Введение

Американский политический карикатурист и писатель (1867–1912).

Гомер Кальвин Давенпорт (1867 – 2 мая 1912) – политический карикатурист и писатель из Соединенных Штатов. Он известен своими рисунками, сатирически изображающими деятелей Позолоченного века и Эпохи прогрессизма, в особенности сенатора от штата Огайо Марка Ханну. Несмотря на отсутствие формального художественного образования, Давенпорт стал одним из самых высокооплачиваемых политических карикатуристов в мире. Он также был одним из первых крупных американских заводчиков арабских лошадей и одним из основателей Американского клуба арабских лошадей. Родом из Орегона, Давенпорт с юных лет проявлял интерес к искусству и лошадям. Он перепробовал множество профессий, прежде чем устроиться карикатуристом, начав свою карьеру в нескольких газетах на Западном побережье, включая The San Francisco Examiner, приобретенную Уильямом Рэндольфом Херстом. Его талант к рисованию и увлечение арабскими лошадьми объединились в 1893 году в Чикагской ежедневной газете Herald, когда он изучал и рисовал арабских лошадей, представленных на Всемирной Колумбийской выставке. Когда Херст приобрел New York Morning Journal в 1895 году, деньги не были препятствием в его стремлении сделать газету ведущей в Нью-Йорке, и Херст перевел Давенпорта на восток в 1895 году, чтобы тот вошел в состав, как считается, одного из величайших газетных коллективов в истории. Работая с обозревателем Альфредом Генри Льюисом, Давенпорт создал множество карикатур, направленных против республиканского кандидата в президенты 1896 года, бывшего губернатора Огайо Уильяма Маккинли и его руководителя избирательной кампании Ханны. Маккинли был избран, а Ханна получил место в Сенате; Давенпорт продолжал рисовать свои острые карикатуры во время президентской гонки 1900 года, хотя Маккинли вновь одержал победу. В 1904 году Давенпорт перешел из газеты Херста в New York Evening Mail, республиканское издание, где создал благоприятную карикатуру на президента Теодора Рузвельта, которая поддержала его избирательную кампанию в том году. В свою очередь, президент оказал Давенпорту помощь в 1906 году, когда карикатуристу потребовалось дипломатическое разрешение на поездку за границу для приобретения чистокровных арабских лошадей пустынного происхождения. В партнерстве с миллионером Питером Брэдли Давенпорт много путешествовал среди народа Аназех в Сирии и прошел обряд братства с бедуинским вождем, который направлял его путешествия. 27 лошадей, приобретенных Давенпортом и привезенных в Соединенные Штаты, оказали глубокое и продолжительное влияние на разведение арабских лошадей. Поздние годы жизни Давенпорта были отмечены меньшим количеством влиятельных карикатур и непростой личной жизнью; он посвятил большую часть своего времени разведению животных, много путешествовал и читал лекции. Он был страстным любителем животных и сельской жизни; он разводил не только лошадей, но и экзотическую птицу и других животных. Он умер в 1912 году от пневмонии, которой заразился, посетив доки Нью-Йорка, чтобы наблюдать за прибытием выживших после крушения RMS Titanic и запечатлеть это событие.

Детство и начало карьеры

Дэвенпорт родился в 1867 году в холмах Уолдо, в нескольких милях к югу от Сильвертона, штат Орегон. Его родителями были Тимоти Вудбридж и Флоринда Виллард (Гир) Давенпорт.

Флоринда Давенпорт была поклонницей политических карикатур Томаса Наста, которые публиковались в журнале Harper's Weekly. Во время беременности Гомером она пришла к убеждению, которое считала пророчеством, что её ребёнок станет таким же знаменитым карикатуристом, как Наст. На неё также повлияло эссе Рассела Тралла «Как родить гения», и она тщательно следовала его рекомендациям по диете и «концентрации» во время беременности. Она умерла от оспы в 1870 году, когда Гомеру было три года, и на смертном одре попросила мужа дать Гомеру «все возможности» стать карикатуристом. Молодому Давенпорту подарили коробку красок на Рождество. В этот период юности, как позже вспоминал его отец, Гомер был буквально «одержим лошадьми». Зимой 1870–1871 годов, отчасти из-за того, что вся семья находилась на карантине из-за вспышки оспы, унесшей жизнь Флоринды, после смерти матери воспитанием Гомера занимались обе его бабушки. Тимоти Давенпорт женился во второй раз в 1872 году на Элизабет «Нэнси» Гилмор Уизнер, и в 1873 году семья переехала в Сильвертон. Позже Давенпорт вспоминал, что переезд в этот городок, расположенный примерно в 64 километрах к югу от Портленда с населением в 300 человек, был сделан для того, чтобы он «мог жить в латинском квартале этой деревни и вдыхать любую художественную атмосферу, которая пропадала зря». Гомер начал изучать музыку и получил разрешение помогать отцу, Тимоти, в магазине, который тот купил, переехав в Сильвертон. Тимоти заставлял Гомера доить коров, но в остальном Гомер должен был «изучать лица и рисовать». В юности он также играл в местном оркестре, и с этим коллективом молодой Давенпорт однажды доехал до Портленда. Первые работы Давенпорта не принесли успеха. Его первое место работы за пределами Сильвертона появилось, когда в город приехал небольшой цирк, и Давенпорт, будучи в конце подросткового возраста, ушёл с ним. Его назначили клоуном и ухаживать за небольшим стадом лошадей цирка, которые он также зарисовывал. Он разочаровался в цирке, когда ему приказали обмазать всё тело слона льняным маслом – задача оказалась непосильной. Он покинул труппу и попытался стать жокеем, несмотря на свой рост. Другие ранние места работы включали должность клерка в магазине и работу кочегаром на железной дороге.

В 1889 году Давенпорт поступил в художественную школу Марка Хопкинса в Сан-Франциско, штат Калифорния, где его исключили через месяц из-за его карикатур; он вернулся в школу ненадолго в 1892 году. Он бесплатно работал в «Портлендской вечерней телеграмме», которая опубликовала несколько его рисунков, но без оплаты. В 1890 году он поступил в бизнес-колледж Армстронга, но бросил его через несколько месяцев. Хотя работа и увезла его из Сильвертона, на протяжении всей своей жизни Давенпорт часто тосковал по своему родному Орегону, и в письмах к родственникам он неоднократно просил их не присылать ему ничего, что могло бы напомнить ему о Сильвертоне, так как это повергало бы его в отчаяние.

Годы на Западном побережье

Первая оплачиваемая работа Дэвенпорта в журналистике, в 1889 году, была рисованием для газеты Портленда, The Oregonian, где он проявил талант к эскизам событий по памяти. Его уволили в 1890 году, как говорили, за неудачный рисунок печи для рекламы — он плохо рисовал здания и бытовую технику. По другой версии, его уволили, когда в отделе гравировки газеты осталась работа только для одного человека, и он был младшим по стажу. Затем он работал в Portland Sunday Mercury, отправившись в Новый Орлеан на призовый бой в январе 1891 года между Джеком Нонпарелом Демпси из Портленда и Бобом Фитцсиммонсом. В Examiner Дэвенпорт был не карикатуристом, а газетным художником, иллюстрировавшим статьи — технология прямого воспроизведения фотографий в газетах еще не была развита. После года работы в Examiner его уволили; по нескольким свидетельствам, это произошло после того, как он попросил повысить свою скромную зарплату в 10 долларов в неделю. Его работы, включая открытки из Нового Орлеана, привлекли внимание поклонников, которые, помимо Смита, помогли ему устроиться в San Francisco Chronicle в 1892 году. Там он завоевал популярность у читателей благодаря умению рисовать животных. В Herald он иллюстрировал скачки на Вашингтонском ипподроме. Его уволили из Herald, и по одной из версий, причиной увольнения стали ежедневные посещения и зарисовки арабских лошадей на Всемирной выставке. Однако, скорее всего, причиной увольнения стали плохие экономические условия и завершение работы выставки. Работая в Daily Herald, он женился на Дейзи Мур, которая приехала из Сан-Франциско в Чикаго, чтобы выйти за него замуж. Когда умерла знаменитая лошадь, а в Examiner не оказалось подходящего изображения, Дэвенпорт, видевший животное годом ранее, нарисовал его по памяти. Херст, впечатленный, выкупил оригинал рисунка. Дэвенпорт серьезно относился к своим обязанностям политического карикатуриста, ездил в Сакраменто, столицу штата, чтобы наблюдать за работой законодательного собрания и его участниками. Херст изменил название газеты на New York Journal и начал формировать штат, который, по мнению биографа Херста Бена Проктора, был одним из лучших в истории газетной журналистики. Под руководством главного редактора Уиллиса Дж. Эббота в штат входили хорошо оплачиваемые сотрудники: иностранный корреспондент Ричард Хардинг Дэвис, обозреватель Альфред Генри Льюис и юморист Билл Най. Среди авторов были Марк Твен и Стивен Крейн. Дэвенпорт был одним из талантливых сотрудников Examiner, которых Херст перевел в Нью-Йорк и принял на работу в Journal с высокой зарплатой. В 1896 году, в год президентских выборов, Дэвенпорт был отправлен в Вашингтон, чтобы встретиться и изучить потенциальных кандидатов от Республиканской партии, таких как спикер Палаты представителей Томас Б. Рид. Журнал Херста был демократической газетой, и от Дэвенпорта ожидалось, что он будет резко высмеивать республиканского кандидата в президенты. Республиканцы стремились отвоевать Белый дом у демократа Гровера Кливленда; большинство ожидало, что им это удастся, поскольку демократов обвиняли в экономической панике 1893 года, которая привела к депрессии, продолжавшейся последние три года. Ни один из потенциальных кандидатов от Демократической партии не казался особенно сильным, и ожидалось, что кандидат от Республиканской партии одержит убедительную победу. Репортеры и иллюстраторы Journal часто работали в паре. Дэвенпорта объединили с Льюисом, и вскоре между ними установились прочные рабочие отношения. В начале 1896 года Льюис отправился в Огайо, чтобы изучить ведущего кандидата в президенты от Республиканской партии, бывшего губернатора штата Уильяма Маккинли. Чтобы взять интервью у кандидата, Льюис сам должен был пройти собеседование с политическим менеджером Маккинли, промышленником из Кливленда Марком Ханной. Ханна оставил свою деловую карьеру, чтобы руководить кампанией Маккинли, и оплачивал все расходы политической машины, которая помогла сделать Маккинли лидером в республиканской гонке. Льюис взял интервью у Маккинли, а затем остался в Огайо, расследуя деятельность Ханны. В 1893 году губернатор Маккинли был вынужден погасить долги друга, за который он поручился. Ханна и другие сторонники Маккинли выкупили или погасили эти долги. Льюис считал, что Ханна контролирует Маккинли и может разрушить его карьеру, потребовав возврата выкупленных векселей. Все больше возмущаясь тем, что он считал покупкой Ханной республиканской номинации, а значит, и, вероятно, президентства, Льюис начал популяризировать эту точку зрения на страницах Journal. Первая карикатура Дэвенпорта, изображающая Ханну, появилась вскоре после этого.

1897 - 1901 годы

Кампания 1896 года принесла Дэвенпорту известность и высокий доход, позволяя зарабатывать 12 000 долларов в год – самую высокую оплату среди карикатуристов того времени. Херст, потерявший состояние, но укрепивший позиции «Journal» как одной из самых влиятельных газет Нью-Йорка, также выдал ему премию в 3000 долларов на поездку в Европу с Дейзи. В Лондоне Дэвенпорт взял интервью и нарисовал портрет пожилого бывшего премьер-министра Уильяма Гладстона. В Венеции он обнаружил большую статую Самсона. Его впечатлили мощные мускулы статуи, и он сразу же увидел в ней символ могущественных американских корпоративных трестов, статус которых в то время был важной политической темой. В карикатурах Дэвенпорта во время предвыборной кампании Маккинли 1900 года часто появлялась большая, сильная фигура в юбке из травы, олицетворяющая эти тресты, вместе с Маккинли и Ханной. Рисунки Дэвенпорта не щадили многих общественных деятелей; он даже карикатурировал себя и своего босса, Херста. В конечном итоге, работы Дэвенпорта стали настолько узнаваемы благодаря едкому высмеиванию политиков, которых он считал коррумпированными, что в 1897 году его противники попытались принять закон о запрете политических карикатур в Нью-Йорке. Этот законопроект, внесенный в законодательное собрание штата по настоянию сенатора США Томаса К. Платта (Р-Нью-Йорк), не был принят, но эта попытка вдохновила Дэвенпорта на создание одной из его самых известных работ: «Честному человеку нечего бояться карикатур». В 1897 и 1898 годах газеты Херста активно призывали к войне с Испанией. Дэвенпорт рисовал карикатуры, изображающие президента Маккинли как труса и не желающего вступать в войну из-за опасений за Уолл-стрит. Когда испано-американская война началась, одним из американских героев стал адмирал Джордж Дьюи, победитель в битве в Манильском заливе, которого в 1899 году встретили с торжествами и подарили дом. Адмирал немедленно передал это поместье своей новобрачной жене, католичке, что вызвало негативную реакцию общественности (особенно среди протестантов). Однако возмущение утихло после того, как Дэвенпорт изобразил Дьюи на мостике во время битвы с подписью: «Дабы мы не забыли». В 1899 году Дэвенпорт вернулся в Европу, чтобы освещать дело Дрейфуса в Ренне.

1901 - 1912 годы

Журнал был переименован в «Американец» в 1901 году. Дейвенпорт продолжал работать там до 1904 года, в конечном итоге зарабатывая 25 000 долларов в год, что было очень большой зарплатой для того времени. Следуя политике Херста, он неустанно атаковал президента Рузвельта, сменившего убитого Маккинли в сентябре 1901 года. Дейвенпорт и рисовал карикатуры, и писал для «Американца»; в одной колонке насмешливо утверждалось, что новый президент спрятал все портреты предыдущих президентов в подвале Белого дома, оставив посетителю лишь большой портрет Рузвельта, вооруженного до зубов всадника. Республиканцы потратили 200 000 долларов на его воспроизведение. Хотя Дейвенпорт продолжал работать в «Evening Mail» после избрания Рузвельта, качество его работы снизилось; все меньше и меньше его рисунков включались в «Обзор обзоров» Альберта Шоу. Он также начал уделять много времени другим занятиям; в 1905 году он провел несколько месяцев в своем родном штате Орегон, сначала посетив Сильвертон, а затем продемонстрировал на выставке Льюиса и Кларка в Портленде животных, которых он разводил. В 1902 году Джеймс Понд, менеджер лекционного тура, нанял Дейвенпорта в качестве лектора. В 1906 году он отправился на Ближний Восток, чтобы купить арабских лошадей на их родине, а в 1908 году написал книгу о своих впечатлениях. В 1910 году Дейвенпорт опубликовал автобиографическую книгу «Дневник деревенского парня», а также сборники своих карикатур, включая «Доллар или человек».

К 1909 году брак Дейвенпорта распался, и в том же году он пережил нервный срыв, связанный с продолжающимся бракоразводным процессом. Придя в себя, он объявил о готовящейся серии, которую можно будет лицензировать газетам, под названием «Люди, которых я зарисовал». Этот проект был отменен, когда в 1911 году Херст пригласил Дейвенпорта вернуться в «Американца». Херст оплатил лечение Дейвенпорта восемью врачами, а позже – роскошные похороны, распорядившись вернуть тело Дейвенпорта в его любимый Сильвертон для захоронения. Его похороны были проведены в духе свободомыслия спиритистом Жаном Моррисом Эллис. «Гордость пустыни», импортированная в Америку Дейвенпортом в 1906 году.

Помимо своих карикатур, Дейвенпорт известен своей ключевой ролью в завозке в Америку одних из первых арабских лошадей, выведенных в пустыне, или лошадей асил. Давний поклонник лошадей, Дейвенпорт заявил в 1905 году: «Я всю жизнь мечтал об арабских лошадях». Узнав, что эти лошади остались в Америке и были проданы на аукционе, он разыскал их у миллионера, магната по производству удобрений Питера Брэдли из Хингема, штат Массачусетс. Дейвенпорт приобрел несколько арабских лошадей в период с 1898 по 1905 год, заплатив 8500 долларов за одного жеребца. Среди его покупок ему удалось собрать всех, кроме одной, выживших лошадей, которые были представлены на выставке в Чикаго. Он использовал свои политические связи, особенно с президентом Теодором Рузвельтом, чтобы получить дипломатические разрешения, необходимые для поездки на земли, контролируемые Османской империей. Он путешествовал по территории современной Сирии и Ливана и успешно привез в Америку 27 лошадей. Чтобы отправиться на Ближний Восток и купить лошадей, Дейвенпорту необходимо было получить дипломатическое разрешение от правительства Османской империи. В декабре 1905 года Дейвенпорт обратился за помощью к президенту Рузвельту, а в январе 1906 года Рузвельт предоставил ему письмо поддержки, которое он смог передать турецкому послу в Соединенных Штатах Чикебу Бею, который связался с султаном. К удивлению как Дейвенпорта, так и посла, разрешение, называемое Ираде, было выдано, разрешив вывоз «шести или восьми» лошадей. Дейвенпорт и его спутники покинули Соединенные Штаты 5 июля 1906 года, отправившись на корабле во Францию, а оттуда поездом в Константинополь.

Достижения Дейвенпорта были примечательны по нескольким причинам. Это был первый случай за 35 лет, когда арабским лошадям официально разрешили вывоз из Османской империи. Также примечательно, что Дейвенпорт смог приобрести не только жеребцов, которые часто были доступны для продажи посторонним, но и кобыл, которые ценились бедуинами; лучшие военные кобылы обычно не продавались ни за какие деньги. Перед отъездом из Константинополя в Алеппо, а затем в пустыню, Дейвенпорт посетил королевские конюшни и воспользовался возможностью увидеть султана во время публичного выступления. Он продемонстрировал свои художественные способности и внимание к деталям, зарисовав несколько портретов Абдул-Хамида II по памяти примерно через полчаса после наблюдения за ним, поскольку Дейвенпорт полагал, что правитель не желает, чтобы его изображали. Личное впечатление Дейвенпорта о султане было сочувственным: он видел в нем хрупкого, пожилого человека, обремененного бременем своего поста, но доброго и отеческого к своим детям. Внешность султана Дейвенпорт сравнил с сочетанием покойного конгрессмена от штата Мэн Нельсона Дингли и торговца и филантропа Натана Страуса, отметив о султане: «Я думал, что независимо от преступлений, вменяемых ему, его безучастные солдаты, его армия и ее лидеры, возможно, несут большую вину, чем он сам». Считая, что ему нужно держать свои зарисовки в секрете, он носил с собой альбом для зарисовок в потайном кармане на протяжении всего путешествия и на таможне пронес его домой, спрятав внутри тюка сена.

Одной из причин успеха Дейвенпорта в приобретении высококачественных, породистых арабских лошадей стало (возможно, случайное) решение нарушить протокол и посетить Акмета Хафеза, бедуина, который выступал связующим звеном между османским правительством и племенами Аназех, прежде чем обращаться к губернатору Сирии Назиму Паше. Хафез посчитал время визита Дейвенпорта большой честью и подарил ему свою лучшую кобылу, военную кобылу по имени *Ваддуда*. Не желая отставать, Паша подарил Дейвенпорту жеребца *Халеб*, который был уважаемым производителем во всем регионе и был известен как «Гордость пустыни». Халеб был подарен Паше в награду за низкие налоги на верблюдов. Затем Хафез лично сопроводил Дейвенпорта в пустыню, и в какой-то момент путешествия двое мужчин дали клятву братства. Хафез помог организовать представление лучших лошадей, договориться о справедливых ценах и подтвердить их родословные как асил.

Влияние 17 жеребцов и 10 кобыл, приобретенных Дейвенпортом, было огромным для породы арабских лошадей в Америке. Хотя так называемые «линии Дейвенпорта» можно найти в родословных тысяч арабских лошадей, есть также некоторые заводчики-консерваторы, чьи лошади имеют родословные, полностью происходящие от лошадей, импортированных им. Усилия Дейвенпорта, а также его последователей позволили разводить арабских лошадей в Америке с подлинным арабским типом и чистыми линиями крови.

Арабы в Америке

По возвращении в Америку его вновь импортированные лошади стали частью Давенпортского Аравийского конного завода в Моррис-Плейнс, штат Нью-Джерси. Министерство сельского хозяйства США (USDA) признало эту организацию официальным реестром арабских лошадей в 1909 году. До этого времени племенные книги чистокровных лошадей как Великобритании, так и США также занимались регистрацией арабских лошадей. Однако, выйдя из пустыни, он не подозревал, что ему также необходимо было получить письменные подтверждения и другие документы для подтверждения их родословной. Возможно, на позицию организации повлиял и другой фактор: в карикатуре Давенпорт высмеял президента Джокей-клуба Августа Белмонта. Особенно широкое признание у американских заводчиков получил Халеб, которого, помимо арабских кобыл, скрещивали с кобылами пород Морган и Стандартбред. Он распорядился подготовить череп и частичный скелет жеребца и отправить их в Смитсоновский институт, где они пополнили исследовательскую коллекцию музея. Давенпорт также приобретал лошадей в английском конном заводе Крабет-парк, в частности жеребца Абу-Зейда, считавшегося лучшим сыном своего знаменитого отца, Мезауда. После смерти Давенпорта значительное количество его лошадей было приобретено У. Р. Брауном и его братом Гербертом, которые использовали их в качестве основы для своего конного завода Maynesboro в Берлине, штат Нью-Гэмпшир. В покупку вошел и Абу-Зейд.

Личная жизнь и другие интересы

7 сентября 1893 года Дэвенпорт женился на Дейзи Мур из Сан-Франциско; она приехала в Чикаго, когда художник там работал. Гомер Клайд, родился в 1896 году; Милдред, родилась в 1899 году; и Глория Уорд, родилась в 1904 году. Гомер Клайд поддержал мать в разводе. К 1901 году Давенпорт приобрел дом в Ист-Оранже, штат Нью-Джерси, и ферму в Моррис-Плейнс, штат Нью-Джерси. Он содержал многих животных, которых собирал и разводил, включая фазанов и лошадей, в Ист-Оранже, но решил перевести и животных, и себя в Моррис-Плейнс, пользуясь железнодорожной линией, прозванной "Специальным для миллионеров", для работы в Нью-Йорке. Он переехал из Ист-Оранжа в 1906 году, хотя владел домом до 1909 года. Фредерик Ремингтон и девушки из "Флородоры". Он считал, что отклонение от первоначального, полезного типа при чистокровном разведении животных ведет к дегенерации породы. К 1905 году он организовал фазанье хозяйство на своей ферме в Моррис-Плейнс, собирая птиц, которых содержал на западном побережье, и покупая других за границей на доходы от своей первой опубликованной книги карикатур. В его зверинце в разное время содержались ангорские козы, персидские овцы с жирным хвостом. Трижды он собирал коллекции петухов для боев, однажды продав их, чтобы финансировать свое начинание, когда впервые жил и работал в Сан-Франциско. Помимо интереса к лошадям и птицам, Давенпорт любил собак, особенно бультерьера по кличке Дафф, которого взял щенком. Он научил Даффа трюкам и получал прибыль, сдавая собаку в аренду для выступлений в водевилях. В 1908 году Давенпорт оказался в центре спора о разведении выставочных собак, заявив, что, по его мнению, разведение исключительно для выставок создает животных неполноценного качества. Он критиковал некоторых популярных заводчиков колли за то, что они производят животных с меньшим интеллектом, плохим темпераментом и бесполезностью. Он открыто называл известных заводчиков, которые, по его мнению, принимали особенно неудачные решения. Брак Давенпортов не был прочным; Дейзи не разделяла многих интересов мужа и крайне не любила Сильвертон. В 1909 году они расстались, и разрыв был болезненным. Гомер сначала вернулся в Нью-Йорк, чтобы жить там. Хотя он передал свои два имения Дейзи, по словам Хорнера, образ Ханны, выдержавший испытание временем, изображает его "бок о бок с гигантской фигурой, символизирующей тресты, и крошечным, детским Уильямом Маккинли. Он навсегда останется известен как "Доллар Марк" благодаря Гомеру Давенпорту и многим другим обозревателям, изображавшим его как злобную силу. Биограф Маккинли Маргарет Лич сожалела о влиянии Давенпорта на имидж бывшего президента: "изображение Маккинли как жалкого и жертвенного было плохой услугой его репутации. Графическое впечатление его бесхарактерного подчинения Ханне переживет ложь [колумниста журнала] Альфреда Генри Льюиса". В некрологе Давенпорта отмечалось, что он "сделал для Сан-Франциско то, что Томас Наст сделал для Нью-Йорка". По словам биографов Давенпорта, Лиланда Хуота и Альфреда Пауэрса, его арабские лошади "должны были увековечить его славу в будущие годы больше, чем его политические карикатуры, так что сегодня в десяти тысячах конюшен он известен как великий человек". Сегодня термин "CMK", означающий "Crabbet/Maynesboro/Kellogg", используется для обозначения определенных линий "домашних" или "американских" арабских лошадей. Он описывает потомков лошадей, импортированных в Америку из пустыни или из конюшни Краббет-парк в конце 1800-х и начале 1900-х годов, а затем разводимых в США обществом Хамиди, Рэндольфом Хантингтоном, Спенсером Борденом, Давенпортом, конюшней Майнсборо В. Р. Брауна, В. К. Келлоггом, конюшней Сан-Симеон Херста и конюшней "Генерала" Дж. М. Дикинсона Traveler's Rest.