Панъисламизм: Движение за единство мусульманского мира.

Введение

Движение, выступающее за единство всех мусульман в рамках одного исламского государства.

Панисламизм (الوحدة الإسلامية) – политическое движение, которое выступает за объединение мусульман под эгидой единой исламской страны или государства – часто халифата – или международной организации, основанной на исламских принципах. Панисламизм был поддержан Османской империей в последней четверти XIX века султаном Абдул-Хамидом II с целью противодействия вестернизации и укрепления единства ислама. Панисламизм отличается от паннационалистических идеологий, таких как панарабизм, тем, что рассматривает умму (мусульманскую общину) как основу лояльности и мобилизации, включая веру в Таухид, руководствуясь учениями Корана и Сунны, и исключая этническую принадлежность и расу в качестве главных объединяющих факторов. Ключевыми лидерами панисламистского движения были Джамаль ад-Дин аль-Афгани (1839–1897), Мухаммад Абдух (1849–1905) и Сайид Рашид Рида (1865–1935), которые активно участвовали в антиколониальной борьбе против европейской экспансии на мусульманские земли. Они также стремились укрепить исламское единство, которое считали наиболее мощной силой для мобилизации мусульман против имперского господства. После завоевания Ибн Саудом Аравийского полуострова панисламизм получил новый импульс во всем исламском мире. Во второй половине XX века панисламисты конкурировали с левыми националистическими идеологиями в арабском мире, такими как нассеризм и баасизм. В период наивысшего напряжения холодной войны в 1960-х и 1970-х годах Саудовская Аравия и её союзники в мусульманском мире возглавили панисламистскую борьбу против распространения коммунистической идеологии и сдерживания растущего советского влияния в мире.

Происхождение

Многие ученые утверждают, что доктрины пан-исламизма можно было наблюдать уже в эпоху исламской Иберии, Сицилийского эмирата, Пороховых империй (Османской, Сафавидской и Могольской империй) и ряда мусульманских султанатов и королевств, несмотря на присутствие и занятость немусульманских подданных в мусульманских государствах. В течение XVIII века возникло множество движений за пуританское исламское обновление. Среди них движения возрождения трех ведущих религиозных реформаторов – Шаха Вали Аллаха из Дели (1702–1763), араба Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба (1703–1792) и нигерийца Усмана дан Фодио (1755–1816) – широко признаются предшественниками современной пан-исламистской мысли. Несмотря на их призывы к пуританским реформам, эти движения не проявляли политической обеспокоенности международным положением мусульманского мира и не разработали комплексных пан-исламистских программ для противодействия западной угрозе. Поскольку они не призывали к возрождению единой международной исламской структуры, их идеи и влияние ограничивались локальными региональными контекстами Западной Африки, Аравии и Южной Азии. Несмотря на их разнообразие, эти мусульманские реформаторы XVIII века были едины в осуждении упадка морали и призывах к возрождению благочестия, основанного на Священном Писании. Вдохновленные этими движениями, исламские реформаторы на рубеже XIX века приняли новые стратегии для преодоления кризиса, с которым столкнулся мусульманский мир, адаптируясь к стремительным преобразованиям эпохи. Их предлагаемые подходы колебались между открытым восхищением технологически опосредованной западной идеологией социального прогресса и решительным ее отвержением, исходя из аксиоматического превосходства идеализированной исламской культуры, укорененной в предписаниях Священного Писания. Два видных ученых раннего колониального Египта – Абд аль-Рахман аль-Джабарти (ум. 1825) и Рифа‘а аль-Тахтави (ум. 1872) – представляли эти интеллектуальные течения. Рифа‘а аль-Тахтави воплощал первое, а Абд аль-Рахман аль-Джабарти – последнее, ориентированное на Писание направление.

Many scholars assert that the doctrines of pan Islamism could be observed as early as during the era of Islamic Iberia, Emirate of Sicily, the Gunpowder Empires (Ottoman, Safavid and Mughal Empires) and several Muslim sultanates and kingdoms, despite the presence and employment of non Muslim subjects by Muslim powers. During the 18th century, multiple movements for puritanical Islamic renewal would emerge. Amongst these, the revivalist movements of three leading religious reformers – Shah Wali Allah of Delhi (1702–1763), the Arabian Muhammad Ibn 'Abd al Wahhab (1703–1792), and the Nigerian Uthman dan Fodio (1755–1816) – are widely regarded as the precursors of the modern era Pan Islamist thought. Despite their calls for puritanical reform; these movements were not politically concerned with the international situation of the Muslim world, and had not elaborated comprehensive pan Islamist programmes to combat the Western threat. Since they did not call for the revival of an international Islamic entity; their ideas and impact were limited to the local regional contexts of West Africa, Arabia, and South Asia. In spite of their diversity, these eighteenth century Muslim reformers were united in their condemnation of declining morality and calls for the revival of scripture based piety. Inspired by these movements, Islamic reformers at the turn of the 19th century adopted novel strategies for overcoming the crisis faced by the Muslim World by adapting to the fast paced transformation of its era. Their proposed approaches now oscillated between an open admiration for the technology mediated Western ideology of societal progress and a clear rejection of it on the grounds of the axiomatic superiority of an idealized Islamic culture, rooted in Scripturalist injunctions. Two major scholars of early colonial Egypt ‘Abd al Rahman al Jabarti (d. 1825) and Rifa‘a al Tahtawi (d. 1872) represented these intellectual trends. While Rifa'a al Tahtawi exemplified the former, 'Abd al Rahman al Jabarti represented the latter, Scriptural oriented approach.

Конец XIX века

В современную эпоху панисламизм пропагандировал Джамаль ад-Дин аль-Афгани, стремившийся к единству мусульман для сопротивления колониальной оккупации мусульманских земель. Аль-Афгани опасался, что национализм расколет мусульманский мир, и полагал, что мусульманское единство важнее этнической принадлежности. Хотя его порой называют "либералом", аль-Афгани не выступал за конституционное правление, а лишь представлял себе "свержение отдельных правителей, проявлявших слабость или подчинявшихся иностранцам, и замену их сильными и патриотичными людьми". Как отмечает его биограф, в анализе теоретических статей его парижской газеты не было ничего, "поддерживающего политическую демократию или парламентаризм".

Начало XX века

Исламский юрист Мухаммад Рашид Рида – ученик Абдуха и Афгани – с другой стороны, был убежденным антиимпериалистом и сторонником пуританской революции, вдохновленной его ностальгией по ранним эпохам ислама. По словам Риды, финансируемые государством ученые пренебрегали возрождением ранних исламских традиций в мусульманской умме. Он считал, что объединение исламской общины будет возможно лишь посредством восстановления исламского халифата, который будет применять шариат (исламский закон). Его влиятельный исламский журнал «Аль-Манар» пропагандировал антибританское восстание, а также исламское возрождение, основанное на принципах салафийства. Позиционируя себя как преемника пан-исламистской деятельности Афгани и Абдуха, Рида призывал к пан-исламскому проекту, основанному на возрождении исламского халифата во главе с арабами и реформировании мусульман. В 1920-х годах Рида сформулировал всеобъемлющую доктрину исламского государства в своем знаменитом трактате «аль-Хиляфа ауль-Имама аль-’Узма» («Халифат или Возвышенный Имамат»), в котором он призвал мусульман стремиться к построению политической системы, основанной на вере, а не на национализме. Он выступал против растущего принятия западных идей среди мусульман, утверждая, что только возвращение к исламу восстановит законное положение мусульман в современную эпоху. Панисламистские сети, возглавляемые Рашидом Ридой и его соратниками, сыграли центральную роль в последующем развитии исламистских движений. Салафийское движение Риды выступало за пан-исламистскую солидарность, которая включала в себя социально-политическую деятельность, направленную на установление шариата (исламских законов). После Первой мировой войны Рида и его последователи стали главными противниками секуляристов и националистов, яростно критикуя все формы демократических идей. Выражая свое пан-исламистское видение, Рашид Рида писал в «Аль-Манар» в 1902 году: «В сущности, под исламским единством я понимаю, что лидеры (ахль аль-Хал валь-’акд) среди ученых и видных деятелей должны собраться и составить сборник постановлений, основанный на глубоко укоренившихся принципах Божественного закона, отвечающий потребностям времени, простой в использовании и свободный от разногласий (хиляф). Верховный имам затем повелевает правителям мусульман применять его (аль-’амал бихи)». Чтобы оценить растущее значение пан-исламистского движения в эти годы, Лотроп Стоддард в своей книге 1921 года «Новый мир ислама» рассмотрел рост пан-исламистской прессы, отметив, что «в 1900 году во всем исламском мире насчитывалось не более 200 пропагандистских журналов», как он выразился, но «к 1906 году их стало 500, а в 1914 году – свыше 1000».

Islamic jurist Muhammad Rashid Rida – a student of Abduh and Afghani – on the other hand, was an avowed anti imperialist and an exponent of a puritanical revolution, inspired by his nostalgia for the early eras of Islam. According to Rida, the state sponsored scholars neglected the revival of early Islamic traditions in the Muslim Ummah. He believed that the unification of the Islamic community would only be possible through the restoration of an Islamic caliphate which implements the Sharia (Islamic law). His influential Islamic journal Al Manar promoted anti British revolt, as well as Islamic revivalism based on the tenets of Salafiyya. Positioning himself as the successor to the pan Islamist activism of Afghani and 'Abduh; Rida called for a pan Islamic project based on revival of the Islamic caliphate led by Arabs and the reformation of Muslims. During the 1920s, Rida formulated the comprehensive Islamic state doctrine in his famous treatise al Khilafa aw al Imama al ‘Uzma ("The Caliphate or the Exalted Imamate") in which he called upon Muslims to strive to build a political system based on faith; rather than nationalism. He opposed the rising embracal of Western ideas amongst Muslims, arguing that only a return to Islam would restore the rightful position of Muslims in the modern age. Pan Islamic networks, led by Rashid Rida and his associates, played a central role in later development of Islamist movements. Rida's Salafiyya movement advocated for pan Islamist solidarity which involved socio political campaigning to establish Sharia (Islamic laws). Following World War I, Rida and his disciples became the biggest adverseries of secularists and nationalists; and vehemently attacked all forms of democratic ideas. Articulating his Pan Islamist vision, Rashid Rida wrote in Al Manar in 1902:"In sum, what I mean by Islamic unity is that the leaders (ahl al Hal wal 'aqd) among the scholars and notables should meet and compile a book of ordinances which is based on the deeply rooted fundamentals of the Divine Law, agrees with the needs of the time, is easy to use, and is free of disagreement (khilaf). The Supreme Imam then orders the rulers of Muslims to apply it (al 'amal bihi)"In order to judge the rising importance of the Pan Islamist movement during these years, Lothrop Stoddard in his 1921 book The New World of Islam looked at the growth in the Pan Islamic press, writing that "in 1900 there were in the whole Islamic world not more than 200 propagandist journals", as he puts it, but "by 1906 there were 500, while in 1914 there were well over 1000."

Постосманская эпоха

После отмены халифата в 1924 году панисламизм мобилизовал мусульманские массы как традиционалистских, так и реформистских движений в исламе, вдохновленные идеями Рашида Риды. Реформистские движения под руководством Риды становились все более фундаменталистскими и либеральными, подчеркивая приверженность идеализированной эпохе саляфов и попытки возродить утраченные традиции. Социально-политические взгляды Рашида Риды символизировали конвергенцию доктрин реформистского, саляфитского и пан-исламистского движений. В 1920-х годах Рида и его саляфитские последователи основали Мусульманскую ассоциацию молодых людей (YMMA) – влиятельную исламскую молодежную организацию, возглавившую атаки против либеральных тенденций и западной культуры. Это создало благоприятные условия для роста различных исламских революционных движений. Абуль Ала Маудуди и аятолла Хомейни подчеркивали свою веру в то, что возвращение к традиционному шариату вновь сделает ислам единым и сильным. Экстремизм в исламе уходит корнями в VII век, к хариджитам. Исходя из своей принципиально политической позиции, они разработали крайние доктрины, которые отличали их как от суннитских, так и от шиитских мусульман. Хариджиты особенно выделялись своим радикальным подходом к такфиру, посредством которого они объявляли других мусульман неверующими и, следовательно, достойными смерти. В период деколонизации после Второй мировой войны арабский национализм затмил исламизм, который осудил национализм как несовместимый с исламом. В арабском мире светские панарабские партии – «Баас» и насеристы – имели сторонников почти в каждой арабской стране и пришли к власти в Египте, Ливии, Ираке и Сирии. Исламисты подверглись жестоким репрессиям: их главный мыслитель Сайид Кутб был заключен в тюрьму, подвергнут пыткам и впоследствии казнен. Президент Египта Насер рассматривал идею мусульманского единства как угрозу арабскому национализму. В 1950-х годах правительство Пакистана поддерживало мусульманское сотрудничество, как и многие другие мусульманские страны, однако усилия Пакистана осложнялись его участием в Багдадском пакте и прозападной внешней политикой в свете палестино-израильского конфликта, хотя впоследствии отношения улучшились. Многие мусульманские страны подозревали, что Пакистан стремится к лидерству в мусульманском мире, чтобы прежде всего помогать западным державам в отношениях с другими мусульманскими государствами.

After the Abolition of Caliphate in 1924, Pan Islamism mobilized Muslim masses of both traditionalist and reform movements in Islam, inspired by the ideas of Rashid Rida. The Reformist movements led by Rida, would become more fundamentalist and literalist; emphasizing adherence to the idealised era of the Salaf and attempt to revive lost traditions. Rashid Rida's socio political views symbolised the convergence of the doctrines of the reformist, Salafist and pan Islamist movements. During the 1920s, Rida and his Salafi disciples established the Young Men's Muslim Association (YMMA); an influential Islamist youth organisation that spearheaded attacks against liberal trends and Western culture. This provided favourable conditions for the growth of various Islamist revolutionary movements. Abul Ala Maududi, and Ayatollah Khomeini all stressed their belief that a return to traditional Sharia law would make Islam united and strong again. Extremism within Islam goes back to the 7th century to the Kharijites. From their essentially political position, they developed extreme doctrines that set them apart from both mainstream Sunni and Shiʿa Muslims. The Kharijites were particularly noted for adopting a radical approach to Takfir, whereby they declared other Muslims to be unbelievers and therefore deemed them worthy of death. In the period of de colonialism following World War II, Arab nationalism overshadowed Islamism which denounced nationalism as un Islamic. In the Arab world secular pan Arab parties – Baath and Nasserist parties – had offshoots in almost every Arab country, and took power in Egypt, Libya, Iraq and Syria. Islamists suffered severe repression; its major thinker Sayyid Qutb, was imprisoned, underwent torture and was later executed. Egyptian president Nasser considered the idea of Muslim unity as a threat to Arab nationalism. In the 1950s, Pakistan's government championed Muslim cooperation like many other Muslim countries however Pakistan’s efforts were complicated with its involvement in Baghdad pact and pro western foreign diplomacy in light of the Palestine Israel conflict, however later relations would be much better. Many Muslim countries suspected that Pakistan was aspiring to leadership of the Muslim world to in foreword help western powers in relations with other Muslim states.

Шестидневная война

После поражения арабских армий в Шестидневной войне исламизм и панисламизм стали постепенно вытеснять национализм и панарабизм, меняя своё относительное положение по популярности. Политические события в мусульманском мире в конце 1960-х годов убедили многие мусульманские государства пересмотреть свои прежние взгляды и положительно отнестись к цели Пакистана – достижению мусульманского единства. Насер отказался от своей прежней оппозиции к пан-исламской платформе, и эти изменения способствовали проведению первой встречи на высшем уровне глав мусульманских государств в Рабате в 1969 году. Впоследствии эта встреча была преобразована в постоянный орган – Организацию исламского сотрудничества.

После 1979 года: Иранская революция и афганский джихад

В 1979 году иранская революция свергла шаха Мохаммада Реза Пехлеви. Десять лет спустя, в 1989 году, афганские моджахеды, при существенной поддержке Соединенных Штатов, успешно вынудили Советский Союз покинуть Афганистан. Панисламистски настроенные суннитские мусульмане, такие как Маудуди и «Братья-мусульмане», поддержали идею создания нового халифата, по крайней мере, как долгосрочную задачу. Шиитский лидер Рухолла Хомейни также выступал за создание единого исламского государства, но видел его во главе с (шиитским) религиозным ученым, специалистом по исламскому праву (факихом). Эти события воодушевили исламистов по всему миру и повысили их популярность среди мусульманского населения. На всем Ближнем Востоке, и особенно в Египте, различные организации «Братьев-мусульман» серьезно бросили вызов светским националистическим или монархическим мусульманским правительствам. В Пакистане «Джамаат-и Ислами» пользовалась народной поддержкой, особенно после формирования ММА, а в Алжире ожидалось, что FIS выиграет отмененные выборы 1992 года. После распада Советского Союза «Хизб ут-Тахрир» заявил о себе как о панисламистской силе в Центральной Азии и за последние пять лет получил некоторую поддержку со стороны арабского мира. Одним из недавних сторонников панисламизма был покойный турецкий премьер-министр и основатель движения Millî Görüş Неджметтин Эрбакан, который продвигал идею Панисламского союза (İslam Birliği) и предпринял шаги в своем правительстве для достижения этой цели, создав в 1996 году «Восьмерку развивающихся стран» (или D8, в отличие от G8) с участием Турции, Египта, Ирана, Пакистана, Индонезии, Малайзии, Нигерии и Бангладеш. Его видение заключалось в постепенном объединении мусульманских стран посредством экономического и технологического сотрудничества, подобного ЕС, с единой денежной единицей (Исламский динар), совместными проектами в области аэрокосмической промышленности и обороны, развитием нефтехимических технологий, региональной сетью гражданской авиации и постепенным принятием демократических ценностей. Хотя организация проводила встречи на президентском и кабинетном уровнях, и умеренные проекты сотрудничества продолжаются по сей день, импульс был мгновенно потерян после так называемого постмодернистского переворота 28 февраля 1997 года, который в конечном итоге привел к падению правительства Эрбакана.

In 1979 the Iranian Revolution ousted Shah Mohammad Reza Pahlavi from power. Ten years later in 1989; the Afghan mujahideen, with major support from the United States, would successfully force the Soviet Union from Afghanistan. Pan Islamic Sunni Muslims such as Maududi and the Muslim Brotherhood, embraced the creation of a new caliphate, at least as a long term project. Shia leader Ruhollah Khomeini also embraced a united Islamic supra state but saw it led by a (Shia) religious scholar of fiqh (a faqih). These events galvanised Islamists the world over and heightened their popularity with the Muslim public. Throughout the Middle East, and in particular Egypt, the various branches of the Muslim Brotherhood have significantly challenged the secular nationalist or monarchical Muslim governments. In Pakistan the Jamaat e Islami enjoyed popular support especially since the formation of the MMA, and in Algeria the FIS was expected to win the cancelled elections in 1992. Since the collapse of the Soviet Union, Hizb ut Tahrir has emerged as a Pan Islamist force in Central Asia and in the last five years has developed some support from the Arab world. A recent advocate for Pan Islamism was late Turkish prime minister and founder of Millî Görüş movement Necmettin Erbakan, who championed the Pan Islamic Union (İslam Birliği) idea and took steps in his government toward that goal by establishing the Developing 8 Countries (or D8, as opposed to G8) in 1996 with Turkey, Egypt, Iran, Pakistan, Indonesia, Malaysia, Nigeria and Bangladesh. His vision was gradual unity of Muslim nations through economic and technologic collaboration similar to the EU with a single monetary unit (İslam Dinarı), joint aerospace and defense projects, petrochemical technology development, regional civil aviation network and a gradual agreement to democratic values. Although the organization met at presidential and cabinet levels and moderate collaboration projects continue to date, the momentum was instantly lost when the so called Post Modern Coup of February 28, 1997, eventually took down Erbakan's government.