Андрей Белый: Жизнь и творчество русского символиста

Введение

Борис Николаевич Бугаев, более известный под псевдонимом Андрей Белый или Белый (; 26 октября 1880 [ст. ст. 14 октября 1880] – 8 января 1934), был русским поэтом, писателем и критиком. Он был убежденным антропософом и последователем Рудольфа Штайнера. Его роман "Петербург" (1913/1922) Владимир Набоков считал третьим величайшим шедевром модернистской литературы. Премия Андрея Белого, одна из важнейших премий в русской литературе, названа в его честь. Его стихи были положены на музыку и исполнялись русскими авторами-исполнителями.

Жизнь

Борис Бугаев родился в Москве в известной интеллектуальной семье. Его отец, Николай Бугаев, был выдающимся математиком, считающимся основателем Московской математической школы. Его мать, Александра Дмитриевна (урождённая Егорова), отличалась не только высоким интеллектом, но и была знаменитой красавицей светского общества, вокруг которой ходило множество сплетен. Она также была пианисткой и дала Бугаеву музыкальное образование в раннем возрасте. Юный Борис вырос на Арбате – историческом районе Москвы. Он был разносторонним ученым, чьи интересы охватывали математику, биологию, химию, музыку, философию и литературу. Бугаев учился в Московском университете и впоследствии принимал участие как в движении символистов, так и в русской школе неокантианства. Бугаев подружился с Александром Блоком и его женой, влюбился в последнюю, что привело к напряженности в отношениях между двумя поэтами. Бугаев был приглашен на их свадьбу, но не смог присутствовать из-за смерти отца. В молодости Белый испытал сильное влияние знакомства с семьей философа Владимира Соловьева, особенно с младшим братом Владимира – Михаилом, описанным в его автобиографической поэме «Первая встреча» (1921). Название поэмы отсылает к «Трем встречам» Владимира Соловьева. Именно Михаил Соловьев дал Бугаеву псевдоним Андрей Белый. В поздние годы Белый находился под влиянием антропософии Рудольфа Штайнера и стал его личным другом. Его идеи, связанные с этой философией, включали попытки сопоставить философские концепции Владимира Соловьева с духовной наукой Штайнера. Одной из его идей было понятие Вечной Женственности, которую он отождествлял с «мировой душой» и «сверхличностным эго» – эго, разделяемым всеми индивидами. Он проводил время в Швейцарии, Германии и России во время революции. Он поддержал приход к власти большевиков и впоследствии посвятил себя развитию советской культуры, работая в Оргкомитете Союза советских писателей. Он умер в возрасте 53 лет в Москве. Смерть Белого вдохновила на создание нескольких стихотворений, написанных в Москве в январе 1934 года.

Boris Bugaev was born in Moscow, into a prominent intellectual family. His father, Nikolai Bugaev, was a noted mathematician who is regarded as a founder of the Moscow school of mathematics. His mother, Aleksandra Dmitrievna (née Egorova), was not only highly intelligent but a famous society beauty, and the focus of considerable gossip. She was also a pianist, providing Bugaev his musical education at a young age. Young Boris grew up at the Arbat, a historical area in Moscow. He was a polymath whose interests included mathematics, biology, chemistry, music, philosophy, and literature. Bugaev attended university at the University of Moscow. He would go on to take part in both the Symbolist movement and the Russian school of neo Kantianism. Bugaev became friendly with Alexander Blok and his wife; he fell in love with her, which caused tensions between the two poets. Bugaev was invited but was unable to attend their wedding due to his father's death. As a young man, Bely was strongly influenced by his acquaintance with the family of philosopher Vladimir Solovyov, especially Vladimir's younger brother Mikhail, described in his long autobiographical poem The First Encounter (1921); the title is a reflection of Vladimir Solovyov's Three Encounters. It was Mikhail Solovyov who gave Bugaev his pseudonym Andrei Bely. In his later years Bely was influenced by Rudolf Steiner’s anthroposophy and became a personal friend of Steiner's. His ideas covering this philosophy included his attempts to connect Vladimir Solovyov's philosophical ideas with Steiner's Spiritual Science. One of his notions was the Eternal Feminine, which he equated it with the "world soul" and the "supra individual ego", the ego shared by all individuals. He spent time between Switzerland, Germany, and Russia, during its revolution. He supported the Bolshevik rise to power and later dedicated his efforts to Soviet culture, serving on the Organizational Committee of the Union of Soviet Writers. He died, aged 53, in Moscow. Several of the numerous poems written in Moscow in January 1934 were inspired by Bely's death.

Наследие и литературная карьера

Белый не осуществил свою реформу русской прозы в одиночку: другие крупные романисты-символисты, особенно Федор Сологуб и Алексей Ремизов, также внесли в нее свой вклад. Однако именно влиянию Белого, больше чем кому-либо другому, мы можем проследить литературные истоки некоторых из лучших ранних советских писателей, таких как Замятин, Пильняк, Бабель и Андрей Платонов. Более того, романы Белого предвосхищают и отображают как проблематику, так и структурные приемы позднего западного романа с такой полнотой, что человек, знакомый с его творчеством и впервые читающий «Улисса» Джойса, «Ревность» Робб-Грилле или даже «Радугу тяготения» Томаса Пинчона, не может избавиться от ощущения, что их авторы каким-то образом должны были знать Белого, хотя и нет никаких оснований полагать, что это так. Белый начал свою литературную карьеру как автор «Симфоний» – цикла экспериментальных прозаических произведений, написанных с 1900 по 1908 год. В 1909 году он опубликовал свой первый роман «Серебряный голубь». Как отмечают критики, он примечателен использованием техник сказа и уникальной орнаментальной прозы, за его «способность передавать тягостное, завораживающее предчувствие апокалиптической гибели». Роман является первой частью незавершенной трилогии Белого «Восток или Запад». Роман Белого «Петербург» (1913/1922), вторая часть незавершенной трилогии, обычно считается его шедевром. В книге используется поразительный прозаический метод, в котором звуки часто вызывают цветовые ассоциации. Действие романа происходит в несколько истерической атмосфере Петербурга на рубеже веков и во время русской революции 1905 года. Если в книге вообще можно говорить о сюжете, то его можно кратко изложить как историю злополучного Николая Аполлоновича, человека, не способного к серьезным делам, который оказывается вовлечен в революционную политику и получает задание убить определенного правительственного чиновника – своего собственного отца. В какой-то момент Николая преследуют в петербургских туманах звонкие копыта лошади на знаменитой бронзовой статуе Петра Великого. Некоторые исследователи предполагают, что в «Петербурге» нашли отражение идеи терапевтического метода Зигмунда Фрейда. Примером может служить использование психоанализа Белым в качестве инструмента литературной критики и источника вдохновения. После революции Белый написал два психологических автобиографических романа, находящихся под сильным влиянием антропософии Рудольфа Штайнера: «Котик Летаев» (1918) и «Крещенный китаец» (1921). Д. С. Мирский назвал «Котика Летаева» «самым уникальным и оригинальным произведением Белого», а «Крещенного китайца» – «самым реалистичным и забавным из его работ». Он также написал стихотворения «Христос воскрес» (1918), в котором прославляет Революцию, «Глоссолалия» (1917) и «Первое столкновение» (1921). Последним романом Белого является «Москва» (1926—1932) – попытка создать образ русской интеллигенции во время Первой мировой войны и русской революции. Он отличается от «Серебряного голубя» и «Петербурга» сложными, многогранными персонажами, переживающими трансформацию личности. Он также продолжает лингвистические эксперименты Белого. Первая часть «Москвы», «Московский эксцентрик», была опубликована на английском языке в 2016 году, две другие части пока не переведены. Эссе Белого «Ритм как диалектика» в «Бронзовом всаднике» цитируется в романе Набокова «Дар», где оно упоминается как «монументальное исследование ритма». Федор, поэт и главный герой, высоко оценивает систему, разработанную Белым для графического обозначения и расчета «полунапряжений» в ямбах. Белый обнаружил, что диаграммы, построенные на основе композиций великих поэтов, часто имеют форму прямоугольников и трапеций. Федор, открыв для себя работы Белого, перечитал все свои старые ямбические тетраметры с новой точки зрения и был ужасно огорчен, обнаружив, что диаграммы его стихов оказались простыми и прерывистыми. Эссе Набокова «Заметки о прозодии» во многом следует эссе Белого «Описание русского ямбического тетраметра» (опубликовано в сборнике эссе «Символизм»).

Bely did not accomplish his reformation of Russian prose single‐handedly: other major Symbolist novelists, especially Fyodor Sologub and Alexei Remizov, also had a hand in it. It is to Bely's influence, however, more than anyone else's, that we can trace the literary origins of some of the finest early Soviet writers, such as Zamyatin, Pilnyak, Babel and Andrei Platonov Moreover, Bely's novels prefigure and map out both the sensibility and the structural devices of the later Western novel with such thoroughness that a person familiar with his work who reads Joyce's Ulysses or Robbe‐Grillet's Jealousy or even Thomas Pynchon's Gravity's Rainbow for the first time can't shake off the feeling that their authors somehow must have known Bely, even though there's not a chance that they did.|Simon Karlinsky, The New York Times, 1974

Bely started his literary career as the author of The Symphonies, a cycle experimental prose works, written from 1900 to 1908. In 1909 he published his first novel The Silver Dove. As critics note, it is notable for its skaz techniques and its unique ornamental prose, for its "ability to capture haunting, mesmerizing sense of apocalyptic doom". The novel is the first part of Bely's unfinished trilogy East or West. Bely's novel Petersburg (1913/1922), the second part of the unfinished trilogy, is generally considered to be his masterpiece. The book employs a striking prose method in which sounds often evoke colors. The novel is set in the somewhat hysterical atmosphere of turn of the century Petersburg and the Russian Revolution of 1905. To the extent that the book can be said to possess a plot, this can be summarized as the story of the hapless Nikolai Apollonovich, a ne'er do well who is caught up in revolutionary politics and assigned the task of assassinating a certain government official — his own father. At one point, Nikolai is pursued through the Petersburg mists by the ringing hooves of the horse in the famous bronze statue of Peter the Great. There are scholars who have suggested that Petersburg included ideas from Sigmund Freud's therapeutic method. An example is the way in which psychoanalysis was used as Bely's interpretive tool for literary criticism, and as a source of creativity. After the Revolution, Bely wrote two psychological autobiographical novels, highly influenced by Rudolf Steiner's anthroposophy, Kotik Letaev (1918) and The Christened Chinaman (1921). D. S. Mirsky called Kotik Letaev "Bely's most unique and original work", while The Christened Chinaman was called by Mirsky "the most realistic and the most amusing of Bely's works". He also wrote poems Christ is Risen (1918), in which he glorifies the Revolution, Glossolalia (1917), and The First Encounter (1921). Bely's last novel is Moscow (1926—1932), an attempt to give an image of Russian intelligentsia during World War I and the Russian Revolution. It differs from The Silver Dove and Petersburg with complex, multi faceted characters who experience a transformation of personality. It also continues Bely's linguistic experiments. The first part of Moscow, The Moscow Eccentric, was published in English in 2016, the other two are not translated yet. Bely's essay Rhythm as Dialectic in The Bronze Horseman is cited in Nabokov's novel The Gift, where it is mentioned as "monumental research on rhythm". Fyodor, poet and main character, praises the system Bely created for graphically marking off and calculating the 'half stresses' in the iambs. Bely found that the diagrams plotted over the compositions of the great poets frequently had the shapes of rectangles and trapeziums. Fyodor, after discovering Bely's work, re read all his old iambic tetrameters from the new point of view, and was terribly pained to find out that the diagrams for his poems were instead plain and gappy. Nabokov's essay "Notes on Prosody" follows for the large part Bely's essay "Description of the Russian Iambic Tetrameter" (published in the collection of essays Symbolism).