition from Hunter's teaching, which for all its greatness was hindered by want of the modern microscope, to the pathology and bacteriology of the present day. Paget's greatest achievement was that he made pathology dependent, in everything, on the use of the microscope, especially the pathology of tumours. He also made watercolour depictions of the specimens in Hunter's museum and catalogued its medical collections. He and Virchow may truly be called the founders of modern pathology; they stand together, Paget's Lectures on Surgical Pathology and Virchow's Cellulär Pathologie. When Paget, in 1851, began practice near Cavendish Square, he had still to wait a few years more for success in professional life. The turn of the tide came about 1854 or 1855; and in 1858 he was appointed surgeon extraordinary to Queen Victoria, and in 1863 surgeon in ordinary to Albert Edward, Prince of Wales. Paget wrote briefly and derisively of physician James Richard Hancorn, son of J. R. Hancorn: "Idle, dissipated, drinking,—associate of Sievier. Had to resign the House Surgeoncy; practised a few months with his father in Shoreditch; & died in 1860." The sculptor Robert William Sievier had a studio on Henrietta Street, near Cavendish Square. Paget had for many years the largest and most arduous surgical practice in London. His day's work was seldom less than 16 or 17 hours. Cases sent to him for final judgment, with special frequency, were those of tumours, and of all kinds of disease of the bones and joints, and all neurotic cases having symptoms of surgical disease. His supremacy lay rather in the science than in the art of surgery, but his name is also associated with certain great practical advances. He discovered Paget's disease of the breast and Paget's disease of the bones (osteitis deformans), which are named after him; he was the first to urge removal of the tumour, instead of amputation of the limb, in cases of myeloid sarcoma. In 1869 he was elected President of the Clinical Society of London. In 1870, he was elected a foreign member of the Royal Swedish Academy of Sciences. In 1871, he nearly died from infection at a post mortem examination, and, to lighten the weight of his work, was obliged to resign his surgeoncy to the hospital. In this same year, he received the honour of the baronetcy of Harewood Place in the County of Middlesex. He received an honorary degree from the University of Cambridge in 1874. In 1875, he was president of the Royal College of Surgeons, and delivered the Hunterian oration in 1877. Also in 1875, he was elected as president of the Medical and Chirurgical Society of London. In 1878, he gave up operating, but for eight or 10 years longer, he still had a very heavy consulting practice. In 1880, he gave, at Cambridge, a memorable address on Elemental Pathology, setting forth the likeness of certain diseases of plants and trees to those of the human body. The next year, he was president of the International Medical Congress held in London. In 1887 he was elected President of the Pathological Society of London

Besides shorter writings, he also published Clinical Lectures and Essays (1st ed. 1875) and Studies of Old Case books (1891). In 1883, on the death of Sir George Jessel, he was appointed vice chancellor of the University of London. In 1889, he was appointed a member of the Royal Commission on Vaccination. In May 1886, he treated Edward Crowley, father of Aleister Crowley for tongue cancer. An operation was advised, but Crowley declined and died the following year. He died at home, 5 Park Square West in Regent's Park, London, on 30 December 1899, at the age of 85. The Memoirs and Letters of Sir James Paget, edited by Stephen Paget, was published in 1901. Sir James Paget had the gift of eloquence, and was one of the most careful and most delightful speakers of his time. He had a natural and unaffected pleasure in society, and he loved music. He possessed the rare gift of the ability to turn swiftly from work to play, enjoying his holidays like a schoolboy, easily moved to laughter, keen to get the maximum of happiness out of very ordinary amusements, emotional in spite of incessant self restraint, and vigorous in spite of constant overwork. In him, a certain light hearted enjoyment was combined with the utmost reserve, unfailing religious faith, and the most scrupulous honour. He was all his life profoundly indifferent toward politics, both national and medical; his ideal was the unity of science and practice in professional life. Sir James's reputation remains high due to his work as a surgeon and medical research and work, but he also had an apparent interest in criminal matters. In 1886, he followed the Pimlico Mystery, the poisoning trial of Adelaide Bartlett for the murder of her husband Edwin. After a spirited defence by Sir Edward Clarke, Bartlett was acquitted. The key problem of the trial was that Edwin was poisoned by liquid chloroform, which was found in his stomach, but liquid chloroform burns the throat if swallowed, and the drinker would be screaming. Edwin Bartlett never screamed the night he died. As a result, an alternative theory of suicide was considered and helped get the acquittal, but it left the public unsatisfied. Paget, upon hearing the result, made the comment for which he is best remembered: "Now that she has been acquitted for murder and cannot be tried again, she should tell us in the interest of science how she did it!"